Дело о найденных фальшивых монетах у еврея ИЦКА АБРАМОВИЧА РАПОПОРТА

Рассказ / История
„Прибыв на фабрику поздно вечером, — вспоминает он, — я произвел у него дома обыск в присутствии станового пристава и понятых и в конце концов нашел металлические цифры, совершенно тождественные тем, которые обыкновенно проставлялись на кредитных билетах десятирублевого достоинства“.

Много фальшивых российских ассигнаций появилось во время Крымской войны. Места их изготовления остались вечной тайной. Но по использованию для фальшивок превосходной бумаги и качеству исполнения можно сказать, что они выпускались с ведома государственных органов страны. Только некоторые высшие чиновники знали, где располагался монетный двор, который занимался производством поддельных российских денег.  

 

Русские частные фальшивомонетчики сразу поняли, что и им можно начинать производить фальшивки. Особенно восприняли духом в глубинке.  

 

Господин И. А. Никотин, чиновник по особым поручениям при генерал-губернаторе В. В. Назимове, правившем в середине XIX века в Северо-Западном крае, в своих воспоминаниях писал: „Ни одна из местностей России, как мне кажется, не может поспорить с местным краем по фабрикации и торговле фальшивыми кредитными билетами. На мою долю выпало до 15 следствий по данному предмету, да это и немудрено…“ Необходимо заметить, что экономическое положение страны после Крымской войны было поистине катастрофическим, Как отмечал И. А. Никотин, „торговля фальшивками шла бойко“. И все же эти кустарные „монетные дворы“ не могли сравниться с продукцией, поступавшей из-за границы на одну суконную фабрику.  

 

11 сентября 1859 года И. А. Никотина пригласили к генерал-губернатору на секретную встречу. Назимов ознакомил его с письмом, пришедшим из Петербурга. В письме сообщалось“ что, по имеющимся сведениям, во вверенном Назимову крае появились превосходно изготовленные фальшивые ассигнации 10-рублевого достоинства.  

 

Образец такого кредитного билета прилагался к письму. Губернатор и его чиновник по особым поручениям долго и тщательно рассматривали банкноту, но так и не обнаружили ничего подозрительного. Все было как на настоящей ассигнации. Надо было искать источник, который засорял фальшивками финансовые каналы России.  

 

Господин И. А. Никотин взялся за решение этой сложнейшей задачи. Прежде всего установил связь с людьми, в той или иной мере в прошлом замешанными в фальшивомонетничестве. Затем отдал приказания всем почтмейстерам края установить, кто ведет переписку с заграницей, получает посылки из-за рубежа.  

 

Вскоре не замедлил появиться и результат. Уездный исправник Фогель, специалист по борьбе с фальшивомонетничеством, доложил И. А. Никотину, что „кое-кто“ указал ему на бельгийского подданного Сиэса, директора Крайщанской суконной фабрики, расположенной в Вилейском уезде Виленской области. Фамилия Сиэса была в сводной ведомости, где перечислялись лица, имеющие почтовую связь с заграницей. Как директор суконной фабрики. Сиэс мог вести переписку и получать товар из-за границы? В этом случае посылки должны были превышать своим весом десятки пудов. А они весили не более полпуда.  

 

За корреспонденцией господина Сиэса начали следить, и случилось, как всегда, наоборот. В это время Сиэс не получал никаких посылок. Никотин уже стал сомневаться, правильный ли он выбрал путь, когда неожиданно пришло анонимное письмо. Его автор сообщал, что на имя Сиэса из Бельгии приходили посылки с фальшивыми 10-рублевками, но без номеров! Сиэс при помощи специально изготовленного штампа допечатывал на кредитных билетах те номера, которые стояли на банкнотах, находящихся в обращении. Все это делал так ловко, что никакого сомнения в их подлинности не возникало.  

 

Надо было спешить. Сигнал, пусть и анонимный, мог стать известен, Сиэсу. Он примет все меры предосторожности или уничтожит все улики. Никотин срочно поехал в Вильно. „Прибыв на фабрику поздно вечером, — вспоминает он, — я произвел у него дома обыск в присутствии станового пристава и понятых и в конце концов нашел металлические цифры, совершенно тождественные тем, которые обыкновенно проставлялись на кредитных билетах десятирублевого достоинства“.  

 

Господин Сиэс проявил глубокое возмущение. На Никотина сыпались обвинения в нарушении норм международного права. Ссылаясь на свое бельгийское подданство, Сиэс обещал подать жалобу царю на самоуправство местной администрации. Никотин сделал вид, что не слышит гневных тирад бельгийца. Протокол обыска подписали понятые, становой пристав, Никотин. Сиэса под усиленным конвоем отправили в Вильно. Местный художник нарисовал акварельный портрет подозреваемого. Рисунок отправили в Брюссель вместе с документами и просьбой проверить, кто он, этот Сиэс, тот ли, за кого себя выдает.  

 

Бельгийский подданный продолжал буянить, требуя, чтобы его освободили. Сиэс заявил, что набор цифр ему был необходим, чтобы маркировать ткань, выпускаемую фабрикой. Ни о каких фальшивых ассигнациях он и слухом не слыхал. Пришедший ответ из Брюсселя гласил, что на самом деле Сиэс никакой не Сиэс, а беглый каторжник, которого бельгийская полиция давно разыскивает. Также сообщалось, что в Брюсселе недавно арестовали гравера, обвинявшегося в изготовлении клише для печатания русских, бельгийских и голландских денежных знаков.  

 

Впоследствии выяснилось, что тот же гравер изготовил и цифры для Сиэса. Потом из Брюсселя пришло еще одно сообщение: установлена бумажная фабрика, на которой два года тому назад сам Сиэс заказывал бумагу с водяными знаками. Бельгийская полиция просила российских коллег передать их соотечественника на родину.  

 

Когда Сиэс узнал об этом требовании бельгийской полиции, он попросил дать ему бумагу, перо и чернила. Через несколько часов Сиэс вручил Никотину прошение на имя царя с просьбой дать ему разрешение о переходе в российское подданство. Такое ходатайство Сиэс объяснял рядом причин, в том числе… и прекрасным воздухом России.  

 

Когда Сиэс получил отказ, он начал разыгрывать сумасшедшего. Невзирая на все ухищрения, Сиэса все-таки выпроводили в Бельгию. Там он был предан суду за свои прошлые преступления и приговорен к пожизненным каторжным работам.  

 

Власти начали предпринимать решительные меры по борьбе с фальшивомонетничеством. Составляя новые программы печатания монет, чиновники министерства финансов сразу начали думать об их защите. Например, в записке министра финансов, датированной 1 февраля 1867 года „О выпуске в народное обращение новой разменной серебряной и медной монеты“ говорится: „Для затруднения же подделки необходимо составить новые, более красивые рисунки, приняв, кроме других улучшений, для надписей на монете два рода букв: выпуклые и вдавленные. Буквы эти требуют разного способа приготовления“ и, следовательно, для выделки фальшивых штемпелей будет необходимо большое искусство».  

 

Именно в это время искусство и притом очень большое показал бывший ротмистр Керченской пограничной стражи М. Сазонов. Он серьезно занялся нумизматикой, поездил по музеям, познакомился с опытными нумизматами. Увидел, как выглядят старинные монеты, затем занялся металлургией, постиг искусство чеканки.  

 

В 1868 году М. Сазонов изготовил первую золотую «древнегреческую» монету. Затем, чтобы превратить ее в старую, немного стер поверхность, нанес щербинки и монета стала «ископаемой». Сам четко обозначил место, где она была найдена (в этом месте археологи недавно проводили раскопки кургана). В общем, так тщательно продумал все, что, найдя покупателя в Одессе, он без всяких хлопот продал монету за довольно высокую цену.  

 

Так он стал изготавливать монеты, вошедшие в историю нумизматики как знаменитые «сазоновские». Чтобы не сбить цену и не вызвать подозрений, Сазонов чеканил всего по 3–4 экземпляра монеты и за два года, 1868–1869, изготовил до 50 золотых и отчасти серебряных «древних» монет. Скопив значительный капитал, он свернул свою деятельность и лишь иногда возвращался к чеканке монет. Качество его подделок было таким высоким, что долгое время монеты не вызывали никакого сомнения в их подлинности. Лишь через много лет после кончины М. Сазонова установили, что его монеты фальшивые…  

 

Следует сказать, что производство вдавленных и выпуклых надписей требует не только «большого искусства», но и сложных технических приспособлений, мощного прессового оборудования, которого «дикие» фальшивомонетчики не имели.  

 

В министерстве внутренних дел был создан специальный отдел по борьбе с фальшивомонетничеством. В нем были два подотдела — по внутренним и международным делам. Первым подотделом руководил талантливый сыщик Б, С. Безсонов. Когда пришло известие, что где-то в глухой лесной чащобе Новгородской губернии в старообрядческом скиту наладили производство фальшивых серебряных монет, то Безсонов сам их решил разоблачить.  

 

Старообрядцы — народ суровый, молчаливый, проникнуть в их тесный круг постороннему практически невозможно. Сыщик изучил все старообрядческие обычаи, прочитал много книг, «опростился» и под видом странника с посохом и котомкой за плечами отправился из Нижнего Новгорода в Сергачский уезд, где, по слухам, располагался скит. После длительных поисков оголодавший, истощенный, обросший многодневной щетиной Безсонов пришел к старообрядцам. Поначалу странника приняли настороженно. Прошло немного времени, новичок смог завоевать у старообрядцев не только доверие, но и авторитет. Он смог доказать, что всей шайке фальшивомонетчиков лучше переехать в Петербург. Там, под его руководством, можно будет сбывать нелегальную продукцию. Вскоре лесные бородачи собрались в дорогу и под руководством Безсонова прибыли в столицу. Здесь их всех и арестовали…  

 

Вторым заграничным подотделом руководил не менее талантливый сыщик Ю. А. Юнге. В одиночку, без помощи Скотланд-Ярда, он умудрился раскрыть и обезвредить группу фальшивомонетчиков, действовавшую в Англии. В туманный Альбион Ю. А. Юнге отправился сам. После долгих поисков вышел на преступников. Мастерство не подвело Юнге: он настолько втерся в доверие мошенников, что… привез всю шайку в Петербург, где их арестовали.  

 

Обычно деньги они пересылали в посылках или засовывали их в огромные рулоны материи, или в сигары и найти их практически было невозможно. Откроют таможенники деревянную коробку с красивыми узорами, а там ароматные сигары. Сигары пересыпали в другой ящик и нюхали, и щупали… Все безрезультатно. Юнге на глазах у таможенников аккуратно отгибал первый табачный лист сигары и показывал удивленным таможенникам видневшийся кончик радужной бумаги. Фальшивые банкноты аккуратненько укладывали под последний лист, а потом возвращали этикетку на место.  

 

…3 марта 1869 года в Санкт-Петербурге на Миллионной улице задержали купца 1-й гильдии Станислава Янсена 57 лет и его сына Эмиля 30 лет. В небольшом деревянном ящичке с металлическим барельефом Наполеона, который нес Эмиль, находились 360 фальшивых кредитных билетов 50-рублевого достоинства.  

 

Поводом для задержания стало заявление санкт-петербургскому полицмейстеру от кабинет-курьера французского посольства Евгения-Людвига Обри. Тот рассказывал, что перед отъездом из Парижа в Петербург к нему обратился некий Риу. Просьба того была простой: передать его шурину купцу Янсену деревянный ящик, покрытый клеенкой, в котором, по словам Риу, лежали образцы модных вещей. Посылка показалась малоценного содержания, Обри небрежно бросил ее в мешок с дипломатической почтой.  

 

Прибыв в Санкт-Петербург, Обри достал ящик из мешка, оказалось, что его обшивка порвалась. Обри открыл ящик и исследовал содержимое. В нем в двух пакетах лежали 380 билетов 50-рублевого достоинства выпуска 1864–1865 годов.  

 

Обри известил полицмейстера об интересной посылке и что 3 марта за ней придут отец и сын Янсены. Те действительно пришли, заплатили 20 рублей. Эмиль дал Обри расписку в получении посылки. Когда отца и сына задержали, Эмиль сделал полицейским чиновникам заявление, что посылка адресована Янсенам, однако предназначена она третьему лицу. А вот кому именно, Эмиль отказался объяснить. По словам Эмиля, он ничего не знал о содержимом ящика. Во время обыска в квартире Янсенов обнаружили один 50-рублевый билет. Станислав Янсен объяснил появление данного билета тем, что жена Мелина получила его от неизвестного покупателя.  

 

Такие объяснение не убедили полицию.  

 

Уже длительное время в разных городах России отмечали появление поддельных 50-рублевых билетов. На момент ареста Янсенов таких билетов уже изъяли 647 штук на сумму 32 350 рублей. В день ареста купцов в далекой Варшаве у сына содержателя гостиницы Якуба Шенвица нашли поддельных 50-рублевых банкнот на общую сумму 100 000 рублей. Эксперты Экспедиции Заготовления государственных бумаг (Российского монетного двора) подтвердили, что эти билеты абсолютно идентичны, изъятым у Янсенов.  

 

Немного позже следователь Сумского окружного суда сообщил столичному полицмейстеру, что им обнаружено у инженера-путейца Августа Жуэ 92 фальшивых билета 10-рублевого достоинства. Тот расплачивался ими с рабочими. Еще у Жуэ извлекли из-под подкладки сюртука два письма от… Станислава Янсена. В одном из писем Станислав сообщал о «посылке». Следовательно, 10-рублевые фальшивки шли из Франции через Янсенов…  

 

Когда связались с парижской тайной полицией, ее начальник Клод подтвердил, что его агенты давно следили за Янсенами. Одновременно Клод сообщил, что, по имеющимся у него данным, Янсены имеют в Санкт-Петербурге сообщницу-модистку по фамилии Акар. В качестве передаточного ящика Риу использован впервые. До сего времени жулики прибегали к помощи английских дипкурьеров, Получив сообщение из Парижа, полицейские поспешили в роскошный магазин на Михайловской улице. Однако с 4 марта это торговое заведение было закрыто. Его владелица госпожа Жермен Акар побыстрее, за полцены продав магазин, собиралась с внушительным багажом в гавань, торопясь сесть на немецкий корабль. Допрос постоянных посетителей ее магазина показал, что Янсены избрали очень удобный способ распространения поддельных денег. Действительно, кто из великосветских дам, посещавших магазин, обратит внимание на сдачу, полученную из рук любезной, красивой француженки. Даже если и обнаружите, потом, что эти деньги фальшивые, кто из важных барынь снизойдет до того, чтобы пойти скандалить или обратиться с жалобой в полицию? Скорее всего, это мошенники обманули несчастную госпожу Акар. Та по душевной простоте не очень сильно разбиралась в русских денежных знаках. Если бывали случаи, когда Акар все же возвращали фальшивые кредитные билеты, Акар без слов меняла, приносила свои извинения и говорила, что это непрестанные козни… конкурентов.  

 

«Против каждого из русских людей, против всего нашего отечественного рынка, против нашего кредита и против целого общества ввозом фальшивых бумажек ведется война, — от преступления здесь страдает и отдельная личность, и целое общество», — писал известный юрист А. Ф. Кони.  

 

Старообрядцы, известные своей небывалой приверженностью к строгим нравственным правилам, часто оказывались фальшивомонетчиками. Их строгое следование суровым канонам своей веры было только видимостью.  

 

Весной 1912 года Кредитная канцелярия (подобие нынешнего Центрального банка) с тревогой сообщила полиции о том, что в обращении появились фальшивые сторублевки превосходного качества. Часто они появляются в Поволжье и Читинской области.  

 

Когда руководитель Московского уголовного розыска А. Ф. Кошко получил из Канцелярии образцы фальшивок, то был удивлен их совершенством. В сопроводительном письме его просили обратить внимание на разницу в рисунке «сетки» по сравнению с настоящей и на точку в конце текста, где говорилось о наказании за подделку банковских билетов. На настоящих банковских билетах точка отсутствовала.  

 

Взяв одну поддельную сторублевку, А. Ф. Кошко отправился в Московский купеческий банк и попросил кассира разменять банкноту. Кассир внимательно рассмотрел ее, спокойно положил в кассу и принялся отсчитывать разменные деньги. А. Ф. Кошко остановил кассира, сказав, что банкнота фальшивая. Кассир рассмеялся. Только после того как посетитель показал свое удостоверение и обратил внимание на злополучную точку, кассир схватился за голову.  

 

…Из разных концов России продолжали поступать тревожные сообщения о появлении фальшивых сторублевок. По всем сыскным отделениям А. Ф. Кошко разослал необходимые указания. Начальству всех тюрем было наказано сообщить, не находится ли в бегах кто-нибудь из преступников, отбывающих наказание за фальшивомонетничество.  

 

Из сыскных отделений утешительных вестей не поступило. Начальство Читинской каторжной тюрьмы порадовало. Из нее шесть месяцев тому назад бежали два заключенных, приговоренных к длительному сроку за подделки пяти и десятирублевых банкнотов. Фамилии фальшивомонетчиков: Левендаль и Сиив. Тщательные поиски беглецов оказались безрезультатными.  

 

Волна фальшивок нарастала. Полиция сбилась с ног. А. Ф. Кошко пришел в отчаяние. И вдруг неожиданно ему принесли донесение от начальника Читинского сыскного отделения, немного отличающееся от его предыдущих. В донесении предлагалось подойти к поимке фальшивомонетчиков с другой стороны.  

 

«Живут у нас в Чите три брата С. местные золотопромышленники, богатые староверы, пользующиеся всеобщим уважением, — указывается в донесении. — Живут они замкнуто, дел их точно никто не знает. Я, разумеется, никаких улик против них не имею, но считаю своим долгом рассказать о подмеченном мною странном явлении. Младший из братьев часто ездит в Париж и всякий раз после его возвращения поддельные кредитки вновь наполняют край. В Чите они не появляются, но распространяются усиленно по округу. Я, было, хотел произвести у братьев С. обыск, но боюсь испортить дело, решил дождаться вашего распоряжения».  

 

Естественно, что А. Ф. Кошко сразу же телеграфировал в Читу, чтобы обыск не проводили, поскольку туда немедленно выезжает опытный следователь Н. Н. Орлов.  

 

Три месяца бесполезной безрезультатной езды по золотоносным приискам края совсем обессилили И. Н. Орлова. На одном отдаленном прииске он встретил «чалдона» (промывателя золота вручную). Тот за бутылкой доверительно сообщил, что два сбежавших из тюрьмы каторжника, побывавших в этих краях сразу после побега, похвалялись, что они нашли богатого капиталиста, который согласен помочь в покупке оборудования для изготовления фальшивых денег. Чалдон имени этого щедрого мецената не назвал. След же беглых давно простыл. И все же это было уже кое-что… Когда Н. Н. Орлов сообщил, что один из братьев собирается в Париж, то А. Ф. Кошко сразу ответил, чтобы он сопровождал его до Москвы. В первопрестольной надзор за подозреваемым поведут другие.  

 

По просьбе А. Ф. Кошко в Париже к слежке за двумя россиянами присоединились два опытных полицейских агента. Поначалу слежка за С. ничего не принесла. Правда, полицейских удивило его неожиданное посещение оперы. Этого никак нельзя было ожидать от старовера.  

 

Потом С. посетил небольшую лавку, расположенную вдали от центра. Здесь продавались изготовленные в прилегающей к лавке мастерской чемоданы, несессеры и другие дорожные товары. Это насторожило сыщиков. Рядом с гостиницей «Нормандия», где остановился брат С., имелось множество превосходных магазинов, имеющих более обширный выбор подобных товаров. А его понесло на окраину города! Все это было необычайно странно. Внезапно С. ночью скрылся из гостиницы, оставив в номере все вещи. Правда, он предупредил администратора, что уезжает в Лион и возвратится через неделю. Французские, агенты в Лионе не обнаружили С. Оставалось лишь одно: круглосуточно дежурить у гостиницы «Нормандия». Русские представители пришли в глубокое расстройство.  

 

Но вот через неделю и на самом деле С. возвратился в гостиницу с каким-то свертком. В тот же день он отправился к лавочнику, но без свертка. Вскоре хозяин лавки вынес и помог С. разместить на экипаже чемодан солидных размеров. Оставив за С. наблюдать двух французских агентов, русские представители зашли в лавку. Лавочник откровенно признался, что С. уже четвертый раз в этом году приезжает за таким же чемоданом. У этого чемодана двойное дно. В гостинице агентам сообщили, что С. потребовал счет и заказал билеты на поезд.  

 

До границы с Россией подозреваемого С. не трогали. Лишь только он оказался в приграничном городе Александрове, его арестовали. При осмотре чемодана там обнаружили тайник, где лежали 300 000 фальшивых сторублевых банкнотов. Сумма по тому времени колоссальная.  

 

Господин С. все отрицал. Его отправили в варшавскую тюрьму (Польша тогда входила в состав Российской империи).  

 

А. Ф. Кошко немедленно послал телеграмму в Читу с просьбой провести обыск в квартире братьев С. Обыск, к великому сожалению, ничего не дал. Тогда А. Ф. Кошко принялся активно искать «монетный двор». Для этой цели в камеру, где находился С., подсадили своего человека. Два месяца просидел полицейский агент вместе с фальшивомонетчиком. «Подсадке» удалось установить с С. доверительные отношения, но ничего существенного в разговорах он не узнал.  

 

«Подсадку» решили выпустить, но сделать так, чтобы у С. не возникло даже малейшего сомнения, что рядом с ним сидел настоящий преступник. Все документы оформили как полагается и на руки выдали справку об освобождении. Здесь-то С. и решил воспользоваться случаем, что его сокамерник выходит на свободу. Он попросил вынести за пределы тюрьмы и отправить во Францию небольшое письмо.  

 

Освобождающийся сокамерник разыграл комедию, отказываясь взять письмо, поскольку снова боялся попасть за решетку.  

 

Потом все же милостиво дал согласие. И вот письмо на столе у А. Ф. Кошко. На письме адрес: Париж, 25 улица Муни, мадемуазель Гренье. В письме господин С. просил повидать Левендаля и передать ему, что в Ницце все уничтожено и что он сидит в тюрьме. Вот почему дальнейших расчетов не предвидится.  

 

Письмо снова запечатали в конверт и отправили по адресу. Одновременно в Париж послали чиновника К., который был там недавно и вместе с С. возвратился в Россию. Трое суток К. следил за мадемуазель Гренье, но ничего подозрительного не заметил. Только на четвертый день агент К. был вознагражден. Глубокой ночью мадемуазель Гренье вышла из своего дома, быстро перебежала улицу и скрылась в подъезде старого дома. Пробыв там минут пятнадцать, она вышла на улицу с рослым, неряшливо одетым мужчиной. Распрощавшись с ним, мадемуазель направилась к своему дому, а ее сопровождающий пошел в сторону центра города.  

 

Была светлая летняя ночь и К., смог рассмотреть лицо этого господина. Это был Левендаль. Следя за ним в отдалении, К. заметил дом, куда зашел Левендаль. Борясь с дремотой, сыщик остался ждать.  

 

Ждать пришлось недолго. Вскоре Левендаль вышел из дому вместе с человеком небольшого роста, в нем К. сразу узнал известного Сиива. Подозвав на помощь нескольких полицейских, чиновник К. без труда арестовал бывших каторжников. В полицейском участке те все рассказали начистоту. По их словам, С. помог им убежать, обеспечил одеждой, деньгами, а потом и перебраться во Францию. По частям господин С. перевез в Ниццу все необходимое оборудование, краски, бумагу. Дело начало раскручиваться на полный оборот.  

 

Вначале С. выплачивал деньги аккуратно, но потом начал задерживать платежи. Перед последним приездом С. написал, что едет во Францию в последний раз. Потом он уничтожит в Ницце «монетный двор» и щедро рассчитается с ними. Получив письмо, Левендаль спешно направился к Сииву с намерением скрыться.  

 

Трое фальшивомонетчиков были приговорены к долгосрочной каторге.  

 

Министерство Финансов С. Петербургский Монетный Двор  

 

В Проскуровский Уездный Суд  

 

На отношение Уездного Суда от 23 прошлого февраля имею честь уведомить, что препровожденные при оном для испытаний семь фальшивых 20 коп., по испытании на Монетном Дворе оказались фальшивыми, оловянной композиции, весом 4 зол. 12 доли, которые при сем возвращая, покорнейше прошу о получении оных уведомить.  

 

Исправляющий должность Начальника Полковник (Подпись)  

 

19 марта 1865 года  

 

22 декабря 1864 года  

 

Пристав 2-го Стана Проскуровского Уезда представил при донесении Тарнорудского Волостного Правления фальшивые монеты, а также мастеровых инструментов доставленных с евреями ШИМОНОМ ГОЙШЛИНДОМ и ИЦКОМ РАПОПОРТОМ при бытности их и с надлежащим понятием приступил к осмотру того и оказалось:  

 

1-е В особом бумажном свертке опечатанном печатью Волостного Правления а). Семь штук фальшивых двадцатикопеечников 1862 года выделаных из свинца. б). Четыре кольца Варшавского серебра покрытых серебром, и в). Маленький крест позначенный на кости римской цифрой VIII и  

 

2-е Маленький дереввянный сундучок найден опечатанным, а по отрывании печати в сундучке оказались разные мастерские обыкновенного вида инструменты, на которые составлена мною особая опись. При ближайшем рассмотрении сих инструментов можно предположить что они использовались для изготовления фальшивых монет.  

 

ПОСТАНОВИЛ: О сем за общим подписом составить акт и с приобщением к донесению Тарнорудского Врлостного Правления. Затем произвести допрос евреев РАПОПОРТА и ГОЙШЛИНДА и в дальнейшем производстве поступить по порядку.  

 

Становой Пристав (Подпись)  

 

Опись мастеровых инструментов находящихся в особом сундучке  

 

 

 

Наименование инструментов и род их употребления  

 

Штук  

 

Маленький деревянный сундучок старый, окованный, в немДва железных молотка для ковки металла и изделий  

 

Одна медная лампа сетовки изделий  

 

Один железный шпарок для рыхтовки изделий  

 

Два стальные палеройза для полировки изделий  

 

Одна медная летойза для летовки  

 

Одна железная файдыза с одним винтом  

 

Счипцы железные одни  

 

Пильников стальных шесть  

 

Щотка  

 

Скрепильников стальных  

 

Шкворень стальной  

 

Кусок свинца употребляемый при введении внутрь изделий  

 

При этом находились: ИЦКО РАПОПОРТ, а за него неграмотного поставил подпись ШИМОН ГОЙШЛИНДЕР  

 

22 декабря 1864 года  

 

Доставленные евреи ШИМОН ГОЙШЛИНДЕР и ИЦКО РАПОПОРТ в присутствии Пристава 2-го Стана Проскуровского Уезда на представленные вопросы сознали:  

 

1-й ШИМОН ФАЙБЫШЕВИЧ ГОЙШЛИНДЕР, лет мне от роду 36, грамотен по еврейски, имею жену и детей, по ревизии записан в члены мещан-евреев по местечку Сатанов Проскуровского Уезда, а жительство имею в местечке Городок Каменецкого Уезда где имею собственный дом. Занимаюсь выделкой дозволенных золотых и серебряных вещей. Звание мастера для дел сего рода имею согласно письменного дозводения Каменецкой Ремеслянной Управы, каковое имеется и находится у меня дома в Городке. В мастерской у меня занимается работами ученик еврей, житель местечка Городка ИЦКО АБРАМОВИЧ РАПОПОРТ. Под судом я никогда и ни за что не был.  

 

По приглашению ксенза Тарнорудского костела ПАШКЕВИЧА для чего он нарочно приезжал в прошлый понедельник 14-го числа сего декабря месяца, я вместе с учеником своим ИЦКО РАПОПОРТОМ выехал в местечко Тарноруту для починки и очистки костельной серебряной утвари, для чего взяты мной некоторые нужные струменты. По приезду в Тарноруту мы имели через все время бытия нашего вплоть до арестовния квартиру в доме МЕНДЕЛЯ САСА, а подчинкою и очисткою костельной утвари занимались в доме ксенза ПАШКЕВИЧА под личным его надзором.  

 

В воскресенье 20-го числа декабря за наступлением развета я с РАПОПОРТОМ приступил по обыкновению к работе в доме ксенза ПАШКЕВИЧА, а когда наступило время для богомоления пошли на свою квартиру в дом САСА. После молитвы я пошел снова работать, а РАПОПОРТА оставил еще молящегося. Затем я был арестован Тарнорудским Волостным Правлением в доме ПАШКЕВИЧА при работе, где был сделан при мне обыск по случаю обнаружения при РАПОПОРТЕ фальшивой монеты, но где и как досталась РАПОПОРТУ эта монета я решительно не сведущ. РАПОПОРТ подделкою монеты не занимался, и к тому не имел никаких приспособлений, равным образом я в этом преступном деле не принимал участия ни в делании, ни в знании о том. Что все справедливо сознал в том подписуюсь по еврейски. ШИМОН ФАЙБЫШЕВ ГОЙШЛИНДЕР.  

 

2-й ИЦКО АБРАМКОВИЧ РАПОПОРТ. Лет мне от роду 26, не грамотен, женат, по ревизии записан я в еврейском обществе по местечку Сниткову Летичевского Уезда, а жительствую постоянно в местечке Городок Каменецкого Уезда при отце жены моей еврее ГЕРШКЕ ХАЙМОВИЧЕ ТОВБДЕ и занимаюсь изучением мастерства золотых и серебрянных дел. Под судом и следствием никогда ни за что не был. Я вместе с мастером моим ШИМОНОМ ГОЙШЛИНДЕРОМ находился в местечке Тарноруда, где в оме ксенза ПАШКЕВИЧА мы занимались подчинкою и отчисткою костельной серебрянной утвари. В воскресенье 20 числа декабря с утра я с мастером пошел в дом ксенза ПАШКЕВИЧА к работе, а по наступлении времени для богомоления, мы пошли на квартиру свою.  

 

ГОЙШЛИНДЕР помолился прежде меня и отправился к работе, а я еще оканчивал молитвы. После чего вышел из квартиры сам один в намерении отправиться на работу. Проходя улицами местечка я случайно зашел на базарную площадь и увидел на земле маленький сверток бумаги, каковой подняв почувствовал что в нем завернуты деньгами монеты. Выдя эту мою находку два Тарнорудских еврея проходившие по торговой площади как то: МОЙШЕ ФАЙБИШ КЕЛЬМАНОВИЧ и АЙЗИК МОШКОВИЧ НУДЕЛЬ, пристали ко мне, домогаясь указания им находки, но я запрятал находку в карман отошел от тех евреев, после чего развернув бумажку нашел в ней семь штук двадцатикопеечников серебрянных, и ничего не подозревая, что они фальшивые, стал покупать у неизвестного мне мужика на базаре яблоки, за каковые заплатил ему одним двадцатикопеечником, но тот мужик пристально рассматривая его, объявил, что монета фальшива, и в то же время я был схвачен мужиками и доставлен в Волостное Правление, коего донесение, что я разбросал по местечку несколько десят штук такой же монеты несправедливо. Выделкою монеты ния, ни ГОЙШЛИНДЕР не занимаемся, и таковой для передачи в обращение ни от кого не принимали. Что же касается найденных при мне серебрянных колец и крестика, то кольца принадлежат собственно мне, а крестик дан мне еще до выезда в Тарноруду евреем местечка Городок БЕРКОМ ШЛИМОВИЧЕМ для очистки, но у кого он его взял я не знаю. Кольца и крестик взяты в Тарноруду, первые для продажи, если бы для того представился случай, а последний для очистки. Что все справедливо сознал в том подписуюсь. ИЦКО АБРАМКОВ РАПОПОРТ, а за него неграмотного по просьбе подписался ШИМОН ФАЙБЫШЕВИЧ ГОЙШЛИНДЕР.  

 

7 октября 1868 года  

 

По Указу Его Императорского Величества Проскуровскому Уездному Суду докладываю:  

 

Препровожденное в сей суд дело еврея ИЦКО АБРАМОВИЧА РАПОПОРТА, судимого 20 июля 1865 года по подозрению в выпуске в народное обращение 7-ми фальшивых 20-ти копеечных монет ОПРЕДЕЛЕНО: 1). Подсудимого ИЦКО АБРАМОВИЧА РАПОПОРТА ОСТАВИТЬ В СИЛЬНОМ ПОДОЗРЕНИИ. 20, Принять рашение о возврате кому следует вещей, хранящихся в Уездном Суде, за исключением крестика. 3). Предоставить Летичевскому Уездному Полицейскому Управлению распорядиться передать еврею ИЦКО РАПОПОРТУ что крестик не возвращается, а его необходимо передать по принадлежности, о чем выяснить у еврея БЕРКА ШЛИОМОВИЧА принадлежит ли ему этот крестик.  

 

ЗАКЛЮЧЕНО: взятые при обыске у мастера золотых и серебряных дел ГОЙШЛИНДЕРА разные инструменты в сундучке и у РАПОПОРТА 4-ре кольца и крестик, хранящиеся ныне в сем суде возвратить им по принадлежности. 3). О незаписанном в ревизских сказках в м. Сметков подсудимого РАПОПОРТА представить Летичевскому Полицейскому Управлению сделать о сем надлежащее удостоверение и в дальнейшем ходе дела поступить по порядку. За учиненным со стороны сего суда распоряжением к объявлению такового евреям. Принять к сведению, что до настоящего времени вышеуказанные евреи не явились в суд по вызову для выслушивания оглашения приговора Прскуровского Уездного Суда.  

 

(Подписи)  

 

В деле так и не выяснен вопрос каким образом в местечке Тарноруда могли появиться фальшивые 20ти копеечные монеты. Решением Подольского Уголовного суда от 3 июля 1865 года хранящиеся в Палате 7-мь шук 20-тикопеечников отослать в Департамент Горных дел для уничтожения.  

 

Приложение: По состоянию на 1870 год местечко Тарноруда расположено при впадении речки Тарнорудки в р. Збруч, на границе Галиции, в довольно топком, низменном месте и окружено небольшими горами; отстоит от ж. -д. ст. «Волочиск» в 15 верст. В местечке есть мельница, 10 еврейских лавок, почтовое отделение. Почва чернозёмная, по местам глинистая; по берегу реки Збруча встречается известковый камень. В состав Тарнорудского прихода входят дер. Каневка в 5 верст. от Тарноруды, с. Постоловка в 9 верст. и д. Зайончики в 5 верст. До первого раздела Польши в 1772 г. м. Тарноруда представляло из себя громадное село, а когда после раздела Польши лежащая на правой стороне Збруча часть отошла к Австрии, то Тарноруда значительно уменьшилась по своему пространству.  

 

С переходом же имения в руки помещика Мальчевского, она снова расширилась постройкою здесь многих торговых лавок и домов и переселением из других мест еврейских семейств. В настоящее время в местечке проживает около 50 еврейских семейств и сравнительно с прежними временами местечко сильно уменьшилось в объёме, вследствии страшных пожаров в 1847 и 1853 г. Каневка причислена к Тарноруде в 1817 г., а раньше была самостоятельным приходом. Жителей в м. Тарноруде 450 м. п. и 441 ж. п., в д. Каневке – 111 д. м. п. и 114 ж. п., в с. Постоловке – 121 м. п. и 148 ж. п., в д. Зайончики – 210 д. м. п. и 214 ж. п. ; все – малороссы-крестьяне. Прихожане занимаются исключительно земледелием и только некоторые сапожничеством и ткачеством.  

 

В XVI в. имение принадлежало к Сатанову; оно последовательно переходило к владельцам – Одровонжам, Косткам, Синявским, Чарторыйским и Любомирским, а недавно – Мальчевскому. По преданию, в м. Тарноруде существовала деревянная униатская церковь на правом берегу Збруча; так как она от наводнения была разрушена, то на месте её построен в 1784 г. теперешний храм, каменный, в честь Вознесения Господня. До 1884 г. он имел вид католического костёла и покрыт был гонтою, а в 1884 г. гонта была заменена жестью и устроен купол в православном вкусе; иконостас – старый, одноярусный. Храм сей построен на средства княгини Изабеллы Любомирской. Храм в с. Постоловка построен в 1740 г. во имя св. Евангелиста Иоанна Богослова, деревянный. До 1876 г. в Тарноруде была церковно-приходская школа, а с этого года существует министерское училище.  

 

В 1897 г. открыта школа грамоты для девочек и помещается в том же здании, где до открытия министерской помещалась церковно-приходская школа. В том же году открыты школы грамоты в с. Постоловке, а в 1889 г. в д. Каневке и д. Зайончиках. В д. Каневке построен для школы новый дом. В Тарноруде есть костёл в честь Божией Матери, устроенный в 1693 г. при Синявских, а в 1754 г. при князе Чарторыйском реставрированный. В костёле есть чудотворный образ Христа Спасителя, в честь которого бывают большие стечения богомольцев (отпусты) в некоторые праздники, как Вознесение, 10-ю по Пасхе пятницу и др. «Труды Подольского епархиального историко-статистичекого комитета. » Выпуск 9. / Под ред. Е. Сецинского. – Приходы и церкви Подольской епархии.  

 

Интересный факт из истории Первой мировой войны и отношении к евреям в то время. Причиной ареста и следствия в контрразведке могла быть и «бдительность» самих войск. Так, Гершко Фишбейн, 55 лет, был задержан в Тарноруде 25 июля 1914 года корнетом 12-го драгунского полка по подозрению в шпионаже. Уличающих доказательств следствие не обнаружило, и волынское ГЖУ обратилось к губернатору с просьбой выслать Фишбейна в одну из волжских губерний «ввиду не обнаружения фактических данных в занятии Фишбейна военным шпионством».  

 

| 13 | оценок нет 15:01 08.04.2021

Комментарии

Книги автора

Дело о бывших Проскуровском Уездном Судье, Городничем БИММОНЕ, Надворном Советнике БУТОВИЧЕ и других
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Его Превосходительство препровождая означенный полушубок предложить изволил Губернскому Правлению освидетельствовать оный и сличить его с утвержденным образцом и решить не следует ли подвергнуть ответ ... (открыть аннотацию)ственности как подрядчика так и изготовителя таких полушубков.
13:54 20.04.2021 | оценок нет

Дело о поданной на ужин в доме помещика ВИСЛОЦКОГО каше якобы с ядом
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Meti o veneno nas papas.( порт. ) Я положила яд в ее кашу.
17:06 19.04.2021 | оценок нет

О Дворянине ЯХИМОВСКОМ сужденном за произношение противу особы Государя Императора дерзких слов
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Его я просто полюбил:Он бодро, честно правит нами;Россию вдруг он оживил Войной, надеждами, трудами. О нет, хоть юность в нем кипит, Но не жесток в нем дух державный:Тому, кого карает явно,Он в тайне ... (открыть аннотацию)милости творит. А.С.Пушкин
15:54 18.04.2021 | оценок нет

Дело о бывших Проскуровском Уездном Судье, Городничем БИММОНЕ, Надворном Советнике БУТОВИЧЕ и других
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Из оных был избран один образец к которому был приложен ярлык и все вещи были переданы подрядчику для доставления согласно контракту в Проскуровскую Градскую Полицию, по доставлению которых подрядчико ... (открыть аннотацию)м в место назначения свидетельствуемы были в числе прочих вещей и полушубки. Членами Проскуровского Попечительного тюремного отделения и как из акта оного видно, таковые оказались построеными из хорошего материала согласно образцам.
07:10 17.04.2021 | оценок нет

Дело об открытых у Барского еврея ХАЙМА ЭНСБЕРГА разных патриотических вещей
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Настоящее предписание с актом захваченным Приставом 2-го Стана и поясненным патриотическим крестиком передано для произведения формального следствия Господину Судебному Следователю 2-го Участка Проску ... (открыть аннотацию)ровского Уезда, присовокупляя при том что еврей ЭНСБЕРГ у которого куплен этот крестик проживает в городе Бар.
11:53 16.04.2021 | оценок нет

По прошению вдовы генерал-майора АЛЕКСАНДРЫ АСЛАНОВИЧ на еврея ЗИКПЕРА
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Хотя Летичевское Полицейское Управление при своем рапорте возвращая Прошение вдовы Генерал-майора АЛЕКСАНДРЫ АСЛАНОВИЧ с жалобою о захвате земли евреем ЗИНГЕРОМ в м.Меджибож у нее части усадьбы и сам ... (открыть аннотацию)овольной постройке упомянутым евреем дома, донесло что при произведении удостоверения захвата ЗИНГЕРОМ у АСЛАНОВИЧ усадьбы
05:12 15.04.2021 | оценок нет

Дело о производимых запрещенных в карты игр в Меджибоже
Автор: Bibliofag
Рассказ / История
Аннотация отсутствует
07:20 14.04.2021 | 5 / 5 (голосов: 1)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.