FB2

По Муромской дорожке.

Повесть / Любовный роман, Проза, События
Крестьянскую дочь Меланью соблазнил и опозорил сыг графа. Что случилось с девушкой в дальнейшем? Об этом наша повесть.
Объем: 4.509 а.л.

Аля Хатько & Олег Вайнтрауб  

ПО МУРОМСКОЙ ДОРОЖКЕ  

 

ПРОЛОГ.  

Летним днем 15 июня 1810 года золотых дел мастер Иван Букреев торгового дома “Букреев и Ко” из Мурома отправился в Нижний Новгород на ярмарку. Ему нужно было купить серебро для выполнения заказа купца Калашникова. Неделю назад жена купца успешно разродилась тройней. Семья пополнилась двумя мальчиками и одной девочкой. Обрадованный отец перед крестинами заказал в торговом доме “Букреев и Ко” сразу три серебряных именных крестика. Но, как на грех, у мастера под рукой не оказалось достаточно серебра. Пришлось посылать своего помощника Ивана за ним в Нижний Новгород на ярмарку. Там он часто покупал серебро и золото у знакомого цыгана. Где тот его брал, своим секретом с Иваном он не делился.  

Иван вначале прошелся по рядам, рассматривая различный товар, а затем отправился в угол ярмарки, где обычно торговал своим товаром цыган Яша. Он еще издали увидел черную кудрявую голову знакомого продавца. Яша был на своем месте со своим лотком с товаром.  

– Здравствуй, Яша. Как дела? Как торговля? – поздоровался Иван.  

– Да слава Богу, идет потихоньку. А ты за чем в этот раз?  

– Серебро нужно, чавела.  

– Ты как раз вовремя. Могу предложить тебе что-то особенное.  

– Ну и что же?  

– Не простое серебро, а заговоренное. Оно не только украшает, но еще и лечит.  

Иван скептически посмотрел на цыгана. Уж кто-кто, в цыгане умеют заговаривать зубы покупателям, расхваливая свой товар, – подумал Иван.  

– И чем же оно лечит?  

– Пока его хозяин болен, оно будет темным и тусклым. И ничем его не очистишь. Но как только хозяин выздоровеет, оно тут же засияет полным блеском. Это оно помогает при болезнях.  

– Вот мать моя уже две недели мается с животом.  

– А ты сходи на рассвете к роднику и набери воды с первыми лучами солнца. В эту воду положи часть этого серебра. И через сутки дай матери попить. Посмотришь вся хворь пройдет.  

Цыган нагнулся и достал из своей сумки две тонкие серебряные пластинки. Они ярко засияли на солнце.  

– Возьми, Иван, вот эти две. Они не намного дороже, но посмотришь, потом не пожалеешь.  

Покупатель подержал их в руках, рассмотрел их получше. Это, как раз то, что ему было нужно. Из них получатся хорошие крестики для новорожденных. Не торгуясь, заплатил запрошенную сумму и еще раз поблагодарив, побродил немного по ярмарке и отправился домой.  

Одну пластинку сразу отдал в работу. Мастер приступил к изготовлению крестиков. А вторую, как советовал цыган Яша, опустил в родниковую воду. Через сутки дал матери попить этой воды и попросил постоянно носить эту серебряную пластинку с собой. Пластина была темной и тусклой. Еще через сутки матери стало лучше, а к концу недели она и вправду совсем поправилась. Когда раскрыли пластинку, она сияла ярким светом. Иван убедился в правоте слов Якова, но об этом ничего никому не сказал.  

К указанному Калашниковым сроку крестики были готовы и при крещении детям Калашникова священник надел на шеи крестики.  

Прошло много лет с той поры. Судьбу только одного крестика нам удалось проследить и то не весь его путь.  

 

Глава 1. Станислав.  

 

Ох, с каким же тяжелым сердцем Станислав возвращался домой в родное поместье! А ведь всего два месяца назад он уезжал отсюда полный надежд на новую жизнь. Он, выпускник Петербургского университета, мечтал в Москве открыть свое дело, жить свободно и безбедно. Дома всей семьей его отговаривали от этой затеи, утверждали, что в Москве и так много адвокатских и юридических контор, что трудно будет ему выдержать такую конкуренцию, но он упорно стоял на своем. Тогда отец вынужден был сдаться. Он собрал все имеющиеся в семье свободные деньги и отдал сыну на устройство его новой жизни.  

Отец Станислава Титов Иван Матвеевич был помещиком средней руки, имел много земли, поместье, деревню, в которой проживало около 250-и крестьянских семей. Дела у него шли ни шатко, ни валко, но семья, в которой кроме его самого, жены и Станислава была еще его младшая сестра Полина, была всем обеспечена. Семье хватило денег, чтобы учить Станислава в университете в Петербурге. Теперь они копили деньги на приданое дочери, которой через два года исполнится 18 лет и нужно было уже подумать о женихах. Но все планы их нарушил Станислав. Он вдруг решил, по совету друзей, в Москве открыть адвокатскую контору. И все деньги до копейки на это дело отдал Станиславу отец. Но по приезду в Москву при встрече с друзьями объявил о своих планах. Когда же они узнали о денежных ресурсах, которыми он располагает, они его просто высмеяли, сказав, что с такими деньгами можно открыть лишь, приют для бездомных кошек. Тут же посоветовали ему поиграть в карты на деньги. Говорили, что новичкам, как правило, всегда везет. Нужно только не заигрываться. Если удастся ему удвоить имеющуюся сумму, то этого может хватить для открытия своего дела. Рассказали, что в доме Самсонова по вечерам собираются люди и играют на большие деньги. И в тот же вечер Станислав решил попробовать. Друзья помогли ему познакомиться с хозяином дома. Станислав рассказал ему о своей проблеме, и тот посоветовал сесть за стол, где играли богатые мужики. Сразу ему повезло. В первом же кону он выиграл большую ставку. И в следующем кону он поставил все свои деньги. И ему снова повезло: он удвоил эту сумму. Его уже взял азарт. Он снова поставил все деньги. И снова выиграл. Теперь он уже остановиться не мог. Но удача изменила ему. В очередном кону он проиграл все до копейки. Занял у друзей большую сумму в надежде отыграться. Но увы, и эти деньги прошли мимо. И в результате он проиграл все отцовы деньги и еще теперь за ним числился большой карточный долг.  

И сейчас, подъезжая к дому, он думал о том, как он посмотрит теперь в глаза отцу. Стыд за свой поступок просто сжигал его душу. Но в глаза отцу смотреть ему не пришлось. Еще за околицей он услышал поминальный звон с колокольни деревенской церкви. Он спорил и у проходившего мимо мужика.  

– По ком звонит колокол?  

Мужик узнал Станислава и ответил:  

– По батюшке вашему, царство ему небесное. Намедни он представился.  

Станислав поспешил домой. В центре зала на столе стоял гроб. Рядом на стульях сидели безутешные мать и Полина. Мать, увидев Станислава удивилась и обрадовалась:  

– Сынок, как хорошо, что ты так быстро приехал! Как ты узнал? А я все думала, как дать тебе знать.  

Станислав ничего не ответил, а только спросил:  

– Как это случилось?  

– Вчера мы вместе пообедали и пошли отдыхать. Отец пошел к себе в кабинет. К полднику в столовую он не вышел. Я пошла посмотреть. Заглянула в кабинет, а он лежит на полу. Я к нему, а он уже и не дышит. Послали за доктором. Когда тот приехал через два часа, осмотрел и сказал какое-то иностранное слово -инварт какой-какой-то  

–Инфаркт, – сын поправил мать, – это когда сердце разрывается.  

– Как хорошо, сынок, что ты приехал! Я бы сама с похоронами и не справилась бы. А ты там в Москве уже свое дело начал?  

– Пока еще не успел.  

– Ну и ладно. Что Бог не делает – все к лучшему. Останешься теперь за хозяина. А то, на кого же все бросить? Я в этом ничего не понимаю. Отец все делал сам да сам. Вот теперь и нет его.  

– А вам с Полиной нужно будет вернуться в город. Зима скоро.  

А сам в это время подумал: а на что же они будут жить теперь? Денег в хозяйстве теперь нет, а у меня еще такой долг…  

Схоронили Ивана Матвеевича на деревенском кладбище. Сын обещал на следующий год поставить ему хороший памятник. Ближе к зиме мать с Полиной переехали в свой дом в городе, Станислав остался в своем имении за хозяина. Денег за собранный урожай едва хватило, чтобы обеспечить жизнь женщин в городе, а долг его продолжал висеть. Он едва успевал писать записки с долговыми обязательствами. Нужно было сокращать расходы. Станислав вызвал к себе Александра. Тот при отце исполнял обязанности вроде управляющего в имении и в доме. Станислав попросил его представить отчет о текущих расходах. Когда ознакомился с отчетом, пришел к выводу, что для такого небольшого имения слишком много слуг. И слуги все преклонного возраста. Тут же вспомнилось, что в домах его друзей, у которых он бывал часто, слугами были молодые симпатичные девушки, на которых было даже приятно посмотреть. Он приказал Александру уволить старых слуг и оставить только: повара, конюха и оду горничную. Правда повара и конюха можно оставить прежних. Они с делами хорошо справляются. А горничную нанять и обучить новую.  

Гуляя по деревне, Станислав в одном из крестьянских дворов заметил молодую симпатичную девицу. И тут же пришла мысль: вот она и станет горничной. Пора уже Матвеевну увольнять, совсем старой уже стала. Александру приказал привести эту девицу в дом. Через день в господском доме появились девушка по имени Мария. Она была очень красивой девушкой с карими глазами, тёмно-русыми, длинными волосами и точеной фигуркой. Было ей 18 лет, замужем она не была. По тем временам девушке пора бы уже быть замужем и иметь детей, но так случилось, что родители не имели средств, чтобы собрать своей дочери приданое. А тут подвернулась служба, о которой девушка могли только мечтать. Так Мария случайно оказалась в господском доме.  

 

Глава 2. Князь Нико.  

 

Закончилось лето, наступила осень. Полевые работы были окончены. Скучное время наступило в деревне. Если летом Станислав мог себе позволить по утрам, оседлав Буланого, промчаться по полям, посетить лес и реку, то теперь в постоянно моросящий дождь не хотелось даже носа высовывать из дому. Чтобы уехать в городской дом, где сейчас были мать и сестра, речи не шло. Для этого нужны были деньги. А все деньги, вырученные за урожай, уходили на содержание городского дома и на жизнь матери и сестры. Себе Станислав оставлял буквально копейки. А о погашении долга даже речи не заводил. Долговые обязательства только множились.  

Все свое свободное время Станислав проводил у себя в кабинете за чтением книг. Иногда писал письма своим университетским друзьям. По вечерам с Александром играли в карты.  

Какую-то новизну в жизни Станислава внесло появление в доме Марии. Девушка быстро освоилась со своими обязанностями и в любом деле проявляла инициативу. В первую же неделю она навела идеальный порядок в доме. Все было на своих местах, все блестело и сверкало. Целый день она трудилась, как пчелка. Она была повсюду. Вот только ее видели в прихожей, а она уже на втором этаже протирает оконные стекла. То начищает столовое серебро в буфете, то перестилает постель в гостевой комнате. Станислав раньше, когда Матвеевна убирала в его кабинете, выходил из комнаты, а теперь ему нравилось смотреть на Марию, когда она делала уборку. Какой же молодой мужчина останется равнодушным при виде красивой молодой девушки, особенно, когда она работает? А Станиславу, привыкшему за четыре года учебы в университете в Петербурге часто бывать в женском обществе, теперь было особенно трудно переносить свое уединение. А женские формы Марии не давали ему уснуть по ночам. Но пока он держал себя в руках, ограничивался только разговорами с ней, хотя ему так хотелось обнять ее тонкую талию, тискать ее упругие молодые груди, целовать эти манящие алые губы. Он считал, что это от него не уйдет. Рано или поздно он все-таки затащит ее к себе в постель. Но его этим планам не суждено было сбыться.  

Внезапно, его уединение было нарушено. Станислав получил письмо от своего старого университетского друга Нико, так в университете друзья звали грузинского князя Николая Мелидзе. Родом он был из Кутаиси. Его бабушка по линии отца была грузинкой. Отец же и мать Николая были русские, а грузинские черты он получил от бабушки. Друг писал, что на Покрова собирается приехать в Россию и пробыть там до нового года. Планирует навестить Стаса в его деревне. Станиславу очень хотелось встретиться еще раз со своим другом, но ему было стыдно за свое нынешнее убогое существование. Он хорошо знал, насколько богаче живет многочисленная родня Николая в Кутаиси. Однако отказать ему в посещении он не мог.  

И вот в конце октября, в середине дня, к господскому дому в деревне подъехала шикарная карета, запряженная четверкой гнедых лошадей, и с фамильными гербами на дверцах. Из нее вышел высокий молодой человек в черкеске и с кинжалом на поясе. Станислав вышел сам встретить друга. При встрече они обнялись и только потом пожали друг другу руки. Станислав пригласил друга в дом, где был накрыт шикарный стол. (По этому поводу Станислав не жалел никаких денег. За вином и продуктами посылали даже в город). Кучера распорядился накормить на кухне, а лошадей поставить в стойло и дать лучшего овса.  

За столом друзья пили вино и вспоминали университетские годы. Потом они уединились в кабинете Станислава, зажгли кальян и потекла плавная беседа. Нико рассказал Станиславу, что родители настаивают на его женитьбе. И для этого они нашли ему подходящую невесту из очень богатой и знатной семьи. В качестве приданого он получит двухэтажный дом в Кутаиси и фабрику. На фабрике валяют валенки из шерсти местных овец. Валенки пользуются большим спросом в России. Вот он и приехал налаживать каналы сбыта своей продукции.  

Нико заметил, что при этих его словах помрачнело лицо Станислава.  

– Стас, что- то не так? Я что-то не то сказал?  

– Нет, мой милый друг, все так, просто мне стало завидно. А вот у меня дела совсем плохи.  

И он рассказал другу о своей неудачной попытке организовать свое дело в Москве, и как он проиграл в карты все деньги на это и остался ни с чем.  

– Не грусти, Стас. Деньги дело наживное. Как у нас говорят: “деньги что навоз, сегодня нет, а завтра – воз”  

– Тебе легко говорить…  

Во время их беседы к ним, постучав заглядывала Мария спросить не нужно ли чего господам. При первом же ее появлении Нико буквально рот открыл, просто сраженный ее красотой. Когда она закрыла дверь, мужчина спросил:  

– Стас, кто это у тебя?  

–Горничная Мария. Простая деревенская девушка, два месяца у меня служит в доме. Молодец какая, в руках у нее все буквально горит.  

– Да при ее внешности ей царицей быть, а не горничной.  

– Ну, брат ты загнул, и совсем не факт, что все царицы красавицы.  

– Да я просто к слову. А ты с ней не того?  

Станислав улыбнулся.  

– Я пока еще присматриваюсь. Но поверь, я своего не упущу. Я уже начал учить ее грамоте.  

– А я бы дня не выдержал!  

 

Две недели гостил Нико у Станислава. Все эти дни он не спускал глаз с Марии. А перед отъездом он заявил Станиславу:  

– Стас, давай заключим с тобой сделку.  

–???  

– Я закрою твой карточный долг.  

– Как? А что я для тебя должен буду сделать?  

– Отдай мне Марию.  

–Как отдай? Зачем она тебе? Ты же собираешься жениться.  

–Невесту я не люблю. Она старше и некрасивая. А Марию я как увидел, так и голову потерял сразу. Я полюбил ее больше жизни.  

–И, что ты с ней будешь делать? Тебя же родители все равно заставят жениться. Ты же не сможешь отказаться от этого брака.  

Нет, конечно. Иначе я все потеряю, и будущий тесть меня прирежет.  

– Ну и, что ты будешь делать?  

– Я куплю ей домик, обеспечу всем и будет у меня женщина для души.  

– Наверное и для тела? – улыбнулся Станислав.  

–Конечно и не без этого. Разве можно быть равнодушным к такой красавице?  

– Но ты хоть с ней говорил об этом?  

– Нет, я решил сначала поговорить с тобой? А вдруг ты ее для себя держишь?  

Ох и жалко было Станиславу отпускать Марию! Она ему самому очень нравилась. Но соблазн одним махом рассчитаться с карточным долгом одержал верх.  

После этого разговора Станислав видел, как Нико весь вечер провел в комнате Марии. Утром он спросил у друга:  

–Ну как твои успехи? Соглашается Мария на твои условия?  

– Нет, только через венчание.  

– Ну а ты?  

– Я вынужден был согласиться.  

–А, как же твоя невеста?  

Нико хитро улыбнулся.  

–Обвенчаюсь-то я в России. Кто в Грузии об этом узнает?  

– Дома ты женишься, а что будет с Марией?  

– Я куплю или построю ей домик и обеспечу ее так, что любая ей позавидует.  

– Ты ей об этом говорил?  

–Нет, обо всем мы с ней поговорим на месте  

– Ну смотри, брат… За двоеженство Господь по головке не погладит.  

–Дай Бог все обойдется. Замолю грехи, в церкви поставлю пудовую свечу.  

И действительно, в соседней деревне Николай договорился со священником, уплатил ему хорошие деньги и тайно они обвенчались с Марией.  

А за месяц до нового года Нико увез Марию.  

Станислав с тоской смотрел вслед уезжающей карете, в которой Нико увозил навсегда так понравившуюся ему Марию. От всей души он желал ей счастья, понимая, что сам ей такого дать бы не смог. Но он не знал, что через много лет они еще встретятся.  

 

Глава 3. Нико и Мария  

 

Нико торопился. Им с Марией предстоял долгий путь на Кавказ. Он хотел до нового года решить все проблемы с Марией. В первую очередь, ему предстояло открыть ей всю правду о себе и о своей будущей женитьбе. Он понимал, что разговор будет не из приятных, поэтому как можно дольше откладывал его начало. Откладывал еще и потому, что она, узнав всю правду, и пока они еще ехали по России, могла сбежать от него.  

И только тогда, когда половина пути была уже позади, Нико раскрыл всю правду Марии. Ее реакция была ожидаемая: были горькие упреки, и она проплакала почти двое суток.  

– Не плачь, дорогая, вот увидишь, тебе со мной будет хорошо, и ты не пожалеешь никогда, что уехала со мной, – пытался утешить ее молодой мужчина.  

– Нико, ведь ты же обманул меня! Ты же клялся мне в любви и обещал сделать своей женой! Ты обманул не только меня, ты обманул Господа! Ты перед алтарем святой церкви дал согласие взять меня себе в жены.  

– Ну пойми ты меня. Я иначе никак не мог, ведь ты согласилась уехать со мной, если мы только обвенчаемся. А я ведь так тебя люблю, больше жизни люблю! Без тебя я жить не смогу!  

И снова Мария принималась плакать. Он, как мог утешал ее. Она сквозь слезы говорила:  

– Узнала бы это я раньше, ни за что бы не поехала с тобой!  

–Ну, и что бы тебя ждало дома?  

– Жила бы спокойно, у меня была хорошая работа. Нашелся бы жених, вышла бы замуж, родила бы детей. Были у меня настоящий муж, дом, семья… А так…  

Опять она громко заревела.  

– Рано или поздно все равно Станислав тебя бы обрюхатил. Я же видел, как он смотрел на тебя. И как он не хотел тебя отпускать. Только, пообещав ему оплатить его карточный долг, я уговорил его отдать тебя.  

–Значит ты меня просто купил, как вещь, как корову или овцу?  

–Ну что ты говоришь! Я же по-настоящему полюбил тебя! И другого выхода у меня не было, он просто бы не отдал тебя.  

–Все вы мужики такие. Вам только одно нужно от нас. А потом вышвырните, как ненужную вещь. И, когда у вас свадьба намечается?  

– Сразу после Рождества.  

–Так что с твоей невестой у тебя не так?  

– Во-первых, она старше меня почти на 4 года. Во-вторых, у нее какая-то болезнь суставов, и она по полгода проводит на лечениях на водах. И, к тому же, она совсем некрасивая. Не то что ты.  

– А ты что, получше себе выбрать не мог?  

– Я сам не выбирал, выбирали родители. Она очень богатая, за ней дают большое приданое.  

– Все деньги… деньги.  

– А я вот видишь не посмотрел, что ты из бедной семьи, полюбил тебя.  

– А в жены по-настоящему взять не хочешь.  

– Опять ты за свое. Я же тебе объяснил. Не могу я ослушаться отца. Иначе он лишит меня наследства. А что я без него? “Голый князь”  

Этот бесконечный разговор длился у них до самого Кутаиси. По прибытию туда, Нико сразу домой не поехал, а остановился в замке у своего друга Георгия. Ему нужно было найти жилье для Марии. Своими проблемами Нико поделился с другом. Тот, конечно, не одобрил его поступок, но в помощи не отказал.  

– Послушай, Нико, у меня в имении в предгорье живет старая женщина. Она мне приходится какой-то дальней родственницей, ни то двоюродная бабушка, ни то троюродная тетка. Очень интересная женщина. Она из богатой, но разорившейся семьи. Когда-то она блистала у нас в высшем обществе. А сейчас живет одна в своем отдельном домике. Давай поселим твою Марию к ней. И Элико будет не скучно, и Марии с ней будет хорошо. А ты ее будешь тайно посещать.  

–Спасибо, Гога, ты настоящий друг!  

Георгий оказал своим гостям еще большую любезность, взявшись проводить их до места и представить бабушке Элико.  

Бабушке Элико было уже давно за 70. Никто точно не знал ее возраста. Во времена своей молодости, когда она блистала на балах, естественно, она скрывала свой возраст. А дальше так и пошло. Никто в церковные книги не заглядывал, чтобы уточнить год ее рождения. А все теперь ее принимали такой, какая она есть и просто называли бабушка Элико. Приезду своего дальнего родственника бабушка обрадовалась. И еще больше обрадовалась, когда узнала, что Мария останется у нее. Встретила она ее приветливо, сразу отвела ее в дом и показала комнату, где теперь предстоит ей жить.  

Георгий и Николай пробыли у бабушки Элико недолго, и сразу стали собираться. Николай попрощался с Марией, пообещав скоро ее навестить. И сразу они уехали, а женщины остались вдвоем. Они при первой же встрече испытали взаимные симпатии друг к другу. У Элико детей не было. Замуж она вышла поздно почти в сорок лет, муж рано погиб, так и не успев оставить потомство. А теперь всю свою нерастраченную материнскую любовь Элико стала отдавать Марии.  

Маша это чувствовала и платила ей той же монетой. У бабушки около дома было небольшое хозяйство, садик и огород. Мария, привыкшая с детства к крестьянскому труду, сразу взяла их под свою опеку, чем очень порадовала старушку, которой было уже тяжело выполнять эти работы.  

По вечерам, когда все работы по дому были завершены, они уединялись в комнате у Элико и до полуночи вели задушевные разговоры. Очень много полезного для себя Мария узнала у Элико. Бабушка продолжала с ней учебу. Обучала ее не только читать и писать, но давала ей уроки по школьной программе. Мозг Марии жадно впитывал эти все знания, как губка. Бабушка Элико учила Марию разбираться в травах. Флора Кавказа богата разнообразными лечебными травами. Для Марии стало откровением, что лечебное действие отваров трав можно усилить многократно различными заговорами. Этим заговорам научила Элико и Марию. Жители соседнего села иногда обращались к Элико за помощью во время родов. И последнее время женщина брала Марию с собой, учила ее, как помогать беременным женщинам, как принимать роды, как ухаживать за новорожденными. Через год Мария могла уже это делать сама.  

А еще Элико учила Марию хиромантии, как по руке предсказывать судьбу людям. Сама Мария не особенно верила в эти гадания или предсказания до тех, пока Элико не попросила показать ее левую руку. И каково же было ее удивление, когда Элико в точности рассказала о ее прежней жизни. И заодно предсказала, что у нее родится дочь. Но долго жить она с ней не будет. Мария спросила у бабушки о Нико, долго ли у них будут отношения. Элико как-то смутилась, и почему-то увела разговор в сторону, так и не ответив на вопрос девушки.  

 

Через два года Марию было уже не узнать. Она из простой крестьянской девушки превратилась вполне современную девушку. Бабушке хотелось сделать из нее достойную подругу для Нико, чтобы ему не было стыдно за нее. И это уже скоро почувствовал Нико.  

– Маша, ты стала какая-то другая, – говорил ей, увозя ее на день или на сутки вместе с собой.  

– Какой? – улыбаясь, – спрашивала девушка.  

– Не знаю точно, слово никак не подберу, современная что ли.  

– А тебе это не нравится?  

–Наоборот! Я еще сильнее люблю тебя.  

Нико приезжал к ним, увозил с собой Марию, но никогда не оставался ночевать в доме Элико, а снимал номера в гостиницах или ночевал с ней у друзей. И каждый свой приезд осыпал Марию подарками. Мария оказалась любвеобильной женщиной, по темпераменту не уступающая Нико. И это еще больше заводило его. Иногда они всю ночь напролет проводили в любовных ласках. И это, в конце концов, дало свои результаты.  

 

Глава 4. Прасковья.  

 

Спустя два года после появления Марии у Элико, Мария почувствовала, что забеременела. Об этом первой она призналась Элико. Та очень обрадовалась. Семьи у старухи не было, и сейчас она настолько уже привыкла к Марии, что относилась к ней, как к своей дочери, а будущего ребенка уже считала своим внуком. Обрадовался этой новости и Нико, он ждал появления на свет сына. Со своей женой у них детей не было. Миранда продолжала лечиться в Европе от бесплодия. Надо сказать, что Мария довольно спокойно перенесла известие о женитьбе Нико. Это произошло через два месяца после их возвращения из России. За это время Нико успел ее морально подготовить к этому событию. Дорогие подарки, которые он дарил ей при каждом своем посещении и постоянное долго отсутствие его невесты, а потом и жены сделали свое дело. Мария успокоилась. Перед Богом она считала себя его законной женой, а что здесь у него еще есть одна жена, то она считала, что это его проблемы  

Беременность Мария переносила легко. Возможно, этому еще и способствовали заботы Элико. Она поила ее настоями лечебных трав, которые притупляли тошноту. Аппетит у нее был хороший, а Элико следила за тем, чтобы девушка не набирала лишний вес. Мария знала из предсказаний Элико, что у нее родится дочь. Она уже придумала ей имя – Прасковья. Об этом она сообщила Нико, но тот только засмеялся, он был уверен, что Мария родит ему сына, поэтому об имени дочери даже не задумывался: Прасковья, так Прасковья.  

В назначенное время на свет появилась девочка, как и предсказывала Элико. Она сама принимала роды у Марии. Роды прошли сравнительно легко и без всяких осложнений. Пожалуй, даже больше Марии появлению на свет ребенка радовалась Элико. Своих детей у нее не было, и она всю свою нерастраченную любовь теперь перенесла на новорожденную. Можно было смело сказать, что у Прасковьи сейчас было две матери, правда, кормящей была только одна. Но заботились о ней обе, и еще трудно сказать кто больше.  

Нико был несколько разочарован, что не сбылась его мечта о сыне. И к Марии он стал относиться как-то более прохладней. Этому еще способствовало возвращение Миранды. Теперь Нико стал реже появляться в доме Элико. И еще то, что некоторое время после родов с Марией нельзя было заниматься любовью. И увезти ее на пару дней от ребенка он теперь не мог. А в доме у Элико на ночь он принципиально никогда не оставался. И Мария, занятая заботами о дочери, не особо сильно скучала о муже. Её устраивали его подарки и редкие посещения. Ревновала ли она его к жене? Она не раз задавала себе этот вопрос, и тут же отвечала, что почти не ревновала. К этому она относилась как к неизбежному, но небольшому злу. Она знала и чувствовала, что по-настоящему Нико любит только ее.  

А вот о Миранде этого сказать было нельзя. Когда Прасковье было уже более пяти лет “доброжелатели” доложили Миранде, что у Нико на стороне есть женщина и даже ребенок от него. Со всем своим южным темпераментом она возненавидела эту женщину и ребенка, и во всех своих молитвах, и заклинаниях желала им зла.  

А Прасковья не знала об этом, росла здоровым веселым ребенком. Мать и названная бабушка только радовались, глядя на нее. Бабушка очень внимательно следила за ее здоровьем, и до 5 лет девочка ничем практически не болела.  

А за эти годы лечения Миранде так и не помогли зачать ребенка. Мысль о том, что где-то растет ребенок Нико от другой женщины просто душила ее. Ей захотелось взглянуть на него. Она воспользовалась отсутствием мужа, который уехал на несколько дней по делам и уговорила брата Тенгиза совершить с ней конную прогулку к домику Элико. Брат подготовил двух коней, и они вместе отправились в дорогу. У Тенгиза был любимый пес сенбернар по имени Плут. Пес был огромным черной масти. Сам вид его был устрашающим, но собака обладала добродушным характером и очень любила детей. Что они с ним только не делали во дворе: и ездили на нем, и запрягали его в коляску, и катались на ней. А он все терпел. Как только где-то услышит голоса детей, так сразу мчится туда.  

И в этот раз Плут увязался за хозяином на прогулку. Проехав несколько километров, они оказались на лугу перед домиком Элико. На лугу паслось несколько овец. Тенгиз стреножил лошадей оставил их пастись на лугу, а сам с Мирандой пошёл в сторону домика. Плут пошел с ними.  

Обычно Паше не разрешали выходить за ворота. А в этот раз ворота почему-то оказались распахнутыми, очевидно, Элико, выгоняя овец на пастбище, забыла их закрыть. И Паша сама не заметила, как оказалась на лугу. Там было много цветов и разноцветных бабочек. Она принялась рвать цветы и пыталась поймать бабочку. Вдруг откуда не возьмись перед ней оказалась огромная черная собака с разинутой пастью и красным высунутым языком. Она от страха закричала и присела. Собака не собиралась на нее нападать, а наоборот, подошла и лизнула ей щеку. Но от этого прикосновения девочке стало ещё страшнее. Прежде она никогда не видела собак, и она ее очень напугала. Но тут же к девочке подошла незнакомая женщина.  

–Девочка, не бойся, она не кусается.  

Женщина присела и продолжала успокаивать девочку, гладила ее по головке. Волосы у девочки были светло-русыми. Та подняла на нее глаза. И женщина увидела черные глаза, точь-в-точь глаза Нико.  

–Девочка, как тебя зовут?  

–Паса (букву Ш она хорошо еще не выговаривала)  

–А маму как зовут?  

–Маса.  

–Маса-Паса, – засмеялся, рядом стоящий Тенгиз.  

Первой почувствовала что-то недоброе Элико. Она в это время мыла посуду на кухне. Мария была в комнате.  

– Маша, где у нас Паша?  

–Во дворе гуляет.  

– Что-то я в окно ее не вижу.  

Мария выскочила во двор. Во дворе ребенка не было. Со страх прижав руки к груди, выбежала за ворота. Там в метрах 50-ти увидела незнакомых женщину и мужчину с собакой. Женщина сидела на корточках перед Пашей и что-то ей говорила. Паша с опаской поглядывала то на нее, то на собаку. Мария подбежала к ним, схватила на руки Прасковью.  

– Вы Мария? – спросила женщина с сильным грузинским акцентом  

–Да, – коротко ответила Мария и быстрым шагом пошла к дому.  

Женщина поднялась с корточек, и они вместе с мужчиной пошли в сторону, где паслись лошади.  

У ворот Марию встретила Элико. Она видела всю эту картину.  

– Это Миранда. Ничего хорошего от этой встречи не будет. Не надо было ей общаться с Прасковьей.  

И, действительно, к вечеру у девочки поднялся жар. Впервые она заболела. Три дня у нее была высокая температура, хотя никаких признаков болезни Элико в ней не обнаружила. Через три дня все прошло.  

–Маша, девочку нужно увозить отсюда. Не к добру была эта встреча. Миранда не даст теперь покоя ни тебе, ни ей. Ты уже взрослая, переживешь, а девочку спасать нужно. Чует мое сердце.  

 

Глава 5. Расставание с дочкой.  

 

При всем уважении к способностям Элико предвидеть будущее, Мария не особенно поверила в то, что Миранда может навредить ей и Прасковьи. Хотя уже первый их контакт говорил о многом. Стоило Миранде поговорить с девочкой, как она тут же заболела. Марии не хотелось верить в это, она считала случившееся простым совпадением. При очередном посещении она рассказала Нико о встрече Миранды с Прасковьей. К удивлению Марии, Нико отнесся серьезно к предупреждениям Элико. Он сказал, что все считают, что у Миранды “дурной глаз”. Она точно может сглазить или навести порчу. Нужно всячески избегать их контакта.  

–Маша, а Прасковья у нас так и не крещеная?  

–Ты же знаешь, что нет. Здесь в Грузии я не хотела ее крестить. Я хочу поехать домой, а там ее мы и окрестим в церкви, где мы с тобой обвенчались. При записи в церковной книге вопрос об ее отчестве не возникнет. А вот с фамилией как быть? Раз мы с тобой заключили по сути дела фиктивный брак, то твою фамилию Мелидзе ей не стоит давать. Пусть она будет под фамилией моей семьи Федосовых.  

–А может быть запишем под двойной фамилией? Смотри, как красиво звучит: Прасковья Николаевна Федосова-Мелидзе.  

–Неплохо. Хорошо, я подумаю.  

–А когда ты собираешься ехать?  

–Я пока еще не решила.  

–Через месяц мне нужно будет ехать по делам в Москву. Мы могли бы поехать вместе и заодно заехать к твоим старикам.  

–Давай так и сделаем. Я отвезу Прасковью к дедушке и бабушке. Что-то последнее время мне стало страшно за нее. Пусть временно побудет у них. И тогда там и окрестим ее.  

– Вот тебе месяц на сборы, а к 5 сентября будьте готовы. Я заеду за вами. А в течение этого месяца мне вряд ли удастся еще вырваться к вам. Последнее время Миранда стала очень подозрительной, следит за каждым моим шагом.  

Весь месяц ушел на сборы. Больше всех решение супругов отвезти дочь в Россию огорчило Элико. Она так привыкла к малышке, что уже просто считала ее своей родной внучкой. Ей хотелось перед отъездом получше принарядить ее. Она из старого своего модного гардероба перешивала ей платьица, юбочки, штанишки. Наряжала ее, как куклу. А девочке нравилось это занятие. После каждой примерки новой вещи, она выходила и хвасталась перед матерью.  

–Ну, ты у нас вырастишь модницей, – говорила Мария, глядя на дочь, которая крутилась перед зеркалом, – бабушка избалует тебя, а где я потом найду тебе новые наряды?  

Быстро пролетел месяц и наступило 5 сентября. С самого утра мать и дочь были в радостном возбуждении, ожидая приезда экипажа Нико. Только у Элико постоянно на глазах наворачивались слезы. Готовя им поесть в дорогу, она отвлекала себя от грустных мыслей о разлуке со своей любимой названной внучкой.  

И вот раздался стук копыт. К дому подъехала карета. Из нее вышел Нико. Он поздоровался с Элико, поцеловал Марию и подхватил на руки Прасковью.  

–Ну что, Пашенька, ты готова ехать?  

–Даааа!  

–Тогда бери маму за ручку и веди в карету.  

А сам подхватил чемодан и сумку Марии пошел тоже к карете. А девочка вдруг обернулась:  

– А, как же бабушка?  

– Бабушка остается, она будет ждать тебя, когда ты вернешься, – пыталась ее успокоить Мария.  

– Без бабушки я не поеду! – начала капризничать девочка.  

Кое-как бабушке удалось успокоить ребенка, а при этом у Элико слезы бежали по морщинистым щекам.  

Еще несколько мгновений и карета скрылась за поворотом. Элико стояла в воротах и еще долго махала им на прощанье рукой. Она уже знала, что никогда она больше не увидит Прасковью.  

Этот путь до Москвы они проделали за неделю. На ночь останавливались на станциях и в доходных домах. Еще три дня добирались от Москвы до деревни, где жили родители Марии. А рядом с этой деревней было поместье друга Нико Станислава. Оставив своих женщин отцу и матери Марии, Нико без приглашения отправился навестить друга, чем очень обрадовал его. У него он пробыл целые сутки. Еще день у него ушел на крестины Прасковьи. Кроме подарков тестю и теще Нико для Прасковьи прихватил серебряный крестик, реликвию своей семьи. По преданию, этот крестик спасает его обладателя от любых болезней. Он передал его священнику, проводившему обряд крещения, и тот надел серебряную цепочку с крестиком на шею Прасковье.  

На следующее утро Нико укатил в Москву по своим делам. Вернулся он за Марией только через 10 дней. А за это время Прасковья уже привыкла к своим новым дедушке и бабушке. Она еще не знала, что маму и папу она видит последний раз.  

 

Глава 6. Страшная месть.  

 

Некоторое время Миранда и Тенгиз шли молча к своим лошадям. Тенгиз взглянул в лицо Миранды и увидел, что она бледная, брови сведены, зубы сжаты так, что на скулах желваки выпирают.  

– Ну что, убедилась? Говорил же я тебе, что не нужно было сюда ехать. Теперь все время будешь думать об этом.  

– Я должна была сама убедиться. Одно дело, когда тебе говорят, что у мужа есть любовница и ребенок, а другое самой это увидеть.  

– Ну вот и увидела. А что дальше?  

– Не знаю, но я бы своими руками задушила бы ее. И его тоже…  

– Это в тебе говорит ревность.  

– Да! И обида тоже. Уже третий год мы с ним как ни стараемся, а детей у нас нет. А, как князю без наследника? А у нее получилось. И ребенок есть. Если он захочет ее признать, то девочка может стать его наследницей. А меня, как бездетную, может просто вышвырнуть. Будь моя воля, я просто прибила его! Как он посмел?! Да еще и с русской.  

–А ты признайся, девочка то хорошенькая. Так и на Нико похожа.  

–Не надо, Тенгиз, не трави душу. Сейчас мне так хочется наказать Нико. Надо сделать, что бы он не хотел даже смотреть в ее сторону, а не то, что думать.  

– Тогда нужно будет тебе обратиться к колдунье. Она даст тебе какое-то отворотное зелье.  

–Тенгиз, миленький, узнай, пожалуйста, где она живет и как ее найти.  

– Хорошо, я попытаюсь узнать.  

На этом в этот день разговор на эту тему у них закончился. Оставшуюся дорогу домой они ехали молча. Через несколько дней Тенгиз сообщил Миранде, что в пригороде Кутаиси живет старуха Софико. Все ее считают колдуньей. Женщины к ней ходят за приворотным зельем. Возможно, у нее есть и отворотное зелье. Тенгиз пообещал сопровождать ее к домику Софико.  

Поездку к колдунье Миранда решила сделать, когда Нико не будет в городе. А этого пришлось ждать почти месяц. И только в середине сентября ей удалось выбраться. Не без труда им удалось разыскать этот дом. Действительно, дом оказался на окраине города и вообще он стоял несколько в стороне от остальных жилых построек. Дом весь утопал в зелени. Но, как ни странно, ни одного плодового дерева у дома они не заметили. В основном, преобладал колючий кустарник. Через распахнутую калитку они вошли во двор, поднялись на низенькое крыльцо. Тенгиз постучал в дверь. Долго никто не открывал, затем послышались шаркающие шаги и дверь открыла старуха. На вид ей можно было дать лет девяносто, хотя грузинки в старости выглядят намного старше своих лет. Ничего не говоря, она сначала показала крючковатым пальцем на Миранду, а затем вглубь дома, а перед Тенгизом выставила открытую ладонь, знаком останавливая его на пороге. Он так и остался стоять на крыльце, а женщины вошли в дом. Старуха первая вошла в комнату и села в свое кресло. Миранда в нерешительности остановилась перед ней.  

–Бездетная? – шамкающими губами спросила старуха.  

Миранда утвердительно кивнула.  

– И не проси. Ничем не помогу. Детей у тебя не будет. Слишком злая ты.  

–Да я не за этим.  

– За приворотным не похоже. Никого ты не любишь и ничья тебе любовь не нужна.  

– Ну, а мужа то?  

–Тебе не любовь его нужна, а его деньги.  

– Но он другую любит. И у них уже ребенок.  

–Значит хочешь, чтобы он от нее отказался?  

– Да, если это возможно.  

–Все возможно, если сильно захотеть.  

Так вы мне поможете?  

–Но это будет дорого стоить.  

–Сколько?  

Софико назвала сумму. Для Миранды это были небольшие деньги.  

–Я согласна, – она вытащила кошелек и отсчитала деньги и положила на стол перед старухой.  

Та тяжело поднялась со своего кресла и шаркающими шагами поплелась в другую комнату. Через несколько минут она вернулась с небольшой бутылочкой из темного стекла.  

– Семь раз добавляй ему в еду по чайной ложке. Но смотри, ни в коем случае ни в чай или кофе, ни во что горячее и не с алкоголем. Когда будешь добавлять, говори следующее.  

И старуха на ухо Миранде прошептала заговор.  

– Запомнила?  

Миранда утвердительно кивнула.  

–Повторяю ни в горячее, ни в алкоголь!  

–Я поняла.  

–Через месяц придешь скажешь результат. А сейчас ступай.  

–Спасибо вам, добрая женщина.  

–Ступай, ступай.  

Миранда вышла. На крыльце Тенгиз встретил ее вопросительным взглядом. Она рассказала ему о разговоре со старухой и показала бутылочку.  

–Глупости все это. Не верю я в эти заговоры., отмахнулся Тенгиз  

– Посмотрим, может быть поможет.  

– Как же «поможет»! Выпил пару чайных ложечек зелья и перестал любить женщину. Как просто!  

Миранда ничего не ответила на выпад Тенгиза. Она-то верила в силу зелья и заговора.  

В течение месяца она уже шесть раз добавила Нико в пищу это зелье. Оставалось еще на один раз. За этот месяц Нико из дому никуда не отлучался, и Миранда уже поверила, что зелье начинает действовать. А на исходе четвертой недели Нико вдруг стал куда-то собираться. Напрямую спросить его куда он собрался Миранда не решилась, а попросила служанку проследить, куда поедет князь. Вскоре служанка доложила, что хозяин поехал в сторону долины. Значит, он поехал к ней, – подумала Миранда. -Не помогает значит зелье…  

Оставался еще на один раз. Тогда она решила увеличить дозу. В бутылочке оставалось жидкости еще не одна чайная ложка. Но, как заставить его выпить? Она вспомнила, что Нико перед сном всегда ставит на тумбочку рядом с кроватью стакан с водой или соком. Ночью часто его мучает жажда, особенно после жирной пищи. Она на ужин заказала повару жаркое из баранины. Попросила выбрать мясо пожирнее и хорошо поперчить и посолить.  

К удивлению Миранды, Нико отсутствовал недолго. Миранда к ужину надела свое любимое платье, устроила легкий макияж, была особо внимательна и нежна с ним. Подкладывала ему в тарелку куски баранины побольше и пожирнее. Нико ел жаркое и обильно запивал вином  

Перед сном Миранда налила в стакан кизилового сока и добавила туда вначале одну чайную ложку зелья, а затем на свет посмотрела на остатки в бутылочке, и вылила остальное. Стакан поставила на тумбочку рядом с кроватью Нико.  

Утром Миранда первым делом взглянула на стакан на тумбочке Нико. Стакан был пуст. Значит мой план удался, – подумала женщина. Вскоре он забудет о своей Марии.  

За завтраком Нико почти ничего не ел, жаловался на головную боль и отсутствие аппетита.  

– Не нужно было столько вина пить перед сном, – корила мужа Миранда  

Головная боль не прошла и к обеду. Аппетита не было никакого. Нико только выпил компот из свежих фруктов, есть больше ничего не стал. После обеда отправился в свой кабинет, там лег на диван и уснул. Миранда заглянула к нему перед самым ужином, он продолжал спать. Она немного еще подождала и решила все-таки его разбудить. Обратила внимание, что лицо его осунулось и побледнело. Проснулся он тяжело, от ужина отказался. Свое такое состояние он списывал на то, что вчера выпил лишнего вина. Так без ужина он и пошел спать. Утром он едва смог подняться с постели. Слабость чувствовалась во всем теле, кружилась голова, аппетита не было никакого. Стало ясно, что он заболел. Послали за доктором. Тот долго и внимательно осматривал его, но никакой болезни у него не нашел. А через два дня Нико стало еще хуже. Тогда он попросил послать за Элико. Она уже не раз спасала больных, от которых уже отказались все врачи. Через два часа кучер привез Элико. Вначале она расспросила Миранду о состоянии Нико, а затем осмотрела его внимательно. Задала ему несколько вопросов. Еще раз расспросила Миранду не принимал ли он каких-либо лекарств. Та сказала, что у Нико плохой сон и он принимает на ночь капли в виде снотворного. Старуха попросила принести бутылочку с каплями. Та оказалась пуста. Старуха понюхала и сразу все поняла. Характерный запах одной из трав, которые применяются в различных приворотных и отворотных зельях дал ей понять, что произошло воздействие на Нико и, скорее всего, была передозировка. А это всегда плохо заканчивается. Она еще раз послушала сердце Нико, и внимательно осмотрела его глаза. К выводу пришла неутешительному. Выйдя в другую комнату, позвала с собой Миранду.  

–Напрасно, девочка, ты это сделала. Ты из-за своей ревности погубила мужа. Его уже не спасти. Жить ему осталось от силы неделю. Не пытайся оправдываться, я вижу тебя насквозь. Извини, помочь я вам ничем не могу. Скажи кучеру, чтобы отвез меня обратно.  

Вернувшись домой, поговорила с Марией.  

– Маша, как мне не жаль, но тебе придется уехать домой, в Россию. Миранда уже погубила Нико из-за своей ревности. Думаю, она на этом не остановится. Она будет искать способы, как и тебя извести. Тебе лучше уехать. Для твоего же блага.  

Деньги, золото и украшения, подаренные Нико, у Марии были., их было много. Она наняла небольшой экипаж и через неделю покинула Грузию. Перед этим она сердечно попрощалась с Элико, и очень благодарила ее за все.  

 

Глава 7. Вот и у Прасковьи уже дочь.  

Эта деревня с красивым названием Добрыничи, расположилась недалеко от небольшой реки, с таким же созвучным названием Добрая. Естественно, что первой была названа река, а затем уже дали люди название этой деревне. И была деревня не очень большой, но и не совсем маленькой. Проживало в ней немногим более, чем полторы сотни жителей. Число жителей постоянно менялось, так как старики умирали, а дети рождались.  

События, о которых мы хотим поведать нашим читателям происходило задолго до революции. В доме Снопковых, (для наших читателей поясняем: Прасковья выросла и вышла замуж за Елизара Снопкова) где в любви и радости проживал Елизар и Прасковья вместе с его родителями преклонного возраста, на третьем году после свадьбы родилась девочка. Это событие принесло в дом радость не только родителям, но и бабушке с дедушкой. Решено было, не откладывая в долгий ящик, ребёночка окрестить. И уже через неделю Елизар запряг лошадь и, усадив крёстных отца с матерью и жену с ребёнком, отправился в церковь. Путь к храму пролегал вдоль реки. Мать девочки долго рылась в своём большом сундуке, который занимал значительную часть комнаты. Перед поездкой в храм Прасковья передала мужу какой-то предмет, завёрнутый в льняную тряпицу и настоятельно рекомендовала, чтобы именно этот крестик священник надел на шею младенца. Елизар только пожал плечами. Но крестик осторожно, как будто тот был хрустальным, опустил себе в карман.  

В тот год июль стоял в норму тёплым и в норму влажным. В силу такой славной погоды на полях рос славный урожай хлеба и крестьяне по-тихому радовались, что в этом году голодать не придётся.  

Дорога проходила мимо красивого дома, который принадлежал графу Раневскому. Правда, проживал граф здесь не постоянно, а только в летнее время. Зимой он увозил свою семью в город М…, где вся знать предавалась утехам в холодную пору. Там ладились балы, приёмы. Там знакомились между собой молодые люди, играли свадьбы.  

Случилось так, что и у графа Раневского Степана и его жены Екатерины также недавно родился первенец, и они привезли сына в храм, чтобы провести обряд крещения.  

После обеденной службы священник начал проводить обряд. Он поочерёдно брал на руки то мальчика графа, то девочку крестьянина. Перед Богом все равны, и никто не роптал и с пониманием относились к такому отношению. Крестик, который Елизар отдал заранее, священник некоторое время держал в руках, как бы не решаясь надеть на шею девочки. Ещё минута и он уже хотел надеть его на мальчика, но граф кашлянул, и священник, словно очнувшись, с молитвой одел крестик на Меланью, такое имя дали девочке. Присутствующие обратили внимание, как блеснул крестик от множества зажжённых свечей. Графскому мальчику, которого назвали Фёдором, на шею надели золотой крестик.  

После обряда присутствующие обменялись вежливыми поклонами и разъехались в разные стороны.  

Время шло. Лето сменялось осенью, осень зимой. Зима уступала место весне и так год за годом. Незаметно из маленькой крикливой девчушки Меланья превратилась в подростка, а затем и в девушку. Самое интересное было в том, что Меланья ни в раннем детстве, ни позже никогда не болела. Все детские недомогания проходили стороной, в то время, как её сверстники подвергались всевозможным болезням. Некоторые даже умирали, не дожив до подросткового возраста. Бабушка Авдотья Никитична только хитро улыбалась, глядя на внучку, которая была обладала красотой и стройной фигурой. Равных во всей округе Меланье не было. Когда Меланье исполнилось 16 лет она превратилась в первую красавицу во всей округе. Она была чуть выше среднего роста, с длинными стройными ножками и маленькой стопой. Волосы были тёмно-русыми и достигали девушке ниже пояса. Когда мать заплетала ей косы, то сама удивлялась толщине этих кос. Глаза у Меланьи были карими, а ресницы и брови чёрными. Губы алые, словно лесные зрелые ягоды земляники.  

– И в кого только удалась наша дочь? – иногда удивлённо спрашивал Елизар у жены Прасковьи. – Не похожа она ни на тебя, ни на меня.  

На этот вопрос не могла ничего ответить женщина. Сама видела, что так оно и есть. Не блистала сама Прасковья красотой, хотя и дурнушкой не была. Да и Елизар был так себе, деревенский мужчина, а вот в дочери было что-то из благородных кровей. К тому же у Меланьи был очень красивый голос. Молодёжь часто собиралась после трудового дня у кого-нибудь на завалинке, чтобы поболтать, поплясать, да и попеть. И тогда среди голосов родители сразу выделяли голос своей Меланьи. Ни одного парня в деревне не было равнодушного к этой очаровательной девушке. Но она никому из них не отдавала предпочтения. Со всеми была ласковой и приветливой. За это её любили и девчата. Они всегда делились с ней своими сердечными секретами и переживаниями. Не были зажиточными родители Меланьи, и их единственной дочери доставались не самые лучшие наряды. Но чем проще одевалась эта девушка, тем красивее выглядел наряд на ней. Её подружки по-хорошему завидовали ей.  

–Хорошо тебе Меланьюшка, не надо брови угольком рисовать, и губы красной свёклой натирать, – шутили они. – Природа сама о тебе позаботилась, повезло тебе очень.  

Но девушка только отмахивалась и говорила, чтобы и они меньше думали о красоте искусственной, а пользовались тем, что мать с отцом наградили.  

Однажды, когда дело уже шло к осени, девчата договорились пойти раным-рано в графский лес, чтобы собрать грибов. А их, как говорили, в том году было очень много. Но крестьянам было запрещено собирать дары леса. Такая милость могла быть предоставлена только с личного разрешения управляющего поместьем. Говорили, что брал этот управляющий плату особую. Особенно любил брать эту плату с женщин.  

И вот шестеро девчат собрались и рано поутру отправились в лес. При этом договорились вести себя в лесу тише воды и ниже травы, чтобы даже птички не прерывали своё щебетание. Не прошло и часа, как лукошки у девушек были почти полные. Пошептавшись, решили двигаться в сторону опушки леса, а по дороге заполнить свободные места.  

Уже совсем недалеко оставалось дойти до опушки, как откуда ни возьмись на них с лаем выскочил огромный пёс. И тут девушки начали пищать и кричать от страха. А Меланья в это время, как раз наклонилась за белыми грибами, которые так и просились в лукошко. Она подняла голову и замерла: прямо перед ней сидел рыжий пёс и лаял, словно подзывал кого-то. Девушки, воспользовавшись моментом, разбежались кто куда, оставив Меланью наедине со зверем.  

– Ну, что красавица лесная? Воруешь грибы графские? – раздался рядом мужской голос.  

Пёс лаять перестал, сделал скучный вид и побрёл от греха подальше: мол, разбирайтесь теперь сами. Меланья посмотрела на говорившего и его взгляд обжёг девушку. На неё смотрели синие глаза парня. И весь он был похож на девушку: такое белое и нежное было у него лицо. Только светлые аккуратные усики под носом выдавали в нём мужчину. Светлые кудри выбивались из-под охотничьей шапки. За спиной у парня было ружьё.  

– Почему же вы не отвечаете на мой вопрос? – улыбаясь спрашивал настойчиво парень.  

– А я считаю, что Всевышний посылает свои дары не одному графу, а всем, чтобы не только богатые могли порадоваться, но и бедные тоже, – с вызовом ответила девушка. Но, коль вы считаете это за воровство, то я готова вернуть эти дары, – и она, подняв лукошко, высыпала грибы на землю.  

– Ну, зачем же вы так? – смутился парень. – Я же пошутил.  

– С нами, с крестьянами у вашего управляющего шутки плохи. Он или штраф накладывает непомерный за эти грибы или… – ответила девушка.  

– Или…Что? – переспросил парень.  

– Или требует от женщин…. – Меланья замолчала, подбирая подходящее слово.  

– Близости? – помог парень.  

– Видимо у вас это так называется, а мы только знаем, что после этого рождаются дети, – с вызовом ответила девушка.  

– Успокойтесь, девушка. Я от вас ничего такого не потребую. Забирайте ваши грибы и спокойно идите домой. Только скажите мне ваше имя.  

– Меланьей меня зовут, – с достоинством ответила девушка и молча начала собирать только что высыпанные на землю грибы.  

Мужчина присел на корточки и начал помогать ей в этом.  

– А меня Фёдором зовут. Я сын графа Раневского.  

На минуту Меланья перестала укладывать грибы и взглянула парню в глаза. Она хотела что-то сказать, но только вздохнула. Затем выпрямилась, подхватила лукошко и направилась в сторону дома.  

– Меланья, а вы приходите сюда и завтра. Ведь грибы и ночью растут, насколько я осведомлён в лесных делах, – крикнул вслед девушке Фёдор.  

Меланья ничего не ответила, только ускорила шаг.  

 

Глава 8. Волнение матери.  

 

Ещё толком и роса на траве не высохла, когда дома с полным лукошком белых грибов появилась Меланья. Мать уже давно в беспокойстве выглядывала в сторону леса и видела, когда вернулись подружки её дочери. Она с минуту на минуту ожидала, что появится и Меланья. Но время шло, а дочери всё не было и тогда Прасковья пошла к соседям спрашивать, почему не вернулась вмести с девушками и Меланья. Девчата сбивчиво рассказали, что скорее всего, Меланью задержал управляющий. Правда, самого управляющего они не видели, а вот огромный пёс навёл на них ужас, и они разбежались по разным сторонам. Только дома заметили, что Меланьи с ними нет. Прасковья схватилась рукой за сердце, неужели её дочь подвергнется насилию со стороны этого проклятого управляющего? Слёзы душили женщину, и она шла домой, не видя дороги от слёз, застилавших глаза. Прасковья уже решилась идти сама в лес на поиски пропавшей, как услышала голос дочери:  

– Мамочка, встречай свою дочь с богатой добычей!  

Прасковья от радости чуть не закричала. Но сдержано спросила:  

– Доченька, где же ты так долго была? Твои подружки уже давно дома, а я все глаза проглядела, а тебя всё нет?  

– Да вот же я, – смеясь говорила Меланья и обняла мать. – Пойдём в дом, посмотри сколько белых грибов я принесла.  

–С тобой управляющий ничего не сделал? – с недоверием спрашивала Прасковья.  

– Никакого управляющего не было и в помине, – смеясь отвечала девушка.  

–Но…  

– А на нас с лаем выбежал пёс. Девчата испугались и убежали, а я просто начала с ним разговаривать, и он поджал хвост и убежал. Я заполнила своё лукошко и спокойно пришла домой.  

– Ох, слава Богу, – взмолилась мать. – Обойдёмся мы без грибов, не отпущу я тебя больше в лес.  

–Ой, мамочка! Если бы ты только знала, как в лесу хорошо и сколько там грибов! Просто я и теперь закрываю глаза, а они так и стоят передо мной. Кажется, вот только руку протяну, и крепыш с коричневой шляпкой окажется в моём лукошке. Я непременно завтра пойду в лес.  

Мать только вздохнула. Конечно, ей и хотелось пополнить запасы на зиму, но в то же время было страшно6 не дай Бог, чтобы дочь не попала в лапы этому проклятому бабнику управляющему.  

А сама Меланья места себе не находила от волнения. Взгляд синих глаз молодого парня поразил её в самое сердце. Не спалось девушке и ночью. Только закроет глаза, а он снова стоит перед нею и улыбается. Еле долежала девушка до первых петухов, подхватилась рано, ни родители, ни бабушка с дедушкой ещё не вставали, досматривали свои утренние сны, а она уже бежала в сторону леса с лукошком. Не страшно было совсем. Знала девушка, что найдёт её непременно Фёдор и никому не даст в обиду.  

Вскоре она уже наполнила половину лукошка, как раздался знакомый лай и через пять минут перед ней появился вчерашний рыжий пёс с ошейником.  

–Ну, так мы же с тобой уже знакомы, ты почему на меня лаешь? – ласково спросила девушка.  

Пёс, будто понял её слова, присел поодаль и исподтишка наблюдал за руками девушки. Меланья поняла, что двигаться она не должна иначе будет остановлена этим сторожем. Только не понимала, каким образом он это сделает: или покусает, или просто пригрозит грозным рычанием. И она начала ждать. Вскоре послышался хруст веток и перед ней появился улыбающийся Фёдор.  

– Ну, здравствуй, Меланья! А я думал, что вы не придёте сегодня, – с радостью в голосе говорил парень.  

– Здравствуйте, Фёдор. Мы не такие богатые, чтобы отказываться от бесплатной прибавки к продовольствию, – серьёзно ответила девушка. – Тем более, я сегодня шла смело, не боялась, что управляющий меня поймает.  

– Меланья, а я всю ночь о вас думал, – признался парень.  

Эти слова привели девушку в смущение. Щёки её зарделись, как два маковых цветка, но сама на это ничего не ответила, не призналась, что и сама думала о нём.  

–Меланья, если вы не против, то давайте перейдём на «Ты». Мне кажется, что мы с вами ровесники, не так ли? Мне скоро исполнится 17 лет, а вам?  

– Мне тоже, – удивлённо вскинула брови Меланья. Я согласна перейти на «Ты».  

– Ну, вот совсем хорошо день сегодня начинается, обрадовался парень. – Давай я помогу тебе заполнить корзину грибами, а потом мы немного поговорим.  

– Я согласна, – ответила девушка.  

Вдвоём они вскоре наполнили ёмкость и присели на поваленное бурей дерево. Пёс сидел недалеко и время от времени зевал.  

– Тугмай, а ты никогда не обижай эту девушку. Ты меня понял? Подойди ко мне.  

Пёс послушно подошёл к Фёдору и остановился.  

– Меланья, погладь его. Не бойся. Вам надо познакомиться.  

Меланья ласково потрепала собаку и сказала:  

Тугмай – очень красивое имя. Будем с тобой знакомы. Я тебя никогда не обижу, а ты меня?  

Пёс тявкнул в ответ и отошёл немного от них.  

– Можешь поспать немного, пока я буду разговаривать с этой красивой девушкой, – дал команду своему младшему другу.  

Пёс с удовольствием улёгся, положив голову на передние лапы и закрыл глаза.  

– Меланья, расскажи мне о себе, – попросил парень.  

– Ну, мне и рассказывать-то нечего, – вздохнула девушка. Родилась здесь, в деревне, тут и живу, помогаю чем могу родителям.  

– А, как насчёт учёбы?  

– Я не училась, – опустила голову девушка. – У родителей нет средств. Кроме меня в семье живут бабушка и дедушка. Им уже много лет, они живут за счёт родителей.  

– А я учусь, только за границей. Сюда приехал на лето. А оно уже заканчивается и уже через неделю я должен снова уехать в Париж.  

– У нас в деревне зимой времени немного больше, чем летом, если бы были деньги, то можно было бы заняться учёбой, но…  

Фёдор о чём-то задумался, но потом, словно принял какое-то решение, заговорил:  

– А парень у тебя есть?  

– Нет у меня парня, – твёрдо ответила Меланья.  

– Отчего же нет? – удивился Фёдор.  

– Не знаю… Просто ни разу не задумывалась об этом, – покраснела девушка.  

– Я очень рад этому – встряхнул головой Фёдор.  

– Почему рад? – спросила девушка.  

– Значит, ты мне судьбой предназначена, – ответил Фёдор и придвинулся близко-близко к девушке, а затем обнял её за талию.  

Меланья хотела отодвинуться, но парень удержал её, а затем впился губами в её губы. Сладость и истома разлились по девичьему телу. Сама того не желая, девушка начала сначала несмело, а затем всё смелее отвечать на его поцелуи. Это было для неё ново и непонятно, но заложенная природой интуиция помогала ей.  

Молодые люди плыли по волнам любви, не замечая времени. Только тогда, когда солнце начало припекать сквозь вершины сосен и елей, только тогда Меланья опомнилась и вскочила с дерева, на котором они сидели.  

– Ой, мне домой спешить надо. Родители будут волноваться, – смущённо лепетала девушка. она подхватила своё лукошко и уже хотела уходить.  

– Меланья, а может ещё побудешь со мной? – просил парень.  

– Не могу. Правда, мама будет волноваться.  

–А завтра придёшь?  

–Приду! – ответила девушка и чуть ли не бегом начала удалятся.  

– Ну, вот, Тугмай, и снова мы остались с тобой без трофея, отец засмеёт нас с тобой. Но не зайчатина самое главное. Самое главное – это девушка по имени Меланья.  

 

Глава 9. Прощание.  

 

Встречи в лесу продолжались около 10 дней и всё это время Меланья возвращалась из лесу с полным лукошком и очень счастливая. Она любила и была любимой. Но девушка, хотя и была молода и неопытна в любовных делах, понимала, что не чета она Фёдору: он богатый, а она бедная. Никто в деревне не вышел замуж или женился не равным браком. Родителям она также ничего не говорила, знала, что не отпустят её в лес больше никогда одну.  

А молодые люди встречались, обнимались и целовались. Иногда Фёдор ласкал девичью грудь, целовал набухшие, как вишенки соски, удивлялся нежной розовой коже, но большего себе не позволял. И в один из дней Фёдор со вздохом сказал, что сегодня это последнее их свидание. Завтра он уезжает в Париж. Теперь сможет приехать сюда, в деревню, только следующим летом.  

– А ты дождёшься меня? Не выскочишь замуж за первого встречного, – заглядывая в её карие глаза спрашивал Фёдор.  

– Как ты смеешь даже говорить об этом? – возмущалась девушка. – Да я ни за что на свете не соглашусь на такой шаг. Я ведь не смогу без тебя. Я даже не знаю, как мне пережить эту долгую разлуку, – всхлипнула девушка.  

– Меланья, дорогая моя, я тоже буду скучать без тебя. Я очень прошу, чтобы ты дождалась меня. Я думаю, что смогу уговорить отца, и он разрешит мне жениться на тебе. Ты согласна, милая?  

– Согласна, – тихо прошептала девушка и уткнулась лицом в грудь Фёдора.  

А он теребил её роскошные косы, вдыхал ставший таким родным и знакомым запах её волос, её тела.  

–Ты смело приходи в лес, дорогая. Я предупрежу управляющего, чтобы ни один волосок не упал с твоей головы, – шептал парень.  

– Нет, не приду я больше сюда. Не смогу я без тебя тут одна. Да и грибов уже достаточно заготовили, перезимуем, – отвечала девушка. – Если только совсем станет невыносимой разлука, тогда прибегу вот на это местечко, чтобы всплакнуть.  

– Милая моя, не надо плакать. Не порти свои красивые глазки слезами. Я их так люблю. Я ни у кого не видел такой красоты, как у тебя. Ты, как ангел, сошедший на землю. Я даже не верю, что этот ангелочек разрешил мне целовать его и ласкать. Я буду помнить каждую минуту нашей встречи. Помни, как только начнётся лето, я обязательно появлюсь в этих краях и дам тебе знак.  

Это расставание длилось очень долго. Молодые люди то расходились по сторонам, то снова мчались навстречу, раскрыв объятия. Но вот, наконец, Меланья, собравшись с духом быстрым шагом вышла из лесу и направилась в сторону дома, где с волнением её поджидала мать и бабушка.  

–Доченька, ну почему тебя так долго не было? – взволнованно встретила мать.  

–Мамочка, я больше не пойду по грибы. Сегодня еле-еле насобирала лукошко.  

–Да хватит уже тех грибов, – замахала руками мать. – Я и так каждый день сама не своя, когда ты уходишь в лес. Боюсь, чтобы Мирон проклятый не встретился на твоём пути.  

– Ну не встретился же, – замахала руками девушка. Сколько ходила нигде с ним наши пути не пересеклись.  

– Слава Богу, – возблагодарила Всевышнего Прасковья. – Сейчас бабушка займётся засолкой грибов, а мы с тобой пойдём помогать отцу в поле. Он скосил траву и велел нам с тобой поворошить пару раз, пользуясь хорошей погодой. А завтра к вечеру сложим траву в копны, потом отец свезёт. Будет нашей Зорьке после отёла хорошей поддержкой.  

– Хорошо, мамочка, я сейчас сапоги сниму и платье одену, а то жарко стало, солнце вон как поднялось высоко.  

Грустно было на душе у девушки, но она изо всех сил держалась, не подавала виду, чтобы родители ничего не заметили. Это была у неё первая любовь. Девушка знала, что и Фёдор искренне любит её. И она ни за что не подведёт парня, не позволит никому из мужчин даже на шаг приблизится к ней. И ещё в голове у девушки стоял вопрос Фёдора об учёбе. Раньше Меланья и не задумывалась над тем, что не умеет ни читать, ни писать, а теперь поняла, что не сможет Фёдор жить с такой девушкой, которая и умеет только в поле работать. А с кем же тогда он будет вести умные разговоры?  

За работой и заботами окончились тёплые летние денёчки, оставив в душе девушки сладкие воспоминания. Воцарилась осень. Посматривала девушка в сторону леса, который сбросил свой золотой наряд под ноги разному зверью, проживающему в его укромных местах. Грустью наполнялось сердце любящей девушки.  

Родители начали замечать, что Меланья всё чаще впадает в грусть и очень встревожились. Посыпались всевозможные вопросы.  

Но Меланья отвечала, что тревожит её только то, что она не умеет ни читать, ни писать. А её этого очень хочется. И тогда родители решили, что зимой дочь может учиться. В конце деревне жил учитель, к которому приводили родители детей. Конечно не всех, а только тех, родители которых имели кое-какой достаток. Тимофей Викторович, так звали учителя, с радостью согласился давать уроки такой красивой девушке, как Меланья. И теперь, выполнив работу по дому, девушка спешила на другой конец деревни. В начале она испугалась, что ни за что не справится с разными буквами, которые расползались перед её глазами в разные стороны. Но учитель успокоил её, сказав, что в таком возрасте учёба всегда идёт легче, чем у детей. Так случилось и с Меланьей. Вскоре она уже смело собирала буковки в слова, а затем и в предложения. А, когда начала писать, то радости не было конца. К концу зимы Меланья уже начала читать детские книжки. Пока дело шло медленно, но девушка настойчиво шла к цели. Радовался учитель, радовались родители и бабушка с дедушкой. Теперь скучать у Меланьи времени не было.  

Незаметно пролетела зима, наступила весна. Забот у девушки прибавилось. Теперь вместо учёбы она проводила время в поле наравне с родителями. У отца было около пяти десятин земли (одна десятина равнялась 1, 09 га). Была у них в хозяйстве своя корова и лошадь. Конечно, одной лошадью обработать такое количество земли было трудно и поэтому отец часть земли весной не засевал, а, как он выражался давал земле отдых. И так по очереди год за годом земля у Елизара Снопкова давала неплохой урожай. По крайней мере большая семья из пяти взрослых человек не голодала, хотя времена приходилось туго. Матери хотелось выручить кое-какие деньги за свою продукцию, чтобы купить дочери наряд. Да и о приданном уже заранее заботилась и понемногу копила необходимое, складывая в деревянный сундук.  

– Хотя бы нашей дочери-красавице парень побогаче достался, – часто ночами шептала Прасковья: ни то мужу нашёптывала, ни то Богу. Но оба делали вид, что ничего не слышат и просто отмалчивались.  

За весной пришло лето и теперь Меланья стала каждый вечер выходить на посиделки, которые устраивала молодёжь по очереди около каждого дома, в котором проживали то ли девушка, то ли молодой парень. Если очередность по какой-то причине нарушалось, то это считалось кровной обидой для жильцов дома. Часто посиделки тянулись до первых петухов, но никто из старших не стремился разогнать засидевшуюся молодёжь, а вместе с ними пели, играли во всевозможные затейливые игры, танцевали под гармонь.  

С посиделок парни уводили приглянувшихся девушек подальше от посторонних глаз. Пары исчезали незаметно. Но не всем везло так сразу пойти на сближение. Были парни, которые дорого бы дали за то, чтобы увести в летнюю ночь Меланью, но девушка была неприступной. Она пела, танцевала с парнями, в игры играла, но, если парень позволял себе сказать слово лишнее или руками дотронуться до девичьих прелестей, он получал от девушки такой выговор, что больше не осмеливался к ней даже на метр подойти.  

– Нельзя же быть, Меланья, такой недотрогой – говорили не раз ей подружки. – тебе же о замужестве пора думать. 18 лет для девушки – это как раз пора, а то можно и в девках остаться.  

Меланья только смеялась в ответ на такие предостережения. А про себя думала: когда же отзовётся мой ненаглядный Феденька?  

 

Глава 10. Дождалась.  

Уже и июнь был на исходе, а Фёдор так и не появлялся, не давал о себе знать. Меланья вся исстрадалась. У неё пропал аппетит, сон, она нехотя стала посещать посиделки. Да не нужна я ему, постоянно внушала себе девушка. Но от этого становилось не легче, а тяжелее. И подружки начали замечать, что с Меланьей происходит что-то неладное.  

– Не влюбилась ли ты, подруженька, в Сашку Марусиного? – смеясь спрашивали девушки.  

– Отстаньте вы со своим Сашкой, – не на шутку злилась Меланья. – Сдался мне тот маменькин сынок!  

– Ой, не скажи! Мы же видим, какими глазами он пялится на тебя, да и от бывшей своей подружки Степаниды Валежниковой отрёкся. Та теперь плачет горючими слезами и говорит, что на разлучницу порчу наведёт.  

– Пускай наводит, я здесь не при чём, – отмахивалась девушка и снова впадала в грусть. А потом и затянула грустную песню об обманутой девушке-сиротке, которая осталась с ребёнком на руках, а любимый насмеялся над ней и бросил.  

Голос Меланьи то затихал, то взмывал вверх, словно это она сама страдала, а не обманутая девушка. Молодёжь сначала подпевали Меланье, а потом притихли и слушали, словно очарованные.  

– А, кто тут так красиво поёт? – вдруг раздался мужской голос.  

Меланья ещё не закончила пение, как будто поперхнулась и замолчала. Молодёжь заговорила чуть ли не хором, показывая руками на Меланью, которая сидела на скамеечке, опустив голову.  

К собравшимся подошли двое молодых людей. Было видно, что эти парни не деревенские. Слишком отличалась их одежда от деревенских нарядов парней.  

– Меланья сразу признала в одном из них Фёдора. Она крепко сжала руки в кулачки, чтобы сдержать волнение. Хорошо, что было темно, и никто не заметил, как яркий румянец окрасил девичьи щёки. Второго парня она ни разу не видела. Видно из города вместе с Фёдором приехал, – подумала девушка. И вопросы задавал не Фёдор, а этот второй.  

– Так почему же такие грустные песни поёте, девушка? – обратился парень к Меланье.  

Та не нашлась что ответить и только пожала плечами.  

– А, гармонист у вас тут есть? – настойчиво продолжал выспрашивать незваный гость.  

– Есть, а как же! – ответила бойкая на язык Казакова Лизка. – если пригласите наших девушек поплясать с вами, то и гармонист покажет своё мастерство.  

– А, почему бы и не сплясать? – засмеялся парень и, подбоченившись, начал присматриваться к сидящим девушкам.  

– А, ну-ка, гармонист, сыграй, какую-нибудь веселенькую мелодию.  

Гармониста Петра не надо было долго упрашивать, он такое начал вытворять со своим инструментом, что никто не смог усидеть на месте. Парни похватали девушек и пошли выделывать ногами такие выкрутасы, что пыль поднялась столбом. Незнакомец подхватил за талию Лизку и тоже лихо отплясывал, словно всё время только этим и занимался. А Меланью потянул в круг тот самый Сашка, о котором ей только недавно говорили подружки. Хотела отказаться девушка от приглашения, но не стало этого делать, не принято в деревне хорохорится девкам и отказывать без всякой на то причины парням, если тот изъявил желание с ней танцевать. Заметила Меланья, что Фёдор словно поник и отошёл немного от образовавшегося круга.  

–Меланья, я сегодня провожу тебя домой, – наклонившись к уху, шепнул Сашка.  

– Нет, нет! – чуть не крикнула Меланья. – Я у девчонок парней не увожу.  

– Так нету у меня девушки, – начал оправдываться парень.  

– Как это нет? А Степаниду на кого оставил? Сидит теперь дома бедняжка и глаз на улицу не кажет.  

– Так я ж ей ничего такого и не обещал. Так просто несколько раз с посиделок проводил. Ты мне давно приглянулась, не могу я без тебя, так и замирает сердце, как только голос твой слышу. Сватов хочу просить родителей, чтобы заслали.  

Меланья вырвала руку и остановилась прямо посреди круга:  

– Ты, Сашка, что ли с ума сошёл! Даже и не вздумай! Не люблю я тебя, и вообще замуж не собираюсь ни за кого. Хочу ещё погулять, – с вызовом бросила Меланья и выскочила из круга, а Сашка только скрипнул зубами и промолвил негромко:  

– Ну, посмотрим, посмотрим! Еще сама просить будешь, чтобы взял замуж, а я тогда только посмеюсь над тобой, кукла самолюбивая.  

Сашка и не заметил, как Меланья исчезла в темноте и не одна. Её подхватил под руку Фёдор и потащил за дом.  

– Ну, здравствуй, милая моя Меланьюшка! Как же я соскучился по тебе! – говорил Фёдор, а сам обнимал и страстно целовал в алые губки девушки.  

Меланья и слово вымолвить не могла. Она и сама двумя руками обхватила шею парня и всем телом прильнула к нему.  

Наконец, Фёдор на секунду оторвался от этого сказочного наваждения и тогда Меланья выдохнула:  

– Почему же тебя так долго не было? Я уже думала умру и не дождусь тебя.  

– Что ты такое говоришь, солнышко моё ненаглядное? Я не хочу слышать из твоих уст такие страшные слова. Ты должна жить вечно ради меня, ради наших будущих детей. Я тебя очень люблю и, если с тобой что-то случится, то и моё сердце не выдержит, разорвётся в груди. Не мог я раньше приехать. Большая нагрузка с учёбой. Я вчера только появился, а сегодня уже тут. Милая моя, ну, поцелуй же меня скорее.  

Меланью долго просить не надо было, и она прильнула своими губами к его устам и услышала, как тот тихо застонал от страсти. Ей и самой стало горячо не только в груди, но какая-то сладостная нега разлилась по всему телу, заставило задрожать ноги, руки и она чуть не упала. Только благодаря тому, что крепкие руки молодого человека удерживали её, ей удалось устоять. А Фёдор видимо догадался, какое наслаждение получила любимая и всячески старался продлить его, лаская своим языком её язык, а животом прижимался к её животу, чтобы та почувствовала его плоть. Меланья впервые в жизни испытывала такое блаженство. Раньше, целуясь с Фёдором ей было просто приятно, а вот сегодня это было что-то особенное, неземное.  

– Милая, давай уйдём отсюда подальше, – шептал Фёдор, и взял девушку за руку.  

–Меланья согласно кивнула, и они, не сговариваясь, подались в сторону реки. Там нашли укромное место под раскидистой ракитой и присели на траву.  

Только под самое утро явилась Меланья домой. Родители так и не услышали её появления. А девушка тихонечко залезла в свою кровать и прикрыла глаза. Но сон так и не шёл. Она вспоминала те страстные минуты, которые она сегодня впервые в жизни испытала с любимым человеком. Теперь она понимала почему Бог создал мужчину и женщину. Потому, что им вдвоём было очень хорошо. Но девушка ещё не понимала, что есть ещё что-то, кроме объятий и поцелуев. Но Фёдор вёл её к этому пониманию постепенно, опасаясь вспугнуть эту необыкновенную девушку. Сам Фёдор уже имел опыт. Он не раз посещал в Париже те места, где за любовь с девушкой приходилось платить деньги, но зато какое удовольствие он получал от этого. Фёдору очень хотелось сегодня же получить доступ к самому сокровенному девичьему местечку, но решил действовать не спеша. Впереди у них с Меланьей два месяца лета.  

А Сашка немного перебесился после разговора с Меланьей и решил ещё раз по-хорошему поговорить с девушкой. Однако сколько не всматривался в лица присутствующих, а девушки так и не увидел. И сколько не спрашивал, никто ему не смог толком ответить. Девушка, как сквозь землю провалилась. Ушла, значит, бестия кареглазая! – хмыкнул Сашка. Ну, ничего, ничего! Завтра я тебя обуздаю непременно. Посмотрим, как после этого ты запоёшь, – грозился в летнюю ночь парень.  

А Меланья не пришла на посиделки ни завтра, ни послезавтра, и через неделю она глаз не показала в кругу молодёжи.  

 

 

Глава 11. Закружила любовь.  

 

Из дому девушка выходила регулярно при любой погоде. Родители только улыбались, радовались, что, наконец их дочь как-то вышла из зимней спячки. Теперь, хотя и появлялась дома под утра чувствовала себя отлично. Любая работа: будь то по дому или в поле, спорилась в её руках. Но однажды родителям пришлось призадуматься. А случилось это тогда, когда мать Сашки явилась ближе к вечеру в их двор и прямо спросила у вышедшей на улицу Прасковьи:  

– Вы это почему прячете свою дочь в доме и не отпускаете с молодёжью на посиделки? Вы считаете, что наша молодёжь не достойна её? Так она же такая бедная, как и все мы тут. Допрыгаетесь вы со своей недотрогой, что останется она старой девой, тогда рады будите, если какой кривой или полоумный хотя бы взял её замуж. Теперь видите ли мой Сашка ей не нравится, морду от него воротит. Сбежала от него и глаз теперь к молодёжи не кажет.  

Прасковья пыталась что-то говорить, но не смогла вставить ни единого словечка, так разошлась женщина в своих упрёках. А вот Меланья всё слышала, но не решалась выйти на улицу. Не хотела оправдываться перед этой сварливой женщиной. Марусю с её характером знала вся деревня, а может молва о ней уже и дальше просочилось.  

– Вот зашлём мы сватов к вам, попробуйте тогда отказать моему Сашке, – словно пригрозила женщина и также быстро скрылась, как и недавно и появилась.  

У Прасковьи дрожали руки от возмущения. Надо же, как отчитала меня и мою дочь, словно Меланья, чем-то обязана её сыну. Однако надо спросить у Меланьи, куда это она ходит по ночам, что с молодёжью не веселится, – подумала женщина и вошла в дом.  

– Мама, а за чем приходила Маруся? – будто ничего не слышала, спросила девушка.  

– Да вот отчитала меня за тебя: почему перестала ходить на посиделки. А затем пригрозила, что сватов зашлют они к нам. Что ты на это скажешь, дочь? Если и правда Сашке тебе нравится, так мы с отцом не будем становится поперёк. Выходи за него замуж. Говорят, работящий парень, да и мать свою уважает и на лицо смазлив.  

– Мама! Ни за какого Сашку замуж я не выйду. Пускай на Степаниде Валежниковой женится, обидел девушку, а сам в кусты, решил теперь со мной поиграть и бросить. Не получится! – резко оборвала мать Меланья.  

– Ого, какие дела! – развела Прасковья руками. – Я ведь этого не знала.  

– Вся деревня знает, что у Степаниды ребёночек от него будет, – уже более спокойно начала говорить Меланья. – Так что ни о каких сватах и речи быть не может,  

– Тогда скажи мне, доченька, с кем ты встречаешься, коль не видят тебя с молодёжью?  

– Мама, это пока что моя тайна. Скоро я тебе открою её. Только ты не переживай, у меня всё хорошо будет.  

– Ой, смотри, Меланьюшка! Не опозорь хоть ты наш род.  

– Мама, а кто-то уже опозорил? – шутливо спросила девушка.  

Но Прасковья только тяжело вздохнула и ничего не ответила.  

– Ну, тогда я побежала, мамочка! Не грусти всё у нас будет хорошо, – и выскользнула за дверь.  

А сама она встречалась вдали от шумных сборищ молодёжи под ракитовым кустом с Фёдором, графским сыном. Когда туда прибегала, таясь от посторонних глаз Меланья, Фёдор её уже там поджидал. И сразу хватал в свои цепкие объятия и целовал до тех пор, пока у девушки не начинала кружиться голова. Только тогда он бережно опускал её на землю, не забыв предварительно расстелить свой пиджак. Они делали в любовных утехах небольшую передышку и тихо шептались, строили планы на будущее. По рассуждениям Фёдора Меланьи придётся подождать ещё один год, и тогда он обязательно уговорит отца, чтобы тот дал согласие на их свадьбу. Наивная девушка верила каждому его слову. Возможно, что и сам Фёдор верил в это, потому что любил Меланью. Ему нравилось, что она не позволяла ему переходить ту границу, которая его так манила. Ведь он уже давно знал, чем прельщают мужчин женщины. Он постепенно шаг за шагом подводил свою любимую к порогу, через который она должна была сама перешагнуть, конечно, с его подачи. К концу августа это и случилось. Фёдор объявил, что для встреч у них осталось всего несколько дней.  

– Милый мой Федя, как же я останусь без тебя? – тихо заплакала Меланья. – Моё сердце на сей раз не вынесет такой долгой разлуки. Обещай, что ты не забудешь своё обещание.  

– Обещаю, милая! И вот в знак моих слов я хочу подарить тебе небольшое колечко.  

И Фёдор надел на пальчик девушки золотое колечко с небольшим драгоценным камушком. Парень начал целовать глаза девушки, чтобы осушить слёзы, затем его губы скользнули на нежную шейку, рука в это время расстегнула пуговки на лифе блузки, и вот уже сосочки напряглись под лаской его языка. Девушка тихо застонала и плотнее прижалась к парню. А потом они и сами не поняли, как свершилось их слияние. И только резкий крик Меланьи привёл их в чувство. Но было уже поздно. Свершилось то, что и должно было свершится. Фёдор продолжил ласкать девушку, не давая ей опомниться. Затем помог убрать следы их грехопадения.  

– Меланья, теперь ты понимаешь, что мои намерения серьёзные? Теперь ты стала моей навсегда. Мы повенчаны с тобой на нашем любимом месте, шептал он слова, которые только приходили в его голову, а девушка слушала и верила ему.  

– Завтра обязательно приходи на это место, я буду ждать тебя, любимая, – говорил парень, помогая встать Меланье.  

Девушка сняла со своей шеи крестик и надела Фёдору.  

– Это всё, что я могу сделать для тебя, Федя. Этот крестик необычный. Он заговорённый от всех бед и болезней.  

– Так он тебе больше нужен, чем мне, – хотел вернуть столь драгоценный подарок Фёдор.  

– Нет, нет, ты вернёшь мне его в день нашей свадьбы, – остановила его девушка.  

Парень крепко обнял её и поцеловал. Дальше они пошли в разные стороны, чтобы не попасться на глаза своим сельчанам.  

Дома Меланья привела себя в порядок и легла спать. И лишь только закрывала глаза, как перед ней вставал образ любимого человека, который клялся ей в вечной любви. Так с улыбкой на устах девушка и уснула. Утром болело всё. Она с трудом поднялась на ноги. Сегодня они с матерью должны были идти в поле. Нужно было закончить теребление льна. А это работа, которая требовала стоять, согнувшись весь день. Меланья спрятала колечко, подаренное Фёдором, в укромное место, где ещё с самого детства хранила дорогие сердцу вещицы. А в голове билась одна мысль: вот я уже и стала женой. От мысли бросала в жар. Мать взглянула на дочь и спросила:  

– Доченька, ты не заболела, случайно?  

– Нет, мама, а почему ты спрашиваешь?  

– Глаза твои горят, словно у тебя лихорадка.  

– Всё хорошо. Немного горло побаливает. Вечером попила холодного молока из погреба. Видимо не надо было этого делать.  

– Может сегодня останешься дома, пускай бабушка за тобой поухаживает? – спросила Прасковья.  

– Нет, мама, пойдём в поле. Пройдёт. Ты же сама говорила, что меня болезни не берут.  

До вечера девушка еле доработала. Ей хотелось упасть прямо на льняные снопы и так лежать не шелохнувшись. Но нельзя было дать матери повод в чём-то её заподозрить. Вот только вечером она не смогла выйти к любимому на свидание. Так и не дождался Фёдор её той ночью. Но на следующее свидание Меланья пришла, почувствовала себя немного лучше. Сама она ничего приятного не ждала от этой встречи. А вот Фёдор с нетерпением ожидал продолжения любви. И она случилась. Теперь и Меланья летала на её крыльях, испытывая такое наслаждение, от которого хотелось кричать громко, чтобы все знали о её любви. Еще через две ночи они простились страстно до следующего лета. Теперь радость девушки сменилась грустью. Все вечера она проводила дома, достала забытые книги учителя и продолжила учиться грамоте. Только через два месяца, а это был октябрь месяц у неё начались неприятности. Первой недомогание внучки заметила бабушка и спросила:  

– А, где твой крестик, Меланья?  

Девушка растерялась, схватилась за грудь, а затем прошептала:  

– Наверное…. я его потеряла.  

 

 

Глава 12. Горькая правда.  

 

Ещё некоторое время Меланья скрывала от родных свой недуг, но вскоре тайное стало явным. Однажды утром Меланья еле успела выбежать на улицу. Тошнота одолевала девушку с каждым днём всё сильнее. Она, как была в спальной сорочке, так и выскочила на улицу, тем более босая. А уже стоял конец октября, по ночам хоть и небольшие, но проскакивали заморозки. Прасковья заметила этот стремительный бег дочери и вышло вслед. Женщинам не надо было задумываться, она сразу поняла в чём заключается недуг дочери. Она первой вернулась в дом и присев на лавку у печи задумалась. А думать ей было о чём. Теперь их семье позора не избежать. Понесла их единственная дочь. От кого только? Неужели от Сашки Марусиного? Нет, не может такого быть. Сама же дочь ей рассказывала, что обрюхатил он девку Валежниковых. Сердце ныло у Прасковьи, хотелось выть по-волчьи от стыда и боли. Но слёз пока не было. Что же это за проклятая судьба их род наказывает? Но не успела додумать свою думу женщина. В дом вошла бледная, как снег Меланья. Она вся дрожала от холода, от стыда перед матерью. Ничего не говоря она опустилась перед матерью на колени и заговорила:  

– Матушка, виновата я перед вами, родителями своими. Согрешила крепко, теперь вот наступила расплата. Ношу под сердцем ребёночка.  

– С кем зачала ребёнка-то? – чужим голосом спросила мать.  

Не успела ответить Меланья, как в кухню вошёл отец.  

– Что тут у вас происходит? – зевая спросил мужчина.  

Никто из женщин не хотел отвечать первым.  

– Я долго буду ждать ответа на свой вопрос? – сдвинул грозно брови Елизар.  

– Папочка….  

Меланья не смогла говорить, слёзы душили её. Девушке хотелось провалится сквозь землю, чтобы не видеть, какое впечатление произведёт на отца её признание.  

–Елизар, присядь рядом, – попросила Прасковья, – беда пришла в наш дом.  

–Это о чём ты, мать, говоришь? – испугался мужчина. – Умер кто-то?  

– Лучше бы я умерла, – всхлипнула Меланья.  

– Не говори, дочь, глупостей. Бог может услышать и наказать за такие слова, – пригрозил мужчина.  

– Так скажите вы наконец мне, что за муха вас с утра укусила?  

– Папа, я…я…беременная, – выдавила сквозь слёзы девушка.  

В доме наступила такая тишина, что стало слышно, как за печкой шуршат тараканы.  

Спокойный и уравновешенный по своей натуре Елизар подскочил с лавки, как ужаленный и начал ругаться так, что из-за двери выглянули испуганные его родители Авдотья Никитична и Серафим Павлович. Когда Елизар заметил своих родителей, то немного поутих и показал пальцем на Меланью, которая так и стояла на коленях перед матерью, проливая слёзы.  

– Полюбуйтесь на свою внучку! Решила порадовать нас всех и принести в подоле прибыль в наш дом. Неслыханная радость какая!  

– А, ну, прекрати балаган устраивать! – громко сказал Серафим Павлович. Теперь кричать и плакать уже поздно, как я понимаю. Рассказывай, Меланья, кто порушил честь твою?  

– Сын графа Раневского Фёдор, – всхлипывая ответила девушка.  

– Значит, ребёнок будет расти без отца, – сказал, как отрубил дед.  

– Он… он…он обещал летом, когда окончит учёбы приехать и жениться на мне, – начала оправдываться Меланья.  

– Жди, девка, с моря погоды, – ехидно улыбнулся старик. – знаем мы такие обещания. Говорю же тебе, что одна будешь растить байстрючонка. Сельчане пальцами затыкают не только тебя, но и всех нас.  

– Что же мне теперь делать? – заламывая руки, рыдала девушка.  

– А об этом нам надо посоветоваться. Так что не ори во всеуслышание, сын мой, а сядем с тобой и подумаем, что в силах сделать для твоей единственной дочери и нашей внучки. Идите, бабы прочь отсюда. У нас с Елизаром будет мужской разговор, – властным голосом приказал старик, и женщины вышли в другой конец избы, где проживали Авдотья и Серафим.  

– Господи! Почему ты так немилостив к нашей семье? – вопрошала, глядя на икону Иисуса Христа Прасковья. Сначала мать моя попала в сети богатенького пройдохи, а теперь вот дочь моя. Прошу тебя, Господи, разведи нашу беду, сделай так, чтобы не пришлось нам собирать свои скромные пожитки и перебираться опять на новое место жительства.  

Меланья вслушивалась в молитву матери и недоумевала: о чём это она просит Господа? О какой перемене местожительства говорит? Девушка уже и рот открыла, чтобы спросить у матери в здравом ли она рассудке, но бабушка тронула её за руку и сделала знак помолчать.  

Долго совещались мужчины наедине. Прошло не менее часа, а женщинам показалось, что уже полдень на дворе наступил. Когда мужчины вошли в горницу, женщины вскочили, как по команде.  

– Сидите, чего всполошились, – ухмыльнулся Серафим. Сейчас Елизар расскажет о чём мы сговорились, – теребя бороду, сказал дед.  

– Меланья, ты же знаешь, что мы все тебя очень любим и зла не желаем., – начал говорить отец. – Ты нас всех очень огорчила своим поступком. Но, что сделано, то сделано. Пока ещё твой грех не вылез наружу, я съезжу в город и попробую найти для тебя угол, и, возможно оплачивать будешь за него своей работой. Я так понял, что внук или внучка должны родиться в начале лета. Это так?  

–Так, – ответила Меланья.  

– А вот летом, когда вернётся сынок этого Раневского, ты и пойдёшь к ним. Если примут тебя, то все мы возблагодарим Господа нашего. А, коль выставят тебя за дверь, тогда будет другой разговор. Но заранее не будем загадывать. Мы не выгоняем тебя, дочь, за порог, мы хотим избавить нашу семью от насмешек и позора. Спросят у нас, где Меланья, а мы и ответим, что в город уехала, искать счастье своё. Ты согласна с нашим решением?  

Меланья поклонилась мужчинам в пояс:  

– Спасибо, папа и дедушка! Я с благодарностью принимаю ваше решение.  

– Ну, вот и договорились. А теперь расходитесь по своим местам, беритесь за работу. Я на днях отправлюсь в город, а ты, Прасковья, помоги дочери собрать всё необходимое. Сама знаешь, что ей потребуется на чужбине.  

– Как скажешь, Елизар, тихо ответила женщина и вышла на свою половину. За ней последовала и Меланья.  

Только их план немного поменялся. Не успел ещё Елизар уехать в город, чтобы подыскать дочери жильё и работу, как в ближайшую субботу к ним нагрянули сваты. Это Сашка Маруси сын заслал сватов к Меланье. И, конечно, это сватовство застало семью врасплох.  

– Надо же было как-то предупредить нас, хотя бы, – выговаривала Прасковья свахе Евдокии, бойкой на язык женщине, лет 55-ти. Она не одну свадьбу на селе устроила и этим очень гордилась.  

– А чего тут предупреждать? У вас цветок аленький, а у нас горшок глиняный. Вот посадим цветок в горшок и пойдут в разные стороны побеги молоденькие. А вы, родители только успевайте радоваться.  

– Да мы не знали, что сватовство намечается, не приготовились гостей дорогих встречать, – отнекивалась Прасковья. Но сама позвала в помощь свекровь Авдотью Никитичну и начала собирать на стол. В доме, где есть девушка на выданье у матери всегда закуска быть под рукой, а будущий жених приезжает свататься со своим самогоном.  

Меланья, как услышала, что в доме сваты, спряталась на бабушкиной половине дома и наотрез отказалась выходить.  

– Я отказываюсь от замужества, – нашёптывала она бабушке. – Даже, если меня силой потащат к столу, я не выйду. Если вынесут туда я скажу, что беременная. Позорится так уж сразу, а не через некоторое время, когда муж выгонит из дома.  

– Да никто тебя силой не потащит к гостям. Ты сама выйдешь и скажешь, что отказываешься выходить замуж, – успокоила внучку бабушка.  

– Ни за что не выйду! – твердила девушка.  

– Так отец может согласится вместо тебя. И, что ты потом делать будешь? – спросила Авдотья.  

– Не сделает так отец, – неуверенно ответила девушка.  

– А, кто ж его знает. Может он решит, что это и есть выход из создавшегося положения.  

Тогда Меланья решительно оправила на себе юбку, пригладила волосы, уложила вокруг головы косы и вышла в горницу, где выпивали гости. При виде такой красоты, все замерли и ждали дальнейшего развития событий.  

– Ох и хороша рыбка золотая! Да и рыбак не промах. Шёл мимо моря синего и решил закинуть удочку.  

– Не трудитесь, тётя Евдокия, – прервала на полуслове сваху девушка. Я без всякой иносказательной ерунды сразу отвечу вам и гостям:  

– Я не выйду замуж за Александра. Это мой ответ окончательный.  

Девушка повернулась и быстро покинула молчаливых гостей.  

Евдокия не знала, что и сказать. впервые она попала в такую переделку. А ведь Сашка уверял её, что всё давно договорено и замётано. А тут вон оно что…..  

Гости встали, взяли со стола бутыли с самогоном и тихо выскользнули за дверь. Только злой жених размахивал руками и грозился в дверь, за которой скрылась Меланья:  

– Ну, погоди! Попомнишь ты ещё Сашку. Бегать за мной, как сука последняя станешь, а я и не посмотрю в твою сторону!  

– Эх, молодо-зелено! – крякнул Серафим Петрович, – разве ж таким словами девок привечают? – В наше время не так оно было, не так…..  

 

Глава 13. На чужбине.  

Теперь у Снопковых была веская причина, чтобы сказать односельчанам, что Меланья вынуждена была покинуть родную деревню из-за притязаний Сашки. Оно, действительно, и было так. После неудачного сватовства Сашка во всеуслышание грозился опозорить Меланью. Даже Маруся не раз просила сына прикусить язык:  

– Успокойся сын мой. А то не доведи Господ что-нибудь с девкой этой случится беда какая, то первым пострадаешь ты.  

Но никак не мог примирится со своим позором парень. Он же считался первым на деревне завидным женихом, а тут какая-то Меланья из бедной семьи даже присесть за один стол с ним не захотела и пришлось всем сватам встать и, как побитым собакам, покинуть двор Снопковых. Знал парень, что ходит вечерами девушка к учителю и решил подкараулить и надругаться над ней. А потом пусть бегает она за ним и просит, чтобы замуж взял. А там я ещё подумаю брать порченный товар или нет. Только зря вынашивал он такие планы. Не суждены им было сбыться. Вскоре по деревне поползла молва, что увёз Елизар свою девку куда-то к дальним родственникам. Даже и не говорят куда. Только и судачат бабы, что побоялась девка мести Сашкиной. Растерялся парень, услышав такое. Укорял себя, что не попридержал язык свой. Любил он эту девушку очень. Теперь не стало его нигде слышно, приуныл и на посиделках его не узнать было, куда только прыть его улетучилась. А к этому времени Степанида Валежникова мальчонка родила и принесла его в дом Маруси, положила на кровать и сказала:  

– Ваш это внук, тётя Маруся. Вот на плече такой же родимый знак, как у Саши, отца этого мальчишки. Если не хотите взять меня в дом, как сноху, то я оставлю внука. Мы с матерью вдвоём не в состоянии вырастить его, а вы сможете. Повернулась и уйти хотела, но тут Сашка голос подал:  

– Оставайся. Свадьбу сладим и у сына родители будут. Всё, как у людей станется.  

Так и прижилась Степанида в доме у Маруси. Женщина нарадоваться не могла и всё село знала, какая работящая и ласковая сноха у Маруси. Да и Сашка степенным стал. Полюбил он свою жену или нет, никто об этом не знал, только сына очень любил. Как говорила сама Маруся 6 он его с рук не спускал. Готов был каждую ночь с ним возиться, если мальчонку нездоровилось. Да и Степанида прямо расцвела вся, кровь с молоком играла в её теле. Без любви такое невозможно было бы.  

Но не о ней сейчас речь, а о Меланье пойдёт.  

Перед отъездом из дому у Меланьи с бабушкой состоялся странный разговор.  

– Бабушка, а почему ты, когда узнала о моей беременности сказала, что не минула меня эта участь? Мне твои слова не дают покоя.  

– Девочка моя, не хотела я тебе ничего говорить, но, коль случилось мне однажды проговориться, то кое-что я тебе расскажу. Ты ведь ничего не знаешь о родителях мамы своей, не так ли?  

– Так. Я думала, что они давно умерли, – настороженно ответила девушка.  

– Может и умерли. Никто не знает об этом. Тёмная история эта. Бабушку твою Марией звали. Красавицей была, ты очень на неё похожа: такие же глаза карие, брови чёрные и волосы роскошные. Если бы вас рядом поставить, то все сказали бы: близнецы, да и только. Однажды увидел её граф, проезжающий мимо и на следующий день призвал через своего управляющего в своё городское имение и предложил работать у него горничной. Видно имел вид на неё. Однако нашёлся у него друг, князь грузинский с кавказской кровью в жилах и увёз её под венец, а затем и в Грузию.  

Никто не знает почему, но, когда родилась твоя мать, они привезли девочку и попросили родителей, чтобы девочка немного побыла у них, оставил князь денег несколько на её содержание, а молодые снова укатили куда-то. Дом у стариков был неказистый, развалюха, одним словом, и они на эти деньги купили хороший дом, но только вдали от тех мест, где жили до сих пор. Марию, которая обещала забрать свою дочь они так и не дождались, вот и решили уехать подальше от пересудов людских, так как Прасковья уже подростком была. А потом и девушкой стала вот наш Елизар и полюбил ее. Мы не возражали, когда он жениться на ней захотел. А вскоре и ты на свет появилась.  

– Так оказывается, что моя мама кровей благородных, – задумчиво произнесла Меланья.  

– Да и в твоих жилах тоже кровь не простая течёт. Только доказать это нет возможности. Дай Бог, чтобы графский сын на тебе женился, тогда хотя бы твой ребёнок занял бы в обществе подобающее ему место. Только сомневаюсь я в его благородстве, – вздохнула Авдотья Никитична.  

Вот и Мария поверила тому князю грузинскому, а он и сгубил её. Только крестик, который всё время на тебе был от неё и остался. Она тогда попросила окрестить Прасковью, и крестик надеть на шею. Он заговорённый, сказала тогда своим родителям. Возможно она была права, так как ты выросла, не зная болезней. И угораздило же тебя потерять его, – сетовала бабушка. – Вот надела бы на своего ребёнка, смотришь, скольких бед миновало бы.  

Ничего на это не смогла ответить Меланья, а про себя подумала: пускай он пока помогает моему любимому. А потом видно будет.  

А через три дня после этого разговора Елизар рано поутру запряг свою лошадёнку и тихо, пока деревня спала, увёз дочь в город. Накануне вечером она простилась с матерью, бабушкой и дедушкой. Но утром мать вышла и благословила свою дочь. Не обошлось без слёз. Но Елизар прикрикнул на них и велел быстро садится на воз, взмахнул кнутом и выехал за ворота. Он вёз свою дочь в неизвестность. Сердце обливалась кровью, но поменять что-либо он уже не мог. Судьба велела идти по её указке. Елизар договорился с одним знакомым насчёт работы и жилья для Меланьи. Знакомый сказал, что хорошо знает управляющего графа, а тот как раз ищет новую горничную. Елизар не сказал, что девушка должна летом родить, решил пустить всё на самотёк. Пусть всё идёт так идёт, а там будь, что будет. Только к вечеру они подъехали к графской усадьбе. Меланью разместили на половине, где жили остальные слуги. Хозяина не стал управляющий беспокоить, сказал, что представит его сиятельству Меланью завтра. Елизару разрешили переночевать на конюшне, на сеновале. Он был рад и этому. Рано поутру отправился обратно, так и не повидав дочь. Он ехал и просил Всевышнего смилостивится над его дочерью и послать в городе счастье. Слёзы безудержным потоком лились у него из глаз. Надо, чтобы они вылились все, так как не мог он показать свою слабость перед женщинами. Дома он должен быть сильным и справедливым. А теперь он оплакивал несчастливую долю своей единственной красавицы-дочери. Не зря говорят в народе: «Не родись красивой, а родись счастливой» – думал мужчина.  

Утром управляющий привёл в кабинет хозяина новую работницу.  

Как только тот увидел Меланью, так изменился в лице. Он стал белым, как стенка в его кабинете, покрашенная мелом. Даже Александр, его старый управляющий очень этому удивился и уставился на Станислава, а это был тот самый Станислав, который когда-то принял на работу Марию, её бабушку. Кое-как мужчина справился со своей минутной слабостью и отпустил управляющего, а сам начал расспрашивать девушку, что она умеет делать.  

– Я всё умею, – скромно ответила она.  

– А писать, читать умеешь?  

– Умею.  

Это ответ очень удивил графа, и он немного призадумался.  

– А, с арифметикой ты знакома?  

– Знакома.  

– Тогда будешь помогать Александру вести канцелярию. Сначала он посмотрит на что ты способна, а потом будем говорить дальше, сказал граф и отпустил девушку, а сам вызвал к себе управляющего.  

–Александр, ты помнишь, когда ко мне привёз Марию из деревни для работы горничной.  

–Помню, ваше сиятельство.  

– Не кажется ли тебе, что эта девушка очень на неё похожа?  

– Не присматривался я к ней. Да и лета мои не те, чтобы на молодых девиц смотреть, – потупившись ответил Александр.  

– А ты раскрой глаза и присмотрись, – грубо сказал хозяин и перешёл к делу.  

– Хорошо, господин, я присмотрюсь и доложу вам результат, – ответил управляющий и откланялся.  

Прошло три дня и Александр доложил хозяину, что девушка старательная, читает и пишет медленно, но делает очень аккуратно и он берёт её помощницей.  

– Ну, вот и хорошо, а то я уже и не знал, где тебе отыскать счетовода, – теребя бороду говорил Станислав.  

А Меланья постепенно входила в курс канцелярских дел. Она засиживалась допоздна, занося в книгу расходы, доходы, выводила прибыль или убыток и очень радовалась тому, что это у неё получалось. Пока ни с кем из слуг она не успела завести знакомства. Знала только повара и официантку так как они обеспечивали её жизненную потребность в пище.  

 

Глава 14. Тайное стало явным.  

 

Меланья про себя решила, что пока что не стоит никому рассказывать о своей беременности, а скрывать своё состояние, как можно дольше. Шёл четвёртый месяц её беременности, на дворе стоял декабряь. Первый зимний месяц был очень холодным. Ещё в средине ноября наступили заморозки и выпал снег, а в декабре зима и вовсе взяла свои права в руки и словно издевалась над людьми. Бывали случались морозы такие, что по ночам трещали углы избы, в которой жили слуги. А через несколько дней гуляла вьюга. Да такая, что за пять шагов ничего нельзя было рассмотреть. Конечно, слов нет, печки в жилье топили, но к утру уже было холодно, а топить начинали только во второй половине дня. В кабинете, где работала Меланья, тоже было прохладно, и Меланья накидывала на себя всегда своё куцее пальтишко, да и материнский клетчатый платок, который Прасковья положила в одежду дочери, теперь очень ей пригодился. Так она скрывала свой пока ещё небольшой, но округлившийся живот.  

Спустя ещё пару месяцев она начала зажимать живот льняным полотенцем. Ребёнку было тяжело в таком положении, и он дрыгал ножками, как только Меланья рано поутру начинала проводить над собой эту экзекуцию.  

– Потерпи, миленький, скоро приедет время, и ты выйдешь на волю, а твой папочка заберёт нас к себе в графские покои. Там у тебя будет всё: и мягкая кроватка, и красивая одежда, и игрушки. Ты будешь самым любимы ребёнком у своего папочки.  

Малыш затихал на некоторое время, словно прислушивался к тому, что говорила ему мать. Однако, когда на работе она долго засиживалась, то малыша ничем нельзя было успокоить. Если рядом не было Александра, то Меланья делала некоторый перерыв, вставала и прохаживалась по небольшому кабинету, мечтая скорее прийти домой и снять путы, на которые сама себя обрекла. Девушка очень скучала по своей семье. И теперь часто корила себя за неразумное поведение. Однако вернуть обратно ничего было уже нельзя. Надо смириться и ждать, что ей приготовила Судьба. Меланья боялась того часа, когда на свет появится малыш. Мать, когда собирала её в город приготовила кое-какие пелёнки для малыша, но девушка понимала, что их будет недостаточно, а скорее всего, граф просто выставит её на улицу, когда родится малыш. Хорошо, если к этому времени приедет из Парижа Фёдор. Тогда он решит все её проблемы.  

Весна в том году была холодной и затяжной, что играло девушке на руку. Можно было закутываться широким материнским платком. Александр как-то подозрительно начал поглядывать на девушку, а однажды спросил:  

– Меланья, ты хорошо себя чувствуешь?  

Девушка вскинула на управляющего свои красивые глаза и улыбаясь спросила:  

– Почему вы спрашиваете?  

–Бледная какая-то стала в последнее время, – пожимая плечами ответил управляющий.  

– Теперь весна наступила, апрель уже ласковее, чем март, так что не засиживайся в кабинете, выходи на прогулку, а то завянет в четырёх стенах краса девичья, – то ли в шутку, то ли всерьёз сказал Александр. Потом ещё немного посидел в кабинете и ушёл по своим делам.  

А дома Меланье стало плохо. Болел живот, ломило поясницу. Девушка ходила из угла в угол, заламывала руки, кусала губы, чтобы не закричать, но потом не выдержала и пошла в комнату, где проживала повариха и официантка.  

– Тётя Катя, помогите мне. Наверное, я сейчас умру, – простонала Меланья и почти без чувств, кое как дойдя до топчана, упала на него.  

Женщины всполошились, не зная в чём дело, но вскоре Катерина узрела причину и приказала своей напарнице быстро найти Александра:  

– Скажи, Соня, управляющему, что у Меланьи роды начались.  

Соня словно чумная смотрела то на Меланью, то на Катерину.  

– Что ты стоишь, как истукан? Бегом к управляющему! – громко крикнула женщина, а сама начала укладывать Меланью на кровать.  

– Терпи, милая, терпи. Как же это случилось, что никто не знал, что у тебя должен малыш родиться? Как же такое возможно? – бормотала женщина, снимая нижнее бельё с роженицы.  

Боли становились невыносимыми, и Меланья уже не могла сдерживать себя, она стонала, стараясь делать это не очень громко. На шум начали заглядывать другие слуги, проживающие в этом домике. Но всех их Катерина выставляла за дверь:  

– Нечего тут глазеть всё равно от вас никакой помощи не будет, а лишний глаз только навредит.  

Вскоре прибыл Александр.  

– Что тут у вас происходит? – запыхавшись спросил он.  

– Рожает Меланья. Боюсь, что без помощи повитухи или доктора тут не обойтись. Скрывала она своё положение, ужимала живот, теперь за это и расплачивается тяжёлыми родами.  

Управляющий почесал затылок, а затем спросил:  

–Катерина, а как ты думаешь, Мария поможет ей в этом деле?  

– Думаю, что поможет. Сказывают, что были случаи безнадёжные, но с её помощью поднимала людей на ноги.  

– Тогда я запрягу лошадь и помчусь к ней. Не дай Бог, чтобы ничего плохого за моё отсутствие не произошло, – наложил мужчина на себя крест и выскользнул за дверь.  

Через пару часов он ввёл в комнату согбенную старуху. Из-под платка выбивались пряди седых волос. В руке у неё была изящно вырезанная из дерева трость. Одежда опрятная. Взгляд у старухи был ясный, на губах блуждала добрая улыбка. Она поклонилась присутствующим и поздоровалась. Затем подошла к топчану, на котором лежала Меланья. Взглянув на управляющего попросила:  

– Александр, прошу тебя, принеси пару ламп. Мне свету маловато.  

Сама же попросила полить водой на руки. Когда принесли ещё две лампы, женщина подошла снова к роженице и взглянув на её лицо застыла:  

– Кккаааак…тттебяяя зовут? – заикаясь спросила она.  

– Меланьей её зовут, – ответила Катерина, так как в это время у Меланьи начались очередные схватки.  

Старуха тряхнула головой, словно отгоняя какое-то наваждение, попросила Александра пока покинут её наедине с женщинами, а сама начала ощупывать живот роженицы, затем вошла рукой внутрь.  

Меланья громко застонала.  

– Терпи, милая, терпи! Сейчас я тебе немного помогу, – ласково говорила старуха, а сама что-то делала внутри Меланьи. Такие манипуляции она проделывала, когда начинались схватки. Когда отпускала, то и она сидела в ожидании. Наконец, старуха утерла пот с лица и сказала:  

– Ну, вот, кажись, теперь малыш лёг правильно. Будем ожидать, когда он захочет выйти на свободу.  

А вышла девочка на свободу только к утру. За это время и Меланья, и Мария измучились невероятно. Да и Кате с Соней досталось.  

Когда утром в комнату заглянул Александр, Мария с улыбкой сказала:  

– Девочка родилась у твоей помощницы, Александр. Теперь в четыре руки будут тебе помогать.  

Управляющий только покрутил головой:  

–Боюсь, что его сиятельство будет крайне недоволен за обман.  

– Тише! Не буди лиха, пока тихо, – пригрозила старуха. – Не разбуди мамашу. Измучилась она совсем. Да и женщины твои не спали ночь. Заменил бы ты их сегодня на кухне.  

– Некем менять, – развёл руками мужчина.  

– Ничего, справимся сами, – запротестовала Катя, а за ней и Соня.  

– Скажи мен, Александр, откуда эта девушка к вам прибыла? – спросила Мария.  

– Есть тут в 60 милях деревня, вотчина графа Раневского. Попросил отец нашего графа приютить девушку и дать работу, мол не даёт в деревне проходу парень, за которого замуж не вышла. Грозится отомстить ей, вот и вынуждена девушка скрываться.  

– А ты не знаешь, как отца зовут?  

– Не интересовался я. Фамилия у девушки Снопкова Меланья Елизаровна.  

– Ладно, Александр, я потом сама у неё спрошу то, что меня интересует. А теперь распорядись, чтобы мне чего-нибудь поесть принесли, пока прилягу немного отдохну. Потом посмотрим, что дальше с Меланьей делать будем. Ты уже графу доложил?  

– Не успел ещё. Хватит времени, успеет ещё наорать на меня, – потеребил бороду мужчина.  

– Не такой он и грубый, как ты говоришь, – усмехнулась Мария.  

– Это к тебе он по старой памяти хорошо относится, а к нам, своим слугам, очень требователен. К старости испортился у нашего графа характер.  

– Ну, посмотрим, посмотрим, что он скажет, – задумчиво сказала Мария и отпустила Александра.  

Очень эта девушка похожа на меня в молодости, – думала старуха. У неё такие же карие глаза, такие же густые и длинные волосы, даже маленькая родинка за левым ухом. Неужели это моя дочь? Но нет! Какая может быть дочь? Ведь этой девушке лет двадцать не более того, а Прасковьи уже должно быть …..  

Её раздумье прервал плач новорождённой малышки и Мария тяжело поднялась, чтобы взглянуть на виновницу такого шума.  

 

Глава 15. На новое место жительства.  

 

Через три дня после родов, Меланья почувствовала себя намного лучше и с благодарностью обращалась к Екатерине и Софье:  

– Спасибо, вам огромное, что не прогнали меня, а приютили и оказали помощь, – говорила девушка.  

– Спасибо не нам, а Марии. Это она спасла и тебя и малышку. Если бы не её своевременная помощь, то вряд ли был бы благоприятный исход, – со вздохом отвечала Екатерина.  

– Не могу даже и предположить, что со мной теперь будет, прижимая малышку к себе говорила Меланья.  

– На всё милость Божья, – крестясь отвечала Екатерина. – Что в голову графу взбредёт непонятно.  

А вскоре в комнату к женщинам вошёл управляющий. Он поздоровался со всеми, а потом взглянув на Меланью сказал:  

– Зол на тебя его сиятельство граф Станислав. Это надо же ты нас всех так обманула. Никто даже и не заподозрил, что ты нам такой сюрприз приготовила. И на что ты только надеялась?  

– Ни на что я не надеялась. Просто от позора надо было самой спастись, да и родителей тоже. А, что со мной теперь будет? Я же не смогу пока что исполнять работу свою, – глазами полными слёз смотрела Меланья на Александра.  

– Велено выставить тебя за ворота вместе с ребёнком, – отводя в сторону глаза отвечал Александр.  

– И, как скоро? – приподнялась на топчане девушка.  

–Да вот уговорил графа, чтобы не сегодня в ночь, а завтра поутру.  

– Спасибо и на этом, – приложив руку к груди произнесла Меланья.  

– И куда же ты пойдёшь с ребёнком? – спросила с жалостью в голосе Екатерина.  

– Свет не без добрых людей. Кто-нибудь приютит, – ответила девушка и ещё крепче прижала к себе дочурку.  

– Тут такое дело, – теребя бороду проговорил Александр. – Мария, это та старуха, которая роды у тебя принимала, просила меня дать знать о решении графа насчёт тебя. Говорила, если выгонит тебя на улицу, то она примет тебя.  

– Меланья улыбнулась.  

– Я же говорила, что свет не без добрых людей. – Только доберусь ли я к ней без помощи?  

– Так мы с Соней поможем тебе, – сказала Екатерина.  

– Я сам отвезу тебя поутру, хорошей ты помощницей у меня была, не могу я тебя оставить без помощи. Вижу, что слаба ты совсем. А Мария тебя поддержит, да и малышку будет на кого оставить, если работу со временем себе подходящую найдёшь.  

– Спасибо вам, люди добрые, – прослезилась Меланья.  

А утром, когда ещё спали не только в доме графа, но и слуги его, Меланья с ребёнком на руках усаживалась в старую графскую карету, на которой теперь разъезжал по делам Александр. На другом конце города на пороге небольшого, но опрятного дома их встречала старуха.  

– Ну вот я и дождалась гостей дорогих, – говорила Мария, помогая выйти из кареты Меланьи. Александр занёс в дом небогатые пожитки Меланьи, а затем пожелав здоровья и благополучия бывшей работнице, быстро погнал обратно.  

– Спасибо вам, бабушка, за всё, что вы сделали для меня и моей дочери, – раскланялось Меланья.  

–-Погоди, погоди, успеешь ещё отблагодарить. Не стой, проходи в комнату и ребёнка не держи, положи на кровать, нельзя пока что тебе тяжести таскать.  

–Да разве же своя ноша в тяжесть? – улыбнулась Меланья, но ребёнка бережно положила на указанное место, присела на лавку у окна и сама. – Хорошо тут у вас, оглядевшись сказала Меланья.  

– Теперь и у тебя всё хорошо будет, – погладила по плечу старуха свою гостью. – Теперь нам с тобой надо серьёзно поговорить, детка.  

– О чём? – нахмурилась девушка.  

– Не пугайся, я лишнего ничего спрашивать не буду. Скажи мне ты что-нибудь знаешь о своих бабушке и дедушке? – не отводя своих карих глаз от глаз Меланьи, спросила старуха.  

– Ну…бабушка Авдотья Никитична, а дедушка Серафим Петрович, ещё живы и проживают вместе с моими родителями в деревне Добрыничи, отсюда отец говорил вёрст 60 будет.  

– Это родители отца, я правильно поняла?  

– Да, это так.  

– А, как зовут твою маму, и где её родители?  

– Маму Прасковьей зовут…  

– Извини, а её девичью фамилию ты знаешь, милая? – всё больше волнуясь спрашивала Мария.  

– Теперь наша семья носит фамилию Снопковы, а раньше у мамы была фамилия Федосова. Мне говорили, что маму мою вырастили и отдали замуж бабушка и дедушка, так как она сиротой была. Только накануне моего отъезда моя бабушка Авдотья проговорилась, а потом вынуждена мне была рассказать, что был у мамы и отец, и мать. Только бросили они маму на попечение бабушки и дедушки, а сами уехали. Говорили, что временно, а сами так и не появились.  

– Появились…. появились… только не застали на прежнем месте ни бабушки с дедушкой, ни дочурки своей, – всхлипнула старуха.  

– А, вы откуда знаете? – удивлённо посмотрела на плачущую старуху Меланья.  

– Деточка моя дорогая, внученька ты моя ненаглядная, под конец моей жизни Бог дал мне возможность встретить родную душу. Я и есть твоя бабушка. Я через несколько лет вернулась, чтобы забрать свою дочь, но никто мне не ответил куда подались старики с малым ребёнком. Уехали, никому ничего не сказав, рано поутру, только остался старый развалившийся наполовину дом. Я долго металась по окружающим деревням, но ни кого так и не нашла, они исчезли бесследно, а я вернулась в город и попросила графа Станислава, чтобы дал мне приют. Он не отказал в моей просьбе, и вот я уже много лет тут здесь живу, и как могу помогаю людям.  

Меланья смотрела на эту женщину и только теперь начала замечать, что она сама имеет схожесть с этой женщиной.  

– Бабушка, – неуверенно произнесла Меланья.  

– Бабушка, бабушка…Я, как пришла принимать к тебе роды, так сразу заметила нашу с тобой схожесть. Правда, не на теперешнюю меня ты похожа, а на ту, двадцатилетнюю.  

Меланья встала и подойдя обняла худенькие старушечьи плечи.  

– Расскажите мне, как это у вас случилось? Ваша история похожа на мою?  

– Я пока твою не знаю, но догадываюсь, что чем-то наши судьбы схожи. Тебя обманул парень и бросил?  

– Нет, нет! – искренне возмутилась Меланья. Не обманывал он меня. Мы два года с ним встречались, мы очень любим друг друга. Федя скоро должен вернутся из Парижа, и он женится на мне. Пока что не знает, что у нас уже есть дочь. Я без него дочери имени не давала, хочу, чтобы он сам это сделал.  

– Раз он в Париже, значит, это сын какого-то богача?  

– Да, бабушка, это сын графа Раневского, – ответила девушка.  

– А ты уверена, что он женится на тебе?  

– Он мне обещал, – твёрдо ответила Меланья.  

–Все мы, дурочки молодые и наивные, верим их обещаниям. Но, когда рождается ребёнок, они все прячутся в кусты. Особенно такие вот богатенькие сынки. Меланья, а тебе мать при крещении не надевала крестик серебряный? – с интересом взглянула на девушку старуха.  

– Да, был у меня крестик, но…  

– Ты потеряла его?  

– Я…я…. я… подарила его Фёдору, – покраснев ответила девушка.  

– Ну, слава Богу, что он не потерян. Покажи-ка мне свою левую руку, – попросила старуха.  

Меланья несмело протянула ладонь. Мария долго рассматривала линии на её руке, а затем задумчиво произнесла:  

– Сложный рисунок проходит по твоей ладони. Судьба так запутала дороги и тропинки, по которым суждено пройти тебе. Всего пока не скажу, но главное, я увидела: твоя дочь не сможет долгое время говорить, хотя врачи будут утверждать, что она вполне здорова.  

– И, что? Она так и останется немой? – встрепенулась Меланья.  

–Если ты вернёшь свой крестик, тот, который подарила, и сама лично наденешь дочери на шею, то она непременно вылечиться.  

– Так Фёдор отдаст мой крестик, – обрадовалась Меланья.  

– Я бы так не радовалась на твоём месте, – сказала бабушка и отпустила руку внучки.  

– И, что же мне делать? – с испугом вглядывалась на ладонь Меланья.  

– Всему своё время. Сначала мы поступаем безрассудно, а потом постепенно начинаем понимать, что не мы управляем своей судьбой, а Всевышний. Когда поймём, тогда находим и путь к покаянию.  

 

Глава 16. Несчастливый июнь.  

 

Как же счастлива была Меланья, что встретилась со своей бабушкой. Ей казалось, что она находится теперь под её защитой. Да и не только она, но и её дочь. Мария рассказала своей внучке о своей жизни на чужбине, о своей первой и последней любви.  

Прошёл уже месяц со дня рождения у Меланьи дочери, но она, несмотря на уговоры бабушки, чтобы та окрестила ребёнка или хотя бы дала ей имя, ни за что на это не соглашалась.  

– Бабушка, вот-вот появится Фёдор и тогда мы вдвоём выберем имя дочери, а заодно и поженимся, – уверенно говорила она Марии. Но та только отрицательно кивала головой:  

– Боюсь я, что надеждам твоим не суждено сбыться, – тяжело вздыхала старуха. – Ну, да ладно, ты должна через всё это пройти сама, чтобы никакой обиды ни на кого не осталось.  

В двадцатых числах июня в дом к Марии поздно вечером постучали, и она впустила к себе женщину лет около 25. Как только дверь закрылась женщина со слезами обратилась к Марии:  

–Очень прошу вас, помогите мне в моей беде.  

– Что случилось? – посмотрев на расстроенное лицо гостьи, спросила старуха.  

–Сын у меня заболел, а доктор графа Раневского постоянно занят. Молодой граф приехал на днях из Парижа с женой. Но кто-то из них очень больным оказался. Нам слугам ничего не говорят, но на графской половине какой-то переполох. Я хотела попросить доктора послушать моего сынишку, но он только руками замахал и сказал, чтобы дня три никто к нему даже не смел подходить. Не могу я столько ждать, сердце кровью обливается глядя, как мучается мой мальчик.  

–Старая я уже бегать на большие расстояния, – сказала Мария. – А кареты у тебя явно нет, чтобы меня развозить.  

– Так я знала, что вы не сможете навестить моего сынишку и привезла его к вам на тачке.  

– Так, где же твой ребёнок? Один на улице, что ли? – всполошилась Мария.  

– Не один, а с моей сестрой.  

– Веди их в дом, – приказала Мария и приготовилась встречать больного.  

Мальчику на вид было не более 5 лет. Видно было, что у него температура, он еле держался на ногах и его всё время поддерживала молодая девушка.  

Мария показала, чтобы ребёнка положили у окна на лавку, и тотчас же занялась его осмотром. Как только подняла рубашонку, то заметила на животе красные точки и тут же опустила её. Закатав штанишки на ногах заметила такие же красные точки и сказала:  

– Ветрянка у мальчишки.  

– А это опасно? – округлила глаза мать ребёнка.  

– Любая болезнь страшна, если её не лечить. Сейчас я дам вам мазь и траву, чтобы вы могли сделать отвар и поить сына.  

И Мария рассказала, как делать отвар и как смазывать красные точки на теле ребёнка.  

Женщины поблагодарили и оставили в знак благодарности кулёк с продуктами.  

– Скажите, уважаемые, а когда вы говорите сын графа приехал? – будто из простого любопытства спросила старуха.  

– Неделю тому назад, – охотно отвечал женщина.  

– Так говорите, что и жену молодую привёз с собой из Парижа?  

– Сказывают, что так оно и есть. Только вот жаль, что нездоровье приключилось с графом.  

– Бывает и такое, – задумчиво проговорила Мария и дала посетителям знать, что они свободны.  

Вечерние гости с благодарностью покинули дом Марии, а в это время сюда зашла бледная, как мел Меланья с дочкой на руках.  

– Что это они ерунду какую-то плетут? – дрожащим голосом спросила молодая женщина.  

– Ой ли? – отвечала бабушка. – Зря говорить не будут. Видимо так оно и есть.  

– А, как же я? Как ж его обещание жениться на мне? – тихо заплакала Меланья. – я же его так люблю. Да и дочка у нас с ним есть. Вот же она!  

– Внученька, давай отложим наши переживания и всякие разговоры до утра. А утром и решим, что дальше делать.  

– Не могу я до утра ждать! – продолжала всхлипывать Меланья.  

– Так не бежать же ночью тебе в графский замок, – пристыдила старуха внучку. – да и кто тебя туда пустит? – Иди ложись спать и девочку уложи, не приучай её на руках таскать, потом и сама не рада будешь. Дети малые очень быстро привыкают кататься на ручках.  

Меланья послушно вышла в другую комнату, которую отвела ей бабушка. Вскоре послышалось причмокивание малышки. Она с удовольствием сосала материнскую грудь.  

Утром было решено, что Меланья пойдёт к Раневским одна. Девочку пока что Мария брать не советовала.  

– Разузнай вначале, что там и к чему. Поговори с Фёдором, может, действительно, слуги что-то напутали. Договоритесь обо всём, а потом и о дочери расскажи.  

Меланья согласилась нехотя, но потом поняла, что совет бабушки мудрый. Она принарядилась в своё лучшее платье, красиво уложила вокруг головы косу, повязала платком голову и после бабушкиного благословения пошла навстречу своей судьбе. Никогда ей так не приходилось ещё унижаться и словно милостыню просить пошла просить встречи с любимым. Сердце в груди не находило места. Оно так и рвалось наружу. Словно оно и в самом деле могло вырваться, Меланья держала его рукой. Она и не помнила, как ноги принесли её к дому графа. Немного помедлив она постучала и вскоре у ворот появился высокий опрятно одетый мужчина.  

– Чего в такую рань стучишь? Кого тебе надо? –строго спросил мужчина, оглядывая с ног до головы девушку.  

– Мммнеее ваш ммоллодой граф нужен, – заикаясь проговорила девушка.  

– И какая нужда тебя к нему привела7 – всё так же строго спрашивал лакей.  

– Я… я…я его невеста…  

– Кто? – громко расхохотался мужчина.  

– Невеста…  

– Ты, нищенка, хоть знаешь, что говоришь? – Пошла прочь отсюда! Невеста у нашего графа уже есть, неделю назад, как из Парижа привёз.  

– Так это правда? – тихо спросила Меланья.  

– А зачем мне тебе лгать? Разве есть резон в этом?  

– Но мне обязательно надо его увидеть, – умоляюще сложив на груди руки, просила девушка.  

– Тебе лучше по-доброму уйти отсюда, а иначе я спущу собак и тогда ты не рада будешь, что на свет родилась, – уже злобно пригрозил лакей.  

Меланья, опустив голову, побрела прочь, роняя на пыльную дорогу горькие слёзы. Случилось то, что и предсказывала бабушка. Разве о такой встрече мечтала девушка? И, что ей сейчас делать? Как рассказать Фёдору о дочери, если её даже на порог не пустили?  

Меланья брела посреди дороги, углубившись в своё горе, и не слышала перезвона бубенчиков и крика кучера, а только почувствовала страшную боль и чей-то неистовый крик. Когда открыла глаза, то увидела, что находиться в богато обставленной комнате, на мягкой кровати. Голова ужасно болела. Попробовала пошевелить ногами и тоже почувствовала резкую боль и застонала. Тотчас же на пороге комнаты появилась молодая девушка в синей униформе, в белом переднике и такой же белоснежной косынке на голове.  

– Здравствуйте, – сказала ласковым голосом девушка. – очень хорошо, что вы очнулись, а то хозяин уже начал беспокоится.  

– Скажите, где я, и что со мной? – спросила слабым голосом Меланья.  

– Вы находитесь в доме господина Турчинского. Разве не помните, что вы попали под карету господина? – спросила девушка.  

– Не помню…Голова очень болит и ноги, – тихо сказала Меланья.  

–Сейчас я позову Мирослава Карповича.  

Вскоре в комнату быстрой походкой вошёл мужчина, чуть выше среднего роста, одетый богато. На вид возраст определить было сложно, так как лицо украшала окладистая борода. Правда и шевелюра на голове и борода были с проседью.  

– Ну, слава Богу, что, наконец-то вы пришли в чувство, – радостным голосом заговорил хозяин. – И, как это вас угораздило угодить под моих рысаков?  

Меланья молчала и виновато взирала на хозяина.  

– Ну, ладно, ладно, всё уже позади. Доктор осмотрел и сказал, что переломов у вас нет, только сильные ушибы и возможно, сотрясение головного мозга, но лёгкое. Голова болит?  

– Болит, – ответила девушка.  

– Ну, ничего, ничего, скоро мы вас выходим и будите краше прежнего, – продолжал шутить мужчина.  

– Но…. у меня дома грудной ребёнок…  

– А дом-то где?  

Меланья назвала адрес.  

– Я дам распоряжение и ребёнка сейчас привезут. Нельзя оставлять малыша без материнского молочка, – заботливо говорил мужчина.  

– Нет, нет, лучше отвезите меня домой, там бабушка будет волноваться, – начала отнекиваться девушка.  

– А, муж не будет волноваться? – с улыбкой спросил мужчина.  

– Мужа нет, – ответила Меланья и вспомнила, как её не пустили на порог дома Фёдора.  

– А подробнее можете мне рассказать, почему ребёнок есть, а отца у ребёнка нет?  

Меланья покраснела и спрятала лицо под одеяло.  

– Тогда поступим так:  

– Сейчас же отправлю слуг за твоим ребёнком, и они же успокоят твою бабушку. Тебе нельзя теперь двигаться. Вот поправишься, тогда и пойдёшь домой.  

– Спасибо вам, – высунула голову Меланья.  

–Да, я забыл спросить, как же вас зовут, прекрасная гостья? – улыбаясь спрашивал мужчина, а сам не отрывал глаз от зардевшегося лица девушки.  

– Меланьей меня зовут, – ответила девушка.  

–А меня Мирослав Карпович, чуть поклонившись представился хозяин.  

 

Глава 17. В гостях, как дома.  

 

Через некоторое время в комнату, где лежала Меланья, вошла бабушка Мария с малышкой на руках. Девочка кричала так, что уши закладывало.  

– Бедная моя девочка! Ты так беспокоишься о своей мамочке? – начала говорить Меланья, принимая в постель, на которой лежала, ребёнка.  

Словно поняв, что теперь она в безопасности, а рядом мать, ребёнок на некоторое время затих. Меланья достала грудь, и девочка смачно зачмокала. Звуки раздавались далеко за пределами комнаты.  

Мария устало присела на софу и с облегчением вздохнула:  

– Слава Богу девочка сейчас насытиться. Она очень проголодалась, а молоко, которое я ей давала с ложечки она категорически отказала пить. Я уже и не знала, что мне делать. И её нельзя оставлять было одну, и тебя надо было искать. Как на грех, сегодня у меня ни одного посетителя не было, чтобы попросить у кого-то помощи. Девочка моя, как же тебя угораздило под лошадей попасть. На улицах не так уж и много карет разъезжает, не выходной же?  

– Бабушка, я шла и ничего не замечала от слёз.  

– Что так, милая?  

– Меня даже на порог дома не пустили к Раневским. Лакей сказал, что Фёдор недавно вернулся из Парижа с молодой женой и сейчас почивает, а мне там делать нечего. Ещё грозился собак на меня натравить этот лакей.  

– Девочка ты моя, ненаглядная. Этого и следовало ожидать от богатого сына графа. Они только тогда клянутся в любви и горы свернуть обещают пока не добьются от девушки своего. А потом тотчас же забывают обо всём.  

– Как же мне дальше жить, бабушка? – всхлипнула Меланья.  

– Просто жить и растить дочь. Перво-наперво, надо встать на ноги, а затем думать, как выманить у этого графа крестик. Я думаю, что он уже вкусил всю его целительную силушку и теперь не так просто будет отнять его. Но это надо сделать ради здоровья нашей малышки, моей дорогой правнучки.  

Пока женщины переговаривались, малышка насытилась и спала, изредка растягивая свой беззубый ротик и улыбке. Мария подошла к Меланье, взяла её руку и начала всматриваться в линии.  

–Девочка моя, а твоя судьба привела тебя в этот дом не просто так. В этом доме суждено тебе остаться навсегда.  

– Как это? – изумилась девушка.  

– Хозяин ещё и сам не знает, но судьба уже распорядилась и решила сама за него, что отныне ты будешь хозяйкой этого дома и не только этого.  

– Но…он же старый…. – начала говорить Меланья.  

– Он не старый, а мудрый. И эта мудрость сделает тебя счастливой. Ты не сопротивляйся, а во всём слушайся его, и станешь не только счастливой, но чуть ли не самой богатой женщиной.  

Меланья задумалась…  

– Но я же Фёдора люблю….  

–Так что? Теперь каждый день будешь ходить к Раневским и униженно просить свидания с ним? Будь же гордой. Сделай так, чтобы он ходил и сам искал встречи с тобой, а ты сделай вид, что не знаешь такого графского сыночка. Пусть локти кусает сам себе.  

– Но, как мне этого достичь?  

–Я думаю, что мы вместе с господином Турчинским, вернее, с его помощью, добьёмся этого, – подбадривающе подморгнула бабушка.  

В комнату постучали и, когда Меланья разрешила, вошёл хозяин.  

– Вижу моя маленькая гостья уснула и больше не шумит? – с улыбкой спросил мужчина.  

– Спасибо вам огромное за ваше доброе сердце, – заговорила Меланья.  

– Да бросьте вы благодарить. На моём месте любой поступил также. А теперь, может кто-нибудь из вас расскажет вашу семейную историю? Почему у этой очаровательной малышки нет отца?  

– Отец есть. Только он …не захотел об этом узнать, – словно оправдываясь тихо заговорила Меланья. Вернее, не он, а его слуги.  

–О! Так значит отец у малютки богатенький сноб?  

– Это сын графа Раневского. Он обещал на мне жениться, а сам привёз молодую жену из Парижа, -снова всхлипнула девушка.  

Мужчина молча теребил свою бороду.  

– Тааак…. Решил обмануть бедную девушку, втоптать в грязь и забыть… Знаем мы таких. Повидали на этом свете не одного такого. Только счастливы ли они после такой подлости? Растоптав любовь, стали ли они сами любимыми? На этот вопрос только один Всевышний может дать ответ.  

–Извините Мирослав Карпович, – вмешалась в разговор Мария. – Коль вы случайно оказались втянуты в эту историю, я хочу вам признаться, что моя внучка не из простых крестьян. В ней течёт княжеская кровь.  

– Ого! – с интересом мужчина уставился на старуху. – Это, как же понимать вас?  

– Немногим более 40 лет назад, я, простая крестьянская девушка обвенчалась в церкви вашего города с грузинским князем Нико Мелидзе. Мы с ним уехали жить в Грузию. По истечении некоторого времени родилась дочь Прасковья. Обстоятельства сложились так, что в возрасте пяти лет мы привезли девочку к моим родителям и оставили на попечении моих родителей. А вскоре мой муж погиб, и я вынуждена была вернуться на родину. Ни родителей, ни дочери на месте я не застала и, вернувшись в город, все эти годы вела одинокую жизнь. Однако, сколько могу и сейчас помогаю людям. К концу жизни Бог дал возможность встретиться с моей внучкой и дал надежду на встречу с единственной дочерью.  

– Я могу вам верить? – спросил мужчина.  

–Вы даже можете проверить правдивость моих слов, – твёрдо ответила Мария. – Церковные книги хранят запись о нашем венчании. А также другая церковь в городе М… хранит запись о крещении дочери моей Прасковьи. Ей при крещении дали двойную фамилию Федосова-Мелидзе. Федосова – это моя девичья фамилия, фамилия моих родителей.  

– Спасибо вам, добрая женщина, простите имени не удосужился спросить.  

– Мария Прокопьевна, – поднялась и слегка склонила голову старуха.  

– Приятно было познакомится с вами, в свою очередь склонил голову мужчина.  

–Ну, что ж, я думаю, что у моей гостьи всё есть, и я с лёгким сердцем могу заниматься своими делами. А вас, Мария Прокопьевна я приглашаю также стать моей гостьей.  

– Благодарю вас, но я возвращаюсь к себе домой. Туда иногда приходят люди, и оказываю посильную помощь больным людям. Мне очень неудобно просить вас, но я всё-таки осмелюсь это сделать.  

Мужчина с интересом посмотрел на Марию.  

–Когда Меланья поправится, а вы убедитесь в правоте моего рассказа, сделайте нам одолжение и отвезите нас туда, где теперь проживает моя дочь и зять, родители Меланьи.  

– Для меня это не составит никакого труда. Сделаю это с превеликим удовольствием, – приложив руку к груди сказал хозяин. – А теперь, если пожелаете, мой экипаж отвезёт вас обратно.  

–Огромное спасибо, – с достоинством ответила Мария и простившись с Меланьей вышла вслед за господином.  

 

Глава 18. На встречу с дочерью.  

 

Меланья, оставшись в доме господина Турчинского, чувствовала себя вначале не очень комфортно, однако хозяин создал такие условия, что девушка просто наслаждалась. К ней была приставлена горничная, которая помогала Меланье выполнять гигиену не только себе, но и малышке. Пока Меланье не разрешил доктор вставать, к ребёнку приставили няню. Женщина очень хорошо, со знанием дела исполняла эти обязанности. А Меланье приходилось только кормить свою дочурку. Прошла неделя её пребывания в доме господина Турчинского, но после того, как Мария рассказала их историю, он больше ни разу на зашёл в комнату своей гостьи. Меланья уже начала волноваться: ведь за эту неделю она уже чувствовала, что головные боли перестали беспокоить, не было и головокружения. Гематомы на руках и ногах поменяли свой цвет. Она готова была поблагодарить хозяина за гостеприимство и вернуться к бабушке. Об этом она заявила горничной, когда на восьмые сутки пребывания она поутру зашла в комнату Меланьи, чтобы помочь ей дойти до туалета и умыться.  

– Спасибо, Вера, но я уже могу самостоятельно передвигаться и ухаживать сама за собой. Я бы хотела увидеть Мирослава Карповича. Ты не могла бы ему это передать?  

–Конечно передам, – улыбнулась дружелюбно девушка и вышла.  

Спустя час к ней, предварительно постучав, зашёл хозяин с доброй улыбкой на устах.  

– Что-то мне хотела сказать, моя очаровательная гостья? – спросил он, всё так же улыбаясь.  

–Я бы хотела поблагодарить за ваше гостеприимство, и мне уже честь пора знать. Я вполне здорова и могу перебраться к бабушке в её дом.  

– Неужели вам у меня не понравилось? – притворно удивился мужчина.  

– Ну, что вы! Я не привыкла, чтобы за мной ухаживали, как за госпожой.  

– Так надо привыкать. Вы и есть самая настоящая княгиня. Я уточнил. И то, что рассказывала ваша бабушка оказалось сущей правдой. Вначале я не поверил. Слишком неправдоподобной показалась мне эта история. Теперь я склоняю голову перед вами и вашей бабушкой. А ещё я хочу, чтобы вы остались у меня жить. Вам надо многому научиться, чтобы приобрести соответствующие манеры княгини. Для этого у меня имеются учителя и все возможности. Я только и выжидал момент, когда вы окончательно поправитесь. Кстати, Меланья, а, как насчёт читать и писать?  

– Я немного училась этому в своей деревне, и даже работала у графа Станислава. Вела канцелярию.  

– Это очень хорошо. Я поручу Владиславу Георгиевичу посмотреть на что вы способны в письменности.  

– Но зачем это вам нужно, господин? – удивлённо округлила глаза девушка.  

– А об этом мы поговорим с вами немного позже, – таинственно улыбнувшись, ответил мужчина. – А сейчас я приглашаю вас пройти в библиотеку, где с вами начнут работать учителя. Вы готовы?  

Меланья взглянула в сторону дочери, которая спала, иногда улыбаясь своим таинственным видениям.  

– За дочь не беспокойтесь. Няня по-прежнему остаётся с ней. А на время кормления малышки вас будут отпускать.  

– Спасибо вам, – растерянно ответила Меланья и вышла вслед за господином.  

Ежедневно с Меланьей работали учителя по разным профилям: её учили этикету, танцам, поведению, манерам, как правильно вести беседу. Не оставили без внимания и учителя по письму и чтению. С утра и до позднего вечера у Меланьи день был расписан по минутам. Ей некогда было думать о своей несбывшейся мечте выйти замуж за Фёдора. О нём она вспоминала всё реже и реже. Но через месяц об этом ей напомнил не кто иной, как сам хозяин.  

– Меланья, а вы не думаете, что вам надо встретиться с графом Раневским?  

Девушка растерялась и с недоумением посмотрела на мужчину.  

– Я так понимаю, что вас не допустили к нему, а разговор вёл их лакей, не так ли?  

– Да, это так.  

–Так возможно, что молодой граф ни сном, ни духом не в курсе, что у него есть дочь?  

– Дааа…. Наверное, так и есть, совсем растерялась девушка.  

Я предлагаю вам следующий вариант: мои слуги доложили, что граф Раневский с молодой женой уехал в своё имение в деревню. Вы же оттуда родом?  

– Да!  

–Тогда, как и просила ваша бабушка, я отправлю вас с ней и малышкой вслед за ним. И там, думаю, вам удастся встретить его один-на-один и поговорить по душам. И, когда вы из его уст узнаете действительное отношение к вам, тогда и сделаете вывод, как быть дальше. Насколько я осведомлён ваша дочь ещё до сих пор не приняла таинство крещения и даже не имеет имени, это верно?  

–Да, – подтвердила Меланья.  

–Тогда не теряйте драгоценного времени и езжайте с бабушкой выяснять отношения, которые запутались много лет тому назад. Попрошу долго не задерживаться, так как нас, вернее, вас ждут большие дела впереди.  

–Какие? – удивилась девушка.  

–Пока не могу сказать. Это моя маленькая тайна. Всё зависит от вашего разговора с графом. Так что вы уж постарайтесь как-нибудь ускорить вашу с ним встречу.  

Рано утром Меланью разбудила горничная Она пришла вместе с няней, чтобы помочь уложить вещи для поездки. А господин Мирослав Карпович постарался, чтобы и у Меланьи, и у её дочери было всё необходимое.  

И какое же было изумление девушки, когда в экипаже увидела радостно улыбающуюся бабушку.  

–Бабушка, а как ты узнала, что мы сегодня едем?  

–Сорока на хвостике принесла, – шутливо ответила Мария. – Я ведь ночью спать не могла всё думала, чтобы скорее утро наступило. Ведь столько лет не видела свою дочь. думала, что так и не доведётся встретиться.  

По дороге просили кучера несколько раз остановиться, чтобы дать малышке спокойно покушать, да и самим пассажирам немного размять ноги. Ещё солнце не успело спрятаться за горизонт, как к дому Снопковых подкатила добротная карета, запряжённая парой упитанных и ухоженных лошадей. Первой гостей заметила Авдотья Никитична и кликнула сына:  

–Елизар! Посмотри, кто –то к нам в гости прикатил. Что-то я никак не могу никого узнать.  

Хозяин дома только взглянул на приезжих, как вскрикнул:  

–Прасковья! Дочь наша с внучкой приехала!  

Прасковья, как держала в руках подойник, так с ним и выскочила навстречу гостям. И только хотела кинуться обнимать дочь, как её словно магнитом потянуло к старухе, стоявшей рядом и утирающей слёзы.  

–Доченька моя Проша…. – только и смогла выдавить из себя старуха.  

– Мама?  

– Узнала кровиночка моя? – шагнула, раскрыв объятия навстречу Прасковье Мария.  

А Меланья стояла чуть в сторонке и наблюдала за сценой встречи матери и дочери, встретившейся через полвека.  

 

Глава 19. Отвергнутая.  

 

О счастье, которое воцарилось в доме Елизара Снопкова трудно рассказать. Было много слёз, естественно, радостных слёз, много рассказов до поздней ночи, а ещё бабушки, дедушки восторгались маленькой внучкой, которой исполнилось всего два месяца. Когда радость от первой встречи немного поутихла, Меланья поделилась с родителями своим желанием встретиться с графским сыном, который якобы приехал в деревню в своё поместье.  

– Приехал, приехал… – тяжело вздохнула Прасковья. К тому же не один, а с молодой красавицей женой.  

От этих слов Меланья вспыхнула, как зажжённая спичка. А в душе постепенно нарастала ненависть к своему бывшему любимому. Непроизвольно она сжала кулаки, словно готовилась к бою.  

– Кстати, завтра у графа Раневского старшего день рождения. По традиции крестьяне из его деревень приходят и приезжают, чтобы поздравить и преподнести подарки в знак уважения. А во дворе графа слуги накрывают столы и выносят различные яства и вина. Вся семья графа принимает в этом участие, – рассказывала Прасковья.  

– Мама, а вы пойдёте к графу на это торжество? – еле сдерживая себя спросила Меланья.  

– Конечно, а как же без этого. Там же управляющий ведёт учёт посещения, а потом мало ли что придумает, как отомстить тем, кто проигнорировал это мероприятие.  

– Никуда никто не пойдёт, – вмешалась Мария. Вы же знаете, что Прасковья княгиня и не обязана чтить какие-то правила.  

– Но, как же…. как же мы дальше тут жить станем? – растерянно спрашивала Прасковья.  

– А вы тут жить и не будете. Вы поедете жить со мной и займёте подобающее вам место в обществе, – строго ответила Мария.  

– Поздно нам князьями становится, – махнул рукой Елизар. – Думаю, что доживём мы отведённое Богом время, как есть, простыми крестьянами, безо всяких званий. Если можешь, уважаемая тёща, то сделай так, чтобы Меланья наша получила заслуженный титул и обрела счастье, вместо позора.  

– А это зависит только от неё самой, – хитро улыбнулась старуха. – А вы всё-таки переедите в город и станете жить не впроголодь, как сейчас, а по-людски. Уж я об этом позабочусь, и спорить со мной бесполезно.  

Елизар и Прасковья только переглянулись и не стали вступать в дальнейший спор.  

А на следующий день Меланья нарядилась в красивое платье, которое, как и другие одежды подарил во время её пребывания в доме Турчинского сам хозяин. На голове красиво уложила косы и накинула красивый платок. Она бережно запеленала дочь и, выходя из дому, попросила бабушку молиться за неё.  

Мария благословила внучку и губы её что-то шептали вслед внучке.  

Сердце девушки бешено колотилось, как когда-то, когда она украдкой уходила на свидание с Фёдором. Только тогда оно колотилось от любви, а теперь, скорее всего, от безысходности.  

Ворота поместья были широко открыты и там уже толпился народ: кто-то стоял напротив семейства Раневских, а кто-то пил вино и угощался снедью, которой отродясь и не пробовал.  

Меланья набрала полные лёгкие воздуха и решительно подошла к графу Раневскому. Она мельком взглянула на побледневшего Фёдора, который стоял плечо в плечо с отцом, перевела взгляд на молодую женщину, стоявшую рядом с Фёдором и чуть не вскрикнула, когда увидела на груди свой крестик. Но раздумывать было некогда, и она обратилась к графу:  

– Извините ваше Сиятельство, кормилец наш, но у меня для вас нет подарка, кроме вот этого.  

Она протянула графу свою дочь.  

–Что вы себе позволяете? – закричал подбежавший управляющий, отталкивая руки с младенцем.  

–Это ваша внучка, – продолжала Меланья. Я два месяца назад приходила с ней к вам в городское поместье, но ваш лакей не пустил меня, грозился натравить всех собак. А сегодня ворота ваши открыты, и я решила напомнить, что ваш сын обещал на мне жениться, когда встречался со мной и клялся в любви. Однако людская молва гласит, что он привёз себе жену из Парижа. Это правда? – спросила Меланья, обратившись теперь к Фёдору.  

Молодой граф так и стоял, опустив голову. Молодая жена что-то гневно лепетала по-французски. Старый граф только открывал и закрывал рот. Видно было, что он не может справится с нервным потрясением. К нему подскочило двое слуг и усадили в кресло, стоящее позади него.  

И тут голос у старого графа, наконец, прорезался и он крикнул:  

– Воооон!!!!!  

Меланья повернулась к Фёдору и спросила:  

– Фёдор, ты подтверждаешь то, что сказал граф или у тебя другое мнение?  

Молодой граф поднял голову и с ненавистью произнёс:  

– Неужели ты не слышала, что сказал его Сиятельство?  

– Ну, что ж! Я не глухая и отлично всё услышала. Только запомни, Федя, наши пути ещё пересекутся и тогда ты будешь слушать то, что я скажу.  

– К..кк…кааак..она разговаривает с его сиятельством? – задыхаясь прошипел старый граф Раневский. – немедленно выставить её воооон!!!!!  

– Я и сама не намерена тут задерживаться, – гордо подняв голову Меланья вышла за ворота.  

Праздник у графа явно был испорчен. Раневский сурово посмотрел на сына и тихо сказал, чтобы только он мог слышать:  

–А с тобой я ещё поговорю!  

Меланья пришла домой и передав дочь на руки Прасковье без сил опустилась на лавку у окна.  

– Ну, и как прошла твоя встреча? – спросила Мария у внучки.  

– Они прогнали меня прочь, как собаку, – ответила девушка. – Только и я им, кажется, подпортила изрядно праздник.  

– Теперь они и к нам доберутся, – тяжело вздохнул Елизар.  

–Вот что, дети мои, – тоном, не допускающим возражений, сказала Мария.  

– Мы сегодня же уезжаем с Меланьей и ребёнком в город, а вы собирайте самое необходимое. На днях за вами прибудет экипаж и увезёт вас вслед за нами на новое место жительство. Деньги у меня для безбедного существования есть. С собой в могилу своё богатство я не унесу, а у Меланьи, я так думаю, будет богатая и счастливая жизнь. По крайней мере я проследила судьбу по её ладони.  

Авдотья Никитична и Серафим Павлович категорически отказались уезжать из насиженного гнезда.  

– Мы здесь уже прижились и в город не поедем. Будем свои дни тут доживать.  

– У вас ещё есть несколько дней, чтобы окончательно определиться, – всё также твёрдо ответила им Мария.  

А к вечеру кучер подъезжал со своими пассажирами к дому Турчинских, хотя Меланья просила отвезти их в дом к бабушке.  

– Не велено! – коротко ответил кучер и больше не вымолвил ни слова.  

Во двор вышел слуга и помог Меланье нести вещи. Мария с улыбкой смотрела вслед внучке:  

Вот и сама судьба открывает ей дверь. А мне пора позаботиться о своей дочери, подумала старуха. Но тут снова появился слуга и передавал просьбу хозяина, который непременно хотел видеть Марию Прокопьевну в своём кабинете.  

При её появлении Мирослав Карпович встал и слегка наклонился, приветствуя старуху. Затем подвинул кресло, и помог присесть, а сам присел, напротив.  

– Ну и как прошла встреча Меланьи с отцом ребёнка? – с интересом глядя на бабушку спросил мужчина.  

– Они её просто выставили со двора, – поджав губы ответила старуха.  

– Я так и думал. И, что внучка? Слёзы проливала?  

– Нет, даже слезинки не выкатилось из её прекрасных глаз, – гордо ответила бабушка. – Княжеская кровь заговорила в ней.  

Хозяин повеселел и стал улыбаться.  

–У меня к вам просьбе имеется, Мария Прокопьевна. – Помогите мне уговорить вашу внучку выйти за меня замуж. Я обещаю, что стану для неё хорошим и любящим мужем. А её девочку я удочерю. Она станет моей законной дочерью и наследницей.  

Мария некоторое время молчала, а затем попросила показать левую ладонь. Не сопротивляясь мужчина с готовностью сделал это. Старуха долго рассматривала линии на его руке, что-то шептала еле шевеля губами, а затем изрекла:  

– Вы будете жить счастливо, несмотря на разницу в возрасте. И никогда вы, Мирослав Карпович, не пожалеете о том, что на пыльной дороге подобрали испачканный драгоценный изумруд. Я сама лично благословлю вас на этот брак, сказала Мария.  

Мирослав Карпович встал, взял руку старухи и поцеловал.  

А на следующий день Мария, как и обещала, благословила Меланью и господина Турчинского на брак.  

 

 

Глава 20. Молодая хозяйка.  

 

В поместье господина Турчинского с приходом молодой хозяйки многое поменялось в лучшую сторону. Управляющий Василий теперь занимался другими делами, а Меланья быстро освоилась в роли хозяйки и многое изменила. Несмотря на большое состояние мужа Меланья заметила, что кое-где затраты непомерно высокие. Меланья проверила расходные книги, и нашла большие несоответствия в записях, показала мужу на нестыковку. Мирослав Карпович несколько вечеров вникал в записи и пришёл к выводу, что Василий уже долгое время вводил его в заблуждение. Когда хозяин прижал своего управляющего к стенке тот вскоре раскололся и был изгнан с позором. Оказалось, что жена у Василия в последние три года требовала от мужа большего, чем тот мог ей дать, и он вынужден был присваивать некоторые суммы для удовлетворения прихоти жены.  

Теперь на место Василия Мирослав Карпович определил Елизара, своего тестя. А Прасковья, тёща его, стала старшей над горничными. Привыкшая к труду женщина не смогла сидеть и наслаждаться княжеским титулом и попросила зятя не устраивать из этого представление.  

–Я по возможности своего здоровья и способностей буду помогать дочери следить за порядком в доме, – сказала она. Теперь моя дочь вышла на первый план и ей многому надо научиться.  

Так оно и было. Большую часть времени Меланья занималась с учителями, которые продолжали проводить с ней занятия. Узнав, что его жена обладает чудесным голосом, Турчинский пригласил учителя музыки. У Меланьи оказались большие музыкальные способности. Через полгода она уже сама играла несложные музыкальные композиции на фортепиано. А, когда за инструмент садился учитель, молодая женщина с удовольствием исполняла популярные романсы. Тогда вся прислуга замирала, слушая её чудесный голос.  

Преобразился и сам Мирослав Карпович. Он словно скинул с плеч десяток лет и выглядел на 40, и никак не больше. В начале их супружеской жизни мужчина понимал, что молодую женщину может смущать его возраст, и входил в доверие к ней постепенно и не торопливо. В первую брачную ночь он просто уложил Меланью в их супружескую кровать, а сам присел рядом не раздеваясь.  

– Не бойся меня, девочка дорогая. Ты дрожишь от страха. Я не буду брать тебя силой. Когда сама будешь готова к близости, тогда скажешь мне об этом. А теперь я просто расскажу тебе о своей покойной жене. Прожили мы с Дарьей Семёновной всего 15 лет.  

Меланья приподнялась на локте и спросила:  

– А, что с ней случилось?  

– Умерла моя Дашенька от чахотки. По наследству болезнь передалась от отца. Она подарила мне сына, когда ему было всего 12 лет ушла жена и мать от нас. С тех пор я и не женился. Думал, что так и умру, не познав больше мужского счастья. Но, как только увидел тебя такую несчастную, беспомощно лежавшую у меня на руках после того, как попала под мою карету, я потерял покой. В первую ночь твоего пребывания в моём доме я не смог ни на минуту сомкнуть глаз. Беспокойство грызло меня. Я боялся, чтобы с тобой ничего не случилось и не один раз подходил к двери комнаты, в которой находилась ты, моя гостья. А, когда узнал, что все мои опасения напрасны, моё сердце наполнилось любовью к тебе, прекрасная Меланья. Я полюбил тебя, хотя понимал, что мои года могут стать преградой к счастью. Когда узнал о том, что у тебя есть внебрачная дочь, тогда появился маленький проблеск надежды. Я и дочь твою полюбил, как свою родную. И вот, наконец, мои надежды сбылись. И ты моя жена. Мирослав держал руку молодой жены в своей. Изредка подносил к губам и страстно целовал. Прошло более двух часов этой первой брачной ночи. Мужчина в последний раз поцеловал руку жены и неохотно отпустил её, затем поднялся:  

– Отдыхай, солнышко моё. Не смею больше надоедать тебе. Спи спокойно, радость моя.  

– Не уходи, – тихо попросила Меланья. Я хочу быть с тобой.  

Мирослава долго не пришлось уговаривать. Он быстро сбросил с себя одежду и нырнул под одеяло к любимой. Сердце у мужчины рвалось из груди от неслыханного счастья: ведь эта прекрасная молодая женщина пригласила его сама провести с ней первую брачную ночь. И он не подвёл её. После страстных и долгих поцелуев, после изысканных ласк он овладел ею и исполнил свой долг безукоризненно. Они так и уснули, не разжимая объятий. Утром всё повторилось только с новой страстью. Слуги с улыбкой встречали хозяев. По их счастливых лицах видели, что первая брачная ночь была удачной.  

Вскоре окрестили дочь. Турчинский дал ей свою фамилию и отчество. Имя ей дали по настоянию Меланьи – Дарья. Мирослав был благодарен жене за этот подарок. Девочке исполнился годик, и она уже самостоятельно топала на своих ножках. Только все начали замечать, что Дашенька не издаёт никаких звуков, хотя поворачивает головку, если её кто-то окликает. Первым заметил эту странность Мирослав и обратился к Меланье.  

– Дорогая, ты не заметила, что наша дочь молчунья?  

– Заметила, хмурясь ответила женщина.  

– Надо бы её показать доктору или ты думаешь иначе?  

–Надо немного подождать. Возможно она ещё слишком мала для разговоров, – ответила Меланья, хотя помнила, что ей когда-то сказала бабушка. У неё теперь все мысли были только о том, как забрать у Фёдора тот крестик. Она хорошо видела, что крестик висел на шее у жены Фёдора. Она просто не хотела обо всём этом рассказывать мужу. Не хотела омрачать ему жизнь напоминаем о своём прошлом. Она сама справится с этой проблемой. Вот только надо хорошенько всё продумать.  

Прошёл ещё год. Теперь уже все начали замечать, что Дашенька подвижная, весёлая девочка, но немая. Очень переживал Мирослав и привозил домой разных специалистов. Те внимательно осматривали девочку, выписывали разные порошки, но ничего не менялось. Бабушка Мария, приходя в дом господина Турчинского, вела разговоры с Меланьей и торопила её поскорее принимать решение, как вернуть крестик.  

– Смотри, внучка, пройдёт некоторое время ещё и Даша потеряет окончательно способность разговаривать.  

Меланья и так потеряла сон и покой. Мирослав всячески старался успокоить жену, дарил дорогие подарки, выписывал из Парижа модные платья, драгоценности, но понимал, что для её счастья нужно здоровье дочери.  

Взаимоотношение между супругами было прекрасное. Прасковья и сама видела, что дочь любит мужа, не говоря уже о том, как любит сам Мирослав. Он буквально носил жену на руках. Вся прислуга очень уважала и любила свою хозяйку. Мирослав Карпович был доволен новым управляющим. Он заметил, что при управлении домом теперь расходы намного сократились и удивлялся, как это при всей его прозорливости он не заметил, как Василий ловко его обворовывал. А вот его жена такая молодая и, как ему казалось полуграмотная, тотчас же раскусила махинации Василия. Теперь он начал раскрывать перед женой и другие канцелярские книги, где велись операции более крупные. Меланья вскоре научилась сводить дебет с кредитом и с удовольствием просиживала часами с мужем за этим занятием.  

– Умница ты моя! – не мог налюбоваться её работой муж. Везде ты успеваешь: и за домом проследить, и мне помочь, и дочь за тобой хвостиком ходит, да и меня привечать ты не устаёшь.  

Меланья густо краснела от такой похвалы и опускала голову.  

–А ты знаешь, жена, что мой сын Иван на днях приезжает к нам?  

– Да, слуги говорили об этом. Что я должна сделать, чтобы Иван не разочаровался в выборе отца? – на полном серьёзе спросила молодая женщина.  

– Ничего особенного: просто быть собой и только, – погладил по руке жену Мирослав. Тебе очень идёт эта простота. Она не такая, как у обыкновенной простушки. Она у тебя особенная. Она у тебя……, как бы это попроще сказать? Она у тебя королевская!  

– Как это? – засмеялась Меланья.  

– А вот так! Понимай, как хочешь. Я никак не подберу ничего другого. Скоро я тебя выведу в свет. И так уже два года свет шушукается, что Турчинский прячет ото всех свою жену. Я до сих пор выкручивался под разными предлогами, но пора уже шокировать общество. По-моему, мнению, и по мнению твоих учителей, ты за это время приобрела все навыки настоящей светской дамы. В новом году мы это и продемонстрируем перед высшим светом. На подготовку у тебя есть ещё три месяца. Платья для бала и на последующие за ним приёмы я уже заказал. Извини без тебя. Но, надеюсь, что мой вкус придётся тебе по душе.  

– Спасибо, милый. Ты меня очень балуешь, – скромно опустила голову Меланья.  

– Я уже говорил, что ты любовь моя последняя, – тихо вздохнул мужчина. Ведь мне 50 скоро стукнет, а тебе только 25.  

 

 

Глава 21. Бал.  

 

Известный в России золотопромышленник Турчинский решил дать бал в честь своего нового приобретения очередного золотоносного прииска в Сибири. На бал были приглашены знатные люди Москвы. В их число вошел и молодой граф Раневский с супругой, только недавно приехавший в Москву со своего поместья в Орловской губернии. А всего гостей было приглашено более ста человек  

Бал было решено устроить в Екатерининском дворце. За две недели началась подготовка к балу. Приглашены была лучшие музыканты Москвы. Помещение дворца мыли, чистили, украшали. Вина и коньяки были заранее закуплены в Париже, а закуски готовили лучшие рестораны Москвы.  

К 9 вечера стали съезжаться гости. Вся площадь перед дворцом была заставлена экипажами. На входе гостей встречал швейцар в роскошном одеянии. Их провожали в специально отведенные для этого комнаты, где они переодевались и приводили себя в порядок. После они следовали в огромный зал, стояли столы, уставленные винами, коньяками и холодными закусками. На втором этаже музыканты играли веселую музыку. При этом каждый раз, когда распорядитель бала объявлял о прибытии очередного гостя, оркестр затихал.  

Гости пока за столы не садились, а сидели в креслах вдоль стен зала. Они общались между собой, знакомились, здоровались, заводили беседы. Все ждали начала бала.  

Федор Раневский с супругой прибыли раньше и сидели в креслах, наблюдая за остальными гостями. Знакомых у них в зале было мало. Сказывалось их долгое отсутствие в Москве. Только старые друзья отца Нестеровы Иван Алексеевич и Елизавета Ивановна вели с ними неторопливую беседу. При каждом новом появлении в дверях распорядителя бала, объявляющего прибытие очередного гостя, они вчетвером замолкали и с интересом разглядывали вновь прибывших. Женщин интересовали, в первую очередь, наряды прибывших дам.  

Зал постепенно заполнялся. И вот в дверях появился распорядитель бала и объявил:  

–Господа, князь Мирослав Турчинский и княгиня Меланья Турчинская!  

 

В зале наступила гробовая тишина. Некоторые слышали, что господин Турчинский женился недавно, хотя был в годах. Его первая жена умерла лет десять назад, оставив мужу сына, который уже вырос и теперь помогал отцу управлять его приисками. Но, чтобы промышленник, сам не имея титула князя, взял в жёны княгиню, это было, как гром с ясного неба. Поговаривали, что он подавал прошение на имя его Величества о присвоении ему звания князя, так как он был женат на княгине. И это ему обошлось в кругленькую сумму.  

– Почему князь? – слышались кое-где вопросы и не совсем шёпотом. Кое-кто более осведомлённый давал соседу ответ:  

–Так ему недавно присвоили княжеский титул. Сам государь подписал грамоту. А с женой и вообще длинная история у этого господина случилась. Но тут же разговоры прекратились, все взоры были направлены на молодую и ослепительно красивую женщину. На ней было платье, сшитое по последней парижской моде. Оно было светло-розового цвета с узким лифом, украшенный искусственными розами. Лиф подчёркивал прекрасную грудь, а глубокий вырез так и манил мужские взгляды заглянуть глубже в этот вырез. Подол платья был длинным и пышным. На шее красовалось бриллиантовое ожерелье, которое переливалось всеми цветами радуги. В ушах такие же серьги, а на запястье руки из таких же камней – браслет. Тёмные волосы были убраны в замысловатую причёску, в которой блестела, словно подмигивала заколка из этого же комплекта, что и остальные украшения. Под руку княгиню держал сам хозяин торжества. Выглядел он прекрасно. Мужчина словно помолодел рядом с такой прекрасной молодой женщиной. На нём вечерний костюм сидел безупречно, а белоснежный накрахмаленный воротник контрастировал с его чёрной с проседью бородой. Вьющиеся волосы были также уложены в аккуратную причёску.  

И опять гости начали перешёптываться, глядя на эту пару. Особое впечатление она произвела на молодого графа Раневского. Он глазам своим не верил. Неужели эта женщина та самая простушка из деревни, где он проводил свои летние каникулы? Не может такого быть! Но глаза его не обманули. Да, это была та самая Меланья, которую он так любил, когда – то. Но почему вдруг княгиня? Как же неудобно… Ведь полгода назад она приходила встретиться с ним хотела, а слуги ее не пустили. Нужно будет обязательно заехать к ним и попросить прощения….  

Да…Был, кажется ещё был случай, когда она пришла с ребёнком на руках в день особого торжества, который отмечал отец в загородном поместье. Но и тогда он сделал вид, что не знает ничего об этой женщине, а тем более о ребёнке. Тогда он убеждал в этом не только молодую жену, родителей, но и, в первую очередь, себя, ведь для него этого явилось большим позором.  

Воспоминания о юной Меланьи как-то вдруг захватили его, что он перестал замечать все вокруг. Гостей уже давно пригласили за столы. Гости поднимались и говорили тосты, желали хозяевам счастья и богатства в новом году. Но Федор словно ничего не замечал и ничего не слышал. Даже его жена заметила, что он не в себе.  

– Федя, что с тобой? Ты ничего не пьешь, ничего не ешь? Тебе плохо?  

– Нет, все хорошо, – механически ответил муж.  

– Но я же вижу, что с тобой что- то не так.  

– Не обращай внимания.  

В это время со своего места поднялся Мирослав.  

– Дорогие гости! Я благодарен вам за то, что вы приняли мое приглашение и решили разделить со мной мою радость по случаю приобретения нового золотоносного рудника. Вы все мне желали счастья и богатства. Спасибо вам. Но вот что я должен вам сказать. Настоящее счастье и богатство сейчас со мною рядом.  

При этом он повернул голову и посмотрел на рядом сидящую с ним Меланью, которая разрумянилась и стала ещё привлекательнее.  

А потом он продолжил:  

– Господу было угодно мне на старости лет сделать такой подарок. Пусть даже не совсем обычным путем Судьба привела эту прекрасную женщину в мой дом. Но я до конца своих дней буду благодарить его за это.  

Пока Мирослав говорил, Федор не отрываясь смотрел на Меланью. Он до сих пор не мог поверить, что это именно она. Но те же глаза, та же улыбка напоминала ему те незабываемые вечера и ночи, когда они были вместе. Ведь он так любил ее тогда. И обещал жениться. Да, тогда он сам верил в это. Но прошло время, он встретил Луизу. И завертелось… Он убеждал себя, что никто бы ему все равно бы не позволил жениться на девушке из простой крестьянской семьи. Мол поэтому нет его вины, что он бросил Меланью, – старался он оправдаться перед своей совестью. Эх, если бы он только знал, что в этой девушке течет благородная кровь! А ведь он чувствовал, что она не такая, как остальные крестьянки. И чем дольше он думал о ней, тем сильнее в нем разгораются прежние чувства к ней. Не может быть, чтобы она его совсем забыла! Может попытаться вернуть ее любовь? Муж то у нее старый… После нового года нужно будет обязательно встретиться с ней.  

Занятый своими мыслями Федор, не замечал, что делается в зале. Огромные каминные часы в углу зала пробили 12 раз. Наступила полночь. Музыканты начали играть танцевальные мелодии. Гости стали подниматься с мест. Кавалеры приглашали дам на танец. А Федор все сидел и поглядывал в торец стола, где сидели хозяева бала Мирослав Карпович и, главное, Меланья. От этого волнующего для неё события щеки ее раскраснелись, глаза блестели, а на губах постоянно играла улыбка. Такой прекрасной Федор ее еще не видел. Бал продолжался. Федору танцевать совсем не хотелось, да и Луиза чувствовал себя не совсем хорошо. На один из танцев Федор решил рискнуть и пригласить хозяйку бала. Он уже поднялся и пошел в ее сторону, но его опередил какой-то молодой гусар. Как же красиво смотрелась Меланья в танце! И откуда у нее, у простой крестьянской девушки такое умение держаться в обществе и так правильно танцевать, словно она этим занималась с детства? Может и вправду в ее жилах течет благородная княжеская кровь?  

После танцев гости разбрелись по залам. Меланья подошла к фортепиано, муж помог ей присесть, и отошёл чуть поодаль. Гости выжидающе смотрели на хозяйку бала. А она сыграла несколько аккордов, а потом запела:  

 

По Муромской дорожке  

Стояли три сосны.  

Прощался со мной милый  

До будущей весны.  

 

Фёдор чуть не подскочил от неожиданности. Неужели Меланья поёт сейчас именно о нём? А певица продолжала играть и петь:  

 

–Он клялся и божился  

Одну меня любить.  

На дальней на сторонке  

Меня не позабыть.  

 

Сел на коня лихого,  

Уехал в дальний край;  

Оставил в моём сердце  

Тоску лишь да печаль.  

 

Гости сначала слушали прекрасный голос княгини, а потом стали спрашивать друг у друга:  

–А, что это за песня такая?  

Кто-то сведущий сказал:  

– Это жестокий романс! Называется “По Муромской дорожке”.  

А другой возразил:  

– Нет, это народная песня.  

Тут уже пот прошиб молодого графа. Он нервно сжимал кулаки, вертел головой, чтобы ослабить шейный платок. Жена с удивлением наблюдала за нервозностью мужа.  

А Фёдор почти не слышал слов песни. Он услышал только огромную боль в прекрасном голосе женщины. И только встрепенулся, когда прозвучали слова:  

–Увидел мои слёзы,  

Глаза он опустил.  

И понял, что навеки  

Мне сердце погубил.  

 

Фёдор стал бледным, пот катился градом не только по лицу, но и по спине. Луиза встревожилась не на шутку и, подхватив его под руку, вывела в другую комнату, окликнула лакея и попросила подать стакан воды графу.  

– Любимый, что с тобой произошло? – с тревогой спрашивала графиня. Но тот в ответ только плечами пожимал. Не мог же он рассказать жене, что однажды соблазнил прекрасную девушку-крестьянку, пообещав короб всего, а потом женился, а девушку, опозоренную и с ребёнком на руках, даже на порог не пустил. А эта крестьянка вдруг, как мановению волшебной палочки, превратилась вдруг в прекрасную княгиню с хрустальным голосом и поёт о его предательстве. Хорошо, что Луиза не признала в этой княгине ту девушку, которая приходила с ребёнком на руках, когда у отца Федора в деревне был праздник. Он и тогда пережил свой позор и гнев отца. Хорошо, что никто в высших кругах не знает этой истории. Только совесть ему теперь не даст спокойно жить и веселиться.  

Далеко за полночь, а вернее уже почти утром, некоторые гости стали покидать бал. Перед уходом они подходили к хозяевам и прощались. Подошли прощаться с хозяевами и Раневские. Прощаясь с Мирославом, Федор вдруг вспомнил, что у Меланьи на правой руке на тыльной стороне кисти между указательным и средним пальцами есть небольшая круглая родинка. Он тогда очень любил ее долго целовать, а она в это время гладила его по голове левой рукой. Как же это было приятно! Ему до боли захотелось вновь ощутить это чувство. Он повернулся к Меланьи в надежде взять ее правую руку для поцелуя. Меланья хотела дать по привычке руку, но вдруг, взглянув на Федора, переменила решение и подала ему левую руку. Он склонил голову, поцеловал руку, но, конечно, на этой руке его любимой родинки не было.  

На пятый день после бала Федор решил навестить Турчинских. Дома на своей визитной карточке на обороте написал: “ Меланья, позволь мне с тобой поговорить. Федор”. Пополудни он прибыл к дому Турчинских, позвонил в дверь. Вышел слуга, спросил что угодно графу.  

– Доложи хозяйке, что прибыл ее старый друг и хочет с ней поговорить, – и передал слуге свою карточку.  

Слуги долго не было, Федор даже замерз, ожидая на крыльце. А, когда вернулся слуга, то сказал, что княгиня сегодня не принимает и велела вернуть ему его карточку. И так Федор вернулся домой ни с чем. И самое обидное было в том, что Меланья вернула его визитную карточку, а в том, что она исправила его запись. Слово Меланья” было зачеркнуто, а красивым женским почерком было сверху написано: “Госпожа княгиня”. Слово “позволь” было тоже зачеркнуто, а поверх написано “разрешите”. Та же участь постигла и слово “тобой”, исправлено на “Вами”. А еще ниже была приписка:  

“После всего нам не о чем с Вами говорить”.  

Федор вспылил:  

– Ну, паршивка, крестьянская безграмотная девка, она еще меня, выпускника университета, будет грамоте учить! Вот уж поистине: “из грязи в князи”  

 

 

Глава 22. Возвращение Ивана.  

 

Для Мирослава Турчинского возвращение сына в родной дом стало полной неожиданностью. После приобретения третьего прииска год назад отец оставил Ивана управляющим всеми тремя приисками, передав ему все права.  

Объясняя причину своего возвращения в разговоре с отцом, Иван заявил, что ему надоело торчать в “медвежьем углу”, где нет ни одной приличной невесты, а ему уже 28 лет, а он хочет жениться и жить, как все порядочные люди. Конечно, он мечтал о красавице, да еще и богатой.  

– Ну, сынок, – успокаивал его отец, – если ты только за этим приехал, то мы твою беду быстро поправим. В Москве есть немало богатых невест на выданье, которые только и ждут богатых женихов. А ты у нас жених завидный, богатый и красивый. Мы тебе подышим достойную красавицу невесту и богатую, и с приданым.  

При этих словах он еще раз критически взглянул на сына. И действительно, Иван был завидным женихом. Ростом он был выше отца на полголовы, шире в плечах, светловолосый, с голубыми глазами. Светлые усики пшеничного цвета на верхней губе не старили его, а наоборот, только придавали ему мужественный вид. Во внешности от отца и матери он взял самое лучшее.  

Первая встреча Ивана с Меланьей получилась интересная. После разговора с отцом они вышли в коридор. Мирослав пошел дать указание насчет коней экипажа Ивана, а сам Иван задержался в коридоре. В этот момент дверь открылась, и из не вышла Меланья. Её еще не предупредили о приезде сына Мирослава, и она была в своей обычной домашней одежде. Иван с интересом уставился на незнакомую красивую девушку.  

–О, у нас появилась новая служанка, да еще такая симпатичная.  

С этими словами молодой человек подошел к ней, потрепал легонько по щеке и даже хлопнул ладонью по попе. Девушка хотела возмутиться, но ее всю внутри разбирал смех, она едва сдерживалась. Представила себе лицо Ивана, когда он узнает, кем она теперь ему приходится. В этот момент вернулся Мирослав.  

–Я смотрю вы уже познакомились. Иван, прости, я не успел еще тебе представить княгиню Меланью, она милостиво согласилась стать моей женой. Так что по положению она теперь является твоей мачехой, – с улыбкой говорил отец.  

А Меланья смотрела в глаза Ивана и видела его смущение и улыбалась. Иван нашелся чем ответить:  

–Отец, я вижу, что у тебя прекрасный вкус. Красивей девушки я еще не встречал.  

Меланья продолжала смотреть на Ивана и кивком головы поблагодарила за этот необычный комплимент. Мирослав что-то вспомнил и вернулся во двор. По пути обернулся и сказал:  

-Милаша, веди Ивана в гостиную и займи его чем-нибудь. Я скоро вернусь.  

Молодые люди направились к дверям в гостиную. Меланья пропустила вперед Ивана, а когда тот открыл дверь и шагнул внутрь, Меланья теперь уже сама шлепнула его ладонью по спине и нарочито серьезным голосом сказала:  

– Не шали так больше, сынок!  

Вместе они вошли в гостиную и оба громко рассмеялись. И с того момента между ними установились теплые дружеские отношения. Естественно, Ивану нравилась Меланья и он сам был бы не прочь видеть ее своей женой. Но его порядочность не позволяла ему пойти против отца. И на данный момент его устраивали дружеские отношения со своей мачехой, которая была моложе его. Неожиданно для себя он быстро привязался к Дарье. Хотя она, по сути дела, являлась ему сводной сестрой, но почему-то он считал ее своей племянницей. В свободное время он любил играть с ней. Быстро изучил язык ее жестов, и они свободно общались, не говоря ни слова. Конечно, его огорчала немота ребенка, и он готов был на что угодно, только бы помочь ей избавиться от этого недуга. А когда он узнал, что речь ее может восстановиться, если удастся вернуть серебряный крестик Меланьи, он был готов помочь ей в этом деле. На эту тему у них с Меланьей состоялся разговор.  

– Ваня, я заметила, что у тебя сложились хорошие отношения с Луизой, женой Федора Раневского. А вот мой крестик как раз сейчас у нее. Я в молодости по глупости подарила его Федору, а тот, в свою очередь, передал его своей жене. Попробуй каким-нибудь образом заполучить этот крестик.  

– Это можно сделать двумя способами. Первый – добиться ее расположения, стать ее любовником и получить крестик. Второй – попробовать обменять его на более ценный крестик, например, золотой, да еще с ценным камушком. Дела у Раневских идут неважно, Федор не особенно балует жену ценными подарками, в карты он, кажется, спускает последнее. На дорогой красивый крестик Луиза может позариться. А первый способ вообще-то нежелателен. Он чреват последствиями. Еще не хватало получить нам врагов в лице Раневских. Попробую действовать по второму варианту.  

На том и порешили. На следующий день Иван попросил заложить коляску, и они вместе с Меланьей съездили в лавку купца Красовского. Но ни один из предложенных золотых крестиков Меланьи не понравились, пришлось ехать и заказывать у золотых дел мастера “Михеев и Ко”. Через неделю крестик был готов. Вместе с сапфиром он представлял настоящее произведение искусства. На такое любая женщина позарится. Половина дела была уже сделана, остальное оставалось теперь за Иваном.  

Ему было нужно найти повод встретиться с Луизой. Они познакомились на балу у Турчинских. Получилось так, что, когда гостей пригласили к столу, Иван оказался рядом с четой Раневских. Сидел он по соседству с Луизой и стал невольным свидетелем холодного отношения Федора к жене, который весь вечер был занят своими мыслями и пялился на Меланью. Волей – неволей Ивану пришлось ухаживать за рядом сидящей соседкой. Он наливал ей в бокал вино, подкладывал закуски. Дважды приглашал ее на танец. Постепенно они разговорились, и к концу вечера уже стали почти друзьями. Федор смотрел на это сквозь пальцы.  

От слуг Иван узнал, что Федор во второй половине дня ежедневно уезжает из дома. В конце дня Иван сделал вид, что заехал к Федору по делу. Но дома его не застал. Его встретила Луиза, как старого знакомого, угостила чаем. У нее он задержался на весь вечер. В жарко натопленной комнате (топили хорошо, потому что Луиза постоянно в России мерзла). А после горячего чая из самовара Ивану стало жарко, и он расстегнул верхние пуговицы рубашки так, чтобы на шее был виден золотой крестик. Луиза сразу заинтересовалась им. Заметив ее интерес, Иван снял шеи крестик с цепочкой и дал в руки женщине. Он ей явно понравился. Камешек так гармонировал с ее глазами.  

–Нравится? – спросил он у графини.  

– Не то слово! Замечательная вещь!  

– А, хотите, давайте обменяемся?  

Луиза сняла с себя серебряный крестик и положила на стол рядом с золотым.  

– Ну что вы! Эти вещи не сравнимы. Мой и десятой доли вашего не стоит.  

–А знаете, Луиза, мне кажется, золотой крестик дамский и я с ним чувствую себя как-то неловко. Мужчине положены более простые вещи. Вот хотя бы как ваш серебряный. Давайте меняться, цена для меня значения не имеет.  

– Правда? Вы готовы золотой отдать за серебряный?  

– Да ради Бога! Если он вам нравится, берите.  

Луиза схватила золотой крестик, надела себе на шею и тут же подошла к зеркалу.  

– Эх, женщины, женщины. Вам бы все красивые побрякушки, – подумал Иван. А чтобы Луиза не подумала, что именно за этим он приходил, перед уходом спросил ее:  

– Луиза, я хотел специально зайти к вам посоветоваться. Для моей племянницы я хочу нанять хорошего учителя французского языка, чтобы с хорошим произношением. Вы не могли бы кого-нибудь порекомендовать?  

– Сейчас я вам этого не скажу, но обязательно узнаю и тогда сообщу.  

– Я буду вам премного благодарен.  

И Иван откланялся. Этим визитом каждый оказался очень доволен. Луиза была вне себя от радости, что приобрела почти за бесценок такую красивую и дорогую вещь, а Иван был рад, что ему удалось добыть такой желанный и необходимый крестик для Дарьи.  

Забегая немного вперёд скажем, что сделал это вовремя, так как вскоре графиня Раневская уехала к себе во Францию. Её муж Фёдор Раневский проиграл в карты не только роскошный городской дом в городе, но и все отцовские накопления. Благо, старый Раневский уже год, как покоился в семейном склепе. Сам же Фёдор уехал в материнское поместье, где когда-то проводил свои летние каникулы.  

Меланья тут же надела крестик на шею дочери, крепко прижала её к себе и прослезившись сказала:  

–Господи, сделай так, чтобы этот крестик принёс радость в наш дом и наша маленькая княгиня стала здоровой.  

– А, почему вы с отцом не обратились к заграничным докторам? – спросил Иван. А сами верите в чудесное исцеление всего лишь нося серебряный крестик на шее.  

– Мы приглашали самых лучших врачей из Парижа, Варшавы. Доктора брали большие деньги, осматривали и только пожимали плечами:  

– Девочка совершенно здорова. Она всё слышит, понимает, но почему не может говорить этого знать нам не дано. Видимо, какая-то порча лежит на ребёнке.  

Но моя бабушка, которая владела некоторыми знаниями в этой области, ещё до рождения девочки предсказала это заболевание и сказала, чем её вылечить. Только я никак не могла подступится к моему обидчику графу Раневскому. Теперь осталось только надеяться, что бабушка была права.  

И, действительно, через какой-то месяц, когда Меланья гуляла с дочерью в саду около своего поместья, на землю около самой Даши сверху спустилась рыжая белка и спокойно уставилась глазками-бусинками на девочку:  

– Мамочка! Посмотри, кто ко мне пришёл, – громко вскрикнула Даша.  

Меланья так и застыла от неожиданности, а потом подбежала к дочери и плача обняла малышку.  

–Наконец-то, доченька моя ты заговорила. Сколько же долго мы все ждали этого момента.  

–Мамочка, а я всё время говорила с вами, только вы меня почему-то не слышали, улыбаясь говорила Даша.  

– Доченька, береги этот крестик. Он вылечил тебя от болезни и принёс в наш дом счастье, – шептала дочери Меланья.  

С тех пор в доме Турчинских не стихал детский голосок. Радость теперь жила в этом доме постоянно.  

 

Вместо эпилога.  

 

Вместо эпилога.  

 

Прошло 20 лет с того знаменитого бала Турчинских. За это время произошли большие перемены в жизни княгини Меланьи Мелидзе-Турчинской. 5 лет назад умер Мирослав Карпович. Долго Меланья оплакивала мужа. Своей лаской, щедростью и добротой сердечной этот мужчина, который вышел из небогатой купеческой семьи, за свою жизнь достиг многого. Он стал самым богатым человеком не только в родном городе, но и во всей России. Он смог добиться любви очень красивой женщины, которая на 25 лет была моложе его. Благодаря её титулу он смог добиться, что и ему было присвоен титул князя. Теперь все графы и другая светская знать считали за честь быть приглашёнными в дом князя Турчинского, или самим принимать знатную чету у себя в гостях. А невесты во всей округе мечтали быть замеченными сыном князя Иваном Мирославовичем.  

Однако перед своей смертью князь Турчинский призвал к себе жену Меланью и сына Ивана.  

– Сын мой! Я видел все эти годы, что ты тайно вздыхал по моей жене. Но вы оба вели себя достойно и не омрачили мои счастливые годы. После моей смерти, соблюдайте, как положено год траура, а потом Иван делай предложение Меланье. Она будет достойной женой тебе. Да и наследника сможет родить тебе, чтобы богатство, нажитое с таким трудом, не пошло прахом, а досталось нашей фамилии. Пока что я оставляю завещание, где в равных частях оговариваю имеющееся движимое и недвижимое имущество, ценные бумаги тебе сын мой, Меланье и дочери Дарье.  

Оба: Иван и Меланья опустились перед умирающим на колени и склонили головы.  

А ещё раньше умерла бабушка Мария Прокопьевна. Она так и дожила отведённое ей время на этой грешной земле, в своём домике на окраине города. До конца жизни она стремилась помогать всем страждущим. Всё золото и драгоценности, которыми одарил её князь Нико Мелидзе, она передала внучке, так как Прасковья от них отказалась:  

– Не привыкла я в золоте и бриллиантах щеголять. Мне достаточно и того, что я могу жить рядом с тобой, мама, с моей дочерью и внучкой, – ответила она Марии.  

После кончины Марии ушли из жизни родители Елизара, с разницей в два месяца. Они так и дожили в своей деревне.  

Теперь всё чаще чувствовала недомогание Прасковья, хотя старалась не показывать этого дочери. Елизар всё также присматривал за княжеским домом, не зная ни днём, ни ночью покоя.  

Меланья просила отца немного поумерить своё старание. Ведь всё уже идёт по накатанной колее. Но таким уж непоседливым был Елизар, не хотел, чтобы многочисленные слуги почувствовали слабину в его руководстве.  

За приисками присматривал, назначенный ещё при жизни князя Турчинского, управляющий Денисов Пётр Матвеевич, и сын Иван Мирославович.  

Кстати, через год после кончины Мирослава Турчинского, Меланья и Иван обвенчались. И через 9 месяцев молодая женщина подарила супругу сына. Иван не мог поверить своему счастью и пылинки сдувал не только с любимой жены, но и со своего наследника. Отец, словно предвидел, что именно так и будет.  

Однажды летом, когда сыну было пять лет, а Иван уехал на прииски, семья Меланьи решились поехать на бывшую родину, чтобы навестить могилы родителей Елизара. Дарью хотели оставить дома, чтобы она, как следует отдохнула, так как вскоре должна была ехать в Париж, где училась пению. Голос у неё был, как и у Меланьи: чудесный. Но Дарья запротестовала:  

– Я ведь ничего не помню, слишком маленькой была, когда пришлось побывать там, на вашей родине.  

Для поездки снарядили несколько экипажей, запряжёнными прекрасными лошадьми. Ехали не спеша, часто останавливаясь и устраивали пикники, давали маленькому Георгию побегать по цветущему лугу, половить бабочек, сами же любовались природой.  

В одном уездном городке остановились и решили побаловать себя мороженым, женщины пошли в женскую комнату, а мужчины уже потягивали из больших кружек пиво. За дверью послышался какой-то шум. Будто кого-то тащили по полу. Первым пошёл взглянуть что происходит Елизар. Перед ним открылась следующая картина: слуги действительно тащили под руки какого-то мужчину. Тот упирался, старался освободиться от цепких рук его насильников и выкрикивал:  

– Да пустите же меня! Мне надо поговорить с княгиней Турчинской!  

Елизар приказал отпустить мужчину и присмотревшись к нему спросил:  

–Ты кто такой и по какому вопросу к княгине?  

– Я – граф Раневский! -поправляя на себе куцый пиджачок, с достоинством ответил мужчина.  

– Кто там желает меня видеть? – послышался голос Меланьи. – Впустите же, наконец, человека. Может у него ко мне срочное дело имеется.  

Первым вошёл Елизар и тихо сказал:  

– Это Фёдор Раневский.  

Как молотом по наковальне застучало сердце Меланьи. Вся кровь прилила к её щекам. Она непроизвольно прижала обе руки к груди и уже вглядывалась в этого просителя. Перед ней на самом деле стоял Фёдор, тот самый Федор, которого она так любила, так верила каждому его слову, который так предательски поступил с ней, отрёкся от родной дочери, втоптал девичью честь в грязь. А она назло ему вышла, как в народе говорят: «Из грязи в князи». А теперь вот бывший обласканный судьбой, и Богом Фёдор, стоит перед ней, как самый настоящий нищий в грязной, пропахшей дымом одежде.  

– Ваше сиятельство! Если у вас есть хоть капелька сострадания, помогите мне. Вчера у меня сгорело моё поместье в деревне вместе со всем имуществом. Сам я совсем больной, получил ожоги. Я шёл в город, чтобы преклонить колени перед вашим сиятельством, а тут сам Бог послал вас мне. Смилуйтесь и помогите. Дайте пристанище. Бог наказал меня за мои грехи.  

Незаметно сзади подошла Дарья и внимательно вслушивалась в слова мужчины. Потом сняла с шеи серебряный крестик и сама надела на шею мужчины.  

–Носите его не снимая. Он помог мне излечиться от болезни, поможет и вам, – звонким голосом сказала девушка.  

–Ты моя дочь? – тихо прошептал мужчина.  

Дарья взглянула на мать. Но Меланья отчеканила:  

– Ты ошибаешься, граф. Это дочь князя Мирослава Турчинского. Второй раз этот серебряный крестик возвращается к тебе. Хоть на сей раз сбереги его. А в помощи я тебе не откажу. Негоже графу оказаться на улице без крова и куска хлеба.  

Меланья отозвала отца в сторону и тихо о чём-то с ним заговорила.  

Елизар вернулся к графу и объявил, что Фёдор может в этом доме отдыхать и заказывать всё, чего пожелает. Все расходы будут оплачены. Через два дня на обратном пути они заберут его в город. Там её Сиятельство княгиня Меланья Елизаровна устроит его судьбу.  

Фёдор низко поклонился в ноги простому мужику:  

– Благодарю вас. Я знал, что у Меланьи доброе сердце.  

– У её сиятельства, – поправил Елизар и вышел вслед за женщинами.  

 

Конец повести.  

| 11 | 5 / 5 (голосов: 1) | 17:10 24.03.2024

Комментарии

Elver62201715:18 04.04.2024
Я с удовольствием дочитал 5 часть Вашей замечательной и очень интересной повести! Всё очень хорошо, душевно и жизненно написано! Я просто восторгаюсь Ваше таланту! Приятно и волнительно было читать! Спасибо Вам! Я всегда рад буду читать Ваши новые произведения!
Elver62201719:22 03.04.2024
Я с большим удовольствием читал 4 часть Вашей чудесной и интересной повести! Как хорошо, что так всё счастливо обернулось для наших девочек! Спасибо Вам!
Elver62201719:42 02.04.2024
Я с волнением прочитал эту 3 часть. Всё интересно и жизненно написано! Как в увлекательном, историческом кино сериале! Спасибо Вам!
Elver62201715:56 01.04.2024
Я с удовольствием прочитал 2 часть Вашей интересной повести! Я неторопливо читаю, смакуя каждое событие. Спасибо Вам!
Elver62201719:09 28.03.2024
Я начал читать Вашу очень интересную, историческую повесть! Всё жизненно и душевно, проникновенно написано! Пока осилил только 1 часть. Завтра продолжу сие увлекательное чтение, не спеша, с удовольствие и с волнением. Спасибо Вам!

Книги автора

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.363 а.л.
07:01 15.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.392 а.л.
07:38 14.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.32 а.л.
06:53 13.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.184 а.л.
07:05 12.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.243 а.л.
06:56 11.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.249 а.л.
07:28 10.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Помоги мне, сирень. 18+
Автор: Yalinka
Повесть / Любовный роман Проза События
Аннотация отсутствует
Объем: 0.186 а.л.
07:07 09.06.2024 | 5 / 5 (голосов: 1)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.