Собака

Перепросмотр, возвращение, расставание.  

Спонтанное начало, проживание, усилие безмолвия.  

Минорное понимание, что пацаны остались Такими и Там, а ты, лишь возвращаешься. Все чаще.  

Саня, Леха, Андрюха? Наверное, вспомню имя на расслабоне, придет без усилий. Чаще, его звали Собака.  

Совсем пацан, невысокого росточка, и не самый худощавый. Обычный, средний, компактный, все в меру. 21 или 22? Уверенный бодрый голос, и подумалось, что это, наверное, та уверенность, за которой, обидчивость, с пол- оборота.  

Слету и не вспомню, как мы нашлись, наверное, в какой-то дворовой стае Собака меня заприметил. Помню, что забегал он часто, и один раз я был у него в гостях.  

Тяжелая старинная кровать с ажурными вензелями, большой диван, видимо, тоже, старинный. Почему-то, осталось впечатление, что в доме темно, полумрак, как в стариной усадьбе. Темные шторы, полузавешенные окна. А на стене, будто светится портрет пацаненка. Санька, только, лет 5 или 7 назад. Круглолицый, белобрысый, мальчишка с голубыми гляделками. Прямо, залюбовался. Будто солнышко в темном небе нарисовано.  

– А это кто?  

–Не признал, что ль?  

–Да ты что?! И я с удивлением стал рассматривать оригинал и сличать столь сильные перемены.  

Жил Сашка один, часто ездил к тетке, а дома у него жила большая кудлатая овчара, которую он замкнул в другой комнате, когда я был у него. Говорили, что он ее так любит, что и спит с ней, и никто ему больше не нужен. Врали, наверное. Да, точно, врали, я то, знаю. Но Саню звали Собакой, даже не за-глаза. А он никогда на это не обижался.  

Дома мы с ним играли. Санька придумывал разные роли и ситуации. Когда дурковали, бывало даже, что со связыванием и раздеванием. Просил произносить по-настоящему то, что он придумал, и под, игрывать ему. Я даже стеснялся..  

–Ну что, тебе трудно что ли?  

Мне было не трудно, ведь с Саньком всегда.. необычно и неожиданно.  

Вот вспомнил его лапы, и взгляд, серьезный такой, глубокий, и враз, мурашки стрЕльнули, до самых якушек.  

Последний раз он забежал прямо с рынка, где работал. В курточке синей, вязаной шапченке, щеки краснющие..  

–Потолстел ты что ли? -спросил я.  

–Да не, сегодня день Рождения, пирожек наелся, да бутылку воды выпил, и Саня задрал куртку вместе с рубахой и показал свой круглый живот.  

–Во, потрогай, – и он схватил мою руку и дал почувствовать, что живот, действительно, плотный и очень гладкий.  

А через месяц я узнал, что Саня повесился. Прямо в под, езде, на своем пятом этаже. Наверное, помогли. Но никто. Ничего. Не знает.  

Спасибо, что был рядом. Спасибо, что был.  

А может, тот обидчивый мальчишка, которого брал на работу в этом году..?  

Пацаны возвращаются быстро.  

Фото из сети. Сильно похож.