Когда снег касается сердца

Он стоял у окна, наблюдая, как падает снег, —  

А снег шёл так тихо, будто боялся спугнуть его мысли.  

Он выдохнул облачко пара и вспомнил тот первый вечер, тот мягкий свет, —  

Когда одиночество отступило так незаметно и быстро.  

Он тогда и не думал, что чьё-то «привет» может согреть, —  

Но слово к слову, и вот — чьи-то строки уже стали домом.  

И как странно бывает: не видел её вовсе, а ближе людей не встретить, —  

Иногда сердца узнают друг друга раньше, чем руки знакомы.  

Он писал ей стихи ночами, не зная, прочтёт ли она, —  

А она улыбалась экрана, будто слышала каждый шёпот.  

Он мечтал о встрече, но робко прятал слова,  

А она отвечала уклончиво… будто тоже боялась что-то.  

И вот в тот вечер, когда снег кружился, как сказка в пыли, —  

Она постучала тихо, как будто стеснялась метели.  

Он открыл дверь — и понял, что все эти месяцы… ждал именно её,  

А в доме вдруг стало теплей, будто в камине зажгли огонь первый.  

Они сидели у окна, слушали, как дышит ночь, —  

И два бокала на подоконнике светились, как маленькие тайны.  

Он боялся прикоснуться, чтобы случайно не разрушить её хрупкую дрожь, —  

А она боялась взглянуть, чтобы он не увидел, как сильно она ранима.  

Он обнял её только тогда, когда слова стали лишними вдруг, —  

А снег за окном превращал город в белую книгу желания.  

И огонь в камине шептал: «Не бойтесь друг друга, не надо разлук…»  

Но счастье порой — как сон: приходит внезапно и так же внезапно тает.  

…Снег ударил ему в спину — резкий, холодный, смешной, —  

А она стояла позади, пряча улыбку, как девочка в праздник.  

Он обернулся, растерянный, будто вернулся в тот самый дом живой, —  

Где счастье ещё не растаяло, где всё было просто и ясно.  

— Ты? — спросил он, стряхивая снег, едва сдержав смех.  

— Нет! Это ветер с крыши! — сказала она, играя наивность.  

Он шагнул — медленно, будто боялся спугнуть этот смех,  

А она побежала к крыльцу, теряя дыхание и гордую милость.  

— Я всё исправлю! Только не кидай! Я же прическу час делала! —  

И смех её лился, как теплый ручей поверх снегопада.  

Он подошёл, притянул, как будто держал целый мир — и мир стал белым,  

А снежинки падали тихо, как слова, что нельзя сказать сразу.  

Их поцелуй был долгим, как тишина после долгой зимы, —  

А снег укрывал их, будто создавал Вселенную только для двоих.  

И когда одна снежинка растаяла на её щеке, словно чьи-то мечты, —  

Он прошептал ей «люблю»… но сон оборвался, и воздух стал пустым.  

Он проснулся один. Холодно. Тихо. Пустой декабрьский свет.  

Он долго лежал, держась за остатки сна, как за тонкую нить спасенья.  

И только когда телефон осветил комнату, пришёл её ответ:  

«Доброе утро… С Рождеством тебя. И — да, я вчера тоже видела это сновиденье».