Великая Библиотека

Рассказ / Мистика, Фантастика, Философия
Меня всегда интересовало, почему одно произведение становится бестселлером, а другое так и не получает признания. В этом рассказе я высказал свои предположения по этому поводу.
Теги: библиотека музы друиды демоны

Великая Библиотека  

– А сейчас, дорогие экскурсанты, попрошу вашего внимания, ибо мы приближаемся к одному из столпов нашего тонкого мира – Великой Библиотеке.  

Сюзанна, одна из самых опытных экскурсоводов, знавшая колоссально много о достопримечательностях сотен тонких миров и измерений, проводила экскурсию для новоприбывших молодых сотрудников. Тем служителям, которые решат остаться на службе Добра, нужно знать, куда обратиться за необходимыми знаниями. Собственно, работники Зла и жители Мира Природных Духов тоже могли и должны были бывать в этой библиотеке.  

Сюзанна (в кругу своих коллег имевшая прозвище «внучка Сусанина») специально остановилась приблизительно в километре от Великой Библиотеки. Именно с этого расстояния здание выглядело особенно впечатляющим.  

Впрочем, этот архитектурный шедевр поражал воображение независимо от того, с какого расстояния им бы любовались. Созданная самыми именитыми зодчими Верхнего и Нижнего миров, Библиотека одновременно напоминала Собор Святого Петра в Ватикане, Казанский собор в Санкт-Петербурге и Большую синагогу Флоренции. Только размерами здание превосходило все вышеперечисленные памятники архитектуры, вместе взятые и в куб возведенные.  

Кстати говоря, в Департаменте Высшей Справедливости высоко оценили «слаженную и четкую совместную работу двух противоборствующих структур». Правда, долго не могли определиться с термином «противоборствующих». Как справедливо было подмечено многими «где противоборствуют, где конкурируют, а где и сотрудничают». Но потом решили формулировку не менять: и сами, мол, запутаемся, и других запутаем.  

А если вернуться к самой Библиотеке, то дух захватывало не только снаружи. Оказавшись внутри, каждый открывал рот от удивления и восхищения.  

Здание состояло из трех колоссальных круглых залов. Сводчатые потолки были расписаны сценами из греческой, римской, египетской, да и всех остальных мифологий. Стены же были уставлены стеллажами с книгами, переплетами, рукописями, тетрадями, блокнотами и так далее. Определить высоту потолков не смог бы никто. Кто-то сказал бы, что пятьдесят метров, кто-то – что сто метров, а кто-то – что полдня пути. И никто бы из них не ошибся. Залы же сами соединялись бесчисленным количеством коридоров, также уставленных стеллажами. Из коридоров можно было попасть в комнаты – маленькие и большие, тоже заполненные книгами. Даже приблизительно нельзя было подсчитать, сколько всего коридоров и комнат. Дело в том, что коридоры соединяли не только залы, но и бесчисленные параллельные миры, в которых тоже находились комнаты и коридоры, буквально напичканные книгами. Просто надо было четко сформулировать, что именно нужно найти, а Библиотека сама подбирала нужный коридор или комнату в соответствующем измерении.  

Но сами огромные залы Библиотеки поражали воображение еще и тем, что сидя на одном месте в любом из них, можно было находиться в нескольких измерениях одновременно.  

– Сюзанна, – раздался голос одного из экскурсантов. – мы уже минут десять пялимся на эту конструкцию. Вы хоть расскажите, чего это такое?  

Сюзанна. Улыбнувшись, отыскала глазами спросившего. Ну, так она и думала: типичный дух-хранитель какого-нибудь сельскохозяйственного предприятия.  

Сюзанна вообще давно заметила, что наиболее дисциплинированы и любознательны именно поступающие на службу к Темным. Готовящиеся пополнить ряды служителей Мира Природных Духов тоже всегда внимательно и, открыв рот, слушали, читали, изучали. У них, как ни у кого, был развит культ предков и почитание традиций.  

А вот идущие на службу Добра и Света, таким усердием и тягой к знаниям отличались далеко не всегда. Отнюдь не все, но многие из них искренне считали, что созданы для высокой миссии. А для ее выполнения посещение библиотек и получение каких-либо знаний совершенно не обязательно. Сюзанна уже и сама бы не вспомнила, сколько раз ей приходилось убеждать в обратном чересчур амбициозных абитуриентов. Да и объяснять, что «высокая миссия» уготована немногим, а подавляющее большинство будет творить добро и помогать людям поначалу в очень небольших масштабах. И только набравшись опыта и необходимых знаний и умений, можно рассчитывать на какие-то более глобальные свершения. Короче, подобно строителю, вгоняющему гвоздь в стену, вдалбливала Сюзанна прописные истины в головы студентов.  

– Это не просто библиотека, – начала Сюзанна. – не просто хранилище книг. Здесь собрано абсолютно все, когда-либо созданное или написанное человеком. Вы слышали выражение: «Рукописи не горят»? Так вот, даже то, что в мире людей считается давно утраченным, погибшим, да и просто забытым – все это хранится здесь. Вы были бы поражены, узнав, каких трудов архитекторам стоило создать здание, в котором будут находиться все сочинения и труды людей.  

Сюзанна не преувеличила ничего и не слукавила ни в один момент. Действительно, Великая Библиотека бережно хранила в своих недрах, без преувеличения, все, когда-то написанное людской рукой. В определенном измерении, на нужной полке, в коридоре или кабинете можно было найти нужную книгу, конспект или поздравительную открытку.  

Ничто не осталось «за бортом истории». Глиняные таблички шумеров и папирусы египтян, многотомные сочинения прозаиков двадцатого века и тоненькие монографии о лечении артрита у куриц, письма с фронта и открытки с поздравлениями, кандидатские диссертации и тетрадки по математике третьеклассников, бесчисленное количество газет: политических, спортивных, об искусстве, о жизни родного города и заводские многотиражки – все можно было найти в закромах этого поистине уникального сооружения.  

По понятным теперь причинам, содержимое библиотеки никак не уменьшалось, а только увеличивалось. Но и эту задачу хитроумные инженеры сумели решить. Количество измерений с коридорами, комнатами, стеллажами, шкафами в библиотеке увеличивалось пропорционально поступающим книгам и прочему. Надо ли упоминать, что начиная с двадцатого века, каждый день приносил больше печатной продукции, чем вся эпоха Средних веков?  

Сюзанна, правда, умолчала о том, какие скандалы и ругань царили на стройплощадке. И если инженеры и зодчие Света и Тьмы между собой старались сохранять корректные отношения, то внутри своих сообществ скандалили почем зря. До рукоприкладства дело не доходило, но и теплой дружеской обстановке тоже говорить не приходилось.  

Сюзанна с сожалением отметила, что уже пора переходить к просмотру других объектов. И поэтому зайти внутрь ее группе уже не получится. Ну, не беда – кому интересно, потом сам придет.  

Когда Библиотека была отстроена, Высшее Руководство задалось вопросом, кто же будет стоять во главе такого серьезного учреждения. Но все рассматриваемые кандидаты на эту должность дружно нашли кучу уважительных причин и отказались. Когда закончились лучшие из лучших, стали выбирать лучших из худших. Но и тут не срослось. И тогда кому-то пришла в голову спасительная мысль назначить на эту должность великого бога Аполлона.  

Идея была действительно хорошая: покровитель искусств, эталон мужской красоты, предводитель муз («мочалок командир», как его ехидно звали злые языки), неисправимый хвастун и бабник уже почти два тысячелетия откровенно маялся бездельем. В основном решал вопросы с противоположным полом, периодически вступал в конфликты с другими богами из своего пантеона, пьянствовал, но по большей части, жаловался на полную невостребованность.  

Когда Аполлону было предложено возглавить Библиотеку, он наотрез отказался. Эту работу он, дескать, считает неинтересной, скучной, да и в современной литературе разбирается плохо, ну и все в таком стиле. Но Департамент Высшей Справедливости живо пресек его попытки «отмазаться». Аполлону было в категоричной, но оттого только более доступной форме, объяснено, что он, Великий Бог, вроде как жаловался на отсутствие работы и незанятость? Пожалуйста, учитывая его статус в античном мире и определенные заслуги, ему пошли навстречу. А если предложенный вариант его не устраивает, то Департаменту Высшей Справедливости плевать: надо было четко формулировать свои желания, проявлять инициативу, а не заниматься маниловщиной.  

Вот таким образом Аполлон и стал заведующим Библиотекой. И, надо сказать, справлялся со своими обязанностями весьма прилично. Он и сам понимал, что времена, когда он мог творить все, что захочет, канули в Лету.  

Но вернемся в Библиотеку, а точнее, в один из ее трех исполинских залов, который пафосно именовался «Залом надежд и ожиданий». Правда, чаще его называли «курортом бюрократа». Почему? А все дело было в основной функции этого зала.  

Дело в том, что на стеллажах, полках, столиках, просто на полу лежали те книги и труды, которые только-только вышли из типографии. До магазинов, а соответственно до читателей, они еще не дошли. И сейчас сотни работников библиотеки кропотливо изучали всю поступающую корреспонденцию. Времени на каждое издание по инструкции отводилось очень немного, навыки скорочтения и феноменальная память были обязательным условием при приеме на эту работу.  

Именно здесь решалась судьба каждого произведения, неважно, рассказа или эпической поэмы; именно работникам надлежало решать, станет та или иная книга бестселлером или «ограниченный тираж» так и будет пылиться на полке в магазине. Также тут определяли, какую оценку получит ученик за свое сочинение: поедет на олимпиаду по литературе или потащится домой, размышляя, как будет исправлять двойку (вполне заслуженную). Здесь же просматривали письма, идущие в другие города и страны. И беспристрастный рецензент уже думал, ответят ли на это письмо, будут ли ему рады и вообще – дойдет оно до адресата или так и затеряется в катакомбах почтового отделения.  

Но основные силы были брошены на художественную литературу. Научно-популярные и узкоспециальные книги рассматривали служители, имевшие соответствующее образование и мало-мальски понимающие, о чем идет речь.  

Жизнь в Зале Надежд и Ожиданий всегда била ключом, что при лавинообразном поступлении литературы было совершенно очевидным. Но сегодня там царила какая-то дикая суматоха. Молоденькая наяда, работавшая в Библиотеке чуть больше месяца, растерянно металась по залу наперевес с какой-то книжкой.  

Мия, чего там у тебя? – послышался откуда-то сверху голос.  

Мия задрала голову вверх и увидела свою подругу, уютно пристроившуюся на внушительных размеров полке на высоте шести – семи метров.  

– Да понимаешь, Улия, я уже второй день ношусь с этим историческим трудом, плохо понимаю, что делать… Точнее, не знаю, как правильно поступить… – неуверенно произнесла Мия, продемонстрировав приятельнице книжку с яркой иллюстрацией на обложке.  

– История, говоришь? Так это к Клио. – отозвалась Улия. Заметив замешательство Мии, она добавила. – Да не бойся, она строгая, но справедливая. Без причины ругаться не будет.  

Мия не без опаски приблизилась к музе истории, сидящей за столиком у одного из стеллажей. В строгом костюме, аккуратная прическа, внимательный взгляд из под очков. Ни дать ни взять школьная учительница. Но, с другой стороны, как еще должна выглядеть муза истории?  

Клио, даже не оторвавшись от изучения какого-то документа, спросила, робко подошедшую к ней, Мию:  

– Мия, что хотела спросить?  

Мия, набрав побольше воздуха в грудь, показала ей книгу:  

– О, Клио, я хотела спросить вашего мнения… то есть, узнать о вашем мнении… я имею в виду…  

– Мия, да не волнуйся. Скажи спокойно, в чем проблема. Не бойся, я не кусаюсь.  

– Лучше б кусалась… – пробормотала Мия, но, собравшись с духом, выпалила. – Очень нужна ваша консультация! Роман о Втором Крестовом Походе! Что делать не знаю!  

Клио любила, когда разговоры носят конкретный характер. Поэтому тут же оторвалась от чтения и начала задавать вопросы:  

– Кто автор? Откуда?  

– Американец. Фамилия вот, на обложке. Извините, выговорить сложно.  

– Какая аннотация?  

– Приблизительно так: Второй Крестовый Поход глазами очевидца.  

– Как любопытно! Оказывается, американцы и во Втором Крестовом Походе участвовали?! Автор когда преставился?  

– Да жив еще… Ему вообще лет пятьдесят от силы.  

– Тоже мне, очевидец… Ладно, давай сюда, погляжу.  

Мия не без трепета протянула ей книгу. Клио взяла в руки увесистый том и с полминуты смотрела на него. Мия поняла, что муза истории вникает в содержимое и задавать сейчас вопросы не нужно.  

Клио отложила книгу и задумчиво посмотрела на Мию. Потом сказала:  

– Ну что ж, написано неплохо. Впечатление лучше, чем я ожидала. Конечно, накручено здорово, но вполне достойно…  

Несколько секунд Клио еще думала, потом взяла красную ручку и протянула Мии:  

– пиши резолюцию: будет востребована и популярна у любителей альтернативной истории с элементами мистицизма.  

Вот так и была решена судьба этого произведения. Узкий, но преданный круг поклонников этого жанра будет в восхищении, и автор получит свои гонорар и восторженные отзывы. Будет немало и критических замечаний, но кого из писателей миновала сия чаша?  

Сияющая Мия на титульном листе вывела аккуратным почерком резолюцию, чуть не бросилась Клио на шею, но, сдержавшись, просто поблагодарила. Клио ответила ей улыбкой. Мия вприпрыжку поскакала ставить «отработанную» книгу на соответствующий стеллаж. Клио снова улыбнулась, на этот раз каким-то своим мыслям, и снова погрузилась в работу.  

Другой служитель Библиотеки, эльф по имени Теар, задумчиво вертел в руках небольшой томик. Судя по его лицу, прочитанная книжка особого впечатления на него не произвела. Теар решил не принимать решения самостоятельно. Отыскал взглядом коллегу, опытного филолога эльфа Никодима. Уже проработавший в Библиотеке около сотни лет, Никодим был своеобразным «менеджером среднего звена». Молодые служители могли обратиться к нему и не беспокоить муз без лишней необходимости. Таких «менеджеров» в Библиотеке работало немало. Все они доверенными лицами муз, профессионалами своего дела и, как один, курили. Аполлон долго пытался бороться с этой пагубной привычкой, но потом махнул рукой. Никакие уговоры, запреты и угрозы на этих работников не действовали. В лучшем случае они не курили в присутствии руководства. Вентиляция в Библиотеке была безупречная, поэтому табачный дым особого вреда никому не приносил. А пожара и вовсе не стоило опасаться. Во-первых, мощнейшие защитные заклинания. А во-вторых, рукописи ведь не горят.  

Теар подошел к Никодиму и еле уловимым движением руки попросил уделить ему пару минут. Эльфы вообще умудрялись понимать друг друга с полуслова. Никодим тотчас отложил диссертацию какого-то энтомолога, взял у Теара книгу, за пару минут ее прочел и задумчиво глянул на молодого коллегу:  

– Слушай, Теар… Ну, это не совсем мой профиль, я про беллетристику. Я, сам знаешь, больше по биологии, географии, этнографии, ну и все в таком роде. А здесь… Мрачно как-то… Ты бы лучше с Мельпоменой посоветовался. На мой взгляд, книжка эта – полная туфта, но она, может, в восторге будет. Сейчас я попрошу ее подойти.  

– А меня и просить не надо, я уже здесь! – к ним уже подскочила сама муза трагедии – жизнерадостная хохотушка, оптимистка и, пожалуй, самая отзывчивая из всей когорты покровительниц искусств. Одетая, несмотря на природную полноту, в неизменные джинсы и свитер, с копной вьющихся рыжих волос, Мельпомена пользовалась особой любовью и уважением всех работников Библиотеки. – Ну чего, мальчишки, какие проблемы? Давай сюда, будем разбираться!  

Теар с легким поклоном протянул Мельпомене книжку. Та, едва глянув на обложку, только вздохнула:  

– Мать моя титанида, опять этот автор… Только недавно о нем вспоминала и, пожалуйста, проявился… Ну, поглядим, чего пишет…  

Трех секунд музе трагедии хватило, чтобы понять смысл и суть содержания. Уже без всякого веселья, она отложила книгу и задумчиво произнесла:  

– Ну, положим, он эксплуатирует одну и ту же идею. Только меняет героев и место действия. Приблизительно тоже самое он писал в предыдущей книге, хорошо помню, я ее читала три года и семь месяцев назад. Да и предпоследняя книга мало чем отличалась от этих, она вышла четыре года десять месяцев назад.  

– Вот это память… – поразился Теар.  

– Память хорошая, это у меня от мамы… Вот что, Теар, пиши: «Будет иметь успех исключительно у любительниц дамского романа от пятидесяти до шестидесяти лет». Не меньше. Но и не больше.  

– Простите, Мельпомена, – подал голос Никодим. – я чего-то не сообразил, что это больше к Эрато. Зря только вас потревожил.  

– Да ладно, все нормально! – Мельпомена засмеялась и махнула рукой. – Чего я, сестре не помогу, что ли? Если что, зовите, не стесняйтесь!  

И муза трагедии легкой воздушной походкой поспешила дальше помогать всем, кто не мог определиться с решением.  

Другая служительница Библиотеки, Аннет, подошла к Версе – матерой фее, одной из самых опытных и верных помощниц Каллиопы. Верса даже не стала спрашивать, какие вопросы, а молча взяла у Аннет небольшую книжку. В течение десяти секунд сосредоточенно смотрела не нее, а потом подняла глаза на свою младшую коллегу:  

– Так, Аня, и что тебя здесь смутило?  

– Понимаете, Верса, – уверенно произнесла Аннет, привыкшая твердо формулировать мысли. – меня тут смутила тематика. Дело в том, что тут написано про наши реалии. – Аннет особый упор сделала на слове «наши».  

Верса еще раз внимательно поглядела на книжку. Потом, усмехнувшись, сказала:  

– Что скажешь. Парень-то молодец… Очень многое верно написал. Вот только откуда это узнал – вопрос. Надо будет понаблюдать за ним.  

– Скажете тоже – парень… – уже не так уверенно ответила Аннет. – Ему уже за сорок, а писать начал не так давно.  

Верса улыбнулась той самой улыбкой, с какой взрослые обращаются к горячо любимому ребенку, несущему полную ахинею:  

– Аннет, милая, ты ведь пришла с Земли, прожив долгую и достойную жизнь… Ты еще живешь теми понятиями и критериями. Сейчас ты, как и все мы, в Вечности. А для вечности любой трехлетний мальчик – мужчина, и каждый старец – пацан. А автор вышел на свою Дорогу. И это не поздно никогда.  

Не дав Аннет времени осмыслить эту сакральную истину, Верса взяла ручку и написала на титульном листе резолюцию.  

– Чего написали? – поинтересовалась Аннет.  

– Да то и написала: «Будет известен среди любителей городского фэнтези, портреты в школах висеть не будут, но задачу свою в творчестве выполнит в полной мере. Книга же получит популярность у приверженцев вышеуказанного жанра».  

– Понравился он вам! – улыбнулась Аннет.  

– Понравился. Но и тебе он понравился не меньше. – воистину, застать Версу врасплох было невозможно.  

И такие случаи были постоянны. Только и было слышно:  

– Полюбуйтесь, этот австралийский писака опять выдал в свет «эпическое повествование о жизни и любви»!  

– Да ладно?! Ну и чего ему поставила?  

– Поставила «вагонное чтиво, благополучно забытое после прочтения»!  

– Правильно, на большее пусть и не рассчитывает…  

Или:  

– Я же говорил! Я всегда это говорил! Этот шотландский историк – гений! Что значит, откуда я знаю? Да я все его пять книг читал! Ах, их одиннадцать было? Хм… Ну, все равно, гений!  

Ну а чаще всего разговоры были такого рода:  

– Я этот труд даже не буду показывать старшим. Сразу ставлю штамп: «Сугубо для библиотек ВУЗов».  

– Я поглядел, детектив крепкий, добротный, но ничего выдающегося. Ставлю: «Популярен у узкого, но постоянного круга почитателей автора».  

Короче, в Библиотеке было все, кроме одного – тишины.  

– Смирно!!!  

Зычный голос дежурного друида вкупе с помпезным звуком фанфар недвусмысленно дал понять, что прибыл самый главный человек в Библиотеке – великий бог Аполлон.  

Внешний вид Аполлона несколько отличался от того образа, который бережно и любовно выпестовали скульпторы и живописцы от Античности до Возрождения. Не лишенный привлекательности, слегка склонный к полноте, немного облысевший мужчина лет сорока, Аполлон уже смирился с тем, что его руководящая роль носит больше номинальный характер. В самом деле, львиную долю его работы выполняли музы и их многочисленные заместители и помощники. А основной обязанностью Аполлона было ставить свою роспись под важными документами и светить венценосной физиономией на собраниях.  

Но все вышеперечисленное не означает, что Аполлон был плохим начальником и не был в состоянии вмешаться в какую-то сложную ситуацию.  

Появился же Аполлон в Библиотеке в своем обычном облачении: шикарный махровый халат, выцветшая футболка и полинявшие спортивные штаны. Плотно пообедав и хорошенько выспавшись в какой-то комнатушке в одном из бесчисленных измерений, великий бог был в очень благодушном настроении.  

– Садитесь, садитесь. Работайте. – Аполлон жестом дал понять, что не собирается никому мешать. Уселся в удобное кресло, взял наугад со стоящего рядом столика какую-то книжку и начал ее небрежно пролистывать. Но при этом не забывал разглядывать новых молоденьких работниц Библиотеки, прикидывая, с кем из них можно было бы закрутить небольшую интрижку.  

Внезапно внимание Аполлона привлекла молодая фея, которая восторженно все демонстрировала небольшую книжку в мягкой обложке с откровенно плохо пропечатанным временами текстом. «Не иначе, как самиздат», криво усмехались некоторые работники.  

– Гений! Он просто гений! – фея буквально захлебывалась эмоциями, нахлынувшими на нее. – Вы только почитайте, так о любви еще не писал никто и никогда!  

– Ну-ка, ну-ка, дай сюда… – Аполлон даже привстал, чтобы посмотреть, что же это за сочинение такое, которое привело в экстаз его сотрудницу.  

Фея с благоговением протянула лучезарному богу книгу. Аполлон на несколько минут погрузился в чтение. Работа в Библиотеке остановилась: все с трепетом и интересом ожидали решения начальника.  

Аполлон, дочитав, задумчиво поглядел на фею:  

– Ну, пишет он неплохо, что и говорить. Только идея не нова: он мастерски передрал это с подзабытого ныне Перо Бургалеса – кастильского поэта. Жил, вроде бы, в тринадцатом веке… Или позже? Нет, точно, в тринадцатом. Переложил это на современный лад и все. Так что за эрудицию ему пять с плюсом, а художественная ценность на четверку с минусом. Какую резолюцию поставить, ты поняла.  

Несколько обескураженная, фея взяла из рук Аполлона книгу и отошла в сторону. Ее подруга, тоже фея, сказала ей негромко:  

– Видишь, твоей книгой лично руководитель занялся! Здорово, правда?  

– Здорово, конечно… Я и сама не ожидала… Думала, надо будет к Эвтерпе обращаться…  

– Ради всего святого! – в голосе Аполлона четко звучало раздражение. – Бабка в последнее время стала совершенно невыносима, зазналась сверх всякой меры! Их сиятельство вряд ли даже снизойдут до каких-то малоизвестных авторов. Ну естественно, она же работала с Петраркой, Шекспиром, Пушкиным! Это ж мастодонты! Она лично консультировала Гомера! Хотя это вообще был поднаставный Каллиопы, но разве Эвтерпа кого когда спрашивала? Всегда лезет, куда не просят, да еще и пальцы гнет!  

Несмотря на резкость, Аполлон, в общем-то, был прав. Эвтерпа всегда отличалась от своих сестер категоричностью и деспотичным характером. По мере взросления эти качества только усугубились. А уж попав на службу к Аполлону, Эвтерпа, что называется, расцвела махровым цветом.  

Но, тем не менее, специалистом Эвтерпа была превосходным. И никогда не отказывала никому в помощи. А раздражение и недовольство Аполлона было вызвано тем, что, не признающая никаких авторитетов, Эвтерпа регулярно указывала своему начальнику на многочисленные ошибки и недочеты.  

Никто и не был удивлен, что спустя три минуты в зале появилась она – сияющая и великолепная Эвтерпа. Конечно, команду «Смирнааа!!! » никто не подавал и фанфары не звучали, но и без этого все присутствующие невольно затихли и привстали. Даже Аполлон придал своему лицу максимально счастливое выражение, что, впрочем, у него получилось не слишком удачно.  

Эвтерпа была прекрасна: красивая прическа, со вкусом сделанный макияж, платье, идеально подходящее для курортного ресторана. Войдя в зал, она поздоровалась с присутствующими, помахала рукой своим сестрам и направилась к Аполлону.  

– Мой друг, – радостно проговорила она. – как я рада нашей встрече! Мы давно не виделись. Как ваши дела?  

– Да все путем, милая Эвтерпа. – Аполлон пытался сохранять безмятежно-доброжелательную интонацию. – Работа идет, читаю книжку – очень, кстати, интересную, рекомендую.  

– Да-да, я вижу. Не буду отвлекать вас, пройдусь по Библиотеке. – и, сделав легкое движение рукой, Эвтерпа пошла смотреть, как идут дела у ее работников.  

Радушно приветствуя старых знакомых сотрудников, Эвтерпа не забывала достаточно строго выговаривать молодым работникам, недостаточно ответственно (с ее точки зрения) выполняющим свои обязанности. Никому из них даже в голову не пришло огрызнуться или отмахнуться: авторитет Эвтерпы был слишком велик.  

Но вот «правая рука Аполлона», как сама себя скромно именовала муза лирической поэзии, направилась к двум массивным стеллажам, поставленным буквой «Г». Работники Библиотеки старались это место обходить. Там, развалившись в кожаном кресле, читал рассказы и романы ужасов Пифон – один из самых агрессивных, но и образованных, демонов из Мира Тьмы. Испытывавший четкую неприязнь к большинству работников Библиотеки, Пифон, тем не менее, был вынужден периодически наведываться в хранилище знаний и ставить резолюции на многочисленные «ужастики». Из вредности он принимал одно из самых мерзких обличий демонов: обросшее шерстью тело о трех ногах, когтистые лапы, голова увенчана рогами буйвола, почему-то багрового цвета. В высшей степени отталкивающая внешность явно не вязалась с манерой общения: высокомерие, надменность и принципиальное игнорирование жаргонных и бранных слов. Работники Библиотеки знали, что, по крайней мере, в этих стенах, бояться Пифона нечего, да и привыкли к его присутствию, но се равно предпочитали обходить его «рабочее место» стороной.  

– Доброго вам дня, Пифон. – достаточно сухо произнесла Эвтерпа. – Как продвигаются в жизнь сочинения подконтрольного вам жанра? Вижу, вы взяли последнюю, по крайней мере, на данный момент, книгу короля ужасов?  

Пифон только косо глянул на Эвтерпу, к которой не испытывал никаких теплых чувств и, не удостоив ее ответным приветствием, только нехотя буркнул:  

– Нормально… Резолюцию поставлю, не беспокойтесь…  

– Пифон! – в голосе Эвтерпы зазвучали металлические нотки. – Я понимаю, что и наше общество, и само это святилище вам не доставляет никакого удовольствия, но ваше руководство откомандировало вас сюда, нравится вам это или нет. Поэтому соблаговолите отвечать на вопросы полюбезнее!  

Пифон несколько подобрался: ругаться с Эвтерпой не было никакого желания, да и претензии от своего начальства демону тоже были не нужны. Уже гораздо сдержаннее он ответил:  

– А что вы хотите услышать? По нашей части все чисто. Король ужасов – это бренд, если угодно, ерунды не пишет. Но, – тут в голосе Пифона появилась горечь. – чувствуется, что лучшие вещи уже позади. Стареет король, стареет! А новых авторов, достойных занять его место, нету! Есть неплохие, но уровень не тот…  

– Пифон, вы знаете мое отношение к этому жанру. – Эвтерпа была неумолима. – То, что нет авторов, продвигающих его идеи – уже ваша забота. Какой там у вас отдел этим занимается? Поставьте на вид его начальнику.  

Здесь Эвтерпа была максимально корректна: служители Библиотеки могли высказывать свое отношение к любому жанру, но очень сдержанно. Оскорбления и намеки на ненужность и вредность карались достаточно сурово – вплоть до увольнения.  

Эвтерпа в несколько раздраженном настроении двинулась дальше, осматривать другие «рабочие места». Но внезапно ее раздражение мгновенно улетучилось: она увидела спешащего к ней старого знакомого – почтенного друида Танмора. Эвтерпа расплылась в улыбке, но внимательный наблюдатель заметил бы, что в глазах музы лирической поэзии появилось некое опасение. Тем не менее Эвтерпа радостно подняла руку в приветственном жесте.  

– Блистательная Эвтерпа, вы сегодня поистине обворожительны… Восхищен вашим талантом выглядеть просто потрясающе, несмотря на ваш изнурительный труд… – Танмор с не свойственной кельтам галантностью поцеловал руку музе.  

– Танмор, мой добрый друг, вы как всегда находите слова, чтобы поддержать меня! Как ваши дела? Как продвигается изучение диссертации о противостоянии римлян и галлов?  

Эвтерпа брякнула наугад: практически все труды о галло-кельтах внимательнейшим образом изучались Танмором. Сотни рефератов, диссертаций, монографий и художественных книг нещадно штудировались почтенным друидом. Это была его прерогатива и обязанность. И делить это он ни с кем не собирался.  

– Благодаря вашему и только вашему содействию, прекрасная Эвтерпа, работа идет быстро и спокойно. Простите мне мою назойливость, но я просто обязан вам показать это…  

И Танмор торопливо вынул из-за пояса довольно увесистую книгу в суперобложке, на которой был изображен Стоунхендж.  

– Я буду счастлив, если вы взглянете на это издание… Я поражен: автор француз и он написал о строительстве и истории Стоунхенджа очень верные вещи. Мне кажется, он близок к разгадке. Его версии пугающе близки к истине.  

Опасение в глазах Эвтерпы сменилось неподдельным ужасом. Испытывая к Танмору огромное уважение и искреннюю симпатию, она, тем не менее, понимала: надо сматываться. Говорить о Стоунхендже Танмор мог сутками.  

– Мудрейший Танмор, вашей эрудиции и образованности стоит позавидовать. Поверьте, – Эвтерпа говорила чуть торопливее, чем того требовали приличия. – поверьте, я бы многое отдала, чтобы спокойно побеседовать с вами сейчас. Вы знаете, насколько я ценю наши с вами разговоры и обсуждения. Но увы! Мне сейчас просто необходимо срочно бежать и навести порядок в некоторых кабинетах – там скопилось много неразобранных документов. И еще надо срочно поговорить с нашим руководителем – великим Аполлоном. Прошу простить меня. Вы не возражаете, если мы перенесем наш разговор, например, на среду? Я приду пораньше, чтобы у нас было время спокойно обсудить эту книгу.  

– Да, да, конечно, сиятельная Эвтерпа, простите, что я вас отвлек… Я буду ждать среды.  

– Нет, мой друг, это мне у вас надо просить прощения! Кстати, все никак не было возможности поблагодарить вас за то знаменитое кельтское ячменное пиво, которым вы меня угощали во время нашей прошлой встречи! Вкуснее него мне пива пробовать не доводилось.  

Танмор был чрезвычайно доволен, услышав слова Эвтерпы. Склонившись в почтительном поклоне, он произнес:  

– Поверьте, я буду ждать с нетерпением нашей встречи. Благодарю за прекрасные минуты общения с вами.  

Лучезарно улыбнувшись друиду, Эвтерпа довольно поспешно удалилась. Отойдя на приличное расстояние, она слегка отдышалась. Да, в среду придется пару часов уделить Танмору, обещала как-никак. И обижать своего преданного друга и поклонника Эвтерпа хотела меньше всего. И тут же икнула, вспомнив вкус того самого ячменного пива. Как они только это пили? Отвратное пойло. Надо будет принести на встречу какого-нибудь хорошего вина. Или чаю? Да, это лучше: чай Танмора никак не обидит, а вот вино может. Подумает еще, что это заместо пива.  

Аполлон, предусмотрительно издалека наблюдавший за этой сценой, только усмехнулся. Но вот Эвтерпа резко повернулась в его сторону и довольно быстрым шагом направилась к нему. Когда муза подошла ближе, стало понятно, что она явно чем-то встревожена.  

– О, Аполлон, нам нужно срочно поговорить… Только что я узнала нечто ужасное!  

Аполлон был немало удивлен. Это что, позвольте поинтересоваться, такого ужасного произошло, что сама Эвтерпа (!!! ) так взволнована?  

– Говори, Эвтерпа, я весь внимание. – Аполлон старался держаться непринужденно, хотя и сам начал нервничать.  

– Нет, нет, друг мой, я бы не хотела, чтобы кто-то мог это услышать. Дело, как говорится в детективах, конфиденциальное и деликатное. Аполлон, поспешим, я просо в смятении!  

Аполлон пожал плечами и вместе с Эвтерпой подошел к первой же двери, ведущей в один из коридоров. Пропустил вперед Эвтерпу, сам зашел за ней и мановением руки перенесся в весьма отдаленное измерение, где точно никто не мог им помешать. Зайдя в первый же попавшийся кабинет, уставленный стеллажами с учебниками по математике одной из стран Юго-Восточной Африки, Аполлон плюхнулся в кресло и пригласил Эвтерпу сесть в соседнее.  

– Ну чего там стряслось, Эвтерпа? – не самым любезным образом поинтересовался он. – Чего ты там такого узнала? Давай быстрее.  

Эвтерпа плотно закрыла дверь в кабинет, подошла к Аполлону и облокотилась на спинку его кресла. И тут великий бог увидел, что обеспокоенность и тревога в ее глазах сменились угрюмой решительностью и жестокостью:  

– Это правда, что ты назвал меня «бабкой»?!  

| 48 | 5 / 5 (голосов: 2) | 18:23 05.05.2022

Комментарии

Pavel3310:53 20.05.2022
За размах-пять с плюсом. Имена, описания-зачёт. Выйдет шикарная повесть при желании. Под вопросом отношения между сотрудниками библиотеки и финал. Отношения очень уж детские, несмотря на серьёзность места работы, а финала просто нет. А мог бы стать украшением рассказа.

Книги автора

Выпускной демонов
Автор: Bash121
Рассказ / Мистика Фантастика Философия
Говорите, в кого-то демон вселился? Не просто демон, а квалифицированный специалист
Теги: демоны обучение размышления
20:25 10.06.2022 | оценок нет

Головная боль Демиурга
Автор: Bash121
Рассказ / Мистика Фантастика Философия
Мои предположения, как мог выглядеть наш мир тысячелетия назад
Теги: демиург сотворение мира
18:16 05.05.2022 | 5 / 5 (голосов: 1)

Кладбище воспоминаний
Автор: Bash121
Рассказ / Мистика Фантастика Философия
Попытки разобраться с понятием "детские обиды". Предположения, что собой может являть расплата за грехи.
16:51 21.04.2022 | 5 / 5 (голосов: 1)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.