Дела Житейьские

* * *  

«Ночь. Тишина. Только редкие крики диких животных создавали музыку в саване.  

Топот копыт. Всё настойчивее и настойчивее резал жаркий воздух.  

Вот показался всадник. Его тёмный силуэт приближался. Он спешит…  

Оглядываясь назад, чувствуя погоню, всадник старался слиться с лошадью.  

Эта фигура была одним целым на мрачном горизонте. Полная луна освещала дорогу лошади и человеку, наблюдая за этой сценой.  

Человек снова оглянулся.  

Он тяжело дышал.  

Сердце лошади и всадника стучали в унисон.  

Испуганная птица вспорхнула ввысь.  

Всадник ждал погони. Но за ним никого не было.  

Небольшой порыв ветра сдул капюшон с головы всадника.  

Длинные пшеничные волосы рассыпались по плечам. Это была молодая женщина.  

Что заставило её ночью вскочить на коня и мчатся?..  

Мчаться, оглядываясь назад, подгоняя коня.  

Одно только слово слетало с её уст: «Быстрее! Быстрее! Быстрее…»  

Но силы её были на исходе.  

«Ха-ха-ха» – прокричала какая-то птица.  

Против неё все… мелькнуло у неё в голове…  

Ужас сковал её тело и разум.  

«Папа поможет…» – стучало у неё в висках.  

«Папа поможет Джону…» – надежда жила в её сердце.  

«Жив ли Джон? Выстоял ли он? »  

Перед её глазами стояло зарево огня. Такого страха она не испытывала никогда.  

Грозный вопль её мужа: «Уезжай немедленно к отцу! Пусть он пришлёт подкрепление».  

Его серые глаза смотрели на неё с любовью. Это немного успокаивало.  

«С ним всё хорошо» – сказала она себе.  

«А что если?.. » – от этих мыслей она вздрогнула и остановила коня.  

«Нет! С ним всё хорошо» – словно мантру, повторила снова, стряхивая с себя рой назойливых мыслей.  

Издалека показались стены форта. «Уже недалеко, милый» – сказала она, обращаясь к коню. Конь недовольно фыркнул. – «Вперед! »  

Луна закатилась за тучу.  

Её помощь больше не нужна.  

Небо стало тёмным.  

Седоволосый мужчина помог молодой женщине сойти с коня.  

«Мэгги, как ты, дорогая? В твоём положении очень опасно…»  

«Папа, всё очень плохо…» – рыдая, произнесла она. «Я не знаю, что с Джоном! Это ужасно! »  

«Я с тобой, дорогая, не волнуйся! Тебе же нельзя…» – произнёс седоволосый мужчина, обнимая свою дочь.  

Она прильнула к отцу. К этому человеку, который всегда был рядом. Она на него могла полностью положиться.  

Она знала, чтобы не случилось, папа всегда позаботится о своей девочке.  

Когда молодая женщина его обняла, то невыразимое спокойствие растеклось по её телу.  

Она почувствовала себя ребёнком. Она почувствовала себя в безопасности.  

«Теперь всё будет точно хорошо! Она дома! »  

Она натянуто улыбнулась и посмотрела на отца, как на бога.  

«Он придумает что-то. У него получится. У него ведь всегда получалось! »  

Но острая боль пронзила её тело.  

«Ай! » – вскрикнула она, прижимая руку к животу.  

«Что случилось, дорогая? » – участливо произнёс седоволосый мужчина.  

«Ребёнок! » – с ужасом прошептала она.  

«Господи, а если что-то случится с ребёнком!!! » – в её глазах отразился страх.  

Как она села на коня, мчалась…  

Так быстро, как только могла и совсем забыла, что она ждёт ребёнка!  

Чувство вины подползло к горлу. «Ребёнок её и Джона! Как они его ждали! А вдруг всё кончено! Нет!!! » – неприятная мысль защекотала в носу.  

Из глаз полились слёзы.  

Слёзы печали, злобы и сожаления!  

Зачем они не послушали её отца и переехали в другой форт?  

Как они могли это сделать?  

Как она могла такое допустить?!  

«Пойдём в дом, дорогая! » – сказал отец, – «я сейчас пошлю за доктором».  

«Да, конечно, папа…» – но ещё одна острая боль лишила её чувств.  

«Мэгги, дорогая моя девочка!!! » – закричал мужчина, подхватывая свою дочь, не давая ей упасть. «Мэгги! » – от этого истошного возгласа стало не по себе управляющему, который всё это время стоял рядом.  

Он рванул, помогая своему хозяину.  

Управляющий взял молодую женщину на руки и понёс в дом.  

Седоволосый мужчина пошёл за ними, отдавая распоряжения слугам.  

У него теперь несколько задач: первая и самая важная – это послать за доктором.  

Вторая – выяснить, что стало с его зятем и фортом, где они жили. «Почему-то доверенный человек не приехал и не сообщил о трагедии».  

Третья задача – это узнать, что случилось с доверенным человеком.  

Была у него мысль послать несколько человек, но почему-то он не послушал свой внутренний голос и сейчас был очень недоволен этим своим решением».  

– Ну как? Достаточно трагично? – с усмешкой в голосе спросила Инна, пристально вглядываясь в лица родителей. Она пыталась разглядеть их одобрение и принятие.  

Мама с папой переглянулись. Они не знали, что сказать. Картинки ужаса, огня и пыли от лошадиных копыт стояли у них перед глазами.  

– Почему ты выбрала тему индейцев? – спросил папа. – Ты же в этом ничего не понимаешь? Ты не знаешь про их быт… Какой форт? Я ничего не понял из твоего рассказа…  

– Это не рассказ, папа, это только первая глава! – обиженно выкрикнула девочка.  

– А что это? – переспросила мама, поглядывая на мужа.  

– Это будет роман!  

– Ты собираешься писать роман? Не много ли ты на себя берёшь? – удивился папа. – Надо начинать с коротеньких рассказов. Писать про то, что знаешь. Никто просто так не берёт и не пишет романы с бухты-барахты! Ты же не писатель! На него надо учиться! – строго сказал папа.  

Мама молчала и нервно теребила фартук. Она пришла с кухни, потому что дочь попросила всех членов семьи собраться для оценки её отрывка, который она написала.  

– Папа, ты что смеёшься! – сдерживая слёзы в глазах, вскрикнула Инна. Я писатель, потому что вижу картинку в своей голове и просто описываю то, что вижу. Думаю, что все писатели так делают.  

– На писателей учатся. Есть институт…  

– Я хотела, чтобы вы сказали, понравилось вам то, что я прочитала или нет, – перебила отца девочка. – А ты тут начинаешь!  

– Ты почему со мной так разговариваешь? – с металлическими нотками в голосе сказал мужчина. – Я твой отец! Будь уважительна!  

– Да, уважительна я к тебе! – крикнула Инна и убежала в свою комнату.  

Николенька смотрел на папу и маму с удивлением. Он сидел на ковре, на полу и играл с синей машинкой.  

– А мне понравилось, – тихо сказал он. – Было интересно: доскачет лошадка или упадёт? – У меня тоже есть лошадка! – воскликнул он, вспоминая про свою игрушку, выбежал из комнаты.  

– Нам тоже было интересно, – крикнула мама в след сыну и, повернувшись к мужу сказала:  

– Ты зачем ей стал рассказывать про институт для писателей? Она же уедет туда и мы её больше не увидим!  

Мужчина посмотрел на свою жену с удивлением и с иронией в голосе произнёс:  

– Ты что себе там придумываешь. Ей ещё до института, как до Москвы пешком!  

– Зато время посмотри, как бежит! Вроде вчера она под стол пешком ходила, а сейчас вот роман строчит!  

– Не смеши меня, – парировал папа, – какие романы! Ты в это веришь?! Написала пару страниц на этом всё и закончится. В её возрасте все что-нибудь пишут. Ты что ли не писала?  

– Писала, – произнесла мама.  

– Вот видишь! Тоже роман?  

– Нет, стихи, – ещё тише ответила та.  

– Что-то ты поэтессой не стала?  

Мама виновато опустила голову.  

– Вот и Инна побалуется и всё это пройдёт! Выветрится!  

– Мне кажется, что ты слишком строг с ней. Можно было, и похвалить немножко.  

– Я хочу, чтобы она развивалась! Пусть оттачивает своё перо! Если всё же захочет и дальше писать будет. Пусть тренируется. Ты что хочешь, чтобы она свой куций текст ещё кому-нибудь показала и озорила нас.  

– Не знаю, как у тебя, а у меня прямо кино стояло перед глазами, когда она читала.  

– В серьёзном деле не нужны телячьи нежности! – безапелляционно сказал папа. – Вот и увидим: насколько сильно её желание писать. Когда человек хочет то он не сходит со своего пути!  

– Ну, ты чего, она же ещё ребёнок! – на выдохе выпалила мама.  

– Она уже не ребёнок. Она подросток. Пусть учится отвечать за свои слова. Ты забыла, мы решили придерживаться одной линии воспитания.  

– Нет, не забыла. Ты прав, а то будет потом, как у Алефы неуправляемый ребёнок. Пошла, у меня там бефстроганов тушится.  

– Давай, – кивнул папа и снова погрузился в чтение книги.  

Мама, проходя мимо детской, посмотрела на закрытую дверь. Постояла немного у неё и, не решившись зайти, пошла на кухню, где проводила практически всё своё свободное время после работы.  

Николенька выдвинул свой ящик с игрушками. Мальчик искал свою лошадку. Ему её купили после того, как он посмотрел мультик «Ежик в тумане». Он представлял себя ёжиком, который ищет лошадку в тумане. Но что-то в этот раз не мог её найти.  

– Ты где, лошадка? – крикнул он, украдкой глядя на сестру, которая лежала на своей кровати и молча смотрела на потолок.  

– Ин, ты не видела мою лошадку? – спросил Николенька.  

– Нет, – ответила девочка, вытирая слёзы рукой. – Давай посмотрим под кроватями, – произнесла она, медленно поднимаясь.  

– Давай! – весело закричал мальчик, вставая на четвереньки.  

Но там лошадки не было. И дети стали предполагать, где ещё могла лежать игрушка.  

– Ты её в сад не брал? – спросила Инна у брата.  

– Брал! – радостно воскликнул мальчик, и побежал в прихожую к своему рюкзаку.  

– Вот и отлично, – произнесла девочка, и снова легла на кровать.  

Она слышала, как Николенька возится, открывая свой рюкзак и детский радостный вопль: «Ура, нашёл! » Инна снова изучала потолок в своей комнате, думая, как ей не повезло с родителями. Вечно они её критикуют. «Интересно», думала она, – «все родители такие? Я тоже такой стану, когда вырасту? » Но её мысли перебил брат, который снова стоял у её кровати и смотрел на неё.  

– Чего тебе? – спросила девочка, не поворачивая к нему головы.  

– Ин, смотри! – тихим заговорщическим тоном прошептал Николенька.  

Та посмотрела на брата.  

– Чо ты лыбишься?  

– Смотри! – ещё раз повторил мальчик и показал в руке голубиное перо.  

– И что? Перо? К чему это? – недовольно спросила девочка.  

– Сегодня днём голубь пролетал надо мной, когда мы играли на улице. И это перо упало прямо к моим ногам.  

– И?..  

– Я его подобрал. И оно лежало в рюкзаке вместе с лошадкой.  

– И?.. дальше что?  

– Я подумал, что голубь его передал тебе через меня! Для твоего романа.  

– Не поняла, – Инна смотрела ошарашено на брата.  

– Ты говорила, что ты писатель. А всех писателей изображают с пером.  

– С чего ты взял?  

– Так воспитательница говорит.  

– Просто раньше не было ручек! – крикнула девочка.  

– Голубь не может дать ручку. А перо – да! Оно твоё! Теперь ты будешь настоящим писателем! Круто?!  

Николенькино личико сияло от его открытия, и это состояние передалось Инне.  

– А ты прав! – тихо проговорила она, боясь спугнуть знак, который прямо с небес спустился к ней. – Спасибо, друг! – сказала она, целуя брата.  

Девочка встала с кровати и пошла в комнату к родителям.  

– Папа, – заглядывая в дверь, четко проговорила она, – ты прав! Мне надо учиться, поэтому я решила собрать информацию про индейцев. Завтра пойду в библиотеку. Спасибо!  

Мама, услышав слова дочери, выбежала из кухни и с тревогой в голосе спросила:  

– Ты всё-таки будешь писать?  

– Да, мама, – твёрдо ответила она. – Надо пораньше лечь спать, чтобы с утра пойти в библиотеку. Там много, наверное, книг про индейцев. Мне надо выбрать, в какое племя привезут Каролину.  

– Кого? – с недоумением смотрела мама на дочь.  

– Ну, Каролину – так зовут главную героиню моего романа, ответила  

девочка, вприпрыжку залетев к себе в комнату и, не закрыв дверь, стала собирать сумку, что-то напевая себе под нос.  

– Я же тебе говорила, – шёпотом сказала женщина, подходя к мужу. – Она точно уедет от нас! Что мы тогда будем делать?  

– Жить дальше, – ответил мужчина, не отрываясь от книжки.