Над видимостью озера надежд, когда не сплю..

Мне снилась полной ночи — синева,  

В ней конь совал тугую совесть — гуще,  

Чем мог бы всадник думать — этим внутрь,  

Когда исчез от толщи лет — под пасть  

Внутри своей свободы — выжить полной  

Мне ночью в том, не окунувшись вровень  

В такой вот форме бренности — пародии,  

Как сон могу под вечностью — прочесть,  

А взгляд мой между небом — не редеет,  

Идёт и всё поодаль в сизой — маске —  

Я вижу небо Кербера, что — млеет  

Поодаль сущей важности, чтоб сдаться  

И мне сегодня — для работы сложной,  

Что вижу вдаль художественной — маской  

Я толщу лет, как там себе — дизайнер  

И путь внутри матёрой боли — прежней.  

А город мне на спутнике — прикажет  

Лежать сегодня по глазам — в кровати,  

Не думать, что внутри никак — не важен  

Мой день, мой ад, он просто — эпатажен,  

Где я полжизни провела — под сутью  

Второго детства, чтобы — притвориться  

Себе любовью большей, чтобы сниться  

Потом — внутри под озером надежд,  

Когда проснулась — было всё как прежде,  

Был дом, опять понурый вид — из окон,  

Был Майлс — он будто говорил о пешем,  

Мне вечности сюжете, чтобы — завтра  

И я могла свою машину — вдоволь —  

Оставить взглядом личности — на месте,  

А может в квантах поместить — на «если»  

Уже в другое поле личных — стен.  

Но мой вираж — он космоса прохлада,  

Когда движением думать бы — не надо,  

А надо делать ровный светоч — мины,  

Что люди, как светящиеся — гимны —  

Опять воткнули свой повторный — опыт  

И греют форму космоса — сквозь жилу,  

Где может от планетной боли — топот  

Им кажется приятней, чтобы — думать,  

А может говорить себе — в зевоту —  

О личности простой, что много — миру  

Ты должен здесь — на каждой половине  

Той радости с конца мгновенных — сил.  

А силы не кончались — может детство  

Внутри в моей придирке — говорило,  

Хоть было мне за тридцать — и томила  

Внутри одна искусственная — кромка,  

Когда её с работы может — сводишь,  

А может в цвете там — изображаешь,  

Но всё же ты внутри тогда — не знаешь,  

Где мифом начинаются — болезни,  

Где дом кроит всю полночь — по соседству,  

Где ты, как Анжела — меняешь идеалы,  

А там они меняют форму — в лицах,  

Чтоб глиной прорасти и — пожениться  

Уже в другой реальности, что сходен  

Ты сам с собой, но женский глаз — о моде  

Всё знает точно, чтобы — не обидно —  

Мне было так работать, где бы — видно  

Я всё смотрела вдаль — ничтожных лет.  

А спутник приоткрыл завесу — тайны,  

Я стала спать приятней или — жаром  

Мне будто бы мерещилось там — рано,  

Что буду сном богата в мире — вновь,  

Но буду откровенна — этим мнилось  

Мне сущее в потребности — бахвальство,  

Что много может золота там — вывернув,  

Я так и не прощу себе — под хамство,  

А просто разыграю в сизый — полдень  

Опять к лицу комедию, чтоб время  

С меня тогда стащило серый — полдень  

Моей любви, моей тому — болезни,  

Чтоб Анжела смогла бы жить — достойно,  

Но выше лишь подружек — без упрёка  

Одна, и там не обнимала — строго,  

Не всё пыталась притвориться — лично  

Судьбой внутри гротеска — на беду.  

Ходила там с работы — между ночью  

И баром, что соседний мне — не против  

И сном вина попить или — брататься  

Внутри природы умственных — идей,  

Что много барских стилей — на умору  

Там видела вокруг людей и — споры  

Мне вечно не кончались в этом — мудро,  

Но вечером тащили всё — под ночь  

И так по кругу в личности, что стает  

В кону мгновений отрочества — завтра,  

Ведь знает то Анжела и — летает,  

Подняв немного хвост — путём наверх,  

Подвинув строгий космос — на кордоне,  

Ведь всё жила с родителями — мерно,  

Но жить хотела там одна и — нервом  

Летала в путь опричников — под торг,  

А он сегодня был на редкость — дивный,  

Вдруг, смело познакомилась — с Альберто,  

Он был умён и ус крутил — достойно,  

Чем очень импозантен стал бы — мне,  

Но в той причине взять одну — конфетку  

Хотелось больше пафоса — на рульке  

Такой же перспективы, чтобы — страхом  

Искать уже мужчину в громкий — вес —  

Себе второго или же — под крайность  

И третьего — наевшись в модной шкуре,  

Что мне бывало многое — посильно,  

Но быть тихоней не случалось — нынче,  

Я вся застряла в вечности — пародии,  

А мой сюжет художественный — током  

Ходил сегодня лишь — задраив люки  

Поодаль смертной боли — об заклад.  

Над видимостью озера надежд — ему играя,  

Была сегодня миленькой — под кручей,  

Вставала с барной стойки и — немного  

Укладывала волосы — в той кучке,  

Что можно объяснить причёской — дамы,  

А можно говорить внутри — годами —  

О почести такого вот — преддверия  

Внушённой боли к личности — насквозь,  

Так был Альберто мил и — между нами,  

Вдруг, искорка там быстро — пробежала,  

Толкнул какой-то вихрь внутри — цунами  

И след простыл по ветру — как по числам,  

Что можно говорить, не чаясь — мельче,  

Чем могут быть друзьями — эти формы,  

Когда ты видишь по глазам — молчание  

И трепет вдаль былого — на задворках,  

А там осталась лишь семья — Альберто,  

Он был несчастлив и почти — признался,  

Что сам бы обменял свою — печальность  

На дух моей любезности — сквозь танцы,  

Где мы по бару в вечности — сносили  

Всю низменную прыть, но не — умели  

Присниться может внутренне, как дети  

Так сами для себя, но всё — хотели —  

Бежать куда-то вдаль, где нет — людей.  

На следующий день, когда бы — тучи  

Мне ласковой средой, заполнив — мифы  

Опять спустились на ладони — думать,  

То я осталась там сама с — собой,  

И мне уже заметно стало — в прозе,  

Что там Альберто очень уж — холёный,  

Быть может бабник или же — кручёный  

Наездник дам, что пробует — мораль  

За новой остановкой в форме — думы,  

Дав редкий стиль холеры — понарошку,  

Чтоб можно было слаженно — прикинуть  

Ему сегодня долгой ночи — ножку,  

Но я вокруг не одичала — в мирном,  

Таком любви стремлении и — сдавшись,  

Пошла к нему домой, когда — спесиво  

Всё вызнала о прошлом, как подкравшись,  

А как бы словом выманив там — розу,  

Где мы могли бы жить уже — и вместе,  

Но пробуя романтики ту — пользу —  

Мы вышли вдаль роднением — к невесте,  

Что я боялась говорить — всю тучу  

Такого вот предвестника — маразма,  

Где жить хочу свободно и — недавно  

Уже прошла всю совести — игру.  

Вот, сплю и снится сон один — понятный,  

Там в небе вижу — золотой приятный  

Мне сводится олень — под маской искры  

И тает вдаль, как золото под шалью,  

Что можно небо высветить — на этом,  

И внутренне прижавшись — надоумить  

Строптивый вид от дерзости — на удаль,  

Где можно говорить теперь — мораль,  

О деньгах, или в качестве той — маски,  

О пошлости любви, где без опаски —  

Ты мог бы утверждать такое — в боли  

Строение ментальной ковки — лжи,  

А сон был явно в руку, что — редея,  

Я стала бы играть там — в лотерею  

И снова всё выигрывала в — крайность  

Так много денег, чтобы быть — никем  

Для этой моды пафоса — сквозь жилу,  

Наверно золотую, как — Анжела —  

Уже умеет говорить — серьёзно,  

Но думать внутрь не может — и ведёт  

Пространный ныне диалог — под крайность  

С той болью — между личности и тенью,  

Где завтра лишь газетами — на лени  

Узнает редкий мир свободы — под —  

Такой вот панорамой лжи — и сплетен,  

Что стали слухи расползаться — летом,  

А уж зимой там вышли мне — и боком,  

Узнал Альберто и почти — пророком,  

Вдруг, сам меня и посчитал бы — нынче,  

Но очень испугался — между жаждой  

Быть снова посторонним или — в каждой  

Такой свободе женской — красоты,  

Где Кербер мне подглядывает — мило  

Уже и в сон, что очевидно — к страсти  

Хочу сегодня выиграть — побольше,  

Могу, но буду осторожна — в памяти  

Такой приметы дюжей, что посильно  

Одна теперь я Анжела — за кромкой  

Надежды быть — единожды усилием  

И смертной болью времени — под торг.  

Меняя время через совесть — лично,  

Я стала по карьере выше в — точность,  

Уже и там компанию — под верхом  

Себе одна состряпала — для почерка,  

Но счастья так и нет, меняя — плату  

Над совестью мужского тыла — ниже,  

Где может мне играться этим — завтра  

Мой день, когда он сам уже — конечный.  

Конечен ад и ветер дул мне — в спину,  

Я вижу звёзды, что парят — по лужам,  

А город мне подглядывает — мирно  

На ту мою строением там — дружбу,  

Но свадьбой не закончить мир — из плена,  

Не выдернуть тот ад петли — из нерва,  

А просто распахнуть морали — между  

Второй системой двойственности — лет,  

Их прямо вижу вдаль, меняя — краски,  

Когда сижу у озера в той — куче —  

Моральных нег, где очень буду — сказкой  

Пытаться вылеплять одну — любовь  

Из снов уже наверное — под ужас,  

А может из мужской харизмы — словно  

Там путь мне написал бы время — или  

В спокойствии принял бы совесть — длин,  

Что женской воле говорить там — модно,  

Когда дизайн одежды вижу — криком,  

Когда иду угадывать всю — бликом —  

Манеру форм идейности — под свод,  

И мне уже под сорок, что же — люди  

Не могут быть другими, но — посильно  

Там в каждом доме мужество и — ветка,  

Внутри которой сам и ты — усилием —  

Найдёшь свой мерный оборотень — внутрь.  

Тут были может праздники — на круче,  

А может был пейзаж немного — лучше,  

Чем может показаться — от гранитной  

Системы лиц, а может — между призмой  

Уже давно оцененных — стремлений,  

Что чудом человек не видит — летний  

Пейзаж, но всё крадётся — понемногу  

В ту пору жить, как идеалом — внутрь.  

А я хотела всё ценить — мой ужин,  

Точнее там мужчину или — статься —  

Ему уже второй надеждой — больше,  

Чем может быть он сам мне — показался,  

Но вид внутри художника — сужался  

И небо в красках превратилось — в тени  

На чёрном постаменте — привидений  

В изнеженной потребности — раздеться,  

А после посвятить там мир — на деле —  

Уже в своей банальности — под разум  

На вечный стиль от бытовухи — кроме  

Своей свободы бытия — в утопии,  

Где может буду там больной, но лени  

Не дам сегодня красок — между счастья,  

Что делом в час не отведу — стремлений  

И там не буду хилой тенью — мчаться  

По сумеркам такой же воли — в призрак,  

По серой мостовой, откуда — признан  

Ты сам сегодня — маленькой невеждой,  

А может лишь игрушкой, что как прежде  

Не можешь жить, но видом — укоризны  

Меняешь свой параграф — этой точки,  

Где вид в глазах — орудует под ночью,  

Чтоб сделаться той ревностью — тупой.  

Так годы шли, Альберто изменял — мне,  

Он думал, что и я внутри — не вижу,  

Как он играет в суматошный — видом —  

Там низменный ответ, когда бы — крут  

Казался для меня — на том потоке  

Пристрастия — задев мне миной воздух  

О совести пароль, что сделав — шаг —  

Я внутрь туда и упаду — в свой мир.  

Я стала спать так много, что и время  

Мне стало помогать на том — отрезке  

Практичной боли, вверенной, как эго,  

Чтоб видом хоронить уже — мораль,  

Но готикой на той косе — не виден —  

Был мёртвый стиль от эпатажа — или  

Альберто всё указывал мне — думать  

О рисках по любви, чтоб удержать  

На этой остановке в прозе — вечной,  

Меня конечно, чтобы — между делом  

Убрать бы древний мир — такого танца,  

Во мне, а может и поодаль — веры,  

Но мой приток художественной — боли  

Был так силён, что, не умея — думать —  

Я просто стала спать — вокруг озёрной  

Мне сути неба и почти — лететь —  

Над прошлым, от которого — немного  

Хотела отличать свой мир — на мысли,  

Хотела быть Анжелой или — долго  

Искать природный вымысел — под часть  

Той резкости от права — откровений,  

Что люди говорили в тайнах — времени,  

Когда я их там видела — подкравшись,  

Уже и для себя, как сном — пророк.  

Мои года не дали много — судеб,  

Спала я много и внутри — как роком  

Снялось доселе мудростью — желание,  

Сошёл мой пот вестей, что ненароком  

Я стала лишь другой и — по соседству  

Уже тому искать бы — перестала —  

Опору для себя в мужском — обличье,  

Но стала всё ходить на берег — вдаль,  

Там прямо у воды мой сон — поладил  

С претензией от космоса — в той жиле,  

Что могут быть лишь люди — идеальной  

В строении волшебностью — миров,  

А могут счастьем подманить — истому  

Внутри искусства, чтобы — приобщиться  

К реальности такого вот — желания,  

Когда бы шли им звёзды между — мной  

И редкостью прохлады — в тот же ужас,  

По миру зрелой плотности — сознаться,  

Как было всё — реальностью от жилы,  

А стало лишь — срединной болью слов,  

Где сон, как подаяние мне — в полночь —  

Мерцает сквозь казённый мир и — просит  

Отдать теперь бы дьявола — под вожжи  

Уже другой потребности — в любовь.  

Хотела, чтобы сны сбывались — чаще,  

Хотела быть серьёзнее — под жилой,  

Альберто был замечен — между милой  

Моей средой возможностей и — тот —  

Кто вышел бы поодаль смелой — маски,  

Мне сразу напророчил там — посильно  

Уже развод, что одинокий — вывод  

Из редкости такой вот боли — в крике.  

Но жду я, словно вымерев — под жилу  

Уже тому восход второй и — знаю,  

Что Анжела страдает — неслучайно,  

Толкая существом наверх — свой рок,  

Дерзая путь от снов — неоднократно  

Внутри примеров бытия — под разность  

Людского тона бдительности — если  

Бы сон тогда сбывался или — свят —  

Бы стал над ним в уме — уже прикинув  

Там снова человек, иль может — Богом  

Сошлись бы мне веления — помимо  

Моей красивой внешности — понять,  

Как Анжела всё ищет ветер — сыска,  

Как сам он там висит и — недалёкий  

Внутри неё мерещится всё — воин,  

Поняв моралью свой срединный — свод.  

А мой сегодня там застыл бы — мерно,  

Уж вышла замуж я, мелькая — нервом  

В четвёртый раз и сны, как из колоды  

Мне думают прожить мой космос — черт,  

Но что я вижу — только дилетанты,  

Когда бы руки длились — между силы —  

Внутри такой вот бренности — быть завтра  

Мне в соль любви полезнее, чем — мины,  

Которые расставив — льются в числах  

Там снова в бесконечности — мужчины,  

А завтра просто лгут, кидая — пошлость  

Навзрыд моей способности — простить,  

Я их прощаю и опять — по кругу —  

Ментальный космос заполняет — силой  

Ту оторопь приверженцев — быть мнимой,  

Моей сегодня в бренности — судьбой,  

Но Анжела искала внутрь — примету,  

А сны Плутон всё слал, как оперение  

И выходом под низменное — гениев  

Мне вышло там презрительное — «но».  

Оно так стало трудностью — на свете,  

Что люди, обернувшись стали — верить  

В мою ступень сознательной — болезни,  

Когда я им могу внутри — помочь,  

Когда играю в почести — за полной  

Сегодня лишь Луной, как будто модой  

И вычеркнув там исподволь — манеру,  

Я так хочу прижаться бы — вот-вот  

К реальности другого стиля — в квази  

Там вида для космической — системы,  

Но вижу только небо вдаль — примерно  

И спать ложусь от ревности — такой,  

Что годы ждут и ждёт опять — на месте  

Меня сегодня дух ментальный — или  

Я стала бы внимательнее — к чувствам,  

Когда бы вижу сон — внутри себя,  

Но смыслом не заполнив ад — проверю  

Одну эмблему точности — под риском,  

Что сон то не сбывается, но — время —  

Идёт, и космос оброняет — вслед.  

На Майлсе стало холодно и — жутко,  

Был сном ноябрь и мне — похолодало,  

А вечности мораль не стала — видеть,  

Что там лишь честь оставлена — под вход  

Второго состояния быть — встречей  

С моей превратной бытию — болезнью  

И я там начала искать — придирки  

Внутри своей свободы, чтобы ждать,  

Ждала мужчин, ждала друзей и — тело  

Могло прождать там сон, меняя маску,  

Но снились мне противные — картины  

На Кербере, что открывает — имя —  

Внутри такого путника — под важность  

И там ему не узнаёт всю — сложность,  

В которой может дама стать — намедни  

Уже и к слову общества — счастливой.  

Понять себя не ставило бы — рамок,  

Но мой предел понятий стал — меняться  

И я застыла в статуе под — важность  

Такого чувства космоса — в судьбе,  

Что ноют кости в сумрачном — побеге  

От ревности в простительном — ответе,  

Который мог бы получиться — между  

Реальностью мужского блеска — черт,  

А мог бы рассказать — ещё немного —  

О слаженности близкой формы — рока,  

Но в мой предел полётов стало — имя  

Опять сегодня проходить — чутьём,  

И там я назвала его — Романом,  

Что пуще прежней вольности — осмыслит  

Бы день другой, но в квази — перемене  

Не станет мне пытаться быть — никем  

На спутнике Плутона или — в каждом  

Кто хочет думать женской — перспективе  

И льёт природу идеалов — в лучшем,  

Своём примере думать бы — сложнее,  

Но встретила Романа странно — ближе  

Я в том же баре, чтобы — в этом чуде  

Осталось мне преддверие — болезни  

Во сне такой вот пропасти — из лет,  

Где озеро не вижу в сонной — маске,  

А вижу лишь людей и — переливом  

Они сегодня ищут целым — видом  

Мой день гневливый, чтобы — уберечь  

Меня — от муки важности проснуться,  

А может снова вылепить там — мудрость  

Уже теперь по женской — перспективе,  

Что словом задаю в картине — мельком,  

Когда иду там на работу — в чувствах,  

Когда бросаю стыд в пути — начальству,  

Но белой всё не стала видеть — пользу  

От той работы вверенной — к душе,  

Я просто одичала в трезвой — рамке,  

Когда и мне там стукнуло — за сорок,  

Когда прошли дожди и — между рамок  

И Майлс застыл, как робкий командир,  

Тот город был увенчан — на морали  

Во мне сегодня, чтобы быть — несчётным  

И может усложнять всю жизни — хватку,  

Во сне наверно или под — догадкой,  

Что может мне произойти — на ужин  

В то время — между разницей и ленью,  

Где я бегу там на работу — в ужас,  

А может привираю в стиль — подругам,  

Что знаю много, много — повторений  

В тени такой же древности, что стала  

Уже и там — профессором в дорогу  

На снах моральной неги жить — до завтра.  

Так мой поклон всеядности — привычек  

Прошёл и сонный ветер — растворился,  

Вдруг, вижу тонко озером — по смерти  

Рука вокруг скелетная — крадётся —  

И всё меня притягивает — в полночь,  

Чтоб мне туда спуститься — до упора,  

Но вижу только холод — приговора  

На той своей свободе, чтобы сниться  

В таком предмете ужасов, чтоб личной  

Себе сегодня стать — примерной дамой,  

А может подхватить одну — оплошность,  

Как мифом вампиризма — сложно данность,  

И вычеркнув там мир — приятной роли —  

Уплыть в реальность древнюю — по боли,  

Где мне уже мужчин то ли — не видно,  

Но видно духов в редкости — замков,  

А замки те открыв я стану — вечной,  

Быть может там седой и — недоверчивой,  

Но буду обращать приятный — возглас  

На мёртвый стиль от озера — невзгод,  

Где снова там меня простят — соседи,  

Простят другие облики — под судьбы,  

Но люди не увидят в зрелой — пользе,  

Задав сегодня в точности — полёт —  

По кромке бытия — последней чащи,  

По космосу, что можно — обрываться  

В кону такого юмора — для жизни —  

В другое поле ревности, чтоб гнуть  

Моральный диалект в картине — мира,  

Чтоб стал он — белой скатертью на коже,  

Чтоб вымостил мне опытом — поглубже  

То утро, как бы действуя — за торг  

Над нежностью прожитого — веселья,  

Над обликом скелетной боли — мира,  

Что вижу только лица в снах — помимо  

Той ревности — от прошлого, где там  

Меняю стиль такого же — гротеска,  

Уваживая поздний день — по мере —  

Уже доселе призракам, чтоб — стало  

Там мне виднее будущее — в чести.  

Так стала вся общаться — через игры  

Там с ними — или думать, что общаюсь  

И тело стало слушаться — строптиво,  

Но в том беда, что бытие — не видно  

Внутри природы сна, меняя краску,  

Как сталь затёртой боли — обелисков,  

Когда бы ночь мне кончилась, а — ниже  

Уже прошёл весь сон пути — назад.  

Я снилась там себе сама, что — ужас  

Кормила больше шутками — свой ветер,  

Анжела или путь такого — сердца —  

Был дорог обстоятельству — ко сну,  

Но день моей привычки стал — умнее,  

И после брака пятого — под ленью  

Я вышла снова к озеру — пригнувшись  

В растерзанной превратности — любви,  

А после сны мне показали — метко,  

Что буду снова брошена — в той пуле,  

Что буду жить одна или — поверив —  

Устану быть блаженной — между всей  

Своей природой будущего — в квази  

Той редкой тенеты, когда бы — сглазил  

Меня тому мужчина или — стался,  

Как воин в серой проповеди — черт,  

И я устала ждать такого — риска,  

Над видимостью озера — изыска,  

Всё в точности пригладив — откровенный  

Сюжет теперь поодаль смирных — тем.  

Мой день ведёт мой сон — или поодаль  

Я вижу зов скелетной боли — между  

Опять системой слов, как — ненавижу  

Ту вольность между боли — человека,  

Но мне прощать то некого, а — снизу  

Доносятся лишь крики — от сомнений,  

Что боль одна и много — повторений  

Мне кажется во снах такого — призрака,  

Откуда выйти там внутри — не смею,  

Иду, играясь в личности — под зельем,  

А сон сужает верхний повод — мира  

И что-то замирает в смерти — криво,  

Оно Анжеле помогло бы — сдаться,  

А может стать проводником — морали  

По сторону на той всеядной — рамке  

В своей любви изнеженной — бежать  

Во снах причины космоса, чтоб — эго  

Моё сквозило к смерти — человека,  

Но думало, как крайняя — завеса  

Становится там миром — между веса  

И ложью человеческой — над жалом,  

Что жизнь корить не обессудит — если  

Я вся прошла уже и жизнь — на жалость,  

Но вижу только кости вдаль — миров,  

Они мне стали в космос — претворяться,  

Опять ожили, чтобы — между гранью  

Я видела свой миф судьбы и — сжалась  

Как редкости естественная — мантия,  

Когда покроешь космос — на кордоне  

Такой вот идеалом маски — в жизни  

И спишь, не веря, что пустила — кровью  

Уже второе чудо — в сон постели.  

Так я смогла сегодня там — очнуться  

И выжить в снах такого вот — маразма,  

Мой муж последний обвинил — минутой,  

Что сам не хочет жить и — будто завтра  

Уйдёт и там, но мне неясно — к лести,  

Где будет сон озёрный — претворяться,  

Где буду думать идеалом — если —  

Я знать хочу свой мир — на этом чуде,  

Его несу в руках, чтобы — дизайнер  

Прочёл моралью свой степенный — ужас,  

Где был не понят мир, направив грани  

На собственную вымыслом — причуду,  

Где в области висков — снимают прозы  

Мой день благой, что необычно — крови  

Я быть должна бы смертной или — более  

Уже к лицу рождённой быть — в себе,  

Как женское чутьё, как род — из сердца,  

В котором смыслы постигают — смерти,  

Где движет Кербер время и — не лечит  

Мой юный ужас, но играет — вровень  

Со знаком от судьбы такой, что вверил  

Бы мне сегодня дилетант — на крыше  

Наверно против ветра, что — услышать  

Я смысл тот не могу, но — пролечу  

Над сном такого общества, где — буду  

Пытаться жизни убеждать — природу,  

Что можно стать богатой и — немного  

От жизни получить бы в том — урок,  

Чтоб сонный идеал не видел — сизой  

Мне ясности звезды, что ходишь ближе  

Ты сам ко мне, и где-то между — крова  

Уже блуждаешь в редкости — любви,  

Ты ей затерян, словно бы — не умер  

На женском теле будущего — случая,  

Но там меняют масками — пароли —  

Те сложенные крылья вылить — путь  

В другое страхом общество, а вены,  

Как будто набухают — современно  

И хочется прожить тот мир, как космос  

Внутри всеядной редкости — на свет.  

Но только осветив тот мир — по дружбе —  

Весь сон прошёл, а ты — не понимаешь,  

Что сделать в путь нагляднее — под стаей  

Такой вот идеалом странной — холке,  

Той маске, что рисуешь — над уморой  

И вид твой объективен, где — узреет  

И женщина — свой мир морали прежде,  

Ты дашь ей больше ужас — на полёт,  

Внутри причины космоса — поджавшись  

К растраченному выдоху — быть завтра  

Причиной джентльменского — укора,  

А может сна, в котором — проживаешь  

Ты сам — свой серый мир, диктуя лени  

На ощупь старой вольности — стремлений  

То жуткое нахальство, чтобы — близко  

Отстроить вольный номер — из огней.  

Они пришли сегодня, было — жарко,  

Я вышла на балкон и стала — мерно  

Отвинчивать свой мир, меняя — смертный  

Поток любви — на общий неба вал,  

Когда же звёзды отвалились — к рамкам,  

То вышла смерть и образом — прилива  

Сказала, что в любви нет — идиомы —  

Есть только космос в близости — людей,  

И он прибит сегодня, словно крайность  

На теле объективной боли — мира,  

Где мы желаем думать — между завтра —  

Второй себе, учтённый берег — слов,  

Но водим об заклад — такие нервы,  

Что спим поодаль смирного — прилива,  

Где этим затерялись в мерной — жиле  

Уже года под свойскостью — трудов  

И вольный номер стал, как эпохальный,  

А я застыла в сонной — атмосфере,  

Прижавшись к полю образов — на грани  

Своей свободы выжить — между днём  

И ночью — в сложной исподволь затее,  

Что можно мнить тот космос — от идеи,  

А можно только выдумать — придиркой  

Там озеро глубоких вдаль — надежд,  

Когда они вопьются сильно — когтем  

В твой мозг и будут будоражить — тело,  

Когда ты вся покроешься — болезнью  

На личности, как кровью — изойдёшь,  

И смерти будешь говорить — посильно,  

Что нет чудес в той ревности — насилием,  

Но есть просторный космос — над минутой  

И он сегодня твой, а может — в торг —  

Ты видишь им понятный день и — время,  

Что можно врать, не обещая — смыслом  

Одну себе реальность жить — и верить  

В космический пристрастия — полёт.