Ангел и демон

Роман / Мистика, Эротика
Аннотация отсутствует

 

 

 

Часть 1  

 

1  

 

Джерри Герхард рос обычным пятнадцатилетним парнем. Родители его были людьми весьма набожными и готовились после школы посвятить сына Господу Богу, т. е. отдать в духовную семинарию. Это оказалось связано с одной предысторией. Когда миссис Герхард была тяжело больна (еще до рождения Джерри) и шансов на спасение практически не оставалось, мистер Герхард дал обет Богу, что если любимая жена поправится, он отдаст будущего ребенка ему в услужении. И миссис Герхард поправилась. Услышав про обет, она с радостью поддержала это ршение. "Подростки погрязли в алкоголизме и наркомании, так пусть же наш сын вступит на правильный путь".  

Так вот сложилось, что судьба Джерри была предрешена еще до его рождения. Он знал свою участь и безропотно, с благоговением, готовился к ней, ведь с детства ему прививали любовь к Богу. Пока его сверстники проводили время на дискотеках, Джерри зубрил уроки, читал Библию и молитвы. Он почти никуда не выходил, ведя затворнический образ жизни, не говоря уже об алкоголе или сигаретах.  

Мальчиком он был робким, неконфликтным, всегда слушался родителей и уповал на волю Господа, поэтому друзей у него было мало. Кому охота водиться с таким! У него была светлая кожа, такие же глаза и волосы, а тело казалось совсем хрупким.  

Один раз мальчикам из соседнего двора все же удалось вытащить его на улицу. Сделали они это ради того, чтобы посмеяться над парнем, зная, что он читает молитвы по ночам и собирается стать священником.  

— Давайте залезем в заброшенный дом, — предложил один из них. — Я знаю, что там стоит громадное зеркало и... что оно заколдованное!  

— Давайте! — подхватили все разом. Джерри поплелся за ними. Мальчишки переморгнулись, еле сдерживая смех при виде того, как Джерри карабкается, пытаясь влезть за ними. В наполовину разрушенном доме действительно стояло громадное зеркало, очевидно, весьма антикварного состояния. Мальчишки корчили рожи, глядя в это зеркало.  

— А давайте вызовем дьявола, — предложил кто-то. — Говорят, что нужно нарисовать лестницу кровью на зеркале и тогда из потустороннего мира придет дьявол!  

— Давай, Джерри, вызовем его!  

Они еле сдерживались, чтобы не прыснуть со смеху.  

— Что вы такое говорите! — возмутился Джерри. — Даже вслух такого не произносите!  

— Испугался! Трус!  

— Джерри, ты трус!  

— Если ты вызовешь этого дьявола, то сможешь убить его молитвой и тогда зло в мире будет побеждено!  

— Соглашайся, Джерри!  

Один из мальчишек схватил его палец и провел по нему лезвием. На пол начала капать кровь.  

— Давай, Джерри! — начали давить остальные.  

— Рисуй лестницу и ты убьешь дьявола!  

— Разве ты не хочешь победить зло?  

Джерри стоял и растерянно смотрел на собственный окровавленный палец.  

— Давай, Джерри!  

Мальчик неуверенно подошел к зеркалу и нарисовал на нем несколько ступенек лестницы кровью, бегущей из пальца.  

— Раз, два, три, дьявол приди! — закричали все. Но ничего не произошло.  

— Я пойду домой, — сказал Джерри, зажав палец, из которого сочилась кровь. — Нехорошо все это.  

Стоило ему уйти, как мальчишки прыснули со смеху, который сдерживали так долго.  

— Повелся, придурок, повелся!  

В детстве многие занимались подобной ерундистикой, вызывая кого не попадя, вплоть до пиковой дамы.  

 

— Джерри, — сказала миссис Герхард, — завтра приезжает твой кузен, не забудь прибраться в доме.  

— Кузен? Откуда он взялся? — растерянно спросил Джерри.  

— Это сын моей сестры, у них проблемы, поэтому он ненадолго остановится у нас.  

Тетка жила довольно далеко и Джерри почти ничего не знал о ее жизни. Ну и что? Пусть приезжает. Дом большой, места хватит всем. Убирать этот большой дом — дело нелегкое. Но разве лень не грех?  

Джерри томило какое-то странное предчувствие. Он засунул порезанный палец в рот, слизав остатки крови, которая снова начала сочиться. Наверное, все это из-за неприятной истории с зеркалом. Нужно поскорее забыть о ней, ведь все равно ничего не случилось.  

 

 

 

 

2  

 

С самого утра Джерри вылизал весь дом. Ждать ему надоело и он присел у окна за чтение Библии. Вдруг, ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Мальчик поднял глаза и увидел человека, который внимательно вглядывался в его лицо. Джерри отшатнулся, покачнувшись на стуле.  

— Ты, видимо, мой кузен Джерри? – проговорил незнакомец, изобразив на лице улыбку.  

— Да, — с трудом улыбнувшись в ответ, сказал мальчик.  

— Я — Эндре, твой кузен. Родители должны были предупредить тебя о моем приезде...  

— Да, только сейчас их нет дома.  

Пришелец казался высоким, худощавым. Он был одет во все черное, у него были черные волосы, глаза. Этот человек был похож на ворона. Его лицо было красивым странной холодной красотой, а глаза горели. Эндре было лет двадцать семь, хотя на вид можно было дать не больше двадцати двух. Как ревностный христианин, Джерри любил всех людей на свете, но этот человек ему почему-то не понравился. Он отталкивал.  

— Располагайся, первая комната слева, она уже готова для тебя.  

— Благодарю, — ответил Эндре. Он скрылся в комнате, но ненадолго. Его пристальный взгляд отталкивал и даже немного пугал.  

— Джерри, мы никогда не были знакомы, мне бы хотелось узнать тебя получше... мы же кузены.  

— Да, конечно, — из приличия улыбнулся мальчик.  

— Что ты читаешь, позволь взгляну?  

— Библия.  

— Библия... В твоем возрасте тебя интересуют подобные книги?  

— Я собираюсь поступать в духовную семинарию после школы.  

— Вот как? — улыбнулся Эндре. — Похвально. Не каждый в твоем возрасте выбирает такой путь. "Его уже давно выбрали до тебя", — прочел Джерри в его глазах. — "Неужели он знает историю про обет, данный отцом? "  

— Быть может отложишь чтение Библии до лучших времен и уделишь мне немного времени?  

— Прости, конечно. Ты, наверное устал с дороги. Можешь принять душ, а я пока приготовлю чего-нибудь...  

— Отличная мысль, — Эндре отправился в ванную. В это время зазвонил телефон. Звонила миссис Герхард.  

— Приехал ли кузен?  

— Да, мам, все в порядке.  

— Это очень хорошо. Нам с отцом нужно срочно уехать. У моей семьи действительно большие проблемы. Эндре присмотрит за тобой и за домом. Нехорошо оставлять несовершеннолетних без присмотра.  

— Дьявол! — выругался Джерри. Хотя прежде это слово никогда не вылетало из его уст.  

— Да? — вошел на кухню Эндре, — вытирая мокрые волосы полотенцем. — Ты что-то сказал?  

— Родители уехали на какое-то время и сказали, чтобы ты присматривал за домом и... за мной...  

— Я знаю, — непринужденно улыбнулся Эндре.  

— Знаешь?  

— Неплохо было бы перекусить, — сказал он, будто желая сменить тему.  

— Да, конечно.  

Внезапно во всем доме погас свет.  

— Ничего страшного, думаю, в доме найдутся свечи.  

— Да, да, — Джерри полез в стол, подсвечивая себе телефоном. — Вот они, — он установил свечи в подсвечнике.  

— Полумрак, загадка... в этом что-то есть, — проговорил Эндре. Меньше всего Джерри хотелось оставаться на попечительстве своего кузена, который выглядел как человек, у которого непонятно что на уме. Но другого выхода не было.  

— Вкусно готовишь, кузен, — он снова пристально посмотрел на Джерри и его глаза сверкнули в отблеске пламени свечей. Джерри промолчал. Ему хотелось закрыть лицо руками, чтобы избежать взгляда этого человека.  

— Я привез красного вина, — Эндре поставил на стол бутылку. Джерри, никогда не замечавший мужской красоты, должен был отметить, что кузен сейчас был особенно красив.  

— Я не пью вина, я несовершеннолетний.  

— Ты знаешь, что вино — кровь Господа? Ничего не случится, если ты выпьешь немного. Оно того стоит. Отличное вино, выдержанное. Ты же не откажешься выпить за мой приезд?  

—Ладно, — Джерри принес два бокала. Эндре быстро наполнил оба. Пить не хотелось, но и отказать было неудобно. Он поднес бокал к губам. Вино играло в стекле при свете свечей.  

— Не находишь, что обстановка весьма романтична?  

Джерри показалось это замечание совершенно неуместным и он принял его за глупую шутку.  

— Пей, пей, до дна! — подбадривал Эндре. Джерри пил вино и, в частности, алкоголь в первый раз в жизни. В голове сразу же зашумело, круги поплыли перед глазами. Он почувствовал себя смертельно пьяным и едва не выронил бокал. Эндре поймал его руку и погладил ее. Джерри вырвал руку.  

— Мне кажется, что мне плохо и я лучше... я спать пойду, извини...  

— Ну, если ты сейчас встанешь, то упадешь, это же очевидно, — ответил Эндре заботливым тоном. — Прости, не знал, что на тебя так действует вино... Тебе нужно на воздух. Выйдем на балкон? Я бы покурил сигару.  

Джерри встал. Его изрядно шатало. Эндре взял его за руку, помогая подняться.  

— Ну-ка, теперь показывай, где тут у вас балкон?  

"Почему он держит меня за руку, будто я девчонка? " — подумал Джерри. — "Однозначно мне не нравится этот тип. Может он и не мой кузен вовсе".  

— Я же твой кузен, — неожиданно сказал Эндре.  

Джерри хотел спросить, почему он сказал это, но пьяный мозг вскоре забыл об этом. Эндре открыл балкон. Свежий воздух ворвался в дом, а взору открылось звездное небо.  

— Как красиво, — проговорил Джерри заплетающимся языком. Эндре щелкнул зажигалкой и подкурил сигару.  

— Знаешь, я ведь вообще не собирался сюда ехать, — сказал он. — Но меня потянуло вдруг, будто кто-то позвал...  

— Позвал? Кто мог позвать тебя? — спросил Джерри.  

— Не знаю... Может быть ты? — Эндре пристальным взглядом уставился на него.  

— Я? — опешил Джерри. — С чего бы?  

Эндре взял его руку и нежно провел по порезанному вчера пальцу.  

— Не дыми, пожалуйста, я не переношу дыма, — сказал Джерри, всей душой желая, чтобы кузен отодвинулся подальше.  

— Ах да, прости, — он затушил окурок сигары в пепельнице. — Ты совсем шатаешься, это я напоил тебя, мне неловко...  

— Ничего... — прошептал Джерри.  

— Я поддержу тебя, чтобы ты не упал, обниму двоюродного брата... — Эндре обхватил мальчика за талию. Когда Джерри поднял голову, лицо Эндре было совсем близко от его лица. Джерри всеми силами хотелось оттолкнуть кузена, но не было силы и руку поднять. Эндре погладил его по спине и Джерри от этого странного внимания едва не начал трезветь.  

— Я пойду спать...  

— Тебе лучше протрезветь и побыть на воздухе, полюбоваться звездами перед сном, они великолепны! Ты такой милый мальчик, я очень рад нашему знакомству! Редко кто в твои годы так набожен. — Эндре всем телом прижался к Джерри.  

"Что это такое? " — возмущенно подумал мальчик. — "Этот тип явно ненормальный, что ему надо от меня? "  

Рука Эндре скользнула по его бедру, Джерри хотел отшатнуться в сторону, но его сильно штормило, поэтому он не мог делать самостоятельные движения.  

— Видишь, чуть не упал, — ласковым тоном проговорил Эндре. — Можно, я поцелую тебя, как брата?  

— Что?! — не понял Джерри.  

— Я так хотел сделать это, что не могу удержаться! — Эндре убрал упавшую на лоб кузена челку и прикоснулся губами к его губам. — Открой рот! Я знаю, ты никогда ни с кем не целовался, я покажу тебе, как надо...  

— Чего?! Ты что, голубой?! Тогда выметайся из моего дома немедленно, я ни минуты не останусь с тобой!  

Эндре звонко рассмеялся и погладил Джерри по голове:  

— Какой же ты еще ребенок, Джерри! Поцеловать кузена — это преступление?  

— Твои шутки глупы и неуместны и переходят все границы!  

Эндре серьезно посмотрел на него:  

— А я не шучу.  

Он мертвой хваткой схватил Джерри за подбородок и приказным тоном сказал:  

— Открой рот!  

Помимо воли, рот Джерри раскрылся, и он почувствовал, как в него проник язык кузена.  

"Что он делает?!" — промелькнула мысль, граничащая с апокалиптической. Эндре целовал его очень нежно и чувственно. Джерри закрыл глаза. Он не мог принять и осознать происходящее. "Я сплю. Это кошмарный сон".  

— Вот так, — погладил его по щеке Эндре. — Я — твой первый поцелуй. Не в семинарии же тебе этому учиться.  

— Зачем ты это сделал?! — проговорил Джерри. Эндре с улыбкой посмотрел на него и снова погладил по щеке:  

— Потому, что так захотел. Ты — мой кузен. И я люблю тебя.  

— Тебе мало девушек, чтобы проводить свои извращенные эксперименты?!  

— А где ты тут увидел извращение?  

— Прекрати нести вздор, я хочу спать.  

— Я провожу тебя!  

— Я сам!  

— Ты упадешь сейчас, а на мне за тебя ответственность перед родителями!  

Эндре обнял его за талию.  

— Куда тебе идти? Сюда? Как темно... Я помогу...  

— Иди в свою комнату, — вскипел Джерри.  

— Я помогу тебе раздеться...  

— Не надо мне ни в чем помогать!  

Но Эндре будто не слушал его. Его руки срывали одежду с кузена, а у того не хватало сил сопротивляться.  

— Что ты сделал, зачем ты полностью раздел меня?!  

— А разве ты не любишь спать голым?! Мне так нравится, когда лунный свет падает на твое стройное обнаженное тело, подчеркивая его девственную красоту. Пока еще девственную! — он ухмыльнулся.  

— Что?! — Джерри стоял, пошатываясь и пытаясь чем-нибудь прикрыться. Эндре напоминал инкуба, прилетевшего совратить непорочную душу. Он снял с себя одежду.  

— Что ты собираешься делать?!  

— Я хочу тебя.  

— Не вздумай приближаться! — Джерри схватил со стола вазу и запустил в кузена. Эндре поймал отлетевший от стены осколок, по его руке заструилась кровь.  

— Вот, теперь у меня тоже порезан палец, кажется тот же самый, что и у тебя?  

— Откуда ты знаешь?!  

— Хочется ударить меня чем-нибудь потяжелее? — Эндре усмехнулся.  

— Уйди, не доводи до греха!  

— Ударишь? Ударь!  

Джерри схватил утюг.  

— Ну же! — дразнил Эндре. — Не можешь?  

— Уйди, я не хочу калечить тебя!  

— Глупый мальчишка, вот ты кто! — Эндре крепко схватил кузена за руку, пальцы разжались и утюг с грохотом упал на пол. От бессилия Джерри стиснул зубы.  

— Что ты намерен делать, ублюдок?! — в первый раз в жизни Джерри ругался такими черными словами. Эндре схватил его за руку и потянул на кровать.  

— Не поверишь – ни-че-го. Зачем мне делать что-то помимо твоей воли? Я не причиню тебе зла, Джерри, верь мне. Мы просто полежим рядом без одежды, если ты не хочешь, то ничего не будет.  

"Еще бы я такого захотел, гомосек ты проклятый! " — в сердцах хмыкнул Джерри. — "Как я могу уснуть, когда лежу будто на пороховой бочке! " Но Эндре нежно гладил его по волосам и целовал в голову, глаза Джерри сами собой закрылись.  

 

 

 

 

3  

 

Джерри проснулся с больной головой. Неужели вчерашняя ночь была кошмарным сном? Хоть бы это был сон! Но Джерри понял, что лежит без одежды, значит не сон! Ничего ли не сделал с ним этот сумасшедший, пока он спал? Как он родителям в глаза посмотрит! А еще собирается в духовную семинарию. Хорош священничек, голыша спать с обнаженным мужчиной! Внезапно Джерри вспомнил сцену на балконе, как этот выродок засунул ему в рот свой язык. Джерри взялся за голову. Какой ужас!  

— Дьявол! Дьявол! — стал ругаться он черным словцом.  

— Кофе, кузен? — вошел Эндре. Он выглядел бодрым и свежим.  

— Что это было вчера?!  

— Ты кричишь, мой кроткий мальчик? Раньше ты и голос боялся повысить.  

— Откуда тебе знать, что было раньше?  

— Мне кажется, что я знаю тебя уже тысячу лет, — Эндре протянул ему чашку кофе.  

— Не хочу я твой кофе! — он расплескал напиток прямо на простынь.  

— Ай-ай-ай, нехорошо! — сказал Эндре. — Давай я заменю простынь.  

— Нет! — завопил Джерри, натягивая ее чуть ли не до ушей. Эндре усмехнулся:  

— Стесняешься меня? Наготы не нужно стесняться, ведь такими нас создал Бог. В Эдеме Адам и Ева ходили голыми.  

— Прекрати нести чушь!  

— Чушь, что я слышу! Ты же каждый раз читаешь это.  

— Выметайся из моего дома! — сказал Джерри, сам поражаясь своей агрессивности. Как бес вселился.  

— Нет, братец, я обещал твоим родителям присматривать за тобой, пока они не вернутся, так что извини...  

— Выйди из комнаты, я хочу переодеться!  

Эндре подал ему серую футболку и джинсы.  

— Как ты узнал, что я хочу надеть именно это? Ты что, мысли читаешь?!  

— Я взял наугад. Ладно, выхожу!  

— Отлично, теперь ты не зайдешь сюда, сученыш! – Джерри повернул ключ в двери.  

— Джерри, кузен, слышишь, открой! Ну прости меня, я был неправ. Я не хотел ничего плохого. Ты славный парень, я рад, что познакомился с тобой и не хочу тебя терять, давай забудем вчерашнее, ладно?  

Но в ответ была тишина.  

"Захочешь жрать, выйдешь сам", — подумал Эндре. И двух часов не прошло, как, шаркая домашними тапочками, вышел Джерри:  

— Только не смей ко мне приближаться, я хозяин дома!  

— Ты такой забавный, вот мне и захотелось пошутить с тобой.  

— Странные у тебя шутки... — вспоминая, как Эндре целовал его ночью на балконе, Джерри залился краской стыда. Он избегал смотреть на кузена. Видели бы эту сцену его родители. Что было бы тогда! Конец света!  

— Ты теперь до конца своих дней не будешь со мной разговаривать?  

— Слава Богу, мне не придется видеть тебя до конца своих дней, — ответил Джерри, намазывая джем на хлеб.  

— Как хочешь, — проговорил Эндре. — Теперь у тебя сложится обо мне неправильное впечатление.  

— Очень как раз-таки правильное.  

— Куда ты?  

— В сад, собирать яблоки. Мать просила, — небрежно бросил Джерри. Эндре устремился за ним.  

— Какой ты смешной, прыгаешь к веткам с этой палкой! Я подсажу тебя.  

— Не трогай! Ты обещал не прикасаться ко мне! Не усугубляй!  

Но Эндре уже схватил его, подняв в воздух.  

— Рви спокойно свои яблоки.  

— Ты прижимаешься ко мне, мне неприятно!  

— Я просто держу тебя, не накручивай себе!  

— Отпусти!  

— Взял бы плетеную корзинку из подвала, она побольше.  

— Стоп! Откуда ты знаешь, что в подвале стоит плетеная корзинка?  

Эндре опустил его на землю.  

— Не знаю откуда. Просто знаю, что она там есть и все.  

— Ты странный. Ты пугаешь меня, — сказал Джерри. — Ты знаешь многое, чего знать не можешь и не должен!  

— Быть может я всевидящий?  

— Выметайся из моего дома!  

— Злобный мальчишка! Ты должен меня слушаться. Иначе я позвоню твоим родителям!  

— И я расскажу им, что ты нагло домогаешься меня!  

— И они решат, что ты спятил, что у тебя жар! — ответил Эндре.  

— Убирайся к дьяволу!  

Эндре прижал его к стволу яблони. Кепка мальчика слетела в корзину с яблоками. Язык кузена нагло забрался в рот Джерри. "Что он делает снова, этот извращенец чокнутый? " Эта каторга длилась минут пять. Джерри был вне себя от бессилия и собственной беспомощности, у него едва не выступили слезы.  

— Прекрати домогаться меня... пожалуйста... — едва не с мольбой проговорил он. Эндре пожал плечами. Пока он нагнулся за корзинкой с яблоками, Джерри, как кошка, вскарабкался на яблоню. Он лез все выше и выше.  

— Теперь тебе не достать меня! Я отсюда не слезу.  

— Слезешь, — спокойно сказал Эндре, волоча в дом корзину с яблоками. Джерри просидел на дереве до самой ночи.  

"Дверь моей спальни заперта на ключ. Ключ у меня. Полезу в окно, он туда не попадет. "  

Проделав адский путь, разодрав ветками лицо, Джерри попал в собственную спальню. Он залез под одеяло, чтобы расслабиться.  

— А, это ты, слез уже? — потянулся в кровати Эндре.  

— Что?! Как ты попал сюда?  

Джерри пытался вскочить, но рука Эндре вернула его обратно:  

— Я соскучился, брат.  

Эндре схватил его в охапку и прижал к себе.  

"И откуда только навязалось мне это чудовище?!" — вскричал про себя Джерри. Свет луны падал на обнаженные плечи Эндре, на его рассыпанные по плечам смоляные волосы, по которым и пролегла эта лунная дорожка. Он был красив какой-то завораживающей красотой, гипнотической, заставляющей любоваться, не отрывая глаз.  

— Мой маленький кузен, — проговорил Эндре, — ты будешь слушаться меня.  

Джерри притих, смирившись со своей участью, боясь даже пошевелиться. Руки Эндре сжали его будто тисками. Эндре многозначительно поглаживал по спине.  

— Зачем ты делаешь это, мне всего пятнадцать!  

— Так и что? Разве это имеет какое-то значение?  

"Поскорее бы он заснул", — подумал Джерри. И Эндре вскоре действительно заснул, не выпуская из рук свою сладкую жертву.  

 

 

 

4  

 

Когда Джерри проснулся, на столе стоял завтрак и кофе. Опять этот мерзавец пробрался сегодня к нему в постель! И обнимал всю ночь. Какой ужас! Так просто от него не избавиться... Что же придумать? И когда уже родители приедут! Джерри машинально съел завтрак и выпил кофе.  

— Доброе утро, кузен!  

Мальчик прошел в ванную, не глядя на Эндре. Его мучило чувство стыда, хотя он ни в чем не был виноват. Джерри поплотнее задвинул дверь на засов. Эндре расхохотался.  

— Чему ты смеешься, придурок!  

— Тебе не кажется, что с нас можно было бы писать комиксы?  

— Да пошел ты!  

На его глазах запертая дверь открылась и Эндре вошел в ванную, Джерри посмотрел на него округлившимися глазами.  

— Не знаю, как ты это сделал, но прошу тебя, прекрати... — сказал Джерри, краснея, пытаясь прикрыть наготу. Эндре смотрел на него и улыбался. Смотрел прямо в глаза. Пристально. Завороженный Джерри тоже не мог оторвать взгляда. Гипноз. Что-то внутри перевернулось. Потянуло к этому странному человеку непреодолимой силой. Уголки обворожительного рта кузена скривились в усмешке.  

— Я всегда добиваюсь тех, кого хочу.  

— Не дождешься! — в сердцах крикнул Джерри, запустив в него гелем для душа. Эндре поймал гель.  

— Промахнулся, — он пожал плечами. — Как хочешь.  

Джерри включил воду, но что-то перевернулось внутри с ног на голову после этого гипнотического взгляда. Его повлекло к кузену с неистовой силой. Он никогда не испытывал ничего подобного к женщине, не говоря уже о мужчине! Джерри подумал о Содомском грехе и покраснел до самых ушей. Прости, Господи! Что-то не здравое происходит. Джерри вышел из ванной.  

— Оденься, девственник, — с усмешкой бросил ему майку кузен. Джерри в ужасе увидел, что вышел из ванной совершенно голый. Он схватил майку и заперся в своей комнате, не говоря ни слова.  

— Читай Библию, мышонок! — послышался смех Эндре.  

Да, это все, что осталось. Библия. Господь никогда не оставит. Нужно избавиться от этого дьявольского наваждения. Он открыл книгу, но чтение не шло. Что ты будешь делать! Все мысли были об Эндре, к нему влекло так, что горело все внутри. Ничто не спасало. Джерри бросил чтение. Какой позор! Но я не голубой!  

Он лег на кровать. Сегодня ночью Эндре спал в этой кровати, обнимал его. Он возлюбил то, что еще этой ночью счел омерзительным. Подушка пропахла пряным запахом мускуса, запахом волос Эндре. Джерри хлопнул кулаком по подушке. Что происходит?! Он выбежал из комнаты. С балкона потянуло дымом сигары. Он там! Эндре там!  

— Соскучился? — не оборачиваясь, спросил Эндре. Но Джерри совсем не слышно подошел, как он узнал!  

Мальчик нервничал. Он вытащил из пачки кузена сигару, пытаясь ее поджечь. Эндре выхватил сигару из его рук, поломал и выбросил в окно.  

— Не смей курить, маленький засранец, иначе придется всыпать тебе ремешком. Хотя... кое-что я тебе, пожалуй, позволю. Знаешь, что такое цыганский поцелуй?  

Джерри тупо покачал головой.  

— Открой рот.  

Эндре набрал в рот сигарного дыма и прикоснулся к полуоткрытым губам кузена. Джерри закашлял.  

 

 

 

 

ЧАСТЬ 2  

 

1  

 

Эндре непринужденно рассматривал газету. Джерри готовил ужин, тщетно стараясь бороться с собой. Что же мне делать, что? Эндре взял его за руку.  

— Не режь такими кусками, ты же не свиньям крошишь!  

Джерри высвободил руку.  

— Уйди, сам знаю, что мне делать. Пока здесь я еще хозяин. Лук разъедал глаза и слезы выступили сами собой.  

— Хозяин... До хозяина тебе еще расти и расти. — Эндре снова уселся за газету.  

Все больше накалялась страсть в душе мальчика. Она пугала его, но бороться с ней не было никаких сил. В конце концов он бросил резать овощи.  

— Не нравится, режь сам!  

— А ты пойдешь за чтение Библии? Или чтение сегодня не идет на ум? — спросил кузен, пытливо вглядываясь в его лицо.  

— Кто ты? Что делаешь со мной?  

— Пока еще ничего, — Эндре перевернул страницу газеты.  

— Ты не от мира сего...  

— Ты сам себе это накрутил.  

— Тогда иди и режь овощи, — ответил Джерри, чтобы сказать хоть что-то. Эндре встал со своего места:  

— К черту овощи!  

Он махнул рукой и вся нарезка мигом оказалась на полу.  

Джерри растерянно посмотрел на пол. Эндре поднял его и усадил на стол. Провел указательным пальцем по его губам:  

— Какие тут могут быть овощи, когда ты весь день думаешь совершенно о другом...  

Он ехидно вглядывался в его глаза. Джерри отвернулся, чтобы избежать взгляда, чувствуя, что снова краснеет.  

— Откуда тебе знать, о чем я думаю?  

— Не знаю, откуда. Просто знаю и все. Вот, например, сейчас, ты подсознательно хочешь, чтобы я тебя поцеловал...  

— Ты читаешь мысли?!  

— Значит, все-таки это правда? — с улыбкой сказал Эндре, наматывая нитку, висевшую на футболке Джерри, на палец.  

— Нет! — категорично сказал Джерри. — Нет! Нет и нет! Это абсурд!  

— Сейчас проверим, — Эндре взял его за подбородок.  

— Не надо, прошу тебя, — жалобным голосом попросил Джерри.  

— Не сопротивляйся своим желаниям, отдайся им. Возможно, мы заполним свое время чем-то другим, нежели нарезкой овощей?  

Джерри обреченно закрыл глаза. Сердце бешено колотилось.  

— Ты думаешь: что мне делать? Откуда взялась эта страсть к нему? — издевательски проговорил Эндре.  

— Ты пугаешь меня... — шепотом проговорил Джерри. — Откуда ты знаешь мысли...  

Эндре ткнул пальцем в лоб:  

— Потому, что я в твоей голове сижу. Шутка. Я просто предположил. Попал в самую точку, да?  

— Ты всегда это делаешь с парнями? — раздавленным голосом спросил Джерри.  

— Не со всеми. Лишь с теми, кого хочу. А кого я хочу — тот мой, для меня не существует преград.  

— Как самоуверенно! — взбесился Джерри.  

— А разве ты тому не доказательство? — спросил кузен, кладя в рот вишню в шоколаде. Он вальяжно расположился, обхватив брата. — Как ненавидел ты меня и как сильно сейчас хочешь. Испытать эти новые ощущения со мной...  

— Нет. Нет, ты говоришь, бред, — Джерри залился краской.  

— Докажи это, — Эндре взял его лицо в свои руки и приблизил к своим губам. — Оттолкни меня, если я не прав! — Джерри совсем обмяк в его руках, он не мог даже пошевелиться.  

— Не оттолкнешь? Потому, что ты жаждешь моего поцелуя. Я дам тебе то, что ты хочешь. Чего мы оба хотим... — язык кузена проник в рот мальчика. Ничего подобного Джерри за свои пятнадцать лет, которые провел за чтением Библии и зубрежкой уроков, еще не испытывал. Эндре толкнул его на стол, принявшись раздевать. Все поплыло перед глазами. Джерри покорился кузену, больше не имея сил для сопротивления.  

— Я люблю тебя, делай со мной, что хочешь, — тихо проговорил Джерри и закрыл глаза.  

— Меня любят все, если я хочу, чтобы они меня любили, — проговорил Эндре, раздеваясь.  

— Со мной такое впервые, меня никогда ни к кому так не тянуло... Наверное, я кажусь тебе глупым мальчишкой, но я бы сейчас отдал все, чтобы быть с тобой...  

На лице Эндре появилась победоносная улыбка, будто ему доставляло удовольствие слышать это.  

— Ты — моя маленькая победа...  

Он целовал грудь кузена и гладил его по плечу, доводя до исступления. Джерри был готов отдаться ему и сделать все, о чем бы он ни попросил. Но тут резко что-то упало и Джерри приподнялся со стола, обнимая кузена за шею. Он был без одежды. Мистер и миссис Герхард с вещами стояли и глазели на них, разинув рты.  

— Марк, дай мне сердечных капель! — первая очнулась миссис Герхард.  

— Что?! – взревел отец. — Мой сын, собирающийся в духовную семинарию — голубой?!  

Джерри опомнился и стал поспешно натягивать футболку и джинсы, поняв, что уже ничего не изменить.  

— Ни в какую семинарию я не пойду! — злобно проговорил Джерри. — Это ты решил еще до моего рождения, сделав выбор за меня. А ты меня когда-нибудь спрашивал, чего хочу я? Быть может, мне хочется в жизни заняться чем-нибудь другим, а не тем, что нравится тебе!  

Герхард-отец опешил и не мог отойти от шока. Его сын — кусок пластилина, из которого можно было лепить, что душе угодно, выдал такое! Будто это и не он вовсе.  

— Что?! — наконец заревел Герхард. — Ты мне еще перечить вздумал, извращенец! Ты больше не мой сын, выметайся из моего дома, выметайтесь оба, сейчас же!  

 

 

 

 

— Куда пойдем? — спросил Джерри.  

— Пойдем? — удивленно спросил Эндре.  

— Я пойду своей дорогой, а куда ты пойдешь — не знаю.  

— Как, ты... бросаешь меня? — дрогнувшим голосом спросил Джерри. — Да ты... Мне жизнь сломал...  

— Не драматизируй, умоляю. Мы и переспать-то не переспали. Ничего страшного здесь не случилось. Я даже девственности тебя лишить не успел. На кой черт мне сопливый мальчишка, я что, нянька, чтобы сюсюкаться с малолетками? Я взрослый человек и у меня свои дела. На этом наши пути расходятся, извини, – он ушел, волоча чемоданы, а Джерри ошарашенно смотрел ему вслед и в глазах загорались искры ненависти.  

 

 

 

 

2  

 

Джерри сидел возле реки, угрюмо смотря на свое отражение в водной глади. Желтые листья падали в воду и их тут же уносило течением. Когда отражений стало два, Джерри вздрогнул и обернулся. Над ним стоял кузен.  

— Как ты нашел меня? И зачем? Я ненавижу тебя! Уходи!  

— Возвращайся домой, Джерри, скажешь, что все это было недоразумение, свали все на меня.  

— Как все просто! — злобно сказал Джерри. — Ты почти совратил меня, а потом кинул!  

— Почти — не считается... Возвращайся домой. Скажешь, что сам не знаешь, что нашло на тебя.  

— Не твое дело, ведь наши пути расходятся!  

Эндре обнял кузена за голову и начал перебирать его волосы.  

— Джерри, пойми...  

— Не трогай меня! Отойди! Или я за себя не ручаюсь...  

— Как ты изменился, Джерри... — проговорил Эндре. _ Был такой тихий и набожный мальчик. Люди после встречи со мной всегда меняются... Открывается их истинная сущность, в которой они боялись признаться даже самим себе...  

— Отвали! Ты поступил подло! Зачем ты совращал меня, если я тебе не нужен? Сопливый мальчишка — вот кто я, значит! Твоя игрушка!  

Эндре убрал руку с его волос.  

— Я влюбился в тебя, как только увидел, войдя в твой дом... — проговорил он.  

— Что?! Твоей наглости нет придела! Хватит лгать!  

— Я не лгу, Джерри...  

— Кто любит, никогда не поступил бы так... Как бы ты мог влюбиться в сопливого мальчишку, даже, если ты и гей! — Джерри злобно сжал кулаки.  

— Я сделал это для твоего же блага, Джерри... Я не хочу ломать тебе жизнь, а дома скоро все забудется и будет как прежде...  

— Да пошел ты!  

— Знаю, ты любишь меня, Джерри, и чувство твое взаимно...  

— Знаток! — Джерри нервно разорвал на куски опавший лист и выбросил в реку. — Меня тошнит от твоих отвратительных игр.  

— Это не игра, Джерри, я и правда люблю тебя... ты — мой... — Эндре положил руку на его ладонь.  

— Если ты и вправду любишь меня, как говоришь, тогда я хочу уйти с тобой... Я не хочу ни домой, ни в семинарию!  

Эндре улыбнулся:  

— Сколько лет ты скрывал в себе эту сущность под маской благости? Но вот, пришло время и она вырвалась на волю.  

— Не заговаривай мне зубы! Ты слышишь, я хочу уйти с тобой! — проговорил Джерри, делая акцент на каждом слове.  

— Я слышу тебя, — Эндре сел рядом.  

— Ради твоего же блага, тебе лучше забыть обо мне, иначе я погублю тебя...  

— Уже погубил! Отмазки. Опять отмазки. Тогда к чему этот разговор?  

Эндре присел рядом и обнял мальчика. Джерри приник к нему и положил голову к нему на колени. Эндре перебирал его волосы и смотрел на отражение в воде. Лицо Джерри было печальным.  

— Ты перевернул мою жизнь и хочешь вот так уйти?! Я люблю тебя... Мы знакомы лишь несколько дней, но мне кажется, что я люблю тебя вечность и всегда любил...  

— Вечность... — проговорил Эндре, вслушиваясь в собственный голос. — Ты влюбился в парня, кузен? Это же ненормально...  

— Мне плевать!  

С дерева, закружившись в воздухе, упал еще один осенний лист. Река подхватила его и унесла за собой.  

— Мне надо кое-что рассказать тебе, Джерри... О себе... И тогда ты сам покинешь меня...  

— Никогда! — с жаром произнес мальчик. – Ты добился меня и теперь не отмажешься!  

— Послушай, Джерри, — Эндре поцеловал его в голову. — Со мной происходят странные вещи и иногда я боюсь сам себя... — Джерри поднял на него глаза. — Когда мне было семнадцать, – продолжал Эндре, — я услышал голос, который сказал мне: "Ты — Антихрист. Ты пришел на землю, чтобы отомстить Богу". Я постоянно слышал этот голос, который говорил одно и то же. Мне было страшно. Я пошел к психиатру и мне выписали таблетки. Но таблетки помогли ненадолго, а потом и вовсе перестали помогать. Голос снова появился. Потом я начал слышать и другие голоса. Я начал слышать мысли людей, я мог входить, если дверь была закрыта, люди, которых я хотел, непременно до беспамятства влюблялись в меня...  

— И, кажется, я один из них, — тихо проговорил Джерри, вцепившись в рукав кузена.  

— Недавно я сидел дома, возле зеркала... И увидел, как на нем появилась лестница, нарисованная кровью. И кто-то позвал меня. Тогда, я еще там, дома, ощутил твою энергию и полюбил ее. Меня потянуло туда, к тебе, хоть я еще и не видел тебя...  

Джерри испуганно сжал руку кузена.  

— Мы рисовали на старом зеркале лестницу моей кровью и призывали... Дьявола... Я знал, что добром все это не кончится...  

— Эти голоса часто говорят мне, чтобы я начал убивать и многие другие страшные вещи... Я не знаю, кто я... и боюсь сам себя. Беги от меня, Джерри, беги, пока не поздно...  

— Нет, я не оставлю тебя... — сказал Джерри, плотнее прижимаясь к нему. — Я знаю, что это. Я много книг прочел по христианской литературе, собираясь поступать в семинарию. Там описаны эти случаи. Это голоса бесов. Ты — обычный человек, но они выбрали тебя своим орудием, чтобы творить зло, я им тебя не отдам! Значит, мы встретились не случайно и моя миссия — спасти тебя...  

Эндре обнял Джерри крепче.  

— Спасибо, мой хороший, только тебе лучше вернуться...  

— Я не вернусь, — категорично сказал Джерри.  

— Что ж, это был твой выбор, я тебя предупредил, — вздохнул кузен. Мальчик бросился к нему на шею.  

— Пойдем, скоро будет вечереть, — сказал Эндре. — Снимем отель.  

Джерри обнял его и, дрожа от прохлады и возбуждения, прижался к кузену всем телом.  

 

 

3  

 

— Номер, пожалуйста, — сказал Эндре.  

— Кем вам приходится мальчик?  

— Это мой брат.  

— Не очень-то вы похожи.  

— Мы кузены, — Эндре посмотрел в глаза человеку и у того больше не возникло ни одного вопроса.  

— Пожалуйста, вот ключ.  

— Знаешь, — сказал Эндре, — я могу заставить человека мысленно слушать меня, подчинить своей воле. Они все сделают, что я захочу. Странно, не так ли?  

— Я читал про такие случаи и представляю, что ты испытал и пережил, — ответил мальчик. — Бесы хотят завладеть твоей душой, сделать ее своим орудием, марионеткой, но я им тебя не отдам! Даже, если пропадет вся твоя магия, я все равно хочу любить тебя... Поначалу я считал тебя чокнутым дураком, но теперь открыл в тебе целый мир...  

— Спасибо, спасибо, милый Джерри. Клянусь, я не хочу для тебя зла. Мне не хотелось совращать тебя и портить твою жизнь, я не знаю, зачем...  

— Замолчи, — мальчик закрыл рот ему ладонью. — Не говори этого. Я ни о чем не жалею. Стать священником... Это скучно для меня...  

— Мои друзья не верили мне, считали сумасшедшим, смеялись...  

Джерри стал целовать его лицо:  

— Я люблю тебя, люблю, я тебя никогда не оставлю...  

Эндре прилег на кровать.  

— Как же я устал. Мне совестно, что я так поступил с тобой. Вырвал тебя из твоего привычного мира в черную неизвестность...  

Джерри прилег рядом, прижался к кузену.  

— Ты жалеешь? — с обидой спросил он. — Я буду твоим самым верным другом, я, сопливый мальчишка. Ведь ты совсем один на белом свете, тебе никто не верит, никто не понимает тебя...  

Эндре прижал его к себе:  

— Я люблю тебя...  

— Поцелуй меня, сделай то, что ты хотел тогда, я весь твой... — проговорил Джерри.  

— Прости, мальчик, но я очень устал... — Эндре закрыл глаза и моментально погрузился в сон.  

Джерри гладил лицо кузена и думал, какой он красивый, когда спит. Он накрылся одеялом и положил голову на грудь Эндре. Теперь Джерри обрел новый смысл. Он хотел жить для кузена. Быть с ним рядом и спасти от неведомой напасти. Может быть, это провидение послало его для Эндре? Дыхание кузена было ровным. Он мирно спал. Весь дрожа, Джерри осмелился прикоснуться губами к его губам и краска стыда снова залила его лицо, хотя этого никто не видел.  

— Я люблю тебя, — прошептал он и отяжелевшие веки мальчика сомкнулись. Он погрузился в сон...  

 

 

— С добрым утром, — проговорил Джерри, — я приготовил тебе завтрак.  

— Спасибо, мышонок, я схожу в душ.  

— Эндре... — осторожно начал Джерри.  

— Что?  

— Когда я утром выходил за продуктами, то увидел вот это... Эндре посмотрел на сорванное со стены объявление:  

"Разыскивается".  

Он увидел на нем фото Джерри и свое собственное фото.  

— Мои родители заявили в полицию...  

— Тебе лучше вернуться домой, у тебя могут быть проблемы. Так будет лучше, мышонок...  

Джерри стоял перед ним такой маленький и жалкий, его хрупкое тело дрожало под футболкой. Он умоляюще смотрел на кузена, как на самого Бога:  

— Эндре, пожалуйста, не прогоняй меня... я без тебя не смогу...  

— Так будет лучше. Тебе сейчас кажется, что ты не сможешь без меня. Пройдет неделя, как ты позабудешь обо мне и начнешь жить своей привычной жизнью...  

— Какой ты жестокий! Я тебя ненавижу! — Джерри упал лицом в подушку, чтобы кузен не видел, как он плачет. Эндре присел рядом:  

— Тебе нужно ходить в школу, у тебя вся жизнь впереди... Я люблю тебя и желаю добра.  

— Зачем ты повторяешь, что любишь меня, когда так легко готов от меня избавиться! Я бы никогда так с тобой не поступил, не бросил бы! Просто ты, конечно же, никогда бы не полюбил маленького мальчишку. Наверняка все твои любовники взрослые, красивые, вставшие на ноги люди, а кто я... мне и вправду лучше уйти...  

Эндре гладил его по волосам.  

— Глупенький ты еще. Вставай, давай. Мы немедленно едем. Вставай, кому говорю!  

Джерри поднял на него заплаканные глаза с непонимающим видом:  

— Как едем? Ты меня с собой берешь?!  

— Куда я от тебя денусь.  

Джерри бросился ему на шею.  

— Так, собирайся скорее. Нам лучше покинуть этот город.  

 

 

 

 

4  

 

Охранник на таможне внимательно вглядывался в их лица.  

— А не те ли вы самые беглецы, чьи фото ресклеены по всему городу?  

Эндре долго смотрел ему в глаза.  

— Нет, это не мы.  

— Прошу прощения за неуместную шутку, — виновато раскланялся охранник.  

— Ух ты! — проговорил Джерри. — Как это у тебя получается?  

— Сам не знаю, ответил Эндре. — Поначалу это забавляло меня, но потом стало пугать... Я был какой-то не такой...  

Джерри натянул шапку почти до самого лба. Больше препятствий на пути не было. Одного взгляда Эндре хватало, чтобы у любопытствующих не возникало лишних вопросов. Они сели в самолет.  

— Мы летим в Лондон, — сказал Эндре.  

— Как здорово! — вскричал Джерри. — Я еще никогда не летал на самолете!  

— Когда мы обустроемся в Лондоне, ты пойдешь в школу.  

— Я сделаю, как ты скажешь, — ответил Джерри.  

— Вот и хорошо. Тебе же будет лучше.  

Джерри с замиранием сердца уставился в окно, когда они взлетали.  

— Теперь мне еще и нянькой быть придется, — проговорил Эндре, но Джерри не расслышал его слов.  

— Эндре... — повернулся он к кузену, — можно один вопрос... Только ответь честно, для меня это важно...  

— Задавай... — ответил кузен.  

— А ты... и вправду любишь меня?  

— Нет, стал бы морочить себе голову не пойми зачем с несовершеннолетним мальчишкой.  

— Теперь я очень счастливый. Спасибо тебе.  

— Не радуйся прежде времени, — сказал Эндре. — Ты еще не знаешь, каким я могу быть. Мне часто бывает плохо... Я боюсь и за себя и за тебя... Если, вдруг, такое случится, беги куда глаза глядят, не разбирая дороги...  

— Не волнуйся, мы справимся, — Джерри прижался к его плечу и ему стало так хорошо и спокойно, будто в мире совершенно не существовало проблем.  

 

 

 

 

— Пока мы снимем номер, — сказал Эндре, — а в течении недели будем присматривать дом.  

— Дом? У тебя столько денег?  

— Да, у меня много денег, — сказал Эндре. — У меня своя фирма. Но дело даже не в этом. Я сам не знаю, откуда они берутся, эти деньги... Это голоса, они говорят, что я всемогущий, что могу позволить себе все, что у меня есть власть над людьми...  

— Не слушай их, они хотят погубить твою душу... — проговорил Джерри.  

— Да, наверное, — задумчиво произнес Эндре. — Спасибо тебе...  

Джерри обнял его за шею.  

— Эндре... — робко начал он.  

— Да?  

— А... когда ты сделаешь со мной то... ну, что парни обычно делают с парнями, когда влюблены?  

Эндре усмехнулся:  

— Я думаю, что ты к этому еще не готов и сам боишься своих слов. Да и я слишком устал...  

— Вот так, сам раздразнил тогда, а теперь... Ты не любишь меня!  

— Какой ты импульсивный, — ответил кузен. — Если бы я не любил тебя, разве сидел бы ты сейчас рядом со мной? Я мог вернуться домой. Но мне осточертело там все. Я хочу начать новую жизнь. С тобой.  

— Правда??  

— Как видишь, — Эндре нежно взял кузена за руку. — Спасибо, что ты рядом со мной, мне очень хорошо, когда ты рядом... Просто я боюсь за твою жизнь... Представь, если голоса скажут убить тебя?  

— Но ты же не убьешь...  

— Если они смогут затмить разум, если я не буду владеть собой...  

— Все будет хорошо... не думай о плохом... — сказал Джерри.  

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — сказал кузен. — Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя, но стесняешься сказать это вслух. Ты сомневаешься, люблю ли я тебя...  

Джерри стыдливо опустил голову:  

— От тебя бесполезно что-либо скрывать.  

Эндре схватил его за ворот футболки и привлек к себе:  

— Иди сюда, больше не смей сомневаться, что я люблю тебя, слышишь?  

Эндре раскрыл своим языком его губы и начал целовать. Джерри приник к нему и ему начало казаться, что, если этот поцелуй закончится, то он умрет. Эндре знал его мысли, поэтому целовал долго.  

— Ты возбужден. Ты хочешь меня и боишься этого, — засмеялся Эндре, выпустив его из объятий.  

— Прекрати издеваться надо мной...  

— А еще ты считаешь меня очень красивым мужчиной, — снова рассмеялся Эндре.  

— И считаю, что я не пара такому красавцу, как ты, — уныло продолжил Джерри.  

— Разве ты не считаешь себя красивым? — спросил кузен.  

— Нет. Я щуплый сопливый мальчишка, я тебе не ровня...  

Эндре взял его за руку и подвел к огромному зеркалу. Он обнял кузена сзади и поцеловал в шею. Кузен казался гораздо выше мальчика.  

— Посмотри на себя, ты красивый!  

— Не хочу смотреть, — сказал мальчик. — Я выгляжу, как ребенок!  

— Через несколько лет ты станешь красивее меня.  

— Я не смотрюсь рядом с тобой... — снова проговорил Джерри.  

— Вот заладил! Да разве это важно? Я тебя люблю, а не того, с кем смотрюсь или не смотрюсь.  

Джерри обнял его и не желал отпускать, пока кузен не взял его на руки и не уложил в кровать.  

 

 

 

 

5  

 

Эндре купил дом в одном из роскошных районов Лондона. Он оформил документы Джерри, чтобы тот пошел в школу. Имея поразительную сверхъестественную власть над людьми, это избавляло его от ненужных вопросов и подозрений.  

— Теперь мы отпразднуем новоселье, — сказал Эндре, — закуривая сигару. — Но вина я тебе больше не налью. Я помню, что было с тобой в прошлый раз. Ты думаешь, что я — твой идеал и ты хочешь быть похожим на меня, когда вырастешь.  

— Прекрати читать мои мысли, — смутился Джерри.  

— Прости, я не специально, — Эндре налил себе вина и залпом выпил. — Надеюсь, нам будет хорошо в этом доме.  

— С тобой мне везде хорошо, — тихо произнес Джерри.  

— Вкусный ужин?  

— Превосходный.  

— Я заказал его, включая твои предпочтения, — сказал Эндре.  

— От тебя невозможно ничего скрыть, ты знаешь все...  

Кузен взял его руку, безвольно лежащую на столе и легонько сжал.  

— Ты думаешь, что я не вижу в тебе мужчину и не обращаю внимания на тебя? Ты грустишь, думая, что безразличен мне... — Эндре долго, пристально смотрел на Джерри и мальчик, краснея, опустил глаза.  

Эндре вздохнул.  

— Эх, если бы ты знал, как дорог мне и сколько значишь для меня... Выпей немного вина, расслабься, совсем чуть-чуть... Сегодня я исполню то, что ты так давно хотел...  

— Что это? — осторожно спросил Джерри, глотнув вина.  

— Ты же хотел, чтобы я сделал это с тобой?  

Джерри потупил взгляд.  

— Ты боишься, что неопытен в таких делах и не знаешь, что делать... и что мне это может не понравиться. И что, если мне это не понравится, то я могу бросить тебя...  

— Прекрати, пожалуйста, — сказал Джерри, опустив глаза, — ты прекрасно знаешь, что мне не нравится, когда ты читаешь меня...  

— Прости, мышонок, но я ничего не могу с этим поделать, — сказал Эндре, — твои мысли стучат у меня в голове...  

— Так хотя бы не озвучивай их!  

Эндре приподнял его голову за подбородок, потянулся и поцеловал в губы, едва касаясь их.  

— Не бойся, я не причиню тебе зла... — он осекся на полуслове. — Не причиню! Как я могу такое говорить, когда я бываю не я!  

Джерри понимающе взял его за руку:  

— Я не боюсь, не морочь себе голову.  

Эндре провел рукой по его щеке:  

— Ты хороший, очень хороший мальчик. Я не достоин тебя...  

— Да что ты такое говоришь! — возмутился Джерри. — Это я не достоин тебя!  

Эндре нежно взял его за руку:  

— Пойдем, не бойся...  

— Почему ты постоянно повторяешь: "не бойся, не бойся", чего я должен бояться?  

Эндре улыбнулся:  

— Потому, что я знаю, чего ты боишься. Смотри, какая у нас шикарная спальня. Какой мягкий матрас, сколько подушек!  

Эндре плюхнулся на кровать. Футболка задралась, обнажив торс. Он поманил Джерри пальцем. Потянул его за руку и уложил рядом с собой.  

— Ты больше не хочешь меня? — лукаво спросил он. — Не хочешь, так не надо. Мне достаточно одного твоего присутствия, чтобы чувствовать себя хорошо...  

— Ты же знаешь все мои мысли, так что я вообще могу молчать...  

— Знаю, в том-то все и дело, — Эндре лег сверху и припал губами к губам Джерри, засунув руку ему под футболку. — Ты так сильно возбужден, что скоро ничего уже может и не понадобиться.  

— Хватит издеваться надо мной...  

Эндре стянул с него футболку, обнажив стройное тело, и провел по нему языком. Джерри прикусил губу, чтобы не застонать. Запах мускуса, исходящий от его волос, сводил с ума.  

— Я люблю тебя, помни об этом, — сказал Эндре.  

Он поспешно снял с себя футболку. Прикосновение его голого торса привело мальчика в еще большее возбуждение. Эндре гладил его, продолжая раздевать. Джерри больше не мог терпеть, возбудившись до предела.  

— Я постараюсь не делать тебе слишком больно, — прошептал Эндре, слегка укусив его за ухо. — Сейчас ты почувствуешь меня в себе...  

Джерри едва не вскрикнул, потому что было больно, но вскоре чувство боли смешалось с нарастающим чувством возбуждения, наслаждения и стыда. Он чувствовал слияние себя и своего бога, которым жил все последнее время.  

— Эндре, я люблю тебя! — почти кричал он.  

— Знаю, малыш, — отвечал кузен. Его волосы щекотали грудь Джерри. Переведя дыхание, Эндре откинулся на подушки. Он слегка сжал руку мальчика, приходящего в себя:  

— Что, не так страшен черт, как его рисуют? У тебя слезы на глазах... Ты плачешь?..  

— Это от счастья, — пролепетал мальчик.  

— Я знаю, ответил Эндре.  

— Я знаю, что ты знаешь.  

Эндре погладил его по руке.  

— Теперь я еще больше люблю тебя, — прошептал Джерри. Эндре повернулся к нему и начал целовать. Лицо, шею, руки.  

— Я тебя очень люблю, — шептал Эндре. Джерри обнял кузена, по его лицу текли слезы. Он глухо всхлипывал.  

— Ну, я уже весь мокрый от твоих слез, что ты, как маленький.  

Джерри размазывал слезы по лицу.  

— Эндре, давай никогда не разлучаться? Я не знаю, как жить без тебя... Без тебя моя жизнь утратит всякий смысл.  

— Мы не будем разлучаться. И не надо думать, что я найду кого-то лучше тебя. Каждый кого-то лучше, но тот, кого я люблю — один. И это ты.  

— Правда?  

Эндре нежно обнял мальчика и поцеловал в висок.  

— Спи, Джерри.  

Вскоре их сморил сон.  

 

 

Джерри проснулся среди ночи. Он увидел, как Эндре, уже одетый, мечется по комнате. Лицо его приняло странное выражение, не такое, как обычно.  

— Эндре, что случилось? — испуганно спросил мальчик.  

— Все плохо, — мрачно ответил кузен. — У меня сейчас голова разорвется от того, что я слышу!  

— Понятно, — сдавленно проговорил Джерри. — Подожди минутку...  

Он быстро оделся и вынул из сумки псалтырь. Джерри опустился перед Эндре на колени, взял его за руку и принялся читать молитвы. Спустя полчаса, Эндре злобно вырвал руку:  

— Прекрати! Мне это не поможет, и ты только раздражаешь меня!  

Джерри испуганно забился в угол:  

— Ты это не ты!  

Эндре почти с ненавистью посмотрел на него:  

— А разве я не предупреждал тебя, что со мной опасно находиться? Или ты думал, что я шутку шучу? Ты думал, что любовь — это объятия и поцелуйчики, как в романах? Я говорил, что тебе лучше вернуться домой, разве нет? Что со мной творятся нехорошие вещи. Но ты и слушать не хотел!  

— Эндре, не надо, пожалуйста... — со слезами на глазах проговорил мальчик.  

— Заткнись, щенок! — он хлопнул кулаком по столу и ваза с грохотом разбилась.  

— Эндре, не надо, я же люблю тебя... — прошептал Джерри, глотая слезы. Эндре отвернулся к стене, ворот его рубахи был небрежно расстегнут.  

Он протянул ключ.  

— Запри меня вон в той комнате!  

— Эндре...  

— Не запрешь, я убью тебя! — заорал он. — Прекрати скулить, щенок!  

Джерри дрожащими руками взял ключ и, как в кошмарном сне, пошел за Эндре. Он повернул ключ, когда Эндре вошел в комнату. Сел возле двери, обняв колени руками и уставился в одну точку. В глазах застыли слезы. Он склонил голову и прошептал:  

— Эндре, я люблю тебя...  

С отсутствующим взглядом Джерри водил рукой по двери. Так он просидел до самого утра.  

 

 

— Эндре? — осторожно позвал мальчик. Никто не ответил. Джерри повернул ключ в двери и заглянул в комнату. Кузен сидел на коленях, уткнув лицо в подушку. На руках запеклась кровь.  

— О Господи, любимый мой... — проговорил Джерри и побежал в комнату. Руки кузена были изрезаны ножом от запястья до локтя.  

— Эндре!  

Он слабо шевельнулся и поднял голову. Под глазами виднелись круги.  

— Зачем, Эндре!  

— Думаешь тебя от меня спасла бы закрытая дверь? Я могу открывать двери, какие бы замки на них не висели... Они, те, кто говорят со мной, требовали от меня крови. Кроме тебя, в доме никого не было. Пришлось дать им свою кровь... Я в душ.  

— Что тебе приготовить? — дрожащим голосом спросил Джерри.  

— Крепкий кофе. Больше ничего.  

Эндре вышел из душа, взял кофе и закурил сигару. Он молчал.  

— Послушай, Джерри, — наконец произнес он, — тебе лучше вернуться домой. Ты сам видел, как это небезопасно. В следующий раз все может окончиться не так хорошо...  

— Нет, нет и нет! — вскричал Джерри. — Это исключено!  

Эндре вздохнул, поставив на стол пустую чашку:  

— Что же делать-то с тобой...  

Снова воцарилось молчание.  

— Прости меня, мышонок, у тебя из-за меня одни неприятности. Я вчера такого тебе наговорил...  

— Не извиняйся, я все понимаю, ты ни в чем не виноват...  

— Ну иди, садись ко мне на колени, — слабо улыбнулся Эндре, — ты же этого так хочешь сейчас.  

В который раз Джерри потупил взгляд, поняв, что его прочли. Он неуверенно подошел к Эндре и тот усадил его к себе на колени. На Эндре был халат из красного бархата. Он стал выглядеть немного бодрее и лучше. Джерри рассматривал порезы на его руках и осторожно целовал их.  

— Любимый мой, тебе, наверное, так больно...  

— Мне больно, когда ты страдаешь из-за меня. Понравилось тебе, что я сделал с тобой вчера? — он потрепал его по волосам. Мальчик залился краской.  

— Знаю, что понравилось.  

— Я очень переживал за тебя, места себе не находил...  

— Знаю, милый, знаю... Давай пока забудем об этом. Пойдем, выспимся нормально, а вечером придумаем что-нибудь интересное.  

— Эндре... — нерешительно сказал Джерри.  

— Целуй уже, раз хочется! — Эндре забавляло читать его. — Раз боишься, я сам поцелую тебя, — он обхватил мальчика за шею и приник к его губам.  

— Это все, что мне надо, — слабо прошептал Джерри.  

— Все ли? Может, еще чего не хватает? Ладно, идем спать.  

Они залезли под одеяло и обнялись. Джерри прижался щекой к щеке кузена. Он был счастлив.  

 

 

 

 

6  

 

Весь вечер Эндре и Джерри провели вместе. Они смотрели на ночной город и гуляли в парке. Каждый старался забыть о неприятном наваждении и делать вид, будто ничего не произошло. У двери поджидал человек. Молодой, высокий, не уступающий Эндре в красоте. Джерри с ног до головы обсмотрел его и неприятно поморщился.  

— Здравствуй, Эндре!  

— Здравствуй, здравствуй, Стэн, ты прилетел в столь поздний час?  

— Ты пропал совсем. Бросил фирму. Мы все переживали за тебя...  

— Ну, заходи, раз пришел, — Эндре распахнул дверь.  

— А это кто? — пренебрежительно посмотрел гость на мальчика.  

— Джерри, мой кузен. А это Стэнли, мой заместитель на фирме.  

— Понятно, — каким-то странным тоном проговорил Стэн. — Мне хотелось бы поговорить о делах на фирме с глазу на глаз.  

— Хорошо, подожди в гостевой. Иди, малыш, я скоро буду, — шепнул он Джерри.  

Стэн недовольно уселся в кресло.  

Эндре скинул пальто и сел напротив.  

— Ну, я слушаю.  

— Как это называется?! — начал Стэнли. — Ты вот так уехал и бросил все! Меня, фирму...  

— И что? — спросил Эндре, спокойно скрестив руки на груди.  

— И что?? — взбесился Стэнли. — Я с ума сходил, перебирая в уме возможные варианты твоего местонахождения.  

— Какая забота!  

— Не надо сарказма! Я тут с ума схожу, а ты Бог знает где шляешься с несовершеннолетним молокососом.  

— И что? — теряя терпение, снова спросил Эндре.  

Джерри не мог найти покоя, он встал под дверью, чтобы слушать.  

— Да ты с ума сошел!  

— Тебе-то что? — спросил Эндре.  

— А то, что я люблю тебя! Или ты забыл все, что между нами было?  

"Между ними что-то было, я так и знал! Он любит его! " — Джерри отчаянно хлопнул кулаком по стене.  

— Я тебе сейчас напомню...  

Стенли прикоснулся к губам Эндре. Джерри распахнул дверь.  

— Понятно! — вскричал он. — Вот почему ты просил меня уехать. Ты ждал любовника! Да, мне действительно лучше уехать! — он наспех оделся и выбежал из дома.  

— Джерри! — крикнул Эндре.  

— Прекрати позориться, бегая за никчемным мальчишкой! — орал Стэн.  

— Да ты в подметки ему не годишься! Выметайся из моего дома!  

— Что??  

Эндре на ходу надел пальто и побежал следом. "Ночь. Он не знает города! "  

Джерри стоял на мосту и смотрел вниз, на черную воду. Горели огни большого города. Слезы застилали глаза. Зачем теперь жить? Он всхлипнул. Перед глазами стояло лицо Стенли, его упреки. Джерри почувствовал себя ненужным, брошенным. "Зачем ему я, когда у него такой красивый любовник! Я лишь игрушка на пару вечеров. Прыгну с моста и дело с концом! " Он пытался перелезть через перила, но чья-то рука мертвой хваткой схватила его, затащив обратно.  

— Что ты творишь?!  

Джерри сел на мосту прямо на колени:  

— Уходи, я не хочу тебя видеть!  

Эндре тоже сел на колени напротив него. Джерри опустил голову, челка закрыла лицо.  

— Ты маленький дурачок!  

— Прекрати! Я все видел, как вы целовались.  

— Это он пытался поцеловать меня, но я не ответил. Разве ты не слышал, как я отшил его, из дома выгнал?  

— Зачем ты лжешь? — проговорил Джерри.  

— Если бы он, а не ты был мне важен, разве я не остался бы сейчас с ним? Но я сижу тут, с тобой!  

— Можешь не сидеть, я не прошу...  

— Неужели ты не видишь, как много значишь для меня? Если тебе не нравится, как я перед тобой тут распинаюсь, то я могу уйти, а ты — делай, что хочешь.  

Джерри поднял на него глаза:  

— Не уходи. Я просто люблю тебя...  

Он обнял Эндре. Они сидели так, обнявшись, на мосту, на коленях друг перед другом.  

— Пойдем домой, мышонок, ты простудишься, — наконец сказал Эндре.  

— Его не будет там?!  

— Не будет, никогда больше не будет.  

Эндре помог ему подняться, они зашагали по мосту. Кузен обнял мальчика за плечи. Светили огни большого города.  

 

 

 

— Ты совсем замерз, — сказал Эндре. — Я наберу тебе горячую ванну.  

— Спасибо...  

— Можешь не стесняться называть меня любимым, если хочешь. Я же твой любимый.  

— Не читай... — Джерри вошел в ванную. Через некоторое время туда вошел и Эндре. Он был обнажен.  

— Эндре, ты смущаешь меня...  

— Чего тебе смущаться? Ты весь мой... Я хочу тебя прямо в ванной...  

— Эндре...  

Кузен залез в ванну и взял его лицо в свои руки:  

— Ну, скажи, что любишь меня...  

— Люблю тебя...  

Горячие губы Эндре целовали его с неистовой жаждой.  

— Сейчас я сделаю с тобой все, что захочу... — он развернул его спиной. — Да... вот так...  

Джерри снова закусил губу. Такой боли и такого удовольствия он еще не получал. Насладившись кузеном до конца и, наконец, обессилев, Эндре принес множество больших круглых свечей и расставил их в ванной, погасив свет. Они лежали в тёплой воде. Джерри лежал на Эндре, в его объятиях, кузен обнимал его и поглаживал по спине, теплая вода успокаивала. Джерри прикрыл глаза.  

— Я еще никогда не был так счастлив, как сейчас. До тебя я и не жил...  

Эндре поцеловал его за ухом. Джерри нашел руку кузена под водой и сжал.  

— Если ты покинешь меня...  

— Ну почему я должен покидать тебя, если мне хорошо с тобой? Ты не чувствуешь, что я люблю тебя?  

— Я не могу поверить, что ты мог полюбить такого, как я. Стэнли красивый, успешный, я и рядом с ним не стою... За что ты полюбил меня?  

— Мышонок, если бы мы знали, за что любим, была бы это любовь?  

— Стэнли был твоим любовником?  

— Да.  

— Я так и знал! Ты любил его?  

— Это он любил меня, а я иногда позволял себя любить.  

— Почему?  

— Не знаю. Это была просто постель.  

— Я ревную тебя к нему, как ненормальный! — вскричал Джерри.  

— Зачем? Ведь теперь я только твой. Успокойся, — прошептал Эндре ему на ухо, нежно поглаживая по плечу. Джерри закрыл глаза и начал успокаиваться.  

— Хочу всегда быть с тобой, — прошептал он. — Любить тебя до конца...  

 

7  

 

Джерри пошел в школу, а Эндре занимался делами фирмы в Лондоне. После того, как он исчез, как ни странно, дела фирмы не пришли в упадок. Эндре знал, кто помогал ему, что это были за силы. Он не боялся, что фирме навредит обозленный Стэнли. Стэнли был просто бессилен перед высшими силами, покровительствующими Эндре. Последний мог быть спокоен. Ему казалось, что он до своих последних дней будет также молодо выглядеть, как сейчас.  

Хлопнула дверь. Это Джерри вернулся из школы.  

— Здравствуй, Эндре, я соскучился!  

— Мог бы добавить, "любимый", все равно я читаю тебя, — сказал Эндре, не отрываясь от компьютера. Он затушил сигару в пепельнице.  

— Раз читаешь, смысл мне говорить это?  

— Услышать это вслух было бы куда приятнее. Как дела в школе?  

— Я ни о чем другом не могу думать, как только о тебе. Я думаю о тебе каждую минуту. Что ты делаешь целый день без меня? А вдруг тебе понравится кто-то другой? Все эти мысли не дают ни на чем сосредоточиться...  

— Подойди, — сказал Эндре.  

Джерри неуверенно подошел. Эндре обнял его за талию.  

— Смотри, — сказал он, показывая на монитор. — Вот, что я делаю весь день. Видишь эти таблицы? Я занимаюсь делами фирмы. Один раз я выходил из дома, чтобы съездить в магазин, купить тебе вещи, какие ты хочешь (я знаю обо всем, что ты хочешь). Еще я купил тебе сноуборд. Ты ведь давно хотел его, но родители бы никогда не позволили кататься на нем...  

Сердце Джерри замерло.  

— Прости меня, — прошептал он, — что я сомневался в тебе. Просто я ревную тебя к каждому столбу...  

Эндре усадил его к себе на колени.  

— Разве ты не видшь, что мне никто, кроме тебя, не нужен? Так какой смысл терзать себя ревностью? Тебе надо хорошо учиться. Ты ведь раньше хорошо учился? Я не хочу дурно влиять на тебя.  

— Я буду учиться... — проговорил Джерри, ради тебя, — он склонил голову ему на плечо. Эндре погладил его по щеке и начал целовать в губы. Мальчик обнял его за голову. Он ждал этой минуты весь день, возненавидев нудные уроки. Эндре оторвался от поцелуя и серьезно посмотрел на него:  

— Джерри, ты уверен, что любишь меня?  

— Зачем ты такое спрашиваешь! Да я живу тобой, мне кажется, что я это не я, что я без остатка в тебе растворился...  

Эндре стал грустным:  

— Ты прав, ты — это не ты... Это власть демонов, которые потакают мне во всем, исполняя все мои прихоти, не ты любишь меня, это сверхъестественная сила... Если я потеряю ее, ты, настоящий, меня возненавидишь...  

— Может быть, вначале это и была сверхъестественная сила, но, узнав тебя, я, настоящий, полюбил тебя как человека, как парня, как целый мир... Есть сила или нет, я буду любить тебя!  

Джерри был такой серьезный, с таким трепетом произносил каждое слово, когда говорил это. Эндре задумался:  

— Как бы мне хотелось в это поверить... Идем, ты еще ничего не ел. Ужин почти готов.  

Эндре поставил приборы на стол.  

— Можно, я буду сидеть у тебя на коленях? – тихо спросил Джерри.  

— Садись уже, ты прямо ко мне прилип.  

— Ни на минуту не хочу оставлять тебя.  

—Тогда я буду кормить тебя с ложки, — сказал Эндре.  

— Я не маленький! — возмутился Джерри.  

— Еще какой маленький, и ведешь себя, как ребенок.  

— Я уже не ребенок! (Кроме того, ты сделал меня мужчиной). Но, если ты будешь кормить меня с ложки, я буду вдвойне счастлив.  

— Вот и договорились.  

Джерри покрепче обнял Эндре за плечи, потому что постоянно съезжал с его колен.  

— А потом ты пойдешь делать уроки. И вымоешь посуду. Если хочешь, мы можем нанять прислугу, кстати.  

— Нет! — сказал мальчик. — Я сам все вымою! Не нужны посторонние люди в доме.  

— Ты будешь ревновать меня даже к прислуге? — улыбнулся Эндре.  

— Прислуга — те же люди и, бывает, Бог награждает их очень смазливой внешностью.  

Эндре взял его за руку и поднес к своим губам:  

— Ты веришь, что я люблю тебя?  

— Ты все для меня делаешь, я благодарен тебе, никогда не хочу разлучаться с тобой.  

— Веришь или нет? — Эндре сжал его руку.  

— Да, — проговорил мальчик.  

Они пошли в комнату. Эндре разлегся на диване, Джерри положил голову ему на живот. В одной руке он держал учебник, в другую руку Эндре. Последний читал газету.  

— Эндре?  

— Что?  

— Скажи, что любишь меня.  

— Я люблю тебя.  

— Хочу, чтобы ты постоянно говорил это мне. Тогда я чувствую себя спокойнее, — сказал Джерри.  

— Уроки уже учи. Но ты же постоянно думаешь о том, чтобы мы поскорее пошли спать и я сделал бы с тобою кое-что интересное, — с ехидной улыбкой проговорил Эндре. Джерри смутился.  

— Вовсе я об этом не думаю!  

— Кому ты об этом рассказываешь! Не выучишь урок, будешь спать в другой постели.  

— Что?! — Джерри упал сверху на Эндре и стукнул его подушкой.  

— В первый раз ты сверху, — посмеялся Эндре. Джерри лег на него, положив голову ему на грудь и обнял обеими руками.  

— Эндре, я слышу, как бьется твое сердце... Как хорошо слушать его биение... мне так спокойно...  

Кузен гладил его по волосам и вскоре мальчик уснул. Эндре не стал вставать, чтобы не беспокоить его. Он задумался о том, что этот маленький мальчик стал для него всем и теперь он не представлял жизни без него. Как хорошо, что Джерри заснул у него на руках. Он так любит его! Эндре покрепче прижал мальчика к себе и сам погрузился в сон.  

Среди ночи Эндре что-то услышал. Будто ветер свистел в ушах и что-то билось в окно, хотя в комнате было тихо. В голове парня зазвучал четкий голос:  

— Мальчишка не любит тебя. Убей его! Это всего лишь магия, когда он очнется, то с отвращением бросит тебя. Убей его!  

— Убей мальчишку! — начал вторить другой голос. — Все знают, что это магия и он никогда не полюбит тебя!  

Голосов стало больше. Десятки, сотни, тысячи! Они разрывали мозг и все твердили одно и то же:  

— Убей! Убей! Убей мальчишку, он тебя не любит!  

Эндре схватился за голову. Казалось, она сейчас разлетится на кусочки. Он встал, взяв Джерри на руки. Мальчик проснулся.  

— Эндре, куда ты несешь меня?  

— Я должен тебя убить, прости.  

— Что за нелепые шутки?  

— Шутки? Это не шутки? — Эндре бросил его на пол, как куклу. Его взгляд был ледяной, холодный, жестокий. Джерри забился в угол.  

— Нож или пистолет? Нож или пистолет? — заорал кузен.  

— Эндре, не надо... Я же люблю тебя...  

Он еще больше разозлился:  

— Не лги! Это все магия! Может быть, утопить тебя в ванной?  

— Эндре, это не могия... я люблю тебя... и ты меня любишь...  

Парень презрительно усмехнулся:  

— Твоя ложь тебя не спсет. Прости, но я должен тебя убить. Мне было хорошо с тобой, но теперь ты должен умереть! — он схватил Джерри за горло и начал душить. Джерри понял, что бесы снова завладели его душой. Он закрыл глаза и стал молиться, призывая на помощь все небесные силы. Эндре ослабил хватку.  

— Не поддавайся им, — прошептал Джерри, — подави их силой воли...  

Обезумевший Эндре снова вцепился в его шею. Джерри продолжал отчаянно молиться про себя. Кузен отпустил его, взялся за голову, закричал и выбежал из комнаты.  

 

 

 

 

8  

 

Джерри сидел за столом и читал учебник. На его шею был повязан шарф, чтобы никто не заметил синяков от рук кузена. Вошел Эндре.  

— Джерри... — начал он. — Я принял решение. Ты, как можно скорее вернешься домой. Сейчас же я закажу билет на самолет.  

Джерри посмотрел на него:  

— Нет.  

— Дело даже не в том, что произошло ночью, — снова начал Эндре. — Просто... я устал морочить тебе голову. Ты не нужен мне, у меня есть другой человек... Тобой я только поигрался, ты для меня всего лишь мальчишка.  

Джерри вскочил из-за стола:  

— Ложь! — он схватил вазу и с грохотом разбил об пол. — Наглая ложь!  

— Ты так уверен? Мы не пара, Джерри. Мне было хорошо с тобой, но всему приходит конец. На самом деле я люблю Стэнли. Помнишь, я знакомил тебя с ним?  

— Что?! Что... — Джерри смотрел в одну точку. — Да если это правда, то лучше задуши меня!  

— Это правда, Джерри...  

Джерри забился в угол и, обхватив руками колени, начал рыдать.  

— Тогда убей, убей меня, убей!  

— Боже мой, какая же я мразь... — проговорил Эндре. — Я просто скотина.  

Он бросился к мальчику и начал целовать его руки.  

— Я не могу видеть, как ты страдаешь, какую сильную боль я причиняю тебе... Конечно, я люблю только тебя, живу тобой, но мы не можем быть вместе... Это исключено. Я больше не могу подвергать твою жизнь опасности. Сегодня ночью я чуть не убил тебя. Я мог убить тебя, представляешь! Так больше продолжаться не может, ты едешь домой. Я не хочу своими руками убить любимого человека...  

— Ты убьешь меня, если прогонишь, — сквозь слезы проговорил Джерри. — Я не выживу без тебя!  

— Будет трудно, но ты привыкнешь. Я буду писать тебе, звонить... Твоя шея вся синяя от моих рук, я больше не могу этого выносить, — проговорил Эндре.  

— Мы справимся. Я молился, сильно молился про себя, и ты отпустил. Ты отпустил!  

— Сейчас мне пришлось бы оплакивать твой труп? Ты — самое ценное, что у меня есть и я не хочу стать твоим убийцей, рисковать твоей жизнью. Поэтому ты уедешь. Все. Это не оговаривается.  

Глаза Джерри широко раскрылись: в них стояли слезы, обида и боль. Эндре отвернулся. Он не мог выносить этого взгляда. Он чувствовал себя предателем.  

Джерри встал, вытер слезы и молча вышел. Он натянул шапку, пальто и ботинки.  

— Куда ты собрался? — спросил Эндре.  

— Не твое дело. Я не взял ничего из того, что ты купил мне.  

— Куда ты идешь, ночь на дворе!  

— Это тебя не касается. И не смей меня удерживать. Ты отказался от меня и теперь не имеешь на меня никаких прав. Видно, ты никогда меня не любил и все это были пустые слова. Не удивлюсь, если у тебя отношения с этим Стэнли, — он вышел, громко хлопнув дверью. Эндре начал нервничать. Куда он пойдет один, ночью, в этом большом, чужом городе?..  

 

Джерри шел по ночному городу, кутаясь в шарф. Было столько мыслей в голове, но все они куда-то исчезли. Было пусто. Холодно. Одиноко.  

— Эй, девчонка! — послышался сзади пьяный голос. — Постой, красотка!  

Джерри не обернулся. Кто-то схватил его за плечо и швырнул об стену.  

— Да это пацан!  

— Так и что? Он так похож на девчонку, что я и от пацана не откажусь! Эмо какое-то, — пьяные заржали. Один из них повернул Джерри лицом к стене.  

— Эй, ты! — послышался сзади голос Эндре. — Вы оба сейчас будете трупами, плавающими в Темзе!  

Пьяницы пустились бежать, вмиг протрезвев. Эндре прижал Джерри к стене.  

— Только я имею право делать с тобой это, — прошептал он.  

— Убери лапы! Ты не имеешь никаких прав на меня. И хватит об этом.  

— Хватит дурачиться, идем домой, здесь небезопасно.  

— Никуда я с тобой не пойду! — сказал Джерри.  

— Пойдешь! — Эндре схватил его за руку и потащил насильно.  

— Я буду кричать. Помогите! На помощь! Этот человек совращает несовершеннолетних!  

Эндре закрыл ему рот вначале ладонью, а потом поцелуем.  

— Да, совращает. И ему нравится это. Я люблю тебя...  

— Толку от твоей любви. Путые слова. Ты готов навсегда отказаться от меня, вот и вся твоя любовь...  

— Джерри... Упрямый мальчишка, как еще объяснить тебе...  

— Не надо тут ничего объяснять...  

— Ну пошли домой...  

— Тут у меня нет дома. Но скоро я вернусь в свой родной дом. Навсегда...  

— Джерри, — Эндре обнял его, но мальчик оставался холоден.  

— Трус! — с обидой посмотрел на него Джерри. — Если бы ты действительно хотел быть со мной, ты бы все преодолел, но ты сдаешься... — он пошел вперед. Эндре остановил его, схватив за руку:  

— Мы идем домой и точка!  

— Сейчас я буду кричать, что ты насилуешь несовершеннолетних!  

— Кричи! — усмехнулся Эндре. — Твой крик будет мышиным писком, его никто не услышит. Потому, что я так хочу! Мы немедленно едем домой, ловим такси!  

Джерри знал, что кричать бесполезно. Эндре обворожит кого угодно и люди останутся глухими. Он мрачно сидел на заднем сидении такси.  

Эндре тащил его к дому. Джерри молча освободился от его руки. На столе лежал билет на самолет. Увидев его, Джерри отвернулся к стене, чтобы кузен не видел, как слезы градом катятся по его лицу.  

— Джерри!  

— Что? — тихо спросил мальчик, вытирая слезы. Эндре взял билет и разорвал его на мелкие клочки.  

— Ты никуда не поедешь. Я никуда тебя не отпущу.  

— Не поеду? — все еще не веря, спросил Джерри. Он бросился кузену на шею.  

— Я понял, что никуда не смогу отпустить тебя. Знаешь, я купил газовый баллончик. Он всегда будет стоять под кроватью. Если я снова буду не в себе, ты воспользуешься им и сможешь убежать.  

— Гений.  

— А теперь я потащу тебя в спальню, даже, если ты будешь сопротивляться. Это еще больше будет возбуждать меня.  

— Извращенец.  

В полумраке спальни с огромной кроватью, освещаемой лишь слабым светом ночника, Эндре поспешно снимал одежду с Джерри. Он повалил его на кровать, стаскивал с себя футболку.  

— Я просто не могу тебя потерять, — прошептал Эндре. — Потому, что очень сильно люблю... Ты нужен мне. Я никуда тебя не отпущу. Ты — мой.  

Джерри глубоко вздохнул и закрыл глаза. Эндре пригвоздил руки мальчика к постели мертвой хваткой и медленно целовал его грудь, опускаясь все ниже и ниже.  

— Эндре... — прошептал Джерри. — Я так люблю тебя... — его тело светилось при свете луны, как слоновая кость. На нем разметавшиеся волосы Эндре казались еще чернее. Его объятия и поцелуи были такими страстными и жаркими, что иногда Джерри казалось, что он задыхается. Они были единым целым. У них было одно на двоих дыхание. Наконец, устав, Эндре погрузился в сон, а Джерри не спалось. Он не мог отойти от стресса, от мысли, что мог навсегда потерять Эндре, никогда его больше не увидеть. Мальчик подошел к окну, посмотрел на огни большого города. Он сел на краешек кровати, разглядывая Эндре, освещенного лунным светом. Джерри смотрел на его обнаженное тело, смущаясь. Почему мне всегда мало его? Почему мне хочется быть с ним, дышать с ним в такт? Раствориться в нем, быть каждой его частичкой?  

Джерри подумал, что они не смогут быть счастливы, пока с Эндре творится такое... Мальчик встал на колени и, посмотрев на бледный мерцающий лунный свет, прошептал:  

— Господи, пусть я не стал священником и не смог посвятить жизнь служению тебе, но я умоляю тебя, помоги этой несчастной душе! Пусть я грешен и делю свою кровать с мужчиной... Но в чем я грешен? В том, что люблю? Ведь душа не имеет пола и разве наша вина в том, что мы любим кого-то? Я грешен лишь в том, что я люблю... И на все готов ради этого человека. Разве искренняя любовь, готовая на любые жертвы, есть грех? Тогда я самый великий грешник! Но, не смотря на это... Господи, умоляю тебя, спаси этого человека! Он очень много страдал и заслуживает покоя и умиротворения. И, если на то твоя воля, я готов принести свою самую большую жертву — навсегда отказаться от него, если ты избавишь его от влияния темных сил... И пусть мое сердце разорвется от боли вдали от него, но я буду счастлив от мысли, что с ним все будет хорошо...  

Так шептал Джерри, смиренно сложив руки перед собой, пока его не сморил сон.  

 

 

 

 

9  

 

Эндре и Джерри гуляли по городу, шлялись по магазинам и покупали все, что нравится.  

— Я знаю, чего ты хочешь, — сказал Эндре. — Я все прочел в твоей голове...  

Вдруг, к ним подбежал мальчик, ему едва ли исполнилось восемнадцать. Мальчик был сильно взволнован.  

— Мистер Эндре, — едва ли не заикаясь, проговорил он, — наконец-то я нашел вас! Я давно слежу за вами и знаю, где вы живете...  

Джерри недовольно сдвинул брови.  

— Просто я уже несколько лет ваш фанат и... можно автограф?  

Он трясущимися руками подал листок и ручку.  

Эндре взглянул на мальчика и взял листок.  

— Чарли, меня зовут Чарли... — тараторил он. Эндре расписался и подал листок.  

— Большое спасибо, — пробубнил мальчик. Эндре и Джерри пошли дальше. Джерри обернулся. Мальчик стоял и, как завороженный, смотрел им вслед. Они были уже далеко, а он все стоял и смотрел.  

— Что это?! — гневно спросил Джерри.  

— Что? — спокойно сказал Эндре.  

— Что это было, говорю!  

— Можешь успокоиться, — сказал Эндре, — я вижу его в первый раз.  

— Тогда что значит "я уже несколько лет ваш фанат?!"  

Эндре вздохнул:  

— Раньше я пел в рок группе и выступал в рок-клубах.  

— Что?! Ты?!  

— Я...  

— Ты, наверное, шутишь! Почему же ты мне никогда об этом не рассказывал?  

— Не знаю... Да ты никогда и не спрашивал... — ответил Эндре.  

— Имей ввиду, если он еще раз приблизится к тебе, я за себя не ручаюсь!  

— Ты такой смешной, когда ревнуешь и такой забавный, — Эндре рассмеялся.  

— Да ты звезда, надо же! Этот пацан запал на тебя, он смотрел так, будто ты был Богом! — нервно сказал Джерри.  

— Может быть, я и есть Бог. Твой Бог.  

— Мне не до шуток, Эндре! Серьезно, я ревную!  

— Иди сюда! — Эндре обнял его за плечи.  

— Зачем ревновать, когда я только твой.  

— Стой! — Джерри потянул его за шарф и наклонил к себе, а потом приникнул к его губам.  

Эндре слегка отстранил его:  

— Что ты делаешь, дурачок? Хочешь, чтобы меня забрали за растление несовершеннолетних?  

— Мне плевать! Пусть все видят, что мы вместе и завидуют мне! Кроме того, зная, какой силой ты обладаешь, вряд ли стоит чего-то бояться.  

Они сели в парке на лавочку. Листья с деревьев уже почти облетели, стоял ноябрь. На ветку присели птицы.  

На Эндре было черное пальто, длинная прядь волос упала на глаза. Джерри тоже был одет в пальто и черную шапку с торчащими ушками, из под которой выбивались светлые волосы выше плеч. Эндре закурил сигару. Где-то начала каркать ворона.  

— И что такого, если я хочу обнять тебя! – возмущенно сказал Джерри. — Пусть смотрят все!  

— Мальчишка! — сказал Эндре, выпуская дым колечками изо рта. Дым источал сладковатый аромат.  

— Мне сказали, что я похож на девчонку. Это правда?  

— Да. Но то, что у тебя пониже пояса, совсем не как у девчонки, — ответил Эндре. Джерри покраснел:  

— Вот возьму и поцелую тебя.  

Он обернулся. Недалеко от них стоял Чарли и наблюдал. Джерри снова залился краской. На этот раз гнева.  

— Сейчас я приду, — небрежно сказал он. Джерри направился к Чарли.  

— Какого черта ты следишь за нами?! — с раздражением спросил он.  

— А что? — в таком же тоне ответил Чарли.  

— И дураку понятно, что ты втюрился в Эндре, глаз с него не сводишь!  

— Да, — спокойно ответил Чарли, — уже давно.  

Его спокойный тон взбесил Джерри еще больше:  

— И думать забудь! Эндре только мой, так что проваливай!  

— С чего ты взял, что имеешь право решать за других людей? — спросил Чарли.  

— Эндре любит только меня!  

Чарли высокомерно посмотрел на Джерри и усмехнулся:  

— Сопляк! Тебе хоть четырнадцать есть? Сейчас я пойду и признаюсь мистеру Эндре, пусть он сам решит.  

— Что?! — глаза Джерри налились кровью, как у быка. — Только посмей приблизиться к нему и я тебя убью!  

Чарли снова победоносно усмехнулся:  

— Видимо, ты не настолько уверен, что мистер Эндре принадлежит тебе, раз так боишься.  

Чарли направился к лавочке. Джерри дернул его за рукав, но парень отмахнулся от него, как от мухи. Однако, на лавочке уже никого не было.  

— Вот видишь, — засмеялся Чарли, — мистер Эндре сбежал от тебя, потому что ему на тебя наплевать! И я добьюсь его любви!  

Он развернулся и ушел, игнорируя оскорбления и проклятия вслед. Слова Чарли острыми занозами впились в душу Джерри: "Ему на тебя наплевать... Я добьюсь его любви"...  

Где же Эндре? В мрачном настроении Джерри шел по парку. Неожиданно его схватили руки, высунувшиеся из-за дерева и пригвоздили к стволу.  

— Ревнивец!  

— Эндре, почему ты ушел? Бросил меня...  

— Если бы я бросил тебя, ты бы не стоял сейчас со мной. Мне только не хватало ваших сцен!  

— Он сказал, что добьется твоей любви...  

— Это невозможно, мышонок, потому, что мое сердце занято только тобой, и не для кого другого в нем больше не осталось места, — Эндре плотнее прижал Джерри к дереву и, склонившись к нему, начал целовать. Шапка упала в груду опавших листьев, светлые волосы растрепались, падая на лицо мальчика. Ветер развевал пряди его волос.  

— Простите, — сказал Эндре, подавая ему шапку. Схватив шапку в руку, Джерри обнял кузена за шею и начал целовать его в ответ.  

"Как он любит меня, как стремится ко мне", — подумал Эндре и сердце его дрогнуло. Он обнял мальчика и прижал к себе.  

— Джерри, я люблю тебя...  

— Повтори, повтори еще...  

Сколько времени они так стояли? На улице зажглись фонари.  

— Пойдем, — сказал Эндре, беря его за руку, — дома нас ждет ужин и большая кровать.  

 

 

10  

 

     Джерри уже несколько раз читал один и тот же абзац в учебнике. На ум ничего не шло. Эндре в соседней комнате сидел за компьютером.  

Раздался звук мобильного, валяющегося на диване. Это пришло сообщение. Мобильный Эндре...  

     Джерри нервно взял телефон.  

     "Мистер Эндре. Это Чарли... я подходил к вам на улице, помните? Хотел признаться вам, что давно вас люблю. Вы — мой кумир. Я очень, очень люблю вас"...  

Глаза Джерри округлились.  

     — Ублюдок, — прошипел он.  

     Вошел Эндре:  

     — Что ты там читаешь уже, в моем телефоне?  

     — Ничего, — Джерри спрятал руку, в которой сжал телефон, за спину.  

     — Дай сюда!  

     — Нет.  

     — Вы посмотрите на него, — сказал Эндре, — я не имею права взять свой собственный телефон! Ну-ка, давай сюда, — Эндре повалил его на диван и силой отнял мобильный.  

     — Эндре, не читай этого, прошу тебя!  

     Кузен усмехнулся:  

     — Зачем мне что-то читать, если я и так знаю, что это признание от Чарли.  

     — Ты и смс не глядя читаешь?  

     — Я прочел текст смс в твоей голове. Кто бы еще знал твою душу, как раскрытую книгу! Я знаю все твои переживания, знаю, как ты боишься меня потерять...  

     Джерри поник:  

     — От тебя бесполезно что-то скрывать, ты знаешь все...  

     — Можешь попытаться закрыться от меня. Поставь мысленно зеркало перед собой и я не смогу читать твои мысли, видя лишь отражение. Да прекрати ты уже ревновать-то! Ты со мной каждую минуту, какие тут могут быть сомнения?  

     — Я бываю в школе...  

     Стук в дверь.  

     — Я открою! — выбежал Джерри.  

     — Доставка цветов для мистера Эндре!  

     — Мистера Эндре нет дома, отправьте букет обратно!  

     "Он домогается его. Что же делать? Что же делать? "  

     — Кто там?  

     — Будто не знаешь?  

     — Вдруг ты зеркало поставил.  

     — Эндре, он домогается тебя!  

     — Не хочу больше ничего слышать об этих глупостях, — ответил кузен. — Ты со мной. И все тут!  

     Эндре сидел в белой рубашке, поверх которой был надет черный жилет с расстегнутыми пуговицами. Волосы были собраны на затылке. Джерри разглядывал его, и острые стрелы ревности вонзались в душу.  

    — Что бы ты сказал, если бы я подарил тебе букет цветов? — спросил Джерри.  

    — С таким же успехом я сам себе могу его подарить. Ведь ты живешь полностью за мой счет.  

    — Да, я всего лишь мальчишка, мне нужно устроиться на работу...  

    — Тебе не нужно работать, я всем обеспечу тебя. Твоя задача — окончить школу и поступить в университет. Что же касается цветов... Ты даришь мне то, что гораздо важнее их. Ты даришь мне цветы своей души... — Эндре уложил его к себе на колени.  

    — Ты любил раньше кого-нибудь? — спросил Джерри, лежа у него на коленях.  

    — Думаю, нет. Так, как тебя, нет. Сейчас думаю то, что было раньше, просто ничто.  

    — Значит я тот самый, единственный? — снова спросил Джерри.  

    — Выходит, что так.  

    Джерри закрыл глаза, вцепившись в его руку.  

— Хочу чувствовать тебя рядом, твое тепло...  

    — Завтра выходной. Как бы ты хотел провести его? — спросил Эндре.  

    — С тобой...  

    — Идем в постель?  

    — Да, — обессиленно проговорил Джерри. Эндре подхватил его на руки и понес в спальню. Они целовались, лежа на кровати, долго и медленно, пока не запищал телефон. Джерри выхватил трубку.  

    — Мистер Эндре, это Чарли. Я люблю вас...  

    — Пошел к черту! — крикнул Джерри в трубку. Он со злостью отключил телефон. — Какая чудовищная наглость!  

    — Этот мальчик оторвал нас от самого приятного занятия за весь день, — сказал Эндре, — расслабься. Он больше не потревожит. Я хочу тебя, — шепнул он совсем нежно на ухо и провел пальцем по губам Джерри.  

 

 

 

 

     Джерри проснулся. Эндре рядом не было. С балкона потянуло дымом от сигары и запахом кофе. Эндре любил кофе и сигары. Джерри завернулся в плед и вышел на балкон. Эндре курил и смотрел в окно, на башенки лондонских домов. Город окутал туман, в окно барабанил мелкий дождь. Обычная лондонская погода. Было утро. Густые волосы Эндре отросли почти до плеч. Как хотелось окунуться в них, полной грудью вдохнуть запах мускуса.  

     — Твой чай с саусепом готов, — не поворачивая головы, сказал Эндре.  

     — Спасибо...  

     — "Спасибо, любимый", — поправил Эндре, — я же твой любимый, верно? — он повернулся к Джерри и потрепал его по щеке. Джерри опустил глаза.  

     — А ты и вправду похож на девчонку. Джерри-девчонка!  

     — Прекрати! Ты сам говорил, что у меня есть кое-что, что отличает меня от девчонки...  

     — Когда ты уже воспользуешься этим кое-чем со мной? — с усмешкой спросил Эндре.  

     — А ты... хотел бы? — запинаясь, спросил Джерри и покраснел.  

     — Забавно было бы посмотреть, как меня сделает в постели пятнадцатилетний мальчишка, едва достающий мне до плеча. Это было бы очень забавно. Но ты такой трусишка, что вряд ли осмелишься сделать это.  

     — Вот посмотришь, — сказал Джерри.  

     — Ну так, вперед, чего же ты ждешь?  

     — Как-нибудь...  

     Эндре обнял его за спину. Они оба смотрели в окно.  

     — Ну, как наберешься духу, знай, что я не против, — игриво прошептал Эндре. Джерри посмотрел на свое отражение в оконном стекле. Он был с головой укутан пледом и походил на хорошенькую куклу.  

     — Ты похож на куклу, — сказал Эндре.  

     — Иди ты...  

     Город растворялся в тумане. Джерри взял чашку с чаем. Тепло согревало руки.  

     — Эндре... Как хорошо встречать утро с тобой...  

     — Не стой на полу босиком, простудишься. Я принесу тебе тапочки.  

Джерри продолжал мечтательно смотреть в окно. Эндре долго не возвращался и мальчик решил спуститься вниз. Он увидел Чарли.  

     — Какого черта ты здесь делаешь!  

     — Я не с тобой разговариваю, — бросил Чарли. Он не сводил глаз с Эндре. Глаза его горели.  

     — Прилипала! — вскричал Джерри.  

     — Это ты прилипала! — ответил Чарли. — Прилип к мистеру Эндре и не отходишь ни на шаг!  

     — Прекратите! — сказал Эндре, которому это все уже надоело. — Милый мальчик, — сказал он, обращаясь к Чарли, — я ценю и уважаю твои чувства ко мне, но сердце мое уже занято, так что, извини...  

     Эндре обнял кузена. Джерри с победоносной улыбкой посмотрел на Чарли. Тот ответил испепеляющим взглядом.  

     — Он глазами тебя пожирал. Он так просто не сдастся.  

     Эндре пожал плечами.  

     — Сколько раз я говорил тебе, чтобы ты не бегал по дому босыми ногами, простудишься! Надевай тапочки. И... Давай позавтракаем на балконе. Мне так нравится этот туман и этот дождь. И то, что ты рядом. Смотреть в окно, на город, с тобой...  

     — Эндре...  

     Они снова вышли на балкон. Туман немного рассеялся, но дождь не прекращался.  

     — И хватит бродить по дому нагишом в одном пледе.  

     — Помнится, это всегда нравилось тебе, — сказал Джерри.  

     — Ты можешь простудиться.  

     — Ты же согреешь меня?  

     — Это всего лишь повод, чтобы взобраться ко мне на колени? — спросил Эндре.  

     — Да, — Джерри сел к нему на колени и начал целовать. Губы Эндре были с привкусом кофе и сладкой сигары.  

— Когда ты касаешься меня, весь мир уходит из-под ног...  

     Плед полностью упал.  

     — Ты уже не стесняешься своей наготы? — спросил Эндре.  

     — Я всегда стесняюсь тебя, я чувствую себя неловко...  

     — Придется согреть тебя, — кузен обнял его обеими руками и прижал к своему телу.  

     — Не отпускай меня, Эндре, я хочу, чтобы это утро продлилось вечно...  

     — У нас впереди еще ночь, не забывай об этом.  

     Дождь стучал. А они все сидели. Молчали. Слова были уже не нужны. Они понимали друг друга и без слов.  

     — Стенли пишет в интернете, что я педофил и совращаю несовершеннолетних мальчиков, — наконец сказал Эндре.  

     — А ты разве не такой?  

     — Нет, не такой. С тобой это впервые.  

     — Хорошая же теперь слава пойдет о тебе на фирме, — сказал Джерри.  

     — Но он не знает, что я обладаю силой, с которой ему не стоит тягаться... Идем готовить обед...  

     Эндре резал овощи, а Джерри мыл посуду. Неожиданно кузен изменился в лице.  

     — Что случилось?  

     — Ничего, — угрюмо отвечал Эндре, продолжая резать, все агрессивнее стуча ножом по доске. — Черт! Черт! — он схватился за голову.  

     — Эндре...  

     — Уходи! — закричал он. — Немедленно! Выметайся из дома, мать твою! Они хотят, чтобы я убил тебя!  

     Джерри едва успел пригнуться, как над его головой просвистел нож. Мальчик наспех накинул пальто и натянул шапку. Он побрел по улице. Тротуар был мокрый. Моросил дождь. Снова эти мучения... Что же с этим делать? День снова испорчен. Но я люблю его. Он — моя судьба. А утро так романтично началось. Джерри подумал: это чем-то схоже с тем, когда дома буйствуют пьяные родители, а детям вот так приходится уходить из дома и бродить по улице. Он присел на парапет и начал водить по земле палкой, выводя на грязи: "Эндре, я люблю тебя"...  

     — Романтический обед подошел к концу? – ехидно спросил Чарли.  

     — Снова ты? — поднял глаза Джерри. — Уйди, ради Бога, не до тебя...  

     — Что ж ты тут один сидишь, как бедный родственник? — с еще большим ехидством спросил Чарли. — Молчишь? Или у мистера Эндре снова приступ? Все знают, что он сумасшедший.  

     — Эндре не сумасшедший! И не суй свой нос в то, чего не знаешь.  

     — Мне плевать, — ответил Чарли. — Эндре будет моим! Я отобью его у тебя и влюблю в себя!  

     — Размечтался! Проваливай лучше.  

     Чарли ушел.  

     Кто-то обнял Джерри сзади. Это были руки Эндре.  

     — Эндре, милый мой, слава Богу, я так переживаю...  

     — Прости меня, мальчик, — Эндре поцеловал его в лоб. — Я устал калечить тебе психику, ломать жизнь...  

     — Только не начинай снова о моем отъезде, я все равно никуда не уеду. Пойдем.  

     — Куда?  

     — Ты же меня читаешь.  

     — Зеркало поставил?  

     — Да.  

     — Ну, пошли.  

     Джерри привел его к небольшой церкви.  

     — Церковь? — спросил Эндре.  

     — Пойдем, — сказал мальчик. — Это должно как-то закончиться.  

     Они вошли.  

     — Где тут священник? — спросил Джерри.  

     — Я священник, — послышался голос, не выражающий никаких эмоций. — Что вы хотели?  

     — Мой... друг, — начал Джерри, — вернее, брат, одержим бесами...  

     — Целуй крест!  

     Эндре прикоснулся губами к кресту.  

     — Ты не одержим и сам можешь справиться со своей проблемой. И как человек, который занимается мужеложеством с детьми, осмелился войти в храм Господа?  

     — Я, смотрю, вам тоже дано "видеть", — проговорил Эндре. — Не суди, да не судим будешь.  

     — Не мне тебя судить.  

     Эндре пошел прочь из храма. Когда он шел, затухали все свечи и падали к его ногам псалтыри.  

     — Дьявол! — крикнул вслед священник.  

     — Не ругайтесь в храме Господнем, — ответил Эндре, не поворачивая головы.  

 

 

     — Сходили в церковь... — проговорил Эндре.  

     — Мне даже стало жутко, — признался Джерри. — Этот мерзкий священник... Почему людей загоняют в какие-то рамки? Почему я не могу любить тебя? Потому, что я мальчик, или потому, что мне пятнадцать? Если моя душа стремится к тебе. Вся жизнь – условности... Вот это хорошо, а это — плохо. Да что же тут плохого, если я так счастлив с тобой! Милый мой, я сам исцелю тебя, вот увидишь!  

     Эндре посмотрел на него, как на маленького ребенка:  

     — Давай забудем об этом, будто ничего и не было. Пойдем бродить по городу или сходим в кафе? Куда ты хочешь? Нужно отвлечься и устроить праздник.  

     — Да, я хочу праздник!  

     — Знаешь, что сделаем? Возьмем сноуборд и поедем в горы.  

     — Это было бы здорово, Эндре, как я люблю тебя!  

 

 

 

 

                11  

 

     — Сколько здесь снега! — воскликнул Джерри. — Сейчас я поеду на сноуборде!  

     — Смотри, не упади, — сказал Эндре.  

     — У меня ничего не получается...  

     — Получится. Мы сняли весьма привлекательный домик, я хочу поскорее с тобою в нем уединиться.  

     — Извращенец старый! Я буду учиться на сноуборде.  

     — Ну, давай, я подожду.  

     — Ничего не получается, я падаю в снег!  

     — Не с первого раза. Хочешь найму тебе инструктора?  

     — И ты не будешь меня к нему ревновать? — спросил Джерри.  

     — Кому ты нужен, сопляк!  

     — Тебе!  

     — Разве что. Собирайся уже, пока не простудился.  

     Джерри тащил на спине сноуборд.  

     — Как хорошо, что я ушел от родителей, — проговорил он, — я бы сгнил в семинарии. Не было бы никакой жизни.  

     — А со мной она есть? — спросил Эндре.  

     — Без комментариев. И те моменты... Я думаю, мы их все равно преодолеем, — ответил Джерри.  

     — Мне кажется, что ты начинаешь взрослеть.  

     — Значит, я уже не сопливый мальчишка?  

     — Будешь сопливый, если простудишься.  

     

 

  — Какой шикарный домик! Тут есть камин!  

     — Да, сейчас мы затопим его, — сказал Эндре, — и будем пить вино.  

     — Мне нельзя пить вино, я — несовершеннолетний.  

     — Никто не увидит.  

     Эндре разжег камин.  

     — У тебя все волосы в снегу, ты похож на снеговика, — сказал Эндре, выбирая снег из его волос.  

     — Я Кай.  

     — Разве я не растопил твое сердце? — кузен дотронулся до его губ своими горячими губами. Мальчик задрожал. По телу Джерри пошел ток, будто по проводам. Ему казалось, что их с Эндре связывают невидимые нити и есть невидимая сила притяжения, которая соединяет их. Джерри лежал на руках кузена и только начинал согреваться. Щеки его порозовели от тепла, снег на волосах начал таять. Он сам едва не таял в объятиях возлюбленного.  

     — От тебя невозможно оторваться, — сказал Эндре, — давай пить вино, а то простудишься.  

     Они выпили почти по бокалу. Эндре с подозрительной улыбкой смотрел на него.  

     — Что? — спросил Джерри.  

     — Помнится, ты грозился, что сделаешь со мной то, что я обычно делаю с тобой, долго ли мне еще ждать?  

     — Что за шутки...  

     — А я не шучу. Я хочу, чтобы ты был моим мужчиной на одну ночь.  

     — На одну?  

     — Ну, если мне понравится, то не на одну...  

     — Я... не умею, — пролепетал Джерри. — И... боюсь... И еще... Мне стыдно.  

     — К черту стыд! Выпей еще вина...  

     — Ну так? — снова спросил Эндре, ему нравилось ставить кузена в тупик. — Давай поиграем? Представь, что я — это ты, а ты — это я. Вспомни все то, что я делал с тобой...  

     — Выключи свет, — попросил Джерри.  

     — Джерри, я жду.  

     Мальчик в темноте принялся снимать с него свитер, а Эндре лишь подшучивал над ним.  

     — Ну, что ты можешь сделать со мной?  

     — Поцелую, — пьяным голосом проговорил Джерри.  

     Эндре схватил его за ремень на брюках:  

     — Ну же, что бы ты сделал со мной?  

     — Сейчас доиграешься!  

     — Шуточные угрозы. Ты даже раздеть толком меня не можешь.  

     Джерри упал на него:  

     — Где мне тебя поцеловать?  

     — Ну, это уж ты сам реши...  

     Джерри расстегнул ремень на его брюках, но был сильно пьян. Он упал на Эндре и заснул.  

     — Герой-любовник, — проговорил Эндре. — Мальчишка! — он взял Джерри на руки и осторожно уложил в кровать. Лег рядом. Лицо Джерри было освещено пламенем камина, на нем играли красноватые блики. Эндре с чувством поцеловал его в губы:  

     — Боже, как я люблю тебя...  

     Он слушал, как трещат поленья в камине и, как завороженный, гладил лицо мальчика. Быть может, это его магия околдовала меня? Каким милым казался он в этом сумеречном свете! Девочкой. Куклой. Эндре время от времени целовал его руку и гладил по лицу. Он прижался к кузену и слушал его дыхание. Джерри еще совсем ребенок, ему так мало лет... И зачем я совратил его... Что сделано, то сделано, и я ни о чем не жалею. Я нашел ту единственную душу, которую смог полюбить. Я люблю тебя, Джерри.  

 

 

                12  

 

     Когда Эндре засыпал (а засыпал он, обычно, первым), Джерри становился на колени и начинал горячо молиться Богу. Он просил, чтобы Бог избавил его от этой пропасти, от страданий. Иногда его освещал лунный свет, иногда просто тьма, но он продолжал шептать слова молитвы за любимого человека...  

 

     — Я в школу, — сказал Джерри, поцеловав его.  

     — Давай, — не открывая глаз, сказал Эндре, — а я буду спать весь день, я так не высыпаюсь...  

     Джерри все думал. Думал об Эндре и о его проблеме, которая отравила их счастье. Он так погрузился в свои мысли, что забыл закрыть дверь.  

     "Очень хорошо", — подумал снующий возле дома Чарли. Как только Джерри скрылся из виду, Чарли вошел в дом. Он тихонько поднялся в спальню и заметил, что в кровати спит Эндре. "Еще лучше", — снова подумал Чарли. Он разделся и нырнул под одеяло.  

     — Джерри, — во сне проговорил Эндре.  

     — Я здесь, — шепнул Чарли, нежно обнимая его и целуя в губы.  

     На ту беду, в школе объявили карантин и Джерри раньше обычного вернулся домой.  

     — Странно, кто открыл дверь?  

     — Эндре? Я дома...  

     "Отлично", — подумал про себя Чарли. — "Этот малой говнюк приперся домой".  

     Чарли как можно ближе приник к спящему Эндре и начал целовать его.  

     Когда Джерри вошел в спальню, его меньше шокировал бы свалившийся на землю метеорит. Он стоял, приходя в себя, и пытаясь осмыслить происходящее. Мальчик не знал, что ему делать и не мог поверить в то, что видел.  

     — Что здесь происходит?! — наконец заорал он. Эндре проснулся от его крика и, не понимая, что происходит, уселся на постель.  

     — Джерри, ты же в школе? Чего ты так орешь?  

     Он ошарашенно посмотрел на лежащего рядом Чарли, который был без одежды.  

     — А ты какого здесь делаешь, в нашей постели?!  

     — Вот оно значит что! — вскричал Джерри. — Вот она, твоя неземная любовь ко мне! Только я за порог, как ты сразу же в постель с этим. Лжец! Ты мне омерзителен! Дверь ему открыл!  

     — Джерри, я не понимаю, что здесь происходит, я спал!  

     —Твоя липкая ложь просто вызывает отвращение... А я так доверял тебе, так любил тебя! Прощай, на этот раз навсегда. Я не собираюсь размениваться на такого, как ты! — он выбежал прочь.  

     Победоносная улыбка Чарли сразу же исчезла с лица, когда он увидел глаза Эндре. Он и не думал, что человек способен на такую ярость. Эндре схватил его за горло:  

     — Как ты попал в этот дом?! — заорал он. — Отвечай!  

     — Дверь... была открыта... — пролепетал испуганный Чарли. Эндре с силой оттолкнул его:  

     — Выметайся из моего дома немедленно! И никогда, слышишь, никогда не стой у меня на пути!  

     Мальчик выбежал из спальни, одеваясь на ходу.  

"Куда Джерри пойдет теперь? Один. Без денег", — с тревогой думал Эндре. Раздался звук сообщения. Эндре нервно схватил телефон. Может Джерри? Нет, это сообщение от Стенли. "Здравствуй, дорогой. Ты очень унизил меня перед каким-то никчемным сопляком в прошлый раз. Я не могу этого ни забыть, ни простить. Хотя очень любил тебя. Поверь, я найду способ уничтожить тебя и твою фирму! "  

     — Пошел к черту!  

     Эндре судорожно печатал ответ:  

     "Желаю удачи. Ты уволен".  

     Он принялся звонить Джерри, но абонент был вне досягаемости.  

 

 

 

     Джерри шел по городу, опустив голову вниз. Сырая, хмурая погода. Такое же на душе. Голуби разлетались в разные стороны, взобравшись на карнизы, Джерри думал. Как вообще люди могут поступать так? Мерзко, цинично... После всего того, что между ними было... Неужели все эти его слова и признания не стоили ничего? Неужели слова людей ничего не стоят вообще? Сегодня они говорят одно, а завтра в их постели уже кто-то другой, которому они, наверняка, говорят то же самое. Как же мерзко! Джерри скривился от отвращения. "Наверное, я просто глупый сопливый мальчишка, который влюбился. Который наивно верит людям"...  

     — Эй, далеко собрался? — услышал Джерри чей-то голос и поднял глаза. Перед ним стоял мужчина средних лет. Он хорошо выглядел и был весьма привлекательной внешности. В руках мужчина держал зонт, потому что моросил дождь.  

     — Кто вы? — спросил Джерри.  

     — Меня зовут Джон, а тебя?  

     — Джерри.  

     — Я постоянно вижу тебя, ты ходишь в школу мимо моего дома. У меня такое впечатление, что тебя выгнали и тебе некуда идти.  

     — Меня никто не выгонял, я сам ушел, — поправил Джерри. — Но вот то, что идти мне некуда — это правда.  

     — Так идем ко мне. На улице мокро и прохладно, ты можешь заболеть, а мне будет приятно, если кто-то составит мне компанию, такой славный парень, как ты, например.  

     Джерри задумался. Челка выбилась из-под шапки. Он рассматривал голубей.  

     — А ваша жена не будет против?  

     — У меня нет жены, — ответил Джон. — Я — холостяк.  

     Джерри снова задумался. Какой у него выбор? К Эндре он ни за что не вернется, а в кармане ни гроша.  

     — Хорошо, — сказал он и поплелся за мужчиной. В доме пахло благовониями, а интерьер был в восточном стиле. Джерри задел головой какие-то колокольчики, и они зазвенели, разрезав тишину.  

     — Это музыка ветра, — сказал Джон. — Когда тебе одиноко, она звенит и тебе кажется, что рядом кто-то есть.  

     Тихо играла музыка для медитации.  

     — Проходи, сейчас я налью тебе зеленого чая с имбирем и принесу поесть. Только я вегетарианец, но очень вкусно готовлю рис с восточными специями.  

     — Большое спасибо, — проговорил Джерри. Он на минуту забыл обо всем, но эта чудовищная боль, ревность, обида и разочарование сейчас накрыли с новой силой. Джерри до сих пор не мог поверить в то, что случилось.  

     Он совсем поник.  

     — Покушай, выпей чая. Имбирь придаст тебе сил, а силы в такую погоду очень нужны, — Джон молча сидел, пока Джерри жевал. Он сидел с закрытыми глазами и, казалось, что он медитирует.  

     — Расскажи мне о своей проблеме, — сказал Джон.  

     — О какой?  

     — Ну, просто так из дома не уходят, правда ведь? Кем тебе приходится тот человек, с которым ты жил, например?  

     Джерри такой вопрос застал врасплох. Ему казалось, что Джон на что-то намекает.  

     — Это мой кузен... — неуверенно проговорил Джерри.  

     — Только кузен или кто-то еще? — Джон пытливо вглядывался в его лицо и, разумеется, заметил смущение.  

     — Что вы имеете ввиду?  

     — Ну, я часто видел вас вместе, и мне казалось, что вас связывают более глубокие узы, нежели общение кузенов.  

     — Мы были лучшими друзьями...  

     Джон как-то странно улыбнулся.  

     — А теперь уже не дружите?  

     — Мы... поссорились. Сильно. Я хочу съехать от него, — ответил Джерри.  

     — Про этого человека ходит множество слухов и легенд. Что он очень богат, что он сумасшедший, что одержим демонами, что спит с несовершеннолетним подростком...  

     — Это все слухи, — ответил Джерри, избегая смотреть ему в глаза.  

     — А мне вот кажется, что вы были любовниками и постоянно спали вместе, — сказал Джон.  

     — Послушайте, — сказал Джерри, вставая из-за стола, — а вам-то что за дело? Почему вы так живо всем интересуетесь?  

     — Потому, что я люблю тебя, Джерри, — с грустью проговорил Джон.  

     — Что?! — вскричал мальчик.  

     — С того момента, как вы купили этот дом, когда ты каждый день проходил мимо моих окон, а я наблюдал за тобой... Переезжай ко мне жить? У тебя будет все необходимое. Ты не будешь ни в чем нуждаться, не будешь зависеть от этого сумасшедшего...  

     — А взамен что? Делить с вами постель? — спросил Джерри.  

     — Ну, это само собой разумеется...  

     — Нет, — категорично сказал Джерри и встал из-за стола.  

     — Нет? — со злостью проговорил Джон.  

     — Ты смеешь отказывать мне, когда я протягиваю тебе руку помощи? Да чего ты стоишь, мальчишка? Без денег, без дома, да я тебя в приют сдам!  

     — Это не ваше дело!  

     — Огрызатся, щенок! Сейчас ты покажешь мне, чего стоишь в постели. Ты же спишь со своим кузеном. И тебе нравится это!  

     Джон поволок его в соседнюю комнату и повалил на постель.  

     — Я люблю тебя, отдайся мне, — шептал он, будь ласков со мной и я сделаю для тебя все...  

     — Нет, нет, прошу вас, я не хочу, — он уворачивался, как мог. Руки Джона гладили его под одеждой. Он пылал страстью и возбуждением.  

     — Не хочешь?! — взбесился Джон. — Не рыпайся! — он перевернул его на живот, прижал коленом к постели и трясущимися руками стал расстегивать ремень на своих брюках.  

     — Ах ты ж скотина! — послышался сзади разъяренный голос и Джон улетел в конец комнаты, стукнувшись об стенку. Джерри ошарашенно сел на кровати, поправляя одежду. Эндре был похож на быка, которого раздразнили.  

     — Мальчика захотелось, тварь! — кричал Эндре, продолжая бить по чем попало. — Да как ты посмел притронуться к нему!  

     Джон так опешил, что у него не нашлось слов. Он закрылся руками, пытаясь спастись от ударов, которые сыпались на него градом.  

     — Пойдем! — сказал он, обращаясь к Джерри.  

     — Никуда я с тобой не пойду!  

     — Нет, пойдешь! — Эндре схватил его за руку и выволок из дома.  

     — Я не вернусь к тебе, ты мне противен! — кричал Джерри. — Все люди лжецы и лицемеры! Твои слова и гроша ломаного не стоили!  

     — Заткнись! — сказал кузен, он волочил его, схватив за рукав пальто, по улице и был очень зол.  

     Эндре затащил его в дом, усадил на стул и привязал к этому стулу веревкой.  

     — Что ты делаешь, чокнутый! Я все равно сбегу, с тобой я не останусь!  

     Эндре заклеил ему рот скотчем.  

     — Вот, — сказал он, справившись с работой, — а теперь тебе придется меня послушать! Твоя вина в том, что ты забыл запереть дверь и этот придурок проник в дом, забравшись в мою постель. Во сне я думал, что это ты, пока не пришел ты настоящий и не начал орать. Я был в таком же шоке, как и ты, увидев этого фанатичного придурка в моей постели.  

Джерри поднял глаза к небу.  

     — Я знаю, что ты сейчас сказал бы, будь у тебя возможность говорить, — продолжал Эндре. — Ты бы сказал, что я лгу тебе и что мои слова ничего не стоят. Но... Есть одно но. Я решил снять на видео то, что мы с тобой обычно делаем ночью и камера осталась включенной. Смотри, — он включил камеру. — Здесь прекрасно видно, как этот фанатик вошел в комнату, когда я спал и залез ко мне в постель. Вот, смотри. Между нами ничего не было, совесть моя чиста! Убедился? — он убрал скотч и развязал веревки. — Ну, что теперь скажешь?  

     — Ты хотел снять тайно на видео то, чем мы занимаемся ночью?! — вскричал Джерри. — Да я убью тебя! — он накинулся на Эндре. Но хватило одного ласкового прикосновения кузена, чтобы прыть его вмиг испарилась.  

— Я убью тебя... — прошептал он совсем обессиленно, приникнув к кузену. Они упали на постель, обнявшись. И лежали так молча, не говоря друг другу ни слова.  

 

 

  13  

 

     — Куда ты несешь меня? — спросил Джерри, обхватив кузена за шею.  

     — Как куда, в постель, — ответил Эндре.  

     — Ты снова камеру там установил?  

     — Эта камера спасла наши отношения, не находишь? И когда ты уже научишься верить мне? А этот мужлан... Он хотел тебя и если бы я вовремя не пришел... Я убью эту тварь! Как ты мог пойти к нему домой? Тебя ни на минуту нельзя отпускать одного...  

     — Прости, — прошептал Джерри. — Я и сам перепугался. Перепугался больше того, что навсегда потерял тебя...  

     Эндре осторожно уложил его на кровать.  

     — Сейчас я буду требовать...  

     — Чего? — спросил Джерри.  

     — Того, что ты всегда грозился сделать. Я буду требовать тебя, как мужчину.  

     Джерри глубоко вздохнул.  

     — Я требую, — прошептал Эндре, целуя его все ниже.  

     — Эндре, — проговорил Джерри, вздрагивая, — это необычно для меня... Ну вот, сейчас... Животом на постель...  

     Джерри залез сверху и принялся целовать его в спину и шею.  

     — Я на десятом небе... — проговорил Эндре. — Продолжай, мне нравится.  

     Джерри провел рукой по его спине.  

     — Давай же, сделай это со мной, — сказал Эндре. Джерри начал возбуждаться.  

     — Хочу почувствовать тебя в себе, — снова проговорил Эндре. — Да... так... вот так...  

     — Эндре... — прошептал Джерри.  

     Через некоторое время они, обессилев, лежали рядом.  

     — Боюсь спросить, понравилось ли тебе, — прошептал Джерри, — я, конечно, сделал все не так...  

     Эндре сжал его руку:  

     — Мне понравилось... Я хочу, чтобы ты делал это чаще...  

     — Правда?  

     — Да. С тобой я открыл для себя новые ощущения и хочу, чтобы они повторялись снова и снова...  

     — Многие парни делали это с тобой? — спросил Джерри.  

     — Ни одного, — ответил Эндре, — я никому не позволял этого. Ты первый.  

     — Вот как?! — удивился Джерри. — Никому не позволял? А почему мне позволил?  

     — Потому, что я тебя очень люблю и хочу быть ближе к тебе всеми возможными способами, близость с тобой сводит меня с ума, — сказал Эндре.  

     — Забавно. Значит, я первый у тебя в этом плане? — спросил Джерри.  

     — Да.  

     — Ну, а ты первый у меня во всех отношениях...  

     — Никогда никому не позволял делать это с собой. А с тобой хочу, — сказал Эндре.  

     — Еще бы ты кому это вздумал позволить!  

     — А тебе понравилось быть в роли моего мужчины?  

     — Мне было неловко.  

     — Будь смелее. Знай, мне нравится. Любое твое прикосновение, любой способ, благодаря которому я могу сблизиться с тобой, — Эндре начал очень медленно целовать его в губы.  

     — Значит, я лишил тебя девственности, — сказал Джерри, — хоть как-то отыгрался за то, что ты меня совратил, — мальчик склонил голову ему на грудь. Эндре гладил его по голове, перебирал волосы.  

     — Знаешь, — сказал Эндре, — иногда я думаю, что неправильно поступил, совратив тебя. Ты был маленьким мальчиком, учился в школе, собирался поступать в семинарию. А я выдернул тебя из твоего привычного мира. Ты еще ребенок, а я научил тебя таким вещам...  

     — Но мне нравится быть с тобой, что плохого? — возмутился Джерри. — Я сам хочу этого, это мое желание. Любить тебя, быть рядом с тобой, ближе к тебе.  

     — И во мне.  

     — Ну, и это теперь тоже.  

     — Значит, я должен сделать тебя счастливым, — сказал Эндре, — это моя задача.  

     — Уже сделал...  

     Эндре заснул, а Джерри снова стал молиться Богу, чтобы прошло все это наваждение, отравляющее их жизнь.  

     Эндре снился сон. Черная мгла, в которой клубился то ли густой белый пар, то ли туман. Он окутал все вокруг, а когда немного рассеялся, Эндре увидел, что сидит за большим круглым столом. Вокруг него сидел люди, одетые в балахоны с капюшонами. Это было похоже на заседание тайного братства. Только лиц под капюшонами не было видно, зияла чернота.  

     — Кто вы? — спросил Эндре. Его голос слышался будто бы на дне глубокого колодца.  

     — А ты не чувствуешь?  

     — Мы дали тебе все.  

     — Благодаря нам ты богат и всемогущ.  

     — Мы дали тебе деньги.  

     — Благодаря нам ты имеешь сверхъестественную власть над людьми.  

     — Можешь читать мысли.  

     — Ты делаешь то, что хочешь.  

     — Если ты останешься с нами, мы дадим тебе еще больше... Но ты будешь выполнять то, что мы скажем...  

     — Нет, — ответил Эндре.  

     — Ты хочешь избавиться от нас?  

     — Да.  

     — Но ты лишишься разом всех тех благ, которыми мы тебя одарили.  

     — Мне плевать.  

     — Ты станешь одним из жалких, никчемных людишек, которые не могут ничего...  

     — Пусть.  

     — Ты хорошо подумал?  

     — Да.  

     — Хорошо, мы уйдем, но придет время, когда ты сам нас призовешь.  

     Туман совсем рассеялся. Эндре увидел, что сидит за столом один. Он посмотрел наверх — высоко, будто из открытого люка, виднелся белый свет...  

 

     В ту же ночь Джерри тоже приснился сон. Что-то бестелесное, излучающее свет, смотрело на него, но не приближалось.  

     — Как ты можешь призывать Господа Бога на помощь, лежа в постели с двоюродным братом? — раздался голос. — Как ты осмеливаешься? Содомский грех — один из самых мерзких.  

     — В чем грешен я, если просто люблю? — ответил Джерри. — Зачем тогда сотворена любовь, если все грех? И если одна душа самозабвенно любит другую, не все ли равно, какое у нее тело? Не я придумал этот мир. Зачем дана нам власть любить, раз за любовь карают? И почему должны быть рамки для любви, когда любовь безгранична?  

     — Ты окрылен земной любовью. Но есть любовь другая.  

     — Да, земной! Потому, что я живу на Земле, потому что я — обычный человек, и мне незнакома неземная любовь. Но кому я сделал плохо? Я просто хочу, чтобы тот, кого я люблю, был счастлив...  

     — Мы услышали твою просьбу и бесы уйдут, но все остальное будет зависеть от вас... — на этом голос смолк и Джерри проснулся. Эндре лежал рядом с открытыми глазами.  

     — Ты не спишь?  

     — Джерри, я больше не слышу твоих мыслей... — проговорил Эндре. — Этого привычного "любимый"...  

     — Правда?! Просто мне приснился странный сон...  

     — Мне тоже, — ответил Эндре. — Странный. Очень странный.  

     Раздался звонок:  

     — Дела на фирме очень плохи, приезжайте немедленно. Мы скоро обанкротимся....  

     — К черту, — Эндре выбросил трубку. — Значит, все правда и они оставили меня... — он в волнении посмотрел на Джерри. — Кажется, моя магия прошла? Что теперь, Джерри? Ты еще любишь меня??  

     — Еще сильнее, чем раньше, — Джерри прижался к нему, — для того, чтобы любить тебя, мне не нужно никакой магии.  

     — Слава Богу! — Эндре поцеловал его в лоб. Кто-то поднимался по лестнице.  

     — Полиция! Мистер Эндре, вы обвиняетесь в похищении двоюродного брата и в развращении несовершеннолетних. Пройдемте с нами.  

     Потеря сверхъестественной силы была более, чем ощутима. Джерри испуганно посмотрел на Эндре.  

 

 

 

 

                14  

 

     На заседание суда пришли люди. Семейство Герхард вместе со своим сыном. Стэнли Браун, бывший друг, любовник и правая рука Эндре Борджиа, давал показания против подсудимого. На Джерри не было лица. Он был очень бледен, время от времени, его сотрясала мелкая дрожь и создавалось впечатление, что он вот-вот упадет в обморок.  

     — Миссис Герхард, — сказал прокурор, — расскажите, пожалуйста, о том, как вел себя Джерри до того, как в доме появился ваш племянник.  

     — Мой сын был безупречен, — холодно возвестила миссис Герхард. — Он хорошо учился, во всем слушался нас, читал Библию и собирался поступать в духовную семинарию.  

     — Что случилось потом?  

     Миссис Герхард молчала, тщательно обдумывая свои слова. Наконец, собралась с духом:  

     — Мы отсутствовали несколько дней, а, когда приехали... Мы увидели...  

     — Что увидели? — безжалостно спрашивал прокурор.  

     — На кухонном столе... Они были... обнаженные оба и... он... целовал и гладил моего сына...  

     — Понятно. Что было дальше?  

     — Потом Джерри исчез вместе с ним...  

     — Дальше сюжет предельно ясен, — сказал прокурор, — мистер Борджиа увез Джереми в Лондон и поселил в своем доме, чтобы предаваться разврату с несовершеннолетним.  

     Миссис Герхард вскрикнула и взялась за голову.  

     — У нас есть свидетель, это Стенли Браун, друг мистера Борджиа.  

     — Бывший, — уточнил Стенли.  

     — Расскажите, мистер Браун, что вы видели?  

     — Я прилетел к мистеру Борджиа, чтобы поговорить о работе, и застал у него дома маленького мальчика, с которым у него были, явно не братские отношения. Он развращал ребенка!  

     Миссис Герхард снова вскрикнула, но муж крепко сжал ее руку.  

     — Кроме того, — словно демон, продолжал свое дело прокурор, – нашлись люди, которые могут подтвердить, что мистера Борджиа часто одолевали приступы умопомрачения и он вымещал это все на ребенке. Прошу вас, мистер Джон Хоув, расскажите все, что вы знаете.  

     — Мистер Джон домогался меня! — вскрикнул Джерри, но ему сделали знак что нужно молчать.  

     — Я живу неподалеку, — начал Джон, — и часто прохожу мимо дома мистера Борджиа, я слышу, какие оттуда доносятся крики. Мистер Борджиа кричал на ребенка, что убьет его. Это было неоднократно. Я видел на шее мальчика следы от его рук!  

     Раздался стук падающего тела. Это упала в обморок миссис Герхард.  

     — Воды!  

     — Джереми, расскажи нам, что делал с тобой мистер Борджиа.  

     — Ничего он со мною не делал! — встал мальчик. — Я сам захотел уехать с ним, я умолял его взять меня с собой, потому что дома на меня давили. Мне не давали права голоса и выбора, меня подавляли. Я должен был читать Библию и готовиться к поступлению в семинарию, потому что родители за меня так решили. Но никто никогда не спрашивал, чего хочу я! Поэтому я и уговорил кузена увезти меня подальше...  

     — Джерри! — снова подала голос пришедшая в себя миссис Герхард, но судья подал ей знак молчать.  

     — Что было дальше, Джереми?  

     — Эндре всегда хотел, чтобы я вернулся домой, он хотел купить билет на самолет, но моим решением было остаться в Лондоне. У меня было все, я ходил в школу и собирался поступать в университет, куда захочу, а не туда, куда прикажут мне родители...  

     — Медосмотр показал, что у тебя были сексуальные отношения с мистером Борджиа, он изнасиловал тебя?  

     — Нет, он меня ни к чему не принуждал. Я сам хотел его и просил, чтобы он переспал со мной. Я люблю его.  

     Миссис Герхард, снова подкатила глаза.  

     — Джереми, мистер Борджиа угрожал убить тебя? Он наносил тебе физический вред?  

     — Нет. Это ложь. Ничего такого не было. Кузен хорошо заботился обо мне.  

     — Очень хорошо, — сказал прокурор, — как видите, мистер Борджиа умело запудрил мозги пятнадцатилетнему мальчику, чтобы вступить с ним в сексуальные отношения. Что вы скажете на это, мистер Борджиа?  

     Эндре встал. У него был измученный вид. Глаза запали, были тусклыми. Он еще больше похудел.  

     — Эндре, я люблю тебя! — закричал Джерри.  

     — Я никого ни к чему не принуждал, — ответил Эндре. — Больше мне нечего сказать.  

     "Это конец", — подумал Джерри, — "его упекут за решетку".  

     Эндре прекрасно осознавал то же самое. Оставался последний шанс. Он закрыл глаза и сжал кулаки, призывая мысленно те силы, которые покинули его.  

     — Вам плохо, мистер Борджиа? — спросил судья. Неожиданно, Эндре переменился. У него стал цветущий вид, совсем не похожий на тот, который был еще минуту назад. Сидящие в зале поразились перемене. Эндре пристально посмотрел на судью, прямо в глаза. Он отлично знал, что судья собирался сказать, сколько лет тюрьмы ему дать.  

"Сейчас вы скажете, что я невиновен, господин судья", — мысленно сказал Эндре. Стенли и Джон радостно потирали кулаки, в предвкушении вердикта.  

     — Мистер Борджиа невиновен, — стукнул молотком по столу судья.  

     Зал ахнул от возмущения.  

     — Если бы он причинил вред ребенку, ребенок бы первый об этом рассказал. Но ребенок очень хорошего мнения о мистере Борджиа и доказывать больше ничего не нужно. Невиновен!  

     Эндре с едва заметной улыбкой наблюдал, как вытянулись рожи Стенли и Джона. Миссис Герхард разразилась рыданиями.  

     — Колдовство! — прошептали в здании суда.  

     — Это дьявол!  

     — Дьявол! — слышалось вслед, когда Эндре выходил из зала.  

     — Эндре! — подбежал сзади Джерри. — Я так рад!  

     — Подожди, малыш, все будет хорошо, скоро мы будем вместе, шепнул Эндре. От этих слов по спине Джерри поползли мурашки.  

     — Как я хочу обнять тебя, – тихо проговорил Джерри, – коснуться твоих губ...  

     — Не сейчас, милый мой, у нас еще для этого будет уйма времени... Люблю тебя...  

     — Я очень тебя люблю.  

     — Отойди от моего сына, негодяй! — вскричала миссис Герхард. Эндре пристально посмотрел ей в глаза:  

     — Тутушка, как вы смотрите на то, чтобы передать мне временное опекунство над вашим сыном? Он хочет учиться в Лондоне.  

     — Да, я с радостью! — ответила миссис Герхард. — Это очень хорошая мысль, учиться в Лондоне, — ее будто подменили. — Марк! — сказала она мужу. — Тут племянник предлагает передать ему временное опекунство над Джереми. Хорошая мысль.  

Герхард выпучил глаза на жену:  

     — Что?! Ты помешалась после стресса, я смотрю?! Шутить сейчас совершенно неуместно!  

     — Мистер Герхард... — Эндре уставился на него.  

     — Ну, если так подумать, то неплохо было бы, если бы сын поступил учиться в Лондон. И твой племянник будет хорошо присматривать за ним. Нужно передать ему временное опекунство.  

У Джерри загорелись глаза.  

     — Мы скоро увидимся, я люблю тебя, — шепнул Эндре.  

 

15  

 

     — Мы  возвращаемся домой! — визжал от радости Джерри.  

     — И теперь у меня есть все права на тебя. Кроме того, официальные, — улыбнулся Эндре.  

     — Ты призвал их?  

     — Сам видел, другого выбора не было. Меня бы упекли за решетку, а ты бы с позором вернулся домой, где тебе припоминали бы все это до конца твоих дней. Наши жизни были бы сломаны.  

     — Да, — проговорил Джерри, — выбора не было, но и силы эти не особо радуют...  

     — Звонили из фирмы, дела пошли в гору. Еще лучше, чем было изначально. Я стал сильнее раза в два в своих способностях, я кому угодно могу навязать свою волю...  

     — Прекрасно, — сказал Джерри, — но что они потребуют взамен?  

     — Тебя я им не отдам, лучше смерть... Давай не будем о плохом, и так в последнее время было несладко.  

     — Я так соскучился, — проскулил Джерри. — Я уже с ума сходил. Мы так давно не были вместе. Я так хотел тебя, что еле себя сдерживал.  

     — Несколько месяцев воздержания, — задумчиво сказал Эндре. — Теперь мы вылазить не будем из постели.  

     Джерри остановил его:  

     — Поцелуй меня прямо здесь, я не могу ждать ни минуты, с ума схожу...  

     Эндре провел пальцами по его губам:  

     — Зато теперь я убедился в одном — ты любишь меня, не смотря ни на что... и сила здесь ни при чем.  

     Они впились в губы друг друга и стояли так едва ли не с полчаса.  

     — Поехали домой, — сказал Эндре. — Теперь все будет хорошо. Другие против нас бессильны. Я понял, что если потеряю свою силу — мы просто сгнием. Значит, нужно научиться жить с ней, управлять ею.  

     — Подавляй их силой воли, если опять начнется. Как хорошо, что ты теперь мой опекун. Жаль, что нельзя оформить какие-нибудь другие отношения. Более тесные.  

     — Еще несколько лет ждать.  

     — Эндре, мне скоро шестнадцать, кстати.  

     — Совсем взрослый. Нужно придумать грандиозный праздник, — сказал Эндре.  

     — У меня всегда праздник, когда ты рядом, — они, держась за руки, вошли в дом.  

     — Сколько пылюки! Чувствую, нам предстоит хорошая уборка. За несколько месяцев здесь накопилось пыли и мусора. Легче нанять прислугу.  

     — Нет, мы справимся сами, — сказал Джерри.  

     — Как холодно. Надо растопить камин.  

     — Эндре, ну не издевайся, я так хочу тебя, я столько времени терпел...  

     — Тебе больше не стыдно говорить мне такие вещи?  

     Но Джерри, не слушая, уже тащил его в спальню.  

     — Надо будет снять это на камеру, — сказал Эндре, — а то потом меня опять обвинят в том, что я тебя развращаю. Пусть сами полюбуются, что творится!..  

     — Не ворчи, как старый дед, я же соскучился! — Джерри запрыгнул на него.  

     — Ну, держись, ты сам этого хотел! — Эндре повалил его на кровать и принялся стаскивать одежду. Они предались безудержной страсти.  

     — Ты развратил меня, и теперь я не могу остановиться, — сказал Джерри.  

     — По-моему, ты мечтал о том, чтобы я тебя развратил. Я знал все твои мысли. И, надо сказать, что кое в чем ты тоже меня развратил...  

     — Да, я лишил тебя девственности. Я, маленький мальчишка, и сделаю с тобой это снова! — он толкнул его на кровать.  

     — Ты сегодня сам не свой, Джерри, быть может, вчера в тебя тоже вселились какие-то силы? Ты обычно такой застенчивый и краснеешь от каждого слова об этом...  

     — Это от того, что я по тебе очень соскучился, — проговорил Джерри и прижался к нему. — Несколько месяцев я не имел возможности видеть тебя, слышать твой голос, прикасаться к тебе. Я думал, что не вынесу этого... Каждая минута без тебя была мучительной пыткой. Если бы тебя посадили за решетку, а меня вернули домой...  

     Эндре пригладил ему волосы назад и поцеловал в лоб.  

     — Ну не надо о плохом, я же здесь, с тобой, и все у нас будет хорошо...  

     Джерри прижался губами к его плечу.  

     — Эндре...  

     — Что?  

     — Я бы хотел... Чтобы ты полностью взял опекунство надо мной. Я не хочу больше зависеть от своих родителей...  

     — Ну тогда ты полностью будешь, зависеть от меня, тебя устраивает это? — спросил Эндре. — Тебе нужно будет слушаться меня во всем. И особенно в постели.  

     — Я серьезно, Эндре... Я знаю, ты сможешь это сделать... Возьми опекунство надо мной, родители подчинятся тебе. Больше никогда не хочу туда возвращаться. И еще... Мне бы очень хотелось носить твою фамилию... Это бы сблизило нас еще больше, во всех отношениях...  

     — Куда уж ближе, — Эндре провел рукой по его худому плечу. — Джереми Борджиа... Как звучит! Хорошо, милый, я попробую это сделать для тебя, но взамен...  

     — Что ты хочешь взамен?  

     — Что ты еще можешь дать мне, кроме себя самого? — спросил Эндре, снова опуская его на кровать. — Будешь платить собой.  

     — Всю жизнь готов платить дань тебе... Собой, —проговорил Джерри. Он тонул в его объятиях, и молил все силы, какие только есть, пусть это никогда не заканчивается.  

     — После такой долгой разлуки мы еще неделю не будем вылазить из постели, — проговорил Эндре.  

 

 

 

 

                 

                ЧАСТЬ 3  

                 

                1  

 

     Эндре вошел в комнату, Джерри валялся на постели и что-то читал. Эндре молча смотрел на него. Мальчик обернулся:  

     — Эндре... Что это ты стоишь здесь и молчишь?  

     — Любуюсь тобой, думаю, какой ты у меня славный...  

     — Ты... меня смущаешь... Уж кем любоваться, только не мной, мальчишкой с заурядной внешностью...  

     — Отнюдь не заурядной, — проговорил Эндре.  

     — Да, ладно.  

     — Тогда скажи, почему у меня от этого мальчишки голова идет кругом? Почему у меня так бьется сердце, коглда я вижу тебя, так дрожат руки?.. Почему, Джерри?  

     — Прекрати...  

     Эндре пригвоздил его к постели и с чувством поцеловал в губы.  

     — У меня бьется сердце и дрожат руки, Джерри! Ни один человек еще никогда не заставлял меня испытывать такое...  

     — Когда ты говоришь мне это, у меня тоже начинают дрожать руки и биться сердце...  

     — Тогда целуй меня, — сказал Эндре. Джерри обхватил его за шею и начал целовать, приподнявшись на постели.  

     — А теперь сюрприз! — Эндре вручил ему бумагу.  

     — Что это?  

     — Чего ты так давно хотел. Теперь ты — Джерри Борджиа, а я твой официальный опекун.  

     Глаза мальчика вспыхнули.  

     — О Господи, Эндре... — он закрыл лицо руками. — Я не могу в это поверить...  

     — Теперь ты доволен? Ты мой даже официально. Так-то. Теперь у меня на тебя все права. Эта бумага будто о нашей женитьбе.  

     — Мне кажется, я не достоин носить твою фамилию, — с горечью проговорил Джерри. — Кто я такой?  

     Эндре перевернулся на живот, его лицо оказалось напротив лица Джерри. Он взял его руки в свои.  

     — Ты, и только ты достоин носить мою фамилию. Потому что только ты один искренне, до конца, будешь любить меня, — Эндре откинулся на подушки. Джерри прижал к груди бумагу и закрыл глаза.  

     — Кстати, завтра мы вылетаем в Эссекс, — проговорил Эндре.  

     — В Эссекс? Зачем?  

     — Моей фирме завтра исполняется пять лет, я обязан быть там. Какое-то время мы должны пожить в Эссексе. Я тебе уже и костюм красивый приобрел. В нем ты еще больше будешь меня возбуждать.  

     — С тобой, хоть на край света, — Джерри прижался к Эндре, положив голову ему на грудь. Эндре обнял мальчика.  

     — Когда тебе было двадцать два, у тебя уже была своя фирма?  

     — Думаешь все это с воздуха взялось? — спросил Эндре. — Если бы эти силы не помогали мне, у меня бы не было сейчас ничего. Не знаю, почему они выбрали именно меня...  

     — Как называется твоя фирма, чем вы занимаетесь?  

     — Моя фирма называется "Анриэл". Мы изготавливаем всевозможные крема. Нет, не те, что по телевизору рекламируют в роликах. Наша продукция помогает людям решить реальные проблемы. Если человек купит у нас крем от морщин, то его морщины действительно исчезнут.  

     — Такое бывает?  

     — Да... Эти силы диктуют мне формулы и мы разрабатываем такую продукцию, аналога которой в мире не существует. Продукция пользуется бешеной популярностью и приносит баснословный доход. Сам понимаешь, как печальна будет моя, а теперь уже и твоя судьба, без помощи этих сил.  

     Джерри водил пальцами по его руке:  

     — Расскажи, как ты жил, чем занимался раньше?  

     — Учился в школе, как все, потом поступил в Гарвардский университет на экономический факультет. Потом началось все это... Студенты меня сторонились, считая, что я "не от мира сего", друзей не было. После универа я создал фирму. Параллельно пел в рок-группе (это ты уже знаешь), имел некоторых любовников...  

     — Вот это мне больше всего не нравится, – проговорил Джерри.  

     — То, что было до тебя, считай, что этого не было... — Эндре провел рукой по щеке мальчика, вглядываясь в каждую черточку лица, потом взял его руку, поднес к своим губам и начал целовать. — Спасибо, спасибо тебе за то, что так любишь меня...  

     — Хочу любить тебя еще больше, дышать тобой, мне всегда мало тебя, — шептал Джерри.  

     Они могли лежать и часами напролет просто целовать друг друга, им не надоедало это. Или просто лежать, обнявшись. Казалось, что они стали единым целым, поэтому одна половинка всегда стремилась к другой.  

 

 

 

 

                2  

 

     — Кем я буду выглядеть в твоем обществе, что обо мне подумают? — говорил Джерри.  

     — Общество — ничто, не все ли тебе равно, что о тебе подумают?  

     — Мне-то все равно, я боюсь за твою репутацию, Эндре.  

     — Насчет этого не беспокойся. У меня уже есть сногсшибательная репутация. Кроме того, ты носишь мою фамилию.  

     — Теперь я без тебя никуда.  

     Джерри смотрел в окно самолета, Эндре обнял его, прижав к себе. Мальчик положил голову ему на плечо. Он думал, что будет там, в Эссексе? Там они не смогут остаться наедине, будет много людей. А Эндре такой красивый, он всем нравится...  

     — Такому красивому Эндре не нравится никто, кроме тебя... — сказал Эндре. Джерри покраснел.  

     — Ну сколько тебе еще повторять, чтобы не было больше сомнений? Хочешь, переспим в самолете?  

     — Нет, Эндре, пожалуйста.  

     Кузен обнял его обеими руками.  

     — Ты мне теперь чуть ли не сын. Я тебя, можно сказать, усыновил.  

     — Папочка...  

     — Мы пара влюбленных...  

 

 

 

     — Эндре Борджиа со своим кузеном, — шептались все.  

     — Надо же, объявился. Где его носило?  

     — Говорят, в него дьявол вселился.  

     — Да ну тебя.  

     — Эндре, мне страшно, — проговорил Джерри, — тут столько людей и все смотрят на нас.  

     — Не бойся, мышонок, просто будь рядом.  

     — Приветствую всех сотрудников фирмы "Анриэл"! Я, директор этой фирмы, Эндре Борджиа, сегодня прилетел из Лондона вместе с кузеном Джереми, над которым взял недавно официальное опекунство.  

     Люди начали аплодировать.  

     — Держу пари, что он спит с этим мальчишкой, — сказал кто-то.  

     — Поздравляю сотрудников фирмы с пятилетием. Сегодня всем будут выданы премии и памятные подарки.  

     Снова аплодисменты.  

     — Сейчас будет заместитель директора, с минуты на минуту, — сказал секретарь.  

     — Стенли давно уволен! — вскричал Эндре.  

     — Так это не Стенли.  

     — Я еще не успел поставить никого на эту должность.  

     — Как? Человек уже давно приступил к своей работе, — непонимающе ответил секретарь. — Вы сами назначили его.  

     — Я? Я никого не назначал!  

     — Вот бумаги и... ваша подпись...  

     Эндре выхватил бумаги. Да, действительно, его подпись. Но как? Он ничего не подписывал! Эндре чувствовал себя полным дураком перед секретарем. Теперь подтвердятся слухи о его сумасшествии.  

     — Но как? Откуда эта подпись? Омар Али? Как только прибудет этот человек, скажи, чтобы немедленно связался со мной.  

     Эндре задумался. Как такое случилось? Его подпись на бумаге, хотя он ничего не подписывал. Это более, чем странно. Кто дерзнул сыграть с ним шутку? Что это за таинственный зам директор, которого он и в глаза не видел? Эндре увидел, как стоящий в стороне Джерри глаз с него не спускает. Кузен улыбнулся ему, чтобы тот не думал, что он чем-то озабочен.  

     — Омар Али, ваш заместитель, мистер Борджиа, — послышался приятный глубокий голос. Эндре поднял глаза.  

     Перед ним стоял высокий, очень красивый молодой мужчина, с нотками восточной внешности, приблизительно одного с ним возраста. На его черных волосах играли отблески света.  

     — Очень приятно, — слегка сконфуженно проговорил Эндре. Он не хотел выставлять себя идиотом, поднимая вопрос о том, что на самом деле никого не назначал и никаких бумаг не подписывал. Эндре решил выяснить, что происходит. Каким же было его удивление, когда он не смог прочесть ни одной мысли в голове Омара Али! Омар был закрыт для него! Это был первый человек, который был для него закрыт.  

    — Вы так напряженно думаете, будто мысли мои желаете прочесть, — улыбнулся Омар Али.  

Эндре тоже улыбнулся.  

    — Быть может побеседуем тет-а-тет, узнаем друг друга поближе? Ведь нам предстоит работать вместе, — снова начал Омар Али.  

    — Пожалуй, — сказал Эндре, — выпьем пару коктейлей.  

Они уединились.  

 

     — Итак, мистер Али, откуда вы узнали о нашей компании? — спросил Эндре, пытливо вглядываясь в его глаза. Глаза Омара Али, цвета чернослива, ярко блестели.  

     — Мировая паутина, — ответил Омар. — Раньше я занимался бизнесом в других крупных компаниях, по всей Европе. Да, у меня восточные корни, но я всю жизнь прожил в Европе.  

     "Сейчас ты скажешь мне, откуда ты здесь взялся", — мысленно приказал Эндре. Но его слова отлетели, как горох об стенку. Омар Али засмеялся.  

     — Чему вы смеетесь? — вопрошающе посмотрел Эндре. — Я сделал что-то смешное?  

     — Вы так смотрите на меня, будто что-то задумали.  

Эндре начинал злиться от того, что не мог разгадать этого человека. Его сила не действовала на Али. "Он сложнее, чем кажется", — подумал про себя Эндре.  

     — На самом деле я сложнее, чем кажусь, — проговорил Омар Али и улыбнулся. Эндре опешил. Нашелся человек, который сам может его прочесть! Эндре мысленно поставил перед собой зеркало. Теперь он не увидит его.  

     — У вас бокал съезжает, — сказал Омар Али, — он сейчас разобьется. На глазах у Эндре, его бокал поехал по прямой поверхности и разбился. Это звучало, как вызов.  

     — Прислуга уберет, — еле сдерживаясь, сказал Эндре.  

     — Вы любите играть в шахматы, мистер Борджиа?  

     — Ненавижу!  

     — Очень зря. Я бы с вами сыграл. И не только в шахматы, — Омар Али приблизил к нему свое лицо.  

     — Кто вы такой?!  

     — Ваши губы так соблазнительны, как спелые ягоды на ветке. Так и манят...  

     — Что вы несете, вы не в себе! — вскричал Эндре.  

     — Только не нужно разыгрывать спектакль. Вам не чужды мужские поцелуи и, особенно, поцелуи маленьких мальчиков, одного, в частности...  

     — Вы переходите все границы! — Эндре встал. Омар Али схватил его за галстук и привлек к себе. Эндре не мог противостоять ему, он был как зачарованный. Али целовал его, слегка покусывая губы, поглаживая его торс под рубашкой.  

     — Я давно искал тебя, Борджиа, и, наконец, нашел! Ты такой же, как и я! — прошептал Али.  

Эндре с силой оттолкнул его:  

     — Вы не в себе, мистер Али!  

Он выбежал прочь. Возле кадки с пальмой его дожидался Джерри.  

     — Поехали домой, — сказал Эндре.  

     — Где ты был?  

     — Потом расскажу.  

     Они сели в машину.  

 

     — Эндре, почему ты молчишь, что случилось? — посмотрев на него, спросил Джерри.  

     — Проходи. Посмотришь на мой дом в Эссексе.  

     — Вау! Тут круто. Я не сомневался в твоем вкусе. Однако печально жить одному в таком роскошном доме.  

     — Ну, теперь-то я не один. Вот ванна, туалет, кухня. Пойду приготовлю ужин и приберу на скорую руку. Я давно здесь не был... С тех пор, как мы познакомились.  

     — Хорошо, я пока в ванную.  

     Они сидели за столом напротив друг друга. Эндре молчал, он нервно размешивал кофе в чашке, громко стуча ложкой о стенки.  

    — Что случилось?  

    — Ничего.  

    — Я отлично знаю тебя, Эндре. С тобой что-то не так. Куда ты постоянно смотришь? На эту пустую чашку?  

На глазах Джерри пустая чашка сама начала передвигаться по столу и, докатившись до края, упала, вдребезги разбившись. Джерри вытращил глаза.  

    — Ну ничего себе! Телекинез какой-то. Как ты это сделал, Эндре? Я не знал, что ты такое умеешь.  

 

    — Я тоже не знал, — мрачно ответил Эндре. — Вот, оказывается, умею. Один человек сегодня мне показал этот прием.  

    — Какой человек?  

    — Если бы я знал, кто это. Он мог меня читать. Видимо, он обладает такой же силой, как я, если не сильнее... Неспроста он здесь появился, не нравится мне это все.  

    — Кто это такой? — спросил Джерри.  

    — Мой заместитель. Но я не назначал его. У них бумаги с моей подписью, но я ничего не подписывал! Эти силы... — Эндре подпер голову рукой. — Но это не все... Этот человек начал целовать меня и я даже не мог этому сопротивляться... он залез ко мне под футболку...  

Джерри вскочил из-за стола:  

    — Хватит! Зачем ты мне все это говоришь?!  

    — Потому, что люблю тебя... У меня нет от тебя секретов, я обязан рассказать тебе... Я знаю, что ты поймешь меня...  

    — Пойму?! То, что ты целуешься с другим мужчиной и так спокойно об этом говоришь!  

    — Джерри, послушай... Меня никто не интересует, кроме тебя, ты прекрасно знаешь это. Мы были каждую минуту вместе и мне нет сенса размениваться на интрижки...  

     — И в первую же свободную от меня минуту ты занялся поцелуями с другим парнем!  

     — Джерри, я уже сказал тебе, какой силой он обладает. Как только я вышел из-под его контроля, я сразу же отпихнул его и примчался к тебе...  

     — Я польщен. Сегодня я буду спать один, в какой-нибудь из этих комнат, с вашего позволения, господин опекун...  

     — Делай так, как ты хочешь, — тихо, без эмоций, проговорил Эндре, уставившись в чашку, будто гадал на кофейной гуще.  

     Джерри, опустил голову, прошелся момо комнат, в которых накопился толстый слой пыли. Он зашел в первую попавшуюся. Это была детская. Детская Эндре! Полная огромных мягких игрушек. Фотография в рамке на столе. На нем Эндре столько же лет, сколько и ему сейчас. Какой он красивый... Он всегда был очень красивым мальчиком, с необычной судьбой... Кто посмел целовать эти губы, кроме меня, кто! Острая игла больно впилась в душу. Слезы потекли по лицу. Джерри взял альбом с детскими фото Эндре. Здесь ему семь, а здесь — школа, университет... Вот, каким он был, мой Эндре... Безупречным... А может, он уже не мой? Джерри прижал к груди альбом с детскими фото Эндре, слезы продолжали струиться по лицу. Он лег в постель. Она была холодной. Ее уже никто не согреет сегодня. В этой постели спал Эндре... Джерри прижал к щеке шелковую простынь. Будто бы частичка маленького Эндре до сих пор находилась здесь. Но снова и снова представлялась картина, как кузен кто-то целует... Прочь, прочь! Буду спать один... Джерри взял огромную плюшевую собаку. Вот, кого я сегодня буду обнимать. Она никогда не придаст... Усталость взяла свое и глаза Джерри сомкнулись, принося облегчение долгожданным сном.  

Эндре сразу понял, в какой комнате спит Джерри, почувствовав его энергию. Он тихо вошел. Какой Джерри был милый с этой огромной собакой в обнимку!  

"Когда-то и я вот так спал в этой постели... А теперь в ней спит мой любимый мальчик. " Эндре опустился возле кровати. Вся подушка была мокрая от слез Джерри. Эндре взял руку мальчика и долго-долго целовал ее. Он осторожно прикрыл кузена одеялом.  

   — Прости меня, мышонок. Я очень тебя люблю, но есть вещи, против которых даже я бываю бессилен... — он потушил свет и вышел.  

Утром Джерри увидел записку на столе: "Джереми, я уехал на фирму. Оставляю тебе деньги, можешь заказать себе пиццу или что сам захочешь. Я люблю тебя".  

   — Деньги! Хочешь деньгами откупиться от меня! А на фирме ждет новый загадочный заместитель... — Джерри хлопнул кулаком по столу и деньги разлетелись по полу.  

 

3  

 

   — Доброго дня, мистер Борджиа, — со странной улыбкой проговорил Омар Али.  

   — Доброго, доброго, — сказал Эндре, не глядя на него. — Кофе, прежде, чем вы приступите к своим обязанностям?  

   — С превеликим удовольствием, — сказал Али, подставляя себе стул. Эндре избегал смотреть ему в глаза, чтобы не попадать больше под его влияние.  

   — У вас все нормально, мистер Борджиа? Вы, вроде, чем-то озабочены?  

   — Все в полном порядке, мистер Али, не сомневайтесь.  

   — Мне показалось, вы с кузеном повздорили и переживаете из-за этого?  

   — Мистер Али, мои отношения с членами моей семьи вас не касаются, — сказал Эндре и мысленно поставил перед собой зеркало.  

   — Да, конечно, простите.  

Эндре долго смотрел на чашку с кофе Омара Али, пока она не покатилась по столу и, доехав до края, с грохотом не разбилась.  

   — Ой, вы кофе свое разлили, мистер Али, — сказал Эндре, — но ничего страшного, сейчас уборщица все уберет.  

   — Один : один, — тихо проговорил Али.  

   — Вы что-то сказали?  

   — Нет-нет, вам послышалось.  

   — Я закажу еще кофе, — сказал Эндре.  

   — Нет, пожалуй, приступим к работе, — ответил Али. — Мистер Борджиа, я давно занимаюсь разработкой продукции, и мы вместе с вами (слово "вместе" он подчеркнул особенно), могли бы сделать "Анриэл" номер один в мире. Я знаю такие формулы, с помощью которых можно получить едва ли не волшебный крем, — сказал Али, поближе подсаживаясь к монитору, за которым сидел Эндре.  

   — Уж в этом я не сомневаюсь, — мистер Али, — проговорил Эндре. Омар Али наклонился близко к его ухо и прошептал:  

— Нам лучше не ссориться, Борджиа, ведь мы одного поля ягоды, если мы будем вместе, то будем способны творить невероятные вещи... Я люблю тебя...  

Эндре откашлялся.  

   — Мистер Омар Али, вы говорите странные и совершенно неадекватные вещи, которые заставляют всерьез задуматься о вашем психическом здоровье. Может вам дать отпуск?  

   — Нет, благодарю, мистер Борджиа, все в полном порядке, — проговорил Али и злобно сверкнул глазами. Бумаги, лежащие на столе, разлетелись по всему кобенету.  

   — Как-то тут у вас ветрено, мистер Борджиа.  

   "Как он это сделал? "  

Эндре начинал злиться. Он сосредоточил свое внимание на окне и оно открылось! Бумага, лежащая на столе, вылетела в открытое окно.  

 

   — Мистер Али, сегодня действительно очень ветрено. Бумагу о том, что вы здесь работаете, унесло ветром.  

   — Ничего страшного, мистер Борджиа, — сказал Али с ехидной улыбкой, — вот точно такая же бумага.  

Али подошел к нему совсем близко:  

   — Мне нравится видеть тебя таким, разозлившимся, импульсивным. И нравится, что благодаря мне, ты открываешь в себе новые способности, — прошептал он.  

   — Мистер Омар Али, занимайтесь лучше своими делами, — сказал Эндре и вышел из кабинета.  

   

 — Джерри! — позвал Эндре. Никто не ответил. Было пусто. — Я чувствую, что ты где-то здесь, мой мальчик...  

Джерри стоял и смотрел в раскрытое окно. Эндре закрыл его.  

   — Ты простудишься...  

Джерри молча отошел от окна.  

   — Так ничего и не поел. Сейчас я закажу нормальный обед. Так и будешь молчать?  

   — А что говорить?  

Между ними словно кошка черная пробежала. Как больно было осознавать это после всего того, что было между ними!  

   — Джерри, ну прекрати дуться, я больше не могу так!  

   — Я не дуюсь, — ответил Джерри.  

   — Я больше его к себе не подпускаю, но не знаю, как избавиться от него...  

Джерри пожал плечами.  

   — Вот, доставили обед. В этом доме нужно хорошо запастись продуктами.  

За столом Джерри тоже молчал.  

   — Ты должен есть, — сказал Эндре, — посмотри, как ты похудел.  

   — Я ничего никому не должен!  

   — Я твой опекун и ты должен слушаться меня. Ты же сам хотел этого, разве не так? Не ты ли просил сделать меня твоим опекуном?  

   — Я не твоя вещь, не твоя игрушка! — вскричал Джерри.  

   — Все, мне это надоело! — сказал Эндре. — Пойдем наверх!  

   — Зачем?  

   — Сейчас узнаешь!  

   — Никуда я с тобой не пойду, — сказал Джерри. Эндре перебросил его через плечо, как мешок соломы, и понес наверх. Джерри отбивался, как мог:  

   — Отпусти меня, я тебя ненавижу!  

Эндре пропускал все это мимо ушей. Он принес его в спальню, швырнул на кровать и слегка придавил коленом, чтобы тот не брыкался:  

   — Кого ты пытаешься обмануть, Джерри? Ты с ума по мне сходишь...  

   — Эндре наклонился к нему совсем близко.  

   — Отвали от меня! Я пересмотрел свои взгляды относительно тебя.  

Эндре наклонился еще ближе. Джерри крепко стиснул губы. Эндре разжал их и его язык проник в рот кузена. От этого мурашки поползли по коже Джерри, но он не сдавался. Рука Эндре гладила его по животу и бедрам и Джерри сию же минуту был готов отдаться ему.  

Эндре прекратил поцелуй и заглянул ему в глаза:  

    — Да ты дрожишь от каждого моего прикосновения и, будь, твоя воля, стонал бы каждую минуту...  

    — Я тебя ненавижу!  

Эндре водил пальцем по его шее.  

    — Послушай, глупый мышонок, если бы у меня кто-то был, стал бы я рассказывать вчера тебе о том, что случилось? Кроме того, сейчас я бы находился с тем человеком, а не совращал тут тебя... Я бы мог утаить от тебя вчерашнюю сцену, но не утаил! Потому, что до конца хочу быть честным с тобой, но мне это всегда выходит боком. Почему ты никогда не веришь мне? В меня?..  

Эндре встал с постели и направился к выходу.  

    — Эндре? — закричал Джерри. Тот обернулся. — Не уходи...  

    — Нет, сейчас действительно лучше уйти.  

Джерри подскочил с кровати и загородил проход к двери.  

    — Сам раздразнил меня, а теперь хочешь вот так уйти?  

    — Ты же меня ненавидишь? — спросил Эндре.  

    — Потому, что люблю, потому, что не могу представить, как ты целуешься с другим парнем! Потому, что ты должен целоваться только со мной, — Джерри обхватил его за шею, и привлек к себе, облизав его губы. — Я люблю тебя, не уходи, пожалуйста, я тебя никому не отдам...  

Эндре усмехнулся:  

    — Вот этих слов я от тебя и добивался!  

Эндре отнес его на постель.  

    — Давай доверять друг другу и больше не ссориться, как взрослые люди... — сказал Эндре. — Я тоже не просто так раскидываюсь словами о любви, и мне больно, когда ты не доверяешь мне...  

     — Прости, — прошептал Джерри, поглаживая его по щее.  

     — Ты тоже меня прости, если был в чем-то неправ...  

     — Не хочу больше засыпать один, — сказал Джерри. — Мне так сильно одиноко без тебя!  

     — И не будешь! Не вздумай даже, я всегда буду рядом.  

     — А где сейчас твоя мама, моя тетушка? — неожиданно спросил Джерри.  

     — Нашла себе любовника и уехала к нему, — сказал Эндре.  

     — Я никогда не видел ее.  

     — Она славная, — сказал Эндре, — даже, если бы она узнала о наших отношениях, она восприняла бы это, как должное.  

     — Тогда я уже люблю свою тетку. Редко встретишь таких замечательных людей. А отец?  

     — Тоже где-то с другой семьей. Да что ты все о родителях? Теперь ты — моя семья и другой мне не надо. Сколько раз можно вдалбливать это тебе?  

     — Прости меня, я же просто глупый мальчишка... От твоей красоты у меня замирает сердце...  

     — Тогда целуй меня. Целуй сотни тысяч раз. И будешь прощен.  

 

 

 

 

                4  

 

     Джерри проснулся. Черный волос на подушке — волос Эндре. Джерри закрыл глаза, кутаясь в одеяло. Он хотел заново пережить моменты прошлой ночи. Что за ночь была! Каким он был страстным. И любящим. И он сейчас на фирме. И там снова этот... Джерри встал с постели. Ну уж нет, я так просто Эндре никому не отдам. Нужно знать врага в лицо.  

 

 

     — Вы просто сияете, мистер Борджиа, — проговорил Омар Али. — Видимо, все наладилось в личной жизни.  

     — Моя личная жизнь сотрудников "Анриэл" не касается, — ответил Эндре.  

     — Зря вы так, мистер Борджиа, — Омар Али стоял сзади, положив руки ему на плечи. — Я предлагал вам союз, ведь я тот, кто нужен. И вы нужны мне... — он шептал ему прямо на ухо.  

     — Мистер Омар Али, сядьте на место и займитесь работой, что вы себе позволяете, в конце концов! — теряя терпение, сказал Эндре.  

Позвонил телефон.  

— Мистер Борджиа, к вам пришел мальчик, утверждает, что ваш кузен, мы не хотели впускать, но он...  

 

     — Впустите!  

     На красивом лице Омара Али появилась тонкая улыбка.  

     Джерри вошел в кабинет.  

     — Здравствуйте, мистер Борджиа.  

     — Ну здравствуй, Джереми! — сказал Эндре. В голове Джерри он прочитал: "Я соскучился. И пришел посмотреть на этого урода, который домогается тебя".  

     — Хоть бы представили мне своего кузена, мистер Борджиа, — сказал Омар Али.  

     — Это мой заместитель — Омар Али, а это мой кузен Джереми Борджиа, — нехотя сказал Эндре.  

     — Как считаете, Джереми, я слишком похож на урода? — с улыбкой спросил Омар Али.  

Джерри понял, что он прочел его и покраснел. Мальчик вглядывался в лицо Омара и поражался его необычайной красоте. Омар Али смотрел ему прямо в глаза. Заметив это, Эндре взял кузена за руку и вывел из кабинета.  

     — Не смотри на этого человека, он опасен, а особенно для тебя, незащищенного. Он читает тебя, как раскрытую книгу. Джерри обнял Эндре. Он увидел, что вдалеке стоит Али и пристально смотрит на него. Мальчик сжал руку кузена. Эндре обернулся и был разгневан:  

     — Мистер Омар Али, соблаговолите заняться работой! Вас не для того взяли на фирму, чтобы вы праздно шатались по коридору!  

     — Да, конечно, мистер Борджиа, простите, — Али с улыбкой удалился.  

     — Поезжай домой, Джерри, слышишь, и больше не появляйся здесь. Для нашего же блага, слышал? Иди, я люблю тебя. Скоро приеду...  

     Эндре вошел в кабинет. Омар Али сидел за его столом, в его кресле.  

     — Омар Али, — теряя терпение, проговорил Эндре, — вы забываетесь. Это место директора фирмы "Анриэл", но никак не ваше!  

     — В отсутствии директора, я заменяю его, — спокойно сказал Омар Али.  

     — Его, но уж никак не его рабочее место! Мистер Али, у вас есть свое рабочее место, так что освободите мое!  

     — Конечно же, мистер Борджиа, зачем так нервничать? — спросил Али. Он провел рукой по спине своего директора. Эндре схватил его за руку и выкрутил ее.  

     — Что вы себе позволяете?!  

     Омар схватил его свободной рукой, локтем под горло:  

     — Прекрати делать вид, что ничего не понимаешь, Борджиа, я давно искал тебя. Я тебя люблю. Ты такой же, как я...  

     Собрав всю свою силу, Эндре высвободился из крепких объятий Али.  

     — Знаете что, мистер Али, у меня уже есть человек, которого я люблю и никто другой мне не нужен, а тем более Вы. Вы уволены! Ибо работать с вами нет никакой мочи!  

     — Поль! — закричал Эндре.  

     Забежал секретарь.  

     — Вот бумага об увольнении мистера Омара Али, без права возвращения, окончательно и бесповоротно. Все остальное будет считаться недействительным. И близко запрещаю ему приближаться к нашей фирме. Скажите остальным. Вам понятно?  

     — Да, мистер Борджиа.  

     — Очень хорошо.  

     — Ты об этом очень пожалеешь, — шепнул Омар Али зловещим тоном. Дверь сама по себе захлопнулась с таким грохотом, будто ею хлопнули сразу двадцать человек, едва не сорвавшись с петель.  

     — Что там происходит у них в кабинете? — стали расспрашивать сотрудники фирмы.  

     — Я видел, как зам директора домогался мистера Борджиа.  

     — Да ты что! Ну и ну!  

     — А он спит со своим кузеном, тем мальчиком, что приходил сюда.  

     — Ничего себе. Жесть.  

     — Вам не кажется, что моя личная жизнь касается только меня, господа? — спросил Эндре.  

     — Конечно, конечно, мистер Борджиа, — все немедленно занялись своим делом.  

 

 

     Джерри сидел дома, но ему постоянно представлялось лицо Омара Али. Он никогда еще не видел такого лица, поражающего экзотической красотой. Восточный разрез глаз, похожих на чернослив, иссиня-черные волосы, смуглая кожа... Не зная почему, Джерри постоянно думал об Омаре. Тут зазвонил его мобильный.  

     — Здравствуй, Джереми...  

     — Кто это?  

     — Омар Али. Твой кузен знакомил нас сегодня...  

     — Да, я помню, мистер Али...  

     — Я бы хотел встретиться с тобой и побеседовать. Подъезжай сейчас к пабу "Люкс", такси уже ждет внизу, оно доставит тебя, куда надо.  

     — Да, мистер Али...  

     Джерри побежал к двери: такси действительно стояло. Его тянуло к этому человеку, и он ничего не мог с этим поделать.  

 

Омар Али ждал его за столиком в сумеречном освещении паба.  

     — Садись, Джереми, — Али слегка прикоснулся к его руке.  

     — Здравствуйте... — пробормотал Джерри. Мальчик не мог оторвать взгляда от его лица. Это был просто гипноз.  

     — Вы... Хотели о чем-то поговорить?  

     — Да, садись... Я заказал тебе лимонад со льдом. Мы, с твоим кузеном, немножко не поладили, но это никак не скажется на моем отношении к тебе... Ты такой милый мальчик и очень понравился мне...  

     Али положил руку на колено Джерри.  

     — Мистер Али...  

     — Ты уже сомневаешься, любишь ли кузена... А, может быть, любишь меня? — он улыбнулся. — Не смущайся, Джерри.  

Али провел пальцем по его нежной шее, погладил его тело под футболкой. Его лицо было все ближе, губы Джерри сами приоткрылись и он издал слабый стон, когда язык Али оказался у него во рту.  

     — Мразь! — закричал, не помня себя, Эндре.  

Со всей силы он вмазал Омару Али по челюсти. Али посмотрел на него и Эндре упал, зацепившись за стул. Стакан с лимонадом сам по себе пополз по столу и свалился на колени Омару Али. Охранник, увидевший это, даже не в силах был разнять перепалку. Он стоял с разинутым ртом.  

     — Пошли! — закричал Эндре, схватив Джерри за руку.  

     — Черная метка тебе, Борджиа, ты еще не знаешь, с кем связался! — крикнул вслед Омар Али.  

     — Да пошел ты! — на ходу крикнул Эндре. — Садись в машину, — сказал он Джерри тоном, не терпящим возражений. Мальчик находился в состоянии шока. Он не понимал, что происходит. Эндре рвал и метал.  

     — Эндре, не гони на такой скорости, мне страшно, — наконец проговорил Джерри.  

     — А целовать этого ублюдка тебе было не страшно?  

     — Если даже ты не устоял перед его силой, то что ты хочешь от маленького мальчика?  

     Это была истина, но Эндре не мог утихомирить собственный гнев.  

     — Это что же получается, как только меня не будет дома, эта тварь будет тащить тебя в постель?! Это уже ни в какие рамки не лезет!  

     — Эндре, столб! Эндре, прошу тебя, сбавь скорость, мы можем убиться!  

     — Все, теперь ни на шаг от меня, ни ногой! Будешь ездить со мной на работу.  

     Джерри молчал. Эндре выволок его из машины, как куклу. В его ушах так и стоял смех Омара Али.  

     — Эндре, пожалуйста, мне же больно!  

     — Когда я увидел, как этот ублюдок целует тебя, я взорвался. Только я имею право целовать эти губы. Если это сделает кто-то другой, я убью его!  

     Джерри глубоко вздохнул:  

     — Как приятно, что ты так ревнуешь меня... Когда ты так ревнуешь, я чувствую, что нужен тебе...  

     — Только дошло! Ну ты же под силой притяжения Омара Али, тебя должно тянуть только к нему.  

     — Знаешь, Эндре, когда ты со мной рядом, его сила оказывается бесполезной. Она просто не действует. Мне с тобой не страшно ничего. Он ничего не добьется, потому что моя любовь к тебе сильнее его силы.  

     — Малыш мой, прости, — Эндре поцеловал его в голову.  

     — Классно ты его отделал, он сидел весь мокрый от лимонада, как лох, — сказал Джерри.  

     — Если бы не он, я бы даже не знал, что умею такое... Он хочет мою фирму, хочет тебя, он хочет забрать все. А в Библии сказано: "Не желай ничего, что у ближнего твоего".  

     — Он ничего не получит.  

     — Джерри, послушай, это очень важно, — сказал Эндре. — Тебе нужно научиться ставить зеркало. Тогда даже он не сможет прочесть тебя.  

     — И ты не сможешь.  

     — Тебя-то я уже наизусть знаю. Закрой глаза. Представь мысленно большое зеркало. Сосредоточься на этом. Представь огромное зеркало и, что теперь ты под его защитой. Теперь никто не сможет читать тебя, зеркало будет отражать его самого.  

     — Представил.  

     — Закройся зеркалом. Сосредоточься на этом. Думай только о зеркале, о том, что никто не сможет теперь читать тебя...  

     — Эндре, я устал, я хочу спать...  

     — Идем спать. Теперь я ни на минуту не отпущу тебя от себя, — сказал Эндре.  

     — А я и не хочу, чтобы ты меня отпускал. Я сам тебя никуда не отпущу. И никакие козни Омара Али не помогут, потому что люблю я только тебя.  

     Эндре расстелил постель и уложил мальчика.  

     — Давай, иди ко мне, — сказал Джерри. Он прижался к кузену всем телом и свернулся клубочком.  

     — Эндре, холодно...  

     — Сейчас я согрею тебя, мой хороший, — Эндре обнял его и укутал одеялом. — Сейчас ты согреешься и заснешь.  

     — Эндре... с тобой так спокойно, будто бы я в полной безопасности. Не оставляй меня одного...  

     — Не оставлю. Теперь тем более ни за что не оставлю. Будешь ездить со мной на работу. Скоро я окончу дела, поставлю на свое место толкового заместителя и мы вернемся в Лондон.  

     — Да, милый, — проговорил Джерри. — Зазвонил его мобильный.  

     — Омар Али звонит! — воскликнул Джерри.  

     — Ублюдок! — воскликнул Эндре и вырвал трубку. — Ты, ушлепок, оставь нас в покое! Тебе ничего не добиться! — Эндре вынул карточку и в бешенстве разломал. — Завтра дам другую.  

     — Эндре, успокойся, не заводись так, этот неудачник ничего не сделает нам, потому что мы по-настоящему любим друг друга, — Джерри нежно и медленно провел по его руке.  

     — Ты прав, мышонок, и что-то я начинаю хотеть тебя...  

     — Хочу, чтобы ты всегда меня хотел! — сказал Джерри. Эндре запрокинул его голову на подушки и впился губами в его губы, не выпуская его руки из своей.  

 

 

 

 

                5  

 

     — Собирайся, малыш, ты едешь со мной на работу.  

     — Да, папочка.  

     — Кстати, о родителях, — сказал Эндре, — моя мать, узнав, что я в Эссексе, хочет приехать на следующей неделе, так что нам придется задержаться здесь.  

     — С удовольствием познакомлюсь с тетушкой.  

     — Давай, в машину, поехали, мы опаздываем.  

 

 

 

 

     — Смотрите, он с этим мальчиком и на работу приезжает.  

     — Неужели они спят вместе, он же еще совсем ребенок!  

     — Слышали, за что уволили Омара Али? Там такое было...  

 

     — Будешь сидеть в моем кабинете, — сказал Эндре. — Можешь поиграть в игрушки или в поторчать в интернете. Я немного поработаю.  

     — Хороший у тебя кабинет, приятный, — сказал Джерри.  

     — Как подрастешь, если есть желание, можешь работать со мной рука об руку. Все, что есть у меня, принадлежит и тебе.  

     — Куда ты, туда и я.  

     Каждый смотрел в свой компьютер, но чеерез полчаса они уже смотрели друг на друга.  

     — Я не могу спокойно работать, когда ты рядом, — сказал Эндре, — я становлюсь сам не свой.  

     — Так и я тоже...  

     — Нужно абстрагироваться, — Эндре снова уставился в свой монитор.  

Сообщение по ай-си-кью от кузена: "Я люблю тебя, Джерри". Букет цветов.  

     — Я так больше не могу, — сказал Эндре и запер дверь.  

     — Что ты намереваешься делать? — спросил Джерри.  

     — Я больше не могу. Я хочу тебя на этом столе. Это моя прихоть.  

     — Ого... Эндре... там же люди...  

     — Черт с ними... — Эндре опрокинул его на стол, бумаги и папки упали на пол.  

     — Эндре, мне стыдно...  

     — Сделай это для меня, — он залез на стол и начал целовать Джерри, который схватил его за галстук.  

     — Ты знаешь, как возбудить меня, — сказал Джерри. — Ну хорошо, сделай это со мной. Прямо здесь.  

     Эндре расстегнул ремень на его брюках:  

     — Сделаю, не сомневайся!  

 

     — Что там такое, Борджиа дверь своего кабинета запер.  

     — Он там с кузеном.  

     — Ого! Он там с этим мальчиком светленьким уединился, который на девочку похож? Ничего себе!  

     — На работе, в кабинете, посреди рабочего дня, хоть бы стыд поимел! Будто ночи мало для извращений.  

 

     — Эндре... Я люблю тебя, — новая кипа бумаг рухнула на пол.  

     — С тобой я не смогу работать и вместо стола сюда придется поставить кровать.  

 

     — Скоро приедет мать, поэтому нам придется вылизать весь дом, раз прислугу не хочешь нанимать, — сказал Эндре.  

     — Справимся. И в нашей комнате давно не помешало бы навести порядок, создать уют. С момента переезда сюда мы не сделали для этого дома ничего.  

     — Так за дело.  

     Джерри надел рабочий фартук и влез на подоконник, чтобы вымыть окно. Он чуть не свалился на пол:  

     — Эндре! Эндре! Внизу стоит Омар Али!  

     — Что?! — вскричал Эндре. — Где этот ублюдок, он у меня сейчас зубов не досчитается!  

     Эндре выглянул в окно, но Омара Али уже не было.  

     — Он стоял внизу и смотрел на меня. И мне стало плохо, я чуть с подоконника не упал.  

     — Слезай немедленно. Лучше протри пыль на столе, я сам вымою окно. И учись ставить зеркало, как я тебе говорил.  

     — Я пытаюсь, Эндре, честно...  

 

     — Смотри, как хорошо и уютно стало в нашей комнате! – сказал Джерри. — Подушек бы побольше. Люблю спать, когда много подушек.  

     — Будешь спать на мне! — сказал Эндре. — Куплю подушек, хоть сотню, каких захочешь. Но вот что-то не могу понять, какие именно тебе нравятся. Ты научился зеркало ставить?  

     — Тебе виднее...  

     — Похоже на то, малыш...  

     — Эндре! — раздался женский пронзительный голос. – Эндре!  

     — Мать приехала!  

     Джерри спрятался в другой комнате.  

     — Эндре, ну где ты там!  

     — Я тут, мама! — он вышел в гостевую.  

     — Не виделись лет сто, сынок! А племянник где? Хоть посмотреть на него!  

     — Джерри, иди сюда, к нам, не бойся, — позвал Эндре. Джерри вышел из комнаты и застенчиво встал у двери. Он увидел женщину лет пятидесяти пяти, в экстравагантной шляпе и с ярким макияжем, но это на удивление не попахивало вульгарщиной.  

     — Сынок, хоть бы раздеться помог!  

     — Да, конечно, мама, — Эндре снял с дамы пальто. — Это Джереми, а это моя мама — миссис Сэнди Борджиа.  

     — Ну, иди сюда, племянничек, хоть обниму тебя! — миссис Борджиа едва не задушила Джерри в объятиях.  

     — Здравствуйте, тетушка, — прошептал Джерри.  

     — Какой славный мальчик, у тебя хороший вкус, сынок. Правда молод еще, но и время не стоит на месте. Вот подарки. Это повесите к себе в спальню.  

     Джерри был в шоке. Фразы "у тебя хороший вкус, сынок" и "это повесите к себе в спальню" выбили из колеи. Джерри покраснел.  

     — Джерри, мама в курсе наших отношений, — сказал Эндре.  

     Джерри еще больше покраснел.  

     — Какой он застенчивый у тебя, с ума сойти! Что, кстати, моя сестра и ее муж говорят по поводу вашего союза? Зная консервативные взгляды сестры, думаю, что она не в восторге.  

     — Все нормально, мама, они передали мне опекунство над Джерри.  

     — Даже так? Ой, как славно! Правда внуков не будет, так и черт с ними, меньше проблем. Любовь — это прекрасно. А кто и с кем, это уже какая разница! Пойду пирог испеку.  

     — Ты бы отдохнула, мам.  

     — Вот, испеку пирог, так и отдохну. Как вы тут сами, без женщины. Приготовить толком, небось, не можете, — миссис Борджиа ушла на кухню.  

Эндре пожал плечами:  

— Это моя мама.  

     Джерри ошарашенно продолжал стоять у двери:  

     — Моя мать меня бы на месте убила. И они сестры?! Это небо и земля.  

     — Я рад, что Господь послал мне такую понимающую мать, — Эндре обнял Джерри и уткнулся носом ему в грудь.  

     — Мы теперь даже уединиться не сможем, — сказал Джерри.  

     — Уже уединились.  

     — Эндре... а мне понравилось на столе в твоем кабинете... это было что-то новенькое...  

     — Даже так? Так будем этим заниматься там почаще, — Эндре взял его за подбородок и стал целовать в губы. — Идем в комнату, будем перебирать подарки.  

     Они тащили кучу коробок с яркими ленточками.  

     — Где тут чьи? — спросил Джерри.  

     — Видимо, общие, — ответил Эндре.  

     Джерри развязал бант на одной из коробок:  

     — Эндре... Ой! Здесь красные бикини и чулки! Ха-ха-ха!  

     — Мама подумала, видимо, что мы трансы. Забавно. Давай бросим кубик, у кого выпадет шестерка, тот и танцует стриптиз в этом наряде.  

     — Да ты что!  

     — Не трусь. Я даже первый брошу. Тройка.  

     — Четверка, — сказал Джерри.  

     — Двойка.  

     — Единица.  

     — Шестерка...  

     — Эндре, с тебя стриптиз в этом наряде, я жду, — сказал Джерри, — вот тут еще и парик имеется.  

     Через некоторое время вошел Эндре. В чулках, бикини и в красном парике на голове.  

     Джерри с удивлением разглядывал его:  

     — Знаешь, я даже не смеюсь. На многих мужчинах это смотрится убого, но тебе именно идет.  

     — Еще транссексуала из меня сделай, — сказал Эндре.  

     Вошла миссис Борджиа:  

     — Ребята, пирог готов. О, я знала, что вам обязательно пригодятся мои подарки. Ладно, зайду попозже.  

     — Да, попозже. Потому что я кое-кого очень захотел, — сказал Эндре.  

     — Замечательная у тебя матушка, мне бы такую, — сказал Джерри. — Это, если ты сейчас в женском наряде, мне мужчиной быть что ли?  

     — Да, было бы неплохо. Ты давно этого со мной не делал.  

     — Ну, ты же всегда такой неприступный, — сказал Джерри.  

     — Для других, но не для тебя. Ты же знаешь, что тебе я отдамся с удовольствием. Вот, я весь твой, делай, что хочешь.  

     — Чтобы такое с тобой сделать, — проговорил Джерри и залез сверху.  

     — Буду целовать тебя для начала до умопомрачения. Тебе очень идет этот парик. Есть люди, которым идет все. И это ты.  

     — Я тоже тебя люблю, Джерри...  

 

 

6  

 

     — Отличный пирог, мам.  

     — Как вам мои подарки, ребят?  

     — Мам, мы не одеваемся девушками и не стремимся быть похожими на них, — пояснил Эндре. — Мы — обычные парни, просто любим друг друга. И все тут.  

     — Ну, понятно. В следующий раз привезу что-нибудь другое. Племянничек! — миссис Борджиа громко поцеловала Джерри в щеку. — Он славный парнишка, я рада, что вы вместе. Берегите друг друга, — она взяла руку Джерри и положила на нее руку Эндре. — Я люблю вас! Сын, головой за малыша отвечаешь! С тебя спрос, ты опекун.  

     — Я знаю, мама. Я одного его теперь ни на минуту не оставлю.  

     — Вот и славно, пойду на кухню, чего-нибудь приготовлю.  

     Джерри посмотрел на Эндре:  

     — У меня такое ощущение, что мы с тобой женаты. Я чувствую себя твоей женой.  

     — Навыдумывал. Хотя, что в этом плохого? У нас все серьезно, можно сказать, что женаты. Говорят, семейный быт убивает любовь, а у нас он, вроде как, добавляет страсти.  

     — О, у нас отнюдь не обычная жизнь, — сказал Джерри, — вместе со всеми твоими силами, откуда они только взялись.  

     — Если бы не это, мы могли бы никогда не познакомиться, — сказал Эндре.  

     — Не говори таких страшных вещей!  

     Эндре опустил кузена на диван и медленно начал целовать в губы:  

     — Мне никогда не надоедает это. И чем больше целую, тем больше хочется. Откуда берется эта страсть к тебе, которая никогда во мне не утихает?!  

 

     Джерри вышел на улицу выносить мусор. Вдруг, чья-то ладонь закрыла мальчику рот и незнакомец потащил его к своей машине.  

     — Будь умным парнем, сиди тихо.  

     — Омар Али!  

     Омар улыбнулся. Машина выехала на дорогу и помчалась в неизвестном направлении.  

     — Омар Али, почему бы Вам не оставить нас в покое! — вскричал Джерри.  

     — Твой кузен сильно строптив и ответит за это, — сказал Али.  

     — Вы ничего этим не добьетесь. Мы любим друг друга, и даже ваша сила не сможет нас разлучить.  

     — Посмотрим. Ты — его слабое место. А ты теперь мой заложник, мальчик. Тебе не будет со мной скучно, поверь. Я скрашу твое одиночество.  

     — Вы омерзительны!  

     Омар Али только улыбался.  

     Джерри тщетно дергал дверь автомобиля.  

     — Не трать силы понапрасну, — спокойно ответил Али. — Он включил медленную восточную музыку.  

     — Выпустите меня сейчас же! Это уже похищение несовершеннолетних и оно карается законом!  

     Омар Али только рассмеялся ему в ответ.  

     — А то, что тебя развратил собственный кузен, законом не карается? Мальчик, мне-то уж можешь не рассказывать.  

     "Что же делать? Что же делать? " — напряженно думал Джерри.  

     — Сидеть, слушать музыку и получать удовольствие, — ответил Омар.  

     "Представь огромное зеркало, и что теперь ты под его защитой"...  

Джерри представил здоровое зеркало, которое скрывало его от чужих глаз.  

Омар усмехнулся:  

     — Братец научил ставить защиту?  

     "Неужели у меня получилось?!"  

     — Зря ты воспринимаешь меня, как врага, — сказал в абсолютном спокойствии Омар Али. — Я не был врагом твоему брату, я предлагал ему союз...  

     — Что?! — вскричал Джерри. — Какой еще союз?!  

     — Наш с ним союз. Согласись, мы идеально подходим друг другу? Мы были бы красивой и сильной парой и смогли бы покорить мир... Ты не пара ему, понимаешь, ты всего лишь его временная игрушка. Он бросит тебя, как только наиграется, как только удовлетворит свою страсть. Сильные всегда поступают так со слабыми. Только я с ним могу чувствовать себя на равных.  

     — Замолчите! Вы пытаетесь сделать мне больно, но у вас ничего не выйдет. Эндре любит меня, и в этом я ни на минуту не сомневаюсь!  

     — Глупыш! Это лишь слова, пустые слова...  

     Омар Али своими фразами начинал бесить Джерри все больше и больше, он мечтал заклеить ему рот скотчем, чтобы этот коварный человек не пытался посеять в его душе сомнения.  

     — Выходи из машины и иди в дом. И без фокусов, если не хочешь навредить своему любимому брату.  

     Джерри молча вошел в дом.  

     — Располагайся, будь, как у себя дома. Я принесу выпить.  

     Джерри мрачно сел.  

     Омар Али расположился на мягком диване рядом с ним. Он обнял Джерри за плечи:  

     — Ты и вправду славный мальчик. Но, увы, не пара Борджиа...  

     — Это не Вам решать. Чего вы только хотите этим добиться?  

     — Твоего кузена, чего же еще. Его силы, его тела, его любви...  

     — Что?! — Джерри накинулся на Омара Али.  

— Не стоит лезать на рожон к тому, кто сильнее тебя.  

     Али схватил мальчика так крепко, будто зажал в тиски. Провел языком по его шее, погладил по спине под футболкой.  

     — Да, ты славный, я бы хотел тебя, но пока что нужно позвонить твоему возлюбленному.  

     — Борджиа, мы тут с твоим кузеном развлекаемся немножко...  

     — Ублюдок, ты труп! — заорал Эндре в трубку.  

     — Так присоединяйся к нам, мы гостям рады, места всем хватит. Адрес сказать, или ты "видишь"?  

     — Я приеду, чтобы похоронить твой труп! — заорал Эндре.  

     — Ой, как много чести для меня! Приезжай, похоронишь. А я пока уделю немного внимания малышу, а то он совсем заскучал...  

     Омар Али запустил руки под футболку Джерри:  

     — Какая нежная кожа, Эндре знает толк в наслаждении. Но такими, как ты, можно удовлетворять свою страсть и больше ничего серьезного.  

     Джерри молчал. Он думал о том, что будет, когда приедет Эндре. Омар Али мог причинить ему вред. Этого нужно избежать.  

     Омар Али смотрел на Джерри и улыбался:  

     — Маленький мальчик Джерри. Джерри-игрушка.  

     — Не подходите ко мне!  

     Омар Али схватил мальчика в охапку и усадил к себе на колени.  

     — Нужно подготовиться ко встрече с братом, не дергайся, милый. Нужно произвести впечатление.  

     Омар Али поцеловал Джерри в шею:  

     — Представляю, сколько удовольствия получает Борджиа, лаская эту шею, эту нежную кожу...  

     — Вы, видимо, неудачник, мистер Али, — сказал Джерри, — и рождены лишь для того, чтобы портить другим жизнь.  

     — Смелое заявление, малыш. Да только неудачник здесь — это ты. Ты полностью зависишь от кузена. У тебя нет ни дома, ни денег, ты несовершеннолетний, а брат теперь — твой опекун. Даже, если ты и вернешься к своим прежним родителям, тебя ждет духовная семинария. Скучно, правда? Тем более, когда уже привык жить на широкую ногу...  

     — Вы прекрасно осведомлены, мистер Али.  

     — Еще бы! Страшно представить, какая участь ждет тебя, если кузен тебя покинет... — Омар Али крепче стиснул Джерри в объятиях.  

    В дом ворвался Эндре, он был не в себе. Кресло само подъехало к его ногам:  

     — Присаживайтесь, мистер Борджиа, в ногах правды нет.  

     — Я убью тебя! — вскричал Эндре.  

     — Спокойнее, Борджиа, — Омар Али приставил к виску Джерри пистолет. — Одно неосторожное движение и никакая сила не спасет твоего маленького кузена.  

     Эндре остановился, задыхаясь от возмущения:  

     — Чего ты хочешь, скотина?  

     — Ну, для начала, я был бы не против провести с тобой пару часов в постели, — ухмыляясь, сказал Омар Али.  

     — Мразь, ты мне отвратителен...  

     — Твои эмоции меня сейчас мало беспокоят, — Омар Али с вожделением разглядывал Эндре. — Ну, если ты не дорожишь жизнью этого мальчика, который пожертвовал ради тебя всем...  

     Услышав о том, какой ультиматум Омар Али поставил Эндре, Джерри вспыхнул. Он вцепился в руку Омара Али зубами, тот дернулся, раздался выстрел и люстра с грохотом упала на пол. Эндре набросился на Омара Али:  

     — Тварь! Я задушу тебя! Джерри, беги в машину! — прикрикнул он. — Как низко ты пал: шантажировать меня, приставив пистолет к виску маленького мальчика! Ты — ничтожество, таких, как ты, я презираю. Ты готов разрушить жизнь чужих людей, видимо, не имея своей.  

     Эндре поспешно вышел и сел за руль.  

     — Этот ублюдок ничего тебе не сделал?  

     — Нет... Я боялся, что он что-нибудь сделает тебе...  

     — Немедленно уезжаем отсюда! А завтра вылетим в Лондон. Я здесь больше не останусь.  

     — Он трогал меня под футболкой, тискал, лизал мою шею, говорил такие вещи... — начал Джерри.  

     — Я похороню его... — глаза Эндре начинали наливаться кровью.  

     — Он говорил, что я тебе не пара, что я — всего лишь игрушка. Что с такими, как я, можно только играться... Что ты меня бросишь...  

     — Надеюсь, ты хоть понимаешь, что он говорил это, чтобы посеять разлад между нами?  

     — Да. Он сказал, что я научился ставить зеркало.  

     — Не понимаю: как, имея такую силу, можно так низко пасть! — возмущению Эндре не было предела. — Не хочу домой, все давит... Этот ублюдок окончательно вывел меня из колеи...  

     — Эндре, смотри на дорогу, когда ты за рулем в таком состоянии, мне страшно...  

     — Сейчас мы где-нибудь прилично поужинаем, закажем приватный столик.  

     — А миссис Борджиа?  

     — Она уехала уже, — Эндре затормозил возле какого-то ресторана. — Идем.  

 

     — Приватный столик. И, чтобы нас никто не тревожил.  

     — Как скажете, мистер.  

     Эндре начал осматривать Джерри, ничего ли не повредил ему Омар Али.    

— Когда я услышал, что это ничтожество трогало тебя, мне захотелось на кусочки его растерзать... Этого таракана...  

     — Успокойся, Эндре, — прошептал Джерри.  

     — Приставить пистолет к виску пятнадцатилетнего мальчика! Ты наверное очень испугался?  

     — Я не успел испугаться. Я не сразу понял, что произошло. Все было будто бы в кино...  

     Эндре поднес руку Джерри к своим губам:  

     — Милый... Я очень испугался за тебя... Я люблю тебя.  

     Джерри обнял Эндре и уткнулся лицом ему в грудь. Красноватый свет ламп освещал помещение. Горели свечи.  

     — Нет, ты не сядешь напротив, ты сядешь со мной, сюда, на диван... После всего этого даже не хочется выпускать тебя из своих рук ни на минуту...  

     — И не выпускай... Слова Али были еще отвратительнее его прикосновений. Он внушал мне, что я — твоя игрушка, и что ты меня бросишь.  

     — Нелюдь. Надо забыть о нем, иначе я взорвусь. Давай перекусим.  

     Джерри развалился на диване, обнимая Эндре. Но слова Омара Али не выходили у него из головы. "А вдруг и правда я игрушка для него? "  

Эндре смотрел на худое тело Джерри и с ужасом представлял, как тонкие пальцы Омара Али гладили его под футболкой, как его губы касались шеи Джерри. Эндре молча и нервно ел.  

     — Тебе надо выпить, — наконец сказал Джерри. Кузен покорно выпил. Они снова молчали.  

     — Эндре, — сказал Джерри, — ты так напряжен, хочешь, я сделаю тебе массаж?  

     — Хорошо бы, — мрачно ответил Эндре. Джерри встал коленями на диван и принялся расстегивать пуговицы на белой рубашке кузена.  

     — Когда ты это делаешь, я начинаю возбуждаться, — сказал Эндре, — почаще бы ты это делал, а то все приходится делать самому.  

     — Раздевать тебя? Когда захочешь...  

     Пальцы его маленьких ручек продолжали расстегивать пуговицы рубашки. Вскоре обнажился красивый стройный торс Эндре. Джерри прошелся по нему губами. Эндре закрыл глаза и вздохнул. Джерри продолжал прикасаться губами и языком к его груди и Эндре казалось, что он погружается в совершенно другой мир, далекий от реальности. Он перебирал волосы Джерри, потом с силой прижал его к своему полуобнаженному телу и проник к нему в рот своим языком. Джерри с улыбкой отстранил его:  

     — Вначале массаж, который я обещал тебе.  

     Кузен осторожно снял с Эндре рубашку и она белым пятном скользнула на пол.  

     — Ложись на живот.  

     Джерри вскарабкался к нему на спину и начал делать массаж.  

     — Ну как? Попробуй расслабиться хорошо.  

     — Сделай массаж языком.  

     — Всему свое время, — сказал Джерри. Мальчик наклонился и начал целовать спину кузена.  

     — Джерри, я люблю тебя, — простонал Эндре. Джерри лег на него, положил голову ему на спину и замер.  

     Эндре резко встал.  

     — Все, достаточно ты меня возбуждал! — он повалил мальчика на диван, стаскивая с него джинсы.  

     — Эндре, мы же в ресторане!  

     — У нас приватный столик. Ты сам виноват, что начал меня возбуждать, так что теперь не отмажешься, — без лишних разговоров, Эндре стянул с кузена футболку и джинсы, запрокинул его голову на подушки и стал целовать в шею.  

     — Люблю только тебя, — прошептал Джерри.  

     — Теперь ты от меня не отвертишься.  

     Свечи мерцали. В бокале рубинами светилось недопитое вино. Джерри лежал на диване, изнемогая от страсти. Все, что ему нужно — это чтобы кузен был рядом. Чтобы эта минута продлилась вечно. Минута наслаждения и страсти как глоток недопитого вина, вкус которого сладкой каплей застыл на его губах. И снова он одно целое с Эндре, будто бы у них тело теперь одно на двоих. И душа.  

     — Эндре, все, хватит, мы же не у себя дома, — простонал Джерри.  

     — Нет, не выпущу тебя. Тебе же нравится, когда я это делаю с тобой? Нравится обнимать мое тело, гладить его?  

     — Да, да, Эндре... Но тебе этого всегда мало...  

     — Да, мало тебя, — он еле заставил себя остановиться.  

     Джерри поспешно натягивал одежду, посматривая по сторонам, никто ли не видел.  

     — Твоя рубашка.  

     Эндре переводил дыхание:  

     — Давно не было такого отличного секса. Хочу продолжения. Сегодня спать мы не ляжем.  

     — Эндре, ты конского возбудителя выпил? Давай только не здесь, — Джерри положил голову ему на колени и накрылся подушками. Эндре нравилось перебирать его мягкие светлые волосы. Джерри смотрел на него снизу вверх и его такие же светлые глаза блестели. Он улыбался. Значит все хорошо.  

     — Повторяй, что любишь меня, — говорил Эндре.  

     — Люблю, люблю, люблю...  

     Эндре прижался щекой к его руке.  

     — Мы поедем в бассейн.  

     — С тобой, куда угодно, милый мой. Но так тяжело теперь встать отсюда.  

     — Так я подниму.  

     — Эндре, отпусти, вдруг кто увидит. Я у тебя на руках, как девчонка!  

     — Да и пусть видят. И знают, что ты мой. Мой навсегда.  

 

 

 

 

7  

 

— Раздевайся, чего ты стоишь? — сказал Эндре.  

— Ты так смотришь на меня, что мне становится стыдно... — пробормотал Джерри.  

— Ой ты, Боже мой! — воскликнул Эндре. — Стыдно ему! Чего я там не видел? Я знаю твое тело, как свои пять пальцев.  

— Пока не отвернешься, я с места не сдвинусь, — упрямо сказал Джерри.  

— Черт с тобой, — махнул рукой Эндре и поплыл. Джерри начал поспешно раздеваться, чтобы кузен не повернулся, но стоило ему начать спускаться по лестнице, как Эндре внезапно повернулся и уставился на него.  

— Эндре! — вскричал, краснея, Джерри. — Ты же обещал.  

— Ничего я никому не обещал, — рассмеялся Эндре, которого забавляла застенчивость Джерри. — Какой стыдливый, надо же. Мне нравится твое тело, я его обожаю.  

Джерри прыгнул в воду. Эндре уже поджидал его.  

— Когда ты такой мокрый, ты меня еще больше возбуждаешь, — прошептал Эндре.  

— Эндре! В воде плавают лепестки роз, что это?  

— Это не чудеса, мышонок, это я заказал, потому что люблю тебя. Посмотри, сколько свечей вокруг бассейна! Сейчас я потушу свет и зажгу их. Ночь мы проведем здесь, а с утра заедем домой за вещами и улетим в Лондон. Билеты я уже заказал.  

— Какой ты молодец, Эндре. Ты знаешь чего хочешь и делаешь это.  

— Да, я знаю, чего хочу, — сказал Эндре, обнаженным поднимаясь по лестнице и зажигая свечи, — тебя!  

— Кто бы сомневался... — пробормотал Джерри. Украдкой, он разглядывал стройное тело Эндре, его высокую фигуру, и приходил в восхищение. Мальчика охватывал немой восторг.  

Все погрузилось в полумрак. В воде отражалось мерцающее пламя свечей. Эндре снова спрыгнул в бассейн. На Джерри попали брызги воды и он зажмурился. Мокрые волосы прилипли к лицу. Эндре взял мальчика за подбородок и со всей нежностью поцеловал в уголок губ. Джерри закрыл глаза. Мурашки побежали по коже.  

— Мы это еще не делали в воде, — сказал Эндре. — Только в ванной...  

— Прекрати домогаться меня, я хочу поплавать, — Джерри нырнул в воду.  

— Сейчас я поймаю тебя! — Эндре устремился за ним, но Джерри снова выскользнул.  

— Как хочешь, — сказал Эндре и лег на воду.  

Он казался покачивающимся на воде трупом.  

— Эндре, — сказал, наплававшись, Джерри, — ты что, обиделся?  

Мальчик подплыл к нему.  

— Я люблю тебя, — прошептал Джерри. Это было три магических слова. Эндре ожил и прижал к себе Джерри прямо в воде:  

— Джерри, мне не нужен этот мир без тебя... Моя задача сделать тебя счастливым...  

— Ну, это проще простого. Просто будь рядом, всегда. Джерри смотрел на его тело.  

— Мой любимый... Хочу тебя, мой Бог, сделай это со мной...  

— Ну, до Бога мне слишком далеко... Ты никогда не говорил мне, что тебе нравится или не нравится в сексе со мной... И что мне лучше делать, чтобы тебе было хорошо...  

— Мне все нравится, Эндре, любое твое прикосновение. Даже, если ты просто касаешься меня, я уже на десятом небе от счастья...  

Они держались за руки.  

— Если бы ты знал, какой ты сейчас красивый... — прошептал Эндре.  

— Я? Вот уж нет, — Джерри заглянул в темную воду и посмотрел на свое отражение. — И что во мне красивого? Щуплый, маленький, мокрые волосы висят, как сосульки...  

— Ты очень красивый...  

— Ты просто влюблен.  

— Ты бросаешь вызов моему вкусу, — сказал Эндре.  

— Люби таким, какой я есть, — прошептал Джерри, снова посмотрев на свое отражение.  

— Твои губы просто с ума сводят, — Эндре прижал его к себе, поглаживая по спине. Джерри смотрел на воду, в которой плавали лепестки роз и отражалось пламя свечей. Он был задумчив. Эндре повернул его спиной к себе.  

— Сделай это, Эндре, — прошептал Джерри.  

 

Джерри обхватил Эндре за шею, повис на нем, нежно целуя в губы. Эндре погладил его по плечу:  

— Знаешь, мне иногда даже страшно... Ты превратился в смысл моей жизни...  

Мальчик прижался к плечу кузена, сильнее обхватив за шею.  

— Я чувствую то же самое, нам нельзя друг без друга...  

— А теперь, — сказал Эндре, — я хочу, чтобы ты сделал со мной то же самое. Я совратил маленького мальчика, пусть он отплатит мне тем же. Изнасилуй меня.  

— Ого... Эндре... Ладно.  

Джерри слегка толкнул его, Эндре нагнулся и оперся руками на перила лестницы.  

— Ты сам хотел этого. Теперь держись!..  

 

Джерри лежал в воде, на руках Эндре. Они оба обессилили.  

— Эндре?  

— Да, мой дорогой...  

— Можно попросить?  

— О чем угодно. С тех пор, как ты научился ставить зеркало, я больше не могу залезть в твою голову.  

— Я хочу скейт. В горы часто ездить не получится со сноубордом...  

— Мелочи какие, — сказал Эндре, — хочешь себе коленки разбить?  

— Эндре, мне всего лишь пятнадцать лет, я еще мальчишка и мне хочется иметь хотя бы скейт...  

Эндре поцеловал его в голову:  

— Да, конечно, родной. Какой захочешь. Как только мы приедем в Лондон.  

— Спасибо, — ответил Джерри, — как только я пойду работать, я все верну.  

— И думать забудь!  

— Я не хочу казаться нахлебником, который раскручивает богатого кузена. Не хочу быть твоей содержанкой.  

— Я сейчас начну серьезно злиться! — сказал Эндре. — Что ты несешь? Мы — одна семья. Я не только твой опекун, я человек, который сильно любит тебя. Ты — моя родная душа. Неужели ты думаешь, что мне будет жалко для тебя такой мелочи? У меня столько денег, что покупка скейта просто ничто. Да и деньги я нажил благодаря всем этим силам.  

— Прости, — прошептал Джерри.  

Эндре задумался, глядя в воду.  

"Мне всего лишь пятнадцать лет, я еще мальчишка". И правда...  

"Может, я лишаю его детства? Ведь в пятнадцать лет так много всего хочется, а я закрыл его здесь, позволяя общаться только с собой. Быть может, он хочет пообщаться со сверстниками? " — подумал Эндре.  

— Мне кроме тебя никто не нужен, — проговорил Джерри, прижимая к груди его руку, — я дышу тобой...  

Эндре закурил сигару. Он продолжал думать, смотря на воду.  

— Эндре, я огорчил тебя чем-то?  

— Что ты, мышонок, я просто думаю...  

— Я знаю все тонкости твоей души...  

— Не бери в голову. Давай вылезать из воды. Ляжем на диване.  

Джерри взял полотенце.  

Эндре выхватил его:  

— Позволь, я...  

Он бережно вытер капли воды на теле мальчика.  

— Тогда я тоже вытру тебя, — сказал Джерри.  

— Когда ты прикасаешься ко мне, я начинаю возбуждаться, — сказал Эндре.  

— Может лучше выспимся?  

— Да, малыш. Мы оба устали, — он подхватил его на руки и отнес на диван. — Иди ко мне, в мои объятия. Сейчас я тебя укрою и мы заснем.  

Джерри прижался к Эндре, который обнял его обеими руками.  

— Эндре... Это была одна из лучших ночей за последнее время, я даже забыл про Омара Али...  

— И не вспоминай!  

Эндре нашел его губы и прикоснулся к ним. Они целовались довольно долго.  

— Спокойной ночи, любимый, спасибо за отличный вечер и шикарную ночь, — прошептал Джерри.  

— Спокойной ночи, мышонок...  

 

— Эндре... Где ты?  

— Тут, мой дорогой.  

— Почему ты до сих пор голый?  

— Тебя это смущает? — улыбаясь, проговорил Эндре и взял его на руки.  

— Хватит таскать меня, как куклу, я не кукла! Куда ты несешь меня?  

— Завтракать и пить кофе, — Эндре усадил его перед столиком, на котором уже стояли пирожные, а в чашке был горячий кофе. — Нам еще лететь сегодня.  

Джерри мечтательно задумался:  

— Вспоминаю вчерашнюю ночь... Давно мне не было так приятно. Эндре, я никогда не видел более любящего и заботливого человека, чем ты. Я хочу быть для тебя таким же.  

— Ты льстишь мне, мышонок.  

— Мне так приятно, когда ты заботишься обо мне. И я хочу делать для тебя приятное...  

— Вчера сделал, — сказал Эндре, загадочно улыбаясь.  

— И мне приятно иметь такие привилегии относительно тебя, — Джерри встал из-за столика и сел к Эндре на колени. — Не против?  

— Я-то не против. Но просто ты голый и садишься на меня голого. Я начинаю возбуждаться. Мы можем никуда не улететь...  

— Тогда я лучше встану...  

— Сиди, — Эндре снова усадил его к себе на колени и поцеловал в голову. — В Лондоне поедем выбирать тебе скейт.  

Джерри обхватил кузена за шею. Утро было приятным, наполненным очарованием вчерашней ночи.  

После завтрака они оделись и поехали домой за вещами. Возле двери лежала огромная игрушка — мышонок Джерри, приставляющий себе к виску пистолет.  

— Это проделки Омара Али! — вскричал Джерри.  

— Да пошел он! Пусть не попадается мне на пути, — сказал Эндре, — летим в Лондон!  

 

 

 

 

 

 

ЧАСТЬ 4  

 

                1  

 

     Семья Лоренцо перебралась в Эссекс из Италии, когда мальчик был еще совсем маленьким. Здесь Лоренцо пошел в школу.  

Школьные годы летели, Лоренцо постепенно взрослел. Его одноклассники встречались с девушками, но парню с этим никогда не везло. Если дело доходило до постели, он говорил: "Извини, я не могу" и они расставались. Когда Лоренцо обнимала девушка, он чувствовал совершенное безразличие и не мог понять, что с ним не так. Взгляд его привлекали молодые красивые парни, но он никак не хотел признавать этого. Лоренцо твердил: "Неужели я голубой?! Нет, этого не может быть! Это мерзко, это противоестественно. Я не голубой, я накручиваю себя! " Он снова попытался завести отношения с девушкой, но снова потерпел фиаско, ощущая равнодушие к ней.  

Лоренцо пытался бороться с самим собой, но снова проигрывал. Эта пытка была невыносима, с этим нужно было что-то делать. Он в очередной раз отводил взгляд от красивого парня, чувствуя, как начинает возбуждаться и снова отрекался от осознания того, что его возбуждает собственный пол.  

По ночам Лоренцо представлял, как его ласкает красивый парень и они занимаются любовью. Только представляя это, к нему приходил спасительный сон. Лоренцо казалось, что все вокруг знают о его страстях и стал испытывать чувство дискомфорта и закомплексованности. Он хотел поскорее уйти домой, чтобы никто не смотрел на него. И вот, один раз, в подворотне, чьи-то руки обхватили его сзади. Лоренцо испуганно обернулся. На него смотрел красивый черноволосый парень и улыбался.  

     — Кто ты? — спросил Лоренцо.  

     — Эндре, — отвечал тот.  

     Но тот момент Эндре было двадцать два года, а Лоренцо семнадцать лет.  

     — Чего ты хочешь? — растерянно спросил Лоренцо.  

     — Я? — спросил Эндре. — Я знаю, чего хочешь ты!  

     Лоренцо смутился и отвел взгляд в сторону. Эндре приблизил к нему свое красивое лицо.  

     — Не нужно бояться самого себя, Лоренцо, — прошептал он. — Нас так устроила природа, с этим ничего не поделать. Люди — всего лишь стадо, если большинство что-то отвергает — для них это плохо. Но их мнение — ничто. Мы прекрасны. Мы свободны от банальной участи иметь сварливых жен и кучу детей, которые проедают мозг. Мы свободны, Лоренцо, понимаешь? Мы делаем то, что хотим и в этом наша сила.  

     Эндре наклонился к нему совсем близко:  

     — Не сопротивляйся самому себе, Лоренцо.  

     Эндре коснулся его губ. Лоренцо закрыл глаза и издал стон. Он так долго ждал этого! А сейчас будто бы упали внутренние оковы. Стало свободно и легко. Он отдался страсти. Руки Эндре ласкали его и парень тоже начинал отвечать ему ласками.  

     — Спасибо, — прошептал Лоренцо, — ты избавил меня от мук внутренних противоречий. Я люблю тебя...  

     Эндре развернул его к стене и расстегнул ремень на джинсах.  

     — Я знаю, как ты хочешь этого...  

     — Откуда?  

     — Читаю твои мысли...  

     Они занялись любовью прямо в подворотне. Эндре был тем человеком, который возвращал Лоренцо к жизни. Парню хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Лоренцо почувствовал себя счастливым и свободным. Он стал постоянно искать встреч с Эндре, до беспамятства влюбившись в него. Они встретились еще пару раз, а потом Эндре пропал. Пять лет Лоренцо ждал его, думал о нем. Пять долгих лет, которые показались ему вечностью.... И вот, он увидел Эндре в Эссексе в сопровождении светловолосого мальчика. Внутри все перевернулось. Его Бог, подаривший ему любовь, здесь!  

     — Скоро мы улетим в Лондон... — услышал он обрывок фразы, сорвавшейся с губ Эндре.  

     — Лондон... — проговорил Лоренцо.  

 

 

     Джерри оттолкнулся ногой и покатился на скейте. Проехав еще немного, он сделал прыжок в воздухе. Медленно падали, кружась, осенние листья. Ему исполнилось шестнадцать.  

     "Где он? " — напряженно думал Джерри. — "Его нет уже второй день"...  

     Мысли переполняли. Он упал со скейта, больно ударив коленку. Эндре не мог кинуть его... Так просто взять и уехать, ничего не сказав. Нет, Эндре был не тем человеком, который бы смог так поступить, в этом Джерри был уверен. Он взял скейт, вытащил желтый лист, застрявший в колесе, и, прихрамывая, отправился домой.  

Его до сих пор нет... Эндре, Эндре, что могло случиться! Джерри включил на компьютере какую-то классическую музыку и уставился в окно. С деревьев опадали листья, голубь стучал клювом в стекло, делая сальто на ветке. Может быть это какая-то примета? Джерри стало настолько горько, что он, обхватив колени руками, зарыдал. Коленка болела, на душе было отвратительно. Он просидел в такой позе, пока не стемнело и пошел спать. Сон принес облегчение. Сладкая истома разлилась по всему телу. Он спал и не спал одновременно. А самое странное, что мог видеть все, что происходит в комнате, не раскрывая глаз. В темноте, в области потолка, показалось зеленоватое свечение и послышалось хлопанье громадных крыльев. "Ого, птичка! " — подумал Джерри. Прямо с потолка начал спускаться парень неземной красоты, окруженный зеленоватым ореолом. Парень был обнажен. Внутри Джерри все горело от страсти. Парень опустился на кровать и дерзко отбросил с Джерри одеяло.  

     "Джерри, я хочу тебя", — проговорил  он обволакивающим голосом. "Инкуб", — подумал Джерри. Он слышал про демонов-искусителей, которые приходят к своим жертвам по ночам и выпивают у них жизнь. "Не поддаваться, не поддаваться! " Руки демона, ледяные, как лед, начали ласкать тело Джерри, которое пылало.  

     — Ты хочешь меня, Джерри, любимый мой... – проговорил демон знакомым до боли голосом. У него было лицо Эндре!  

     — Ты не Эндре! — закричал Джерри. — Изыди! Тебе не удастся меня совратить! — в ушах раздался дьявольский смех.  

     — Я — Эндре, Джерри, и я хочу тебя!  

     Джерри закрыл глаза и начал отчаянно читать молитвы, какие знал, а знал он их немало. Он молился несколько часов без перерыва и инкуб отступил. Так Джерри остался совсем один, мучимый по ночам инкубом, терзаемый мыслями о том, куда мог деться Эндре, совершенно беспомощный и одинокий. И вот, распахнулась дверь, и на пороге появился парень с чемоданом. У него были черные вьющиеся волосы и карие глаза.  

     — Ты кто?! — недоуменно спросил Джерри.  

     — Где Эндре? — с ходу спросил парень.  

     — А тебе какая разница?! — вспыхнул Джерри.  

     — А такая, что это мой любимый человек, — сказал Лоренцо, ибо это был именно он.  

     — Что?? — вскричал Джерри.  

     — Что слышал, — нагло ответил парень. — Смотрю, Эндре нет. Так я подожду его, — он начал распаковывать чемоданы.  

     — Ты совсем обнаглел?! Я разочарую тебя, Эндре пропал несколько дней назад, ни слуху, ни духу! — по щекам маленького Джерри катились слезы.  

     — Вот как... — проговорил Лоренцо. — Ничего, я подожду. А ты вообще кто такой? Говорят, что ты его кузен и любовник одновременно!  

     — А если и так? — ответил Джерри. — Мы с Эндре любим друг друга, мы пара!  

     — Плевать! — злобно сверкнул глазами Лоренцо. — Это мы еще посмотрим. Я шестой год люблю этого человека и жду его все эти годы!  

     — Эндре любит меня!  

     — Плевать! — Лоренцо потащил чемодан в комнату, которую уже облюбовал для себя.  

     — Твоя наглость не знает предела! — не выдержал Джерри. — В отсутствие Эндре я здесь хозяин. Эндре — мой законный опекун!  

     Лоренцо пренебрежительно посмотрел на Джерри:  

     — Ты? Хозяин? Не смеши! Ты — несовершеннолетний. Раз пропал твой опекун, ничего не стоит сдать тебя в приют, так что сиди, да помалкивай.  

     Джерри сжал кулаки от бессилия. Ему не справиться с этим наглым типом. Он молча пошел в спальню, дожидаясь своей участи. Ночью к нему снова спустился инкуб. Он говорил голосом Эндре, пытаясь играть на самых сокровенных струнах души мальчика. Но Джерри знал, что это всего лишь демонический подлог и снова принялся бубнить молитвы. Видя, что здесь ему ничего не светит, инкуб полетел в спальню Лоренцо и начал медленно раздевать парня, шепча слова любви. Инкуб касался его тела, начиная возбуждать. Лоренцо закипел от страсти. Конечно же, неискушенный демоническими силами, двадцатитрехлетний Лоренцо, поддался страстям и инкуб занялся с ним страстным сексом, доводя до исступления до самого утра.  

     Джерри возился на кухне. Был уже обед, а наглый незнакомец так и не вышел из своей спальни.  

     — Эй, ты! — Джерри начал стучать в дверь ногами, — ты чего там, сдох?  

     В ответ раздавалась тишина. Джерри вошел в комнату. Лоренцо лежал на подушках. Он был бледен, глаза впали, у него не было сил, чтобы пошевелиться.  

     — Я знаю, что случилось, — сказал Джерри, — к тебе прилетал инкуб!  

     — Кто? — слабым голосом спросил Лоренцо.  

     — Демон-искуситель. Теперь он будет прилетать к тебе каждую ночь, пока не выпьет все твои жизненные соки! Хочешь спастись, будешь слушать меня. Сейчас я схожу в церковь и куплю все необходимое.  

     Джерри развесил у кровати Лоренцо распятие, иконы, Библию, псалтыри. Он побрызгал весь дом святой водой и написал мелом на полу слова молитв.  

 

 

 

 

                2  

 

     Эндре очнулся с больной головой. Он был привязан к стулу. Сил было мало, голова кружилась. Последнее, что он помнил, что какой-то мужчина прошел совсем рядом с ним и он почувствовал болючий укол в области шеи. Негодяй ввел ему снотвороное. Эндре чувствовал, кто это был. Омар Али. Эндре знал также, что Али не оставит его в покое, что победителем сможет быть только один из них и предстоит схватка. Но он сейчас слишком слаб. Эндре сосредоточился, закрыл глаза и стал призывать на помощь силы, покровительствующие ему. Все его существо начало наполняться силой и могуществом Когда Эндре открыл полные свежей энергии глаза, как раз вошел Омар Али. Он сделал большую ошибку, посмотрев в эти глаза. Из глаз Эндре пошли искры, маленькие тонкие молнии, которые впитывали в себя силу Омара Али. Омар отвернулся, но было уже поздно, Эндре успел пополнить свой запас его энергией. Ремни, связывающие его со стулом, лопнули.  

     — Получи, тварь! — проговорил Эндре, захохотав, словно дьявол. — Ты смел прикасаться к моему мальчику.  

     Неожиданно, Омар Али обернулся. Собрав силы, с помощью своей энергии, он бросил в Эндре огненный шар, слегка задев его, но Эндре перенаправил эту энергию к его же хозяину и шар, словно теннисный мяч, стукнулся у ног Али и слегка обжег его руки искрами. Али сверкнул глазами, и маленькие тонкие молнии вылетели на свой променад.  

     — Омар Али, ты хотел быть со мной? — крикнул Эндре. Это был хороший отвлекающий маневр. От неожиданного вопроса, Али поднял на Эндре глаза и Эндре впился в него взглядом, высасывая всю силу, которая у него была. Омар Али уже не имел возможности увернуться. Взгляд Эндре приковал его, а молнии его энергий высасывали из Омара оставшуюся силу. Омар Али свалился на колени от бессилия, а Эндре продолжал высасывать силу, пока не забрал всю, до последней капли. Омар Али, как мешок рухнул у его ног. Эндре захохотал:  

     — По делом тебе!  

     Теперь он был одержим двойной силой. Был свеж и бодр.  

     — Джерри! Он там совсем один!..  

 

    ... Инкуб крутился возле постели Лоренцо, как кот возле лохани со сметаной. Однако, близко подходить он не решался. Голос Джерри, который нараспев горланил молитвы, отпугнул его окончательно и инкуб улетел, громко хлопая крыльями.  

     — Зачем я только спас твою шкуру, — приговаривал Джерри. — Сам не знаю.  

     Лоренцо пошел на поправку и вскоре выздоровел. И как-то раз на пороге появился...  

     — Эндре... — Джерри с грохотом разбил тарелку, смотря на него.  

     — Прости, малыш... Меня схватил Омар Али...  

     — Опять он!  

     — Но теперь он обезврежен и больше не причинит нам вреда, я забрал всю его силу.  

     Джерри бросился на шею Эндре, в этот момент вышел Лоренцо.  

     — Здравствуй, Эндре.  

     — Приветствую, Лоренцо. Что ты делаешь здесь?  

     — Жду тебя вообще-то. Шестой год жду, Эндре!  

     Джерри прижался к Эндре и испепеляюще посмотрел на Лоренцо, думая о том, что лучше бы его до смерти измотал инкуб.  

     — Лоренцо... зачем? — удивился Эндре.  

     — Потому, что люблю тебя...  

     — Ты бы мог давно найти себе красивого парня.  

     — Но я ждал тебя!  

     — Лоренцо, вот человек, которого я люблю, так что извини.  

     Джерри высокомерно посмотрел на Лоренцо и сильнее прижался к Эндре.  

     С трудом сдерживая слезы, парень собрал чемодан, и, поникший, не говоря никому ни слова, побрел прочь. На улице он дал волю слезам. Да, не так Лоренцо представлял себе встречу с любимым человеком, которого ждал столько лет! Полное разочарование и вдребезги разбитое сердце.  

     Возле дома Эндре бродил Джон, пытаясь разузнать, что же там происходит. Он искал красивых парней помоложе. А тут как раз проходил Лоренцо, удрученный неземной тоской. Жгучий молодой итальянец.  

     — Молодой человек, — начал Джон осторожно, — вам, видимо, некуда идти?  

     — Некуда, — как робот, произнес Лоренцо.  

     — Могу предложить вам кров над головой. Абсолютно безвозмездно. Живу я один. Идемте?  

     — Пойдемте, — равнодушно сказал Лоренцо...  

 

 

     Обхватив Джерри, Эндре потащил его на кровать, продолжая целовать.  

     — Эндре, я чуть с ума не сошел...  

     — Прости, малыш, — Эндре нежно пригвоздил его руки к постели и долго смотрел в глаза.  

     — Можешь не тратить свою силу, я и так люблю тебя, как ненормальный, — прошептал Джерри. Эндре смотрел на него и улыбался.  

     — Эндре, не томи меня, я сгораю от страсти. Меня инкуб совращал.  

     — Правда? Сегодня я буду твоим инкубом.  

 

 

 

 

                3  

 

     Эндре и Джерри ходили по магазинам, глазели на витрины. С одной витрины на Джерри смотрел стеклянными глазами кукольный принц. У него были белые волосы и колпачок с бубенчиками, такие же бубенчики были и на длинных, закрученных носках куклы, так что непонятно было, принц это или шут. Однако для шута он был слишком красив и благороден. Белый наряд блестел, будто сказочный.  

     — Хочу! — вскричал Джерри, тыча пальцем на куклу. — Купи! Купи! Купи!  

     — Детский сад, — сказал Эндре, легонько ущипнув Джерри. Но куклу, естественно, купил. Джерри схватил принца и начал его разглядывать. В спине куклы торчал ключик. Когда ключик поворачивался, раздавалась музыка, словно из шкатулки, и принц вращал головой с белыми кудрями. На его лице блестели нарисованные звезды. Джерри был в восхищении.  

     — Тебе шестнадцать уже или десять, не пойму? — посмеялся Эндре, но Джерри не обратил на его комментарий внимания.  

 

     Джон небольшой ложкой размешивал в чашке чая сахар и внимательно разглядывал красивого итальянца. Да, Джерри сосунок и неоперившийся птенец по сравнению с этим прекрасным орлом. И как только Эндре мог предпочесть такому красавцу глупого тощего маленького мальчишку. Хотя Джон отчасти имел тягу к педофилии, увидев жгучего итальянца Лоренцо, он забыл про свою страсть к Джерри. Да пошел он к черту, в конце концов, зачем он нужен? Пусть забавляется с сумасшедшим, все равно от него никакого толка.  

Лоренцо совсем поник. Где его горделивая осанка? Он был так сильно удручен... Джон продолжал смотреть на молодого итальянца и кровь закипала в жилах. Джону было тридцать семь лет, однако, выглядел он младше своего возраста, казался красивым и ухоженным. Жены у него не было, потому, что он был голубым, а с парнями вечно не везло (нравились ему совсем молоденькие мальчики). Джон приглядывался к Лоренцо и раздумывал, как бы его совратить, чтобы не спугнуть.  

     Лоренцо казался живым трупом, физически он присутствовал, а мысленно находился в самом аду. Чудовищная боль и отвращение переполняли его душу. Ревность, злоба, обида... Целый букет негативных эмоций, разбавленный разными оттенками. Лоренцо не выдержал и начал рыдать, как женщина. Джон суетился возле него. Он обнял парня, прижал к себе и принялся гладить по голове. Лоренцо обмяк, обессилив от своего горя.  

     — Бедный мальчик, — шептал Джон, продолжая гладить его по голове все чаще.  

     — Тебе так необходимы тепло и ласка, — Джон погладил его по лицу и поцеловал в уголок рта. Лоренцо даже не обратил на это внимания, так как был переполнен отчаянием и разрывающей душу болью.  

     — Пойдем, пойдем, мой хороший, — пользуясь случаем, сказал Джон, — я тебя уложу.  

     Он положил Лоренцо на кровать, лаская его все смелее, но парень смотрел в одну точку, как тихопомешанный. Джон запустил руки ему под рубашку, но Лоренцо никак не отреагировал, будто находился в катотоническом ступоре. Тогда Джон окончательно дал волю своим ласкам и начал раздевать его, наглея с каждой минутой. Он пытался проникнуть в его рот языком, но Лоренцо был как живой труп. Тогда Джон ещё больше осмелел и перевернул парня на бок, чтобы как можно скорее придаться плотским утехам. "Будто никрофилией занимаюсь", — пришла мысль ему в голову.  

 

     Джерри не выпускал из рук принца, смотрел, как зачарованный, тискал в руках, гладил по голове и постоянно поворачивал ключик.  

     — Хватит уже возиться с этой куклой! — вскричал Эндре. Я сейчас с ума сойду от этой музыки!  

     — Не ори на меня, — сказал Джерри, не отрывая глаз от принца.  

     — Я сейчас в окно вышвырну эту проклятую куклу, если ты не оставишь ее!  

     — Ты ревнуешь меня к кукле? — захохотал Джерри. — Неужели я должен каждую минуту уделять внимание только тебе?  

     Эндре психанул и, отшвырнув куклу, прижал Джерри к постели.  

     — Придется мне тебя изнасиловать.  

Джерри смотрел на него и продолжал хохотать.  

     — У тебя все руки в синяках, опять из-за этого скейта!  

     — А может, это ты меня так сильно хватаешь за руки, что остаются синяки? У меня очень нежная кожа, — сказал Джерри.  

     — Прости, — Эндре ослабил хватку, а потом вообще отпустил его. Встал с постели и пошел к выходу.  

     — Вижу, что становлюсь тебе ненужным. Твои чувства остыли, если они были вообще. Видно зря я послал Лоренцо...  

     — Что?! — Джерри взбесился. — Я тебе сейчас покажу Лоренцо! — он схватил его сзади за шею и свалил на пол. — Будет тебе сейчас Лоренцо! Я тебя сам изнасилую! — Джерри прижал Эндре к полу, сел сверху и принялся его раздевать. — Сейчас ты у меня и думать о нем забудешь и вспоминать о нем!  

     Кузен резко схватил Джерри и они покатились по полу. Теперь Эндре оказался сверху.  

     — А силы хватит справиться со мной? — он щелкнул Джерри по носу и начал целовать в губы.  

     — Какое удовольствие целовать тебя, Джерри! — сказал он, оторвавшись от него.  

     — Да! И вспоминать Лоренцо!  

     — Какой, к черту, Лоренцо, — Эндре стащил с него футболку.  

 

    Джерри проснулся среди ночи. Эндре спал. Его разбудила музыка, та, будто из шкатулки. Но куклу никто не трогал. В дверях показался принц, только оживший, размером в человеческий рост. В белых блестящих одеждах, с развевающимися белыми волосами. Бубенчики на его колпаке звенели, как и на загнутых носках. На лице его сияли нарисованные звезды. Он улыбнулся.  

    — Джерри, — сказал он, — ты был так ласков со мной, мне это понравилось, — он присел рядом, на краешек кровати, — я хочу отплатить тебе тем же...  

    Принц прикоснулся к его плечу и с улыбкой погладил его. Джерри обомлел. Видимо, все это сон. Или бред.  

    — Джерри, можно я тебя поцелую? — улыбаясь, проговорил принц и, не дожидаясь ответа, чмокнул его в щеку. Джерри продолжал молча, в изумлении, смотреть на него.  

    — Ты такой хороший, Джерри, — жизнерадостно сказал принц, тряхнув головой. Бубенчики издали звон. — Мне так нравилось, когда ты усаживал меня к себе на колени. Можно, я снова присяду к тебе?  

    Джерри ошарашенно посмотрел на Эндре: кузен спал. Интересно, Эндре бы увидел и услышал то же самое или он просто сошел с ума? Джерри стало жутко: а вдруг он и вправду сошел с ума? Принц уже запрыгнул к нему на колени, закинув ногу на ногу и бубенчики на загнутых носках зазвенели. Джерри смутился от того, что находился без одежды, но принц, казалось, этого не замечал. Его ослепительно-белый, с блестками, костюм выделялся в полумраке. Звезды на лице переливались серебром. Принц обхватил Джерри за талию и засмеялся, будто защебетала красивая птица. Он был копией его куклы.  

    — Почему ты молчишь, Джерри, не приласкаешь меня, как раньше? Разве я больше не нравлюсь тебе? — принц чмокнул мальчика в другую щеку. Джерри сидел, будто его стукнули мешком по голове. Он думал, что скажет, если сейчас проснется Эндре? И чувствовал себя идиотом.  

    — Джерри, — снова сказал принц резвым, жизнерадостным голосом и коснулся белоснежными локонами щеки Джерри. Джерри продолжал сидеть и таращиться на него, но кукла не унималась.  

    — Я тебе больше не нравлюсь? — спросил принц. — Ты не расставался со мной несколько дней, — он чмокнул его в губы, а потом еще раз. Джерри снова покосился на Эндре.  

    — Давай поиграем? — сказал принц, подкинув рукой прядь его светлых волос. Он наклонился к мальчику поближе и снова прикоснулся к его губам, только уже более чувственно. Джерри ощутил, что начинает хотеть его и испугался. Принц, играясь, легонько укусил его за ухо.  

    — Перестань, — тихо вымолвил Джерри. Одежды принца мерцали, как рождественская елка. Он снова очень медленно коснулся губ Джерри и последний обомлел от желания. Мальчик закрыл глаза и открыл рот, но понял, что целует пустоту. Когда он снова взглянул на принца, то заметил вокруг него зеленоватое свечение. Инкуб! Конечно же, хитрющий инкуб придумал новую игру, чтобы совратить его. Не нужно давать ему ни единого шанса! Джерри начал отчаянно молиться. Повеяло холодом, будто кто-то вылетел прочь. Послышалось хлопанье крыльев и озлобленный голос:  

     — Догадался!  

 

 

 

 

 

 

4  

 

     — Тебе понравилось? — спросил Джон.  

     — Что понравилось? — безжизненно спросил Лоренцо, смотря в одну точку.  

     — Со мной?  

     — Что с тобой? — монотонно спросил парень. Джон подумал, что сейчас занимался сексом с куклой, а не с живым человеком.  

     — Возьми себя в руки! — встав из-за стола, сказал Джон. — Ты — итальянец, где твоя честь, где гордость?  

     Лоренцо был похож на умирающего лебедя.  

     — Думаешь, таким ты бы смог привлечь его внимание? Безвольная кукла, вот кто ты! Покажи характер, покажи, что спокойно обойдешься без него. Ты же показываешь унизительную слабость и этим делаешь себе хуже. Этот человек только посмеется над тобой, лелея свое самомнение.  

     Слова Джона возымели действие. Лоренцо начал приходить в чувство. Его жгучие глаза заблестели. Он тоже встал:  

     — Да, ты совершенно прав. Я превратился в размазню, и от этого хуже только мне самому. Для того, чтобы прийти в чувство, мне нужно подальше отсюда уехать и взрастить свою ненависть к этому человеку. А потом уж месть... Приготовлю ему хорошее холодное блюдо. Месть и ненависть — вот то, чем я буду жить! Я отомщу за свое поруганное эго.  

     — Растоптанное! — подливал масла в огонь Джон.  

     Лоренцо хлопнул кулаком по столу, да так, что все кружки разлетелись.  

     — Решено! Уезжаю.  

     — Правильно, — поддакнул Джон, — и я еду с тобой...  

 

 

     Джерри смотрел в окно. Наблюдал за тем, как падает снег. Эндре прикоснулся к его плечу.  

     — Зайчонок, скоро Новый Год, куда бы ты хотел поехать? — спросил он.  

     — Не знаю, — ответил Джерри.  

     — У меня есть предложение. Хочешь поехать со мной в старинный замок? Денег хватит.  

     Джерри пожал плечами.  

     — Ты стал совсем безучастным, — с сожалением проговорил Эндре.  

     — Мне кажется, что я впадаю в зимнюю спячку, — сказал Джерри.  

     — Если бы ты почаще делал уроки, тебе некогда было бы впадать в спячку.  

     Джерри повернулся к нему:  

     — Я делаю другие уроки, которые щедро преподает мне мой учитель. Мой любимый учитель.  

     — Любимый... — Эндре мечтательно поднял глаза кверху. — Ты так давно не называл меня любимым...  

     — Да ты и так знаешь... к чему слова, — ответил Джерри. — Знаешь ты и то, что я часто стесняюсь говорить тебе такое.  

     Эндре развернул каталог с красочными фотографиями великолепных замков.  

     — Куда бы тебе хотелось, душа моя?  

     Джерри указал пальцем на фото одного из старинных английских замков. Эндре поймал его руку и поднес к своим губам. Они обнялись. Джерри уткнулся лицом в свитер кузена.  

     — Эндре?  

     — Что?  

     — Тебе кажется, что я охладел к тебе, но я очень люблю тебя на самом деле, — проговорил Джерри. Эндре ничего не ответил, просто сильнее прижал к себе мальчика. Они так и остались сидеть, обнявшись. За окном мел снег.  

 

     — Ничего себе! — снизу вверх посмотрел Джерри. — Та фотография просто бледное пятно по сравнению с тем, каков этот замок в действительности!  

     — У тебя отличный вкус, малыш, — Эндре поцеловал мальчика в голову. Джерри запахнул ворот шубы. Мел снег. Его светлые волосы разметались по плечам.  

     Эндре взял кузена за руку и они вошли внутрь замка.  

     — Как здесь холодно, сыро и темно, — сказал Джерри.  

     — Чего же ты еще хотел от старинного замка, мой дорогой? У нас уйма свечей, дрова и камин. Сегодня ты — мой принц.  

     — Это ты больше похож на принца, — ответил Джерри.  

     — А я буду твоим королем. Будем играть.  

     Эндре прижал его к стене в темноте.  

     — Подожди, о мой король, дай в себя прийти после перелета.  

     Эндре принялся зажигать свечи. Свечей было так много, что зал, обставленный старинной мебелью, озарился довольно ярким для этого помещения светом.  

     — Вот это да! — воскликнул Джерри.  

     Эндре поднял его на руки и поцеловал в губы:  

     — Я люблю тебя, мышонок! Мы вместе уже больше года. Ты немного повзрослел и становишься еще красивее. Ты похож на маленькую хорошенькую куколку.  

     Джерри стыдливо спрятал голову за спину Эндре и самодовольно улыбнулся:  

     — Поставь меня на пол, ты все время сюсюкаешься со мной, как с маленьким. Мне уже шестнадцать!  

     Эндре поставил его на пол.  

     — Какие же у тебя холодные руки, малыш! — Эндре принялся отогревать своими поцелуями замерзшие руки мальчика. Джерри довольно улыбался. На самом деле ему нравилось внимание Эндре.  

     — Сейчас я растоплю камин и ты согреешься. Я сделаю тебе глинтвейн.  

     Пока Эндре возился с камином, Джерри украдкой разглядывал себя в зеркале. Правда ли, что когда он взрослеет, то становится еще красивее или Эндре приукрасил из желания сделать ему приятное? Светлые волосы до плеч падали на черную шубу, обтягивающую стройное тело. "Я похож на девчонку! " — мысленно в сердцах воскликнул Джерри и принялся потирать руки от холода. Он плюхнулся в кресло. Скоро поленья в камине жарко потрескивали. Мальчик расстегнул шубу.  

     Эндре сидел перед ним на полу и протягивал глинтвейн:  

     — Выпей, мой принц. Мой прекрасный, мой обожаемый мальчик...  

     Джерри пригубил глинтвейн и рот его стал красный, как у вампира.  

     — Ты так любишь меня, что становится страшно, — сказал Джерри. — А представь, если со мной что-то случится? Если я умру или уйду? Как ты будешь жить тогда?  

     — Что?! — сказал Эндре. — Уйдешь или умрешь?! Что ты такое говоришь!  

     "Я сам виноват", — подумал Эндре. — "Разбаловал мальчишку. Как сыр в масле катается, все к его ногам. Конечно, он чувствует себя королем ситуации. Знает, что любим и что я без него не смогу. Слишком много внимания я уделяю этому сорванцу". Он молча пил глинтвейн.  

     — Эндре, ты обиделся? — спросил Джерри, чувствуя угрызения совести.  

     — Нет, — ответил Эндре, — пойду осмотрю замок.  

     Джерри допил глинтвейн и огляделся. За стенами завывала вьюга. Он выглянул в небольшое окно, покрытое толстыми морозными узорами: все было белое-белое. Джерри показалось, что в окно кто-то внезапно заглянул с таким же белым лицом. Мальчик испуганно отшатнулся в сторону и закричал:  

    — Эндре! Эндре!  

    — Что случилось? — спокойно спросил кузен, появившись в дверях.  

    — Там в окно кто-то заглянул, весь белый!  

    — Санта Клаус, — ответил Эндре.  

    — Я не шучу! В окно кто-то заглянул!  

    — Так отойди от окна.  

    — Эндре, ты обиделся? Обиделся, вижу, ты не такой как обычно.  

    — А какой еще? Не мешай, нужно затопить камин в другом зале, если не хочешь спать в одежде, — он вышел. Вьюга продолжала завывать свою оркестровую музыку, разыгравшись не на шутку. Джерри тянуло к окну. Он вытащил из камина горящее с одной стороны полено, и поднес к стеклам. Узор начал таять. Вода скатывалась по стеклу, будто слезы. Когда стекла прояснились, Джерри снова выглянул в окно: вьюга кружилась, пронесшись ураганным вихрем. Этот протяжный вой напоминал крик:  

    — Джерри! Джерри!  

    "Вот это я себе напридумывал", — подумал Джерри. Что-то белое пронеслось, стукнулось об стекло и исчезло в снежном море. Мальчик отпрянул от окна. Хотелось броситься на шею Эндре, но он обиделся и придется заглаживать свою вину.  

    — Эндре, где ты?  

    — Здесь, — раздался скучающий голос кузена. Он лежал на огромной постели, освещенной слабым пламенем свечей, подложив руки под голову. Джерри неловко встал у двери.  

    — Эндре... — тихо произнес он.  

    Кузен повернулся и равнодушно посмотрел на мальчика. Шуба Джерри медленно сползала к его ногам, он был совершенно обнаженным.  

    — Что за фокусы? Стриптиз решил устроить? — слегка удивленно спросил Эндре. Призрачные блики огня отражались на теле Джерри.  

    — Я знаю, что ты обиделся, потому что я болтаю всякую ерунду, но я люблю тебя. Я беззаветно отдался тебя и вручил свою судьбу в твои руки. Я — твой принц, а захочешь — буду твоим рабом. Я твой, Эндре, делай со мной, что считаешь нужным. Любимый мой. И прости меня.  

     Босые худенькие ножки Джерри выпутались из черного меха упавшей шубы и он запрыгнул на кровать. Его светлые глаза заглядывали в глаза Эндре, касаясь самой души.  

     — Ты знаешь, как привлечь к себе внимание, — сказал Эндре. Джерри лежал рядом и молча смотрел на него.  

     — Что мне надо сделать? — смягчившись, спросил кузен.  

     — Что захочешь, — прошептал Джерри. Эндре подвинул его к себе, обняв обеими руками и поцеловал в голову:  

     — Глупый, смешной мышонок, ты простудишься.  

     — Меня греет твое тепло и огонь в камине...  

     Невообразимая нежность нахлынула на Эндре при виде этого хрупкого, беспомощного существа. "Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил". Кузен боялся, что если он даст волю этой нежности, то она задушит Джерри, разорвет.  

     — Эндре... Разве ты не хочешь меня? — с оттенком грусти в голосе сказал Джерри.  

     — Сейчас мне хочется оберегать тебя, охранять от всего на свете и просто лежать с тобой, ничего не говоря, гладить тебя по голове. Я сильно люблю тебя.  

     Джерри лежал головой на груди Эндре, его волосы разметались в стороны. Джерри поднял голову и посмотрел на кузена, его лицо было совсем рядом.  

     — Как хорошо быть любимым, Эндре, какое это счастье... — проговорил Джерри и прикоснулся своими пылающими губами к губам возлюбленного.  

     — Знаю, малыш, какое это счастье и разделяю его с тобой. А сейчас поспи, прижмись ко мне, согреешься и заснешь, — он продолжал гладить мальчика по спине и голове. Джерри прикрыл глаза.  

     — Я очень люблю тебя, Эндре, — прошептал он.  

     Как хорошо, спокойно и уютно чувствовал себя Джерри в объятиях Эндре! Абсолютное счастье, безмятежность и гармония. Бок о бок отдыхали, согревшись, и их души.  

     Среди ночи Джерри пронзил ледяной холод. Свечи погасли, будто от чьего-то дыхания. Все стало ледяным. Вьюга пела свою песню, будто знакомая мелодия из шкатулки. Всплыло лицо молодого, очень красивого человека. Он был весь белый: белые волосы, ресницы, брови, глаза, словно хрусталики льдинок. Человек чем-то напоминал того самого кукольного принца. Он протянул руку и Джерри окутало ледяное дыхание зимы.  

     — Холодно, Эндре, холодно, — шептал Джерри.  

 

 

 

 

                5  

 

     Джерри проснулся. Он был укутан тремя одеялами, в камине жарко пылал огонь. Эндре рядом не было.  

     — Эндре! — крикнул Джерри.  

     — Я здесь, малыш, на улице совсем замело, но у нас будет елка.  

     — Здорово!  

     — Ты не заболел, мышонок? — спросил Эндре. Усевшись возле кровати, кузен внимательно смотрел на него. — Ты всю ночь колотился, повторяя, что тебе холодно.  

     — Ко мне ночью приходил снежный король, — сказал Джеррри.  

     — Сказочник! Одевайся давай, я накрыл на стол.  

     — Неа.  

     — Что еще за шутки?  

     — Нет. Пока ты не переспишь со мной, я отказываюсь одеваться, — упрямо сказал Джерри.  

     — Звучит как ультиматум.  

     — Ты вчера ночью отверг меня. А может у тебя какие-то проблемы?  

     — Я тебе сейчас покажу проблемы, — Эндре бросился на кровать, расстегивая ремень. Джерри обнял его и смеялся:  

     — Я знаю, как добиться тебя.  

     Кузен прижал его к кровати.  

     — Эндре, нежнее, я же такой хрупкий, что могу и рассыпаться.  

     Эндре начал целовать его в шею медленно и осторожно, поглаживая по бедрам.  

     — Нравится ощущать мою кожу? — спросил Джерри.  

     — О да, она как шелк, мягкая и нежная, мои руки тонут в ней.  

     — Давай уже, Эндре, я сгораю от желания со вчерашней ночи...  

     Кузен сам уже пылал от страсти, возбудившись прикосновениями мальчика, который так нежно прикасался, что замирало все внутри. Джерри специально возбуждал кузена, а когда Эндре им овладел, готов был кричать, что любит его.  

Мальчик глянул в окно и ему показалось, что там стоял кто-то в белом и сразу же отошел.  

     "Пусть смотрит и завидует, если это человек", — подумал Джерри. Сладкая истома разлилась по телу.  

     — Эндре, я люблю тебя! — закричал Джерри, не сдерживая себя.  

     — Я тебя тоже, малыш, — сказал кузен, переведя дыхание.  

 

 

     Эндре натягивал на Джерри свой свитер и носки.  

     — Ты одеваешь меня, как маленького. Я чувствую себя или ребенком или манекеном.  

     Эндре посмотрел на него:  

     — Тебе не нравится?  

     — Нравится... — тихо проговорил Джерри, пытаясь вытащить руки из длиннющих рукавов. — Твой свитер слишком большой для меня.  

     — Зато теплый.  

     Джерри прижался щекой к шерсти свитера и прикрыл глаза.  

     — Я обожаю носить твои вещи, Эндре, — сказал мальчик, — они пахнут тобой, в них частичка тебя и мне кажется, что я — это ты, что мы — единое целое...  

     — Мы и так единое целое, малыш, — сказал Эндре, взяв его на руки с кровати. Джерри обнял его за шею и больше не возмущался. Он погладил Эндре по волосам и прошептал:  

     — Спасибо тебе. Все, что ты делаешь, мне очень нравится. Ты идеален, ты безупречен. Спасибо тебе за все. Я люблю тебя.  

     — Надо же, какие откровения, — сказал Эндре, — помню, тебе не очень нравилось, что я ношу тебя на руках и обращаюсь, как с маленьким, — он поставил Джерри на пол.  

     — Не отпускай меня, — попросил Джерри, — я хочу завтракать у тебя на руках. И вообще сегодня не отпускай меня.  

     Эндре усмехнулся. Джерри сел к нему на колени и обнял:  

     — Это будет самый лучший Новый год. Мы нарядим елку. Спасибо тебе за все, любимый.  

     — Пожалуйста. Салат с кальмарами и жаркое. Будем согреваться глинтвейном.  

     — Я уже согрелся твоей любовью.  

     — Какой ты сегодня нежный, — сказал Эндре.  

     — Я вчера наговорил ерунды и испугался, что обидел тебя...  

     Эндре погладил Джерри по спине:  

     — Успокойся, малыш, все хорошо, я люблю тебя.  

     Джерри посмотрел в окно. Он не мог избавиться от ощущения, что за ним кто-то наблюдает.  

     — Ешь, мой хороший, — сказал Эндре, — ты почти ничего не съел, ты такой худой.  

     — Тебе же это нравится.  

     — Но ты должен нормально питаться, — сказал Эндре.  

     — Мне не хочется есть, — ответил мальчик. Он подошел к окну и, как завороженный, принялся смотреть на улицу, на падающий снег. Длинные рукава свитера свисали, как у Пьеро.  

     Эндре доел салат из кальмаров.  

     — Ты будто Кай, Джерри, смотри, а то снежный король унесет.  

Почему-то Джерри вздрогнул, вспомнив, как у окна ходил кто-то в белом.  

     — А ты Герда что ли?  

     — Может и Герда, хотя мне трудно это представить, — сказал Эндре. Он начал убирать со стола, а Джерри глаз не мог оторвать от зимнего пейзажа. Вьюга кружилась и мальчику показалось, что это лицо человека. Того самого, который приснился ночью.  

     — Фу ты!  

     — Что ты там, малыш, снова фантазируешь? Идем елку наряжать.  

     — Сейчас.  

     Белая рука, будто сотканная изо льда и снега, ударила по стеклу. Джерри отшатнулся в сторону.  

     "Кто ты? " — пронеслось в голове. Узоры на стекле сложились в форме букв: "Снег. Лед".  

     Джерри открыл дверь на улицу — там, из тысяч снежинок, водила хоровод вьюга. Зал запорошило снегом.  

     — Что ты делаешь, мышонок? — Эндре захлопнул тяжелую дверь.  

     — Идем наряжать елку! — он схватил кузена за руку и увел за собой.  

 

 

Джерри встал на цыпочки и обнял Эндре за шею.  

     — Эндре, я так люблю тебя, что не знаю, как мне выразить свою любовь.  

     Кузен наградил его долгим медленным поцелуем.  

     — Малыш мой...  

     Они начали украшать елку. Огромный шар уже висел на одной из веток. Джерри показалось, что в нем отражается кто-то в белом.  

     — Эндре, там кто-то отражается...  

     — Да, твоя смазливая мордашка...  

     Мальчик взглянул под елку — под ней сидел тот самый кукольный принц.  

     — Что он здесь делает?!  

     — Я взял. Думал, тебе приятно будет. Это же твоя любимая кукла.  

     — Ах, Эндре!  

     Джерри завесил принца разноцветными гирляндами, чтобы его не было видно. Зажглись лампочки.  

     — С Новым Годом, любимый! – сказал Джерри.  

     — С Новым Годом, мышонок! — Эндре протянул Джерри маленькую шкатулку. В ней было кольцо невероятной, очень тонкой работы.  

     — Боже мой, Эндре, я представляю, сколько оно стоит!  

     — Оно было самое красивое и самое дорогое. Для тебя все самое лучшее, мой малыш.  

     — Зачем шестнадцатилетнему парню такая дорогая вещь? — сказал Джерри и аккуратно надел кольцо на палец. Оно переливалось и сверкало. Эндре поцеловал руку Джерри.  

     — Это теперь твое обручальное кольцо...  

     Джерри раскраснелся.  

     — Мне нечего подарить тебе...  

     — Ты подарил мне то, что намного ценнее самых дорогих подарков...  

     — Но обручальных колец должно быть два...  

     Эндре достал вторую шкатулку:  

     — Я заказал точно такое же. Ну вот, мы, можно сказать, помолвлены...  

     — Эндре... — Джерри обнял кузена и на его глазах заблестели слезы.  

     — Ну чего ты, дорогой, почему ты плачешь?  

     — От счастья... Я еще никогда не был так счастлив, как сейчас...  

     — Ты каждый раз так говоришь, — сказал Эндре. Он приподнял его лицо за подбородок — по лицу Джерри текли, не переставая, слёзы.  

     — Малыш мой... — Эндре осушал его слезы поцелуями, но щеки мальчика снова становились мокрыми.  

     — Эндре, я так люблю тебя, что меня просто разрывает, я люблю тебя намного больше, чем могу показать...  

     — Все хорошо, мой дорогой, — Эндре вытирал ему слезы, — я тоже тебя очень люблю. И все у нас будет хорошо, — они опустились на пол, отражаясь в блестящих елочных шарах. Эндре поглаживал Джерри по голове и мальчик начинал успокаиваться. Джерри лежал на груди кузена и рассматривал кольцо, как красиво оно сверкало!  

     — Теперь я чувствую, что мы и вправду помолвлены... — прошептал Джерри.  

     — Я думал, что это порадует тебя, а ты плачешь...  

     — От того, что я очень рад и горжусь тем, что ты выбрал именно меня, когда по тебе сохнет столько красивых парней.  

     — Спасибо и тебе, что ты со мной. Что бы там ни было, ты так долго меня терпел, — ответил Эндре, гладя его по спине. Мальчик увидел, как смотрит на них кукольный принц — упала гирлянда, обнажив его прекрасное фарфоровое лицо.  Это не понравилось Джерри и он встал, чтобы повесить гирлянду обратно.  

 

 

 

 

                6  

 

     Джерри проснулся от жуткого холода. Он кутался в одеяло, но холод пронизывал до костей. Пламя в камине потухло. Джерри приподнялся на подушках, укутавшись одеялом по самую шею. Эндре рядом не было. Дверь была распахнута настежь, она раскачивалась взад-вперед. Из-за того, что дверь была раскрыта, в зал намело немало снега. Мальчик, закутанный в одеяло, захлопнул дверь. Одеяло волочилось за ним, будто шлейф. На полу валялись кубики из льда. Джерри присел и взял их в руки, которые тут же свело от холода до боли. Он подышал на покрасневшие ладони. Куда подевался этот Эндре? Джерри посмотрел на кольцо, блестевшее на пальце. На душе стало тепло и радостно, все внутри затрепетало. У них настоящая помолвка! Эндре делает его таким счастливым... Тоска по кузену заполнила сознание. Прижаться бы сейчас к нему губами и никогда не отпускать. Ни на шаг от себя. Куда он мог пойти? На улице метет снег.  

Джерри выглянул в окно. Картина зимней сказки на улице завораживала его. На стекле появились узоры-буквы, которые сложились в слова, а из слов получилось предложение: "Когда я коснусь тебя, ты замерзнешь". Вдруг все буквы исчезли. Неужели это Эндре так шутит?  

     — Давай, коснись меня и я замерзну! — засмеялся Джерри. Дверь распахнулось и холодное дыхание зимы проникло в помещение. Снежная вьюга. Джерри стало так холодно, что он съежился. На пороге появился Эндре.  

     — Мышонок, — сказал он, — ты сошел с ума? Зачем ты распахнул двери, на улице не май-месяц!  

     — Решил проветрить помещение, подышать свежим воздухом, — криво улыбнулся Джерри, — пока ты на стекле писал свои шутки.  

     — Какие шутки, на каком стекле? Я был в городе, дороги замело. Купил билеты в цирк, продукты и все необходимое. А сегодня предлагаю отметить нашу помолвку.  

     Джерри подошел к кузену и обнял:  

     — Эндре, я уже соскучился по тебе, милый мой, — одеяло сползло, он остался обнаженным.  

     — Ты холодный, как ледышка! Как лягушонок. В этом помещении холоднее, чем на улице. Быстро одевайся, еще не хватало, чтобы ты заболел мне тут.  

     — Твоя любовь ко мне греет лучше всякого огня.  

     — Моя любовь к тебе и есть огонь, — ответил Эндре, натягивая на Джерри свитер.  

Он жарко затопил камин. Узоры на стеклах начали таять и слезами стекали вниз. Мальчику начало казаться, что кто-то снова заглядывает в окно. Будто человек, но весь белый, с белыми ресницами, бровями и волосами. Может это инкуб принял облик треклятой куклы? Джерри смотрел в окно. Вьюга утихала.  

     — Очень хорошая мысль отметить помолвку, — сказал Джерри и вздохнул, — жаль, что она не настоящая...  

     — Почему это?  

     — Что делают те, кто помолвлен? Женятся. А мы...  

     — Об этом мы поговорим вечером, мой мальчик, — ответил Эндре. Кузен что-то задумал. Джерри наблюдал за ним, за его движениями, жестами. Как он растапливал камин, доставал продукты. Он делает все, чтобы создать уют.  

     — Давай я помогу тебе приготовить, любимый мой, — сказал Джерри.  

Эндре посмотрел на него.   Джерри не так часто отваживался на эту фразу. Но с каким чувством и смущением он произнёс ее! Душа затрепетала. Эндре протянул ему руку и мальчик встал с кресла. Он обнял Эндре, прижался к нему щекой. Джерри казался таким маленьким, таким беззащитным.  

     — С тобой я не смогу сделать ничего, — сказал Эндре, потрепав его по щеке. Когда ты находишься так близко, я начинаю думать совершенно о другом.  

     — Нет, Эндре, я не буду липнуть к тебе, обещаю. По крайней мере, пока мы не приготовим ужин. А он должен быть праздничным, как я понимаю.  

     Джерри собрал волосы на затылке, надел фартук. Он принялся резать овощи, стараясь не отвлекать ни Эндре, ни себя. В конце концов, на другие вещи отведена целая ночь. Эндре наблюдал за Джерри и, наконец, не выдержал. Обхватил его за талию и опустил на стол. Джерри раскраснелся.  

    — Так любишь меня, что ни минуты не можешь удержаться? — спросил он с игривой и одновременно застенчивой улыбкой.  

    — Да, не могу. Хочу тебя здесь и сейчас, прямо на столе.  

    Джерри закрыл глаза и глубоко вздохнул:  

    — Сделай со мной все, что сочтешь нужным, от каждого твоего прикосновения меня бросает в дрожь...  

    Его взгляд был томным, полным желания и такой сильной любви, из-за которой он был готов раствориться в другом человеке.  

Джерри посмотрел в окно. Он увидел чье-то лицо, кто-то заглядывал и наблюдал за ними.  

    — Эндре... — прошептал Джерри, — за нами кто-то наблюдает...  

    Но Эндре или не слышал его, или не придал словам значения. Возле окна уже никого не было. Самое странное было то, что замок находился на отшибе и ехать до города было довольно далеко, они находились тут совсем одни. Может снова инкуб? Джерри съежился.  

    — Что ты, мой мальчик? — с нежностью спросил Эндре. Он приоткрыл его рот языком и начал целовать. Джерри простонал, обхватив его за шею. Они растворялись друг в друге, но им было и этого мало.  

    — Все, теперь готовим ужин, — сказал Джерри, — иначе нам никогда не управиться.  

Они занялись ужином, а Джерри время от времени поглядывал в окно. Он не мог избавиться от ощущения, что за ними кто-то наблюдает. Мальчик обнял Эндре сзади и уткнулся лицом ему в спину.  

    — Что ты, мой хороший? — спросил Эндре. — Устал готовить?  

    — Нет, просто соскучился по тебе. Ты необходим мне, как воздух.  

    Эндре взял его руки в свои и поцеловал каждую:  

    — Теперь мы с тобой помолвлены, мой дорогой. Сейчас закончим готовить и начнем отмечать. Я хочу романтический вечер с тобой.  

    — Эндре... Я тоже этого хочу... с тобой...  

    Они закончили готовить и принялись накрывать на стол. Огонь в камине немного прогрел помещение.  

    — Плохо то, что нечего надеть, нет ничего праздничного, — сказал Джерри.  

    — В такой холод не до нарядов, — ответил Эндре. — Ты мне очень нравишься и в этом моем сером свитере. Тебе он очень идет.  

    — Да? Ты находишь меня сексуальным в этом свитере? — рукава свитера висели, как у Пьеро.  

    — Да, милый, тебе все идет, — Эндре зажег свечи и открыл вино. Кузены присели напротив друг друга, опустившись в старинные кресла и хотя им очень хотелось обняться, пока что они держали дистанцию. Джерри смотрел на Эндре, в мерцающем пламени свечей его глаза блестели. Мальчик держал в руках бокал.  

    — Милый мой, — сказал Эндре, — хочу выпить не только за Новый Год, но и за нашу помолвку. Это основное событие. Под Новый Год случаются различные чудеса, я знаю, как бы ты хотел узаконить наши отношения...  

    Джерри нахмурился:  

    — Но это невозможно...  

    — Что в этом мире может быть невозможного? Наша страна легализировала однополые браки...  

    — Пусть так, но ты мой опекун, а мне всего лишь шестнадцать!  

    — Милый мой, не забывай о том, какой силой я обладаю. Если я захочу, все будут считать, что я вовсе не твой опекун и что тебе не шестнадцать...  

    Джерри бросился к Эндре, взял его руку и поднес к своим губам, его глаза лихорадочно блестели.  

    — О Эндре... Ты же знаешь, как я мечтаю об этом... Я хочу свадьбу с тобой... настоящую, красивую, чтобы все смотрели и завидовали... я отдал свою жизнь в твои руки...  

    — Хорошо, малыш, я обещаю устроить это для тебя. Если ты хочешь свадьбу, будет свадьба.  

    — Эндре... — Джерри стал покрывать поцелуями его руки.  

    Кузен поднял его и аккуратно усадил к себе на колени, поцеловав в голову:  

    — Мальчик мой, я все сделаю для того, чтобы ты был счастлив... Будет так, как ты захочешь...  

    Джерри всхлипывал.  

    — Ну, чего ты опять, как маленький, плачешь?  

    — Я не могу поверить... Неужели человек способен быть таким счастливым, как я... способен так любить... Эндре, спасибо тебе за все...  

    Кузен поднес бокал к его бокалу, раздался легкий звон стекла. От вина щечки Джерри порозовели и он потянулся к губам Эндре за поцелуем. Кузен убрал волосы с его лица и начал очень нежно целовать в губы. Мальчик запрокинул голову и прикрыл глаза.  

    — Видишь, у нас настоящая помолвка, малыш, — сказал Эндре.  

    — Эндре, — проговорил Джерри, — мы еще никогда не танцевали медленный танец. Я бы хотел потанцевать с тобой...  

    — Хм... интересная мысль, я поставлю музыку.  

    Эндре включил медленную красивую музыку. Джерри неловко подошел. Кузен обнял его за талию, Джерри обхватил Эндре за плечи, приник к нему всем телом, склонил к нему голову.  

    — Я самый счастливый человек во всей Вселенной, — проговорил Джерри.  

    — А я самый счастливый человек, потому, что сделал счастливым тебя, — ответил Эндре.  

    — Мы ведь могли никогда не познакомиться, — сказал Джерри, — мне даже страшно это представить...  

    — Это наша судьба, — сказал Эндре, — я люблю тебя, — он взял мальчика за подбородок и начал целовать...  

Кузены медленно кружились в танце при свете свечей, которые отражались в елочных шарах, огромных, как Вселенная, в которой они были счастливы. Джерри повернул голову к окну: кто-то смотрел, приникнув к стеклу. Мальчик не выдержал.  

    — Эй, ты, кто ты такой?! — Джерри распахнул дверь настежь. — А ну выходи!  

    — Мышонок, закрой дверь, снега намело! Здесь, кроме нас, никого нет и быть не может. До города далеко и пешком не дойти, особенно в такую пургу.  

    — Я не знаю, но за нами кто-то следит.  

    Эндре поймал мальчика за руки и потянул на кровать. Обнял его обеими руками и прижал к тебе:  

    — Давай полежим.  

    Джерри положил голову ему на грудь, а Эндре гладил его по спине. Мальчик снова взглянул на окно — оно затянулось морозными узорами и не было видно смотрит кто-то или нет.  

    — Эндре, обними меня покрепче. С тобой так хорошо, так спокойно. Я думаю о нашей свадьбе, представляю ее...  

    — У нас будет самая красивая свадьба, милый, а ты будешь самым лучшим женихом...  

    — Женихом? Я думал, что буду в роли невесты.  

    — Малыш, ты же не транссексуал. Это такая свадьба, в которой участвуют два жениха. А в постели разберемся.  

    — Ты будешь моим мужем, а я твоим? — спросил Джерри.  

    — Что-то вроде этого.  

    Джерри лег на Эндре и обнял его обеими руками. Его глаза закрывались. "Какой я счастливый, когда ты, вот так обняв, засыпаешь на мне, " — подумал Эндре.  

 

 

 

 

 

 

7  

 

     Эндре и Джерри ехали в город.  

     — Эндре, я так счастлив, — проговорил Джерри. — Мне кажется, что вчера мы стали еще ближе...  

     — Куда уже ближе? — усмехнулся кузен.  

     — Если сбудется моя мечта... о свадьбе... то мне и желать уже больше нечего.  

     — Ну, малыш, у тебя вся жизнь впереди. Закончишь школу, будешь поступать в университет.  

     — Ах, Эндре, все мои мысли совсем не об учебе...  

     — Джерри, не поступишь в университет, свадьбы не будет. Зачем мне неуч, неприспособленный к жизни? Я хочу супруга с высшим образованием.  

     Джерри вздохнул:  

     — Знаю, любимый. Я обещаю ради тебя поступить в универ...  

     — Ради себя в первую очередь, мышонок.  

     — Я так люблю тебя, что на все готов, — Джерри приник к его губам.  

     — Эй, осторожнее, я за рулем вообще-то, не знаю девять ли у меня жизней, но тобой рисковать не хочу.  

     — Прости, любимый.  

     — Решено, ты поступаешь в университет и мы женимся.  

     — Да. А точно ли можно будет устроить свадьбу?  

     — Не спорь с одержимым.  

     Джерри выглядывал в окно. Все было белое-белое. Шел мелкий снег. Мальчик обернулся и увидел снежный шлейф, что-то белое неслось сзади по пятам.  

     — Эндре, что там сзади?!  

     — Что такое, малыш?  

     — Ты ничего не видишь?  

     — Нет.  

     — Сзади что-то белое догоняет нас!  

     — Мышонок фантазер. Снежный король догоняет тебя.  

     — Эндре, не смешно! Что-то странное происходит.  

     Джерри увидел, как несется сзади белое облако.  

     — Эндре! — закричал он. — Поезжай быстрее, умоляю тебя!  

     — Мышонок, — проговорил Эндре, — я опасаюсь за твой рассудок!  

     Но белое облако не пыталось догнать или обогнать их. Оно размеренно следовало за ними, будто охраняя, а когда кузены приехали в город, облако исчезло из вида.  

     — Часто бывал в цирке, малыш? — спросил Эндре.  

     — Нет. Редко. Несколько раз в далеком детстве. Помню сладкую вату и попкорн.  

     — Сейчас купим и вату, и попкорн.  

     Джерри робко попытался взять его за руку.  

     — Ничего, — усмехнулся Эндре.  

     — Я думал, ты стесняешься людей, они не поймут...  

     — Я? Стесняюсь людей? — Эндре расхохотался. Он запрокинул голову Джерри и начал целовать его со всей страстью. Люди остолбенели.  

     "Идите своей дорогой, будто вы ослепли", — внушил прохожим Эндре. Их перестали замечать.  

     — Эндре... У меня не найдется слов, чтобы выразить свою любовь к тебе...  

     Кузен обнял его за талию.  

     – Я и так все знаю, малыш. Идем, мы опоздаем на представление.  

      

 

— Эндре, мне ничего не видно!  

     — Садись ко мне на колени.  

     Они купили сладкую вату и попкорн. Летающие обезьяны и медведи на льду — этим уже никого не удивишь, но вот вышел мальчик-канатоходец, акробат. И как он был похож на того кукольного принца! Даже костюм весьма походил на одежду куклы. Джерри поморщился.  

     — Что такое, родной? — спросил Эндре.  

     — Посмотри на этого акробата, он тебе никого не напоминает?  

     — Нет.  

     — Эндре, ты же можешь видеть, почему ты ничего не замечаешь? Происходит что-то странное!  

     — Малыш, если бы я заметил что-то странное, то непременно бы об этом сказал.  

     Джерри понял, что спорить бесполезно. Этот мальчик шел по канату без всякой страховки. Джерри заметил, что он смотрит на него. Мальчик был белый, легкий и воздушный, как снежинка. Джерри казалось, что он вот-вот упадет, но маленький отважный канатоходец даже не думал падать. Он запрыгнул на качели, которые висели под куполом, и начал раскачиваться. Прямо в руки Джерри полетел белый бумажный букет цветов.  

     — У тебя появился поклонник.  

     — И ты не ревнуешь?  

     — Зачем мне ревновать? Ты же мой будущий суженый.  

     — Эндре, меня кто-то преследует!  

     — Кто? Этот акробат? Малыш, перестань.  

     Но Джерри не находил себе места. Это все не нравилось ему. Казалось, будто за его спиной что-то происходит, какой-то заговор. Акробат сделал сальто в воздухе. Зрители, ахнув, зажмурили глаза. Но тело акробата будто было не из крови и плоти. Легкий, пластичный он делал невероятные вещи.  

     — Эндре, подожди...  

     — Куда ты?  

     — Сейчас.  

     Джерри побежал по лестнице вниз, туда, где стоял директор цирка.  

     — Извините, пожалуйста, как зовут этого мальчика-акробата?  

     Директор пожал плечами:  

     — Не знаю.  

     У кого бы Джерри ни спросил, об этом акробате никто ничего не знал.  

     — Малыш, ну где ты ходишь, уже представление закончилось.  

     — Я здесь, Эндре, здесь.  

     — Поехали домой, мышонок, пока дороги окончательно не замело.  

     — Эндре, я люблю тебя.  

     — Я тебя тоже.  

     Они вышли, обнявшись, и сели в машину.  

     — Джерри, ты не от мира сего, тебя надо приводить в чувство.  

     Эндре поцеловал его в губы.  

     — И совсем холодный... Зайка, приди в себя. Подумай о том, какая у нас будет шикарная свадьба и как мы будем счастливы.  

     Джерри удовлетворенно улыбнулся.  

     Эта тема всегда грела его маленькую любящую душу.  

     — Чем мы займемся сегодня?  

     — Чем и всегда, — ответил Эндре, — будем праздновать. Пусть каждый день и вечер будут для нас яркими праздниками. На душе всегда праздник, когда отмечаешь что-нибудь с любимым человеком, а поводов у нас теперь предостаточно. Новый год, эта поездка, помолвка и... предстоящая свадьба...  

     — Какой же я счастливый...  

     Джерри обернулся назад: вьюга вилась поземкой.  

     — Славно провели время в этом замке.  

     — Да, — растерянно ответил Джерри.  

     — Моя ледышка, сейчас я затоплю камин.  

     — Я привык греться теплом твоего тела, — сказал Джерри.  

     — Ну, это само собой.  

     Пока Эндре разжигал огонь в камине, Джерри тревожно поглядывал на окно. Он не мог избавиться от ощущения, что за ними кто-то наблюдает.  

     — Эндре...  

     — Да, дорогой?  

     — Можно ли чем-то закрыть окно?  

     — Ты превращаешься в параноика!  

     Эндре взял покрывало и повесил на окно.  

     — Пусть тебе будет от этого легче.  

     — Спасибо, — смутившись, проговорил Джерри. Он и впрямь выглядел, как параноик.  

 

     Они лежали, уже обнаженные, под одеялом. Рука Джерри покоилась в руке Эндре. Мальчик смотрел на огонь в камине. Украдкой, он поглядывал и на лицо Эндре, но если кузен замечал это, то сразу же отводил взгляд. Эндре перебирал его волосы.  

     — Мило в этом замке, — сказал Эндре, — если не вспоминать о легенде.  

     — О какой легенде?  

     — Я сболтнул лишнего.  

     — О какой легенде, Эндре?  

     — Ни о какой.  

     — Сказал а, говори бэ.  

     — Тебе нельзя такое слушать, у тебя и так паранойя.  

     — Эндре... что за легенда? Сейчас обижусь...  

     — Обидься еще.  

     — Эндрее... я не оставлю тебя в покое, пока не расскажешь...  

     — Сказка о маленьком принце.  

     — Расскажи.  

     — Люди, которые хотели занять престол одного королевства, заточили маленького принца в подземелье. А была зима. И маленький принц замерз... Такая вот сказка.  

     Джерри задумался.  

     — Говорю же, не стоило тебе этого рассказывать, ты такой впечатлительный из-за всякой ерунды.  

     Джерри прижался к Эндре. Глаза его закрылись. Ночью снова пронзил дикий холод. Будто бы вьюга ворвалась к ним в спальню. Было темно. Казалось, прямо с потолка валится снег. Джерри видел самого себя со стороны. Он дрожал, укутавшись в одеяло, а снег все падал. Напротив стоял мальчик, совсем белый. Он был похож на того кукольного принца и на акробата из цирка. Его ресницы были белые от снега, все было в снегу. Волосы совсем запорошило, одежду тоже. Он стоял напротив Джерри и смотрел на него, улыбаясь, но близко не подходил. Джерри кутался в одеяло, дрожа от холода.  

     — Джерри, — проговорил он и голос его зазвенел, будто льдинка, — освободи меня. За камином лежит ключ, открой подземелье, освободи...  Я укажу путь...  

     Подул ветер, снег вился поземкой, Джерри опять пронзил лютый холод. Место, где только что стоял мальчик, пустовало. Джерри проснулся. Он, как шальной, бросился к камину — за ним действительно лежал ключ!  

     Сон — параллельная реальность. Почему-то Джерри знал, куда ему идти. Он выхватил горящее полено из камина, чтобы освещать себе путь, и помчался вперед. Ступеньки, старая дверь подземелья. Дрожащей рукой, Джерри вставил ключ в замочную скважину. Ключ повернулся и дверь со скрипом распахнулась. Ветер вырвался наружу, ударила такая волна снега, что Джерри упал и не мог подняться...  

 

      Джерри проснулся. Все тело лихорадило, в голове чувствовался жар.  

      — Эндре, что случилось? — спросил он пересохшими губами.  

      — Да то, что я под утро тебя нашел лежащего на улице, тебя уже почти замело снегом! Зачем ты пошел туда?!  

      — Не знаю, Эндре... Мне приснился сон, будто тот принц просит освободить его. Я взял ключ и открыл подземелье... А потом я ничего не помню...  

      — На свою голову я рассказал тебе эту легенду. Ты сильно заболел. Тебя всего лихорадит. Я купил лекарства в городе. Пей!  

      — Эндре...  

      — Без разговоров...  

      Джерри выпил микстуру потрескавшимися губами.  

      — Ты — мое лучшее лекарство. Прости, сейчас я засыпаю...  

      Он погрузился в сон.  

      Эндре серьезно переживал за состояние мальчика. Джерри всего лихорадило.  Кузен заснул прямо у его постели. Джерри ворочался, что-то говорил, как в бреду, его трусило.  

      — Милый мой... — Эндре обнял его и прижал к себе. С врачом не было никакой связи. Кузен не мог уснуть, моля всех богов, чтобы не было серьезных осложнений.  

Наконец, лоб Джерри стал холодным, а дыхание более ровным. Жар отпустил. Эндре укутал мальчика. Его самого стал одолевать сон. Джерри что-то шептал:  

      — Эндре... Эндре... Я люблю тебя...  

      "Все", — подумал Эндре. — "Каникулы окончились. Нужно срочно отправляться домой, по крайней мере, там есть цивилизация и врачи".  

     Кузен погладил Джерри по голове. Он знал, что его жизнь полностью зависит от этой маленькой и такой любящей его Вселенной.  

 

 

 

 

                ЧАСТЬ 5  

 

                1  

 

     Джерри стоял напротив Принца. Падал снег. Ему казалось, что он находится в съемочном павильоне. Принц был одет в плащ с глубоким капюшоном. Он смотрел на Джерри и по-доброму улыбался. Его рука открыла тяжелые ворота огромной двери, за которой он стоял, и мальчик увидел яркий свет, ослепляющий глаза. Принц еще раз обернулся на Джерри и вошел. Джерри хотел последовать за ним, но дверь захлопнулась перед его лицом. Он почувствовал, что падает с громадной высоты, как снежинка летит с неба, вздрогнул и открыл глаза. Все будто застилала пелена тумана. Джерри увидел, как Эндре сидит и плачет. В первый раз Джерри видел, чтобы Эндре плакал. Джерри встал с постели и почувствовал сильную слабость. Голова кружилась. На нем была длинная ночная рубашка. Шатаясь, он подошел к кузену и обнял его:  

     — Что случилось, почему ты плачешь?  

     Эндре поднял голову и посмотрел на него, как на привидение:  

     — Джерри, ты встал  с постели?!  

     — Да, а что? Что-то случилось?  

     Он почувствовал такую слабость, что начал падать. Эндре подхватил его на руки:  

     — Родной мой, не вставай, ты очень слаб.  

     Джерри обнял его за шею.  

     — Эндре, у меня такое чувство, что мы с тобой давно не виделись. А где мы находимся?  

     — Дома, в Лондоне, малыш. Как ты похудел, какой бледный...  

     Джерри слабо улыбнулся:  

     — Я всегда был худым.  

     — А теперь особенно.  

     Кузен уложил Джерри под одеяло и обнял.  

     — Эндре, что-то случилось?  

     — Я так переживал, думал с ума сойду, если бы я тебя потерял, то не пережил бы этого...  

     — Почему ты должен меня терять?  

     — Ты подхватил воспаление легких и две недели лежал без сознания. Врачи сказали, что твой организм может не справиться...  

     — Эндре, я бы не смог без тебя в потустороннем мире, потому и вернулся.  

     Кузен долго вглядывался в эти любимые, бледные, осунувшиеся черты, ему хотелось расцеловать лицо мальчика.  

     — Теперь — строго постельный режим.  

     — Постельный? Это хорошо. Хочу спать.  

     — Спи, мой хороший, тебе нужно отдыхать, – Эндре обнял это драгоценное существо, дороже которого у него ничего не было.  

 

 

     Кузен сидел с ложкой у постели.  

     — Эндре, я не могу больше есть! — взмолился Джерри. — Ну пожалей меня! Я бы не умер в любом случае.  

     Эндре поставил миску с бульоном на стол:  

     — У меня мир ушел из-под ног, когда я представил, что потеряю тебя...  

     Эндре приложил к своим губам его руку.  

     — От твоей любви я быстро пойду на поправку, милый. Давай подумаем о свадьбе. Я скоро окончу школу и поступлю в университет. А потом...  

     — Присмотрел факультет?  

     — Попробую психологию.  

     — Очень хорошо.  

     — Эндре... Поцелуй меня, пожалуйста. Ты всю неделю не прикасаешься ко мне.  

     — Ты еще слишком слаб.  

     — Я быстрее поправлюсь, исцелившись любовью, — Джерри очень нежно прижался щекой к лицу кузена и пальцем провел по его губам, а потом начал целовать. Эндре закрыл глаза. Его рука скользила по плечу Джерри. Этот худенький светловолосый мальчик имел чудовищную власть над ним. Кузен был будто завороженный.  

     — Эндре, давай, подумай о свадьбе. Хочу черный фрак. Хочу, чтобы этот день был неповторимым...  

     — Все будет, малыш...  

     Джерри лег на Эндре и обхватил его за шею.  

 

 

 

 

                2  

 

     Джерри катался на скейте. Уже начало темнеть. На город спустился туман. Нужно идти домой. Из переулка раздался какой-то шум и послышались голоса. Джерри показалось, что он уже где-то слышал их.  

     — Эй, мальчик!  

     Джерри не оборачивался. Кто-то резко схватил его, развернул и пригвоздил к стенке.  

     — Я первый! — сказал голос. Свет фонаря упал на лицо. Это был Джон.  

     — Убери от меня свои лапы! — вскричал Джерри. Джон начал целовать его, а Джерри пытался увернуться, как мог. Но со взрослым мужчиной мальчику было не справиться. Джон прижал его так, что Джерри не мог и пошевелиться.  

     — Ну же, мой сладкий, раскрой свои губки, я так давно мечтал об этом...  

     — Чтоб ты сдох, — проговорил Джерри, Джон проник в его рот своим языком. Мальчик пытался увернуться, но Джон зафиксировал его голову своей рукой.  

     — Какой нежный у тебя язык, как я давно хотел тебя... Наконец, мое желание осуществится...  

     — Пошел к черту!  

     Джон развернул его к стене:  

     — Сейчас я пойду кое-куда поинтереснее... — он стал расстегивать свой ремень. Джерри почувствовал его жадные руки у себя под курткой. Мужчина вонзился в него сзади и Джерри чуть не закричал от боли, разрывающей его. Джон гладил его по волосам:  

     — Какой чудесный, светловолосый ангелок! Теперь я добился тебя, и с наслаждением вкушаю твое тело.  

     Джерри закрыл глаза и стиснул зубы, думая, когда же закончится эта пытка.  

     — Кончай быстрее! — услышал он голос, принадлежащий Лоренцо. — Я следующий.  

     Беря его сзади, Лоренцо нагло усмехнулся:  

     — Это тебе за то, что украл мою любовь, маленький гаденыш!  

     Он так прижал Джерри к стене, что острые камни до крови впились в ладони, как занозы. Мальчик не знал, как пережить весь этот ужас и чудовищное унижение. Слеза скатилась по его щеке. "Эндре... Где ты, Эндре? "  

     Словно вихрь, вдруг появился кузен. Он был настолько зол, что глаза сверкали, как у дьявола. Джона и Лоренцо снесло, будто смерчем. Невероятная, разбушевавшаяся сила. Джерри медленно съехал по стене, опустившись на землю. Его лицо не выражало никаких эмоций.  

     — Ублюдки! — прорычал Эндре. — Смерть вам! Медленная, мучительная смерть!  

     Он присел рядом с Джерри. Руки мальчика кровоточили. Эндре бережно вытер кровь.  

     — Малыш мой, прости, что меня не было рядом...  

     — Идем домой, — глухо проговорил Джерри.  

     Кузен помог ему подняться. Они медленно направились к дому. Туман сгущался, моросил дождь. Фонарь тускло светил, пробиваясь сквозь густой слой тумана. Эндре не знал, что делать, что сказать.  

     — Я пойду в душ, —монотонно сказал Джерри, – хочу смыть с себя всю эту грязь. Я чувствую себя очень грязным.  

     Он два часа провел в душе.  

     — Сегодня я буду спать один, — сказал Джерри, уже одетый в пижаму. — Извини, мне нужно побыть одному.  

     — Хорошо, малыш. Я люблю тебя.  

     — Я тоже тебя люблю, — грустно проговорил Джерри и ушел. Бешеная злоба охватила Эндре. Он загорелся местью. Как осмелились эти ничтожества совершить такое кощунство! Но кузен решил немного остыть, чтобы придумать самую лучшую месть.  

Кузен опасался за психику Джерри и тихонько приоткрыл дверь. Мальчик лежал, обхватив огромного плюшевого пса и смотрел в одну точку. Как же хотелось обнять его сейчас! Но нельзя...  

     — Чего ты встал у двери? Войди, — сказал Джерри.  

     — Малыш, я очень переживаю за тебя.  

     — Я знаю.  

     — Можно, я просто побуду рядом, просто посижу, не притрагиваясь к тебе?  

     — Как хочешь, — ответил Джерри. Эндре присел на краешек кровати. Они молчали. Неожиданно мальчик бросился на шею Эндре и разрыдался. У кузена чуть не разорвалось сердце.  

     — Эндре, у меня никого никогда не было, кроме тебя, я ни с кем... А эти... Вдвоем...  

     — Тише, тише, малыш, я все понимаю, ты ни в чем не виноват.  

     — Когда ты будешь прикасаться ко мне, будешь думать, что эти двое делали со мной и содрогаться от отвращения, — слезы градом катились по лицу мальчика.  

     — Что ты, маленький мой, я очень сильно люблю тебя, что бы ни случилось, я буду... — он замолчал на полуслове. "Рядом? Где же я был сегодня, когда двое ублюдков издевались над моим мальчиком? " Эндре охватила глубокая печаль. Он чувствовал себя лжецом.  

      

     — Эндре, ты не виноват. Никто не знал, что произойдет такое... Ты же не Бог...  

     — Я мог предвидеть...  

     — Эндре... Тебе противно теперь обнимать меня?  

     Кузен закрыл его рот своей ладонью:  

     — Никогда, никогда не говори больше таких слов...  

     Джерри увидел, что по его лицу тоже катятся слезы. Он второй раз увидел, как плачет Эндре.  

     — Вот что, малыш, — наконец сказал он, — будем вести себя, как взрослые люди. Того, что произошло, уже не изменить, а жизнь продолжается. Мы накажем этих нелюдей, и будем жить, как и раньше. Они не испортят нашего счастья. Будем счастливы назло им.  

     — Только не надо никого убивать, — проговорил Джерри, — мне от этого легче не станет.  

     — Нет, я им придумаю наказание, которое для них будет пострашнее смерти, — Эндре обнял Джерри. — Не переживай, малыш, это мерзкое испытание мы тоже преодолеем. Я люблю тебя, — он поцеловал кузена в висок. Джерри прижался к Эндре.  

     — Тебе неприятно находиться со мной теперь, ты делаешь вид, что все хорошо, чтобы еще больше не расстроить меня?..  

     — Я люблю тебя, что бы ни произошло и мое отношение к тебе не изменилось. Любимый мой...  

     Джерри закрыл глаза.  

     — Побудь со мной сегодня, иначе я с ума сойду.  

     — Я всегда буду с тобой.  

 

 

 

3  

 

     Джерри смотрел в окно. Шел дождь. Эндре обнял его сзади, подумав о том, что второй раз не смог уберечь мальчика от опасности. Это обстоятельство терзало душу, заставляя ощущать себя виноватым. Эндре попытался поцеловать Джерри.  

     — Нет, Эндре, прости. Я не готов. Мне очень сложно все это пережить...  

     — Прости, дорогой.  

     Джерри смотрел как капли дождя медленно стекают по стеклу:  

     — Просто обними меня. И побудь рядом.  

     Эндре прижал мальчика к себе:  

     — Как скажешь, мой дорогой. Все у нас будет хорошо. Я люблю тебя.  

 

 

     Джон вошел в свой рабочий офис как раз во время собрания. Собрание было уже в разгаре. Мужчина собирался присесть в свое кресло, но почему-то его тело совершенно не слушалось разума.  

     — Эх! — сказал он каким-то громогласным голосом и сам этого голоса испугался. Коллеги по работе подозрительно посмотрели на него. Джон схватил себя за галстук и начал его развязывать. Что-то явно было не так.  

     — Эээх! — повторил он. — Жарко!  

     Коллеги снова подняли на него глаза. Джон стянул с себя рубашку, сам поражаясь своим действиям. Руки потянулись к молнии на брюках.  

     — Что вы делаете?! — с изумлением спросил один из сотрудников. Джон уже стянул с себя брюки и помахал ими над своей головой. Брюки полетели в сотрудника.  

     — Что вылупились?! — рявкнул Джон. Разум его был в ужасе, но тело и речь были неподвластны разуму. Они будто сговорились против него. Мужчина полез на стол уже абсолютно голый, он падал, цепляясь за него руками.  

Наконец Джону все же удалось вскарабкаться на стол.  

     — У-хуу! — закричал он, выбивая чечетку на столе. Сотрудники изумленно переглянулись.  

     — Что вылупились? — повторил он. — Все вы уроды! Я регулярно обворовываю вас, а вы и знать ничего не знаете! Деньги, принадлежащие вам, у меня в кармане! — Джон продолжал танцевать на столе. "Что я делаю? " — с ужасом подумал он. — "Какой позор, нужно уезжать из города"...  

     Сотрудники продолжали смотреть, разинув рты, они ничего не понимали. Как зомби, вошел Лоренцо со спущенными штанами. Он был красный, как помидор, от стыда, но ничего не мог с собой поделать. Его ноги сами шли, помимо воли.  

     — О, а вот и мой любовник! — вскричал Джон. — А вы не знали, что я голубой? И еще люблю педофилию! Иди сюда, дорогой!  

     Они с Лоренцо отплясывали на столе и прямо там же занялись сексом. Сотрудники продолжили сидеть с раскрытыми ртами.  

     

 

  — А-ха-ха-ха-ха! — покатился со смеху Джерри, просматривая видео. — Как тебе это удалось?!  

     — Силы, которые во мне, помогли выставить на посмешище этих мерзавцев. Теперь им и в городе стыдно будет показаться. Все, что им останется — уехать отсюда как можно дальше. Джерри залез к Эндре на колени и обнял его обеими руками. Его губы потянулись к губам кузена. Джерри потерся щекой об его щеку:  

     — Все нормально, любимый. Я оставил прошлое в прошлом. А мы пойдем дальше. Я хочу тебя... — он попытался опустить Эндре на кровать...  

 

     Джерри поступил в университет. Как Эндре и обещал, они устроили свадьбу в одной из самых шикарных вилл Лондона. На Джерри был черный фрак и белая рубашка с кружевными манжетами. Он сиял от счастья.  

Кузены обменялись кольцами.  

     — Теперь ты — мой муж, — проговорил Джерри и заключил кузена в объятия, а их губы соединились в поцелуе.  

     — Я люблю тебя, милый, — прошептал Эндре.  

     — Я без ума от счастья... — проговорил Джерри. Они уединились в зимнем саду, держась за руки, и пили шампанское.  

     — По-моему, я уже пьян, — проговорил Джерри.  

     — Тогда идем в спальню, любимый? — Эндре прикоснулся губами к его руке и долго смотрел мальчику в глаза, пылавшие страстью. — Завтра нам предстоит свадебное путешествие.  

     — Идем, жизнь моя, — прошептал Джерри, прижавшись к кузену. Эндре взял мальчика на руки и вошел в шикарную спальню. Он опустил Джерри на кровать и расстегнул ворот его рубашки, пройдясь по телу языком.  

     — Наконец-то исполнилась твоя заветная мечта, — проговорил Эндре, — наша брачная ночь.  

     — Спасибо тебе за это... — прошептал Джерри. Его белокурая головка лежала на белоснежной кружевной постели. Эндре долго смотрел на кузена и гладил лицо мальчика.  

     — Как же я люблю тебя... и как мы будем счастливы... — Эндре начал медленно раздевать Джерри. Спальня была освещена колеблющимся пламенем свечей...  

 

     Среди ночи Эндре открыл глаза — рядом никого не было.  

     — Джерри? — позвал он, но никто не ответил. Эндре надел халат и вышел из спальни.  

     — Джерри? — снова повторил он, но никто не отозвался. Эндре попытался включить свою силу, но он не чувствовал, где Джерри. Это испугало его. Ввело в замешательство, кузеном овладела паника.  

 

 

 

 

                4  

 

     Джерри исчез. Его не было нигде. Не было ни малейшего предположения о том, где бы он мог быть. Эндре заявил в полицию, но мальчика так и не нашли. Он вернулся в свой дом в Лондоне, но его не было и там. Кузен впал в сильнейшую депрессию и начал пить каждый день. Он продолжал поиски, но это не приносило успеха. Свет померк в глазах Эндре, земля ушла из-под ног...  

 

     Прошло два года. Эндре сидел в опустевшем осеннем саду. Дом пришел в запустение, потому что за ним никто не следил. Эндре сидел на поржавевших скрипучих качелях, раскачиваясь взад-вперед. Качели издавали жуткий скрип и голуби в ужасе разлетались. Эндре смотрел в одну точку, напоминая помешанного. В глазах его сквозила пустота, отражая состояние души. Парень казался живым трупом.  

Эндре принялся бродить по городу, не замечая людей, натыкаясь на них, не обращая внимания на их брань. И вот, один раз, молоденький светловолосый мальчик поднял на него свои глаза. Эндре остолбенел.  

    — Джерри! — закричал он.  

    Мальчик испуганно опустил взгляд:  

    — Вы ошиблись, меня зовут Энтони.  

    Он рисовал в центре города на небольшом холсте.  

    — Джерри! — снова закричал Эндре. — Где ты был?!  

    — Кто вы?! — испуганно пробормотал мальчик.  

    — Ты издеваешься надо мной?! — заревел Эндре. — Я два года на грани помешательства. Ты исчез вот так, безо всяких объяснений, и спокойно сидишь, рисуешь в центре города?! Я места себе не находил, у меня вся жизнь отравлена, а ты еще издеваешься!  

    — Я не понимаю о чем вы говорите, вы меня с кем-то путаете...  

    — Ты будешь продолжать издеваться надо мной?! Немедленно поехали домой! — Эндре схватил мальчика за руку и затолкал в машину.  

    — Что вы делаете?! Помогите!  

    — Заткнись! — сурово прикрикнул Эндре, садясь за руль. В зеркале он видел отражение испуганного мальчика, который сжался в комок на заднем сидении. Эндре гнал на бешеной скорости, глаза его сверкали. Мальчик буквально прирос к месту, на котором сидел.  

    — Выходи! — сказал Эндре и выволок его из машины. — Сейчас ты мне все объяснишь!  

    Эндре поволок мальчика, худое тело которого дрожало от ужаса, прямиком в спальню.  

    — Я не знаю кто вы... — с трудом выговорил мальчик. — Меня зовут Энтони...  

    — Ты решил посмеяться надо мной, подлый?! — Эндре швырнул мальчика на кровать.  

    — Вы сумасшедший...  

    — Что?! — Эндре залепил ему пощечину. Мальчик схватился пальцами за горячую щеку. На глаза навернулись слезы.  

    — Вот она, твоя безумная любовь ко мне! — воскликнул Эндре.  

    — Какая любовь... я не гей... — проговорил мальчик, дрожа всем телом.  

    — Ах, он не гей, надо же! А кто умолял меня взять его снова и снова?! — Эндре начал срывать с него одежду.  

    — Не надо, прошу вас... — прошептал мальчик. По его щекам катились слезы.  

    — А раньше ты каждый раз просил сделать с тобой это... — Эндре начал грубо целовать его в шею и в губы, мальчик всеми силами пытался увернуться, но Эндре пригвоздил его к постели.  

    — Нет, нет, умоляю вас...  

    Но Эндре был неумолим. Он сорвал с мальчика одежду. Тот пытался закрыться руками как мог, но Эндре перевернул его на живот, как плюшевого мишку.  

    — Пожалуйста, прошу вас, я не гей, я не перенесу насилия...  

    — Хватит разыгрывать комедию, любимый мой! — Эндре грубо вошел в него и мальчик закричал от боли. Но Эндре не останавливался. Никакие слезы и мольбы не могли смягчить его, пока он не удовлетворил свою безумную страсть.  

    — Можешь одеваться! — сказал Эндре, швырнув ему свитер.  

    — Какое же вы чудовище... — сквозь слезы проговорил мальчик. — Я вас ненавижу...  

    — Мне уже все равно, — сказал Эндре, — любишь ты меня, или ненавидишь, ты останешься здесь! — он вышел, хлопнув дверью, которую запер на ключ.  

    Мальчик разразился безудержными рыданиями, уронив белокурую головку на мягкие подушки.  

 

 

 

 

                5  

 

     Эндре вошел в комнату. Мальчик сидел, одевшись, обняв колени. Глаза были красными от слез.  

     — Поешь, — смягчившись, сказал Эндре. Он подсел, проведя рукой по спине мальчика, по которой пошла дрожь. Эндре решил, что он дрожит от страха.  

— Джерри, любимый мой!  

     — Вы уже сделали со мной все, что хотели, а теперь отпустите, дома меня ждут родители...  

     —Ты снова продолжаешь ломать комедию?! — вышел из себя Эндре. — Нет, я еще не сделал с тобой все, что хотел... — он толкнул мальчика на постель, срывая с него одежду.  

     — Умоляю вас, я больше не перенесу...  

     — Заткнись! — видя слезы в глазах мальчика, сердце Эндре дрогнуло, — он нежно погладил его по спине и бедрам. — Джерри, родной мой, прекрати ломать комедию, пожалуйста, я готов простить тебя...  

     — Я не знаю вас, — прошептал мальчик. Эндре вошел в него, грубо схватив за бедра. Пока он не насытился, мальчика не отпустил.  

     — Посиди и подумай, — сказал Эндре, застегивая брюки.  

     — Как же было больно, будьте вы прокляты! — проговорил мальчик, размазывая по лицу слезы.  

     — Я уже давно проклят, — сказал Эндре и вышел, хлопнув дверью.  

 

     — Можете называть меня Джерри, — сказал мальчик, — если вам от этого станет легче.  

— Это уже прогресс, – сказал Эндре.       

Мальчик был бледен, глаза впали, вокруг них вырисовывались черные круги. Видя, в каком плачевном состоянии он находится, Эндре присел рядом и обнял его, прижав к себе.  

     — Джерри, родной мой, прости, что был так груб с тобой, но ты причинил мне чудовищную боль, которую невозможно было терпеть! Два года адских страданий! Я был на грани помешательства... — Эндре начал целовать его белокурую голову. — Да я и вправду помешался! Родной мой, любимый, что же я творю... Прости, прости, прости меня...  

     Он целовал и гладил его со всей нежностью. Мальчик смотрел в одну точку. Казалось, ему уже все равно, что с ним сделают.  

     — Прости, любимый, — повторял Эндре, бережно целуя мальчика.  — Я так люблю тебя... — он всячески ласкал его и был предельно нежен.  

     Мальчик закрыл глаза. И вдруг, возле подмышки мальчика, Эндре заметил родимое пятно.  

     — Стоп! У Джерри не было здесь никакого родимого пятна, кто ты? Почему, как две капли воды похож на Джерри?!  

     — Я уже говорил вам, что я не Джерри... Меня зовут Энтони, — слабым до безразличия голосом сказал мальчик. Эндре внимательно посмотрел на него. И тут перед его глазами пронеслась картина из прошлого восемнадцатилетней давности. В семействе Герхард родились близнецы. Одного, первого из них, нарекли Джереми, второму дали имя Уильям. Уложив одного малыша в коляску, миссис Герхард пошла за вторым, но, когда вернулась, коляска была пуста. Кто-то украл ребенка, продав его в семью, в которой родился мертвый мальчик. Одного из близнецов так и не удалось найти. Сокрушаясь от горя, семейство Герхард решило навсегда забыть о том, что у них когда-то было два ребенка.  

    Эндре посмотрел на Энтони.  

    — Я — твой двоюродный брат Эндре Борджиа, — наконец проговорил он. — Ты — Уильям Герхард, брат-близнец Джереми, украденный в младенчестве...  

    Энтони с широко раскрытыми глазами посмотрел на Эндре.  

    — Вы — сумасшедший.  

    — Пойдем... — проговорил Эндре, хватая его за руку.  

    — Куда? — проговорил Энтони. Но Эндре уже тащил его в комнату Джерри.  

    — Вот, любуйся! Посмотри на эти фото!  

    Энтони в изумлении уставился на фото Джерри — на него смотрела его точная копия.  

    — Не может быть... — проговорил Энтони, разглядывая фото.  

    — Тебя украли, когда ты был младенцем и продали в другую семью...  

    — Продали?! — неприятно изумился Энтони.  

    — Да. Сейчас я расскажу тебе нашу историю с Джерри от начала и до конца...  

 

    — Вот теперь ты знаешь все, — сказал Эндре, смотря в окно. — Я сильно виноват перед тобой и не знаю, как искупить свою вину... Я вторгся в твой мир и навсегда сломал его. Нет мне ни прощения, ни оправдания. Я сломал твою психику. Что мне сделать для тебя? Сколько ты хочешь денег? Может быть, дорогую машину? Бери, что только захочешь!  

     Мальчик неслышно подошел сзади и обнял Эндре.  

     — Ты открылся мне с другой стороны. Ты уже не сумасшедший зверь-насильник, ты несчастный, покинутый влюбленный человек, не знающий, что ему делать. Разреши остаться с тобой на некоторое время?  

     Эндре повернулся к нему: точная копия Джерри! Но это не Джерри.  

     — Ты ненавидишь, презираешь меня...  

     — После того, как я узнал правду, я больше не ненавижу тебя, — проговорил мальчик.  

     — Неужели ты согласишься остаться со мной? Я так виноват перед тобой, я сломал тебя.  

     — Все хорошо, — ответил мальчик, смотря ему в глаза и немного смущаясь. — Я согласен остаться с тобой.  

     — Ладно, дом в твоем распоряжении, делай, что хочешь. Пойду к себе, отдохну, я очень устал.  

     Энтони хотел что-то сказать ему вслед, но Эндре уже ушел. Мальчик принял ванну и переоделся в одежду Джерри. Приведя себя в порядок, Энтони вошел к Эндре. Кузен лежал на диване, свесив руки на пол. Мальчик залез на диван и присел рядом.  

     — Зачем ты здесь? — спросил Эндре.  

     — Чтобы тебе было не так одиноко, — ответил Энтони и слегка покраснел.  

     — Я бы на твоем месте такого человека возненавидел...  

     — Я не могу ненавидеть тебя, ты мой кузен, — сказал Энтони и еще больше залился краской.  

     — Который тебя несколько раз изнасиловал, сломал тебе психику и жизнь.  

     Энтони нежно обнял Эндре и положил голову ему на плечо.  

     — Все хорошо. Даже, если бы ты повторил со мной это еще раз... — он осекся на полуслове.  

     Эндре повернул к нему голову:  

     — На тебе одежда Джерри.  

— Он бросил тебя, подло сбежал, такие люди не заслуживают того, чтобы о них грустили...  

     — Прекрати.  

     — Эндре, обними меня. Можешь сделать со мной, что захочешь...  

     Парень внимательно посмотрел на Энтони.  

     — Даже так? Зачем оно тебе? Вошел во вкус? Я не хочу предавать свою любовь к Джерри...  

     — Но ты уже... — Энтони неловко погладил кузена по спине. — Эндре... меня к тебе тянет... боюсь, что я влюбился в тебя...  

     Глаза Эндре широко раскрылись.  

     — Вот как? Я, значит, изнасиловал тебя, сломал тебе жизнь, а ты в меня влюбился?!  

     Энтони стыдливо опустил глаза.  

     — Жизнь продолжается, какой смысл убиваться зря? Давай попробуем быть вместе, а вдруг нам будет хорошо вдвоем?  

     Брови Эндре подскочили от удивления.  

     — Вот как?  

     Энтони погладил его по щеке.  

     — Я готов отдаться тебе. Первое впечатление обманчиво. Теперь я знаю, что ты совсем другой и умеешь любить...  

     — Мальчик, зачем тебе портить свою жизнь? — Эндре посмотрел на него: он вылитый Джерри, на нем одежда Джерри, в его жилах течет кровь Джерри. Эндре провел рукой под футболкой мальчика: Энтони дрожал. Но только теперь не от страха, а от возбуждения. Глядя на него, Эндре начал возбуждаться и сам. Он — точная копия Джерри, его заменитель. Эндре снял с Энтони одежду, стал разглядывать и гладить его тело. Щеки мальчика пылали от стыда и желания. Эндре целовал его внизу живота, гладя по бедрам. Энтони издал стон, но на сей раз не боли, а наслаждения. Кузен медленно вошел в него, одновременно лаская языком его грудь.  

     — Я люблю тебя! — воскликнул Энтони, когда его оргазм достигнул своего апогея. Эндре усмехнулся. Еще недавно мальчик кричал, что ненавидит его. От любви до ненависти один шаг. Кто знает, может быть само провидение послало этого мальчика, чтобы Эндре не умер от тоски и одиночества. Теперь в его жизни появился новый смысл.  

     — Тебе понравилось? — мягко спросил Эндре.  — Я сделал все, чтобы загладить свою вину.  

     Энтони опустил ресницы.  

     — Пойди к себе, отдохни.  

     — Не прогоняй меня, — обиженно сказал мальчик, — я хочу спать рядом с тобой.  

     — Как скажешь, — ответил Эндре. Он отвернулся от Энтони и заснул. Мальчик никак не мог решиться дотронуться до его обнаженного плеча. Наконец поняв, что Эндре спит, Энтони провел рукой по его гладкой коже. Потом то же самое он сделал губами.  

     — Джерри... — во сне проговорил Эндре. — Я люблю тебя, Джерри...  

     Энтони тяжело вздохнул и отвернулся в сторону. Он был печален.  

 

 

 

6  

 

     Эндре проснулся от запаха пищи, который щекотал нос. Это было удивительно, потому как он два года ничего не готовил и обычно давился сухим куском пиццы недельной давности. Эндре накинул халат и вышел из спальни. Он не узнал дом — комнаты блестели. Исчезли паутина и толстый слой пыли, ставшие такими привычными в последнее время. Энтони готовил, надев фартук.  

     — Садись завтракать, все готово.  

     — Джерри! — воскликнул Эндре, но осекся. — Энтони...  

     Упоминание о Джерри опечалило мальчика, но ненадолго. Он быстро взял себя в руки.  

     — Садись, о тебе лет сто никто не заботился.  

     Запах завтрака привел в чувство. Как долго Эндре нормально не ел... Энтони поставил на стол чашку горячего кофе и нерешительно присел к кузену на колени. Острая игла боли пронзила душу Эндре, он вспомнил, что точно также к нему на руки садился Джерри.  

     — Не надо, мне слишком больно...  

     Удрученный мальчик встал с его колен и уселся напротив.  

     — Ты сам влюбил меня в себя, теперь не отмажешься...  

     — Я не влюблял...  

     — Только тело влюблял? Эндре, я хочу заботиться о тебе, хочу вытащить тебя из этой ямы одиночества и запустения...  

     — Спасибо тебе, но не торопи меня.  

     Кузен закурил сигару и глотнул кофе.  

     — Ты не думаешь, что родители переживают за тебя?  

     — Они мне не родители, — злобно проговорил Энтони, — они купили меня, как щенка покупают на рынке. Это подло. Не хочу больше их знать.  

     — А хотел бы познакомиться со своими настоящими родителями? — спросил Эндре, допив кофе и поставив на стол пустую чашку.  

     — Да, — ответил мальчик.  

     — Я напишу тебе адрес. Если появится желание, можешь съездить к ним.  

     — Обязательно поеду.  

     — Эндре... — Энтони взял его за руку.  

     — Извини, не сейчас, — сказал кузен, убрав его руку.  

     — Как скажешь, — огорченно проговорил мальчик. — Как дела на твоей фирме? Ты на два года выпал из колеи.  

     — Там мой верный человек. Прибыль идет, все в порядке, нищим не останусь.  

     — Давай после завтрака прогуляемся где-нибудь? — предложил Энтони. — Тебе нужно придти в себя.  

     — Хорошо, — сказал Эндре.  

     Они вышли в парк. Листья кружились в воздухе. Эндре украдкой взглянул на Энтони. В одежде Джерри он был его точной копией. Как часто они гуляли осенью по этому парку! Новая игла боли пронзила душу кузена. Он остановился на полпути.  

     — Прости, я так не могу. Ты напоминаешь Джерри, мне слишком больно...  

     — А если я навсегда оставлю тебя, тебе станет от этого легче? Да ты сгниешь от тоски! Тебе нужен стимул, чтобы выкарабкаться из этой ямы. Да, все непросто. Но это жизнь, чтобы выжить, нужно бороться, а не опускать руки. Знаешь, я добьюсь того, что ты будешь воспринимать меня как Энтони, как другую личность, а не как копию моего брата! — мальчик встал встал на цыпочки, обхватил Эндре за шею и начал страстно целовать. Кузен заметил, что на самом деле между ним и Джерри есть различие в характере.  

     Эндре погладил мальчика по щеке.  

     — Спасибо тебе за то, что пытаешься вдохнуть в меня жизнь.  

     — Я люблю тебя.  

     "А я тебя, к сожалению, нет", — подумал Эндре. Они прошлись по аллее, устланной золотистым ковром.  

     — Чем ты занимался обычно? — спросил Эндре.  

     — После школы поступил учиться на художника.  

     — Теперь все бросишь?  

     — Академку возьму. Эндре, все твои рассказы о силе... Ну, это мистика какая-то. С трудом верится.  

     — Видишь стоит пустая бутылка? Смотри внимательно.  

     Бутылка вдруг сама по себе начала двигаться.  

     — Ничего себе... Тебе фокусником можно в цирке работать.  

     — Наверное, я бы так и делал, не будь у меня средств к существованию. Но я и без этого богат.  

     Энтони всячески старался отвлечь Эндре от грустных мыслей. В целом, они неплохо провели время...  

 

 

     Энтони вошел в душ к Эндре.  

     — Давай, я помогу тебе, потру спину.  

     — Спасибо, я и сам неплохо справлюсь, — ответил Эндре, но, видя, как он разочаровал Энтони, смягчился. В конце концов, он сам виноват, что так обошелся с ни в чем не повинным мальчиком.  

     — Ну хорошо, — мягче сказал Энтони, поворачиваясь к мальчику спиной. Энтони намылил ему спину, нежно поглаживая кожу руками. Это начало возбуждать. Не выдержав, Эндре развернулся к нему, заключив мальчика в объятия.  

     — Энтони...  

     — Что?! Что ты сказал?  

     — Что такое?  

     — Ты сказал Энтони, а не Джерри! Ты произнес мое имя!  

     Эндре улыбнулся, обнял его, нежно поцеловав в губы.  

     — Эндре, я люблю тебя...  

     — Энтони, не нужно...  

     — Не издевайся надо мной, я всего лишь маленький мальчишка...  

     — Который думает сейчас о сексе со мной...  

     Энтони покраснел.  

     — Я хочу залечить твои раны, хочу, чтобы ты снова научился любить... Но не его, а меня...  

     — А потом бросишь меня, как он?  

     — Я в жизни бы так не поступил...  

     — Он тоже всегда говорил так...  

     — Я не он... — проговорил Энтони, прижался щекой к груди Эндре и заплакал.  

     — Ну что ты, хороший мой, — проговорил Эндре, поглаживая его по спине. Он осторожно повернул Энтони к стенке и вошел в него.  

     — Эндре, я люблю тебя... я хочу быть только твоим всегда...  

 

     Эндре курил сигару и задумчиво смотрел в окно, на опавшие листья. Он повернулся и посмотрел на мальчика: Энтони старательно что-то рисовал.  

     — Что ты делаешь? — спросил Эндре.  

     — Рисую. Тебя.  

     Эндре посмотрел на лист бумаги. Энтони мастерски изобразил его профиль и сигару, зажатую между двумя пальцами.  

     — Очень схоже с оригиналом. У тебя талант, маленький художник.  

     — Я уже не маленький, мне восемнадцать! А сколько тебе?  

     — Тридцать.  

     — Ты выглядишь гораздо моложе.  

     Энтони сел возле Эндре и положил голову ему на колени. Мальчик смотрел на него глазами голодного котенка, которому не хватало ласки и любви. Что-то в душе Эндре дрогнуло. Он взял лицо Энтони в свои руки и поцеловал в губы.  

     — Иди ко мне на ручки, малыш, — Эндре прижал мальчика, поглаживая его спину под свитером.  

     — Можно, я буду ходить с тобой в душ? — спросил Энтони.  

     — Можно, — усмехнулся Эндре.  

     — Ты нужен мне...  

     — Я тоже начинаю потихоньку привязываться к тебе... — ответил Эндре.  

     — Давай будем вместе?  

     — Давай попробуем, — ответил Эндре.  

     Глаза мальчика заблестели с радостью и надеждой.  

     — Давай, я отнесу тебя в постельку? — предложил Эндре.  

     — Отнеси меня, любимый.  

     — Сейчас я раздену тебя, чтобы надеть на тебя пижаму, — сказал Эндре.  

     — Зачем она? Я хочу чувствовать тепло твоего тела.  

     Эндре запрокинул голову Энтони и начал целовать. Мальчик пребывал в состоянии эйфории.  

     — Эндре, не прекращай...  

     Кузен целовал и гладил его худое тело. От ощущения того, что он кому-то нужен и делает кому-то приятно, он снова возвращался к жизни.  

     — Энтони, мне кажется, или я постепенно начинаю влюбляться в тебя?..  

Глаза мальчика вспыхнули.  

     — О да, влюбляйся в меня, милый мой, мы нужны друг другу... И ты становишься похожим на человека, а не на безразличного к жизни сумасшедшего.  

     Эндре гладил его лицо, повторяя:  

     — Энтони... Энтони...  

     Из глаз мальчика потекли слезы.  

     — Ну чего ты, хороший мой?  

     — От счастья... — прошептал Энтони.  

     Эндре на мгновение задумался. Он вспомнил, как Джерри плакал в его объятиях. К черту Джерри! Нужно забыть о нем навсегда. Он не достоин того, чтобы о нем вспоминать.  

     — Знаешь что, — сказал Эндре, — завтра мы пойдем в магазин и купим тебе вещи, какие ты захочешь, чтобы ты надевал, что нравится, а не то, что носил Джерри. А его вещи я закрою в его же комнате, как и воспоминания о нем.  

     Энтони обхватил Эндре обеими руками, сияя от счастья.  

     — Каким счастливым ты делаешь меня!  

 

 

 

 

                7  

 

     Эндре и Энтони поехали в магазин. Грусть охватила Эндре при воспоминании о том, сколько раз они с Джерри бывали здесь. Он посмотрел на светящееся родостью лицо Энтони. Эндре захотелось сделать счастливым этого маленького несчастного мальчика, который влюбился в него и ждет любого знака внимания, как манны небесной. А о Джерри нужно забыть: не достоин внимания человек, так подло покинувший его.  

     — Выбирай все, что хочешь, — сказал Эндре, мягко хлопнув Энтони по плечу и попытавшись улыбнуться.  

     Энтони выбрал совсем другие вещи, которые не выбрал бы Джерри. Более строгие тона. Он был совсем другим человеком и Эндре начинал видеть в нем новую личность, а не копию Джерри. Энтони ловил любую возможность, чтобы коснуться руки кузена, прижаться к нему.  

     — Почему ты влюбился в меня, Энтони? — спросил Эндре. — Я был так груб с тобой.  

     — Потому что за внешней грубостью я разглядел совершенно другого человека. Несчастного, покинутого, с израненной душой...  

     Эндре погладил его по руке.  

     — Ты появился в моей жизни и теперь в ней есть смысл. Это судьба...  

     Энтони бросился в его объятия, прижался к нему. Эндре обнял мальчика. Он задумался. Так с ним мог стоять сейчас и Джерри. Кто знает свою судьбу? Даже Эндре не знал ее. Каждую ночь, на протяжении двух лет, он умолял силы, ведущие его по жизни, вернуть Джерри или хотя бы дать знать о том, где он и что с ним, но силы в этот раз почему-то оставались к нему глухи. Лишь послали мысленное понимание того, что есть вещи свыше, которые не подвластны даже им и что человек должен пройти испытания, посланные ему свыше.  

     — Я постригусь, покрашусь, сделаю все, чтобы не быть похожим на него...  

     — Не надо, родной мой, не делай ничего, ты — не он, ты совсем другой...  

     Эндре прижал Энтони покрепче и поцеловал в голову. Так он всегда целовал Джерри. Будь проклят Джерри, который так спокойно мог предать его! Наверняка он встретил кого-то другого и проводит время с новым любовником. При мысли о том, что Джерри сейчас с кем-то другим, у Эндре потемнело в глазах.  

     — Ай-ай, больно! — вскрикнул мальчик. Эндре заметил, что тянет его за волосы.  

     — Прости, прости, мой дорогой, пойдем, перекусим где-нибудь.  

     Мальчик послушно пошел за ним, как преданный своему хозяину щенок.  

     Они зашли в закусочную и заказали по бургеру. Эндре задумчиво смотрел на сидящего напротив мальчика. В серой рубашке и черных джинсах, Энтони с обожанием смотрел на него и эти глаза искали любви и ласки.  

     Эндре взял его за руку.  

     — Энтони...  

     — Что?! — встрепенулся мальчик.  

     — Ты очень хороший...  

     "Я должен полюбить его. Обязан. И я уже на пути к этому", — подумал Эндре.  

     — Кушай, кушай, — сказал Эндре, — ты очень худой.  

     — Джерри тоже был таким? — вырвалось у Энтони.  

     — Да, — ответил Эндре и отвернулся в сторону.  

     — Значит я буду есть в два, в три раза больше, чтобы не быть похожим на него.  

     — Вряд ли с твоей комплекцией у тебя получится сильно растолстеть.  

     Они прошлись по парку и вернулись домой. Энтони взобрался на качели и начал раскачиваться, раздался скрип.  

     Эндре остановил качели, схватив их за цепочку и, взяв подбородок мальчика в свои руки, приблизился к его губам. Губы Энтони раскрылись, как лепестки цветка, жадно ища поцелуя.  

     — Эндре... — проговорил он. Кузен гладил его по щеке, убрав белокурые локоны с лица, и целовал снова и снова.  

     — Люблю, люблю, люблю тебя... — шептал Энтони в перерыве между поцелуями. Эндре взял его за руку и повел в дом. Они целовались, стоя у постели. Долго, не в силах оторваться друг от друга. Вдруг что-то с грохотом упало на пол. От неожиданности кузены обернулись, посмотрев вначале на упавшую со стола вазу, а потом на человека, внимательно наблюдавшего за ними. Это был Джерри. Эндре прирос к месту. Что это: сон, видение? Энтони понял, кто перед ним и со злобным раздражением уставился на брата. Джерри, в свою очередь, с изумлением смотрел на него.  

     — Что здесь, к черту, происходит?! — спросил наконец Джерри.  

     — Познакомься, я твой брат-близнец, украденный в младенчестве! — злобно сказал Энтони.  

     — Чего?! Вы все с ума посходили? Эндре?!  

     Эндре смотрел на Джерри и на нем не было лица, кузен был белее стены.  

     — Ты бросил Эндре и он чуть не умер от горя! Но теперь мы с ним вместе!  

     — Что?! — истерично закричал Джерри. — Бросил?! Меня выкрали, со мной столько всего случилось, я так чудовищно страдал... И никто не кинулся искать меня, никто не пришел мне на помощь. А Эндре, который "чуть не умер от горя", спокойно развлекается с непонятно откуда взявшимся "братом"! Да пошел ты к черту! — Джерри выбежал на улицу, оставив дверь открытой. Эндре безумным взглядом посмотрел на Энтони. На лице мальчика отразилось глубокое страдание, на лбу собрались морщинки.  

     — Иди, догони его, вам нужно поговорить, верни его, иначе он уйдет навсегда, — сказал Энтони. Эндре помчался на улицу:  

     — Джерри!  

     Услышав его голос, Джерри пустился бежать. Он был уже далеко. Эндре помчался следом за ним. Видимо, Джерри задался целью, чтобы кузен никак не смог догнать его. Мальчик бежал из последних сил и уже достиг парка. Среди деревьев можно было спрятаться. Поняв, что Эндре догоняет, Джерри спрятался за ствол огромного дерева. С его комплекцией это не составило труда.  

     — Джерри! — кричал Эндре, но было тихо. Увидев, что кузен пошел в другую сторону, Джерри выбежал из-за дерева и снова пустился бежать.  

     — Джерри, подожди! — закричал Эндре. Мальчик петлял, бегая между деревьями, будто заяц. Кусты больно оцарапали лицо и руки. Эндре включил всю свою силу.  

     "Нет, нет", — шептал Джерри, — "только не это. " Сейчас он бы скорее согласился, чтобы его поймал маньяк, нежели Эндре. Но кузен был уже совсем рядом. Джерри слышал его дыхание за спиной. Из последних усилий, он сделал маневр влево, но споткнулся. Эндре схватил его сзади, они вместе упали. Джерри тяжело дышал после быстрого бега, глаза его были широко раскрыты.  

     — Отпусти меня! — едва не закричал он.  

     — Успокойся, Джерри!  

     — Тебе все равно ничего не добиться от меня. Ты мне отвратителен, я тебя презираю! — Джерри попытался вырваться, но Эндре еще крепче скрутил его.  

     — Послушай меня! Ты просто исчез. Я искал тебя повсюду целых два года... Я подключил полицию, нанял самых лучших детективов, но никто из них не смог выйти на твой след. Потом я подумал, что ты меня просто бросил и навсегда уехал...  

     — А как же твоя невиданная сверхъестественная сила? Ведь ты иголку в стоге сена найти способен!  

     — Я умолял эти силы помочь мне найти тебя, но они будто меня не слышали! Что бы я ни делал, как бы ни просил — они оставались ко мне глухи... Я понятия не имел, куда ты подевался. Моя жизнь превратилась в ад, да у меня и не было жизни... Эти страдания были хуже смерти, они были невыносимы...  

     Джерри с еще большим презрением посмотрел на него и снова попытался вырваться, но Эндре покрепче скрутил его.  

     — Ад? Ты не знаешь, что такое настоящий ад! Страдания, хуже смерти! Ты нашел мне замену, мою точную копию, якобы, брата, и крутил с ним любовь. Вот они, все твои страдания! Так слушай же. В ту ночь я вышел на улицу, потому что мне не спалось и я хотел подышать свежим воздухом. Неожиданно, на меня напали, скрутили и непонятно куда увезли. На свадьбе я был замечен одним негодяем, занимающимся торговлей людьми. Его люди выкрали меня, а потом продали за границу, в Швецию, в бордель для геев, куда вывезли под чужими документами. Какой ад я испытал, когда меня покупали жирные старые ублюдки, страшно и представить. И никого, никого не было рядом, чтобы помочь мне! Я хотел покончить с собой. Меня держала на этом свете лишь одна мысль: что мне удастся сбежать и что я снова увижу тебя. И вот, через два года, пройдя огонь, воду и медные трубы, мне наконец-то повезло — меня купил клиент не для секса, а для беседы. Он стал расспрашивать, как я туда попал и что заставило меня пасть так низко. Я рассказал ему свою историю в подробностях. Услышав мой рассказ, этот добрый человек проникся ко мне глубоким сочувствием. Он помог мне сделать документы и сбежать. И вот, вернувшись сюда, что я увидел? Это Я вернулся из ада, а у тебя тут все в порядке. Ты молодец, мне тут больше делать нечего, отпусти!  

     — Нет, никуда я тебя не отпущу! Я — твой муж!  

     Джерри начал нервно хохотать.  

     — Теперь, вижу, что не только мой. Отпусти, говорю!  

     — Нет, ты вернешься домой. В твоих глазах нет мне оправдания, но я тоже очень страдал, потеряв тебя. Обезумев, я принял этого несчастного мальчика за Джерри и сломал ему жизнь...  

     — И расплачивался за это постелью и поцелуями? Да отпусти ты!  

     — Нет, — сказал Эндре. Он схватил Джерри, перекинул через плечо, и поволок в дом. Но что теперь делать с Энтони? Какая мерзкая и нелепая ситуация!  

Но Энтони в доме уже не было. Он оставил записку: "Дорогой Эндре, я все понимаю. Чтобы не накалять ситуацию еще больше, я ухожу из вашей жизни. Сделай счастливым моего брата. Буду любить тебя ни смотря ни на что. Энтони".  

     Гора с плеч свалилась! Хотя Эндре и сожалел о мальчике, считая себя виноватым перед ним, но судьба Джерри не оговаривалась.  

     Эндре запер дверь на ключ, чтобы Джерри не смог убежать.  

     — Джерри...  

     Джерри отвернулся:  

    — Ты изменил мне. Если не смог помочь, хотя бы дождался...  

  — У меня не было смысла жить, я хотел покончить с собой, — ответил Эндре.  

     — Ты не верил, что я вернусь, не верил в мою любовь!  

     — Джерри...  

     — Отстань!  

 

 

 

 

 

 

 

              8  

 

     — Джерри...  

     — Ты чего-то хочешь? Чего бы тебе хотелось, мой господин? Каким способом удовлетворить твою страсть? Знаешь, что со мной там делали, как развратили меня? Я уже не тот мальчик, краснеющий от каждого твоего взгляда. Теперь, если пожелаешь сексуальных услуг от меня, будешь платить, как платили остальные.  

     Эндре был в шоке.  

     — Мне нет смысла платить тебе. Здесь все твое. Мы женаты, этот дом твой.  

    — Мой? Почему же у меня нет от него ключа, если это мой дом? Почему я не могу выйти, когда захочу, если это мой дом?  

     — Какой же ты стал жестокий и циничный, Джерри!  

     — Потому что я тебя ненавижу! — мальчик зашел в свою комнату. — Этот урод носил мои вещи! А потом ты запер мою комнату вместе с вещами, чтобы ничто не напоминало обо мне? Чтобы ты поскорее смог забыть меня и начать новую жизнь с ним, верно же?  

     Эндре не нашелся, что ответить. Джерри хлопнул дверью перед его носом.  

     Жизнь превратилась в ад. Это больше невозможно было терпеть.  

     — Джерри, — сказал Эндре, — жить так больше невозможно, нам действительно лучше разойтись. Возьми денег, сколько хочешь, и возвращайся домой или купи свой собственный дом.  

     Джерри скорчил презрительную гримасу.  

     — Я не нуждаюсь в твоих деньгах, я заработал свои, собственным телом. Это чаевые от клиентов, которых я хорошо удовлетворил, и деньги, которые удалось спрятать от сутенеров. И они немалые.  

     Эндре не мог больше слышать эти чудовищные слова.  

     Джерри собрал свои вещи.  

     — Прощай, — мальчик равнодушно прошел мимо кузена к выходу. Эндре вышел на крыльцо, чтобы посмотреть ему вслед. Эмоций больше не было, только лишь пустота и ощущение, что Джерри навсегда потерян для него. "Я знаю, что вы, скорее всего, снова останетесь глухи к моей просьбе, но заклинаю вас, помогите мне его вернуть! " — в отчаянии подумал Эндре, обращаясь к неведомым силам. Это была его последняя, еще не до конца угасшая в душе, надежда.  

Небо нахмурилось. Раздался гром. Поднялся ветер.  

Джерри только казался равнодушным и неприступным, на самом деле душа его разрывалась от боли. Он не думал, что Эндре предложит расстаться. Но обратного пути не было. Слезы застилали глаза Джерри. Полил дождь. Мальчик успел дойти до ворот, когда сзади послышался крик:  

     — Джерри!  

     Он обернулся.  

     — Возьми зонт! — Эндре стоял позади него, держа в руках зонт. Джерри нерешительно смотрел на него, но дождь только усиливался. Кузен по-прежнему протягивал зонт. Дальше все случилось само собой. Джерри побежал за зонтом и сам не понимая как оказался в объятиях кузена. Эндре крепко обнял его и начал жарко целовать, казалось, утоляя свой голод с помощью поцелуев. Джерри ответил на поцелуй, на самом деле он очень соскучился по Эндре. Зонт валялся в грязи и его смыло потоком воды. "Спасибо, дождь! Спасибо, Небеса! " — с бьющимся сердцем подумал Эндре. Кузены продолжали целовать друг друга под проливным дождем. Волосы мальчика прилипли к лицу.  

     — Я люблю тебя, — проговорил Эндре.  

     Джерри ничего не ответил, лишь сильнее прижался к мокрой груди кузена.  

     — Пойдем домой, мой дорогой, дом совсем опустел без тебя.  

     Они побрели домой, вымокшие до нитки, Эндре обнимал мальчика, держа над его головой зонт, который подобрал по пути, и думал о том, смогут ли они быть вместе, как раньше, после всего, что произошло? "Если у меня будет ещё один шанс, я никогда не допущу прежних ошибок! " — мысленно воскликнул Эндре. — "Больше никогда не позволю моему Джерри попасть в такую ужасную беду! "  

Кузен не знал о чем думает Джерри, поэтому решил вести себя с ним крайне осторожно. Кроме того, он представлял, какие чудовищные травмы остались в душе мальчика после того, что он пережил. Как залечить их, сгладить, заставить его забыть два года, проведённых в аду?  

Джерри сидел на диване, съежившись от холода, его вещи насквозь промокли. Эндре присел к нему, нежно взяв его холодные ладони в свои.  

— Можно, я сниму с тебя мокрые вещи, чтобы ты не простудился? — осторожно спросил Эндре. Мальчик кивнул. Только что они целовались под дождём, но значило ли это что-то для Джерри или он повиновался внезапному порыву, навеянному ностальгией? Испытывает ли Джерри к нему ещё хоть какие-нибудь чувства? Эндре боялся об этом спросить и решил не торопиться. Как давно они не были вместе, как давно Эндре не касался его, целых два года... Все, что было до этого, казалось доброй, наивной сказкой.  

Кузен осторожно начал снимать с Джерри мокрую одежду, аккуратно вытер его кожу полотенцем и подал сухие вещи. Они сидели в полумраке комнаты, освещаемой лишь огнём в камине, а за окнами по-прежнему лил дождь. Джерри задержал руку кузена и посмотрел на него глазами, полными желания.  

— Джерри, может не стоит торопиться?.. — спросил Эндре.  

— Я хочу... — ответил мальчик, он был возбуждён.  

Эндре осторожно опустил кузена на диван, они смотрели друг на друга. Его Джерри снова рядом, это не сон... Джерри, ставший совсем другим... Эндре склонился к нему и нежно, как раньше, поцеловал в губы. Мальчик ответил на поцелуй и сразу же взял инициативу в свои руки. Оказавшись сверху, Джерри немедленно начал целовать и лизать все его тело, а потом склонился между ног Эндре, возбуждая его языком. Действовал он смело, уверенно и, можно сказать, даже распущенно, со знанием своего дела. Где тот скромный, краснеющий от каждого движения мальчик? Того Джерри больше нет...  

Джерри с ухмылкой посмотрел на кузена:  

— Нравится, Эндре? Я ещё и не такое могу.  

Он лег на спину, подогнув к груди колени, бесстыдно выставляя себя напоказ.  

— Ну же, Эндре, возьми меня.  

— Джерри... — дрогнувшим голосом сказал кузен. — Ты меня ещё любишь?..  

— Конечно, иначе меня бы здесь не было.  

Эндре представил, что пришлось пережить этому мальчику, сколько мерзких, жирных, похотливых тел насиловало его и по лицу потекли слёзы, он разразился рыданиями, уже не сдерживая себя. Джерри, будто опомнившись, принял обычную позу и дотронулся до плеча кузена.  

— Эндре... Ты что?  

Эндре обнял Джерри, крепко прижав его к себе, он продолжал плакать навзрыд и не мог остановиться.  

— Прости, прости меня... — шептал он.  

                 

 

Джерри проснулся.  

— Эндре?  

— Джерри, спускайся к завтраку, пожалуйста, — услышал он голос кузена.  

Мальчик оделся, вспоминая, что произошло вчера: он собирался уйти, потом пошёл дождь, потом Эндре... Вчера они так и не переспали. Эндре почему-то всю ночь рыдал.  

Джерри вышел на кухню. Кузен на скорую руку приготовил завтрак и сделал кофе. Мальчик присел за стол. Как давно они вот так не сидели! Воспоминания печальными нотами промелькнули в душе. Эндре казался взволнованным.  

— Эндре, почему ты вчера плакал всю ночь? Я сделал что-то не так? — посмотрел на него Джерри. — Если тебя терзают сожаления и, поддавшись мимолетному порыву, ты захотел, чтобы я вернулся, но теперь передумал... то я могу уйти.  

— Нет! Я не хочу, чтобы ты уходил... — кузен присел напротив него, продолжая волноваться. — Я полностью признаю свою вину, я виноват в том, что с тобой случилось. Я нес за тебя ответственность — я твой опекун, возлюбленный, муж. Как я мог не усмотреть?! Если бы только можно было вернуть время назад, то я убил бы выкравших тебя негодяев, поставил бы на каждом углу охрану или вообще бы туда просто не поехали...  

— Какой смысл сокрушаться о том, чего уже не вернуть? — сказал Джерри, сделав глоток горячего кофе.  

— Да, я знаю, что ничего уже не вернуть, но прошу... дай мне второй шанс начать все заново, если только это возможно! Я вчера уже говорил, что люблю тебя по-прежнему. Но если я стал тебе отвратителен, я не стану...  

Джерри с улыбкой положил руку на его ладонь.  

— Хорошо. Я дам тебе шанс. Но мне нужно время.  

Мальчик встал из-за стола, оставив недопитый кофе.  

— Пойду, прогуляюсь по парку, хочу побыть один и подумать. Слишком много всего произошло.  

— Дать тебе газовый баллончик или пистолет? — с тревогой спросил Эндре.  

— Нет, не надо, со мной все теперь будет хорошо, — улыбнувшись, ответил Джерри.  

 

 

 

9  

 

 

Джерри блуждал по парку, вспоминая прежние времена, когда они гуляли здесь с Эндре. Как же они были счастливы! Никто и подумать не мог, что произойдёт такая трагедия... Во время адских мучительных пыток в шведском борделе только мысль об Эндре давала Джерри сил, чтобы жить дальше и не покончить с собой. Но, пройдя все круги ада и все-таки вернувшись, Джерри увидел совсем не то, что ожидал. И мысли об этом продолжали беспощадно терзать его душу. Измена Эндре.  

Джерри заметил, что за ним кто-то наблюдает из кустов и разозлился.  

— Эй, ты кто такой, а ну выходи!  

Из кустов вышел тот самый мальчик, как две капли воды похожий на него, с которым он застал Эндре в доме. Джерри закипел от злости:  

— Какого черта ты следишь за мной, не даёт покое Эндре?! Так можешь его забирать, не велика потеря — человек, который изменил.  

Энтони смущенно улыбнулся.  

— Не злись, Джерри, я не враг тебе и не собираюсь забирать Эндре, он очень любит тебя на самом деле. Я хочу рассказать тебе... про него... В первый раз, когда он притащил меня к себе в дом, он был уверен, что я — это ты. Эндре был похож на помешанного — небритый, заросший, от него постоянно несло алкоголем, дома было полное запустение. Изначально, он брал меня силой и был уверен, что это ты издеваешься над ним, делая вид, будто его не узнаешь. Тогда я тоже пережил ужасные моменты, мне было больно и страшно, мне казалось, что меня запер у себя в доме свихнувшийся маньяк. Один раз, он увидел у меня на теле родимое пятно и понял, что я — это не ты. Потом Эндре рассказал мне всю вашу историю в подробностях и я увидел несчастного, отчаявшегося человека, который медленно погибает. Я полюбил Эндре, но узнав, что я — это не ты, он стал меня отвергать, мучаясь угрызениями совести, что сломал мне жизнь. Пользуясь этим, я остался в его доме, пытаясь быть как можно ближе к нему. Я понимал, что Эндре нужно было возвращать к жизни, иначе он погибнет в чёрной пустоте отчаяния. Я пытался вытащить его из этой пропасти, хотел, чтобы он обрёл новый смысл жизни, чтобы вернулся к ней. Но Эндре никак не мог тебя забыть, как ни старался. Он злился, решив, что ты просто бросил его. Дай ему ещё один шанс, он очень любит тебя. Он без тебя просто погибнет...  

Джерри просто не знал, что ответить на такое откровение.  

— Ещё Эндре мне рассказал, что я — твой брат-близнец и меня выкрали в младенчестве, продав в другую семью... И теперь, я хочу поехать к своим настоящим родителям, к нашим родителям... Завтра я уеду, поэтому, не переживай, я не стану докучать вам. Сделай Эндре счастливым, пожалуйста. Просто люби его.  

Видя, что Джерри по-прежнему молчит, Энтони развернулся и пошёл своей дорогой.  

Джерри понял, что даже не знает его имени.  

— Эй! — крикнул он.  

Энтони обернулся.  

— Спасибо! — воскликнул Джерри.  

Каждый из них пошёл своей дорогой. Джерри вспомнил, что иногда слышал в детстве загадочные обрывки разговора родителей об "украденном близнице", но они всегда замолкали, когда входил мальчик. Как родители обрадуются, узнав, что украденный близнец наконец-то вернулся! Потеряли одного сына, а нашли другого. Нет худа без добра. Никто не станет сомневаться в том, что этот парень их сын, ведь он точная копия Джерри.  

 

 

Эндре начал глобальные поиски негодяев, которые выкрали Джерри и продали его в бордель за границей. Гнев его было невозможно описать. Он внимательно просмотрел видео с их свадьбы и заметил человека, не спускающего с Джерри глаз. Вычислить этого человека труда не составило. Эндре нашёл всех, до единого, конечно, не без помощи сверхъестественных сил. Но он опоздал. Все эти люди, принимавшие участие в похищении и продаже Джерри, оказались совсем недавно зверски убиты. Эндре расстроился, что опоздал.  

— Не беспокойся, — сказал ему мысленный голос. — Мы все уже сделали за тебя. В глубине души ты мечтал разделаться с ними именно так, верно?  

— Мне хотелось, чтобы они знали, за что получают своё наказание, — также мысленно ответил Эндре.  

— Они об этом уже узнали. На том свете, — раздался дьявольский хохот и Эндре схватился за голову.  

— Эндре, что с тобой? У тебя опять приступ? — подбежал к нему Джерри.  

— Все хорошо, — ответил Эндре, прижав его к себе. Джерри уткнулся лицом в грудь кузена и обнял его обеими руками. После того, что рассказал Энтони, мальчик перестал смотреть на Эндре как на человека, который развлекался с кем-то другим в его отсутствие, изменяя ему.  

Эндре провёл рукой по белокурым волосам Джерри. Как же ему этого не хватало!  

— Джерри... — измученно проговорил кузен. — Так ты дашь мне ещё один шанс?  

— Да! Да. Да. Да, — Джерри сильнее прижался к Эндре.  

Эндре поклялся сделать все, чтобы мальчик был счастлив, чтобы он забыл про эти адские два года, проведённые на самом дне. Нужно сделать все, чтобы он забыл о них, отвлечь его как угодно. Пусть забудет этот кошмар навсегда.  

 

 

Вскоре Эндре сам увидел насколько весь этот ужас въелся в сознание Джерри. Едва ли не каждую ночь его преследовали кошмары. Он возвращался в свой ад снова и снова, заново переживая все эти ощущения. Мальчик во сне кричал, плакал, умолял отпустить его, не трогать. Эндре плакал вместе с ним, представляя, что ему перешлось пережить. Как понял кузен, Джерри не раз пришлось испытать насилие в извращенной форме, групповой секс и побои. Сердце кровью обливалось при мысли об этом.  

"Хочу, чтобы каждый ублюдок, который касался тебя, сдох медленной и мучительной смертью! "  

"Не переживай, они уже сдохли, все до единого", — послышался мысленный голос в голове. — "Но за то, что мы помогаем тебе, ты будешь расплачиваться своей душой".  

"Помогаете?! Где вы были эти два года, когда я умолял вас вернуть мне Джерри?! Вы же были глухи! А теперь требуете мою душу? Убирайтесь прочь, моя душа принадлежит только моему возлюбленному, я отрекаюсь от вас! "  

Джерри вскочил на постели и обнял Эндре.  

— Боже, Эндре, как страшно! Мне опять снился тот бордель и все, что там происходило...  

Эндре с болью обнял мальчика.  

— Дорогой мой, давай сходим к психологу?  

— Нет. Я не смогу это все рассказать постороннему человеку, не надо...  

— Хорошо, милый, мы не будем... — Эндре нежно поцеловал кузена в голову. — Все будет хорошо, малыш. Я тебя люблю.  

— И я тебя люблю. Эндре, обними меня...  

Кузен прижал мальчика к себе и тот, успокоившись, уснул.  

 

Эндре окружил Джерри лаской и заботой, он делал все, чтобы отвлечь мальчика от ужасных воспоминаний. Устроил конную прогулку, а потом поход в лес. В другой раз они выехали к морю, а затем посетили парк аттракционов. Эндре повез Джерри даже в горы, чтобы тот покатался на сноуборде. Проводя все время вместе, они снова начали сближаться. Мальчик был окружен заботой и всевозможными удовольствиями, отвлекаясь, он меньше вспоминал о борделе и не так часто кричал и плакал по ночам.  

— Эндре! Какой уютный домик в горах! — вскричал Джерри. Он казался таким же беззаботным, как и раньше. — А завтра весь день можно будет кататься на сноуборде?  

— Ну конечно, дорогой, — ответил Эндре.  

Джерри был весь в снегу, как снеговик. Кузен смахнул снег с его куртки.  

— Ты замёрз? Может вина?  

— Да, вина! — закричал Джерри.  

Эндре с радостью ощущал, что мальчик понемногу начинает исцеляться. Конечно, это произойдёт не сразу, а шрамы в душе останутся навсегда, но все-таки кузен уже видел первые плоды своих трудов — счастливую улыбку Джерри, его светящиеся радостью глаза.  

Эндре принёс вина и они присели на полу, возле камина. Кузен накрыл мальчика тёплым пледом.  

— Как чувствуешь себя? Тебе хорошо?  

— Очень! — воскликнул Джерри. После вина, его глаза весело заблестели. — Эндре, хочу спросить...  

— Да, дорогой мой?  

— Ты что, меня больше не хочешь? Прошло уже два месяца, как я вернулся, а мы ни разу...  

Эндре вздохнул. Как было объяснить мальчику, что он боялся трогать его, давая время прийти в себя после всего пережитого?  

— Джерри, все будет, как захочешь ты, — ответил Эндре.  

— Тогда поцелуй меня и сделай уже это со мной, я заждался!  

— Хорошо, — сказал Эндре и привлек его к себе. Мальчик ластился к нему и кузен бережно начал целовать его в губы. Эндре закрывал глаза и видел сотни грязных похотливых рук, терзающих его тело, насилующих всеми возможными извращенными способами, это было настолько ужасно, что самому хотелось кричать от боли. Именно поэтому Эндре хотел быть очень нежным, ласковым, чувственным и любящим, чтобы любовь исцелила кровоточащие раны в душе мальчика. Сняв свитер с Джерри, кузен смотрел на его худощавый торс, освещенный жарким пламенем камина. Он боялся притронуться к мальчику: что почувствует Джерри, возможно, вспомнит все эти руки, через которые он прошёл? Будто уловив его настроение, Джерри посмотрел на кузена:  

— Все нормально, Эндре, ты можешь продолжать.  

Эндре постелил на пол тёплый плед и опустил на него возлюбленного, освободив его от одежды. Их губы снова соединились в медленном, неторопливом поцелуе. Эндре овладел им также медленно, не торопясь, смотря в затуманенные желанием глаза Джерри, издавшем сладострастный стон. Мальчик обнял Эндре за шею, крепче прижимая к себе, время от времени постанывая. Эндре продолжал двигаться все в том же медленном темпе, лаская губами шею и грудь Джерри. Мальчик полностью, беззаветно отдался ему, закрыв глаза, сгорая от наслаждения. Как давно у них не было такой чувственной близости! Впервые за два года Джерри занимался этим по любви, а не за деньги. Теперь все приходится начинать заново, с чистого листа, навсегда перечеркнув болезненное прошлое.  

— Эндре, мне было так хорошо с тобой... — прошептал Джерри, лениво потянувшись. Кузен накрыл его ещё одним тёплым пледом. — Куда ты ушёл? Иди ко мне.  

Эндре склонился к нему и нежно поцеловал в губы. Джерри улыбнулся.  

— А можно, я покатаюсь на сноуборде?  

— Конечно, любимый. Более того, я взял сноуборд и себе.  

— Ты будешь кататься на сноуборде? — Джерри рассмеялся.  

— Конечно, — снова поцеловал его кузен и прилег рядом, обняв мальчика обеими руками. Он понял, что сейчас не готов никуда идти и желает поваляться с Джерри. Мальчик чувствовал то же самое и всем телом прижался к Эндре.  

— Эндре, мне так хорошо, я люблю тебя, — проговорил Джерри и кузен наградил его долгим, самым нежным поцелуем. Они поняли, что ещё часа два никуда отсюда не уйдут.  

 

 

Шло время, раны Джерри понемногу затягивались и Эндре приложил к этому свои старания, отвлекая мальчика всем, чем угодно. Осуществляя новые идеи, прогулки на катере, поездки, посещение всевозможных интереснейших мест и даже прыжки с парашютом. Эндре покупал ему кучу всякой всячины, пытаясь чем-нибудь заинтересовать. Разрыв в два года, весь этот ад, постепенно начал забываться, их отношения выходили но новый, более глубокий уровень, прошедшие настоящее испытание.  

Эндре изменился в лучшую сторону, потому что все эти два года чувствовал себя ужасно и не хотел жить. Сейчас в его жизнь снова вернулся смысл — сделать любимого человека счастливым и кузен сразу же взял себя в руки.  

— Эндре! — закричал Джерри, он бежал к кузену навстречу. — Первый цветок расцвёл, весна пришла!  

Эндре взял из его рук вестник весны — цветок с тонкими белыми лепестками, такими же нежными, как улыбка Джерри. Весна — пора обновления, время, когда вокруг все расцветает, будто все было мертвым и вдруг ожило и распустилось, расцвело прекрасными, живыми цветами. Глядя на Джерри, Эндре чувствовал, что распускается сад и в его душе, согретой теплотой чувств и ощущением счастья от того, что кто-то рядом искренне радуется. Эндре слегка сжал пальцы Джерри, между ними был зажат первый весенний цветок. Мальчик улыбался, глядя на него. Даже не имея больше сверхъестественной силы, Эндре читал в его глазах самые важные для него слова.  

        

 

 

        

      

      

   

 

   

 

 

 

 

      

 

 

 

      

      

 

     

   

 

 

 

 

                 

 

 

 

 

                 

 

 

 

 

               

| 44 | 5 / 5 (голосов: 2) | 21:33 14.11.2022

Комментарии

Книги автора

Крик
Автор: Blacklord
Стихотворение / Поэзия Реализм События
Аннотация отсутствует
Теги: нет войне
01:24 17.01.2023 | 5 / 5 (голосов: 2)

Элия
Автор: Blacklord
Роман / Любовный роман Фантастика Фэнтези
Аннотация отсутствует
Теги: фантастика фэнтези архаика
02:26 14.12.2022 | 5 / 5 (голосов: 1)

Не бывает добра с кулаками
Автор: Blacklord
Стихотворение / Критика Реализм События Хоррор
Да здравствует любовь и да погибнет война и все ее отродье! Джованни Боккаччо «Декамерон»
Теги: нет войне
16:42 24.09.2022 | 5 / 5 (голосов: 5)

Затяни мне петлю на шее
Автор: Blacklord
Стихотворение / Критика Политика События Чёрный юмор
Аннотация отсутствует
Теги: злободневность
16:35 24.09.2022 | 5 / 5 (голосов: 8)


Храни Вселенная
Автор: Blacklord
Стихотворение / Поэзия Критика Политика Реализм События
Аннотация отсутствует
Теги: нетвойне
11:02 19.07.2022 | 5 / 5 (голосов: 2)

Хмурые здания
Автор: Blacklord
Стихотворение / Поэзия Критика Политика Реализм Хоррор
Аннотация отсутствует
Теги: нетвойне
10:47 19.07.2022 | 5 / 5 (голосов: 2)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.