Клуб 27

– Эй, двинь задом! Весь проход загородил, – зло прошептали сзади.  

Он не сдвинулся с места, как будто не слышал упрёка. Молодой человек смотрел на сцену, не отводя глаз и даже не моргая. Он замер, как замирают маленькие дети, получившие неожиданную пощёчину от своих родителей.  

– Вот баран, – выдохнули ему прямо над ухом и ощутимо ткнули тростью в бок. Пахнуло сигаретами и намёком на кишечное заболевание. Замужняя пара прошла мимо и стала шумно пробираться сквозь ряды плотно расставленных стульев. Парень не шелохнулся, только плотнее сжал побледневшими пальцами штанину невероятно широких брюк.  

– В довершение, мы бы хотели сказать несколько слов тем, кто только начинает свою творческую деятельность, – молодая девушка склонилась ближе к микрофону и неловко покачнулась. Чтобы не упасть лицом с трибуны, она крепко ухватилась за руку стоящего с ней на одной трибуне парня. Тот же, словно только этого и ждал, бережно придержал её за талию. Они переглянулись. И засмеялись.  

– Если вы хотите создать нечто действительно стоящее, – продолжил за своей напарницей парень, после чего она подхватила:  

– То создавать это нужно вместе. Ведь по-настоящему цепляющие истории случаются только с людьми, между людьми и…  

–... и потому что мы – люди! – сказала лучезарная парочка хором. В то же мгновение последнюю фразу, которая, к слову сказать, была также и последней строчкой представленного проекта, заглушил гром аплодисментов. Люди повскакивали со стульев. Кто-то громко прокричал «браво», где-то разрыдались то ли от чувственности, то ли просто так, и только один человек стоял неподвижно. Впрочем, стоял недолго – его буквально вышвырнуло волной оваций из зала. Эта же волна успела презрительно хлопнуть дверью прямо перед его носом, кем-то услужливо и слишком нервозно закрытая с другой стороны.  

***  

Он шёл долго, ни разу не остановившись с тех пор, как покинул пределы студенческого городка. Ноги переставлялись уже с трудом, но молодой человек не обращал на это сильного внимания. Он вообще не обращал внимания ни на что. В голове было пусто. Подмышкой он сжимал папку своих трудов. Время растеклось для него в безмерно большую лужу, доходившую ему до щиколоток – только и делай, что переставляй ноги. Бесконечно долго.  

Сначала рядом гудели машины, вокруг приглушенно шумел вечерний город, потом эти звуки стихли. Вместо них своей ночной жизнью зашептал лес. Хрустели под ногами ветки, шелестели листья. Но скоро закончился и он. В уже затухающей вечерней заре перед парнем раскинулось пшеничное поле.  

Просёлочная дорога, по которой он продолжил идти дальше, была ужасно пыльной. С каждым шагом высохшая грязь поднималась в воздух облачком грязи. Много песка попадало в ботинки. Мелкие камешки неприятно покалывали ступни. Парень шёл дальше. В уже занемевшей руке они сжимал толстую папку.  

Поле утыкалось в неровную береговую линию. Среди песчаных барханов были неуклюже вбиты колья, между которыми повисли беспокойные нити импровизированного забора. Дальше было только море. Лужа, которую молодому человеку было так просто уже не перешагнуть. Он рассеянно осмотрелся и сел в остывший песок. Крепко прижав толстую папку к груди, он уткнулся коленями в подбородок и заплакал.  

Было больно. Невыносимо больно. Парнишка в широких штанах стенал и корчился, как будто с него заживо снимали кожу. Но даже так, он не выбрасывал папку из рук. Побелевшие костяшки крепко-накрепко сжимали кожаный переплёт.  

Свернувшись калачиком, он часто вздрагивал, выбираясь из цепкой хватки истерики. Слёзы кончились. Першением в горле осела невыразимая горечь, прожить которую молодому человеку уже не представлялось возможным. Неуверенно перекатившись на другой бок, он с третьей попытки встал на четвереньки и уткнулся макушкой в песок. Так он простоял минут десять, после чего сел на колени и попытался встать. Получилось это у него не сразу. Тело не слушалось, оно потеряло волю к жизни.  

Молодой человек пошёл дальше вдоль береговой линии. Пройдёт чуть больше суток, прежде чем его найдут бездыханным в сорока шести милях от университета. Его тело прибьёт волнами к городскому пляжу, где на него наткнётся группа подростков, нарушившая комендантский час. Как позже будет говорить врач скорой, который оказывал первую помощь: «Мальчишке сильно повезло. Я так понимаю он свалился от изнеможения или голодного обморока на пляже. Случился прилив и его утянуло волнами в море. Недалеко, правда, иначе сорванцы бы ни за что его не разглядели. Парнишку спасли штаны – слишком уж они ему велики. Вздулись и послужили ему подушкой безопасности. Не в рубашке родился парень, но уж точно вам скажу, что в штанах! »  

Кожаной папки при нём найдено не было.