Режим чтения

Гильдия Теней"

Роман / Сказка, Другое
В королевстве Маара произошел переворот, но ожидания народа на лучшую жизнь не оправдались. Кровь по улицам, голод и разрушение прежнего мира - кажется, что вслед за законом из Маары ушло все светлое. Как пробиться к верхам? Как устоять в переделе власти? Как остаться собой?
Теги: сказка

1.

«Гильдия Теней» продолжает историю «Теней перед чертой» (https://yapishu. net/book/299292), но может восприниматься отдельным произведением.  

Anna Raven  

 

Королевство Маары пришло в плачевное состояние. То есть, оно давно уже не было на вершинах своего могущества, не диктовало соседним землям своей воли, лишь смиренно подстраивалось, пытаясь успокоить медленно подступающий бунт. Но нет…прорвалось. Прежний Король мог бы еще справиться с народом, но вот брат Короля – принц Мирас, устав быть на вторых ролях, решил нести благо своему народу огнем и мечом, если придется. И прежняя Маара пала, чтобы возродиться из пепла обновленной, живой, настоящей и великой. Только оказалось, что ждать возрождения долго.  

Кровь лилась каждый день. Маара управлялась Секциями, которые делились на Коллегии, но принц Мирас решил, что все они слишком прогнили, чтобы избежать реформации и теперь не было ни одной Секции, где царило бы что-то, похожее на порядок. Быстрее всех восстанавливалась Секция Закона, прежде состоящая из трёх Коллегий: Палачей, Дознавателей и Судейства, а ныне… ныне из частично уцелевших дознавателей, пары-тройки судей, что вовремя переметнулись на сторону принца и одной девушки-палача по имени Арахна, которая оказалась слишком загадочной и впутанной очень глубоко в интриги, чтобы осталось от ее имени хоть что-то уважительное.  

Голод не уступал народной ненависти, подогревал ее. толпа, вкусившая вседозволенности желала зрелищ и хлеба, желала мести. С хлебом были перебои (как будто бы Великий Луал в своих Звездных Чертогах прогневался на Маару и послал после осеннего сезона сразу зиму, минуя межсезонье), и толпа удвоила ярость и гнев. Сводились старые счёты, всплывали обиды древности, и не было конца и края смерти.  

Вдобавок, прежде целая Маара перестала быть такой. Южная ее часть, вечно готовая к волнениям, признала Мираса своим новым королем, но как сопротивлялся север! Восток сопротивлялся частично, а западная – вся торговая часть Маары – выжидала в скорбном молчании, ожидая решения.  

Но простые люди не знали этого. Они видели беспорядок, попытки короля Мираса, да будут дни его долги, навести порядок, формирование нового правления из тех, кто был с ним в заговоре, или как-то особенно отличился во время первой бойни верных Прежнему Королю людей и чувствовали голод.  

Знать таилась. Кто-то признавал Мираса властью, кто-то пытался сбежать…однако, последних было единицы – сбежать из Маары, с первой же ночи переворота блокировавшей все отступления, кроме северных, было невозможно. А до севера еще добраться нужно, обитавшей там знати было мало, а сопротивлявшиеся желали смещения, как называли «узурпатора» Мираса и «братоубийцу» и становление у Маары властью совета до выбора новой короны.  

А о «братоубийце» много говорили. Только шепотом. В моду вошли доносы. Закон, обретавший драконьи черты, был слишком суров для громкого голоса. Некоторым казалось, что в минуты больших перемен можно отличиться и выделиться и тогда… все будет иначе, да, все будет только хорошо!  

Но было только две маленьких заминки к этой мысли. Первая – никто, кроме новоставленного Короля Мираса, да будут дни его долги, не мог точно сказать, как и почему умер Прежний Король, а официальной версией стал разрыв сердца от тревог…  

Вторая мысль – все, кто сейчас формировал новое правление, должны были рано или поздно исчезнуть. Выделяться было опасно, невольно тебя могли продвинуть, или вполне разумно продвинуть к верхам, а после, когда ты выполнишь свою задачу, когда подготовишь новых людей и сделаешь свой вклад в новый мир, с тобой попрощаются. И кое-кто уже понимал это…  

–Лагот, не спать! – грубо хохотнули справа, и последовал совсем не болезненный, но вполне себе ощутимый толчок под ребра.  

Лагот – юноша, не имевший прежде никакой четкой позиции к миру, желающий лишь устроиться удобнее и найти свое место, охнул и потер ушибленный бок. Затем не выдержал и спросил у обидчика:  

–Зачем ты так, Берн?  

Берн был как раз примером тех, кто возвысился в первые дни бойни. Говорят, он кроваво поработал, уничтожая Судейскую Коллегию от Секции Закона, отрубив напоследок головы многим прежним судьям в назидание за их взяточничество и снисхождение к преступникам. У Берна не было никакого шанса продвинуться дальше своего кузнечного дела, в котором он был не лучшим мастером. Но он вовремя примкнул к толпе и отличился, и вот…новая Секция Закона отладила его начальником патруля над столицей Маары. Грубо говоря – ходи, Берн, по улицам, отлавливай нарушителей.  

И Берн страшно этим гордился. Лагот же был добровольцем. Когда перемены и трещат вокруг стены домов, нужно куда-то идти и где-то пригреться. Лагот был в этом плане очень умен и сообразил, что большая власть у тех, кто несет закон и у жрецов Луала. Но у жрецов слишком долго учиться, а вот в законники пойти – святое дело!  

Улицы патрулировали каждый день, дни и ночи, меняя смены. Традиционно, в одной смене состояло три-четыре человека. Берн любил возвышаться над новенькими, водить их по проулкам, где еще недавно кипела кровь от бойни и рассказывать, кто и как был убит.  

–Вот здесь, – говорил он, указывая коротким толстым пальцем на прихваченную морозом землю, – здесь была убита Глава Коллегии Распределения. Ребята выбросили её вон из того окна…  

Невольно поднимались все головы и смотрели в темный провал выбитого окна верхнего этажа.  

–Потому что она не отстаивала интерес народа, а думала лишь о том, как набить карманы! – добавлял Берн, довольный эффектом. – А вот чуть поодаль, видите – подтек на углу?  

Подтек действительно был. Отвратительного бурого цвета. Не хотелось даже знать, что это, но Берн был другого мнения:  

–Здесь разбилась голова главного казнокрада!  

И он горделиво расправлял огромные и без того плечи и оглядывал покровительственно добровольцев.  

Вообще, как мог судить Лагот, Берн был еще не самым плохим в патрульной службе. Долетали тревожные слухи о том, что некоторые патрульные, пользуясь покровительством закона и страхом людей, только так бесчинствовали и всячески издевались. За это, конечно, многие отправлялись на эшафот. Но и без того очередь на казни, без патрульных, была внушающей. Особенно, если учитывать, что от прежней Маары остался только один палач – таинственная Арахна, входившая сейчас в совет при Короле Мирас, да будут дни его долги. Закону приходилось прибегать к услугам солдат или наемников. Это было не очень правильно, но слишком много неправильного было и без этого на улицах Маары.  

Мороз забирался сегодня особенно яростно под плащ, прожигал как будто бы насквозь, а тут еще этот тычок. Ну, вот зачем?  

–Зачем? – хмыкнул Берн, – учить вас, неженок, надо! Вот ты, Лагот, хоть раз кого-нибудь убил?  

Лагот покачал головой. Вопрос был задан не в первый раз.  

–А я убил. И вот пока не убьешь, не понимаешь, сколько в тебе жизни. учить вас надо! – наверное, в Берне жил какой-то мыслитель, где-то глубоко, под личиной кузнеца, но от мороза легче не было.  

–К…когда нас сменят? – проклацал зубами еще более замерзший новичок Вимарк. – Холодно… хороший хозяин пса не выгонит.  

–А вы и не псы, – резонно заметил Берн. – В вас нет песьей преданности. Не доказали еще! А преданность беречь надо. Вот я доказал. А вы – нет!  

Но, взглянув на нежное, совсем юное лицо Вимарка, подходящее больше поэту, чем добровольцу от закона, сжалился:  

–Эх вы… в последний раз обойдем площадь и пойдем докладывать.  

Докладывали после каждой смены. Сегодня все было почти что в порядке. Ну, подумаешь, небольшая драка – это пустяки. Пару трупов нашли. Один с признаками удушения – так сказал Берн. Так записали, все честь по чести. Хотя пальцы не гнулись от мороза, и чернила стыли и мерзли, но сделали. Будет, что положить в доклад.  

Если бы Лаготу сказали, что прежде городская площадь кипела жизнью, он бы не поверил. Жизнь увела его род от столицы далеко и никогда прежде переворота и темных дней, охвативших Маару, Лагот не видел. когда-то же на этой самой площади прыгали веселые шуты, острили памфлетисты, играли барды, тут же, порою, сочиняя свои прилипчивые песни. Пахло выпечкой, сладостями, вином от таверн и повсюду были люди – спешили от лавки в лавку, останавливались поболтать, обменяться новостями. Городская площадь жила своей особенной яркой жизнью от самого рассветного часа до поздней темноты. Здесь можно было отыскать самые диковинные вещицы из-за морей, продать и купить едва ли не все, что только может выдумать человек и скоротать время. Именно здесь, на городской площади проходили главные праздники, зажигались костры и проходили мистерии.  

А теперь?  

Большая часть лавок открывается только после стука. Люди не то, что говорить – в глаза смотреть друг другу не решаются. Шмыгают тенями туда-сюда, больше держась тени. Правда, из таверн до сих пор пахнет вином, только уже не благородным ароматным фландрийским, а терпким и отвратительным из разряда – лишь бы пилось, а вкус – плевать! Лишь бы дурманило.  

Прошли по площади быстро, повернули под тяжелый вздох Берна в сторону прежнего Управления – часть столицы, где размещались когда-то Коллегии, формируя свой городок, а ныне – в царство теней, в сумасшествие и беспорядок.  

Путь был не близкий. Три четверти часа. За это время можно было продрогнуть, одеревенеть. И даже Берн, как бы не пытался о храбриться, сдался, и, оглянувшись на двух своих сегодняшних подопечных, решил:  

–Лагот, иди, доложи Арахне о сегодняшнем обходе. А ты, Вимарк, иди в патруль, выпей горячего – совсем так застынешь. А я…пошел.  

–А почему я? – испугался Лагот. Прежде он не видел Арахну, но слышал о ней много…причем, почти всегда плохого.  

Говорили, что она, например, была в Коллегии Палачей с пяти лет, что, мол, воспитывал ее прежний Глава Коллегии – Регар, а она, перейдя на сторону Мираса, подставила и его, и двух своих друзей по Коллегии – палачей Сколера и Лепена, и казнила всех их.  

–Не подставляла она! – убеждали с воодушевлением в редком споре среди добровольцев. – Просто так сложилось.  

–Это всё Мальт! – находились.  

Мальт в прежней Мааре, при Прежнем Короле, был дознавателем. В первые же часы бойни он возглавлял многих верных людей принца Мираса. Это, и то, что Мальт сейчас также входил в совет при новом правлении, могло сказать лишь об одном – Мальт давно был в заговоре и прекрасно знал о перевороте.  

–Да, она влюбилась безоглядно, вот и бежала на его сторону.  

–У нее сын от него, говорят.  

–Нет, у Мальта сын от первой жены.  

–Дурак ты! Он вдовец. Арахну он давно знает. Она его любовницей еще была при жене. Однажды надоело ему разрываться, вот жену и того…  

Лагот не вникал особенно в слухи, лишь собирал их себе в память, без особого понимания, что с ними делать.  

–Так или нет, а наследственность у нее дурная. Родители ее были казнены, когда ей пять было. Вот Регар ее и взял к себе в Коллегию! Сам родителей ее казнил, а девчонку приберег.  

–Да потому что девчонка-то его. Арахна вся в мать! Та тоже той еще вертихвосткой была. Изменяла мужу с Регаром. А тот и не выдержал. Подставил их, а девочку себе забрал. Дитя-то не виновато.  

–Это оно тогда не виновато, а ныне не отмоется. Слышали, что было…  

Лагот путался в версиях. Он не знал, что там была за история, и не был уверен, что хочет знать. В конце концов, в темные времена в Мааре и без того много горя и проблем. Бегать и разбираться в каждой – жизни не хватит. Из всего этого он вынес только одно: Арахна – опасный и плохой человек. Больше его ничего не волновало.  

Кстати, Берн в этих разговорах не участвовал и даже пресекал их:  

–Молчи о том, чего не знаешь! – и принимал на себя важный вид, мол, уж он-то все знает. Только вот обещал хранить тайну.  

Но его и не спрашивали. Лишь переходили на шепот.  

И сейчас иди к этой заранее неприятной Арахне, сдавать отчет? За что?  

–Этот, – Берн указал на Вимарка, – совсем околел. А я тороплюсь. И вообще…я главный!  

Он до смешного хотел главенствовать. И сейчас торопиться ему было некуда – разве что в трактир, пропустить стаканчик того самого пойла да вспомнить первые, отличившие его часы бойни, да похвастать. Но состояние Вимарка, не привыкшего к холодам, внушало и этому хвастливому человеку опасение. Да и Лагот Берну не нравился. Слишком уж…никакой. Мнения нет, в спорах не участвует. Возмущаться может, но так, из вредности. Идеи нет. То ли дело у него, Берна!  

–Это приказ! – громыхнул начальник патруля, схватил за шиворот покорного и безучастного Вимарка и потащил его прочь, оставляя Лагота на произвол судьбы, имя которой – Арахна.  

Если бы Лагот был умнее, он надавил бы на тщеславие Берна, сказал бы, что только начальник может говорить с советницей короля Мираса, да будут дни его долги. Но Лагот замерз и обозлился. Да и не думалось ему из-за нехватки опыта ни о чем подобном.  

Пришлось плестись.  

Лагот не знал, как прежде выглядела Коллегия Дознания, где теперь, снеся частично все прежнее, формировалось новое отделение, призванное охранять закон, без разделения на Коллегии, но был уверен, что это здание пострадало меньше всех во время бойни. Здесь сохранилась серебристая отделка и мебель, и даже окна были целы… в противовес – Коллегия Судейства стояла опаленная, опустошенная и ослепшая, а от Коллегии Палачей вообще осталось пепелище.  

–Куда? – угрюмо спросил дежурный. – И кто?  

Лагот едва-едва смог выдавить от холода:  

–Лагот. Патруль. К Арх..  

И закашлялся, сминаемый изнутри ледяным, проникшим, все-таки, под плащ ветром.  

–А…- безучастно согласился дежурный, сделал пометку в своих записях и сказал, – третий этаж. Первая дверь налево.  

Лагот быстро достиг нужных дверей, но прежде, чем успел потереть замерзшие руки меж собой и постучать, услышал довольно громкий разговор из-за двери и заметался. С одной стороны – нужно бы отойти, или постучаться. Хотя – вдруг разговор важен?  

Лагот огляделся по сторонам – коридор пуст, а многие двери и вовсе закрыты снаружи на засов, как неиспользуемые. Рискнуть? Стоит ли?  

И, едва рассудок его успел взвесить аргументы «за» и «против», он уже прислонился ухом к белеющей полоской света скважине ухом. Мгновенно холод отступил и выступил пот, ведь если его сейчас здесь поймают…  

А разговор был на повышенных тонах. Говорили двое: женщина и мужчина. Причем, женский голос был с проблесками слезливого оттенка, а мужской – решительный.  

–Но так нельзя! Так больше нельзя! – взвывала женщина.  

–Надо, – мужчина, похоже, сочувствовал, но был уверен в своих словах. – Порядок не приходит сам, Арахна!  

Лагот попятился от скважины и огляделся опять. Он, конечно, подозревал, что там Арахна, но одно дело – подозревать, другое – услышать явное подтверждение.  

–Мальт, – что-то скрипнуло, наверное, кресло, а Лагота прошибло потом повторно. Мальт! Надо бы уйти, в самом деле. Два заговорщика, связанные слухами, входящие в совет при Короле Мирасе, да будут дни его долги… – просто поддержи меня сегодня!  

Лагот оглянулся. Ему показалось, что кто-то наблюдает за ним. Это был лишь страх быть застигнутым. Он даже распрямился, испытывая неловкость, и тихонько отступил на шаг от двери, ругая себя за неосмотрительность.  

Невидимый Мальт что-то тихо ответил – голос его стал утешающим и тихим. Арахна же где-то у дверей отозвалась:  

–Я знаю!  

И повторила уже тише:  

–Знаю.  

Затем некоторое время была непонятная возня. Не то шелест, не то шорох бумаг. Лагот, трясясь от страха, отбежал подальше, в начало коридора и, стараясь шуметь как можно сильнее, пошел к дверям Арахны. Даже песенку стал насвистывать. В песенке было лето и жила красавица с золотистыми волосами…  

А в реальности была холодная Маара, голод и непонятная мрачная жизнь, где существовали и множились доносчики, кровь, смерть.  

Шорох смолк. Лагот постучал в дверь Арахны. Через мгновение она распахнулась, являя Мальта.  

Это был человек, от которого исходила непонятная сила. При первом же взгляде в его ожесточенные черты, на его кривящиеся в усмешке тонкие губы, у Лагота возникла мысль, что лучше бы никогда не связываться с ним и не иметь такого человека ни врагом, ни другом.  

Да и говорили о нем те же патрульные и по улицам много дурного. Даже больше, чем об Арахне. И самым ласковым сочетанием о Мальте было – «бюрократическая сволочь». И сейчас почему-то Лагот был готов поверить всему нелестному, что слышал на улицах и в патрульном штабе.  

–Ваше лицо мне незнакомо, – промолвил Мальт первым. Голос его был спокойным и от этого мгновенно в душе поднималась тревога, – вы кто?  

–Я…- Лагот охрип от волнения и забыл все слова на свете. – Я…это…ну…  

–Видимо, это сложный вопрос, – серьезно согласился Мальт. – Я могу повторить его медленнее.  

–Я патрульный! – выдохнул одним махом Лагот и замер, ожидая своей участи.  

Мальт взглянул в кабинет, видимо, на Арахну, которую Лагот не видел, затем обернулся к Лаготу:  

–С докладом?  

–А? – обмер он и спохватился, – д…да!  

Мальт кивнул и снова взглянул в кабинет:  

–Мы продолжим после.  

После чего вышел из кабинета, услужливо пропуская Лагота, который очень постарался не задеть этого человека даже полами плаща и закрыл за его вхождением дверь. Быстрые шаги по коридору и тишина…  

В зимний сезон в Мааре темнеет быстро. в кабинете были уже зажжены свечи. Да и сам кабинет…Лагот впервые был в чьем-то кабинете. Он оглядывался с любопытством, даже позабыв, кому сей кабинет принадлежит.  

Стол из тяжелого благородного дерева покрыт ворохом бумаг, перьями, чернильницами, записками, какими-то длинными узкими лентами. Пара строгих кресел, одно из которых ближе придвинуто к столу. Тут же – шкафы и полки с книгами, буквы с которых загадочно блестят в подступающем полумраке, ширма – вернее, то, что было когда-то ширмой, а ныне просто попыткой оградить выглядывающую софу от остального кабинета.  

А возле самого стола – Арахна.  

Сложно было сказать, что она такое. Все черты ее лица были молодыми, это видел даже Лагот и в полумраке. Ей было, по мнению Лагота, не больше двадцати пяти лет – если смотреть на лицо, губы, руки…  

Но если смотреть на ссутуленные плечи, на худобу – почти болезненную, а главное – в глаза! в них…пепел. Лагот сам не знал, почему именно слово «пепел» пришло ему на ум, но ничего не мог поделать – только пепел и подходил. Ни жизни, ни блеска – пустыня! Свойственно ли это молодости?  

Судить о ее красоте тоже было сложно. Что-то в ней и привлекало и отталкивало одновременно. хотелось пожалеть это создание и держаться от него подальше одновременно.  

–У вас ко мне дело? – тихо спросила Арахна, устав, видимо, от его молчания. Лагот мгновенно встряхнулся и устыдился:  

–А…да. Я…простите, да.  

Она вздохнула и села за стол, отодвигая незамеченный прежде кубок подальше от свечей.  

–Говорите, у меня много дел, – напомнила Арахна.  

–Вы…- Лагот сделал глубокий вдох и взял себя в руки, – вы простите, пожалуйста. Я патрульный. Меня зовут Лагот. Берн послал меня сделать вам доклад, так вот…  

–Стоп! – она неожиданно властно подняла ладонь, останавливая его речь, – почему Берн не пришел сам? Он же начальник патруля. Или нет?  

–Э…это хороший вопрос! Но я не знаю. Он главный и я подчиняюсь его приказам.  

–Вот как? – тихо изумилась Арахна и сделала какую-то пометку в одном из листов.  

–Он так сказал! – мгновенно подтвердил Лагот. – Он взял Вимарка – это третий патрульный сегодняшней смены и ушел с ним. А меня отправил к вам.  

–Докладывайте, – велела Арахна и именно велела. Голос ее был тихим, но ослушаться, похоже, было решительно невозможно.  

–В переулке Часовщиков была драка, – доложил Лагот.  

–Время не смогли определить? – поинтересовалась Арахна, и Лагот не сразу понял, что она шутит. От нее это было странно видеть. Лагот не знал этого человека, но видеть от такого измученного существа попытку в юмор было очень странно.  

–Так…голод, – Лагот почувствовал себя еще большим идиотом.  

Арахна посмотрела на него очень внимательно, но ничего не сказала.  

–И труп нашли.  

–Какие деятельные…  

–Вот, – Лагот протянул к Арахне тонкий пергамент, проколотый замерзшей нетвердой рукой в нескольких местах. – Записали. Берн говорит, что удушение.  

Арахна отложила пергамент в сторону, даже не развернув его.  

–Что-то еще? – спросила она все также тихо.  

–Нет, – Лаготу было очень жарко и холодно одновременно. хотелось снять плащ и зпахнуться в него плотнее, – это все.  

–Что же вы тогда смотрите на меня так, словно диковинку увидели? – Арахне, судя по ее тону, было глубоко плевать. Возможно, ей просто хотелось уцепиться за что-нибудь, чтобы придраться.  

–Простите, – Лагот смутился и испугался. – вы просто известная личность. Я вас иначе представлял. Ну, как говорят…  

–Неужели? – она снова не удивилась. Похоже, ей было по-настоящему все равно. на Лагота и его речи точно. – И что говорят? Плохое?  

–Разное, – выкрутился Лагот и спешно добавил, – но я лично ничему из этого не верю!  

–Напрасно, – Арахна снова удивила патрульного. – Лучше верить всему плохому, чтобы потом приятно удивиться, чем неприятно разочароваться.  

Выходило что-то невероятное. Лагот не был опытным дипломатом, но полагал, что все-таки способен к беседе. Арахна задела его, сама того не зная и Лагот неосмотрительно выпалил:  

–Говорят, например, что вы подставили всю свою Коллегию Палачей! Всех убили!  

Но Арахна не поддалась.  

–История имеет слишком много граней, – ответила она. – Всё зависит от того, как взглянуть на нее. с одной стороны – да, я виновата во всем. С другой – каждый человек сам делает свой выбор и мои близкие сделали его, оставив меня жить с их выбором.  

Она резко замолчала, похоже осознав, что сказала слишком многое. Потом спросила опять:  

–У вас что-то еще?  

–Нет…- Лагот пытался поймать ее пустынный взгляд, сам не зная зачем.  

–Тогда – подите вон, у меня много работы, – Арахна уткнулась в бумаги и не подняла головы, когда Лагот, промямлив что-то неловкое на прощание, вышел из ее кабинета в самых смутных чувствах.  

 

 

| 46 | оценок нет 05:23 06.01.2022

Комментарии

Книги автора

Воровка
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Проза Сказка События Другое
Это у неё – мелкой воровки сегодня решалась вся её судьба, а у него был обычный четверг и его больше занимала мысль о том, что сегодня будет на обед…
Теги: сказка
09:45 16.05.2022 | оценок нет

Образец "Р"
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Проза Сказка Фэнтези Эзотерика Другое
-Так ведь не знали мы. Билась в сетях. Мы её выволокли вдвоём еле-еле. Думали, что надо как-то сохранить. Ну и сунули в бочку с водой.
Теги: сказка
09:38 16.05.2022 | оценок нет

Рай
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Проза Сказка События Другое
Зачем, спрашивается, в раю держать посредственных и слабых
Теги: сказка
09:31 16.05.2022 | оценок нет

Враг
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Проза Сказка События Эзотерика Другое
-Не всё, похоже, решается смертью, - герцог Антор знал, что она права. Будь он правителем настоящим, будь он решительнее, то ей бы уже покоиться рядом. – Вы можете уехать с детьми на родину. -Это его ... (открыть аннотацию) дети, - повторила леди Эллия. – Моему старшему сыну семь лет, клянусь вам именами моих богов, клянусь кровью и костями моих предков – он будет мстить!
Теги: сказка
08:56 06.05.2022 | оценок нет

Закат
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Сказка Фэнтези Эпос Другое
Для двоих, стоящих на балконе, этот закат означал совсем иное, чем для всех прочих людей и не совсем людей в этот вечер. Одному это означало гибель по меркам мирского, а другому – возрождение и путь к ... (открыть аннотацию) долгожданному триумфу.
Теги: сказка
08:51 06.05.2022 | оценок нет

Тоска
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Проза Сказка Эпос Другое
-Этот человек не может быть достоин того, чтобы находиться здесь. Все присутствующие имеют либо чистую кровь и заслуги, либо какой-то талант, а этот, с вашего позволения… -Тогда держитесь дальше, гос ... (открыть аннотацию)пожа, а то я вас запачкаю...
Теги: сказка
09:49 26.04.2022 | оценок нет

Худшее решение
Автор: Annaraven1793
Рассказ / Проза Сказка События Чёрный юмор Другое
-Бред! – возмутился Ламарк, - среди всех древних родов, да не в обиду вам, друзья, Монтгомери самые честные. Они честно говорят, что торгуют со всеми и плевать хотели на трон, власть – их волнуют день ... (открыть аннотацию)ги.
Теги: сказка
09:43 26.04.2022 | оценок нет

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.