333 часа

Рассказ / Лирика, Любовный роман, Философия
Вот так мы сейчас и живем. Сначала надо накопить на свои похороны, а затем можно спокойно умирать.
Теги: наркотики любовь дружба предательство конкуренция больница

Не спасёшься от доли кровавой,  

Что земным предназначила твердь.  

Но молчи: несравненное право –  

Самому выбирать свою смерть.  

На улице стоял невыносимо жаркий и душный день, словно планету замуровали в стеклянную коробочку и оставили под прямыми лучами палящего солнца Аризонской пустыни. Генри сидел в своём пугающе-огромном кабинете, обделанным в темно-коричневых тонах, и курил, занимаясь непонятно чем. Ему и не нужно было ничего делать, ведь за него делают абсолютно все его рабочие, пока он с важным видом бездельничает в своей уютной крепости. Безусловно, порой дела не обходили Генри стороной, но это были ситуации из ряда вон выходящие.  

 

За свои 24 года он, казалось бы, достиг всего, о чем только можно мечтать. Или почти все. Уже как 4 года ему удачно удаётся торговать наркотиками и импортировать их практически по всему миру. Его успеху мог позавидовать любой самый успешный наркобарон. С полицией проблемы были только в самом начале его скверного пути. Имея безграничную власть, какой не обладал ни один президент, у его недоброжелателей, чиновников и органов любой структуры, был лишь один вариант пережить встречу с Генри – взятка или пуля меж глаз. Другого не дано. Его финансы уже давно нельзя было сосчитать – настолько много денег у него было.  

 

Город, в котором он жил, был небольшой. Никаких перспектив, никаких возможностей. Именно поэтому молодёжь, как только отрывается от материнской сиськи, покидает его и возвращается нескоро.  

 

Таким образом, он утвердил своё величие почти над половиной Земли и оставался единственным, чьи возможности не имели границ. Или все же имели?  

 

1 час  

— Тот ублюдок с восточной части города снова снизил цену на кокс, — оповестил Джо, врываясь в кабинет Генри.  

 

Только он имел право так беспардонно заходить к нему в рабочее логово. Джо был лучшим другом Генри с тех пор как их в девятом классе хотели выгнать из школы за многочисленные дебоши и курение в школьном туалете. Он был немногим младше его, но им это не мешало дружить и работать вместе. Хоть работы для него не оставалось, он все равно иногда помогал Генри с разработкой новых каналов и подсчетом финансов. Джо был один единственным, кто знал, о чем думает его друг и что таится в его душе.  

 

— Срать я на него хотел. Его муть намешанную никто брать не будет, — ответил Генри. — А если будет доставлять много лишних проблем, избавимся от него.  

 

— Даже не дашь ему шанс?  

 

— Я уже дал ему шанс, оставив на рынке его точку.  

 

— А не боишься ли ты, что он переманит твоих клиентов к себе низкой ценой?  

 

— Это исключено, — усмехнулся Генри. — Люди знают у кого качество и не собираются изменять своим привычкам. Поверь мне, у него нет ни единого шанса.  

 

— Обожаю твою самоуверенность, — сказал Джо, считая, что коллега неправ.  

 

В этот момент раздаётся стук в дверь и по произношению слов «войдите» в кабинет входит парень с тяжелой отдышкой и радостно начинает:  

 

— Только что получил известия по поводу открытия нового канала. Наши люди все уладили и теперь мы можем отправлять товар через Финляндию.  

 

Генри кивнул и жестом показал, что он может идти.  

 

— Такие новости всегда радуют, — зевнул Джо. — Как насчет отметить это?  

 

— Хрен с тобой. Повод и правда хороший.  

 

Оставшись в одиночестве, он внезапно захотел напиться до беспамятства, как часто это делал.  

 

Ему нечего было бояться, ведь вся полиция была в его власти, а если что-то идёт не так, всегда есть люди, которые сделают все наилучшим образом.  

 

11 часов  

Этой ночью было прохладно. Создалось впечатление, что Бог Жары испустил дух на холодном эшафоте под полной луной. Ночное небо было настолько ясное, что казалось, можно отключить все фонари в городе — будет светло.  

 

Под этим прохладным сиянием ночного светила Генри и Джо шли вдоль проспекта и вливали друг другу в уши пьяный бред, который каждый из них слышал уже ни один раз. Осторожности им, конечно бы, не помешало, но сейчас им было так наплевать, что аж тошнило.  

 

— Чтоб тебя, Джо. Помнишь, как тебя впервые поймали в аэропорту?  

 

— Это когда мы на моей визитке снюхивали последнюю дорожку за день до этого? Черт, ты видел лицо этого ублюдка, когда он понял, что у него нет выбора?  

 

— Если бы не гребаная собака, то о запечатанных пакетах никто не узнал бы.  

 

— Думаю, эта ситуация многое решила в нашем бизнесе. Например, нам стало понятно, что полицейским жизнь дороже должности, — залился смехом Джо.  

 

Они шли и курили, пока не решили остановиться на мосту. Вид был прекрасен, оттуда можно было разглядеть практически весь город – огромный лабиринт, сделанный из однотипных и нудных бетонных зданий.  

 

Джо был женатым человеком, который категорически против измен. За это Генри его вечно подкалывал, ссылаясь на то, что жизнь одна и надо попробовать как можно больше женщин. Они оба знали, что никакого эффекта эти слова не произведут, поэтому даже не затрагивали эту тему. А вот Джо знал, что у его друга – молодого наркобарона – не все так гладко, как хотелось бы. Он веселился как мог и с кем мог, вплоть до последних месяцев.  

 

—Как там Аврора поживает? — поинтересовался Джо.  

 

— А мне по чем знать, падре? Я всего лишь трахаю ее время от времени. Меня большее не интересует.  

 

— Не называй меня так, я всего лишь обдолбался в тот вечер и нес полную ахинею, — попросил Джо. — А на прошлой неделе ты рассказывал мне о ней, как о живом боге.  

 

— Ничего подобного, придурок, — оскалился Генри.  

 

— Ладно. Пошли обратно, у меня есть на завтра много дел, которые мог бы решить ты, но не царское это дело заниматься бизнесом, — улыбнулся Джо и пошёл в сторону дома.  

 

— Я ещё прогуляюсь немного.  

 

Генри продолжал стоять на мосту, курил и размышлял о своём отношении к Авроре. Он посмотрел на отдаляющийся силуэт своего друга, который через пару мгновений скрылся за горизонтом. Молодой барон простоял там ещё около получаса, думая о новых каналах и прочей чепухе.  

 

Внезапно, он увидел, как в противоположном конце моста появилась чья-то фигура, бегущая в его сторону. Голову пеленой окутали плохие мысли и тело судорожно било тревогу об опасности. Какого черта он пошёл гулять без охраны? Ведь были уже покушения на него, а сейчас он идеальная мишень: пьяный, без охраны и свидетелей на мосту. Да, подумал он, так и избавляются от конкурентов. Но кто мне запретил пойти в другую сторону моста быстрее чем он настигнет меня? Если у него огнестрел, то какой в этом смысл? И почему он все ещё этого не сделал? Ведь в этом вся прелесть пистолетов – это оружие, которое используется на дальней дистанции. Его затуманенный разум метался в сомнениях. Что ж, пусть шепот этой реки станет моей колыбельной. Последней колыбельной. При этой мысли по его телу пробежал холодок.  

 

Повернувшись лицом к опасности, Генри заметил, что у этой опасности длинные светло-рыжие волосы и платье в ярких тонах. Внутренняя паника начала сходить на нет, но это был не повод расслабляться — известная практика отвлечения внимания с последующим убийством. Когда между ними осталось всего каких-то десять метров она остановилась, и барон заметил на ее лице испуг.  

 

Медленными, неуверенными шагами, она начала подходить к Генри. Даже во мраке ночи он заметил в ее глазах огонёк надежды, какой обычно бывает у людей, когда ты врешь им, что сохранишь жизнь, а через три секунды пускаешь пулю в лоб. Ее босые миниатюрные ножки сделали ещё пару быстрых шагов, и хныкая, остановились.  

 

— Прошу Вас…— начала девушка. — Поло… Он…  

 

— Что ещё за цирк? Какой нахрен Поло?  

 

Он отчасти понимал, что это говорит не он, а яд в его теле, который они на пару с другом выпили час назад, отмечая открытие нового канала, а значит, и новый источник дохода.  

 

— Мы просто баловались, я… мы не хотели. Так вышло, Господи. Помогите, прошу, — вопила девушка.  

 

К этому времени Генри понял, что опасности удалось избежать. Он быстрым взглядом оценил находку и подумал: «Красивая, чертовка. На шлюху не похожа, да и мне, наверное, хватит снимать куртизанок. Не всё ж Авроре должно доставаться». Он сплюнул, уже представляя ее на себе. Конечно, он мог взять ее прямо сейчас. Ночью. На мосту. Но разве в этом есть прелесть?  

 

— Что у тебя случилось? Только быстро и внятно. У меня нет времени на выслушивание всякой чепухи, — резко сказал Генри.  

 

— Поло, он там, пожалуйста, быстрее. Я не знаю, что мне делать, — она начала срываться.  

 

— Веди, посмотрим, что там за хрен моржовый.  

 

Она быстро пошла в обратную сторону постоянно напоминая, что нужно быстрее. Казалось, что от того насколько быстро она приведёт помощь зависит вся ее жизнь, а не жизнь какого-то там ублюдка.  

 

— Он предложил попробовать героин. Всего один раз. Я так и знала, что ничем хорошим это не закончится.  

 

Ага, героин. Генри хорошо знал героиновые дозировки и признаки передоза. Ведь с этим была связана вся его жизнь. Глупо было не иметь понятия о том с чем работаешь.  

 

Она привела его в дом, в котором судя по всему жил Поло. Его комната была окутана клеймом свинарника. В этот момент Генри отметил, что замечательно иметь домработницу. А ещё прекраснее иметь несколько домработниц.  

 

Сконфуженное тело лежало на полу, комната тонула в полумраке. Хоть свет и был включён этого было недостаточно для хорошей видимости. Именно в этот момент молодой барон понял, что отрезвел окончательно. Он нашёл все это глупым. Зачем ему помогать какой-то мымре незнакомой и конченому нарику, если он за это не получит даже вознаграждения? Не проще ли ему было бросить это все и вернуться обратно к Авроре. К его темноволосому ангелу с зелёными глазами. Он посмотрел на ту милую девушку и заключил, что хрен с ним.  

 

Генри позвонил кому-то и через десять минут пришло пять его человек, которые забрали тело еле живого Поло. Он подошёл и взял шприц с химией. Он не вколол себе и половины. Это не должно было никак повлиять на него. Для пущей уверенности барон решил отдать шприц на экспертизу своим людям. Ему надо быть уверенным на 100%, что это не его товар.  

 

13 часов  

Пока врачи колдовали с телом Поло, девушка ждала его в небольшой комнатке и с опустошённым взглядом смотрела на свои ладони. На часах без четверти четыре часа. С момента приезда в больницу Генри прошло два часа. Он подошёл и сел рядом. Экспертиза показала, что героин с большим количеством добавок, а значит, Поло купил его у того придурка, которому ещё днём дали шанс.  

 

— Жить будет, — заверил Генри девушку. — Но пару дней он ещё полежит тут. И впредь не экономьте на счастье. Чем дороже оно было, тем качественнее эффект.  

 

— Спасибо Вам огромное. Я к этой дряни никогда больше не притронусь, — сказала девушка. — Меня Эмилия зовут.  

 

— Ладно, Эмилия, я его спас, но в благородство играть не буду. Все на свете кончается. Мне вот лично вставать в семь утра. Выметайся отсюда. Завтра придёшь.  

 

Надо же. Он только что думал какое красивое имя, и в то же мгновение послал ее. Хотя хотел сказать совершенно иное. Что с ним не так? Почему он так зол?  

 

— Прошу, Генри, не выгоняйте меня. Я тихо посижу здесь, а утром, если надо будет мы с Поло уйдём.  

 

— Хрен с тобой, — сказал он. — Сиди.  

 

Барон направился в сторону своей спальни, где моментально уснул без задних мыслей. Ему снился эпизод на мосту, только вместо девушки к нему подбежал мужчина и выстрелил три раза в грудь. В этот момент он проснулся и увидел на часах время «11:47».  

 

21 час  

Эмилия сидела ровно на том же месте, где ее ночью оставил Генри. Судя по лицу, она глаз не сомкнула. Глядя на эту скорее глупую нежели печальную картину, у барона появилось странное тёплое ощущение в душе, какого никогда ещё не было. «Наверное, сытный завтрак на меня так повлиял» – подумал он.  

 

Увидев его, Эмилия невольно поджала губы и сделала глубокий вдох.  

 

— Хочу ещё раз Вас поблагодарить, Генри.  

 

Он мог поклясться, что своим тоненьким голосом она будто бы окунула его слух в чан с удовольствием. Не найдя сразу ответа, он присел рядом и закурил.  

 

— К нему нельзя заходить, он ещё слишком слаб. Пойдёмте прогуляемся в саду, а потом я попрошу, чтоб Вас отвезли домой.  

 

— Раз уж я все равно ничего не смогу для него сделать, не сидеть же мне тут вечно, правда? — улыбнулась она.  

 

23 часа  

За время их прогулки по саду он узнал о ней многое, а вот она о нем ничего – у Генри не было привычки болтать о себе, ради своей же безопасности. Оказывается, ее раздражало, когда к ней обращаются на «Вы», поэтому пришлось избегать этого слова и перейти на «ты». Стоп. А чего ради барон должен слушать Эмилию? Он был человеком, который плевал на чужие принципы и недовольства, так почему же он тогда смирился с такой наглостью в свою сторону? Может она ему понравилась? Нет, чушь собачья.  

 

Эмилия рассказала о Поло. Он был ее лучшим другом с самого детства. За 21 год жизни, она ни с кем не была ближе, чем с ним. Генри отметил, что о нем Эмилия рассказывает, витая в облаках. Влюблена в него, наверное.  

 

Ее отец был владельцем похоронного бюро, и дела там шли, откровенно говоря, не очень. Город очень маленький, люди все чаще уезжают в большие города, и население уменьшается. Смертность тут довольно низкая, поэтому с финансами в семье все обстояло скверно. Мать Эмилии была безработной домохозяйкой.  

 

Но барон был далеко от ее рассказа. Он отмечал какие у неё большие карие глаза, какие грациозные реснички и миниатюрный носик. И давно ли это Генри эти начал замечать такие детали?  

 

В самом конце их прогулки, он взял ее за руку и посадил в машину. Надо же какая холодная. На улице ведь не меньше 25 градусов выше нуля. Генри приказал своим людям отвезти Эмилию домой, а сам пошёл работать в свой кабинет.  

 

27 часов  

— Я подсчитал наши доходы за последние два месяца, — сказал Джо. — Поставки выросли, а с ними и доход на 13%.  

 

— Ты вчера как дошёл до дома? — поинтересовался Генри.  

— Не без трудностей, — ответил Джо. — У тебя, кажется, есть что рассказать.  

— Конечно, — кивнул барон и рассказал ему всю историю, вплоть до этого момента.  

 

— Да ты, мой друг, либо очень великодушный, либо влюбился в какую-то оборванку с улицы. Я безумно хорошо тебя знаю, поэтому вариант с великодушием отпадает.  

 

— Иди к черту, Джо. Сам не понимаю на кой хрен я это сделал. Я был слишком пьян.  

 

Они ещё немного поболтали о том о сем и Джо пошёл дальше работать, оставив Генри в звенящей тишине и с пищей для размышлений.  

 

35 часов  

К нему в комнату вошла Аврора. Она была невысокого роста, с пухлыми ярко-красными губами и выразительными зелёными глазами. Уверенной походкой тигрицы она обошла Генри сзади и начала целовать его в шею. Он сидел неподвижно, глядя в одну точку, и не имея ни одной мысли в голове.  

 

Внезапно, он сорвался: резким движением повернулся к своему хрупкому ангелу и сжал ей горло, начиная целовать ее. Генри в порыве страсти силой прижал Аврору к стене и начал срывать с неё одежду, точно голодный хищник.  

 

Между ними не было ничего кроме секса. Каждый раз она выходила из его комнаты с новыми синяками на теле. Хотя чем-то он ее все же привлекал. Но она не рассчитывала на большее, а очень хотелось бы.  

 

51 час  

Эмилия с радужным трепетом ждала, когда Поло выйдет из палаты к ней. А произойти это должно с минуты на минуту. Она уже не помнила, когда пришла сюда и сколько времени прошло с тех пор как она сидит здесь совсем одна.  

 

Было довольно прохладно, но ей этот холод был ни по чем. Пока ее мысли заняты совершенно другим, ничто не способно сбить Эмилию от цели – дождаться Поло. Нет, она не любила его. Просто у неё не было никого кроме него, и ей этого вполне хватало.  

 

— А вот и я, Мия, — прозвучало из внезапно открытой двери.  

 

— Поло! — обрадовалась Эмилия.  

 

— Теперь я как огурчик!  

 

— Ты должен лично поблагодарить Генри, — тихо сказала она. — Он спас тебя.  

 

— Спасибо тебе за все, — обняв ее, прошептал Поло. — А теперь пошли отыщем Генри.  

 

Эмилия знала, что никто о нем не позаботится лучше нее, ведь он он был сирота, на которого наплевало его государство и было радо от него избавиться по исполнению совершеннолетия.  

 

Сидя в саду около больницы, они увидели, как Генри в сопровождении двух громил куда-то шёл. Эмилии он рассказал о себе только то, что владеет бизнесом, и ни слова не сказал больше.  

 

— Генри! — крикнула Эмилия.  

 

Он увидел ее и, глубоко вдыхая, демонстративно закатил глаза.  

 

Пока они с Поло шли в его сторону, Генри, словно его взор приклеили к ней, следил за Эмилией. А рядом с ней он увидел отвратную темноволосую морду ее дружка, от которого уже мягко говоря тошнило. Он знáком показал охране, что все в порядке.  

 

— Хотел вам лично сказать огромное спасибо, Генри, — начал Поло.  

 

— Да, не надо благодарностей, — с отвращением сказал барон. — Выход сами найдёте?  

 

Они молча с радостными лицами развернулись и пошли в сторону выхода, а Генри выдохнул с облегчением.  

 

— Ну и что это было? — послышался сзади голос Джо.  

 

— Предотвращение убийства на твоих глазах, — усмехнулся Генри.  

 

— Знаешь, а мне кажется вы были бы отличной парой.  

 

— Если бы не этот слизняк, она была бы уже сто раз моей.  

 

— А мне кажется, что тебе полезно будет посоревноваться в условиях свободной конкуренции.  

 

Эти слова обухом ударили по голове. А ведь правда. Может ему стоит попробовать?  

 

— Твою мать, — сказал Генри. — Хорошо, я попробую.  

 

— И даже сопротивляться не будешь? — улыбнулся Джо.  

 

Но барон уже не услышал этого. Он догнал эту сладкую парочку и попросил украсть Эмилию на минутку.  

 

— Сегодня в 10 на том мосту, — прошептал он ей на ухо. — Нам надо поговорить.  

 

Она посмотрела ему в глаза. Черт возьми. Нахрена она так смотрит на него? И только спустя какое-то время, Генри поняв, что буквально сжирает ее взглядом, развернулся и молча ушёл.  

 

Что, черт возьми, это было, придурок? Ладно, дело сделано. Дальше должно быть проще.  

 

55 часов  

Собравшись с сообщниками на заброшенном складе, Николай, окружённый тоннами некачественного героина, жестом показал двум угрюмым приматам, как он их называл, подойти к нему.  

 

— Слышал, этот хрен с западной части города открыл новый канал в Финляндию, — сказал Николай.  

 

— Понял, не тупой, — сказал первый примат. — Сколько заплатишь?  

 

— Насчёт цены можете не переживать, я не обижу.  

 

— Беремся, — сказал второй примат. — Как его грохнуть?  

 

— Не имеет значения, — убедил Николай. — Главное избавьтесь от него.  

 

Он встал и ушёл из этого душного склада, оставив братьев одних. Так им легче будет все придумать и продумать каждую деталь.  

 

— Нам нужно знать его точное расписание и выудить время, когда он без охраны, — сказал второй.  

 

— Не беспокойся, нам нужно всего лишь аккуратно понаблюдать за ним пару дней.  

 

61 час  

Примерно за 500 метров он попросил охрану следить неподалёку, чтобы они смогли поговорить с глазу на глаз, не кривя душой, и, возможно даже, чтобы не испортить интимность момента. На самом деле Генри не знал зачем он попросил, просто ему так хотелось. Ну что с ним может случиться за какие-нибудь полчаса?  

 

Он пришёл в указанное время в указанный час, но Эмилию там не нашёл. Черт бы ее побрал. Весь день Генри жалел о том, что сделал, но все-таки пришёл. Откуда такая неуверенность у такого самоуверенного человека?  

 

Он выкурил подряд три сигареты и, думая уйти от этой большой ошибки повернулся и увидел знакомый силуэт, который ещё недавно точно также к нему приближался.  

 

— Прости, я не специально так неприлично опоздала. Просто искала, где можно подработать, и совсем забыла про время.  

 

— У твоих родителей все настолько плохо с деньгами? — спросил Генри.  

 

— Живем на последние сбережения, — грустно улыбнулась она. — Которые стремительно кончаются.  

 

Насколько будет оскорбительным предложить ей свою помощь и дать денег просто так? А может ей предложить работать на меня? Выгоню какую-нибудь балбеску и возьму научу Эмилию. Нет. Тогда она узнает, что у меня за бизнес. Тем более нужно учитывать, что ее лучший друг Поло недавно чуть не откинулся от этого. Ему было сложно и больно ставить тот некачественный товар наравне со своим, но ему пришлось это сделать. У него появилась одна идея, но, наверное, это было слишком низко и неправильно. А вот сейчас было смешно. Это подумал самый влиятельный наркобарон планеты? Что убить кого-то с целью помочь семье девушки, которая тебе симпатична – низко и неправильно? Да хрена с два. Эти жизни для него ничего не стоили. А на костях можно построить неплохую империю.  

 

— Слушай, я вот что хотел тебе сказать, — начал он избегая темы. — Как насчёт поужинать вместе где-нибудь, допустим послезавтра в это же время?  

 

— Очень польщена твоим вниманием, Генри, — усмехнулась она. — Но я без гроша в кармане, поэтому давай в другой раз.  

 

— Все расходы я беру на себя. От тебя требуется только присутствие и хорошее настроение.  

 

— Хорошо, я приду.  

 

— Тебя проводить до дома? — спросил Генри, поймав ее за руку. Холодная. Снова.  

 

— Не стоит. Я сама.  

 

С этими словами она медленно повернулась и пошла прочь, а он чувствовал себя последним дураком. Почему? Наверное, потому что его ещё ни разу в жизни так и не пинали, как она сейчас.  

 

66 часов  

Полураздетая Аврора ждала его в своей постели, жадно хватая воздух ртом. Он явился к ней довольно уставшим и немного пьяным. Генри моментально начал раздеваться и с животным инстинктом накинулся на неё.  

 

Его руки обвили её шею словно тугая гаррота. Казалось, она уже давно перестала дышать, но он не прекращал душить и только ускорялся. Ему стоило поймать себя на мысли, что неосознанно вместо Авроры представляет Эмилию.  

 

В какой-то момент он осознал силу сжатия кисти и начал ее постепенно ослаблять. Все хорошо, живая. Интересно, что не него нашло?  

 

Он кончил и закрыл глаза, упав на хрупкое ангельское тело. Хотелось бы ему открыть глаза и увидеть под собой Эмилию. Но чуда, к сожалению, не свершилось.  

 

— Прости, — сказал Генри. — Ума не приложу что на меня нашло.  

 

— Ничего, — заверила она его. — Просто в следующий раз не сжимай так сильно, ладно?  

 

Он не ответил. Его мысли были далеко от действительности. Генри, по правде говоря, никогда не слушал её. Она с жадностью взглянула на него, положив свои руки ему на плечо, и сказала:  

 

— Я люблю тебя, Генри.  

 

73 часа  

Барон собрал в своём душном кабинете пятерых головорезов, которые готовы были сделать что угодно по его приказу. Ему не хотелось раскрывать все свои карты и признаваться перед какими-то убийцами в том, что он влюбился в девушку, на которую не может произвести впечатления. Поэтому решил обозначить свою проблему, которой не существовало и в помине.  

 

— Господа, — начал было Генри. — К северу от нас, как вы знаете, есть особняк, полностью покрытый лозой. Мне нужно, чтобы вы в ближайшие сутки пробрались в него и убили любым способом как минимум половину его жителей.  

 

— Вопросов нет, — ответил Вито. — Все будет исполнено в лучшем виде.  

 

— Я рассчитываю на вас.  

 

Оставшись один, он подумал о том, что эта мысль просто гениальна. И, конечно же, он ни слова ей не скажет об этой операции. Генри же не хочет испортить впечатление о себе. Тем более, в условиях свободной конкуренции. Правда у этого смазливого мальчишки – Поло – было преимущество: он больше с ней знаком, следовательно, лучше ее знает. С другой стороны, он мог ей надоесть. По крайней мере барон на это рассчитывал.  

 

109 часов  

Генри потушил не докуренную сигарету о стену ресторана и зашёл. Он был расслаблен и спокоен. Ничто не могло испортить его настроение. Даже возможные отклонения от его сценария, который он заранее продумал.  

 

Она ещё не пришла, так что он сел и сделал заказ. Его принесли через семь минут. И ровно в этот же момент на входе Генри увидел Эмилию. Одета она была потрясающе. По сравнению с ней новогодняя ёлка казалась скучной безделушкой. Рыжие кудри восхитительно ниспадали на чёрное вечернее платье. Интересно, откуда у неё деньги на него?  

 

Присев, она извинилась за опоздание, которое барон даже не заметил.  

 

— Восхитительно выглядишь, Эмилия, — заикаясь сказал Генри  

 

—Спасибо. Выжимаю максимум из того, что есть, — улыбнулась она.  

 

— Слышал, какой-то ублюдок прошлой ночью зарезал четверых? — поинтересовался он. — Это так ужасно.  

 

— Наверное, я не должна так говорить, — тихо сказала Эмилия. — Но слава богу. Теперь моя семья имеет хоть какие-то гроши. В нашем городе ведь больше нет похоронных бюро.  

 

— Мия, господи, ты просто конфетка сегодня! — послышалось откуда-то сзади.  

 

Через пару секунд в поле зрения Генри попал Поло. Вдруг вся легкость и спокойствие барона улетучилось. Этого он не предвидел. Какого хрена этот ублюдок тут забыл? Кто его звал? Ярость закипала в нем, он не мог найти слов и сидел разъяренно наблюдал за происходящим.  

 

— Прости, Генри. Я совсем забыла сказать, что пригласила Поло поужинать с нами.  

 

Он потерял дар речи. То есть, это отродье вот так врывается в ресторан, нарушая все что можно и что нельзя, и портит им свидание? Кто ему позволил так поступать?! Будь у меня возможность, я бы не помог ему в ту ночь, черт возьми. От него только больше проблем. Ну ничего. Это в последний раз. Больше он не посмеет нарушать их идиллию.  

 

— Какого хрена он тут забыл? — с напряжением произнёс Генри. — Я звал только тебя.  

 

— Прости пожалуйста. Я думала вам приятно будет пообщаться друг с другом. Тем более, Поло не поблагодарил тебя как следует, — улыбнулась она.  

 

— Этот пёс у меня уже в печенке сидит, — Генри начал переходить на крик. —А теперь прошу меня извинить. Я ухожу. Приятно вам провести вечер.  

 

С этим словам он бросил на стол небольшую пачку денег и вышел из ресторана.  

 

Он брел по промерзлому городу и думал обо всем этом. Нет, так продолжаться больше не может.  

 

Генри был настолько погружён в свои мысли, что даже не стал задаваться вопросом: «А почему, собственно, так холодно летним вечером? »  

 

123 часа  

— Что случилось, дружище? — с интересом спросил Джо.  

 

— Представляешь, эта поганка привела на наше свидание ту крысу, которая меня бесила. И это после того, что я сделал для неё.  

 

— М-да уж, — задумался Джо. — Неприятный сюрприз. Она ведь не знает о том, что ты ради неё сделал. И думаю не узнает.  

 

В кабинете воцарилось гробовая тишина. Было слышно, как тикают часы на столе у Генри. Вдруг он поднял свой взгляд на Джо и с улыбкой сказал:  

 

— Ты прав, падре. Она не узнает, что я для неё сделал.  

 

— Что за хитрый взгляд, Генри? Снова какой-то гениальный план придумал?  

 

— Ни слова не скажу пока не будет сделано. Но торжественно могу поклясться, что замышляю только маленькую шалость. — засмеялся барон.  

 

— Не нравится мне это, — тихо произнёс Джо  

 

133 часа  

— Мы следим за ним уже несколько суток, Николай, — сказал один из приматов. — У него нет строгого графика. Каждый день он делает абсолютно разные дела и везде ходит с охраной.  

 

— Это не мое дело, чувак, — сказал Николай. — Просто сделай дело.  

 

— Нам придётся действовать без плана, рассчитывая на удачу. Это стоит дороже.  

 

— Ещё раз тебе скажу, что цена не имеет значения. Просто избавься от него.  

 

— Дай нам несколько дней и все образуется.  

 

147 часов  

— Товарищи, — начал было Генри. — Наша следующая цель будет очень важная. Приоритетность операции – выше некуда. Чем быстрее вы это сделаете, тем будет лучше.  

 

— Слушаем координаты, шеф, — сказал громила.  

 

— К югу от объездного моста есть небольшая общага. В ней на третьем этаже живет молодой парень. Он ваша цель. Для снятия подозрений можете прикончить еще нескольких людей.  

 

— Будет сделано, — сказал Вито.  

 

150 часов  

Аврора прижималась к нему, словно не видела его целую вечность. Страсть, с которой она смотрела на него, была всепоглощающей. Генри был настолько погружён в свои мысли, что почти не обращал на неё никакого внимания.  

 

Внезапно, он резко встал, оттолкнув ее от себя. Затем не оборачиваясь покинул комнату.  

 

168 часов  

— Откуда такое хорошее настроение, Генри? — поинтересовался Джо.  

 

Они сидели на скамейке в саде и любовались работой их садоводов. Прекрасные цветы, каких не видел ещё этот гнилой мир. Жаль, что им рано или поздно настанет конец.  

 

— Думаю скоро ты об этом узнаешь от первых лиц — улыбнулся барон  

 

Они сидели там, обсуждая инвестиции и новые пути расширения бизнеса, хотя, казалось бы, куда его ещё расширять.  

 

— Мистер Генри, — послышался голос секретарши. — К Вам пришла юная леди. Вся в слезах. Говорит, что ей нужно с Вами поговорить – срочно.  

 

— Приведите ее сюда, — распорядился барон.  

 

— Господи Иисусе, Генри. Ты серьезно?  

 

— Торжественно клянусь о том, что шалость удалась, — улыбнулся он.  

 

Эмилию привели к нему практически в истерике. Ее лицо было покрасневшим и опухшим от слез. Она, не раздумывая, бросилась с нему в объятия, и, захлебываясь, рыдала в плечо.  

 

— Он мертв, Генри. Его ночью зарезали, как и нескольких соседей, — еле выговаривала Эмилия. — Прости, я знаю, что ты не хочешь ничего слышать о Поло, но мне больше не с кем поговорить об этом.  

 

На плечо барона снова ударился град рыданий. Он приобнял ее одной рукой, посмотрев на своего друга с блеском в глазах.  

 

Джо обомлел, и решив, что это не его дело, ушёл прочь.  

 

Спустя час душевных излияний Генри понял, что пора завязывать. Она не успокоилась ни на йоту, и его это, честно говоря, уже начинает выводить из себя.  

 

— Пошли, — сказал он.  

 

Эмилия пошла за ним, глядя в пол своими красными от слез глазами и шмыгая носом. Генри привёл ее к себе в кабинет и посадил в кресло, которое находилось в противоположном конце журнального столика. Подойдя к сейфу, он ввёл пароль и, открыв слегка задумался стоит ли ему это делать. А, собственно, почему нет? Ей это сейчас необходимо.  

 

Он достал небольшой пакетик с белоснежно чистым порошком и, закрыв сейф, взял с рабочего стола визитку. Эмилия все это время сидела и рыдала, отчаянно наблюдая за действиями Генри.  

 

С профессиональной быстротой барон скрутил трубочку из найденной в его кармане купюры и, сделав трехсантиметровую дорожку, протянул ей со словами:  

 

— Тебе это необходимо. Давай.  

 

— Нет, Генри, — неуверенно протянула она.  

 

— Поверь мне.  

 

В этот момент она почти успокоилась. Видимо, из-за осознания того, что ей все-таки придётся это сделать. Эмилия много раз видела, как это делается, но сама пробовать всегда боялась. В этот раз, она уверенно сжала ноздрю и, резко вдохнув, схватилась за голову и откинулась на спинку кресла.  

 

171 час  

К этому времени она снюхала уже несколько дорожек и уверенно втирала пальцем кокс в десна. Всё это ударило по мозгам, отключая действительность. Ей сложно было поверить в то, что ещё недавно пугало и отталкивало ее, сейчас даёт ей спокойствие и эйфорию. Но Эмилии это только казалось. На деле эта картина была печальней некуда.  

 

Все это время Генри выслушивал пьяный бред про Поло, о том, что на похороны деньги у него были отложены заранее.  

 

Вот так мы и живём сейчас. Сначала надо накопить на свои похороны, а затем можно спокойно умирать.  

И только там, где деньги не имеют ценности, единственной валютой становится власть.  

 

В какой-то момент барону показалось, что Эмилия обезумела от своей печали, пожирающей ее изнутри.  

 

После недолгого молчания девушка залилась истерическим плачем. Зрачки ее были настолько расширенными, что сложилось впечатление, что в них можно утонуть. Для Генри это было неожиданностью.  

 

— Тише, Эмилия. Все хорошо.  

 

Но она его уже не слышала – это было началом погружения в мир полный мрака и забвения.  

 

Дрожащими руками Эмилия вцепилась в волосы мертвой хваткой, захлёбываясь собственными слезами. Через мгновение на ее заплаканном лице появилась улыбка, которую Генри не захотел бы ещё где-нибудь увидеть. Ещё через мгновение она разразилась диким смехом и Генри понял, что ситуация сложилась не из приятных: трагедия, заглушенная наркотиками, побуждает безумие. Все ведь боялись потерять родного и близкого человека? И уж наверняка вы боитесь стать зависимыми от наркотиков. А про помешательство можно даже и не говорить. В этот момент все ужасы и страхи Эмилии встали в очередь. Страшно ли ей? Безусловно. Но пока что до неё это не дошло.  

 

Прошло несколько минут безудержного смеха и после очередной фразы «его больше нет», слезы градом ударили по полу.  

 

Это пора прекращать. Генри подошёл к рабочему столу, взял телефон и набрал врача.  

 

— Ко мне в кабинет. Срочно.  

 

185 часов  

— Рассказывайте, доктор, — сказал Генри.  

 

— Рассказывать особо нечего, — начал врач. — Тяжелая депрессия. Сейчас она под капельницей спит сном младенца.  

 

— Можно ее увидеть?  

 

— Эмилию желательно не будить сейчас.  

 

— Я быстро.  

 

Она спокойно спала в кровати у окна, откуда холодная луна обливала ее светом. Генри подошёл ближе и молча смотрел на неё.  

 

— Ничего, родная. Скоро я тебя заберу отсюда и дам такую жизнь, о которой ты мечтаешь, — сказал он, взяв ее за руку.  

 

Холодная. По-другому и быть не могло. Как ей удаётся сохранять холод в такие жаркие дни?  

 

— Не волнуйся по поводу родителей, — продолжал Генри. — Им мы расскажем хорошую версию. А сейчас прошу простить меня, есть одно очень важное дело.  

 

Он отпустил ее руку и вышел из палаты, направляясь в рабочий кабинет.  

 

Барон взял телефон и набрал Вито.  

 

— Зайдите ко мне в кабинет, как только закончите с заброшенным портом, — сказал он когда звонок приняли.  

 

207 часов  

— Ты отдал приказ сказать ее родителям что-нибудь? — поинтересовался Джо.  

 

— Не сомневайся даже. Они будут знать легенду о том, как она простудилась, — ответил Генри  

 

— Я, собственно, пришёл тебе сказать, что наш канал через Нидерланды прикрыли. Парень, работающий на тебя, оказался немного некомпетентен.  

 

— Хрен с ним. Откроем новую. Разве для нас это проблема?  

 

— Даже не поможешь парню избежать наказания? Он все-таки на тебя работал.  

 

— Мне не нужны такие люди. Пусть теперь сам отдувается, — рявкнул Генри.  

 

— Что ж. Справедливо, — задумчиво сказал Джо. — Вторая новость куда хуже. По нашим данным в органах планируют большую компанию по борьбе с наркотиками. Нужно оповестить наших людей и самим действовать осторожно.  

 

— Не вижу в этом смысла, падре. Ты ведь знаешь, какая власть у меня в руках. Работай спокойно, я обо всем позабочусь.  

 

211 часов  

Вито – главный громила и лучший головорез, которому Генри доверяет на все 100%. Непревзойдённый профессионал своего дела. Хладнокровный убийца, который отлично ориентируется в любой ситуации и обязательно выходит из неё победителем. Именное такие люди, как он и его команда, выдвигают барона на уровень мирового господства.  

 

— Извини, шеф. Замотались в порту, — с холодным и суровым взглядом сказал он.  

 

— Ваша следующая цель – любой дрозд из состоятельной семьи, — сказал Генри, проигнорировав извинения.  

 

— Сроки?  

 

— Не больше суток.  

 

— Считай, что уже исполнено.  

 

217 часов  

— А я думала ты не придёшь ко мне, — грустно сказала Эмилия.  

 

— Врачи говорят, что у тебя подозрения на пограничное расстройство личности, — ответил Генри. — Как ты себя чувствуешь?  

 

— Хочется плакать, но не могу, — ответила девушка с грустной улыбкой.  

 

В этот момент барон понял насколько у неё прекрасная улыбка. А ещё заметил, как сильно его сердце начинает трепетать, когда он ее видит.  

 

— Слышал, что твой отец приходил, — улыбнулся он, но не нашёл в ее взгляде никакого ответа.  

 

Она отвернулась и с тоской смотрела в окно. С четвёртого этажа открывался завораживающий вид на густой лес неподалёку. Интересно, о чем она думает?  

 

Они сидели в звонкой тишине, пока она не решилась с ним заговорить.  

 

— Мне дают столько таблеток, ты бы знал. Создаётся впечатление, что они пытаются оживить меня с помощью них. А выходит наоборот, — сказала она, начиная тихонько плакать. — Я теряю все, что мне дорого прямо сейчас, а их заботит только мое состояние. Какой смысл в превосходном здоровье, если в будущем ничего кроме него у меня не останется? Вместо того, чтобы исправлять что-нибудь, я гнию в этой палате.  

 

После этих слов чан эмоций переполнился, и она зарыдала с новой силой. Генри растерялся и не нашёл ничего лучше, как просто обнять ее.  

 

— Я очень благодарна тебе за это все. Прости, что так говорю.  

 

Барон пытался ее успокоить, но тщетно. Ему показалось, что врач лучше с этим справится. Может так и было на самом деле.  

 

— Что такое нейролептики? — спросил Генри у врача, когда вышел из палаты.  

 

— Нейролептики? — переспросил врач. — Нейролептики использовали во время второй мировой войны французские врачи. Это средство с хорошим седативным эффектом. После войны их начали использовать при лечении психических заболеваний. Почему вы спрашиваете?  

 

— Неважно. Всего хорошего.  

 

225 часов  

Аврора спала на своей кровати, когда Генри зашёл к ней. С ней всегда было просто. Наверное, потому что она его любила. И, наверное, поэтому же он частенько к ней заходил.  

 

Барон расположился рядом с ней, и, приобняв, нырнул головой в её волосы. Она развернулась к нему и, ещё не отойдя от сна, поцеловала его.  

 

Нет. Это не то. Вернее, не та.  

 

Он молча лежал в её объятиях, пока не уснул.  

 

237 часов  

— Джо, не мог бы ты держать меня в курсе дел родителей Эмилии? — спросил Генри  

 

— Это не проблема, — ответил он. — Проблема в том, что тебя какая-то потаскуха интересует больше своего же бизнеса.  

 

— Ещё раз назовёшь её так и следующий заказ Вито будет на твою голову, — со злобой сказал барон.  

 

— Мне плевать. Ещё несколько каналов закрыты. Я пытался договориться с другими людьми, но они не хотят связываться с наркотиками пока не завершится компания.  

 

— Хрен с этой компанией. У нас и без того много путей.  

 

Генри был абсолютно уверен в своём плане, или, если правильно выразиться, в отсутствии плана.  

 

— Я установлю наблюдение за семьёй твоей пациентки, — сказал Джо.  

 

244 часа  

— Эмилия не хочет никого видеть, господин Генри, — сказал доктор. — Но, если вам угодно, проходите. Ненадолго.  

 

— Что с ней?  

 

— Сейчас все детали уточняются, — сказал врач. — но диагноз очень размыт. Видимо, из-за огромного стресса она немного бредит. Депрессия – великое зло. Но мы её вылечим. Обещаю вам.  

 

Когда Генри зашёл к ней в палату она, будто не двигалась с прошлого раза, точно так же сидела и смотрела в окно.  

 

— Красиво, правда? — спросил барон, не зная, что ещё спросить.  

 

Ответа не было. Но и вопрос был не требующий ответа. Риторический, так сказать.  

 

Лица он её не видел: она всем телом повернулась к окну.  

 

Набравшись смелости, Генри подошёл поближе и, взяв за руку, сказал:  

 

— Я люблю тебя, Эмилия. Сегодня ночью вернусь.  

 

Никакой реакции. Словно её заморозили. Это объяснило бы холод рук.  

 

Он отпустил её руку и отправился к двери.  

 

— И я тебя люблю, Поло, — осипшим голосом сказала она.  

 

Барона словно ножом полоснуло по душе. Поло? Опять этот придурок? Ладно, Генри, расслабься. Врач же сказал, что она бредит. Не бери это в голову.  

 

С этими мыслями он покинул палату.  

 

250 часов  

Жаркий выдался вечер. Генри прям чувствовал, что его жарят на этой планете, как яичницу на сковородке.  

 

Как только барон вышел из больницы, он решил прогуляться по пригороду, дабы проветрить мозги. Ничего необычного. Просто он так расслабляется.  

 

В этот момент у него зазвонил телефон. Джо. Интересно, что ему нужно?  

 

— Генри, треть поставщиков отказались с нами работать, — начал было он.  

 

Падре явно хотел что-то ещё сказать, но Генри сразу же отключился. Это явно не то, что сейчас занимает его мысли. Подумаешь поставщики отказались с нами работать. Такое каждый месяц бывает. Переживут.  

 

Барон взял телефон и набрал Вито. Ждать пришлось недолго.  

 

— Повтори последний заказ, — сказал Генри.  

 

257 часов  

Аврора ждала его у себя на кровати. Это был час, когда он должен прийти. Но его всё нет. И не будет. Она хорошо его знает. Все перепады настроения уже давно известны.  

 

Уснула она примерно через четверть часа одна в надежде проснуться от его прикосновений.  

 

259 часов  

Генри зашёл к ней в палату глубокой ночью. Она моментально повернулась к нему и с улыбкой спросила:  

 

— Где ты был, Поло?  

 

Играть роль. Играть роль.  

 

— Были важные дела, — ответил он. —Как ты себя чувствуешь?  

 

— Да ты шутишь! Я превосходно себя чувствую.  

 

После этих слов добавила:  

 

— Давно ты здесь не был, я уже забыла, как ты выглядишь!  

 

Ага. Как же. Ты называешь меня именем своего мертвого друга. Знает ли она какую боль мне это причиняет?  

 

— Ты как-то у меня спросил насчёт вида. Он и правда очень красивый! Как я могла его раньше не замечать?  

 

Генри сел рядом с ней и продолжал слушать монолог.  

 

— Смотри как сияют звезды! Это же самые настоящие снежинки. Они падают на землю и потом из них можно будет слепить снеговика! Пообещай мне, что зимой мы обязательно это сделаем!  

 

Почему именно зимой? Звёзды ведь накрывают нам голову по ночам круглый год.  

 

Он слушал и ему казалось, что именно он был единственным звеном между ней и полным хаосом. Возможно, так оно и было.  

 

— Время позднее, Эмилия. Пора бы тебе ложиться спать.  

 

— Когда ты придёшь ко мне ещё раз?  

 

— Днём.  

 

После этих слов она крепко обняла его с радостью маленького ребёнка.  

 

После этого он направился домой, где сразу уснул без задних мыслей.  

 

273 часа  

— Алло, Николай? Мы выяснили его примерное расписание. Раз в два дня он приходит к шлюхе по имени Аврора. Там охраны нет, а значит, мы его легко возьмём  

 

— Придурок, меня не интересуют детали вашего задания. Просто прикончите его, как можно скорее.  

 

— Не забудь завтра утром включить новости.  

 

280 часов  

Генри сидел у себя в кабинете возле журнального столика и глушил свою боль алкоголем и наркотиками. Прям как она ещё несколько дней назад.  

 

В кабинет зашёл, как он всегда это делает, Джо. Его недовольное лицо говорило о том, что ему явно не по нутру поведение барона.  

 

— Ещё часть поставщиков отказались с нами работать. Каналы стремительно летят к чертям. Ты хоть понимаешь, что весь твой бизнес летит к чертям, идиот? — спросил Джо. — Моих сил не хватит, чтоб решать за тебя, Генри. Тут ты мозг.  

 

Но его собеседник явно был не в состоянии что-либо говорить в ответ.  

 

— Черт бы тебя побрал. Хренов идиот, — сказал Джо и вышел из кабинета.  

 

284 часа  

Приматы спрятались в комнате Авроры и поджидали, когда они с Генри вернутся, чтобы выполнить ещё давно данное им дело.  

 

Когда она зашла в комнату и заперла дверь на ключ, пути отхода приматов незаметно стали заблокированы. Где барон? Что за человек с придурью в башке?  

 

Делать было нечего. Их обязательно найдут, если они что-нибудь не предпримут. И они решили раскрыть все карты. Эффект неожиданности с бароном не сработает. Шлюху оставлять в живых нельзя ни в коем случае. Она все сольёт, как решето, барону. Поэтому, не согласовываясь, они решили убить ее.  

 

Ей повезло: Аврора была без сознания, когда они перерезали ей глотку. Кровь стремительно заливала все вокруг. Поэтому приматы решили побыстрее убраться отсюда.  

 

Черт. Их перехитрили. Или это они сами наломали дров?  

 

299 часов  

Генри пришёл к Эмилии под вечер. Он надеялся, что она уже пришла в себя, и они смогут нормально всё обсудить.  

 

— Генри, можно вас на минуточку? — позвал его доктор.  

 

Выражение лица у доктора было, как из задницы. Хотя учитывая то, сколько барон выпил ещё недавно, выражение лица должно быть у него, как из жопы, а не у доктора.  

 

— Мы диагностировали заболевание, — сказал доктор. — Боюсь, что мы имеем дело с диссоциативным расстройством идентичности. Проще говоря, с раздвоением личности.  

 

— Что это значит?  

 

— Думаю, вы и сами уже всё понимаете, Генри.  

 

— Это лечится?  

 

— Теоретически – да. Но на практике очень немногим это удавалось.  

 

— Сделайте всё, что в ваших силах. Я оплачу любой курс.  

 

Войдя к ней в палату, он заметил, что на её лице беспросветная грусть.  

 

— Ты мне обещал прийти днём, — срываясь, сказала она. — Уже вечер.  

 

— Прости, Эмилия. Я был очень занят.  

 

— Почему ты перестал называть меня Мией, Поло? Мне нравилось, когда ты меня так называл.  

 

Нет. Больше играть нельзя. Я больше не хочу играть. Это слишком больно.  

 

— Потому что я не Поло, Эмилия. Он умер. Меня зовут Генри.  

 

— Да. Точно. — она тихонько заплакала. — Уйди, пожалуйста, Генри. Я хочу побыть одна.  

 

Он сел рядом с ней и взял её за руку. Снова холодная. Надо сказать об этом доку. Разве это нормально?  

 

— Уйди, — тихо простонала она.  

 

— Я люблю тебя.  

 

— Уйди! — закричала она.  

 

Ему пришлось уйти. Он не хотел делать ей больнее, чем сейчас. А разве он в чем-то виноват был?  

 

308 часов  

Сейчас ему могла помочь только разгрузка. Капитальная. И её он мог найти лишь в двух вещах. В Авроре и алкоголе. Даже рифмуется.  

 

Открыв дверь, его удивлению не было предела. Комната была похожа на скотобойню. И в углу всего этого побоища лежит окровавленное тело его любовницы.  

 

— Какого, мать его, хрена?  

 

Через минуту он уже сидел в машине вокруг охраны, которая отвезла его к себе в кабинет, где он благополучно напился.  

 

В какой-то момент у него проскочили мысли о том, что Аврору убили из-за него. Значит, скоро должны прийти и за ним. Генри решил сделать упор на безопасность и приказал усиленно его охранять.  

 

319 часов  

Он проснулся от трели телефона. Кому нужно так рано звонить ему? Номер скрыт. Снова из полиции? Ладно, посмотрим.  

 

Он принял вызов и моментально узнал голос. Док. Интересно. Это по поводу первых вложений за лечение что ли?  

 

— Генри, Эмилия умерла, — сказал голос из трубки.  

 

Что? Ему не послышалось? Быть такого не может.  

 

— …разбила окно стулом и выпрыгнула. Её утром нашёл охранник на дереве, разорванной в клочья. Все внутренние органы остались на ветках, а сама она упала на землю. Мне очень жаль.  

 

Барон сидел в полном ступоре. Он не мог поверить своим ушам. Как это могло быть правдой? Нет. Нет!  

 

В следующее мгновение кабинет пронзил печальный вопль. Генри сидел и плакал. Потому что не знал, что ему делать.  

 

«У меня есть мой лучший друг Джим Бим» — подумал он.  

 

Выпив примерно половину, он сидел и думал о том, как мертвое эхо мертвого человека влияет на жизнь. Его давно уже нет. Но именно он определил исход. Черт возьми. Неужели у неё из-за этого и вышел разум за ум? Господи, Эмилия. Правильно писал Оруэлл: «Твой злейший враг – нервная система».  

 

Что, он больше не возьмёт её за руку? Её холодные руки грели его сердце лучше любого солнца, они были самые горячие и самые холодные в его жизни. И даже это он потерял, хотя всеми силами старался приобрести.  

 

Да уж, черт возьми. Мир определено стал более серым.  

 

Следующим опрокидыванием бутылки он высушил её полностью и через какое-то время провалился в сон.  

 

330 часов  

В кабинет зашёл Джо и с явным недовольством стал будить Генри.  

 

— У меня есть для тебя несколько отличных новостей, — начал он. — Первая: отец этой молодой шлюхи, узнав, что она наложила на себя руки, схватил инсульт. Сейчас все хорошо. Продаёт похоронное бюро и уезжает из города. Вторая: 87% всех поставщиков отказались с нами работать. Теперь, мы не окупимся в этом месяце. Да и вряд ли вообще окупимся, ведь с каждым часом звонков всё больше. Компания даёт хорошие плоды, не так ли Генри? И третья новость, заключающая. Я ухожу. Больше работать вместе мы не будем. Твоего бизнеса уже нет – всё полетело к чертям. Ты остался у разбитого корыта, дружище.  

 

Джо не знал дошёл ли смысл его слов до бывшего друга. А ему было плевать как-то.  

 

Тем временем Генри вновь выпал из жизни в мир сновидений.  

 

333 часа  

Барон проснулся, когда на улице уже было темно. Насколько он помнит, Аврора мертва, Эмилия мертва, бизнес мёртв, дружба и та недавно умерла. Вот теперь-то у него не осталось ничего. Совершенно.  

 

Он посмотрел на звёздное чистое небо и подумал, что они с Эмилией ещё обязательно слепят снеговика из звёзд.  

 

Генри подошёл к сейфу, открыл его и достал оттуда револьвер и пачку патронов.  

 

Говорят, если сыграть в русскую рулетку и выиграть, то можно навсегда стать другим человеком. Он только этого и хотел сейчас. Это не поможет его разбитому сердцу, но даст ему новую жизнь.  

 

Барон вставил один патрон в барабан и, резко задвинув его на место, прокрутил.  

 

Он поднёс дуло револьвера к, и без того ноющей от боли, голове и задержал дыхание. Раз. Взвёл курок. Два. Нажал.  

 

Генри выдохнул и понял, что нет, этого мало. Нужно изменить правила игры. Сделать их суровее. Пять патронов и только один шанс выжить. Да, тогда он почувствует перемены.  

 

Пришлось повторять в процедуру зарядки оружия. И вот. Момент истины. Он прокрутил барабан, поднёс револьвер к виску и взвёл курок. Раз. Два. Три.  

 

Глухой выстрел разрезал тишину. Мозги барона можно было собирать по всему кабинету.  

 

И что теперь? Он чувствует перемены? Он стал другим человеком? Да и чувствует ли он вообще что-нибудь?  

 

Теперь он потерял и жизнь. Как глупо.  

 

Зачастую проблема людей заключается в том, что они не могут остановиться. Думают, что жизнь – это слишком крутой подъем, на котором, если остановишься – полетишь вниз. Но ведь это не так, не так ли?

| 11 | оценок нет 22:00 14.09.2020

Комментарии

Книги автора

Яма
Автор: Trapovsky
Рассказ / Лирика Драматургия Мистика Постапокалипсис Философия
Вы когда-нибудь оставались со своими страхами наедине? В полной темноте, имея под рукой только маленький фонарик?... Добро пожаловать на борт. Мы начинаем погружение...
Теги: Тьма солнце свет погружение фонарь пещера
22:02 14.09.2020 | оценок нет

Немая Тщетность Бытия
Автор: Trapovsky
Рассказ / Любовный роман Философия
Говорят, безумие - это смысл разбитый вдребезги. Надо же как поэтично...
Теги: Безумие атмосфера бар эскапизм аутентичность привычка
21:44 14.09.2020 | оценок нет

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2020