Юбилей с визитом в будущее

ЮБИЛЕЙ С ВИЗИТОМ В БУДУЩЕЕ  

По меркам миллионных мегаполисов наш город небольшой, скорее середнячок, но в стране известен и своим ратным прошлом, и своими былыми и нынешними делами. Когда-то на нашем «белом доме» даже висел плакат со словами самого Ленина, где было написано, что значение его «для республики огромно». Висел очень долго, пока не наступила Ельцинская слякоть, и его не сдуло ветром перемен. Знаменит город своими, ассоциированными только с ним, брендами, известными конструкторскими, проектными организациями и научными заведениями.  

Вот, почему столетний юбилей нашего научно-исследовательского института общей химии стал событием не только местного, но и общегосударственного масштаба. Дата не маленькая, значит, и отметить ее надо достойно и с размахом.  

Почти за год до неё появился соответствующий указ, образован оргкомитет. Возглавил его не кто иной, а сам… Не надо догадок: сам губернатор. Такова ритуальная традиция: громкая фамилия должна подчеркивать значимость события. Хотя, занятому по горло губернатору не до юбилеев: ему других дел и забот с лихвой хватает. Посему готовить торжества будут другие, о них и пойдет речь дальше. А, это работники института, отложившие на год свои исследования и разработки и переключившиеся на несвойственные им проблемы: как-то встреча гостей, размещение их, транспорт, питание и еще много-много других вопросов.  

Работа закипела. Академики постарались, издали увесистый трактат об истории заведения, его разработках и достижениях, о людях, творивших их. Шквалом восторженных статей разразилась местная и столичная пресса, интервью и репортажи заполонили экраны, документалисты сняли фильм. Заправляли всем специальный режиссер-распорядитель и дружная команда кандидатов, профессоров, академиков и прочих ученых мужей. Дефицита исполнителей не наблюдалось. Затычка вышла только в двух местах: кого назначить гидом на выставке достижений и распорядителем на банкете. Дело в том, что устроители выставки перестарались, оформили все в модерновом стиле: стенды – сплошная электроника, броские витрины, экраны, мнемосхемы, сенсорные кнопки и пр. чудеса современности. Академики же – люди пожилые, рассеянные, могут напутать, нажать не то, не туда кликнуть. Они старомодны, с устаревшими привычками и повадками, до сих пор носят на ботинках галоши, вместо рубашек – манишки и манжеты, носки, чтоб не сползали, цепляют к резинкам. Они далеки от веяний моды и прочих бытовых современных ритуалов, в том числе и в организации банкетов.  

Эту деликатную миссию им не доверили и возложили ее на начинающего аспиранта – Васю. Он – человек молодой, с электроникой в ладах, сделает, все, как надо. А, уж в банкетных делах совсем дока. Не зря на него часто поступали представления из полиции о проделках в питейных заведениях.. Так что, пусть он и водит экскурсии по выставке, и распоряжается на пирушке. Нет, совсем отлучать академиков от показов не стали, пущай участвуют, но в качестве некоего антуража: седые длинные гривы, лоснящиеся залысины, бородки клинышком и мятые шапочки на голове будут символизировать науку и глубину воплощенных идей. Сам же Вася, в дебри лесть не станет, будет просто показывать экспонаты, а тонкости отложит на потом.  

И, вот, час настал. Официальная часть прошла без сбоев, привычно и рутинно. Городской концертный зал забит до отказа. Как и положено, промямлили гимн, правда, нынешних слов еще не выучили, пели, по привычке, Советские. Далее, все по писаному, спокойно и чинно. Полпред президента зачитал указ, губернатор к знамени прикрепил орден, краткий доклад генерального, награды и грамоты передовикам, приветственные речи гостей, концерт столичных знаменитостей.  

Торжества закончились, шум, гам утих, пора браться за работу, наверстывать упущенное. Но, это для большинства. Для гостей же и избранных продолжение следует, главная фишка – банкет. Негоже благое дело оставлять без обмывки. Вася опять на виду:  

– Дорогие гости! Располагайтесь, кому, где нравится. Обратите внимание: мебель вся из нами изобретенной пластмассы. Оцените удобство стульев: они тоже не из дерева, литые из специального состава, что позволило их форму сделать очень гармонично соответствующей анатомическому строению тела человека. Анна Львовна (это жена профессора), вы не согласны? Вам неудобно? Вы не помещаетесь. Да, это наша недоработка, в институте не нашлось ни одной женщины с вашими формами и габаритами. Не у кого было снять такую мерку. Потерпите, сейчас принесут металлический стульчик.  

– Продолжим. Скатерть, как вы, наверное, заметили – тоже не льняная, а из нашего полиэтилена. Кажется мелочь, но она и мебель позволили оставить нетронутыми почти десять гектаров леса и несколько соток поля. А, это – кислород, ягоды и грибы. Посуда, кстати, только одноразовая. Но, после использования ее не выбросят, а утилизируют, переработают и пустят в новый оборот. Она не моется, не надо тратить для этого чистейшую воду и усугублять её катастрофическую нехватку на планете, тратить ресурсы на моечные средства и машины.  

– А, теперь достаньте ваши смартфоны. Сейчас придут СМС-ки с просьбой сообщить, что и в каком количестве вы хотите пить, чем закусывать. После трапезы не должно оставаться огрызков и остатков. К сожалению, технология переработки пищевых отходов и мусора нами пока не отработана и не проверена.  

Опять голос той же Анны Львовны:  

– Откуда я знаю, сколько чего мне понадобится, ведь, как известно, аппетит приходит во время еды. И потом, мы не заграница, у нас заведено, чтоб столы ломились от яств и браги. Или вы боитесь, что ваша хвалёная мебель не выдержит такого груза и развалится. О какой технологии вы толкуете, она издревле известна: остатки в ведро и на корм скотине, будет тот же ваш полный оборот.  

– Не упрощайте. Народ на планете постоянно плодится и наука должна думать, как обеспечить его питанием. И мы над этим работаем. Сейчас вы в этом убедитесь.  

И тут помещение заполонил духовитый аромат печеного хлеба. На столе появились пышные, румяные, с манящей соблазнительной корочкой буханки, батоны, булки, коврижки. Волшебный запах ублажил обоняние, невольные слюнки соблазна и желаний увлажнили уста. Некоторые из гостей не удержались, отломили по ломтику, инстинктивно отправили в рот и с наслаждением стали жевать.  

– Этот хлеб – детище профессора Крючкова. Он не выращен на полях, а получен путем специальной химической обработки древесных опилок, горы которых гниют и разлагаются у пилорам и лесопилок.  

Гости с опаской уставились на Васю, друг на друга и брезгливо отодвинули огрызки от себя. Но, тамада сделал вид, что не заметил и их внимание переключил на мясо. Что, это!? Высочайшая категория по мерилам действующих ГОСТ-ов, сразу и не поймешь, то ли это курятина, то ли индюшатина: срез ровный, без прожилок, однородный, сочный, с легким запахом специй. Выбирай на любой вкус, чего нутро требует: хочешь с косточкой, хочешь филе или вырезку. Что и многие сделали, прихватили по кусочку. А Вася:  

– Не удивляйтесь, вам предложено мясо не из убиенных несчастных животных, а изготовленное из продуктов перегонки газового концентрата месторождений Ямала. Можете убедиться, по вкусу и аромату оно не только не уступает говядине, но и многократно превосходит её.  

– Что, что? Вам показалось оно жестковатым, не жуется зубными протезами; попробуйте паштет. Он получен из парафинированных фракций нефти, сдобренных натуральными дрожжами и волокнами конского помета. Не брезгуйте, лошадь благородное животное, употребляет только качественные корма, не бойтесь. Вы ничего даже не заметите, а консистенция вас впечатлит.  

– Спрашиваете, как с закусками? Не торопИтесь. Сейчас будет вам и салатик. Овощи в нем абсолютно без нитратов, богатейший кладезь клетчатки и сгусток витаминов, выращены не на земляном грунте, а на гидропонике, вернее на канализационных бытовых стоках, ингибированных полным набором химических удобрений. Есть у нас и оливье, фишка всех современных застолий и пирушек. Французская рецептура сохранена, но с небольшим усовершенствованием в части грибов: у нас используется мякоть мухоморов. Не пугайтесь, не отравитесь, вредная фракция ректифицирована в насыщенный витаминный экстракт. Да и проблем с их сбором нет, произрастают обильно и везде.  

– Не забыли мы и о сладкоежках, они могут полакомиться нашими кондитерскими изделиями, изготовленными методом глубокого преобразования угля на молекулярном уровне. Причем, карамель, конфитюры, джемы, помадки и иже с ними получены из бурого угля, а шоколадные изделия из антрацита. Технология элементарная: тепловая выгонка в нейтральной среде.  

– Не узнаЁте, что это. Да обыкновенное масло. Нет, нет, не коровье. Его признали вредным. Это же из другого сырья. Оно у нас в избытке, это ведь обычные насекомые: простые букашки – жуки, в том числе и колорадский, комары, мухи, стрекозы, саранча и т. п. Очень калорийный продукт получился, жира почти сто процентов, можно использовать и для жарки и намазать на булочку к чаю. Двойная выгода, поубавится всякой кусающей, жалящей, кровососущей и прочей вредной нЕчисти, так доселе мешающей нам отдыхать и находиться на свежем воздухе. Больше не нужны ни липучки, ни отпугивающие спреи и кремы.  

– Вы что-то хотели спросить? Как дела с паюсной икрой. К сожалению, оказалось не так просто. Первый вариант, а именно, собирание наковыряных глаз из килек и тюльки, не прижился: затратно и трудоемко. Попытки создать хотя бы внешнюю видимость путем обильного сдабривания месива постным маслом ситуацию не поменяли. Пришлось идею забросить. Прорабатываются другие варианты, но пока безрезультатно. Продукт сложный, это ведь набор бисеринок усыпленной и не состоявшейся рыбьей жизни. Поэтому, если увидите его в кустарной продаже на стихийных развалах, опасайтесь, это подделка, фальсификат.  

– А как вы думаете, что за коричневые шарики? Нет, это не каштаны, это простая картошка, но сразу в мундире. На поверхности тоненькая пленочка из тяжелых фракций нефтяных отходов. При запекании пленка улетучится, вкус же картошки сохранится. Зато теперь до нее ни колорадский жук, ни гниль, ни другая зараза не доберется, она сможет храниться вечно, не зазеленеет и не прорастет. С удовольствием констатирую, что, благодаря нашим разработкам, освободятся огромные пахотные площади: их можно будет занять и под картошку, и под свеклу с луком и под другие овощные культуры. Наконец, удастся решить извечную и очень насущную проблему с «борщевым» набором.  

Забыл сказать, Вася не только представлял очередную еду, но и пальцем указывал на автора, на ее создателя, сообщал звание и фамилию.  

– Что же вы приуныли? Берите, ешьте, не опасайтесь, не бойтесь. Все продукты проверены, неоднократно испытаны на добровольцах, пока все живы. Результаты положительные, одобрены Минздравом. Имеется соответствующий акт.  

Но, и эти слова не вдохновили застолье: охотников и желающих притронутся к еде, больше не нашлось. Ситуация оживилась, когда подали напитки и спиртное. Раздался вздох облегчения, все осмелели: чтоб изгнать страх и оцепенение, наполнили сразу в большие фужеры, дружно крякнули и с наслаждением выпили. Но, закусывать все равно пока не решались. Вася же не унимался:  

– Наши напитки ни в чем не уступают натуральным коньякам и хваленным заморским джинам и бренди, острота и вкус им передались от молекул серной кислоты, абсорбированных с фракциями каустической соды. Попутно, к радости многих, увлекающихся и не знающих меры, это избавляет от последующих похмельных синдромов и рассольной жажды по утрам.  

Все почему-то дернулись, икнули и отодвинули чарки подальше от себя.  

– Что, очень крепкое. Да, мы не остановились на рекомендациях нашего коллеги, Менделеева, не ограничились только сорока градусами: если заклинило дыхание, горит в горле и жжет в желудке, попейте водичку.  

И тут же наполнил ею фужер каждого. Все с удовольствием опорожнили их.  

– Не правда ли, приятная влага, свежая, чистейшая, прозрачная, как стеклышко, как родниковая из святого источника. Хваленое заморское пойло по имени АКВА и в подметки ей не годится. А, ведь, это не что иное, как канализационные промышленные и бытовые стоки, очищенные по нашим рекомендациям.  

Потрясенные гости застыли с открытыми ртами и выпученными глазами, а представление не заканчивалось. Несли и несли продукты, внешне привычные, похожие на настоящие, а фактически химическая подделка, хоть и суррогат, но отменного вкуса и качества. Приподнятая завеса их происхождения ошеломляла.  

После таких признаний у некоторых появились подозрительные конвульсивные вздрагивания тела и потуги в горле. К счастью, рецидивов не последовало. Наступила затяжная тяжелая пауза. Вася выдохся. Об основных прорывных достижениях и разработках института он поведал, и на словах и в натуре. Больше демонстрировать нечего. Гости, не лишенные чувства такта, понимали, что молчать не прилично, нужно отреагировать. Но все, как онемели. Выручил представитель министерства:  

– Колоссально!!!  

И всех, как прорвало:  

– Гениально!!!  

– Эпохально!!!  

– Всего-навсего надо построить много химических заводов, комбинатов, научить селян там работать, и наступит невиданная продовольственная благодать. Продуктов станет достаточно, их производство, ассортимент и количество будет оптимально регулироваться, планироваться в соответствии с научно обоснованными нормами и физиологическими потребностями человека. Город, наконец, отдаст долги деревне.  

– Вы только подумайте. Животноводы не будут больше копаться в навозе. Уже не в ватниках, а в белых аккуратных халатиках, не напрягаясь, сноровисто станут управлять сложными механизмами, извлекать ископаемые из недр и получать из них белки и углеводы, основу всех питательных веществ на земле. Животные, которые ныне так безжалостно поедают зеленый покров земли, портят её красоту, воздух и создают парниковый эффект – исчезнут. Дамы будут демонстрировать свои прелести и щеголять в модных туфельках, не опасаясь вляпаться в коровью лепешку на тротуаре.  

Раздался скрипучий голосок Анны Львовны:  

– Коровушек жалко: у них такие милые и добрые глаза, их бы сохранить.  

– Не волнуйтесь, они останутся, но будут играть такую же роль, как домашние кошки или собачки.  

– Но, у меня «хрущевка», малометражка, пятый этаж, лифта нет. Как я ее туда подниму и где размещу?  

– Опять не переживайте. Современная наука способна клонировать ее до размеров морской свинки.  

Неожиданно все стихли и направили свои голодные взоры на открытый проем коридора, где какой-то сотрудник с наслаждением и аппетитом уминал обыкновенный большой бутерброд с колбасой. Затянувшееся оцепенение опять разрушил министерский клерк:  

– Друзья! Давайте еще раз поздравим хозяев с выдающими достижениями и успехами, поблагодарим за гостеприимство и угощение такой, пока еще экзотической, пищей уже скорого будущего. Предлагаю вместе с ними разделить нашу радость и восхищение по этому поводу. Не будем же осквернять этот храм науки и мечты, святилище знаний и талантов нашими дилетантскими рассуждениями, невнятными восторгами и недооценкой всего увиденного. Освободим его от нашего присутствия и перейдем в ближайший ресторан, где, не покушаясь на драгоценные предвестники будущего, привычно, по-старинному отметим юбилей.  

Поднялся галдеж и все с удовольствием покинули зал. Расстроился только Вася. Он так мечтал прикарманить выделенные средства на представительские расходы, а придется их потратить на всю ораву.  

А жаль, что экзотический экскурс в будущее закончился без дегустации. Подождем, юбилеи еще будут, а с ними и новые чудеса возможны.  

Хотя, к чему самообман. Будущее уже наступило, оно реальность. Химия ныне вовсю заявила о себе. Она в нашей еде, в продуктах питания, в нашей одежде, в предметах быта и обихода, в лекарствах, в обустройстве нашего жилища, во всем, во всем, даже в интеллекте. Он теперь искусственный.  

Согласитесь. Вася прав. Не надо пугаться, считать зазорным, воспринимать, как должное, и смело пользоваться для нашего же блага.