Застолья с мраморными нимфами в августе

* Ничто не входит в сердце человека с такой ледяной силой, как точка, поставленная вовремя. Минимализм Есепкина вызывает у читателя эстетический шок  

Яков Есепкин  

Застолья с мраморными нимфами в августе  

Тринадцатый фрагмент  

Тронный август, сияй и гори,  

Твой шатер будет ангелам сниться,  

И во вретищах славны цари,  

Что по смерти золотой цениться.  

Набегут ли юдицы — пеять  

И юродствовать в хладности камор,  

Над столовьем пустым вопиять:  

Затечет яд со хлебов на мрамор.  

Нимфы сада одно золоты,  

Пировые ль не встанут из тлена,  

Яко вновь чрез всетемные рты  

Дочек Тийи лиется белена.  

Четырнадцатый фрагмент  

У Саррот -- золотые плоды,  

Фрэнсис помнит власа Береники,  

Августовские благи сады,  

Здесь нас мнят Женевьевы и Ники.  

Сдвинем кубки теснее, Француз,  

Выпьем яду за шум постмодерна,  

Царскосельских пленительных муз  

Ныне ветхая сень эфемерна.  

Август нам ли виденья и шлет,  

Их тая в хладе мраморных веток,  

Сколь немолчен валькирий полет  

Над сиреневой тьмой статуэток.  

Девятнадцатый фрагмент  

Морта властная холод патер  

Накаляет огонем жаровен,  

Ломки абрисы бледных гетер,  

Дивный пир сновиденьям и ровен.  

Маком тусклым увиты столы  

Вековые, чадятся лампадки,  

Ан Цилии откупно белы,  

На серебро лишь темное падки.  

Иль очнемся — в цветницах виньет  

Снов картены и мы не глаголем,  

И аурность о хлебах тлеет,  

Сотемненных всемлечным уголем.