Свидание.

Утро! Открываю глаза-гири. Тяжко. Солнце. Птицы. Шум города. Дыхание и движение жизни.  

Но увы, в это утро не для меня.  

И это утро, не одно такое….  

Меня зовут, Аркадий Гжель!  

Я, любитель выпить!  

Любовь к выпивке проснулась у меня давно, лет двадцать назад.  

Поначалу это были аккуратные, разовые акции безудержного веселья. Позже, я женился, остепенился к встрече с друзьями-товарищами. Выпивка стала домашней и по праздникам. В оседлой жизни, то там, то здесь, появлялись небольшие проблемки, я стал выпивать больше.  

В один из дней, ушла жена!  

Просто собрала вещи и покинула нашу квартиру, даже не оставив претензий к половине имущества.  

Я остался один, вернулся так сказать, к истокам одинокой жизни и стал веселиться, согласно, и с позволения своего возраста, и организма.  

Оставшись в одиночестве, я конечно же возжелал заполнить этот пробел. Проблема была в том, что за 15 лет в браке, я совершенно разучилась знакомиться с представителями женского пола.  

И казалось бы, я в совершенстве владею языком людей, могу правильно составлять предложения, и у меня есть багаж различных историй, и анекдотов, чтобы так сказать – поддержать пламенную беседу.  

Но видимо за 15 лет, водопад словесности поиссохся.  

Короче. Вечер. Я выпил. Для разгона рифмы.  

Елена! Она была первой, которую я повстречал на своём пути.  

Глаза мои загорелись. В ней была какая-то первородная красота (не путать с Люси – Australopithecus afarensis. ) Именно, женская красота!  

Пока мой язык заново рождался, вырываясь из плена плесени и паутины, она мне улыбнулась.  

Потом, когда мы уже разговорились, она мне поведала, что в её крови, уже была малая доза термоядерного абсента, и её накрыла тёплая волна доброты ко всему миру, и в частности, ко мне – убогому его созданию!  

Мы ворковали, словно два голубя после сытного обеда. Я отпустил тормоза и распустил язык, бахвалясь чуть ли ни через каждое слово. Моя фантазия разыгралась ни на шутку.  

В какой-то момент, действие алкоголя стало ослабевать. Я, едва заметил эти перемены, а на ней это отразилось совершенно вероломно. Она вдруг стала гаснуть, что та свеча на ветру. От прошлого веселья не осталось и следа, а на её лицо забралась недовольная, морщинистая мина.  

И беда была в том, что я не сразу заметил перемены в её настроении. Я, сыпал остротами ниже пояса, рассказывал похабные анекдоты, моими плебейскими шутками был завален весь пол заведения, в котором мы собственно, проводили первое свидание.  

Она вовсе прокисла, а я, услышав музыку, пустился в дикий, разнузданный пляс. Я, был готов идти с ней на край света, а она вдруг резко встала из-за стола и протяжно заверещала страшным фальцетом.  

Я остановился, присмотрелся. Передо мной стояла женщина неприятной наружности.  

И откуда взялись эти важные усы на её лице? И где та, с которой я повстречался час назад?  

Хмель совсем угасла во мне и вернулись былые страхи. И в первую очередь, страх за свою жизнь. Дама напротив, была очень недружелюбно настроена.  

Я подозвал официанта, сунул ему деньги с лихвой и поспешил ретироваться, а в спину мне летели: мрачные вечера, восьмая глава первого тома «Война и мир», холодный дождь, бабушкина шаль, гамаши красная помада и полный пивной стакан, от известного немецкого пивовара.  

Черт возьми, еле ноги унёс!  

Я, втянул носом воздух, подравнял дыхание и отправился восвояси, зализывать душевные травмы.