ПОКОЙ НАМ ТОЛЬКО СНИТСЯ (№7 из цикла "Липа нашептала"(заключительный)

1. Январь. Десятинная, 10.  

04:17 утра  

Город ещё спал под толстым одеялом снега, а в квартире частного детектива Анны Довженко уже пахло кофе, сексом и горячим воском от свечи, которую забыли задуть. Анна лежала на спине, длинные светлые волосы разметались по подушке, одна рука — над головой, вторая — на груди ее старшего напарника и наставника Игоря.  

Он, приподнявшись на локте, смотрел, как её соски, всё ещё твёрдые после оргазма, медленно опускаются вместе с дыханием, а на внутренней стороне бедра осталась красная полоска от его зубов: он любил оставлять метки там, где никто не увидит. «Ты опять меня укусил, следователь», — прошептала она, не открывая глаз.  

«Чтобы ты вспоминала, кого бросаешь в Киеве, пока будешь одна в Изках», — ответил он хрипло и провёл языком по тому самому следу.  

Анна вздрогнула, выгнулась, и его пальцы снова нашли её — мокрую, горячую, готовую.  

Через минуту она уже сидела на нём верхом, медленно опускаясь, пока он не вошёл до упора.  

Игорь схватил её за бёдра, приподнял — и опустил резко, до боли приятно.  

Анна застонала, наклонилась, прижалась грудью к его груди. Они двигались в одном ритме: он — вверх, она — вниз, пока комната не наполнилась влажным звуком тел, ударяющихся друг о друга. Когда она кончила второй раз, он перевернул её на живот, раздвинул ягодицы и вошёл сзади — глубоко, до дрожи.  

Анна уткнулась лицом в подушку, кусая ткань, чтобы не кричать на весь дом.  

Игорь двигался медленно, наслаждаясь каждым сантиметром, пока не почувствовал, как она сжимается вокруг него в третий раз.  

Тогда он наконец позволил себе — и излился внутрь, горячо, долго, до последней капли.  

Они лежали, потные, счастливые, слушая, как за окном скрипит снег под одинокими в это время шинами и где-то рядом, на Андреевском, лает собака, которой всё равно, что на улице четырнадцать градусов мороза.  

Любовниками они стали совсем недавно, перед самым Новым годом.  

Анна, в прошлом учитель физики, никогда не была замужем. Хотя конечно недостатка в мужском внимании не испытывала. Высокая, выше Игоря даже без каблуков, очень стройная, с пышной гривкой светлых от природы волос, с рельефными чертами некрасивого, но миловидного лица и тщательно подобранным, не слишком многочисленным гардеробом.  

Игорь, в прошлом старший следователь прокуратуры, а после выхода на пенсию основавший частное сыскное бюро, состоящее всего из двух сотрудников, был старше напарницы ровно на 20 лет. Крепкий седой мужчина, с небольшим животиком любителя плотно покушать, умный, ироничный, всегда гладко выбритый, но совершенно неприхотливый в одежде. В свои 65 лет он был дважды разведен и последние несколько лет жил в небольшой квартире на Борщаговке один.  

«Поедем в Изки вместе? » — спросил он, целуя Анну плечо.  

«Нет, — тихо ответила Анна. – Мне нужно побыть одной и понять, что со мной происходит — просто секс после сорока пяти или …».  

Игорь промолчал. Потом встал, накинул на голое тело её махровый халат с вышитым котиком — тот самый, что она прячет от гостей, вышёл на кухню и сварил новую порцию кофе.  

Когда вернулся, она уже оделась: тёмно-синий свитер, узкие джинсы, высокие сапоги.  

– Я уезжаю сегодня в 11:30. Поезд Киев- Ужгород.  

– Позвони, если станет страшно одной.  

«Позвоню, если станет скучно без тебя», — улыбнулась она и поцеловала его в щёку, и Игорь тут же стёр его большим пальцем, будто боялся, что кто-то увидит.