Старуха

Людмила страдала от кошмаров на протяжении многих лет. В каждом чертовом сне ее преследовала страшная старуха, в изношенной серой шали, потрепанных лохмотьях, с одним видящим глазом и странной ухмылкой. Когда незнакомка улыбалась, в ее рту Люда видела гнилые зубы, а за ними кучу мелких пауков. Они выползали из ее рта и двигались к Люде, но девушка каждый раз убегала и просыпалась в поту. И так год за годом. Но чем ближе становилось совершеннолетие, тем ближе была старуха.  

Люда, отчаявшись, направилась в церковь и покрестилась. Нечисть на какое-то время успокоилась, но в одну из ночей, когда небо было чисто от облаков, а над миром властвовала полная луна, Люда заерзала в кровати, спасаясь во сне.  

Ведьма схватила ее за руку и заставила развернуться к себе. Загорелая кожа, как папирус, казалась хрупкой, но девушка знала, что за ней нет человека. В глазах нечисти горела искренняя ненависть, зависть к живым и гнев к человеческому существу. Старуха выпустила пауков, что стали подниматься по рукам Люды, девушка пыталась вырваться из цепкой хватки, вспомнить молитву, но оказалась в оковах зла.  

– Ты примешь мой дар... – впервые заговорила ведьма. Люда крепко сжала рот, не позволяя паукам войти.  

– Нет! – крикнула Люда.  

Серебряный свет от креста ослепил. Старуха завопила басом быка и схватилась за лицо. Люда, отбежав, прикрыла глаза, но все же заметила два крыла, закрывших собой девушку. Проснувшись, она надеялась, что этот кошмар закончился. Однако на ее руке остались темные следы от длинных тонких пальцев. Беспокойные сны вскоре прекратились, и женщина зажила обычной жизнью.  

Когда Люда родила дочь, то первым делом покрестила ее. И когда она думала, что ужас позади, а ребенок в безопасности, Милана явилась к матери посреди ночи.  

– Что такое? – Людмила обняла заплаканную дочь.  

– Мамочка, мне во снах какая-то старушка приходит...  

Милана показала руку. На ее запястье были те же отметины, что и у Люды.  

"Крещение не помогло... " – взгляд Люды потускнел. – "Мы в опасности".