Терзают смутные сомнения, что нас в том цирке больше не ждут, и я их понимаю, после того что мы учудили со Сталиным...

-30-  

Алиев1: Это как раз накануне войны было. Мы, с братом, по сути бродяжничали. Брат пел (тот мычит) ну как умел, а я собирал подаяние и уже тогда пробовал показывать фокусы, самые простейшие, типа отрывание большого пальца руки... (показывает)  

Пантелеев: Ух ты, ловко! А ещё?  

Алиев1: Ну, для остальных фокусов нужен реквизит. К сожалению, при переезде в санаторий ничего кроме тюрбана с собой взять не удалось, хоть нам сказали, что это временно, но терзают меня...  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Терзают смутные сомнения, что нас в том цирке больше не ждут, и я их понимаю, после того что мы учудили со Сталиным...  

Пантелеев: Да погоди ты про Сталина, ты какой санаторий имеешь в виду?  

Алиев1: Так, где тот злой дядечка на проходной в костюме вахтёра, а под ним больничный халат и в тапочках...  

Пантелеев: А с чего ты решил что это санаторий? Мне когда сюда послали, сказали что это особый режимный объект для особо режимно одарённых! Что здесь мы с Людмилой будем как дома и даже лучше! Это, так сказать, большая честь продолжать служить Родине именно в этом месте, в честь моих бывших боевых заслуг! (Спросишь каких? Не спросишь? ) Это когда я Гитлера два раза поимел (или три? Сейчас уже не вспомню) а один раз не догнал!  

Алиев1: В смысле, «не догнал»?  

Пантелеев: Значит, как я его поимел тебя не интересует, а дело громкое было!  

Алиев1: Это был второй вопрос... (после паузы) Так говоришь лошадь у тебя говорящая?  

Пантелеев: НЕТ! Что за бред!  

Алиев1: Вот как раз про говорящую лошадь я готов поверить! У нас в цирке был чревовещатель Мартын! Он за животных говорил! Ну как говорил... пытался... Но зрители всё равно впечатлились! Может ты тот же фокус проворачивал?  

Пантелеев: Да нет же! Что я дурачок за лошадь разговаривать?! А ну постой, ты что реально меня за сумасшедшего держишь?  

Алиев1: Заметь, не я это сказал....  

Алиев2: Ага!  

Пантелеев: Завали ебало!  

Алиев1; Брат-то что тебе сделал, псих!  

Пантелеев: Хорошенькое дело, да меня сам Будённый ценил! Это он же меня сюда и отправил! А как мы с ним вдвоём, верхом на предателе генерале Власове целую кучу танков от Москвы отогнали?  

Алиев1: Ч-чего?!  

Пантелеев: Мы военную хитрость применили, надели на генерала костюм от белого медведя, разрисовали черными полосами, и сами, значит, себя так же разукрасили. Это была психическая атака! Матросы на зебре! Буденный рулил генералом, дёргая того за яйца, а я обвешавшись гранатами, ну в смысле пустыми коньячными бутылками пел «Марш Будённого»! Фрицы от нас как тараканы бежали!  

Алиев1: И я их п-понимаю...  

Алиев2: Аг-га!  

Пантелеев: Ты что мне не веришь, ты своему командиру не веришь?! А ну встать смирно! Ты тоже! Чего глазами лупишь?!  

Алиев1: Брат глухонемой, придурок! Он тебя не понимает!  

Пантелеев: Ага, значит пока я спиной к нему сидел он меня понимал а сейчас когда Родина в опасности резко разучился?!  

Алиев2: Ага!  

Пантелеев: Убью, суку! Пристрелю, и не дрогнет рука!  

Алиев: Брат, держи этого ненормального!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Как? Нежно! Вспомни, как тогда, когда мы Митрофанычу помогали к номеру готовиться, который назывался: Разрывание цепей в закрытом прозрачном кубе, который медленно заполняется водой!  

Алиев2: Ага!  

Алиев: Согласен, длинное название, но не суть. Тогда мы чисто случайно, тот куб снаружи закрыли не на крючок, который легко изнутри открыть, а на навесной замок и Митрофаныч чуть не утоп. Зато как зрители аплодировали, когда он молча за нами по арене гонялся с этими самыми цепями!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Вот и я о том же! Вяжи психического!  

Пантелеев: Помогите, хулиганы зрения лишают! Людмила, скачи за помощью! Ну что же ты?! Лошадка-а-а!  

* * *  

Алиев1: Здоровый, чертяка...  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Прав ты был, брат, надо было раньше его захомутать и вместе с лошадью сдать куда следует. И как только таких среди здоровых людей держат, он же и вилкой мог кого-нибудь ткнуть!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: С языка снял!  

Пантелеев: Идиоты! Это же мятеж! Вас же расстреляют по закону военного времени!  

Алиев: Слушай, помолчи, а! Надоел! Как же спокойно было у цирковых. А уж на Арарате...  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Прав ты брат, после того как мы несколько отрядов турок... товой, нам там появляться нельзя... Чего, спрашивается, мы с того хлебного места ушли. А уж какой там виноград рос, эх... Ну что ж уж теперь...  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Да сам понимаю, что снова в бега придётся податься. Этот хоть и псих...  

Пантелеев: Сам дурак!  

Алиев1:... но как не крути – военный, не хватала нам ещё и с Красной армией бодаться!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Точно, отвоевали мы своё! Может в монахи податься, поближе к богу и подальше от людей? И батюшка нам это советовал.  

Пантелеев: Слышь ты, монах хренов! А как же приказ? У нас задание стеречь эту тропу от диверсантов!  

Алиев1: Тебе надо ты и стереги! А мы пойдём, от греха...  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: В смысле не «по-божески»?! Ты чего несёшь, Магога?!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Родина в опасности?! Какая «родина»?! Мы с тобой турецко-поданные, у нас и паспорта есть! На кой нам их дурацкая война!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: А по губам?! Где ты только слов таких нахватался?!  

Пантелеев: А что он сказал?  

Алиев1: Ругается!  

Пантелеев: Матом?  

Алиев1: Им! С каких-то решил что это и его война тоже! Опомнись, брат! Мы же педерасты! Тьфу, пацифисты!  

Пантелеев: Давай, Магога! За Родину! За Сталина!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Только не за Сталина! Он нас ненавидит!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Хорошо, раз на то пошло я согласен в последний раз поучаствовать в очередной твоей авантюре, но это в последний раз, брат! И сразу же уходим в монастырь!  

Алиев2: Ага!  

Алиев1: Разумеется, в женский! Мы же педерасты! Тьфу, пацифисты! Твоя взяла Пантелеев, мы принимаем бой!  

* * *  

Пантелеев: Так что у вас там со Сталиным было?  

Алиев1: А я думал, не спросишь. Не поверишь, форс-мажор!  

(продолжение следует)