Режим чтения

Память Мира

Роман / Фэнтези
Мир пытается вспомнить кем он был, пытается стать целостным Вспомнит ли он? А если воссоединится во временных разрывах, что станет с городами и материками ? Каким будет разрушение и сможет ли вайрам помешать разрушениям?
Теги: героическоефэтези магия новый мир вайрамы
незавершенное произведение

Оглавление

1 2 3 4 5 6 7 8

1

С перввым Томом можно ознакомиться здесь https://author. today/work/91995  

 

 

 

Полотна сна,  

Так зыбко и порою жёстко  

Водовороты разума, игра  

Все глубже, все опасней  

Твои шаги, твой мир, твоё...  

Полотна пазлов  

Сплетаясь глубже в буйство рек  

Кто нитеплёт? Их нити чьи?  

Полотна сна,  

Стирая грани, расплываясь  

Ты в них или они в тебе?  

 

 

 

 

 

 

 

Ранние солнечные лучи рассыпались сквозь тучи лёгким розоватым светом, лишь местами приобретая более выраженный окрас. Воздух в это весеннее время был на удивление влажным и терпким. Благодаря раннему теплу, пришедшему с побережья Лириона, цветение ароматных деревьев пропитало собой каждый уголок Дусхи. Столица спала, переливаясь цветами радуги, позволяя горожанам наслаждаться крохами утреннего сна.  

Восточная часть императорского дворца, в отличие от сонных улиц города, несла своё бремя, отдаваясь грубыми, и порой глухими ото сна, голосами солдат. Стража, вместо того чтобы проверять коридоры, заворожено наблюдала за застывшей фигурой молодого человека. Утренний ритуал наблюдения за фигурой вошёл у них в привычку. Вышколенные годами мужчины, затаив дыхание, следили за тем, чтобы замерший на краю изогнутой крыши человек не сорвался.  

Стоящий под ранним светом молодой человек внимательно вслушивался в перелив Грани Душ. Его светлые брови хмурились, упрямо сжатые губы и обострённые скулы, чётко выказывали тревогу. Она застыла в нём, хранясь ещё со времён борьбы с Тёмным, порой ему казалось, что она была его вторым «я». Ваарэт встряхнул головой, отчего все так же белые кудри стали красными в солнечных бликах. Мягко развернувшись, мужчина сделал шаг в сторону, вызывая вздох наблюдавших за ним солдат. Принц слегка дёрнул бровью, заставляя себя игнорировать их эмоции. Голос, он слышал его, порой обрывочно, порой слишком чётко. Он был другим. Иным. Резонанс, идущий от него, достигал самого сердца, вырывая его из себя. Ролан вздохнул, проводя ладонью по груди, этот голос не давал ему покоя. Но это не мог быть Мир. И не был. Кто или что достигает его души и сознания?  

Иррдар проследил взглядом за фигурой принца и поджал губы, зная, как раздражает его высочество эти ежедневные «гляделки», как он их называет.  

– Займитесь своим делом. Его высочество будет в полном порядке.  

Мужчины, смущённо отвели взгляды и принялись за работу. Высокая фигура ваарэта слегка развернулась в сторону своего телохранителя, и Иррдар успел заметить благодарный кивок. Ролан легко вскочил на изогнутый край крыши и широким лёгким прыжком сиганул на нижние ярусы. Восхищённый вздох достиг слуха Иррдара, заставив его усмехнуться.  

– Займитесь же обходом! – мужчина хмыкнул в усы, и воровато осмотревшись по сторонам, выглянул за край бортика, убеждаясь, что его подопечный в порядке. Принц проделывал этот трюк бесчисленное количество раз, но страх за него все равно застревал в горле. Иррдар облизал губы, думая о том, что одно лишь неверное движение и от друга останется лишь кровавое месиво. Фьёр бы его побрал! Ваарэт, успевший уловить его тревогу, слегка повернул голову в его сторону и повёл плечом, заставляя друга чертыхнуться и скрыться в коридорах замка.  

Ролан шёл быстрым жёстким шагом, чеканя вымощенные плиты улицы, пространство грани трепетало совсем рядом с ним, задевая его сознание. Ваарэт встряхнул белыми кудрями и мягко пересёк пространство, оказываясь на побережье Лириона. В отличие от Ар-Дилира, земли Арсссы встречали мягкий тёплый вечер. Молодой человек замер, впитывая в себя солёный воздух, проникавший ему под тонкую рубашку. Взгляд карих глаз пробежался по кудрявым волнам, ласкающим белый песок, и тёплая улыбка пролетела на губах. Место такое же тёплое, как и его учитель. Мысль о вайраме заставила ваарэта встряхнуть головой и пойти в сторону дома.  

– Ролан?  

Литиция отставила корзину с фруктами и с улыбкой обняла, враз смутившегося мужчину. Её тонкая ладонь ласково провела по его скулам, и все так же молодая девушка внимательно заглянула ваарэту в глаза.  

– Позвать его?  

Мужчина отстранился, сомнение промелькнуло на его лице, нервно взъерошив кудри, он все же неуверенно кивнул. Вздохнул, когда хрупкая фигура Литиции растворилась в тканях мира. Столько лет прошло, но он так и не смог постичь всю глубину того, что они делали. Таинство непостижимое ни сердцу, ни разуму. Нечто большее чем их многовековая память. Сможет ли кто-то постичь всё то, что делал вайрам и его жена? Горький привкус заставил его обернуться, ноги слегка пошатнулись от резкой смены цветов. Сильная ладонь поддержала его и все также крепко чуть сместила их дальше.  

– Дыши. Ты всё ещё закрываешься, раз грани так влияют на тебя, мальчик.  

– Я не мальчик – ваарэт встретился с полными смеха черными глазами и покраснел. – Вы правы, сир. Мне всё ещё сложно. Здесь слишком  

– Серо? – Ааррон усмехнулся и мягко коснулся полотна, заставляя его оживать. Вайрам внимательно взглянул на молча шагающего племянника и вздохнул. Знал, что торопить его нельзя, мальчик и так всё слишком тонко чувствовал, ещё и сила ваарэт давала о себе знать. Потянулся к сыну и лишь покачал головой, когда увидел, как Эрмир крадётся из Чёрной крепости. И это на рассвете.  

– Сколько должно пройти времени чтобы всё восстановилось?  

– У меня нет ответа. – Ри осторожно потянул грань, смещая её так, чтобы они видели улицы одного из городов Ар-Дилира – возможно пройдут века, возможно тысячелетия, а возможно мы не исцелимся никогда. Разум, Ролан, весьма тонкая грань. Кто знает по какой причине ребёнок пересекает черту. Что-то подтолкнуло его к этому? Или же он изначально родился с таким мышлением?  

– Но души, разве они не взаимосвязаны, разве душа не влияет на разум?  

Ааррон пожал плечом, отчего-то резко ощущая резь в теле. Успел увидеть, как сбился с шага ваарэт и расстегнул ворот рубашки, позволяя себе дышать свободней.  

– Порой, Рол, мы сами не знаем, что тьма, а что свет. Сколько раз были свершены поступки во благо, губящие душу. И сколько раз, потерявший свою душу человек, возвращал свет. Мы слишком противоречивы. Слишком чтобы ответ был прост. Но тебя гложет нечто другое, не так ли?  

Молодой человек резко обернулся и широко улыбнулся, враз освещая полотно вокруг себя. Вайрам задумчиво наблюдал за переливом нитей, свет, казалось, был в каждой частице мембраны вокруг.  

– Я соскучился. Вот главная причина, Арри.  

Мужчина склонил голову на бок, взгляд чёрных глаз внимательно осмотрел высокую фигуру ваарэта, и тёплая улыбка осветила лицо вайрама, заставив племянника смутиться.  

– Ты знаешь, как меня позвать, Рол. Грани тебя всё ещё беспокоят?  

– Порой. Но не так как раньше. – Ролан отвёл взгляд от молодого лица мужчины, отчего он приподнял вопросительно брови – Вы изменились, вернее, то тепло что было в вас, оно стало ярче. И вы, вы так молоды, так словно  

– Но это не так, мальчик. Это лишь сила Истока. – Ри мягко прикоснулся к груди ваарэта – можно иметь много веков за плечами и быть дитём, а можно прожит совсем пару десятков и быть стариком. То, что видела наша душа – вот что указывает на наш возраст, мальчик.  

– За гранями старение также замедлилось. Это все магия Истока?  

– Хаарт, считает, что ткани возвращают эластичность, ранее жизнь была дольше. Так происходит поскольку  

– Души стали очищаться от тёмных помыслов.  

Ааррон улыбнулся и сжал плечо ваарэта:  

– Ты учишься видеть, мальчик. Тебе пора, Рол. – Ри прислушался к сыну – И верни Эрмира на занятия, будь добр.  

– Он страдает.  

– Он знает где я, Рол.  

Ваарэт покачал головой, не соглашаясь с вайрамом.  

– Нам всем сложно осознать, где вы и как вы, Арри. – Рол улыбнулся чуть смущённо – ему же ещё сложнее.  

– Извини, Ролан, порой я забываю, как это чувствовать.  

– Не лгите. – Ваарэт искоса взглянул на вайрама, – не все могут видеть так глубоко как вы.  

– Ты прав. – Арри мягко улыбнулся и подтолкнул племянника к грани – Тебе пора.  

 

Образы донимали его, пропитывая ткани вокруг него. Они были в каждом его движении, мысли, дыхании. Полотна сна дрожали от них, заставляя его чувствовать сумбур. Первое время, как они начали появляться в его сознании, считал, что это лишь усиленное восприятие эмпатии людей. Он так долго спал, так долго, что потерял себя. И эти образы сбивали его, заставляя порою теряться в их веренице. Временами, он ловил себя на том, что ощущает тот или иной привкус. Запахи витали вокруг него, так сильно уводя за собой, что он забывался, идя на их поводу. Запахи будоражили его даже сильнее нежели образы. Его вайрам с усмешкой наблюдал за ним, но молчал. Все чаще ему казалось, что тёмные очи хранили в себе всю глубину знаний того, что происходило с ним. И это вызывало у него злость. Мужчина споткнулся и замер. Злость. Откуда у него столь сильные эмоции? Отчего вайрам знает больше нежели он сам. Он, который жил тысячелетиями, он, который не помнит с чего всё началось, настолько длина его жизнь. А жил ли он, или же существовал всё это время?  

Хаарт, нахмурившись, шёл по Грани Душ, рассматривая преображения вокруг. Жизнь, она ощущалась здесь, даже больше, нежели в Грани Реальности. Он чувствовал каждую частицу грани, был ею, дышал ней. Тепло проникало в него, заставляя чувствовать безопасность. Он нахмурил светлые брови. Безопасность. Вот, что так давно ело его, мешало ему. Уже прошло более пятнадцати лет с того момента, как вайрам пробудил его и помог уничтожить хаос. Но, лишь спустя два года после того, как вайрам пришёл сюда, в его нити, его грани – он ощутил всю глубину этого понятия. Ему было спокойно. Тепло, которое всё чаще грело его изнутри, тем самым распределяясь по всем стенками, настолько согревали его, что казалось он жив. Также жив, как люди в его гранях. Возможно ли это, если он всего лишь энергия, симбиоз разума и молекулярного потока. Можно ли назвать силу, что пронизывала мир в каждой его частице магией? Магия ли то, что он был всем и всё было ним? Закон вселенной вокруг. Мужчина нахмурился ещё больше. Что-то касалось его, покалывало, вызывая зуд, причиняло порой боль. Не мог дать название этому чувству. Да и было ли это чувство? Что он вообще может сказать об этом понятии? Грань дрогнула, сменяясь на широкие зелёные луга Дартона. Пару мгновений Хаарт рассматривал умиротворение вокруг, затем, осознав, что он вышел из своих нитей, замер. Пальцы, подрагивая, коснулись мягких светлых волос. Каким образом, он, не имея цели выйти в реальность, оказался здесь?  

 

Со шёл по молодой роще, осторожно касаясь шероховатых стволов высоких хвой. Они тянулись в синеву небес, расчерчивая лес на насыщено зелёные тона. Сильный тягучий запах пропитывал каждый миллиметр вокруг, проникая даже в полный хвои чернозём. Мягкий хруст веток под сапогами заставил ардира улыбнуться, все ещё не мог привыкнуть к жизни в этой части Арсссы. Всего несколько лет назад здесь все ещё были Мёртвые земли. Мужчина обернулся на шорох листвы и кивнул подходящей к нему Мааларийской кошке. Фрея фыркнула, улавливая его настроение и пошла с ним нога в ногу, позволяя пальцам мужчины ласкать ее спину. Со усмехнулся, когда перед его взором пролетело озеро Сив, его прохлада, ласкающая его ноги, тревога и боль мембран.  

«Так словно это было в прошлой жизни, не так ли, Фрея? »  

Кошка потёрлась о его бедро, приваливая его весом к стволу сосны. Мужчина усмехнулся, и мягко оттолкнул ее, используя силу. Осторожно, стараясь не нарушить царивший покой мембран вокруг, ардир мягко пустил свою силу, проникая в них. Мягкое, невесомое тепло коснулось его, осторожно приникая в него, изучая. Мужчина шумно выдохнул, несмотря на то что мембраны уже не первый раз общались с ним таким способом, и все же — это было чудом, не до конца понятным для них всех. Лёгкий укол возмущения заставил его улыбнуться и открыть свои мысли, показывая каким было это место ранее. Фрея тихо рыкнула, когда ардир схватился за ствол, стараясь дышать ровно, пот выступил на висках, выдавая силу, с которой он удерживал поток. Боль от картин прошлого прошла сквозь него. Страх, сочувствие. Мембраны подрагивали, издавая тихий гул, он отдавался на мили вокруг, задевая Фрею. Что-то мягко вытолкнуло его, посылая светлый укор и в тот же час благодарность. Со вытер вспотевшее лицо и прислонился к прохладе дерева, чувствуя, как постепенно успокаивается сердце. Мужчина улыбнулся, когда почувствовал благодарность мира, легко проникшую в его душу.  

– И тебе.  

Хаарт улыбнулся, возвращая грани на место. Он также, как и люди не мог привыкнуть к их благодарности, чувствам, чистоте души. Они так глубоки, словно глубины вселенной. Они даже не подозревают насколько глубоки их возможности души, разума, сердца. Возможно ли что этому виной краткий срок их жизни? Мир оборвал себя, заметив, как подрагивают мембраны от его чувств. Заставил себя уйти глубже в грани, позволяя ардиру изучать как себя, так и всю глубину изменений вокруг.  

Со приласкал кошку и вышел на открытый кряж, скрываясь под дымкой с раскинувшихся озёр, пересекая гладь воды возвышалась столица. Она пестрела летними красками, пробивающиеся сквозь дымку. Мужчина улыбнулся, даже находясь за несколько лиг от города, он ощущал его буйство, тепло и пульсацию жизни, цветение плодов пиори, их приторный запах и вкус. Фрея дёрнула кисточками ушей, электризуя воздух вокруг и заставляя мужчину подскочить от разряда. Кошка фыркнула, и поднявшись, растворилась в чаще. Со приподнял брови, когда картинка коснулась его сознания.  

«Иррис стояла по колено в воде, рассержено наблюдая за тем, как мальчишка пытается вытянуть из глубин незатейливый браслет из ракушек. Девочка сердилась, то и дело пиная друга силой. Мальчик обернулся, довольно улыбаясь»  

Со встревоженно вздохнул, снова сын Ааррона сбегает. Что делает он здесь, в то время как должен спать? Безусловно мальчик и его внучка были слишком привязаны к друг другу, но отчего-то его сердце подсказывало ему, что здесь нечто другое. Мальчик тяжело переносил потерю отца. Слишком тяжело.  

 

Вершины гор гордо хранили время замерев под пурпурными снегами, позволяя ветрам лишь иногда вздымать с себя крохи, окрашивая воздух в прозрачно алый цвет. Они стояли здесь много веков, тихо наблюдая за стоически выдерживающей жёсткую погоду цитаделью. Несмотря на суровые зимы, поселившиеся здесь Суол сочетала в себе воздушную архитектуру, сочетающуюся с высокими стоическими крепостными мурами. Изумрудного цвета, состоящие из плетений сил и глубинных камней широкие стены тянулись столь высоко вверх, что исчезали лёгкой коварной дымкой вокруг пиков городских домов. Цитадель растягивалась вдоль горного кряжа, разбавляя пурпурные тона снегов, пастельными красками витиеватых высоких домов. Они тянулись к небу, отрываясь от земли и замирая на воздушной подушке, так же, как и кудрявые деревья, вторя наклонам домов, выстроенных архитекторами с помощью сил воздуха и земли много жизней назад.  

Цитадель также, как и большинство городов Аззурра зависала между небом и землёй, закручиваясь ввысь, все больше отдаляясь от нижних ярусов земли. Расчерченный на ярусы мир имел два центра тяжести, отчего дома, так же, как и растительность меняли своё направление, беря за опору небо несколько раз на год. Возможно такое удивительное явление и стало отчётной точкой того, что по всему Аззурру не было разделения общества на слои. Равенство – вот что правило этим миром. Миром, в котором царила наука, смешанная с верой и магией. Три разных направления сплелись в единую плотную цепь, связывающую разные народности. Некоторые старцы называли замершие вне времени понятия и устои утопией. Возможно, много жизней назад, Аззурр действительно был миром, в котором не было места распрям, выгоды, жажды власти, но вот уже не одно тысячелетие мышление и души аззуррцев сдвинулись, что-то тёмное проникло в них и теперь спало, оставляя после себя зёрна, отравляющего хаоса. Откуда он проникал? Где было его яство? Вопросы, к которым умы и сердца аззурцев ещё даже не пришли.  

Так же, как и сам Аззурр не улавливал глубины будущих изменений. Существовавший миллионы лет мир не уставал проживать жизнь своих детей, искренне полагая, что только так он сможет понимать их сердца и души и тем самым сможет учить их, указывая на верный путь. Он позволял себе выходить из своих мембран, материализуя энергию и быть таким же живым как аззуррцы, так же чувствовать боль, так же ощущать радость, любовь, порой гнев и разочарование. Вот то, что делает их всех живыми, правдивыми, настоящими.  

Вот и сейчас молодой мужчина, кутался в меха, хмуро наблюдая за летящим снегом. Отчего-то он терял свои краски, местами ложась белым, ослепительным цветом. Мужчина осторожно коснулся холодных кристаллов и прислушался к себе. Он должен ощущать это изменение, но не находил источника в себе. Стоит ли ему волноваться или это лишь мимолётное изменение погоды?  

 

– Снова не спишь? – Высокая фигура мужчины вышла из грани и бегло осмотрела кабинет. Брови нахмурились и взгляд черных глаз замер на застывшей спине императора. – Может, хватит уже?  

– Твой сын знает, что ты жив?  

Ааррон вздохнул и подошёл к брату.  

–Ему приходиться приложить усилия, чтобы понять, что я делаю. Видимо, тебе тоже?  

Мужчина обернулся и хмуро смерил Вайрама тяжёлым взглядом.  

–Видимо.  

Ааррон светло улыбнулся и толкнул императора в плечо.  

– Ты всегда у нас был тугодум. И все же, Нардо, что гложет тебя? – вайрам слегка скривился, -помимо старой вины?  

–Ты ушёл, потому что не смог….  

–Я нужен ему. Он пытается вспомнить, Нардо. Скажи мне, сны что долго мучают Эрмира, они затрагивают Ролана?  

Ри улыбнулся, увидев сердитое выражение в карих глазах императора. Года проходили, а в Нардо все также оставались три неизменных вещи: огненная шевелюра, упорство и вспыльчивость.  

– Почему ты всегда все знаешь?  

– Я вайрам, Нерри, сколько времени тебе нужно, чтобы понять глубину этого слова? Эти сны, они мне непонятны. Ни я ни Хаарт не можем понять суть их природы.  

– Думаешь новая угроза?  

Ааррон почесал щеку и покачал головой.  

– Пока что я не знаю, что думать. Кошмары, Нардо, прекращай. Прости себя.  

Император нахмурился, но смолчал, взгляд карих глаз прошёлся на переливистые от ночного освещения крыши Дусхи. Тоска коснулась его сердца, заставив тяжело вздохнуть. Столица расцвела, приобретая своё истинное лицо. Белый камень впитывал в себя эмоции людей, становясь порою всех цветов радуги.  

– Я больше не могу управлять, Арри. С каждым днём мне становится тяжелее. – Нардо устало взглянул в лишённые эмоций глаза брата – Не думай, я не о чем тебя не прошу.  

– Тебя заставили принять власть, не спрашивая можешь ли ты ее взять. -Ааррон мягко взглянул на все ещё мрачное лицо брата – Ты всегда был раним, Нерри.  

– Я? Раним? – мужчина сжал губы и отвернулся. Боль так чётко отразилась на его уставшем лице, что вайрам, не удержавшись, подошёл и крепко сжал его плечо.  

– Полно, Нардо. Я знаю тебя лучше, чем ты себя. Ты столько раз ломал себя, так зачем делать это ещё и сейчас?  

– Как ты можешь, даже после стольких лет все равно любить меня как брата?  

Ааррон закатил глаза, чувствуя раздражение.  

– Ты и есть Мой брат. Упёртый и вспыльчивый, но мой. Пройдёмся?  

Грань Разума подрагивала от импульсов, переполнявших ее, она напитывалась чувствами, набирая силу для своих полотен. Ааррон слегка изменил ее полотно, превращая пространство вокруг на вязкость зелёных красок леса. Скосил взгляд на шагающего рядом брата, видел, как подрагивает его линия сердца от гаммы эмоций, давивших на него. С ним всегда было сложно. Нардо, споткнувшись, внимательно рассматривал изогнутые листья ильвицы. Этих деревьев не было несколько тысячелетий, а значит…  

– Это одна из граней?  

Ааррон, не оборачиваясь, кивнул, продолжая идти вглубь чащи. Чувствовал, как дрожит мир вокруг, как он пытается понять сумбур, мучавший его. Нардо, догнав высокую фигуру, заставил Вайрама остановиться.  

– Почему именно сюда?  

– Я хочу показать тебе нечто. – Ааррон серьёзно взглянул в карие очи брата, отчего он перевоплотился, становясь тем, кем был всегда – Мне кажется это воспоминания. Но чьи они, я так и не понял. В них есть что-то неправильное для нашего восприятия.  

Нардо отшатнулся от подрагивающего полотна вокруг, ткань рябила, сменяясь разного рода картинами. Высокий вертикальный город, тянулся вязью подвешенных домов так, словно небо было для них опорой, а земля противовесом. Высокие переливистые деревья в некоторых местах сплетались между собой. Они дрожали, словно каждый порыв ветра был чьим-то тяжёлым вдохом.  

– Ссаррна... Что это?  

– Не знаю. Это же видят в кошмарах наши с тобой дети.  

– Ты говорил это воспоминания. Но...  

–Договаривай, Нардо.  

– Но это похоже на чью-то агонию.  

Ааррон мрачно взглянул на брата, затем осторожно коснулся полотна, сила прошла сквозь его кисть, сбивая на колени. Это было эхо, долгое эхо. Но чьё?  

–Арри?  

– Ты прав, Нерри, это чья-то боль. Была чей-то болью. – Вайрам поднялся, и вытер пот с виска – если это память, может она принадлежать нашему миру? Если да. Кто он и кем был изначально?  

 

Кудрявые деревья илиори раскинулись небольшими островками разбавляя медового цвета улицы крепости Росса-О-Лирр. Она раскинулась на многие лиги спускаясь с пологих хребтов гор и перетекая в широкие луга, разбавленные озёрами. Росса-О-Лирр переливалась от текучего наречия Серебряного народа, впитывала в себя красочность цвета языков кланов и народов старого мира. Крепость окрашивала собой некогда мёртвый от холода край, она отдавала жизнь этой земле, сплетаясь трудом и сердцами людей, живущих в этом крае. Некогда застывшие в вечном холоде Абоссинские хребты гудели от заполнивших их густых хвойных деревьев, покрывались кудрявыми спелыми ягодами, так радуя глаз не только вечно сбегавших детей, но и людей, поднимавших этот край вместе с Тхаали.  

Тонкая словно тростник девушка, сердито поправляла выбившиеся из тугих кос непокорные кудри. Ветерок, словно забавляясь её реакцией выдёргивал пряди, забрасывая их на красивые шоколадные глаза.  

–Ну хватит!  

Ия потянула нить силы, ограждаясь от порывов ветра и лишь сердито дёрнула плечом, почувствовав недовольство воздушных сил. Закусив губу, она схватила тонкий карандаш и придержав широкий лист ладошкой, сосредоточено наносила широкие штрихи, преобразовывая белое полотно в проекцию небольших воздушных мостиков над рядом озёр. Несколько лет подряд она вынашивала идею создать небольшой ряд округлых домиков, позволяющих всем желающим приезжать сюда для восстановления. Озёра, благодаря силе вайрама и искреннему желанию её народа, помогали всем, кто заслуживал на помощь. Эти воды был чисты, кристально чисты во всех их гранях. Девушка почувствовала, как сила мембраны коснулась её сознания, пытаясь понять её помысли. Лёгкая улыбка пробежала по её губам, и она, зажмурившись ярко представила то, что так давно хотела воплотить. Трепет отозвался в ней, мир принимал её замысел, принимая его чистоту. Девушка фыркнула, пора бы ему уже и привыкнуть к ее шалостям. Почувствовала смешок и лишь качнула головой, закрываясь ментально. Тонкие пальцы уверенно расчерчивали листы в необычные для их времени витиеватые домики, они словно тянулись своими тонкими макушками к небу. Так словно хотели оторваться от земли.  

Мембраны болезненно дрогнули на возникающие чертежи, но боль не коснулась девушки.  

– Снова рисуешь? – Абриль с улыбкой подошёл и сел рядом в кудрявые листья хмеля. Года не тронули ни его душу, ни его тело, сохраняя его ум, сердце, тело и магию вне времени. Ещё одна загадка проявлявшаяся всё чаще и чаще.  

– Разве ты не должен быть сейчас в Дусхе? Слышала его высочество просил тебя приехать. Говорят даже: «Требовал»  

Маг прищурился от солнечных лучей и лишь покачал головой на скрытое возмущение в её словах.  

– Его высочество совсем не таков как ты думаешь, Ия. Ты всё ещё переносишь вину с императора на сына. Но и  

– На императора я не имею никакого права злиться. – Девушка подпёрла подбородок ладошкой и поджала губы, – Ааррон также говорил. Но я не могу. Просто, возможно, я не умею прощать?  

– Разве тебе есть за что прощать его величество Наррледа?  

– А тебе?  

Абриль усмехнулся и протянул ей карандаш:  

– Туше, девочка.  

– Не называй меня так! Разве я всё ещё похожа на девочку? – Ия цокнула языком и рассмеялась, когда маг смутился и покраснел. – Так почему ты не в столице?  

– Выеду через пару тройку дней. – маг слегка нахмурился, ¬что-то тревожило принца, и зная его, он бы не срывал с места, если бы не мог справиться сам.  

– Абриль? – Ия встревоженно заглянула в глаза мужчины – тебе угрожает опасность?  

– Что за глупые мысли, Ия. Ни мне, никому-бы то ни было.  

– Говорят, что его высочество весьма странен в поведении и решениях. Его не очень любят люди.  

Маг промолчал, резко поднимаясь, не желал обсуждать принца. Хватило того, к чему привели сомнения в Аарроне. Он не допустит такого же. Ия, перехватила ладонь мага и смущённо закусила губу, чувствуя вину.  

– Извини, Абриль. Мне стоит научиться сдерживать свой язык.  

Маг внимательно взглянул ей в глаза и грустно улыбнулся, чувствуя, что Ааррон был прав, когда говорил о том, что должно пройти не одно поколение, прежде чем изменится мышление людей.  

– Мысли, девочка, вот над чем стоит задумываться.  

Ия растерянно посмотрела в след уходящему мужчине, смутное чувство тревоги застыло иглами в душе.  

 

Аррдор замер среди времени, переливаясь под застывшими лучами солнца. Время не коснулось его величественности, также, как и не коснулось застывших посреди жизни улиц. Казалось, он всё ещё был жив, воздух все так же был пропитан ароматом цветения садов, все ещё слышалось эхо колокольчика на улицах, порою было слышно детский смех, замерший здесь. Лишь тишина, царившая много времён среди его выточенных домов, давала знать о неестественности происходящего.  

Раскинувшиеся вымощенные золотого цвета плиткой улицы, закручивались вверх к небу, заставляя высокие пики лазурных домов, менять своё направление и чуть скашиваться, закручиваясь так же, как и тёплые улицы. Высокие, тянущиеся к удивительно фиолетовому небу дома, пронзали его сребристыми шпилями, словно пронзали вечность. Зелёные сады, укрывали широкие стены городских домов, словно ласковая подушка высаженная много веков назад от суеты, некогда существующей здесь.  

Лёгкий ветер делал молчаливые попытки приласкать кудрявые кроны ярко-бурых деревьев, но все на что ему хватало сил – это лишь поднимать упавшие листочки с бруковки улиц. Город замер. Он не был мёртвым, как могло показаться на первый взгляд, он стоял застывшей душой не в силах сбросить с себя оцепенение, парализовавшее его. В этом тягучем молчании, он нёс крик, разрывающий сердце намного больше, нежели броские слова.  

Сила бьющейся души, создавала вибрации, уходившие далеко за пределы его существования, она несла в себе всё отчаяние и беспомощность, поглотившее душу Аррдора.  

Время, оно взяло его в свой тягучий плен, заставляя делать тяжёлые вдохи. Некогда живой, тёплый от красок языков город, потерял часть своей памяти, нещадно растерзанной временным потоком.  

Он существовал вне времени и в тот же миг его больше не было.  

Эрмир сел на постели, чувствуя, как сильно бьётся сердце, провёл ладошкой по лицу, отбрасывая непокорные локоны и понял, что он вспотел. Мальчик слез с кровати и распахнул настежь окна, впуская прохладу ночи. Он всё ещё чувствовал молчаливый гнёт среди этих высоких красивых улиц. Чувствовал отчаяние, страх, беспомощность. Он видел этот сон уже не первый раз, он приходил к нему, врываясь в его сознание, меняя его сны, навязывая себя. Это был зов? Но разве Хаарт всё ещё звал вайрамов? Да и папа был там, в его нитях, так отчего чего же он чувствовал смутную тревогу? Мальчик поёжился и потянулся к маме, почувствовал её тревогу, когда коснулся ее. Эрмир вздохнул, когда дверь приоткрылась и Литиция внесла лавандовые свечи. Такие же зелёные как у сына глаза горели тревогой. Ваарэта подошла и взъерошила его взмокшие волосы. Мальчик, зажмурившись, прижался щекой к ней.  

– Что случилось, милый?  

– Плохой сон, – вайрам заглянул ей в глаза и улыбнулся – ты, ты видела папу?  

Лия вздохнула, ласково целуя черные как у мужа кудри сына, видела, как сложно ему было, им обоим. Но также она знала, какие терзания испытывал Хаарт, вспоминая себя, и эти терзания сказывались на них всех. Видела порой эти вопросы в глазах её народа.  

– Он всегда рядом, Эрмир. Даже сейчас. Ты же знаешь.  

Мальчик промолчал, отводя взгляд и чувствуя, как слезы все ещё дрожат в нём. Он знал, правда знал, но его не было и… Он шумно выдохнул, когда грань сместилась, расчерчивая пространство вокруг в затейливые ночные блики теней. Высокая фигура мужчины обернулась, и он склонил голову на бок, рассматривая лицо сына. Чувствовал, как дрожало полотно его сна, но вмешиваться не имел права. Знал, как это может навредить ему. Ааррон сделал широкий шаг и прижал сына к себе, ласково взъерошивая его волосы. Мальчик прижался к нему с такой силой, что Ри почувствовал боль за то, как малышу его не хватает.  

– Можно мне остаться?  

– На эту ночь – да. – Ааррон приласкал щеку сына и лукаво улыбнулся – а вот если я увижу, что снова сбегаешь с занятий, я приду и прикажу дать тебе розги.  

Эрмир засопел и вдруг улыбнулся.  

– Значит ты правда всегда меня видишь?  

Ааррон усмехнулся и покачал головой, не желая лгать.  

–Нет, я бы правда хотел, Эрмир, но есть слишком много нитей, за которыми нужно смотреть. – Мужчина внимательно взглянул на сына, не желая ранить его. – Это не значит, что я не люблю тебя.  

– Я понимаю, пап. Правда.  

Мужчина улыбнулся и пощекотал сына под подбородком. Здесь и сейчас он был самим собой, тем кто мог вольно чувствовать и не просчитывать каждый свой шаг. Пусть все года после окончания борьбы с Тёмным, он был исцелён, но все же не мог до конца чувствовать себя свободно. Эрмир, видя задумчивость отца, ласково погладил его по запястью, заставив вздрогнуть. Сам того не зная, сын коснулся выжженных цифр на запястье. Арри заставил себя отогнать воспоминание и взял сына за плечо, меняя полотна и сокращая пространство.  

– Я покажу тебе своё любимое место. Я сбегал сюда довольно часто, даже когда вырос.  

 

Цитадель Ор-Ло-Са гудела от множества магов, прибывавших из разных частей света. Различные кланы, государства и даже кочевники присылали своих людей в помощь вурду цитадели. Разрушенная ещё до времён борьбы с Тёмным цитадель все ещё находилась на стадии восстановления. Строительство самой крепости было закончено больше пяти лет назад, но виору и вурдам не хватало ни рук, ни сил, чтобы справиться с пением стен цитадели и звучанием Грани Душ на её территории. После падения и отравления душ хаосом, эти стены делали боязливые неуверенные шаги вперёд, всматриваясь в любое отклонение, любое изменение кажущееся сарпхам и ваарэтам подозрительным. Каждое дитё, что рождалось, каждый путник, пересекавший ворота Ор-Ло-Са тщательно проверялся. Ваарэты, потерявшие почти всех своих людей в неравной борьбе с темнотой в сердцах и душах, теперь боялись любого неверного слова или мельком брошенной мысли. Страх частично заполонил цитадель, заставляя виора Соуулхи тщательно удерживать бразды правления крепости и людей в ней в своих руках.  

Несмотря на восстановление тканей мира, на то, что земли и Грань Душ начинали жить, подпитывать всё вокруг, все же следы падения всё ещё были слишком видны. Ли старался равномерно распределять силы ваарэт по цитаделям, и всё же их было слишком мало. Они ожидали всплеск проявления сил ваарэт после того, как борьба с Тёмным была закончена, но Тёмный был лишь вершиной свершений.  

Виор ласково погладил шероховатый переливистый от солнца камень и вздохнул, ещё раз вспоминая полный горечи взгляд вайрама на его слова. Хаос был повержен, и все же не до конца. Он жив в них, в мыслях, проявлялся в жестоких поступках, в осуждающих взглядах, в насмешливых улыбках. Не стоит ожидать, что чистота души проявится сразу лишь потому, что был повержен тёмный маг и пробуждён мир. Им всем стоит пройти не один круг прежде, чем они смогут по-настоящему стать чистыми. Ли взглянул на разгружающих грузовых лошадей мужчин и потёр переносицу. Смогут ли? Тягучий язык отвлёк его от дум, и мужчина взглянул на говоривших, присмотревшись Ли широко улыбнулся, не узнать бывшего áрдира Арсссы было бы просто невозможно. Поправив полы длинного пиджака, виор быстро спрыгнул на лестницу, изворачиваясь от снующих вокруг истинников.  

– Со! Разве ты не должен быть на землях Ар-Дилира?  

Ардир усмехнулся и сжал старого друга в объятиях.  

– Планы изменились, слышал вам не хватает рук, вот и подумал, что пару сотен моих людей вам не помешают. Позже Луна пришлёт ещё. – Со внимательно взглянул в уставшее лицо виора – Без него мы не справляемся, не так ли?  

Виор промолчал, лишь сжимая плечо ардира, этот разговор был сложным, и не для лишних ушей. Взгляд выхватил стройную фигуру молодого ваарэта, его белые волосы спадали на вспотевшее лицо, карие глаза горели глубиной силой, отчего казались чёрными. Ли почувствовал облегчение, когда понял, что мальчик откликнулся на просьбу.  

– Сар ВаАрэте. – Ли кивнул, выказывая уважение, отчего губы молодого мужчины раздражённо поджались – Я благодарен что ты смог прийти.  

– Не нужно лишних слов, Виор. – Ролан устало окинул взглядом своих людей и вытянул из толпы мага – это Абриль, он один из тех, кто лично принимал участие в возрождении Абоссинских хребтов – взгляд карих глаз внимательно пробежался по виору, – вижу вы знаете суть изменений. Хорошо. Он попробует поработать с голосом цитадели. Также обещали прислать нитеплётов, – Ролан замялся, не желая указывать на вайрама – у нас есть доверенное лицо среди них.  

– Это огромная помощь, Ролан.  

– Все мы живём в одном мире, виор. Границы меж странами и обычаями лишь временная преграда.  

Ли промолчал, думая над тем, исполнится ли когда-нибудь их стремление. Принц скинул с шеи широкий платок и попытался прикрыться от звучания вокруг, оно было настолько сильным, что заставляло зудеть кости. Виор успел заметить, как как мрачно пробежался взгляд карих глаз по золотым от солнца стенам вокруг, и Ли почувствовал тревогу. Казалось, Ролан был ближе к его силам нежели к магам и иерархии Ар-Дилира, но он всё больше ловил себя на том, что этот мальчик чужд ему также как своим землям. Слишком закрытым был некогда импульсивный ребёнок. Возможно ли это так сказывается на молодом человеке две сплетённые силы и влияние вайрама? Не раз замечал схожесть с Аарроном в его людях.  

– Вам стоит отдохнуть. Мисур, проведи людей его высочества и помоги им расположиться. Мальчик, тебе стоит отдохнуть прежде, чем ты позволишь силам работать с тобой.  

Ли нахмурился, увидев скрытую усмешку в глубине глаз молодого человека, но Ролан лишь кивнул, и махнув рукой магу, взбежал по ступенькам, ловко находя путь в бывшие покои вайрама.  

– Его высочество весьма сложен в общении, не так ли?  

Абриль проследил взглядом за удаляющимся принцем и лишь сжал локоть виора, заставляя мужчину нахмуриться ещё больше.  

Он чувствовал перелив вокруг себя, он был мягким, лёгким, осторожным, звал за собой, тянул, заставлял вставать и идти, не осознавая своих действий. И в тот же было в нём нечто грубое, резкое, оно отбивалось от тканей мира и ложилось грубыми нотами, заставляя инстинктивно ограждаться. Приоткрыв глаза, Ролан внимательно рассматривал плотные ткани в этой части цитадели. Они были живы, в них не было затерянного хаоса, как они боялись. Но что тогда заставляет их так звучать? Что искажает звучание? Почувствовал тревогу вайрама, проникшую в него. Видимо Ри находился рядом в гранях, осматривая тональность изнутри. Отчего так сложно? Глупые, они думали, что, поборов тёмную магию они смогут враз восстановить свою жизнь. Но был разрушен мир. Сколько силы понадобиться самому миру чтобы стать тем, кем он был? Ролан выдохнул, когда прохлада силы вайрама коснулась его, заставляя отпустить силы и выйти из граней. Его учитель прав, ему действительно стоит отдохнуть. Губы принца дрогнули в усталой улыбке, когда Ааррон лишь мягко оттолкнул его на мысль о том, что ему самому стоит отдохнуть. Если это вообще возможно.  

 

Всё что было вокруг него казалось не верным, каким-то искажённым, так, словно он проснулся от долгого сна и не мог узнать себя в отражении зеркал. Частично понимал, что все запахи, витавшие вокруг него, были знакомы, но каждый раз как запах и вкус проникал в него, ощущал странное послевкусие. Чувствовал, что так не должно быть.  

Хаарт осторожно коснулся полотна снов, мягко вытягивая тонкие серебристые нити. Они сплетались с ним, проникая в него и создавая дивный коридор в памяти. Все эти года, прошедшие для него словно один долгий миг, он восстанавливал свои ткани, напитывал, позволяя приобретать эластичность, чувствительность. Долгий труд, который вливался вместе с силой Тхаали и теми людьми, что сила вайрама смогла исцелить. Но сколько ещё осталось разумов и душ, имевших в себе то тёмное, что некогда отравило его. Эта мысль поразила его, заставляя вслушиваться в себя. Было в ней нечто большее чем размышления, нечто, что несло иной смысл. Хаарт прикоснулся лбом к дрожащим стенкам вокруг. Что он должен сделать чтобы вспомнить? Как убрать ощущение того, что всё вокруг слишком уже искажено, слишком неправильно?  

 

Сарпхи заворожённо наблюдали за тем, как высокая фигура ваарэта осторожно притягивает грань. Тонкие опытные пальцы вкрай осторожно коснулись стен цитадели, заставляя ее расщепляться на атомы и дрожать под его пальцами словно воздух от сильных акустических нот. Вибрация отбилась от ладоней принца и коснулась тканей вокруг, заставляя помогавших рядом воинов глухо вскрикнуть. Ролан лишь слегка повёл головой, давая понять, что всё идёт так как и должно быть. Воздух вокруг молодого человека стал вязким, заставляя его сливаться с пением вокруг.  

Ор-Ло-Са пела, проникала в него, становилась им, была его прошлым и настоящим. Она жила, она пыталась вспомнить. Он пытался вспомнить. То, какой она была сейчас, было в этом нечто не верное. Она не должна быть привязанной к земле. Но отчего-то так простаивала многие века и даже тысячелетия. Но она была молода, её душа была молода. Все ещё была. Дрожь внутри неё, так она дрожала и раньше, что-то было нарушено. В ней. В людях, живущих в её стенах.  

Послышался общий вздох, когда высокая фигура принца отлила пурпурным цветом, враз окрашивая его белые волосы в цвет крови. Он смотрелся устрашающе сейчас, потерявший краски в одежде из-за пересечения грани, его лицо слегка подсвечивалось изнутри, расчёркиваясь на тени от кровавых кудрей, спадавших на лицо. Принц слегка повернул кисть, и вибрация усилилась, достигая людей. Ролан, сжав зубы, резко оборвал мелодию, заворачивая её на себя. Сеть раскинулась перед его взором, сотни тысяч точек, они пульсировали, переливаясь серыми и синими оттенками. Ваарэт нахмурился, не до конца понимая, что именно видит перед собой. Мелодия набрала резкий оборот, заставив его сместить угол обзора. Точки в сети все как один были насыщенно синего оттенка, лишь те, в которых проскальзывали тёмные мысли отливали серым. Ролан растеряно смотрел на сеть, она расширялась, охватывая собой не только земли Соуулхи, она уходила за пределы старого мира и переносилась дальше. Ваарэт осторожно провёл по пульсирующей нити. Дальше не было ничего. Так кого же ещё соединила эта сеть? Неужели Мир все ещё не был целостным?  

Виор вышел из пространства, оказываясь практически вблизи Ролана, рябое лицо Ли горело силой, которая норовила вырваться в любую минуту на помощь мальчику. Вибрация от Ор-Ло-Са достигла его за многие лиги от сюда. Виор протянул ладонь, намереваясь вернуть, принца, но сильная рука Абриля перехватила его.  

– Он знает, что делает, виор. Он, возможно, единственный кто знает и видит всю суть силы Грани Душ.  

Ли отшатнулся от этих слов и заворожённо следил за медленными действиями ваарэта. Он двигался так, словно вязкость времени вокруг него мешала ему. Люди заволновались, когда Ролан вернул грань и атомы на место, возвращая миру вокруг привычные очертания. Молодой человек поднял взгляд и устало усмехнулся, увидев, что он принёс с собой вечер. Окинув взглядом испуганные лица вокруг, принц накинул протянутый одним из его людей камзол и обернулся к виору:  

– Это не ловушка времени. Пусть люди не волнуются. Из-за того, что время в грани течёт по-другому, вам казалось, что вы простояли так всего пару часов. На деле же ушёл день. – Принц взглянул на сарпхов, на их обмундирование – усталость придёт быстро. В отличие от вашего разума, мышцы всегда сохраняют в себе нагрузку реальности. А сейчас, с вашего позволения, мне стоит отдохнуть.  

Абриль внимательно всмотрелся в карие глаза молодого человека и отвернулся, поняв, что принц не станет рассказывать виору то, что увидел. Доверие было не слишком знакомо Ролану, успел привыкнуть к такому поведению, но вот как к этому отнесутся другие?  

 

– Мальчик слишком часто сбегает, используя свою силу. Мы не в состоянии уберечь его в случае нападения.  

– Вы говорили с ним?  

– Он не хочет слушать и  

– Мальчик всё это время живёт в другом мире нежели жили мы. – Ироль взглянул на начальника стражи и усмехнулся, – я разберусь с ним. Или он снова сбежал? – мужчина хмыкнул – Вот как. Байруа, будь добр, собери личную охрану его высочества. Двадцать ударов каждому.  

– Но, сэр – мужчина осёкся от холодного взгляда графа – Будет выполнено, сэр.  

Ироль проследил взглядом за удаляющимся начальником стражи и усмехнулся, нужно чтобы мальчишка верил в то, что он собирается сделать. Слишком опасны были его отлучки, пусть мальчик и не знал насторожённости, но слишком многие хотели все также воспользоваться его силой, так же, как и слишком многие считали вайрамов чудовищами. Мышление людей невозможно изменить за один раз, даже если этот же «демон» спас и восстановил их жизни. Не был уверен, что он не переходит границы, но, если бы это было с Аарроном, ничем бы хорошим не закончилось. Скинув с себя камзол и перчатки, мужчина кинул вещи на каменные скамьи, возвышавшиеся полукругом вдоль тренировочной площадки, и расчертил мечом полосу. Ироль усмехнулся, когда почувствовал негодование Эрмира. Хорошо. Очень хорошо.  

– Вы не имели права!  

– Не имели права, учитель. – Ироль склонил голову и смерил мальчика острым взглядом, отчего он отступил. – Повтори.  

–– Повторите, сир. – Эрмир сердито взглянул в лишённые эмоций глаза мужчины, и почувствовал, как уверенность начинает отступать.  

– Десять кругов в сбруе и ещё десять кругов вдоль крепостных муров. Вы опоздали, ваше высочество.  

– Вы не имели права наказывать их!  

Мужчина сделал плавный шаг к мальчику и поднял его подбородок лезвием меча, брови Ироля были нахмурены, он заставил себя вспоминать то, как заканчивались такие вылазки как для стражников, так и для тех, кого охраняли. Эрмир отшатнулся.  

– Но я вайрам. Я смогу защитить себя!  

– Ты ребёнок, мальчик. Ты не знаешь ни своих сил, ни как с ними справляться, ты не знаешь того, что могут с тобой сделать те, кто жаждут власти на крови других. – Ироль прямо взглянул в зелёные глаза принца – Если его величество узнает, что стража не смогла уследить за тобой – он казнит их. Плеть не такое и страшное наказание как ты думаешь. Ты хочешь что-то мне сказать?  

Эрмир отвёл взгляд, чувствуя растерянность. Он никогда не задумывался о том какую службу несут эти люди, никогда не чувствовал опасность, но то каким тоном говорил его учитель, та боль что была скрыта за его, как он думает, крепкой ментальной стеной, эта боль говорила ему о многом. И то, как отводили иногда взгляды солдаты при упоминании дяди, и то, как приглушали они разговоры о прошлом, каждый раз как замечали его.  

– Бери клинки, Эрмир. Ты и так упустил слишком много времени.  

– Вы должны наказать не их, учитель, – Эрмир взглянул в серые глаза Ироля, и глубоко вздохнул, придавая себе решимости – вина на мне.  

– Мне приказать дать плетей тебе? – Ироль цокнул языком, увидев решимость в глазах ученика, – Скажите Байруа, что стража помилована, в последний раз. Бери клинки, Эрмир. – Мужчина ободряюще улыбнулся мальчику, – всегда помни, что ты в ответе за жизни других, каждый твой взгляд, брошенное слово, украдкой пролетевшая мысль. Ты не только Вайрам, Эмир, ты принц Ар-Дилира.  

– Да учитель.  

– Хорошо, клинки, мальчик, и поживее.  

Устало прислонившись к прохладной стене, Эрмир окинул взглядом широкие покои, высокие окна, небольшие лимонные деревца в вазонах, прибитые к вымощенной затейливой кладкой стене, импульсивные рисунки. Он любил рисовать также, как и папа, порой это было сильнее его. Что-то было в словах Ироля, что насторожило его. Мальчик, потянулся к матери, стараясь коснуться её так, чтобы она его не почувствовала. Убедившись, что Лия находится с королевой в Памури, мальчик позволил себе перейти на внутреннее зрение и прислушаться к замку. Прохладная тишина окутала его, принося на миг облегчение, когда отрезала эмпатию, витавшую каждый миг вокруг него. Тишина. Эрмир нахмурился, и осторожно потянул нити вокруг, но щит, выстроенный много лет назад не желал ему подчиняться. Мальчик осторожно коснулся его и шумно выдохнул, когда понял кто именно ставил его. Отец. Почему папа закрыл память Чёрной крепости? Он хорошо знал историю, знал, как относились к вайрамам, как боялись их. Но это было в прошлом. Далёком прошлом. Эрмир ласково провёл по черным камням и задумчиво взглянул на портрет мамы, нарисованный ещё до его рождения отцом. Чего боялся Ироль и о чём умолчал? И почему полотна снов дяди Нардо всегда дрожат от кошмаров?  

Эрмир обернулся на входящего с ужином Байруа и почувствовал стыд. Они все могли пострадать из-за его глупости, просто потому что он решил наплевать на правила, считая себя умнее и сильнее всех.  

– Извини меня, Байруа. Мне стоило думать прежде, чем уходить, не сказав тебе.  

– Это опасно для вас, сир. Ваша сила, вы же знаете, что ранее велась охота на таких как вы, никто не знает кто опасен, а кто нет, сир.  

Эрмир резко развернулся и взглянул на своего телохранителя, всматриваясь в его эмоции.  

– Даже среди родных, Байруа?  

Офицер отвёл взгляд, не желая сказать лишнего, но горящий взгляд принца заставил его все же обернуться.  

– Порой, сир, никто не знает кто близок, кто нет. – мужчина заставил себя улыбнуться, стараясь сгладить свои слова, – жизнь длина, и очень часто, слишком запутана. Но не стоит думать о таких сложных вещах на ночь. Поешьте и выспитесь. Вам вставать на рассвете. И лучше не сердить Ироля. Он и ранее не любил неповиновений, сир.  

Эрмир промолчал, чувствуя тягучую тревогу.  

– Отдыхайте, Эрмир. Иначе ваша мама надерёт мне уши. – Байруа почувствовал облегчение, увидев улыбку при этих словах.  

– Доброй ночи, Руа  

– И тебе, мальчик.  

 

Нардо стоял, засунув руки в карманы походных брюк и всматривался в пробивавшийся из земли родник. Он был совсем слаб, но с упорством капля за каплей смачивал грунт, позволяя нежным росткам полевых цветов пробиваться сквозь всё ещё израненную землю. Мужчина сжал зубы, чувствуя боль от того, как долго эта земля восстанавливалась от Пустошей, от того сколько сил пришлось приложить брату, чтобы эта земля имела шанс снова стать живой. Позволил кровной магии вплетаться в силы земель вокруг. Пусть он и не видел ни граней, ни мембран, его магия не позволяла ему этого, либо же он не научился видеть и чувствовать их, и все же он отдавал часть себя, искренне желая помочь, облегчить путь аархталэ. Пальцы рук на миг дрогнули от этого слова, и Нардо, не удержавшись, улыбнулся в первые за долгое время, чувствуя облегчение от того, что его брат жив.  

«Слава Старрне, Нерри, к тебе дошло»  

Нардо резко выдохнул, от толчка брата. Мужчина резко обернулся, но встретил лишь удивлённые взгляды работающих рядом магов клана Разума.  

– Всё хорошо, сир?  

– Да, я пройду на восток ближе к границе, слышал там слишком дрожит пространство.  

– Вы не должны сами  

Нардо прямо взглянул на мага, заставив его умолкнуть под силой в карих глазах. Все знали, как терзался их император все эти года, но ни одним своим решением либо же словом он не дал усомниться в своей чистоте действий и помыслов. Как бы Нардо не накручивал себя, люди уважали и искренне волновались за него. Биул поклонился, признавая неправоту:  

– Лишь позовите и мои люди придут к вам  

– Безусловно, Биул, – Нардо легко улыбнулся, вызывая ответные улыбки у магов – мои знания лишь песок среди ваших.  

Выйдя на границе с Истолем, император закатал рукава, позволяя прохладному ветру остужать разгорячённую от работы с силой кожу. Резанув ладонь, Нардо потянулся к своей крови, на миг становясь с ней одним целым, был пространством вокруг, нити, тугие, полные чистоты потянулись из мужчины, сплетаясь с тканями мира вокруг. Пение, еле слышное, лёгкое, пощекотало душу императора, заставив почувствовать удивление со страхом. Сила отступила от него, чувствуя страх неизведанного со стороны мага. Поток вплетался в земли, превращая фигуру мужчины в излучающий свет силуэт. Нардо облизал губы, было горячо, поток обжигал его, тянул, так словно сила вытягивала сердце из самой груди. В какой-то момент пространство вокруг него задрожало, смещая грани. Сила, исходящая от Нардо, была такой мощи, что заставляла Грани сдвигаться.  

– Хватит, Нардо. Отпусти.  

Ааррон встревожено перехватил сведённые судорогой пальцы брата. Вайрам, оборвал силу, заставляя её вплетаться обратно в мужчину.  

«Он все ещё пытается отдать»  

Ри бегло взглянул на Хаарта, отчего мир перехватил поток в Грани и пустил ее обратно, задавая ей тепло и благодарность, исцелявшую душу. Вайрам, подхватил оседающего брата, с тревогой взглянул в покрытое бисеринками пота лицо Нардо.  

– Смотри на меня, Нерри. На меня. – Ааррон облегчённо вздохнул, когда увидел разум в глазах брата, почувствовал страх мира, когда он осознал всю глубину ситуации. – Стоило мне оставить тебя без присмотра всего на пару часов, как ты решил убить себя, Нардо?  

Стенка Грани Разума стала прозрачной и Хаарт частично вышел, позволяя вайраму брать его силу. Светлые брови мужчины хмурились от свершённого поступка, от того, что он сам не смог осознать последствия  

«Все хорошо, хорошо, Хаарт. Отпусти. Хаарт – Ри мягко взглянул в золотые глаза – Все в порядке. Не твоя вина. Иди. »  

– Ааррон? Что…  

Ри хмыкнул и присел рядом на горячую от солнца землю, прищурившись он широко улыбнулся, и расхохотался, увидев растерянность в глазах брата.  

– Поздравляю, Нерри, ты сдвинул Грани. Но больше не делай так без меня. Никогда, понял?  

Нардо встряхнул головой, чувствуя тошноту, хотелось спать. Сильные пальцы вайрама, сжали его виски, заставляя вздрогнуть. Холод прошёлся по хребту, вырывая облегчённый стон.  

– Я вызвал Сайруса. Он отведёт тебя во дворец и понаблюдает. Ты мог убить себя, Нардо.  

– Извини. Мужчина, тот же что и  

– Да. – Ри улыбнулся – Ты заставил Хаарта вспомнить тревогу. За это тебе отдельная благодарность. Но больше так не делай.  

– Тхаали, рад снова видеть вас.  

Вайрам отряхнул свободные брюки и скривился:  

– Ты не видел меня, Сайрус. Проследи чтобы с моим братом всё было в порядке. – Ааррон слегка склонил голову и прохладно осмотрел мага, заставляя его на шаг отступить от силы. – Надеру зад, Нардо, как и обещал ранее.  

Мужчины молча проследили за тем, как высокая фигура вайрама растворяется в нитях.  

– А он совсем не изменился, да, Сайрус? Один взгляд и хочется исчезнуть.  

Маг взглянул на Нардо и широко улыбнулся:  

– Не в бровь, а в глаз, ваше величество.  

 

Олвер тихо наблюдал за снующим внизу городом, шум сливался с голосами солдат, мастеров, бегающих вокруг курсантов. Город жил своей жизнью, жил так, словно и не было страха, экспериментов ковена, боязни взглянуть либо мыслить иначе. Столица шла вперёд, неустанно, как делала это все века подряд. Лишь ему казалось, что он всё также застыл во времени. Всё также его порой донимали сны, иногда это были кошмары, связанные с прошлым, иногда снились раны вайрама, а порой сны принимали странный характер, выстраиваясь в удивительные города. Что-то было в этих снах, что-то оставляло после себя смутную тревогу. Порой же, ему казалось, что он знал эти города, жил в них. Олвер встряхнул головой, подставляя лицо слабому вечернему свету. Совсем скоро должна была разразиться буря. Тяжёлые свинцовые тучи, опускались всё ниже, задевая белокаменные пики домов и охранных башен. Ливень. Такой чтобы бил его по лицу, сминал одежду, катился по ладоням. В последние года любил его, он смывал с него тяжесть дум, восприятия, чувств.  

Прошло больше десяти лет. Сколько? Двенадцать? Пятнадцать? Но ему всё ещё, казалось, что нужно лишь свернуть, чтобы одарённые либо изменение оказались на пути. Мужчина взглянул на перетягивающую корзины торговку. А ведь изменённые так и не пропали до конца. И Нардо знал это, так же как знал каждый, у кого были силы, либо же власть. За эти года, вайрам выжег почти всех. И всё же, некоторые из них оставались, они не трогали, лишь вели своё жалкое существование. Те, кто не имел больше душ. Что может быть страшнее? Желваки заходили на скулах. Знал, что может быть. И не только он. Столько раз видел, как отводил от него взгляд Нардо.  

Целитель поднялся и подошёл к краю крыши, мягкие сапоги коснулись изогнутых бортиков, он был так высоко, выше пика императорского дворца. Взгляд проследил за кровавым закатом. Пятнадцать лет. Помнил, как трудно им всем было. Несмотря на полное исцеление от ран, его высочеству понадобилось больше трёх лет прежде, чем он смог присутствовать среди императорского дворца. А вот он, сам, так и не смог понять поступков Наррледа. Знал, что никто не вправе осуждать. Быть честным он и не осуждал, не мог, не имел права, так как также, как и они все считал, что вайрамов стоит уничтожить. Губы Олвера искривила полная отвращения к себе усмешка. А ведь принц знал о его мыслях. Порой видел это в омуте его тёмных глаз.  

Взгляд мужчины остро выхватил идущую стремительным взглядом фигуру императора. Он был в простой походной одежде, высокие сапоги заляпаны глиной, щетина, измятая рубашка. Олвер быстро окинул улицы вокруг, но не увидел охраны. Пусть мир и менялся, в коридорах дворца всё ещё ходила смута. Да и не только во дворце. Всё также были те, кто жаждал власти. Нардо плавно развернулся на пятках, успев напугать торговку, и подхватив воз, перетянул его на другую сторону дороги, отчего женщина благодарно защебетала. Олвер усмехнулся, когда понял, что пожилая женщина не узнала в нём императора. Хотя, не узнать его огненные волосы было просто невозможно. Наррллед бегло осмотрел дома и слегка нахмурился, досада и усталость резко очертили его лицо, на миг выдав трудные недели. Олвер проследил за его взглядом и перешёл на внутреннее зрение. Ауры по всему городу были смешанных тонов, от тёмных от тяжких эмоций до переливистых от чистоты. Целитель потёр переносицу, когда понял, что именно пытается добиться Нардо. Полное исцеление. Впервые широкая улыбка осветила лицо и очи Олвера при взгляде на Наррлледа.  

– Подглядывать нехорошо, Олвер.  

Ироль фыркнул, когда целитель, резко развернувшись, прижал острие клинка к его груди. Пару мгновений взгляд целителя плавился от силы, затем он лишь возмущённо качнул головой и спрятал ребристое лезвие в ножны.  

– Как ты нашёл меня?  

– Брось, ты пропадал всегда на любых высотах, где мы бы ни были. Это вошло у нас даже в басни. – Ироль внимательно взглянул в скуластое лицо друга. – Есть причины что ты носишь «бус-ар-ло » в ножнах? Мне стоит что-то знать?  

– Смута так и не прошла. – Олвер взглянул на графа и вздохнул, заставляя себя улыбнуться. Но взгляд стальных глаз Ироля, заставил его согнать фальшь с лица. – Не знаю, что со мной.  

– Это больше похоже на правду. К Радмиру? Мне бы не помешал хороший херес.  

– Разве это не Ролан?  

Ироль осторожно подошёл к другу и проследил за высокой фигурой молодого человека, он шёл, тщательно скрывая свои волосы, не желая быть узнанным. Ироль сжал локоть целителя, когда заметил покрытые кровью лезвия клинков. Принц быстро осмотрелся по сторонам и поправил длинные полы плаща. Он шёл так, словно был тяжело ранен.  

– Идём.  

Олвер перехватил плечо друга и сделал прыжок, выходя порталом в паре метров от идущего принца. Ироль больно ударился о стену дома, едва сумев сдержать стон. Олвер хмыкнул, словив полный раздражения взгляд. Ролан резко развернулся, перехватывая руки графа. Взгляд карих глаз был полон холода, брови принца слегка выгнулись, когда он прочитал их души. Забота?  

– Мы проводим вас.  

– Полагаю, вы не оставляете мне выбора?  

Олвер вздохнул, успев уловить так знакомую ему усмешку со времён вайрама и сжал плечо молодого человека прямо смотря в глаза.  

– Вам нужна помощь, Ролан.  

Взгляд карих глаз быстро пробежался по целителю, и он кивнул:  

– Хорошо. Он верил вам, Олвер.  

Ироль хмуро закрыл двери покоев и подошёл к окну, передёрнул плечами, когда не увидел вымощенных улиц, так высоко они были. Не любил высоту. Взгляд графа пробежался по на удивление тёплым краскам покоев. Надо же. Его высочество был загадкой, быть честным он нагонял страх даже на него. Хотя ранее он думал, что не будет бояться никого кроме Ри. Пьяно. Ироль погладил скрытый в тени угла инструмент, лаская его крышку.  

– Не стоит, граф.  

Ролан бросил клинки на скамью, успев заметить смущение в глазах графа. Ему действительно нужна была помощь, но не был уверен, что целитель сможет что-либо сделать. Ранее Ааррон подпитывал его, сейчас же когда он был в гранях, было сложнее с этим. Вайрам сам уставал так, что порой Мир приходил вместо него.  

– Если вы голодны, внутри стены откройте шкаф. Обычно Иррдар оставляет там ужин, либо обед.  

– Позвольте спросить, сир, что…  

– Не позволю. – Ролан взглянул на замершего Ироля и усмехнулся – если не желаете, чтобы вам закрыли рот, граф, не начинайте с разрешения. К клинкам не прикасаться. Они могут навредить.  

– Позвольте осмотреть вас, а граф, вспомнит о приличиях, не так ли?  

– Я старше тебя, Олвер. ¬– Ироль осёкся под холодным взглядом ваарэта и начал накладывать на стол.  

Друзья переглядывались, когда принц стянул с себя закопчённую тунику и размотал ладони. Потянув за рубашку, он лишь раздражённо вздохнул, когда она рассыпалась под его пальцами. Графин с фиолетовым вином выпал с ослабших пальцев графа, когда ваарэт разделся. Часть спины и правого бока принца переливались пурпурными нитями, соединяющимися в необычную вязь рисунков. Они пульсировали, словно живые, передвигаясь по телу молодого человека. Возле лопаток кожа ваарэта теряла алый оттенок и становилась полупрозрачной, позволяя силе серебриться лёгкой дымкой. Олвер, мягко коснулся пульсирующей ткани, заставив Ролана вцепиться в кладку камина.  

– Вы в порядке, граф?  

Насмешка, льющаяся в голосе принца, заставила Ироля прийти в себя и покраснеть от своей выходки.  

– Прошу простить мою невоспитанность, сир. Ваш, ваш отец знает, что  

– Не будь тупицей, Ироль, – Олвер раздражённо взглянул на отводящего взгляд графа – подай чистую одежду. Сир, в каком возрасте проявились изменения от вашей силы?  

– Сразу как я восстановил Грань Душ – Ролан, шумно выдохнул, когда сила целителя коснулась неверно сложенных атомов его тела. – Как вы…  

– Вам не стоит спешить, сир. ¬– целитель хмуро взглянул на бледное лицо Ролана – каждое неверное соединение вредит вам. Уверен, Ааррон говорил вам, да и… – Олвер осёкся, заметив совсем свежее присутствие силы друга. Быстро взглянул на принца, но карие глаза ваарэты были лишены эмоций. Пальцы Олвера дрогнули, но он скрыл свою догадку. – Император  

– Не желает, чтобы я имел дело с ковеном магов и магами Ар-Дилира в целом.  

– И правильно делает. – Ироль откашлялся, когда оба мужчины уставились на него – Кто же вам помогает?  

– Исток. Благодарю, Олвер. – Ролан благодарно сжал плечо целителя и накинул свежую рубашку. – Вы разбили единственное вино, которое мне можно пить, Ироль.  

– Разве вы пьёте, сир?  

– Нет. – Ролан открыто улыбнулся, враз снимая щит своей силы, заставлявшей всех бояться его. Успел увидеть, как растерялись мужчины от резкой перемены. – Возможно Радмир примет нас? Иррдар встретит.  

Уже уходя, Ироль перехватил принца за плечо, заставив его замереть и закрыться силой, снова становясь слишком холодным.  

– Что значит он доверял Олверу. То есть мне, Ааррон не доверял?  

Пару мгновений стояла напряжённая тишина, затем, Ролан, не выдержав, расхохотался, увлекая мужчин в портал.  

 

Нардо вымыл руки и сполоснул голову, фыркая от удовольствия, слышал смешки работающих в тени деревьев солдат. Видел, как смущались простые фермера, когда он вставал с ними плечом к плечу и восстанавливал селения. Такие отлучки стали для него отдушиной, позволяли сбросить груз власти и почувствовать себя таким же живым человеком, как и все вокруг.  

– Сир, вас ожидает генерал Пак.  

Нардо встряхнул мокрыми волосами и махнул рукой, призывая стоящего в тени мужчину.  

– Ксан, что-то срочное?  

– Вас искал Дин, Древний. – мужчина подтянул к себе бочку и сел сверху, облегчённо вытягивая уставшие ноги. – Его беспокоит Таурона.  

– А нам есть причины беспокоиться? Разве начинают нарушаться соглашения?  

– Моя разведка на данный момент не видит угрозы. – Мужчина устало потёр плечо – Возможно Древний имеет другие сведения. А возможно лишь перестраховывается. – Ксан скривился – времена были не очень, сами знаете, да и они полностью поддерживали Тёмного  

– Как и большинство домов. – император накинул камзол, враз преображаясь из простого солдата в правителя – Подготовь доклад о Тауроне, и пусть Тайная канцелярия подготовит информацию о политических амбициях Тауроны сейчас. Скажи Томасу, чтобы предоставил эту информацию как можно скорее.  

– Да, сир, – Сребристые глаза генерала внимательно проследили за цветущими вишнями. Совсем не давно здесь было выжжено. – А здесь  

– Пусть маги поработают. Древний?  

– В Дартоне. Если вы  

Нардо лишь качнул головой и спрятал клинок за пояс, взгляд выхватил, отдающего приказы Таниса. Встретившись с ним взглядом, император открыл портал и вышел посреди тихий улиц Варга. Пару мгновений мужчина вдыхал сладковатый после дождя воздух, затем мягко потянулся к ориентирам скрытых комнат Нормана. Сильные руки схватили его в охапку, прижав острие ножа к горлу. Руки стянуло нитью артефакта. Нардо застыл, забыв дышать. Предательство? Месть?  

– Убить вас, ваше величество, как вы видите плёвое дело. – Дин прижал лезвие сильнее, заставив Нардо сжать зубы. – И почему позвольте узнать вы ходите порталом сами, жить надоело?  

Дин оттолкнул бледного императора и с ухмылкой присел на стол, видел, что император ещё не отошёл от шока, подсознательно ожидая удара в спину. Древний вздохнул и поднял ладони вверх в знак перемирья:  

– Извини, но твоя опрометчивость когда-нибудь будет стоит тебе жизни.  

– В следующий раз, Древний, я выбью тебе зубы.  

Дин хмыкнул, и увернулся от дружеского пульсара. Взгляд таких же карих как у императора глаз пробежался по его фигуре, щетине. Снова работал на износ. Отвёл взгляд, вспомнив Ролана всего несколько дней назад, мальчишка беспокоил его. Мальчишка. С каких пор он так говорит о нём? С другой стороны, кто же он как не мальчик для него?  

«Видишь, а ты злишься на меня каждый раз»  

Губы Дина дрогнули в усмешке на мысль вайрама, прав таки, фьёр бы его побрал. Но с ним ещё разберётся.  

– Надеюсь ваш сын всё ещё в Дусхе?  

– Мы на вы?  

Дин потёр скулу.  

– Извини. Он всё также сторонится других?  

– Мы не будем это обсуждать здесь и сейчас. Так что всё-таки тревожит тебя в Тауроне?  

– Пошли слухи, что алхимики всё ещё пытаются идти по стопам Лиррелла. – Норман скинул китель и сел в кресло. – Мы пока не нашли подтверждения. Твои люди полностью удерживают Ицарху и саму страну?  

– Да, у власти все, кто на стороне Тхаали. – Нардо хмуро взглянул на Норма – я пытаюсь охватывать практически все регионы Ар-Дилира, все отклонения, также, как и Таурону и тщательно проверяю Ниоргу.  

– Лиррелл в Каар-Тале?  

Нардо передёрнул плечами и прошёлся по кабинету, не зная, как правильно выразиться. Дин встревоженно переглянулся с Норманом.  

– Он вплетён в Грани. Мир расщепил его на ткани, заставляя переживать всё то, что происходило с каждым кого коснулась его магия.  

– Мир жесток. – Дин пожевал губу, теперь он понимал, о чем именно говорил вайрам. Это действительно было искривлением.  

– Это нечто большее чем просто итог, не так ли?  

– Да. – Древний закатил рукава и мягко улыбнулся вошедшей Тайлин, успел заметить, как отвёл от неё взгляд Нардо. Пора бы им уже найти общий язык. – Земли Арсссы восстанавливаются, так же, как и мембраны, ткани. Пропадает страх. То же происходит и в землях Соуулхи, Уруг-Маира. Практически пропали Мёртвые земли. Тоже мы все наблюдаем и в Новом Мире. Чего только стоит перевоплощение Абоссинских хребтов. Но это лишь материальная часть. А что до нематериальной?  

– Ты можешь выражаться по-человечески?  

– Он имеет ввиду души, Норман – Нардо пожал плечом на взгляд зелёных глаз сестры – Души, мышление, сами желания, потаённые мысли. Всё это плетёт ткани мира, задаёт им верную ось, контролирует временный поток.  

– Верно. Пока не исчезнет хаос из разумов и душ, пока он не перестанет проявляться в поступках, словах, взглядах – мир не исцелится. А это значит, что все также остаётся огромная вероятность того, что Упадок повторится. Если, конечно, мы из него вышли. Смею надеяться, что хотя бы сделали первые шаги из.  

Норман потёр виски, чувствуя, как придавливает его грузом информации. Ссаррна, если так всё сложно, если…  

– Мы должны изменить мышления Народов?  

Древний обвёл взглядом друзей и устало откинулся на стену.  

– Каждый разум в нашем мире, все поколения. Вырвать это с корнями и уничтожить.  

– Но… но это невозможно?  

Нардо импульсивно поднялся и открыл окно, подставляя лицо прохладному ночному воздуху. Вот как. Теперь он понимал почему брат ушёл в ткани мира. Понимал его жертву. Ссаррна.  

– Никто не говорит, Тайлин, что это возможно сделать за одну жизнь. Но положить начало мы просто обязаны.  

– Старый мир знает о ….  

– Да. – Дин криво улыбнулся – Знали всегда.  

 

Тишина замершая вокруг была удивительной. Её лёгкость касалась каждого уголка города, щекотала чувства, проникала внутрь. Она была всем и всё было ею. Она была неестественна, но все же было в ней что-то мягкое, нежное.  

Мужчина сбился с шага и замер посреди белой от плит под ногами улицы. Её призвали сюда, приняли за воздух. Она не была остатком после страшной бойни. Вот почему она так легка. Он поднял ладонь и осторожно коснулся замерших в воздухе капель, они поднимались вверх, вместо того чтобы падать вниз на землю. Совсем скоро должен был измениться центр тяжести. А значит и должна изменить погода, сменяясь с ярких красок лета на прохладную осень и ранние морозы. Но город был не готов. Каким-то образом он застыл во времени, отражая лишь свою тень в настоящем. Или это и есть настоящее??  

Мужчина поджал губы, заставляя себя идти дальше. Он уже знал, что это лишь полотно сна. Память, поднятая из недр его разума. В отличие от виденных ним снов ранее, этот был иным. Те, кто жил в стенах цитадели Иур-Миа ушли сами. Но куда? Что они сделали? Что заставило их покинуть целый город.  

Хаарт свернул в завиток, поднимаясь вверх к небу и замер, едва не упав.  

Город обрывался, зияя уродливой сожжённой дырой в пространстве. Сажа под ногами заставила мужчину отступить. Полотно дрожало словно пыталось справиться с увиденным. Только он сам мог так расщепить город. Разобрать его на частицы так, что он исчезнет. Но ничто не исчезает бесследно. Таковы законы. Где и когда он соединил ткани города? А жившие в нём люди? Их он тоже расщепил?  

Тонкая вибрация наконец достигла его слуха и Хаарт осторожно прикоснулся к воздуху. Пальцы пронзила боль, и он замер, наблюдая за тем, как искривляются пространственные прямые вокруг. Время. Какой силой и сердцем он должен был обладать чтобы разорвать город во времени? И значит ли это, что и он сам так же разделён?  

 

Эрмир наблюдал за разминавшемся с клинком Роланом. Движения мужчины были плавными настолько, что причиняли боль. Присмотревшись, мальчик понял, что брат двигается в нескольких гранях одновременно. Вздох восхищения сорвался с губ мальчишки, и он, соскочив с помоста перешёл в ткани, намереваясь повторить движение ваарэта.  

– Не смей!  

Ролан резко вышвырнул брата из граней, возвращая на место, взгляд карих глаз молодого человека горел страхом. Убедившись, что сдвиг пространства не коснулся мальчишки, он облегчённо вздохнул. Эрмир вырвался, всматриваясь в испуг, полыхнувший в душе ваарэта. Темные брови мальчика нахмурились, и он слегка отступил, чувствуя неясную тревогу.  

– Ты можешь пострадать, Эр.  

– Но папа постоянно ходит так и  

– Ты не твой отец. – Ролан, вздохнул увидев, как застывает лицо братишки в холодной маске. – Твой отец учился этому, а не просто ходил сквозь грани. Мало просто иметь возможность, Эрмир, нужно понимать, что именно ты делаешь и по какой причине. Одно неверное твоё решение и ты можешь навредить им. И навредить себе.  

– Ты боишься меня?  

Ролан вздрогнул от вопроса, на миг боль такая яркая полыхнула в его душе, что отразилась в чувствах вайрама. Мальчик отшатнулся, намереваясь уйти, но сильные пальцы брата словили его и развернули на себя. Ролан присел так чтобы быть на уровне глаза мальчика и прямо взглянул в вертикальные зрачки.  

– Никогда, слышишь, никогда не смей думать, что я буду бояться, либо же ненавидеть тебя, только потому что ты отличаешься от меня, Эрмир. Ты мой брат. А я брат тебе. Я не могу навредить тебе, также как ты мне. Я буду бояться тебя лишь тогда, когда ты станешь совершать жестокие поступки, наслаждаясь ними. Я буду бояться тебя, Эрмир, но также я буду бояться и за тебя. Я буду делать всё возможное, чтобы понять причину твоих поступков. Понять и помочь тебе стать тем, кем ты есть.  

– И… и кто же я?  

Ролан ласково дёрнул брата за кудри и крепко схватил за подбородок, удерживая его взгляд.  

– Ты Эрмир Ар де Нор, вайрам рода Карадана. Ты сын своего отца. У тебя такое же огромное сердце и ты также, как и он переживаешь каждое брошенное ненароком слово, взгляд. В твоём сердце нет злости, нет жажды большего для себя. Ты чист, Эрмир. И эта чистота делает тебя вайрамом. Она, а не принадлежность к роду. Ты мой брат, принц Ар-Дилира. Ты несносный мальчишка, который удирает с занятий чтобы полазать с Иррис в гротах.  

Эрмир помолчал и резко обнял ваарэта, прижимаясь к нему всем телом. Горячие слёзы дрожали в нём, и он старался сдержать их. Ролан ласково погладил его по спине и почувствовал его страх. Мальчик нашёл историю об экспериментах с вайрамом. Вот как.  

– Ты правда не предашь меня, Нилý?  

Ролан улыбнулся на это прозвище и отцепил брата от себя, заглядывая в полные тревоги и страха глаза:  

– Никогда. Никто из нашей семьи не причинит тебе боль.  

– И папе?  

Молодой человек вздрогнул от заданного срывающимся шёпотом вопроса, он сглотнул и заставил себя улыбнуться:  

– И Ааррону тоже. – голос Ролана был хриплым, отчего мальчик лишь крепче обнял его.  

 

Было так странно и в тот же час так знакомо ощущать тепло солнца, чувствовать его на вкус, согреваться под ним. Мужчина ступил на мягкую зелень луга и подставил лицо ласковому ветру. Жизнь. Вот как они должны ощущать это. Неимоверное чувство насыщенности, наслаждения быть здесь и сейчас, вдыхать сладость воздуха, вслушиваться в трескот птиц, ощущать спокойствие. Казалось бы, простые вещи, но почему же людям нужно пасть на низ, испить кровь и сажу, чтобы осознать все ценность? Почему их разум и души становятся слепы со временем? Возможно ли то, что всё безумие что происходило эти тысячелетия уже происходило не раз? Что если он заставлял себя засыпать, разлагаясь от их темноты, зная, что только так он сможет снова открыть им глаза?  

«Думаю это слишком жестоко, даже для нас, Хаарт»  

Вайрам проследил за взглядом Мира и криво улыбнулся, признавая правоту в его словах. Он расстегнул рубашку, позволяя солнцу ласкать тело. Всё ещё по привычке коснулся левой стороны груди, отчего Хаарт перехватил его пальцы и сжал, обрывая жест.  

«От куда эти мысли и образы во мне? Я не могу понять, право не могу, Тхаали»  

«Воспоминания. Вот что это, Хаарт. Ты пытаешься вспомнить, а это значит когда-то ты мог чувствовать так же, как я»  

«Мне кажется никто не сможет видеть так глубоко как ты, Ааррон»  

Вайрам усмехнулся, и прищурившись, взглянул в золотые глаза мира.  

«Ты недооцениваешь себя и переоцениваешь меня. Ты умирал. Умирал от мыслей, поступков и отсутствия чувств и душ у людей. Куда уж глубже? »  

Хаарт промолчал, рассматривая лицо своего вайрама. Он изменился, и эти изменения согревали его, больше не было обречённости в его глазах, борьбы с затаённой болью, всё больше смех теплился в глубине черных глаз. Ри слегка повёл бровью, насмешливо посматривая на мужчину. Хаарт лишь почесал скулу, чувствуя вину перед этим дитём.  

«Не хватало ещё и твоих терзаний. Все мы проходим путь. Ты также прошёл свой, не менее горький чем мой. »  

«Возможно. Полотна снов слишком изменчивы в последнее время. Я этому виной? »  

«Не могу сказать. Я знаю лишь, что они сопротивляются тебе. Тебя гложет память. Сны? »  

Хаарт повёл плечом, не желая затрагивать то, что он видит. Города, множество городов. И он был в них, был ними. Был пуст. Слишком пуст. Грань задрожала, впитывая в себя идущие от мира нити, отчего вайрам, нахмурившись перехватил их и зашипел от ожогов.  

«Извини. » – Мир заставил Грань Разума встать на место и сжал локоть своего вайрама. – «Иди. Хватит прятаться здесь. Ты можешь жить, Ааррон. »  

«Не уверен, что…»  

«Брось, дитя. Терзания, они будут и должны быть, такова ваша природа. Ты можешь и должен покидать мембраны. Ты должен жить»  

Ааррон потёр переносицу и задумчиво взглянул в светлое лицо Хаарта. Мягкая улыбка осветила лицо Тхаали.  

«Чувства. Ты начал понимать их. Первый шаг к памяти сделан. »  

 

Мужчина сидел за столом, устало подперев голову, щетина прикрывала скулы, кудри спадали на лицо, скрывая раздражённое выражение глаз. По тому как он теребил тонкий ремешок на запястье, было видно, как он нервничает. Только в этом, скрытом от глаз кабинете, он мог позволить себе сбросить маску и быть самим собой. Несмотря на позднюю ночь Наррллед вычитывал древние летописи, пытаясь понять по какой причине его сын и племянник связаны странными снами. Про свои кошмары он пытался забыть. Император взъерошил волосы и импульсивно поднялся. То трепещущее в агонии полотно, что показал ему аархтале не выходило у него из мыслей. Он не мог допустить чтобы брат снова отдавал всего себя. Не в этот раз.  

Эрмир напряжённо вслушивался в эмоции императора. Он видел его кошмары, странные, ужасные. Сумбур, который ему сложно было разобрать. Что-то похожее он видел ранее, в кошмарах отца. Помнил, как ещё совсем маленьким он просыпался порой и видел, как отец подолгу стоит у открытых окон, словно пытаясь остудиться. Видел, как мама лишь молча стояла с ним рядом, но никогда не прикасалась. Мальчик вытащил пирожок и откусил, всё также вслушиваясь в метания императора. Вина. Тяжёлая, чёрная съедала его, рвала, заставляла метаться. Эрмир видел ее, но что нужно было сделать его дяде, чтобы так терзаться?  

– Малыш, ты снова сбежал?  

Нардо вытащил вайрама и ласково взъерошил его волосы, успел заметить вину в раскосых глазах и вздохнув, прижал его к себе. Тёплая ладонь приласкала спину мальчика, заставляя его прижиматься крепче и забыть о том зачем именно он здесь находился.  

– Мне тоже не хватает его. – Нардо наклонился и поцеловал отчего-то горячие волосы ребёнка. Приложив ладонь ко лбу, нахмурился. – Да ты весь горишь, Эрмир. А ну-ка.  

Наррллед подхватил племянника на руки и пинком открыл двери покоев.  

– Позовите Олвера. Быстро. Её высочество Литиция в своём замке или Арсссе?  

– Мама в Гранях. – Эрмир тяжело вздохнул, пытаясь справится с жаром. – Будет через пару часов, сказала.  

Нардо быстро расстегнул рубашку племянника и ласково провёл по горячим вискам.  

– А мы справимся и без неё. Ты ел что-то сегодня? Эрмир, взгляни на меня.  

– Это просто сны. Просто сны.  

Олвер ворвался в покои, на ходу вытягивая кристаллы, расставив их вокруг мальчика, мужчина наскоро вплёл свою силу, сбивая жар.  

– Я сам.  

Пальцы целителя дрогнули, когда высокая фигура вайрама вышла из грани и склонилась над сыном. Нардо успел сжать локоть Олвера прежде, чем он скажет непоправимое. Ааррон поднял сына на руки, забирая его жар на себя. Мужчины отвели взгляд, когда фигура принца отлила ярким белым светом. Мальчик вздохнул и прижался к сильной груди отца, вызывая светлую улыбку на его лице. Ри прижал вихрастую голову сына к себе и обернулся на брата, цепкий взгляд выхватил круги под глазами, замасленные рукава, щетину.  

– Олвер, проследи чтобы мой брат выспался. И не давайте ему работать несколько дней, у него самого скоро будет лихорадка.  

Ааррон взглянул на стоящего с застывшим лицом друга и мягко улыбнулся, сжимая его локоть.  

– Я знаю. У тебя будет ещё время набить мне лицо.  

– Очень на это надеюсь. Мальчик?  

– Я отнесу его домой. Отдохни Нардо. Я не шучу, ты действительно болен.  

| 200 | оценок нет 14:46 04.10.2020

Комментарии

Sacuura17:57 30.11.2020
lyrnist, все мы читатели. Иначе не было бы всего этого
Lyrnist17:50 30.11.2020
sacuura, ну, у меня своей фэнтези хватает, чтобы так это "не остаться равнодушным", но иногда я читатель.
Sacuura17:32 30.11.2020
lyrnist, Очень приятно! Да там много. Главное чтобы не оставило равнодушным
Lyrnist17:17 30.11.2020
sacuura, да, то я отложил, но сколько это займет времени не знаю.
Sacuura11:26 30.11.2020
lyrnist, это дает стремление его писать)
если есть желание можете ознакомиться с первой книгой.
Lyrnist20:24 28.11.2020
Почитал бы, наверное, если бы роман был завершен.

Книги автора

Сильный человек
Автор: Sacuura
Рассказ / Проза
Аннотация отсутствует
10:22 01.05.2021 | оценок нет

Війна
Автор: Sacuura
Рассказ / Военная проза
Аннотация отсутствует
19:22 14.04.2021 | 4 / 5 (голосов: 1)

Социум
Автор: Sacuura
Стихотворение / Поэзия
Аннотация отсутствует
09:52 07.04.2021 | 5 / 5 (голосов: 1)

Душа
Автор: Sacuura
Стихотворение / Поэзия
Аннотация отсутствует
10:19 01.04.2021 | 5 / 5 (голосов: 2)

Власть
Автор: Sacuura
Стихотворение / Поэзия
Аннотация отсутствует
12:54 17.03.2021 | оценок нет

Гра
Автор: Sacuura
Стихотворение / Поэзия
Аннотация отсутствует
13:01 13.03.2021 | 5 / 5 (голосов: 1)

Портрет
Автор: Sacuura
Стихотворение / Поэзия
Аннотация отсутствует
19:38 08.02.2021 | 5 / 5 (голосов: 3)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.