Хрусталёв, машину!

-9-  

Берия: Значит Пантелеев... Фамилию мы уже знаем, уже проще будет его найти, а имя данного гражданина?  

Будённый: Он говорил, говорил... Вася? Нет... Петя? О, Миша! Точно, Миша!  

Берия: Ну, и как тебя Семён угораздило познакомится с этим... Мишей? Только не говори, как в той истории, когда ты в Химках сбежал через форточку от своей любовницы, а её муж гнался за тобой с шашкой аж до самого пляжа, где тебя и выручил, на тот момент, ещё маленький пацанёнок...  

Будённый: Ты не поверишь, так и было! Этот стервец реально мне помог прикрыть тылы, во всех смыслах, то есть достать одежду, тогда то я и познакомился со Стёпой...  

Берия: Мишей...  

Будённый: Ну, да...  

Берия: Так это что получается, значит какая-то часть этих баек основана на реальных событиях?  

Будённый: Что значит «какая-то»?! Витя конечно балабол, но он ни полслова не соврал, все эти истории были на самом деле!  

Берия: Стоп! Что значит «были»?! Что значит «ВСЕ»?! Да там их на целые хроники наберётся, я уж не говорю, сколько статей уголовного кодекса вы вдвоём, получается, нарушали!  

Будённый: Ты, что, мне угрожаешь?! Мне?! Будённому?! Я – легенда! Могу чудить как и сколько захочу!  

Берия: Но товарищ Сталин... приказал отыскать этого Мишу и доставить ему... Уж очень ему не понравились эти... байки...  

Будённый: А-а, вот оно чё... Жалко Петьку, ему бы жить да жить... Собственно, пёс с ним, после того как он с отличием окончил мою академию, наверняка сейчас на фронте, а война всё спишет.  

Берия: Ты же понимаешь, Семён, что я всё это доложу Иосифу Виссарионовичу?  

Будённый: Да нехай, мы с Кобой на Вась-Вась ещё с гражданской. Крутил бы я хвосты коням, после того что учудил под Киевом. Водку выпил?  

Берия: Выпил...  

Будённый: Ну, и пшёл на хуй! Если через три минуты твоя плешивая козлиная рожа ещё будет на территории академии, придётся тебе ещё одну байку в дело Пантелеевское вшивать!  

Берия: Но...  

Будённый: Время пошло!  

* * *  

Берия: Ну, как ты понимаешь, Миша, в норматив я не уложился...  

Пантелеев: И что с вами сделал Семён Михалыч?  

Берия: А ты как думаешь?! Через всю академию, до самого выхода, под свист и улюлюканье студентов, он на мне верхом скакал с шашкой наголо и дергая за яйца! Это он так, по его словам, правильное направление задавал!  

Пантелеев: Так ведь голосом надёжнее! И быстрее!  

Берия: Я знаю! Теперь знаю! Понимаешь, что я после этого чувствовал, и кого винил в своём позоре?  

Пантелеев: Но Семён Михалыч легендарный командарм, его же не посадишь!  

Берия: Причём тут Будённый?! Где я и где Будённый! Тебя я винил во всех своих бедах, Пантелеев! Тебя и твой длинный язык! Я же до сих пор после этих «скачек» не могу по девочкам ходить!  

Пантелеев: Вы имели в виду «по женщинам»?  

Берия: Нет, именно по девочкам! (поняв, что сболтнул лишнего) Но это наша кухня, не вникай. Короче, собирайся.  

Пантелеев: А как же Людмила?  

Берия: Ты совсем дурак, Пантелеев? Тебе жить-то осталось всего ничего, пока тебя в Кремль на самолёте не доставили, а ты о лошади переживаешь?  

Пантелеев: Вот поэтому и переживаю! Я без лошади никуда не полечу! Пропадёт она без меня! Ведь когда её прошлый хозяин погиб, она никого к себе не подпускала, я её месяц охаживал, чтобы она, наконец, стала мне доверять! Да она мой лучший друг, если хотите знать! А сколько раз жизнь мне спасала! Да мы даже спим вместе!  

Берия: Меня не интересуют твои шашни с животными! Или мне охрану позвать?  

Пантелеев: Я на тебя Сталину нажалуюсь!  

Берия: Мы уже на «ты»?  

Пантелеев: Скажу, что пытал меня паяльником в попу! И Людмилу... в попу!  

Берия: Ну, ты и сука, Пантелеев! Я же тебя пальцем не тронул, а поверь, очень хотелось! Да мне стоит только слово сказать, и ты бы вприпрыжку побежал до Москвы, роняя кал, а я тут тебя уламываю, как девицу на выданье!  

Пантелеев: Без Людмилы я никуда не полечу! Это моё последнее девичье слово! Тьфу, просто последнее слово! И пытай хучь паяльником!  

Берия: (рука-лицо) Сука... (орёт в сторону двери) Хрусталёв!  

Хрусталёв: Товарищ генеральный комиссар государственной безопасности... случилось чего, шеф?  

Берия: Ваня, у нас тут форс-мажорная ситуация, так что не удивляйся за мой странный вопрос: В наш самолёт лошадь поместится?  

Хрусталёв: Э-э-э...  

Берия: Ну, хоть ты-то не тупи! Влезет или нет кобыла?  

Хрусталёв: Это с пилотами надо посоветоваться...  

Берия: Ну, так советуйся! Понабрали по объявлению... (Пантелееву) Доволен?  

Пантелеев: Спасибо, Лаврентий Палыч. Зря про вас всякое говорят. Добрый вы...  

Берия: А чего говорят... ругают поди?  

Пантелеев: Не без этого...  

Берия: Жалкие, ничтожные люди...  

Хрусталёв: Шеф, пилоты сказали, что лошадь влезет, но её нужно будет перед полётом усыпить. Специальное лошадиное снотворное нужно...  

Берия: Мне что теперь ещё и снотворное тут бегать искать!  

Пантелеев: Зачем! Я перед сном Людмиле всегда колыбельную пою, она дрыхнет потом без задних ног. Реально без задних ног, лёжа на крупе. Все удивляются с неё.  

Берия: Хватит мне свои байки рассказывать! Я их все наизусть знаю! В том числе и эту!  

Пантелеев: Это не байка! Людмила и правда лёжа на спине спит! Сами увидите!  

Берия: (зло) Если бы не приказ товарища Сталина, я бы тебя, падлу, и твою кобылу... Уф, спокойствие только спокойствие. Мне бы тоже снотворное не помешала я третьи сутки на ногах. Завтра истекает срок, а тебя всё никак сыскать не могли, оказывается в армии до хрена Пантелеевых служит. Твоих полных тёзок поменьше, ещё меньше ровесников, но пока всех проверили... Будённый, падла, даже фоторобот отказался составить. Приходилось лично к каждому потенциальному болтуну наведываться. И бросало меня по свету белому от Амура...  

Пантелеев: От Амура?!  

Берия: …до Туркестана... Ну, чего глазами хлопаешь? Продолжения ждёшь?  

Пантелеев: Вообще-то да...  

Берия: А не будет его! Беги за своей Людмилой! Хрусталёв, машину!  

* * *  

(продолжение следует)