Экзистенциалогизмы. В поисках священного

semirax, развернутый комментарий - это прекрасно!
1) в спасении искренностью есть такая проблема, что искренним человек может быть и во зле. То есть такой вариант подразумевает нравственный релятивизм. (Либо является условием необходимым, но не достаточным, но это и так подразумевается любой религией.) То же самое и со святостью - в разных религиях в это понятие может вкладываться совсем разное содержание, и не только этическое, а ещё и мистическое.
2) в спасении от этики есть проблема значительных отличий этического учения в разных религиях. Праведный, с точки зрения ряда религий, супруг нескольких жён, с точки зрения христианства будет прелюбодеем. Более того, с точки зрения христианства человек вообще не может быть своими силами достаточно этически совершенным для спасения - без благодатной помощи таинств, без мистической стороны христианства.
3) всё же между христианством и любой нехристианской религией есть Камень преткновения - краеугольный Камень.
Если спасение возможно без Христа, то в чём была необходимость Жертвы Христовой?
4) Апофатика в своём диалектическом (не мистическом!) пределе рискует выродиться в гносиомахию. "Отрицательные" (по форме) истины апофатики скорее "отсекают лишнее", как резец ваятеля от статуи, но не враждуют с разумом, не исключают катафатического богословия.

Впрочем, рассуждать логически о том, что сверх всякой логики, - противоречие методологическое (с точки зрения, опять же, логики...) Классическая (аристотелевская) логика недостаточна для постижения даже материального мира (в ХХ веке это было экспериментально доказано в рамках квантовой физики), что́, однако, не говорит о полной неприменимости логики, а лишь об ограниченности области её применения. Можно предположить существование некой сверхлогики, которую интуитивно нащупывали лучшие умы прошлого и к которой, возможно, приближается математика в одной или нескольких своих неклассических логиках.
Произведение искусства может быть нелогично с точки зрения логики классической, но не может быть хаотично в значении полного отсутствия всякого внутреннего строя, "своей" логики. Аналогично можно сказать и о творении Божьем.

shashkov_dmitriy,

Поскольку религия это все-таки дело серьезное, и вопрос тут стоит о таком отношении человека к предельным реальностям, которое придает смысл и жизни человека, и его смерти, то реальной, экзистенциальной проблемы выбора между например верой в Христа и верой в макаронного монстра нет. Никто же не поставит своё спасение на макаронного монстра?

Есть другая проблема: любой человек в любой религии вынужден как-то осмыслить то, что святость - это явление интерконфессиональное. Что почему-то святые встречаются и в христианстве, и в исламе, и в буддизме, причем при совершенно непохожей догматике, ритуалах и заповедях. Как сказал один автор, "я не встречал тех, кто мог бы убедительно для всех говорить о своей вере, но я встречал тех, кто о ней мог убедительно светиться". Плюс есть и другой эффект: любой человек, продвинувшийся в своей религии, развивает свою "восприимчивость к священному", и в нее начинает включаться священное и других религий. В общем, такие слова как "святое", "священное", "сакральное" ощущаются как преодолевающие барьер между религиями, даже более (патриотизм - это, в конце концов, тоже некий разговор о священном).

Одним словом, проблема такая: как чисто логически совместить объективное существование многих религий со своими святыми и путями спасения с тем, что каждая вера говорит о себе как об единственном пути?

Эта проблема имеет несколько известных путей, путей даже не решения (до решения тут далеко), а обдумывания:

1) во-первых, можно попробовать выстраивать онтологию не от догматики, а от эмоций, считая что именно эмоция является точкой прикосновения человека к священному. К этому пути можно отнести например Шлейермахера ("любая религия это чувство и вкус к бесконечному") или дзен-буддизм. Первый коан в "Мумонкане" звучит так: "Когда искренний человек проповедует ложное учение, оно становится истинным. Когда неискренний человек излагает истинное учение, оно становится ложным.". Итак, спасает сама искренность, причем искренность предельная, но не само по себе направление пути. Этот вариант решения проблемы, кстати, позволяет и в "убежденном ленинце" увидеть тоже человека, идущего к своему спасению.

2) можно выстраивать спасение не от догматики, а от этики, поступков. Мы не можем понять религию и не можем вообще о ней ничего осмысленное высказать, не следуя ей. Эта мысль пришла из неоиндуизма. Например, если некий случайный человек (психолог, социолог и тд) пытается помирить разные веры, говоря избитую фразу что "Бог един", эти слова в устах такого человека будут ложью. Но если этот же человек следует одной какой-то вере до предела, вкладывает в это следование всю жизнь, и в конце приходит к мысли, что у религий "Бог един", тогда да, в устах такого человека эти слова уже становятся истиной. То есть "Бог" это не формально-логическое понятие, а понятие "герменевтическое" (Больнов), в него всегда отпечатан тот личный жизненный путь, на котором человек его произносит, и поэтому нельзя одного "бога" сравнить с другими "богами" просто как два объекта с разными предикатами. Не сравнивай - живущий несравним. (C)

3) еще есть, например, концепция "анонимного христианства". Эта концепция пришла из католичества (Ранер) и почти что официально закрепилась на втором Ватиканском соборе. Речь о том, что Бог направлен к каждому человеку в виде некой Тайны, светящей в основании его бытия, и разные религии это разные пути выражения открытости человека этой Тайне, при этом максимально аутентично эта открытость выражена в христианстве (а значит, все остальные религии это тоже по-своему родственны христианству и имеют спасительный заряд). То есть мы переводим догматику на хайдеггеровский язык тайны, открытости, просвета, экзистенции - и внезапно обнаруживаем, что нащупали основу, объединяющую все религии.

Короче говоря, путей решения парадокса "множественности спасения" предложено много.

4) сюда можно еще добавить диалектическое решение в стиле Иова и Дионисия Ареопагита (а скорее даже Карта Барта): Бог до такой степени бесконечно и качественно несоизмерим с человеком, что в отношении Бога фразы "о единственности спасения в данной конкретной религии" и фразы "о наличии множественности путей спасения в разных религиях" истинны одновременно, при всей их полной логической несовместимости. То есть Бог сотворил мир таким, что в нем возможны логические противоречия. Причем не только фразы что "Бог это Христос" и "Бог это Аллах" оказываются одновременно истинны, но и фразы "Бог есть" и "Бога нет" тоже истинны одновременно.

Извиняюсь за развернутость комментария) Но вопрос довольно сложный