Чувство, свойственное человеку

Роман / Лирика, Фантастика
«Вселенная коварная штука. Она любит насмехаться над людьми, доказывая их ничтожность. Но порой и она не в силах противиться» Мудрый человек, однажды, сказал мне, что если история закончилась плохо, она обязательно повториться, давая шанс все исправить. Теперь же я вижу, это не выдумки. Однажды встретив девушку в чужом городе, он потерял сон и аппетит. Позже, увидев ее, вновь не может смириться, что сердце ее тянется к другому. Сможет ли Кронпринц поступиться своими чувствами ради счастья другу с девушкой, которую любит? Он уверен, что нет. Ричард будет бороться, и протестовать до последнего. Но прежде увидит, к чему все это приведет…
Теги: принц любовь перемещение во времени

-1-  

 

Сихор преобразился. Люди, предвкушая массовое празднование, пребывали в приподнятом настроении. Улицы украшали флажками и цветами Королевской семьи, ведь уже завтра Король Филипп передаст свои полномочия молодому кронпринцу Ричарду. А это, значит, наступает новая глава в истории Государства.  

Дворец гудел с самого утра. Кухня варила и парила, прибывали послы и почетные гости. Адам неотрывно следил за безопасностью, контролируя своих людей. Джессика и Эмма помогали при подготовке тронного зала. И только он, словно неприкаянный слонялся по узким «улочкам» сада. Ричард хотел поговорить с Джесс, но она была так увлечена процессом, что он просто не решился к ней подойти. Он украдкой наблюдал, как девушки суетятся. Залюбовавшись, даже не заметил, как вот уже минуту организатор дожидается ответа на вопрос.  

— Ваше Высочество? — чуть громче повторил мужчина.  

— Да-да, я слушаю, — кивнул Ричард, продолжая наблюдать за девушкой, что прямо сейчас заливисто хохотала над неуклюжей Эммой. Он и сам невольно улыбнулся, повторяя движение ее губ.  

— Первый танец, вам нужно выбрать даму.  

— Джессика подходит.  

— Никак нет Ваше Высочество, леди Джессика танцует со своим женихом, мистером Хьюзом.  

Сказка рухнула, окрашивая осколки в мрачный, до тошноты, серый цвет. Улыбка сошла с его губ, возвращая в реальность, где у него есть все, кроме самого заветного. Той на которую он сейчас так с упоением смотрит, боясь моргнуть и потерять ее из виду.  

— Что ж, тогда придумайте что-нибудь сами, — непреодолимо захотелось уединиться, иначе голова грозилась взорваться. Организатор попытался что-либо возразить, следуя за кронпринцем, но тот лишь отмахнулся, показывая всем своим видом, что разговор окончен. Спорить и правда, было бесполезно. Смирившись со своей участью, мужчина проводил удаляющегося кронпринца взглядом.  

Коридоры дворца как никогда пусты. Все гости либо в саду на фуршете, либо репетируют программу бала после официальной части. Безумно хотелось оказаться далеко отсюда. Он представил огромный остров, на котором ни души, лишь он и Джессика. Ей бы пошло белое легкое платье. А лучше бы вообще без одежды, ведь они одни, только для него она могла бы быть таковой. Представил, как по вечерам, обнявшись, смотрели бы на звезды. А в один особо солнечный день она сообщила бы, что скоро остров придется делить на троих. Это все могло быть и тут, не упусти он ее год назад на злосчастном мосту. Или в тот день, когда Адам познакомился с ней на площади.  

1 год назад.  

Страна А.  

Жизнь всегда была немного сумбурной. Джессика одна из тех девушек, которая в минуту находила проблемы на свою светлую головушку. Даже сейчас, казалось бы, ничего особенного, всего лишь написать сочинение на тему "Королева в современном государстве", куда проще? Пиши, прописные истинны, да и все. Но девичий максимализм был той самой чертой, которую сама в себе и не любила.  

– Если мы опоздаем на вечеринку из-за тебя, – Оливия стояла в дверном проходе их общей комнаты. Рыжеволосая подруга, сложа руки на груди, агрессивно жевала жвачку, как бы намекая, что готова так же тщательно кости подруги пережевать в случае не повиновения.  

– Я почти закончила. Сейчас напишу вывод, и поедем, – Джессика вновь активно застучала тонкими пальцами по черным клавишам ноутбука. Оливия закатила глаза, но спорить не стала. Бесполезно. Она все равно не закроет крышку ноутбука раньше, чем не поставит последнюю точку. Но на удивление победное «Закончила! » прозвучало раньше, чем обе предполагали.  

Дорога до центрального парка заняла куда больше времени. Они прибыли в самый разгар празднования. Половина гостей уже отличалась превосходным настроением, вторая догоняла первых. Оливия что-то пролепетала, скрываясь в толпе. Это была ее среда. Нет, она не была тусовщицей или заядлой любительницей алкоголя. Она любила людей, и разговаривать с ними. Ну а Джессика же просто боялась такого скопления народа, но всегда успокаивала себя тем, что не все в жизни будут создавать ей зону комфорт.  

Заказав напиток, свежий коктейль, название которого она забыла сразу же после того как произнесла, девушка направилась в сторону удобной софы у края танцевальной площадки. Но не успела она и шагу сделать, как что-то, вернее кто-то толкнул ее в бок. Удар пришелся как раз ну ту руку, которая старательно удерживала бокал. Тщетно. Старания бармена теперь вряд ли будут оценены. Зеленоватая жидкость ярким пятном расползалась по светлому платью девушки.  

– Да что б тебя, – выругалась Джессика, стряхивая остатки алкоголя со своих рук.  

– Прощу прощения, я не заметил вас, – незнакомый мужчина суетился возле нее, подавая все новые салфетки. Он было, сам потянулся к ее груди, но вовремя одернул руку.  

Подняв глаза, Джессика столкнулась с голубыми глазами, что сейчас виновато смотрели на нее. Он был красив, даже очень. Аккуратная борода, каштановые волосы, с золотым отливом вились кудряшками, словно у ангелочка с античной картины. Черты лица были уж чересчур правильными, аристократическими. Сама не понимая того, она без стеснения разглядывала незнакомца. И лишь смущенная улыбка на его губах вернула ее обратно, в такой неловкий момент.  

– Ничего, с каждым могло случиться, – Джессика поспешно отвернулась от него, сбрасывая кучу промокших салфеток в ближайшую урну.  

– А случилось как всегда со мной. Позвольте, я угощу вас чем-нибудь? Коктейль?  

– Разве, что теперь, хотелось бы попробовать его ртом.  

Незнакомец рассмеялся, и Джессика невольно вздрогнула. Казалось, она слышала этот смех миллион раз. В груди защемило прежде незнакомое чувство тоски.  

– Ричард, – наконец он представился, протягивая широкую ладонь. Осмотрев его руку, девушка вложила свою ладонь в его. На лице мужчины мелькнуло удивление. Ее рука по ощущениям была куда меньше, чем могла показаться.  

– Джессика.  

– Вот теперь это можно считать состоявшимся знакомством. Дайте мне пару минут миледи.  

Поклонившись, он затерялся в толпе. Надо же, редкий парень в этом городе мог похвастаться такими манерами. Весь из себя он был не таким как все. Становилось немного жутко от того, что его нет всего пары минут, а она уже скучает, как по старому другу.  

Ричард вернулся и вручил ей замысловатый бокал, украшенный безвкусным зонтиком, ярко розового цвета. Заметив ее взгляд, он смущенно пожал плечами.  

– Все что осталось. Эти люди опустошили весь бар.  

– И такое сойдет.  

– Я оплачу, – он кивнул на яркое пятно. Проследив за его взглядом, Джессика немного покраснела, стало не понятно, на что именно он так заинтересованно уставился. Пятно ли привлекло его внимание, или же довольно глубокое декольте, спасибо Оливии.  

Но Ричард кажется и впрямь, смотрел лишь на пятно, а после прямо в ее глаза.  

– Ерунда. Думаю, мой порошок справится вполне с досадным недоразумением.  

Он указал в сторону той самой софы, на которую она спешила несколькими минутами ранее, приглашая присесть.  

– А ты не местный, так ведь?  

Ричард заметно напрягся. Голос стал звучать тверже, уверенней, плечи расправились. Стало понятно, он не слишком- то хотел выделяться из толпы и был раздосадован, что его так быстро вычислили.  

– Это так бросается в глаза?  

– Как минимум твоя речь, – усмехнулась Джессика, делая глоток нового коктейля. Он оказался не так плох, как она подумала, взглянув на него впервые.  

– Моя речь?  

– «Миледи», «прощу прощения». Местный бы смачно выругался на меня, за то, что под ногами путаюсь.  

– Вашим мужчинам, верно, не хватает манер.  

– Вот об этом я и говорю, – радостно воскликнула она, придвигаясь чуть ближе. – Твои манеры. Разговаривать с тобой, словно читать старинную книгу.  

– Никак не решусь предположить, хорошо это или плохо?  

– Это потрясающе, – кивнув, Джессика подняла бокал повыше, чокаясь о бокал Ричарда. Он смотрел на нее неотрывно. Улыбался лишь краешками губ, но и этого было достаточно, что бы понять, он заинтересован.  

Джессика, наконец, почувствовала себя свободно. Беседа с незнакомцем была интересней, чем очередной конкурс проводимый недалеко от них. Ричард что-то рассказывал о литературе, своем недавнем визите во Францию. Иногда он оговаривался, сам себя поправлял, опуская только ему известные детали.  

– Показать тебе Нью-Йорк?  

Неожиданно выпалила девушка. Стоп. Неужели она предлагает уединиться с незнакомым мужчиной. Сама. Ричард, кажется, тоже не ожидал такого вопроса, но довольно быстро и воодушевленно согласился, подрываясь вверх и протягивая ей руку. Надо бы сообщить Оливии, но ее нигде не было видно. Слава богу, умные люди придумали посылать sms-ки. Быстро застучав ноготками по сенсорному экрану телефона, Джессика расправилась с последним якорем на пути в увлекательную прогулку по ночному городу.  

– Надолго ты тут?  

– На самом деле, утром у меня самолет, – Ричард выглядел уж слишком расстроенным. Почувствовав необходимость его приободрить, Джессика осторожно сжала его ладонь в своих руках, не понимая, какой необратимый эффект даст это невинное действие.  

Ричард и впрямь воспарил духом. Заметив, что ветер стал холоднее, он, не раздумывая накинул свой пиджак на плечи девушки. Джессика робко кивнула в знак благодарности. Да, теперь девушкам приходится заново привыкать, к учтивым мужчинам.  

– Я бы тоже хотела однажды уехать из этого города.  

– А как тебе такое безумство. Ты улетаешь со мной?  

Мужчина резко остановился беря ее за руки. «Да какое к черту улетим, она знает тебя пару часов! ». Но отчего-то ее теплящийся взгляд внушал надежду, что она может согласиться. Ну же Джесс, ну же. Она словно рыбка хватала воздух ртом, не находя подходящих слов. А потом в глазах, что то блеснуло и вот ее губы уже целуют губы незнакомого мужчины. Ричард замер на мгновение, но острое чувство под ребрами пьянило пуще выпитого алкоголя. Он ответил на поцелуй, крепче прижимая ее к себе. Ни об одной девушке он так не бредил как о этой. Возможно это все не по-настоящему. Как он может быть уверенным, что это та самая зная ее несколько часов? Но почему тогда, все что происходит сейчас, кажется, таким правильным. Девушка отстранилась, делая глубокий вдох.  

Неожиданный звук трубы, раздавшийся прямо над ухом заставил их оттолкнуться дуг от друга. Черт бы побрал этот вечно живой город. Толпа людей в одно мгновение заполнила улицу. Очередной флэш-моб, с громкими танцами и красочными костюмами. Джессика пыталась найти своего нового знакомого взглядом, но ее все дальше и дальше оттесняли танцоры. Оглядевшись вновь, она заметила его стоящего всего в паре метров. Ричард так же цеплялся за каждое лицо в толпе, пытаясь найти то самое. Джессика уже сделала шаг ему на встречу, как сильная боль сковала ее ногу. Вскрикнув от боли и склонившись, она лишь почувствовала теплое касание руки на своем плече и сбивчивое.  

– Прощу прощения, я не хотел.  

Не удивительно, ей всегда везло. Кто-то что-то ронял на нее по неосторожности, а зачастую наступали на ноги, прямо как сейчас. Растерев место, куда пришлась основная масса тела незнакомца, она быстро вернулась в исходное положение. Но Ричарда уже не было. Простояв еще минут двадцать и почти дождавшись, когда людей не останется, она так больше не увидит доброе лицо, ищущее ее.  

 

-2-  

Невольно соленая слеза скатилась по щеке, теряясь в заметно отросшей щетине. Замечтавшись, Ричард не заметил, как оказался в старой части дворца. Перед носом дверь, а над ней табличка «библиотека». В детстве, когда была жива мать, они частенько пропадали тут. Множество книг, в красочных обложках увлекали его на долгие часы. Адам хоть и не любил слушать сказки, но как верный друг терпеливо коротал дни вместе с Ричардом.  

Странная дружба, скрепившая их на долгие года. Адам сын начальника королевской охраны, рано потерявший мать, а вскоре и отца, всегда точно знал, что ему нужно и как это получить. Он во всем отличался от романтика Ричарда. Будь они не знакомы с пеленок, возможно, такой дружбы и не сложилось бы. Или же общее горе их сплотило. Королева Анна, мать Ричарда, стала отдушиной для обоих мальчиков. Потерять и ее, было сродни потерять часть души. Остались лишь они двое. Против всего мира. Неудивительно, что сильный и гипер ответственный Адам стал личным телохранителем кронпринца, а вскоре и начальником королевской охраны.  

2 месяца назад.  

Сихор.  

Важный день для будущего короля. Ричард неловко поправил манжеты парадного мундира, в очередной раз, рассматривая себя в витражное зеркало. Все сидело как надо, не одну неделю лучшие портные страны кропатели над нарядом принца. Но он все равно чувствовал себя в нем слишком скованно.  

– Да все в порядке, – сказал Адам. Он устало выдохнул, плюхаясь на ближайший стул, – ты как та барышня, кружишься перед зеркалом, уже минут сорок.  

– Я бы тоже плевался остротами, будь на твоем месте. Не тебе же сегодня выбирать будущую жену.  

В Сихоре каждый знал, что Король без Королевы словно голова без шеи. Это не было главным условием, но так надежнее, если на престол он взойдёт женатым человеком. Так Филипп настаивал, так велел совет. Но только мужское сердце не екало ни на одну даму, прибывшую для участия в параде невест. Старинный праздник, проводимый уже несколько столетий. История насчитывала всего пару исключений, когда Король пренебрегал традицией.  

Ричард был не из тех, кто нарушал устоявшиеся законы. Он чтил и следовал всем предписаниям. Именно поэтому, сейчас он с дежурной улыбкой выйдет на площадь, еще раз осмотрев всех претенденток. Отец еще несколько месяцев назад указал на свою фаворитку. Идеальное генеалогическое дерево, но вот характер отвратный.  

– Может, выпьешь для храбрости? – Хьюз выудил из заднего кармана черных джинс небольшую фляжку, припасенную именно для таких случаев. Ричард, прищурившись, осмотрел предложенный предмет, прикидывая, поможет ли этот волшебный эликсир или же все-таки не стоит.  

– Наверное, ни к чему. Будет спокойнее, если ты будешь не по далеку, готовый пристрелить меня, что бы сильно не мучился.  

– Да брось, – вспылил Адам, быстро поднимаясь на ноги, – ты говоришь так, будто сейчас твоя жизнь закончится.  

– Зря ты тогда утащил меня.  

– Рич, это было год назад. А кто знает, вдруг любовь всей твоей жизни, через неделю оказалась бы сварливой бабой?  

– Ты просто ее не видел. Эти глаза не могут причинить боль.  

Целый год прошел с того дня, как в толпе он оставил девушку, знавшую несколько часов. Целый год он винил себя, что так легко поддался уговорам Адама, возвращаться в аэропорт. К чему теперь перебирать кости давно умершей собаки. Сейчас его ждут как минимум шесть девушке, жаждущих выйти замуж за кронпринца.  

– Я отлучусь на пару часов?  

Ричард замер в проходе. Здорово. Теперь еще и Адам собрался испариться в такой момент. Но делать телохранителю во время официальной части и впрямь было нечего. И без того полный зал охраны справится.  

– Прибудь хотя бы к финальному вальсу и помолвке.  

– Не волнуйся. Такого шоу я не пропущу.  

Все тянулось медленно и нудно. Наигранные улыбки знати, елейные речи барышень жаждущих привлечь к себе внимание. И все по кругу. Дышать сделалось легче, когда организатор объявил танцы. Одна за другой в его руках сменялись партнёрши. Переход и вот он кружит графиню Чершей, снова переход и леди Ван Гиз учтиво кланяется перед ним. Ричард сбился со счету и потерялся в обилии милых лиц, когда в его руках оказалась она. Музыканты замерли, как и все танцующие. Сердце бешено рвалось наружу, ломая ребра и выворачивая душу наизнанку.  

– Ричард?  

Джессика была ошарашенная ничуть не меньше его. Явно не знавшая этикета, она кинулась ему на шею как к старому знакомому, под перешептывания окружающих. Забывшись, он так же крепко прижал ее к себе, боясь, что это бредни его разума, выдаваемые за действительность. Но она не исчезала, по-прежнему крепко обнимая его. Именно в тот день все пошло не так как должно было.  

Адам тоже претендовал на нее. Ричард ничего не мог поделать, но Хьюз все больше и больше проводил время в обществе гостьи. Она смотрела на его так, как смотрела когда-то на Ричарда, в момент их первой встречи. Звонко смеялась лишь над его остротами. А в минуты тревоги или волнения, находила только его ладонь, сжимая ее в своей.  

Ричард ничего не мог поделать. Хотя нельзя сказать, что он не пытался. Тот разговор с Адамом, он запомнит на всю жизнь.  

– Я люблю ее, – выпалил кронпринц. Он в очередной раз столкнулся с другом на пути к покоям девушки, которые сам же так радушно предоставил в надежде больше времени проводить с ней.  

Хьюз шумно вдохнул воздух сквозь плотно сжатые зубы. На протяжении года слушая рассказы о прекрасной незнакомки, он и представить не мог, что в скором времени и сам станет соперником за сердце девушки. Она его и ничья больше.  

– Нет, приятель. Ты женишься на другой женщине. Эта моя.  

Ричард ударил первым. Сплевывая кровь с разбитой губы, Адам уверенно толкнул друга в грудь, а после и сам принялся наносить удары. Смертоубийства не произошло лишь благодаря часовым, так вовремя услышавшим шум и подоспевшим разнимать двух взрослых мужчин, не поделивших одну девушку.  

Но страшнее всего были не ссадины и синяки, а разочарованный взгляд Джессики. Она сразу поняла что произошло. Каких трудов стоило уговорить ее остаться. И катализатором в ее решении стал Адам. Она осталась ради него…  

Но как объяснить непослушному сердцу, что его отвергли? Нет! Он не оставит попыток вернуть ее! Ричард твердо знал, что приложит все усилия, что бы доказать ошибку, которую она совершила. Непременно принимая ее.  

-3-  

 

Дверь оказалась не заперта. Пройдя внутрь, кронпринц осмотрелся. Никого. Тихо. На столе лежала толстенная книга в бархатном переплете. На котором, золотыми буквами выбито название.  

— «История королевской семьи», — прочитал Ричард вслух, опускаясь на мягкий стул.  

Книга была слегка пыльной, будто кто-то недавно достал ее из недр огромной комнаты. Он осторожно раскрыл первую страницу. Здесь вся его семья, начиная с основателей, которые прибыли на пиратском корабле много лет назад. Еще мальчишкой он знал, что где-то хранится альбом со всеми портретами. Искать пришлось относительно недолго, через пару часов он уже держал увесистый альбом в руках. Нужно отдать должное. Гены у его семьи были сильными, и сквозь поколения просматривалось отличительное семейное сходство. Он увлеченно рассматривал портреты написанные углем, позже первые появившиеся фотографии уже измотанные временем.  

Вдруг из середины альбома выпал желтый лист, принц поспешил вернуть его на место, но не смог и пошевелиться. С листа старой бумаги на него смотрели любимые глаза.  

— Джесс?  

Ричард и сам не сразу узнал свой голос. В горле встал ком, а руки охладели. Он осторожно поднял портрет, внимательнее всматриваясь в него. Те же глаза, губы и копна волос, разве что завита и уложена по-другому. Под стать той эпохе, на девушки были соответствующие украшения. Увидев на кулоне семейный герб, принц и вовсе отшвырнул портрет на стол. Шумно выдохнув, он запустил пальцы в золотистые волосы.  

— Ты уже с ума сходишь приятель, завязывай с этим.  

Немного придя в себя, он вновь поднял изображение девушки. На этот раз, замечая подпись в самом низу, явно написанную от руки.  

«До встречи, в следующей жизни».  

Ричард вновь и вновь перечитывал фразу, стараясь найти какой-то подвох. Но его просто не было. В библиотеке заметно похолодало. Появилось странное ощущение. Подняв глаза, Ричард увидел взявшегося ниоткуда старика в парадном мундире, лицо было смутно знакомым.  

Седовласый довольно улыбнулся, поднося руку к своим губам, сдувая пыль с ладони прямо в лицо принца. Тот попытался откашляться, чувствуя как странное вещество словно пробираете сквозь него своими маленькими колючими лапками пока все окончательно не потемнело.  

 

   

-4-  

Сихор. Хезур, 1801 г  

 

— Снова промазал, — выкрикнул принц Ричард, уворачиваясь от яблока, что секундой ранее летело прямо ему в голову.  

— Это был последний раз, когда я поддавался, — Адам потянулся за новым «снарядом», но не успел он схватиться за фрукт, как раздался строгий голос Камердинера.  

— Стыдоба какая! Капитан и Кронпринц разбрасывают урожай, которые честные женщины собирали все утро!  

Питер был маленького роста и преклонного возраста. Он стоял на ступенях, ведущих в дом, оперившись руками в бока. Ноздри широко раздувались, как бы демонстрируя, насколько он рассержен. Это была забавная картина, не сдержавшись, мужчины, залились смехом, передразнивая старика. Питер любил этих бездельников, как собственных детей. Он буквально растил их, пока важные родители, были заняты более важными делами страны.  

Камердинер растаял. Спускаясь на ступень ниже, он отмахнулся от мужчин рукой.  

— Полно, посмеялись, и хватит. Делом бы занялись.  

— Брось, Питер, — Адам все же взял яблоко, которое собирался запустить в Ричарда. Он надкусил его, слегка морщась от кислоты, что соком полилась по рецепторам, — сейчас же лето. Какие могут быть дела.  

— Верно, — кивнул Ричард, — самое начало прекрасной поры. Время быть безрассудными.  

— Вам только и безрассудствовать Ваше Высочество. Коронация на носу.  

— Вот именно, — Ричард слегка похлопал старика по плечу, — после того как на меня наденут этот «символ» власти и буду делами заниматься.  

— Как бы беды не случилось, — Питер всегда отличался особым чутьем. Да тут и не нужен был особый дар. Эти двое изрядно попили его крови. В детстве, они лазили по деревьям, то и дело, ломая конечности. Однажды, выпустили всех лошадей из королевской конюшни. Ловили всем городом и тех и тех. Повзрослев, стали пропадать в пансионатах благородных девиц. Право сказать, не все девицы оставались таковыми.  

Все устаканилось, когда Хьюза отправили на военную службу. Ричард же в то время тоже служил, но не так как его друг. Большую часть времени, принца учили быть королем, в то время как Адама — универсальным солдатом. Но стоило службе закончиться, эти двое вновь устроили налет на кабаки.  

Вот и сейчас, Адам принял решение остаться на службе во дворце. Его лучший друг вот-вот станет королем, ему не помешает верный человек во дворце. К тому же после смерти отца Ричарда, Короля Генриха, прошло не так много времени, а стервятники уже слетелись на молодого кронпринца. Одной из таких хищных птиц была Королева Виктория, мачеха Ричарда и мать его сводного брата Леонарда. Женщина ни словом не обозначала свою принадлежность, к каким либо взглядам, держа нейтралитет. Но слухи ходили разные.  

— Что б вам пусто было, ироды, — рассмеялся Питер. Он махнул рукой, отпуская друзей восвояси, а сам же вернулся во дворец. Его работу за него вряд ли кто-то сделает. Негласно его считали чуть ли не сердцем дворца.  

— Ну что? Как насчет, наведаться к Вильме?  

Адам потер ладоши в предвкушении кутежа.  

— Вперед! В царство пьянства и разврата!  

Мужчины рассмеялись, пожимая руки. Эта связь была нерушима. Братьями они стали, казалось, еще до рождения. Родители Адама были дворянами и добрыми друзьями Короля и Королевы. Именно поэтому Хьюзу довелось расти и воспитываться во дворце, вместе с принцем Ричардом. А после и служить в лучшем полку.  

 

Переодевшись в одежду поскромнее, мужчины направились в городок неподалеку. Уже смеркалось, а значит, веселье только начинается. Прямо на начале улицы слышались пьяные песни горожан. А это значит, что до излюбленного заведения осталось несколько метров.  

Хозяйка заведения – пышногрудая блондинка. Она была весьма красива и самостоятельна. Но не отказывалась от внимания интересных мужчин. В частности она любила визиты Хьюза и его сослуживцев, находя одного из них весьма интересным.  

— Какие почтенные люди у меня в гостях, — девушка елейно улыбнулась, делая весьма сносный реверанс в сторону вошедших. Ричард отрицательно помотал головой. В городе они до последнего скрывали свои личности, а уж тем более титулы.  

— Ты как всегда очаровательна, — Адам учтиво поклонился, оставляя легкий поцелуй на костяшках руки девушки.  

— Давно вас не видела. Думала уже все, потеряла состоятельных клиентов. Но ваш столик по-прежнему свободен, держу его лишь для особенных гостей.  

Мужчины переглянулись. Поблагодарив Вильму, они прошли вглубь кабака. Место и впрямь было выгоднее остальных. Полный обзор на всех присутствующих, рядом кухня, поэтому первым приносят еду и выпивку. Ну и конечно девушки, наслышанные о том, что именно тут останавливаются толстосумы и аристократы, были крайне заинтересованы.  

Вот и сейчас, одна брюнетка, уже бросает многозначительные взгляды в их сторону. Выпив вина, Адам расслабленно откинулся на спинку деревянного стула.  

— Ах, до чего же хорошее место.  

— Совсем скоро, путь сюда будет закрыт, навсегда.  

— Для тебя, — кивнул Адам, — никто не помешает главнокомандующему королевской стражи, навестит паб другой, не так ли?  

— Как знать, как знать. Если этот главнокомандующий не будет вмешиваться в драки, портить несколько девиц за ночь и употреблять несколько пинн алкоголя.  

Адам скорчил грустную мину, кивая другу.  

— Ты прав, тогда и впрямь, путь будет закрыт.  

Они много смеялись, как в старые добрые времена. Алкоголь приятно теплился в желудке, пуская по венам расслабление.  

— Что ты думаешь по поводу женитьбы? Выбрал уже какую-нибудь леди?  

Ричард на мгновение задумался. Этот вопрос был не самым приятным, но, по крайней мере, одним из тех, который обсуждать не хотелось. Совсем скоро, ему принимать бразды правления, а у него нет достойной партии. Нет. Разумеется, претенденток много, но от каждой воротит как от прокаженной. Он был более разборчив в связях, нежели Адам. Да и девушки больше вешались на Хьюза. Обаятельный мерзавец, этого у него не отнять.  

— А может Король умереть холостяком? — Ричард лукаво прищурился, на что Адам громко рассмеялся.  

— Серьезно? Ни одной живой души?  

— Живой нет. Недавно понял, что мертвые привлекают больше.  

— Ну, вы и придурок, ваше высочество.  

— Ваше благородие, не вы мне будите говорить про придуризм, — Ричард поднял бокал с вином над головой, словно для тоста и сделал глоток.  

— И то верно.  

 

Из заведения они ушли на рассвете. Питер уже встревоженно караулил их возле ворот дворца.  

— Пьяницы, прохвосты, — бурчал старик, ведя веселых мужчин через тайные ходы сада, что бы ни одна живая душа не увидела их в таком состоянии.  

Словно нянька для двух великовозрастных детин. Он уложил сначала одного, а после и второго. Любил, но поубивал бы.  

Утро выдалось тяжелым. Помимо похмелья и жары, друзей обуял груз ответственности. Ричард непременно должен присутствовать при переговорах о предстоящем приезде леди Эммы Де Гиз. А Адам собственноручно, несколько дней назад, подписался на королевскую охоту. Теперь пожиная плоды собственного любопытства, он трясся в седле, проклиная все на свете. Оставив лошадей у кромки леса, охотники медленно разошлись по сторонам, выслеживая будущую дичь.  

Воздух в лесу был прохладным и свежим, намного вкуснее, чем в том же дворце. Хьюз почувствовал, что похмелье медленно, но верно машет на прощание дрожащей рукой. Еще бы прохладной воды, а лучше эля. Но это будет после. А сейчас он, кажется, напал на чей-то след. Медленно, словно крадущийся тигр, он преследовал жертву. Прищурившись, он заметил молодую лань, спокойно пасущуюся в нескольких метрах от него.  

Животное не подозревало, что дуло опытного солдата уже наведено на нее. Пара шагов отделяет ее от верной смерти. Адам грациозен в своем первобытном стиле. Широкие плечи медленно вздымаются, а сильные руки сжимают рукоять ружья. Палец на курке в любую секунду готов выпустить пулю.  

Но все портит девушка, что так же медленно и грациозно двигается к лани справа от Адама. Он замирает на мгновение, не замечая, что дуло его ружья теперь смотрит на нее.  

Незнакомка идет боком, стараясь не смотреть на животное. В ладони ягоды, она протянула ее вперед, к морде животного, как бы угощая.  

 

«Додумалась, лань же самая пугливая»  

 

Адам не поверил глазам, когда дикий зверь, словно послушный домашний песик, принял угощение из рук человека. Он видел, что девушка и сама удивлена ничуть не меньше. Она выдохнула, потянувшись второй рукой к голове лани, поглаживая ее. На лице девушки сияла улыбка и бывалый солдат (любовник) готов был поклясться, что не видел красивее.  

Словно завороженный он сделал шаг навстречу ей. Под ногой хрустнула сухая ветка. Животное дернулось и поспешило удалиться. Девушка ничуть не меньше испугалась, но осталась стоять на месте, всматриваясь, откуда пришел звук.  

Адам не хотел ее пугать, подняв ладони к верху, он вышел к ней из зарослей.  

— Вы испугали ее, — сказала девушка, складывая руки на груди.  

Она хмурилась, а его сердце отбивало чечетку. Что за лесная ведьма сотворила с ним такое.  

— Я не хотел.  

— Правильно, вы хотели ее пристрелить, — незнакомка кивнула на ружье.  

Адам осмотрел оружие, оставляя его на земле.  

— Не страшно? Одной, в лесу?  

— С чего вы взяли, что я одна?  

— Разве с кем-то?  

Девушка замялась. Адам заметил, что ее глаза растерянно скользят по местности, будто ища что-то тяжелое, чем можно шандарахнуть и спастись бегством. Но вокруг только шишки да трава.  

— Вам не стоит волноваться. Не в моих правилах обижать беззащитных девочек.  

— Вот как? — девушка горделиво вскинула голову вверх. Она хотела казаться выше, чем есть на самом деле. Но разве это возможно, когда рядом такая «скала».  

— Разумеется, вы только посмотрите на это лицо. Оно же само олицетворение добра и благородия.  

Девушка звонко рассмеялась. А Адам не мог оторвать от нее глаз. Заметив это, девушка смущенно прикрыла рот ладонью, но смех все же сдерживать не могла.  

— Позволь узнать твое имя?  

— Джессика, — девушка протянула руку для того, что бы пожать мужскую ладонь. Хьюз немного замешкался. В его обществе так не принято. Дамы делают реверанс или протягивают руку для поцелуя. Но и в этой простоте было что-то очаровательно. Он кивнул и протянул руку в ответ.  

— Адам.  

Сжав ладонь девушки в своей, Хьюз слегка потерялся. Ее рука буквально потерялась в его. Она была слишком тонкой и маленькой. Нет. Правильнее сказать — изящной.  

— Что ж Адам, — девушка смутилась, из-за того что их рукопожатие слегка затянулось. Она осторожно высвободила руку. Заметив это, Адам улыбнулся, своей фирменной лисий улыбкой. Джессика готова была поклясться, что у нее волосы дыбом встали от его взгляда. Никогда прежде она так не сжималась при виде мужчин. Никто не интересовал ее так, как этот новый знакомый.  

— Ты местная?  

— Совсем недавно переехали, а ты?  

— Я лесничий, — соврал Адам.  

— Правда? Мне говорили- он стар.  

— Верно. Поэтому совсем скоро я займу его место, а пока правильнее сказать, я ученик лесничего.  

Девушка вновь осмотрела его с ног до головы, лукаво прищурив глазки.  

— Что ж ученик лесничего. Была рада знакомству, но мне пора.  

Девушка сделал шаг в сторону, но теплая мужская ладонь сжалась на ее предплечье, удерживая на месте.  

— Мы же встретимся еще?  

 

«Боже, Хьюз, ты ее пугаешь».  

 

Но девушка улыбнулась, снова краснея от смущения.  

— Я живу на стальной улице, спросишь как меня найти у местных.  

Постепенно ее силуэт терялся в чаще леса, а он все не мог отвести взгляда.  

 

   

-5-  

 

Вернувшись во дворец, Адам поспешил уединиться в своих покоях. Сердце бешено колотилось, а мозг то и дело рисовал портрет прекрасной девушки. Она казалась чем-то нереальным. Возможно, она и правда померещилась ему.  

Рухнув на кровать, мужчина раскинул руки в сторону. Он смотрел в полок, а видел лишь верхушки хвойного леса. На лице сияла довольная улыбка. В дверь настойчиво постучали, но Хьюз не желал сейчас с кем-либо общаться. Стук повторился вновь, и вновь. Не дождавшись ответа, Ричард вошел без приглашения.  

— Совсем оглохли капитан?  

Ричард сложил руки на груди ожидания хоть какой-либо реакции от друга. Но тот продолжал пялиться в потолок, будто не замечая присутствия гостя на своей территории.  

— Неужто дичь попалась настолько жирная? — усмехнулся кронпринц, устраиваясь в мягкое кресло, стоявшее близь окна.  

— Необыкновенная, — пропел Адам.  

— Впервые в жизни вижу тебя таким, — Ричард задумался, пытаясь подобрать нужное слово, но глядя на лицо Хьюза, в голову лезло только одно, — идиотом.  

Капитан, наконец, придя в себя, быстро поднялся с кровати, поправляя рубаху.  

— Разве? Я тебя таким каждые выходные вижу, стоит тебе переступить порог заведения Вильмы.  

Кронпринц расхохотался, признавая свое поражение.  

— Леди Эмма прибудет на днях.  

 

Будучи мальчишками, они часто играли с малюткой Эммой. Питер зачастую ругал их: «-Она же леди! С ней так не принято! ». Но они считали ее равной себе, могли и снежком по макушке зарядить и в луже искупаться. Девочка ничуть не обижалась, считая себя мальчиком под стать им. Пока ее родители не распределили ее в пансионат.  

 

— Верно, стала настоящей дамой, — кивнул Адам, вспоминаю маленькую, запачканную и растрепанную после бега девочку.  

— Все мы стали лучшими копиями себя.  

В голубых глазах отчетливо виднелось разочарование. Не о такой жизни он мечтал для себя. С превеликим удовольствием он бы поменялся жизнью с Адамом. Быть свободным в своем выборе и жить, так как велит сердце, а не долг.  

 

— Королева Виктория уже разослала приглашения твоим будущим пассиям?  

— Начиная с самых скромных домов, да.  

— Что ж, любой бы радовался на твоем месте. Дюжина девиц будет кружиться около тебя, стараясь угодить. А ты лишь успевай рассматривать и выбирать.  

Адам знал, что для Ричарда это ничего не значит. Но какой из него друг, не будь он поддержкой для него. При том, никто не исключал возможности, что одна все же сумеет украсть сердце будущего короля.  

— Ты бы радовался точно, — кивнул кронпринц, поднимаясь со своего места, — я пришел то вовсе не за этим. Завтра Виктория устраивает званый обед, не хочешь поприсутствовать?  

Адам нахмурился и отрицательно мотнул головой. Для него это было не сложно, напротив, вкусно поесть, послушать умные беседы, хорошая перспектива. Но было одно большое НО.  

— Меня не будет во дворце до вечера.  

— Что-то стряслось?  

— Отнюдь. Просто возникли дела. Не то чтобы срочные, но требующие внимания.  

— Моя помощь будет нужна? — Ричард с надеждой посмотрел на Адама. Любой повод для него сейчас был весомым, лишь бы не присутствовать на обеде. Но Хьюз вновь отрицательно мотнул головой.  

В таких делах Адам предпочитал действовать в одиночку.  

-6-  

Как только солнце коснулось верхушек деревьев, Капитан Хьюз приказал подать коня. До деревни добрых два часа верхом. Он хотел как можно больше времени провести с Джессикой, узнавая ее лучше. Конечно же, если она не прогонит его.  

На площади уже кипела жизнь. Оставив коня, Адам медленно прошелся по рядам. Чего там только не продавали. Но взгляд сразу на плотно набитый бутон красной розы. Хьюз хотел уже было спросить прохожих, как выйти к стальной улице, но заметил знакомое лицо, сидевшее на ступенях фонтана, посреди площади.  

Джессика держала в руках пустую корзину и испугано, озиралась по сторонам, будто ища кого-то.  

— Я могу помочь? — девушка немного вздрогнула, но увидев Адама, грустно улыбнулась.  

— Вряд ли. Кто-то вытащил из корзины кочан капусты и убежал.  

— Милая леди, так вас обокрали?  

Девушка пожала плечами, вновь осматривая пустую корзинку. Заметив в руке Адама цветок, девушка смутилась, щеки залил еле заметный румянец. Конечно, ее реакция не осталась без внимания.  

— Это конечно не капуста, — мужчина протянул ей цветок, делая шаг ближе, — но может все же сможет поднять вам настроение.  

Джессика впервые так четко, без стеснения смотрела в его карие глаза. Прежде она не испытывала ничего подобного. Все чего сейчас хотелось, это никогда не отводить взгляда.  

— Спасибо, — робко шепнула она, принимая подарок, — вы завтракали?  

— Не успел, — честно признался Адам, надеясь, что она пригласит его к себе.  

— Тогда позвольте угостить вас? Вы все же спасли мое настроение.  

-7-  

Домик был маленьким, на одной из самых тихих улиц деревушки. Прежде он никогда не бывал здесь, все его экскурсии заканчивались на одной улице, в одном заведении.  

Скромное жилище, но до ужаса уютное и малое. Девушка усадила его за деревянный стол, ставя перед ним свежеиспеченный хлеб и горячий чай с травами. Джессика все суетилась, сама не понимая почему, они никак не могла успокоиться. Пока мужчина не похлопал по соседнему стулу, приглашая сесть рядом. Не решившись на такую дерзость, она села напротив, но почти тут же быстро поднялась, доставая из кладовки кусочек масла.  

— Вы живете одна? — Адам, разломав хлеб руками, протягивая самый большой кусок ей. Джессика качнула головой, выбирая порцию поменьше.  

— Нет, с матушкой и сестрой. Они уехали на ярмарку в соседнее поселение, а я осталась присматривать за домом.  

— И вам ничуть не боязно? — лукаво прищурился Хьюз, наблюдая как, она мило нервничает в его присутствии.  

— Почему мне должно быть боязно? За мной приглядывают.  

Впервые он почувствовал болезненный укол ревности. Будь он знаком с ней чуть дольше, устроил бы допрос с пристрастием. Но ему так не хотелось пугать ее, отталкивать своей несдержанностью. Кивнув, он наконец откусил горячего хлеба, довольно мыча и закатывая глаза. Ничего прежде вкуснее в жизни он не пробовал. Ни один изысканный десерт с королевского стола, не мог сравниться с куском хлеба с маслом.  

— Что вы туда добавляете, что он такой вкусный?  

— Ничего, — улыбнулась девушка, завороженно наблюдая, как Адам наслаждается ее выпечкой, — все те же ингредиенты что и остальные.  

Ей все твердили, что готовка это вовсе не ее призвание. Когда была жива бабушка, та вечно била по рукам, причитая, что она никогда не научиться вкусно печь. А сейчас же что поменялось? Мужчина напротив, доедал каждую крошечку, нахваливая ее готовку. Она видела, что он искренен.  

— Я могу испечь вам с собой.  

— Будьте так добры, — взмолился Адам, пережевывая очередной кусок.  

День пролетел незаметно. Она рассказывала о своем детстве, он внимательно слушал и не перебивал. Адам даже немного помог замесить тесто. На улице вечерело, а это означало, что пора возвращаться. Девушка вышла на порог дома, чтобы проводить его. Нужно было сказать хоть что-то на прощание, но все слова терялись на языке. Как два умалишенных они стояли друг напротив друга, открывая рты, словно рыбы.  

— Разрешите завтра вновь приехать к вам?  

Джессика кивнула. Она немного задумалась, а после привстала на носочках, оставляя легкий поцелуй на его щеке.  

-8-  

 

 

Адам брел по саду. Он отламывал еще теплый хлеб, отправляя кусочек за куском себе в рот, напевая дурацкую мелодию.  

— Как не стыдно? — раздался возмущенный голос Питера. Он уже в привычной позе, руки в боки встречал капитана на пороге дома.  

Камердинер быстро спустился к мужчине, призывая рукой нагнуться ниже. Адам склонился и дыхнул на старика.  

— Не может быть, — потер затылок старик, — дыхни еще раз.  

Адам повторил свои действия, загоняя Питера в новое недоумение.  

— Как такое возможно? Ты трезв мой мальчик! А почему шел шатаясь?  

— Свежий воздух задурманил разум, — Адам широко улыбнулся разведя руки в стороны. Питер заметил небольшую плетенку в правой руке Хьюза и потянулся к ней, проверить, а вдруг там, и спрятан заветный алкоголь.  

Увидел подъеденную буханку хлеба, старки вновь почесал затылок, пытаясь сложить всю картину воедино. Но что ни попытка, то сумбур.  

— Попробуй, — Адам протянул ломоть хлеба старику. Тот откусил добрый кусок и стал тщательно пережевывать. Он не испытывал такого явного восторга как капитан, поэтому еще больше насторожился.  

— Где ты взял его?  

— Божественный вкус, ведь так? Одна девушка угостила меня им. Ничего вкуснее в жизни не пробовал.  

Питер откусил еще один кусочек, стараясь понять, чем же все-таки так восхищается Адам. Хлеб был слегка пресноват. Он пробовал и вкуснее.  

— Сносный, — кивнул Питер, — а теперь спать! Хватит ночных гуляний.  

-9-  

День сменялся днем, прошла неделя. Ричард начал подозревать, что Адам не спроста каждый день куда-то пропадает. Но тот успевал исчезнуть, до того как друг начинал сыпать вопросами.  

Джессика уже не смущалась его, напротив, сама «невзначай» касалась руки или спины. Стоило хрупкой ладошке лечь меж его лопаток, он напрягался, и дыхание предательски сбивалось. Теперь он краснеет и блеет перед ней. С самого утра Адам увез ее к озеру. Погода располагала к пикнику. Расстелив покрывало девушка, устроилась рядом с ним, смотря на проплывающие мирно облака.  

Джессика почувствовала, как ее ладонь сжимает горячая мужская ладонь. Она ответила, переплетая пальцы с его пальцами. Получив согласие, Адам уперся обеими руками по бокам от ее головы, нависая сверху.  

— Разве может быть человек настолько красивым, — он нежно дунул ей на лицо, убирая выбившиеся волоски.  

Девушка поморщилась, довольно улыбаясь.  

— У тебя нужно спросить. Знаешь, сколько соседских девушек заинтересовались тобой? Я уже со счету сбилась.  

Адам усмехнулся, нежно целуя ее скулу, опускаясь ниже к подбородку, а после и к шее. Джессика извивалась под ним, подставляя оголенные участки кожи под его желанные поцелуи. Она обвила напряженную шею руками, зарываясь пальцами в копну каштановых волос, слегка оттягивая их.  

— Вы, не слишком ли торопитесь? — прошептала Джессика.  

— Иногда я жалею, что мы не первобытные люди, иначе бы я давно украл тебя. Спрятал бы в самой отдалённой пещере и любил бы днями напролет.  

— Но?  

Джессика плотнее сжала колени. Девушка чувствовала, что ее тело просит его, больше, плотнее.  

— Но я честный человек, — Адам отстранился, ложась на прежнее место, — и не позволю компрометировать твою честь.  

Сейчас настал именно тот момент, который по его собственному мнению был ему чужд. Ни одна девушка не удостаивалась таких слов. Если он хотел, брал, несмотря на все предрассудки и правила. С Джессикой все было по-другому. Он не хотел иметь ее как девушек с заведения Вильмы. Он хотел любить ее. Страстно, кусая нежную кожу, пробуя ее на вкус, вдыхать аромат волос, путаясь в них пальцами и сжимать мягкие губы. Все это будет, но лишь, после того как их союз будет принят людьми как законный брак.  

Всего неделя, а он уже собрался жениться на этой девушке.  

«Адам, ты безумец»  

Вероятно, так скажет Питер, а Ричард будет поддакивать. Но и пусть. Он любит ее, как никого прежде.  

   

-10-  

 

Где-то в лесу кричит ночная птица свою трель, водная гладь спокойна. Ветра нет и лишь луна ярко, как никогда, светит на двух влюблённых уснувших на поляне.  

Адам лениво потягивается, чувствуя тяжесть на руке, которая ужасно затекла и теперь нещадно сводит и колит. Повернув голову, он видит ее. Джессика мирно сопит, обнявши его руку чуть выше локтя. Носом она утыкается в плечо его рубашки.  

«Видимо замерзла»  

Осторожно, свободной рукой Адам притягивает ее ближе, переворачиваясь на бок. Девушка морщится, не довольная тем, что у нее забирают "предмет обожания". Она придвигается ближе, утыкаясь холодным носом в его шею (все-таки замерзла). Хьюз ели дышит, старается не нарушить ее прекрасный сон.  

«— Что же ты делаешь со мной…»  

Указательным пальцем он обводит сначала бровь, опускается ниже к пушистым ресницам, что сейчас подрагивают во сне. Он словно рисовал ее, выводя замысловатые узоры на щеке, подбородке. Дотронувшись до ее губ, Адам рвано, вздохнул, сглатывая скопившуюся слюну.  

«Как же я долго тебя искал, а ты все время была рядом»  

В ней одной он видел свою жизнь и свою погибель. Такая любовь не возникает просто так, за нее обязательно возымеют цену. Но разве это важно? Сейчас, когда он дышит ее запахом и чувствует тепло тела. Верно, все не имеет значения.  

 

Вернулся Адам на рассвете. Проводив девушку до дома, он старался прибыть во дворец незамеченным. Ему почти это удалось, но у своих покой он столкнулся с Леонардом. Младший принц снисходительно улыбнулся. За Хьюзом давно шлейфом тянутся рассказы о его любовных похождениях, но этот «роман» уж слишком затянулся. Стало ясно, чуть позже Ричард обязательно узнает о раннем возвращении, и каверзных вопросов не избежать.  

 

-11-  

 

Кронпринц завтракал в беседке, изучая свежую газету. К большому удивлению, Адам принял его приглашение. Как только капитан появился, Ричард отложил газету, ожидая подробного отчета о похождениях друга. Но Адам, будто не замечая пытливого взгляда, рухнул на стул напротив, принимаясь намазывать булочку маслом.  

— Может, объяснишься, — не выдержал Ричард. Адам невинно вскинул бровями, — где ты пропадаешь? Питер покрывает тебя, я знаю, но Леонард встретил тебя утром.  

— И тут же побежал докладывать тебе.  

— Не докладывать, — голос Ричарда звучал тверже, чем всегда.  

Он сердился из-за незнания происходящего. Капитан королевской стражи целыми днями отсутствует. А в ближайшие дни, начнут съезжаться гости на бал, которые не упустят возможность, пустить парочку мерзких сплетен. Ему только проблем не хватало, которые Адам мог навлечь на свою пятую точку.  

— Ричард, нет повода волноваться.  

— Ты всегда так говоришь. Напомнить случаи вооруженного нападения на тебя в кабаках? А как одна девица, опоила тебя, и ты чуть было не ослеп? Теперь, когда ты принимаешь такую должность, ты не имеешь права на проколы.  

— Все не так как ты думаешь, — Адам усмехнулся, потирая затылок. Он взлохматил волосы, борясь с желанием все рассказать Ричарду или же вообще, никогда не показывать ему Джессику.  

— Так просвети. Пойми правильно, ты мой друг, мы росли вместе. Но как только я стану королем, это не станет твоим преимуществом.  

— Думаешь мне нужна твоя снисходительность?  

— Я не об этом, — Ричард понял, что вот — вот и он перегнет палку. Прежде всего, он не хотел становиться только Королем, важнее было быть собой. Но чопорное аристократическое воспитание, временами брало верх над простодушным мальчишкой.  

— Просто хочу, что бы ты не совершал глупостей, за которые мы можем дорого поплатиться. Да, именно мы. Ты мой брат, больше чем Леонард и я не посмею бросить тебя в передряге. Но предостеречь — обязан.  

По лицу Адама было видно. Он в замешательстве. Но ведь это Ричард. Кому как не ему он должен рассказать насколько счастлив, насколько влюблен и впервые видит свет впереди и бежит ему навстречу.  

— Идет, уговорил.  

Адам быстро поднялся с места. Потерев ладони, он кивнул в сторону конюшни.  

— Что ты задумал?  

— Вам нужно переодеться Ваше Высочество, и тогда я покажу вам, где пропадал все это время.  

 

Через час они уже оседлали лошадей и двигались протоптанной дорожкой в сторону поселения. Всю дорогу Адам не проболтался о том, куда и зачем он везет принца. Многозначительное «скоро узнаешь» и настораживало и интриговало одновременно. Они оставили лошадей и дальше двинулись пешком. Горожане не знали будущего короля в лицо. Его физиономия светилась на семейных портретах последний раз, когда ему было лет 13.  

Адам вывел его на местный рынок и приказал ждать на месте, что бы не потеряться, а сам затерялся между рядов. Ричард осмотрелся по сторонам.  

«Вот где настоящая жизнь»  

Он прошел немного вперед. В пару метрах от него торговали свежей рыбой, следом стояли люди с овощами. Кронпринц заинтересованно осматривал товар каждого торговца, пока девичьи крики не привлекли его внимания.  

Незнакомка стояла оперившись руками в бока и что-то громко объясняла толстому мужику. Тот не отставал, тоже кричал и размахивал руками. Назревал нешуточный конфликт, в который Ричард посчитал уместным вмешаться.  

— Иди отсюда дурнушка! — выкрикнул мужик, отмахиваясь от девушки рукой.  

— Как вы смеете так разговаривать с дамой!  

Ричард позабыл, что сейчас на нем вовсе не парадный мундир, а довольно скромное одеяние. Мужик усмехнулся и послал его следом за девушкой.  

— Нет денег — нет зверя.  

— Вы не можете ставить такую высокую цену! — топнула незнакомка ногой. Ричард отметил, что когда она злится, ее щеки слишком мило надуваются.  

— Я его поймал и мне решать, иди отсюда!  

— В чем суть конфликта? — чуть тише поинтересовался кронпринц.  

— Этот человек, поймал бедного хорька и грозится продать его на скотобойню, — девушка кивнула в сторону самодельной клетки за спиной крестьянина.  

— Вам нужен этот хорек? — Ричард тепло улыбнулся. Она еще милее, чем могло показаться на первый взгляд. Готова в драку лезть, что бы спасти полудохлика.  

— Да! Мне безумно нужен этот хорек! — девушка повторила интонацию Ричарда, возвращаясь к ругани с торговцем.  

— Какова цена? — мужчина пытался перекричать обоих, но получалось слабо.  

— Два серебряника, — толстяк победно улыбнулся. Цена и впрямь была поставлена слишком высокой. Специально, что бы она не выкупила. Пораскинув мозгами, Ричард кивнул.  

— Даю один золотой, и вы извиняетесь перед дамой.  

Девушка и торговец, что секунду назад истошно ругались, замолчали и удивленно уставились на него. Еще чуть — чуть и челюсти обоих ударятся оземь. Она внимательные всматривалась в его лицо, ища хоть какую-то нотку подвоха. Не дождавшись ответа, Ричард выудил из кармана брюк монету и подкинул в воздухе.  

— Я жду извинений.  

Толстяк нервно сглотнул. Он не мог поверить своему счастью, жадность и желание сорвать куш пробудили в нем небывалую вежливость и красноречивость. Протянув зверька он еще долго желал всего хорошего в след удаляющимся.  

— Вы невероятно потратились, не знаю когда смогу вернуть вам такую сумму, — девушка тяжело выдохнула прижимая несчастную зверушку к груди.  

— Не нужно. Это от чистого сердца.  

Ричард смотрел на нее и не мог поверить своим глазам. Прежде он никогда не встречал подобных ей. Красота — в простоте. Нет, конечно, на его пути встречались особы и красивей, но было в ней что-то такое, близкое сердцу. И дело не во внешности.  

— Вы странник? — улыбнулась девушка, — Не припомню вас прежде.  

— Я из соседнего поселения, прибыл с другом.  

— Вот вы где!  

Ричард повернул голову, на них надвигался Адам с невероятно счастливым лицом. Он широко улыбался и выглядел иначе, более живым и свежим, чем утром.  

Ричард опешил, когда Хьюз поклонился девушки, целуя ее костяшки. Она улыбалась ему в ответ, и казалась не менее счастливой, чем он.  

— Вы знакомы? — вмешался Ричард.  

— Это Джессика, — кивнул Адам приобнимая девушку за плечи, отчего та смутилась, — именно поэтому мы и здесь. Хотел вас познакомить.  

 

В голове кронпринца стала складываться картина. Адам влюблен! Он пропадал все это время потому, что ездил к ней, был все это время с ней. А что же насчет Джессики? Испытывает ли она к Хьюзу тоже самое? Стоп, может это все поспешные выводы. Хьюз никогда прежде не относился ни к одной девушки серьезно. С чего бы ему меняться ради нее.  

 

— Ричард, — мужчина кашлянул, от навалившегося знания в горле пересохло.  

— Рада знакомству, — девушка мило улыбнулась. И тут Ричард понял, он смущен. И казалось бы перед кем? Перед крестьянской девушкой, простушкой.  

— Что за крыса, — кивнул Адам на зверька дремавшего в ее руках.  

— Кстати об этом, раз уж Ричард спас его от верной смерти, то идемте, покажу кое-что.  

Девушка направилась вглубь к выходу с площади. Мужчины, помедлив пару секунд (любуясь ее удаляющимся силуэтом) поспешили следом.  

Они прошли несколько метров по тихой улице, прежде чем свернули в скромный дом на окраине. Джессика вошла первая. Ричард же одернув Адама прошептал.  

— Ты уверен, что это безопасно?  

— Более чем, — кивнул Адам и вошел следом.  

В доме не было ничего кроме стола и пары стульев. Джессика сидела на полу, а рядом с ней мальчишка лет 10. Хорек уже вовсю резвился в его руках, радуясь, что, наконец, вернулся к хозяину.  

Мальчик испугано осмотрел рослых мужчин и ближе придвинулся к девушке. Та лишь снисходительно кивнула, потрепав его по блондинистым волосам.  

— Это друзья. А это, — обращалась она уже к Адаму и Ричарду, — Вильям. Тот мужик отобрал у него зверька и хотел нажиться, продав его на колбасу. А вы, Ричард, спасли бедное животное, вернув любящему хозяину.  

— Спасибо, — мальчишка подбежал, обнимая кронпринца. Тот немного опешил, но все же обнял в ответ.  

Они пробыли еще недолго в гостях, прежде чем Джессика предложила угостить их обедом. Ричард не хотел притеснять, но Адам ответил решительно и уже потащил друга в сторону дома девушки.  

Она усадила их за стол и поставила блюда. Совсем простые, но для голодного желудка были на вес золота. Хьюз не отличался манерами, впервые в жизни Рич видел, как Адам позабыв правила этикете уплетает похлебку и хлеб. Временами даже забывая пережевывать. Он несмело отправил угощение в рот. Сносно. Решил попробовать хлеб, что так нахваливал Адам. Он был совсем не таким вкусным, как могло бы показаться со стороны. Грубые волокна ели жевались, соли было недостаточно, но как истинный джентльмен он не мог отложить кусок, продолжая давиться.  

 

-12-  

Все изменилось. Ричард через день навязывался хвостом за Адамом, ища встречи с девушкой. Бывало, что он специально обременял Хьюза работой, что бы навестить деревушку одному. Примерно как сейчас.  

Джессика никогда не обмолвилась, что частые визиты друзей ей в тягость. Напротив, казалось, что стоит появиться одному из них на пороге ее дома, она облегченно выдыхает.  

Мужчине казалось, что каждая тропинка в королевстве ведет к этой девушке. Он даже не замечал, как начинал думать о ней как о ком-то большем, нежели друге. Но стоило ей задать всего один вопрос «А где Адам? » как все внутри переворачивалось и хотелось выкрикнуть «Неужто тебе меня мало? ». Но он молчал, разводил руками и пожимал плечами, мол, не знает.  

Сегодня, когда он снова приехал один, Джессика не задала этот отвратительный вопрос. Она предложила прогуляться по городу, Ричарду большего и не надо. Привыкший вести светские беседы, он рассказывал ей о том, что прочел в книгах. О дальних странах и нравах и обычаях, а Джессика сосредоточено, кивала и шла рядом.  

— Какая встреча, — раздался милый женский голосок.  

Вильма приблизилась к мужчине, кивая в знак приветствия, она будто не замечала спутницу. Ну, или делала вид.  

— Непривычно, согласен, — усмехнулся Ричард.  

— Где же Адам? Я уже истосковалась по нему, давно в гости не наведывался.  

Почему-то захотелось расплакаться. Джессика почувствовала, как глаза горят, а моргает она теперь неестественно быстро. Девушка отвела взгляд в сторону, стараясь, что бы, Ричард не заметил ее реакции, но поздно.  

— Видимо нашлись другие дела, — Ричард быстро распрощался с блондинкой, уводя Джессику в скромный переулок.  

Он держал ее за плечи и внимательно всматривался в помрачневшее лицо. Кронпринц не хотел признавать себе, что у нее могут быть чувства к Адаму. Об этом и речи идти не могло. Она лишь увлечение, ведь кажется таких меловидных дам в его послужном списке не было. От этой мысли стало зябко.  

— Послушай, — начал он, приподнимая ее лицо за подбородок, — все может быть не так, как ты себе представила. Возможно, ты ошибаешься в своих чувствах. А может быть, твое место подле другого мужчины. Подумай обо всем, а я буду рядом. Только не прогоняй меня.  

Девушка кивнула, прижимаясь мокрой от слез щекой к мужской груди. Она искала поддержки, а он слишком широко раскрыл грани своей души для нее.  

-13-  

— Что ты задумал? — Джессика хваталась руками за воздух, стараясь не споткнуться. Ричард закрывал ее глаза ладонями, слегка подталкивая в нужном направлении.  

— Сейчас узнаешь. Наберись терпения.  

Девушка чуть не упала, но сильная рука перехватила ее поперёк груди, удерживая.  

— Открывайте глаза, прекрасная дама.  

 

Перед ней стоял белоснежный жеребец. Он немного насторожился, заметив незнакомку, фыркнул, притопывая копытом.  

 

— Ого, — воскликнула девушка, — чья это?  

— Твоя, — Ричард широко улыбнулся, замечая удивление девушки. Она осмотрела коня, потом снова Ричарда и никак не могла взять в толк. Возможно, он снова шутит или же и впрямь сошёл сума.  

— Нет, ты ошибаешься.  

Ричард усмехнулся. Он повернул ее голову в сторону «подарка», наклонился ниже к самому ушку и прошептал.  

— Я уверен в своем решении как никогда.  

 

Девушка сжалась, по телу пробежал мелкий ток. Ей стало не по себе, ещё ночью она плакала об Адаме и его пропаже, а сейчас тает в руках другого.  

Тёплые мужские ладони легли ей на талию, немного сжимая. Ричард боролся сам с собой, он безумно хотел сейчас поцеловать ее, повалить на траву и любить. Если бы не Адам, он бы так и сделал. Но это будет честный бой.  

Он слегка подтолкнул ее вперед, к жеребцу. После помог оседлать его. Джессика была в восторге. Она дрожащими руками поглаживала гриву, пока Ричард тянул поводья, ведя животное за собой.  

-14-  

— Ваше Высочество, леди Эмма Де Гиз, — отчеканил Питер, распахивая дверь шире.  

В кабинет вошла девушка в дорогом платье светло-желтого цвета. Ее золотые кудри были собраны в высокую прическу. Заметив старого друга, девушка расплылась в улыбке. Эмма сделала реверанс, как и полагается благородной даме, но не успела она выпрямиться, как Ричард сжал ее в объятьях, приподнимая над полом.  

— Задушите Ваше Высочество, — рассмеялась девушка.  

— Прости. Боже, как ты выросла, Эмма, невероятно.  

Девушка смущенно опустила глаза. Она не могла не отметить, что и Ричард стал весьма красивым и статным мужчиной.  

— Уже виделась с Адамом?  

— Он тоже тут? — воспарила духом девушка.  

— Я думаю, увидев тебя, он сума сойдет от счастья. Идем, поищем его.  

Искать долго не пришлось. На заднем дворе слышался звук ударяющегося металла. С самого утра Хьюз тренировался не покладая рук. Он пребывал не в самом приподнятом расположении духа. Он уже неделю не мог выбраться из дворца. Ричард то заставит сопровождать экипаж Виктории, то отправит с важным поручением за несколько миль. Адам скучал по Джессике и боялся, что пока его нет рядом, с ней может что-то стрястись.  

— Капитан! — окрикнул его Ричард. Адам своему партнеру по бою, давай понять, что тренировка окончена, откидывая меч в сторону. Обернувшись он увидел приближающегося друга, а следом за ним поспевала Эмма. Хьюз вскинул руками.  

— Не может быть, замарашка Эмма! Неужели ты удостоила нас визитом!  

— Рада видеть тебя, — девушка сияла. Все было как в детстве, они втроем против всего мира.  

— Прости, обнял бы тебя, да не хочу портить платье своим потом.  

— Переодевайся и присоединяйся к нам в саду, — Ричард подставил локоть, на который тут же легли руки Эммы. Они направились вглубь сада. На минуту Адам задумался «А не сбежать ли? ». Но это все же Эмма, сбежит после обеда.  

-15-  

После обеда сбежать не удалось и к вечеру тоже. Адам уже не скрывал своего раздражения. Он рычал на каждого, кто приближался к нему, а на Ричарда особенно. Звезды словно кто-то рассыпал по небу. Их было нескончаемое множество. Хьюз бесшумно пробрался к конюшне и уже почти запряг жеребца, как позади него послышались шаги.  

— Сбегаешь? — усмехнулся Ричард.  

— Я целую неделю, не проповедовал Джесс, вдруг она в беде.  

— Она в полном порядке. Сыта и здорова, я днем был у нее.  

Адам отбросил поводья, наконец, поворачиваясь лицом к кронпринцу. Сначала он подумал, что слух его уже подводит или же Ричард шутит, но тот был абсолютно серьезен.  

— Зачем ты ездил к ней?  

— Она и мой друг тоже, — пожал плечами кронпринц.  

«Друг» ну разумеется. Друг, который украл покой и сон. Друг, от которого дыхание замирает. Друг, который… Просто друг.  

— Почему не мог взять меня с собой? Или хотя бы сказать?  

— Тебе нужно посвящать больше времени службе, совсем скоро ты примешь пост.  

Адам опустил взгляд, глубоко вдыхая. Он старался не сорваться, хотелось заорать во всю глотку «до пошел ваш пост к черту». Но остатки разума твердили о неразумности данных слов.  

Ричард видел, как играют его жевалки и сжимаются кулаки. Но он не готов так просто отступать. Джессика интересна ему ничуть не меньше чем капитану. В такие моменты просыпается спортивный интерес, словно на скачках, чья лошадь придет первой.  

— Возможно, у этой проблемы есть решение, — Адам метнул злой взгляд на друга. Ричард готов был поклясться, что одно слово и его нос вобьют в затылок.  

— И что ты предлагаешь?  

— Вчера пришло письмо от графини Филипс. Она захворала и не приедет на летний бал.  

— Я должен быть рад?  

— Однозначно. Ведь мы можем выдать Джессику за графиню. Тогда она пробудет здесь до осени. Не придется сбегать по ночам в поселение, — Ричард усмехнулся, вновь осматривая запряженную лошадь, — Ну как? По рукам?  

 

   

-16-  

— Ваше Высочество, ваша затея обернется для нас всех большой бедой, — Питер бегал вокруг Ричарда, он суетился, но все же помогал выбирать наряды и украшения.  

Адам сомневался в правильности такого решения. После того, как Леонард застал его, повышенное внимание стала проявлять и Виктория. Королева денно и нощно следила за капитаном и за кронпринцем. Это не было очевидно для обычного человека, но у него -то глаз наметан. Он без труда распознал слежку.  

С другой стороны, он безумно соскучился по ней. Видеть Джессику каждый день, прогуливающейся по саду и знать, что она спит с ним под одной крышей, все, о чем он мог только мечтать.  

Виктория не узнает о привязанности с его стороны, по крайней мере, до тех пор, пока он не выяснит ее цели. А пока, Ричард взял на себя заботу обеспечить девушку всеми необходимыми атрибутами. Питер заволновался, когда кронпринц велел привезти платья и украшения. Но, все же, стараясь остаться незамеченным, отправился к королевскому портному, забирая заказ.  

— Все будет хорошо, — пробубнил снова Ричард, рассматривая очередной наряд и представляя, подойдет, он Джессики или нет.  

Большинство убранств были слишком вычурными, безвкусными ну или попросту пошлыми. Нет, ей нужно что-то свежее, легкое.  

— Виктория мне попросту голову снесет, если узнает что я вам помогаю.  

— Ей осталось пару месяцев, дальше бразды правления лягут в мои руки. Не могу сказать, что тебе станет легче, но по крайней мере в долгу не останусь.  

Ричард отбросил очередное ярко зеленое платье. Он подошел ближе к старику похлопывая его по плечу, принц тепло улыбнулся.  

— Ты стал для меня вторым отцом Питер, думаешь я позволю причинить тебе вред.  

— Ваше Высочество, девушка и впрямь прехорошенькая, но чует мое сердце быть беде, — он и впрямь чувствовал неладное. Питер славился своей проницательность, из-за чего его и недолюбливала Виктория.  

Статная женщина, красивая, этого у нее не отнять, как и любви к сплетням и заговорам. Король умер когда Ричарду было всего 17 лет. Власть временно перешла к мачехе, она заботилась о государстве и о кронпринце насколько это было в ее силах. Большое количество времени она уделяла своему сыну Леонарду, отчаянно вкладывая средства в его обучение. Тот кажется и не рад был такой инициативе матери, но деваться Леонарду было некуда. Так и жили.  

— Не в хорошем личике дело друг мой.  

— Раз вы так серьезно настроены, — сдался Питер, — есть у меня то что ей подойдет.  

Камердинер поспешил покинуть королевские покои оставляя Ричарда в легком недоумении. Он вернулся несколькими минутами позже, держа в руках охапку светлых платьев.  

— Вот, — он повалил их на кровать, расправляя подолы, — ваша матушка носила их в ее в возрасте. Глаза мои уже видят плохо, но кажись размер подойдет.  

Это было то что нужно. Цвета были нежными, а если и яркими то не кричащими. Ричард победно улыбнулся пожимая ссохшуюся ладонь старика.  

— Браво. Ты заслужил поощрения.  

— Глупостей бы вы не совершали мужики, самое желанное мое поощрение.  

–17-  

Джессика с самого утра не находила себе места. Матушка с сестрой вернулись накануне, казалось бы, все хорошо, можно передать домашние дела и вдоволь отдохнуть. Но она то и делала, что суетилась по дому, пытаясь занять свои мысли чем-то иным.  

В дверь постучали, но из-за грохота посуды, что она намывала вот уже девятый раз, не сразу услышала шум.  

— Милая, — раздался голос матери, — какой-то солидный господин приехал к тебе.  

Джессика замерла.  

«Солидный господин»  

Почему-то вспомнился инцидент на рынке. Возможно толстяку было мало одного золотого и он решил насолить послав городового расправиться с ней за дебош. Но к большому удивлению, на пороге ее дома переминаясь с ноги на ногу стоял Адам.  

Матушка понимающе кивнула, оставляя их наедине. Ни он, ни она не решались заговорить. Джессика была обиженна, за то, что так надолго оставил ее не предупредив. Адам тоже не отставал. Он смотрел на нее и представлял, что так же она смотрела на Ричарда, улыбалась и краснела когда тот отпускал комплименты. Слегка откашлявшись он все же начал первый.  

— Прости что пропадал, были обстоятельства.  

— Как Вильма?  

Девушка мысленно ударилась себя по лбу <i>«ну вот куда ты лезешь? Он тебе что-нибудь обещал? Нет! Не твое дело». </i> Адам сначала нахмурившись смотрел ей прямо в глаза, а после губы растянулись в фирменной лисьей улыбке.  

«Ревнует»  

Он был доволен собой как никогда. Сколько бы Ричард хвостом не крутил, глаза-то все равно блестят на него. Но может это до того момента, пока не падет последняя маска. Какая девушка откажется от Короля? Правильно, идиотка. Но Джессика была далеко не из их числа…  

— Надеюсь в добром здравии, — усмехнулся Хьюз.  

— Конечно в добром, если уже заходил к ней.  

— Эй, — голос его слегка дрогнул, звуча громче чем положено. Из комнаты выглянула мать Джессики, но девушка поспешила ее успокоить. Внимательно осмотрев гостя с ног до головы, женщина вернулась к прежнему занятию, — я не ходил к Вильме и не собирался. Я пропадал потому что у меня были дела на службе.  

— Надо же, теперь лесничество службой зовется, — девушка улыбнулась складывая руки на груди.  

— Верно, я не имею никакого отношения к леснику.  

— А я сразу поняла. Не следовало на охоту брать ружье с гербом королевской семьи.  

Теперь уже Адам смачно шлепнул себя по лбу, но только не мысленно, а по настоящему. Фиаско капитан. Вас поймали на мелочи.  

— Почему сразу не сказала?  

— А это что-то поменяло бы? Ну служишь ты во дворце, мне то что с того?  

Может она все же идиотка? Буквально каждая продуманная девица метила в жены Капитана Хьюза. Помимо статуса это давало приближенность к королевской семьи и прочие регалии. А что до Джессики? Может она специально умолчала, что бы войти в доверие. Нет, бред, ведь он сам хвостом за ней ходил, а она временами побаивалась и отстранялась. Не похоже на расчетливый план. К тому же ее глаза. Ох уж эти глаза. Они никогда не лгали.  

— Ричард тоже не простой.  

— Серьезно? Конечно, он золотой, — рассмеялась девушка, — как та монета, за которую он выкупил хорька. Вы плохие интриганы, мальчики.  

Хьюз медленно, но верно краснел, понимая какими дураками, они казались все это время в ее глазах. Ладно, Ричард, но он то, как мог так облажаться. Очевидно, затуманенный разум не видел ничего, кроме этой девушки, что сейчас безудержно хохотала над ним.  

Джессика предложила проветриться. На самом деле ей казалось, что если она сейчас же не выведет Адама на воздух, он обязательно сгорит от стыда в душном доме. Холодный ветерок обдал его лицо и впрямь снимая неловкую розовость с впалых щек. Теперь он был уверен, что должен увезти ее с собой. Пока не уверен в каком направлении, но и это поправимо.  

— Мне хочется больше проводить с тобой времени, — Адам наконец коснулся ее руки, — но с каждым днем мне все сложнее выбираться из дворца.  

— Я могу ждать. Сколько? Неделя? Месяц?  

Он не смог сдержать смущение. Надо же, бравый капитан, что налево и направо расправлялся с бандитами млеет под пытливым взглядом девушки, ростом в двое ниже его. Адам опустил глаза на свою ладонь и заметил, что Джессика переплела их пальца, слегка поглаживая его костяшки своим большим.  

— Не нужно ждать, просто скажи «да». И я увезу тебя.  

— Да, — решительно кивнула девушка.  

— Ты даже не спросишь куда?  

— Разве это важно?  

Конечно, не важно. Для Адама было важно лишь то, что она не задумалась ни на долю секунды.  

— Сейчас важный этап для Ричарда. Я должен поддержать его и быть рядом. Как только мы коронуем его царскую задницу, я возьму тебя и мы уедем. Я откажусь от должности, переведусь в какой-нибудь полк на поселение. Обещаю, я никогда не причиню тебе боль.  

— Ты сказал «коронуем»?  

Глаза брюнетки медленно поползли вверх от удивления.  

— Сама же сказала что поняла.  

— Я не думала, что он настолько, — Джессика специально громко выделила последнее слово, — важный.  

— И этот важный приглашает тебя, провести лето в чудесном месте. А именно в своем дворце, в качестве гостя.  

Возможно, матушка на завтрак угостила ее несвежим молоком, и она сейчас просто бредит. Или же ее и впрямь приглашают в гости к кронпринцу. Коленки нервно задрожали, а кровь совсем отпряла от головы. Она испугано цеплялась взглядом за что попало, но никак не могла сфокусироваться, пока сильные ладони не коснулись ее лица.  

— Ничего не бойся. Все будут думать, что ты графиня, прибывшая по приглашению.  

— Графиня? — новая волна ужаса, через 3…2… Но мужчина не позволил. Он прильнул ближе, касаясь сухими губами ее губ. Девушка оцепенела, это был первый поцелуй в ее жизни, она и мечтать не могла, что это будет Адам. Но теперь, когда мир вокруг стал бледным и безжизненны, а только он ярче солнца светит перед ней, она шагнула ближе отвечая. Рука легка на его грудь, чувствуя, как сердце Адама проламывает ребра, просится наружу. Он нежно сминал ее горячие губы, пока воздух в легких окончательно не иссяк, вынуждая отстраниться.  

Джессика так и осталась стоять перед ним с приоткрытым ртом и закрытыми глазами. На щеках проступил легкий румянец, Хьюз дотронулся, будто пытаясь смахнуть его. На самом же деле вновь проверяя, не мерещится ли она ему.  

— Мне будет легче, если ты будешь перед глазами. Хотя после такого, не совсем уверен.  

Девушка распахнула глаза, осознавая происходящее.  

— А если кто-то узнает? Будет скандал.  

— Никто не узнает. Мы уедем не успеет выпасть снег. Обещаю.  

-18-  

Ричард завтракал в компании Виктории и Леонарда. Кажется, впервые за 5 лет он чувствовал себя спокойно наедине с ними. Он все еще винил женщину в произошедшем с его отцом. Но прямых доказательств вины в его гибели не было. «Это стечение обстоятельств», любила повторять королева.  

— Экипаж Графини Филипс замечен на королевском тракте, — отчеканил караульный.  

— М, надо же, — Виктория отпила чая из расписной чашки, — никогда прежде не встречалась с ней. Удивлена, что они и вовсе приняли наше приглашение.  

— Отчего им не принять, честь поучаствовать в параде невест предоставляется крайне редко, — услышав, что Джессика вот-вот прибудет Ричард воспрял духом, но старался не подавать виду.  

— Графиня участвует? Что ж, хорошие новости как из рога изобилия на нашу голову, — улыбнулась женщина, — идемте. Вот будет моветон, если мы не встретим гостью у порога.  

 

На улице уже стояли Питер и Адам. Они что-то бурно обсуждали, но заметив приближающуюся делегацию, в частности счастливое лицо Ричарда, вытянулись, как того просил этикет в присутствии королевской семьи.  

— Капитан, — кивнула Виктория. Адам поклонился, целуя руку женщины, — ваши люди готовы к приему гостей?  

— Все на своих постах Ваше Величество, — отчеканил Хьюз, изредка косясь на Ричарда. Тот в свою очередь не сводил глаз с дороги, откуда уже слышался цокот копыт и шум колес кареты.  

— Чудно, герцогиня Моррисон вчера жаловалась на шум возле своих покой.  

— Разберемся.  

— Приехали, — Ричард, позабыв правила хорошего тона, встрял в их беседу, кивая на приближающийся экипаж.  

Он и впрямь хорошо постарался. Впереди и сзади скакали по двое всадников, сопровождавших карету изумрудного цвета. Вся процессия остановилась возле главного входа. Первым спустился Питер. Он распахнул дверь, протягивая руку, дабы помочь даме выйти.  

Из кареты показалась девушка. Ричард вдохнул воздух поглубже, привлекая лишнее внимание Виктории. Женщина без труда распознала восхищение на его лице. А кронпринц без стеснения рассматривал гостью. Питер не ошибся, платье и впрямь пришлось ей впору. Нежно голубого цвета, оно выгодно подчеркивало ее фигуру, талию, затянутую корсетом и приподнятую грудь. Копна темных волос была собрана в прическу, но локоны все равно спадали на ее плечи. Девушка осторожно, стараясь не упасть, вышла из кареты. Подняв глаза первым делом, она заметила Адама и его одобрительный кивок.  

Виктория спустилась по ступеням, прямиком к девушке. Вспомнив все наставления, что ночью давал ей Питер, она сделала реверанс. От глаз Виктории не ушел тот факт, что вышел он весьма корявым. Женщина тепло улыбнулась, осмотрев «графиню».  

— Боже, вы прекрасны. Добро пожаловать.  

— Это большая честь для меня Ваше Величество, — Джессика старалась придать голосу большей твердости, уверенности, но пока выходило скверно.  

Следом за королевой спустились принцы. С лица Ричарда не сходила улыбка, целуя руку девушки, он дольше положенного задержал ее ладонь в своей. Адам, что все это время стоял позади, напрягся и нервно сглотнул. Питер медленно покачал головой, понимая, что все же идея плохая.  

— Капитан, проводите гостью в ее покои. Вы верно устали с дороги.  

— Отчасти, — кивнула девушка.  

Адам поклонился и, пропуская Джессику вперед, скрылся в доме.  

Они шли молча. Пока перед глазами не возникла высокая резная дверь. Хьюз распахнул ее, пропуская девушку внутрь. Оказавшись с ним наедине, Джессика, наконец, выдохнула.  

— Как я справилась?  

Адам, покрепче заперев дверь, в пару шагов преодолел расстояние между ними, беря ее ладони в свои и поднося к губам.  

— Чудесно. Все страшное позади. Сейчас каждый день будут прибывать то одни, то другие. Виктория не будет донимать тебя вопросами, ей попросту незачем.  

Он все еще не знал, что Ричард включил Джессику в парад невест. А это означало, что он может выбрать ее в качестве жены. Питер до последней нервной клетки старался отговорить кронпринца. Но тот словно оглох, твердя лишь то, какой чудесной королевой она будет. И никто не посмеет возразить, ведь тогда он уже будет королем, а значит законом.  

— Мне нужно идти, — Адам оставил дорожку поцелуев на ее пальцах, — вечером, после ужина, я зайду. Не закрывай окно.  

-19-  

Ричард собирался закончить бумажные дела и проведать Джессику. На самом деле он и вовсе хотел все отложить и провести с ней больше времени. Но хватило одного колкого взгляда Питера, что бы вернуться в кабинет и заняться делом. Из головы не шел ее образ и улыбка.  

В дверь без стука влетела Эмма. Обычно сдержанная и спокойная Де Гиз сейчас больше была похожа на ураган, нежели даму.  

— Ричард, это не графиня Филипс! Это самозванка! Я лично знакома с графиней…  

— Я знаю, — его спокойная реакция выбила прежний пыл из девушки. Теперь она замерла с открытым ртом, не понимая такого спокойствия. Вдруг это мошенница прибыла обокрасть его или еще хуже — убить. А он вот так, откинувшись на спинку кресла, довольно улыбается?  

— Объяснись.  

— Это Джессика, я настоял на том, что бы представить ее перед Викторией именно как графиню.  

— Я не понимаю, — Эмма покачала головой, опускаясь на софу неподалеку от стола, за которым сидел кронпринц. Ричард налил свежей воды из графина и подойдя к девушке ближе протянул ей спасительную жидкость.  

— Что же тут непонятного мой милый друг, — мужчина тепло улыбнулся, опускаясь перед ней. Он смотрел сверху вниз, и Эмме казалось, что в его глазах плещут волны океана. Никогда прежде она не видела в Ричарде подобных черт, до последнего считая его стратегом, а не романтиком. – Мое сердце бьется в миллион раз быстрее при виде этой девушки. Крылья вырастают и кажется, я горы могу передвинуть.  

— Но почему ты сразу не представил ее как свою невесту? Зачем вся эта ложь?  

— Она не из знатного рода, не имеет земель и чинов. Позволила бы Виктория привезти ее сюда, да и еще принимать участие в параде невест?  

— Но как быть? — Эмма и впрямь не понимала, как заварив такую кашу, он собирается ее расхлебывать. Непременно, как его друг она поможет осилить пару ложек, но что до остальной массы.  

— Виктория ничего не сможет сделать. Как только я стану Королем, дарую Джессике титул и сделаю ее своей. Она будет чудной королевой, верь мне.  

— А я все в толк взять не могла, почему Питер возится с ней как с ребенком. А он взращивает королевскую розу, втайне от ромашек.  

— Именно так, — кивнул Ричард сжимая запястья девушки, — пообещай, что не выдашь нашей тайны?  

— Как я могу!  

— Спасибо.  

Ночь медленно опустилась на двор, постепенно скашивая усталостью обитателей дворца. Джессика не привыкла спать в больших апартаментах, было неуютно, неловко. Большая кровать ничуть не манила. Она несколько раз пыталась уснуть, но все тщетно. Пока под распахнутым окном не раздался шум. Быстро осмотрев комнату на предмет потяжелее для самообороны, девушка не придумала ничего лучше, чем схватить подушку. «На войне все средства хороши».  

Сквозь темноту показался высокий силуэт. Он с легкостью взобрался в ее покои, отряхивая запылившиеся руки.  

— Джесс? — прошептал Адам, замечая ее в углу комнаты в боевой позиции.  

— Я напугалась, — откинув подушку в сторону, девушка поспешила приблизиться. Она крепко обняла Хьюза, прижимаясь щекой к холодной рубахе.  

— Я же предупреждал что приду, — он нежно поглаживал ее волосы, целуя макушку.  

— Со всеми правилами, что Питер вбивал в мою бедную голову я и позабыла об этом.  

Она подняла на него глаза. Было темно, и только лунный свет, пробивался сквозь распахнутые шторы, придавая его силуэту волшебства. Джессика слышала его дыхание, слышала, как он облизнул свои губы, очевидно борясь с желание поцеловать ее. Невольно вспомнился их первый поцелуй и внизу живота свела судорога. Новое ощущение, но до жути приятное. Привстав на носочки, она потерлась своим носиком о его нос, на что Адам тихо рассмеялся, приподнимая ее над полом. Теперь их глаза на одном уровне. Джессика закусила нижнюю губу, ожидая его дальнейших действий.  

— Ты соблазняешь меня? — усмехнулся он.  

— Разве? — девушка в точь повторила его интонацию и мимику.  

— Не смотри на то, что я служу во дворце. В душе я тот еще разбойник. Могу украсть маленькую принцессу из ее покой и утащить в укромный уголок.  

— Ты не разбойник, — Джессика сморщила носик и потрепала его причесанные волосы, — ты варвар.  

Он быстро чмокнул ее в губы, опуская на пол.  

«Все же не сдержались капитан»  

— Вообще-то я не с пустыми руками.  

Адам вернулся к окну и перегнувшись через подоконник что-то достал. Подарком оказалась роза, которая к тому же была невероятно душистой и набитой.  

— Мне к сожалению уже пора.  

Он снова был слишком близко к ней. Тело твердило, что хочет остаться, но мозг отчетливо давал команды выйти вон. Девушка робко кивнула, целуя, на прощание, его в щеку. Вышел он тем же путем, что и появился. На секунду Джессика испугалась, что он может пораниться, но тот с невероятной ловкостью спрыгнул на землю. Когда она выглянула его уже и след простыл.  

«А был ли он вообще»  

Неизвестно какую магию использовал Хьюз, но после его визита, Джессика уснула как убитая.  

-20-  

Как прилежная ученица, да и просто воспитанный человек, Джессика никогда не опаздывала. У нее в запасе было еще несколько минут, но она уже удобно расположилась в библиотеке. Аккуратный девичий пальчик скользил по строчкам старой книги. Читая про себя, она не могла перестать шевелить губами, на что постоянно получала замечания от Питера: «Ты словно малое дитя, только они так делают когда учатся читать». В чем-то старик был прав, она ведь и есть «ребенок учащейся читать».  

Ричард лично настоял, что бы камердинер обучал девушку грамоте. Адам было поддержал его, но после прикинув расклад вещей, воздержался, давая Джессике самой разобраться, нужно ли ей это. Нужно. Она твердо и безоговорочно хотела научиться читать и писать. Пусть не в совершенстве, пусть, так как это делает шестилетний ребенок. Но возможность написать что-либо самой и прочитать ответ без посредников, казались весомыми аргументами в пользу занятий.  

– Похвально, – сказал Питер, обходя стол за которым расположилась его ученица. Он занял место рядом с ней, складывая руки в замок. Старик всегда так тепло улыбался, что невозможно было не ответить, на сей жест. Джессика благодарственно кивнула, закрывая роман и отодвигая его подальше, тем самым освобождая место для учебной литературы.  

– Я решила, что смогу начать сама, а после продолжить с вами.  

– Когда мальчишки были маленькими, их было не усадить за этот стол. Преподаватели с воплями ужаса оканчивали уроки. Тогда я и придумал, как можно их легко замотивировать.  

Джессика села в пол оборот лицом к мужчине. Она вопросительно кивнула, ожидая продолжения истории. В уголках его глаз скопилась усталость. Морщинки, словно ниточки, исполосовали лицо служителя королевской семьи. Он с досадой вспоминал те времена, когда Ричард и Адам были не больше его самого. Что же теперь. Он едва дотягивался до плеч рослых мужчин.  

« – Питер! Не нужна мне грамота! Я драться обучен! – Вопил Адам. Ему недавно исполнилось шесть. Молочные передние зубы выпали недавно, а новые еще не выросли.  

Камердинеру было немного за сорок. Спина еще не сгорбилась от старости. Волосы вот-вот тронула седина. Он хитро прищурился, осматривая резвого мальчишку, что очередной раз довел Мадам Крейн до истерики своими капризами.  

– Вы ведь понимаете милорд, что одними кулаками дела н решаются?  

– Меня зовут Адам. Ричард так меня называет, и ты называй, мы ведь друзья.  

Мальчик широко улыбнулся беззубым ртом. Питер не имел своих детей. Временами он жалел, что не встретил женщину и не родил наследника. Но стоило принцу и его крепкому другу вломится в его комнату, с очередной добычей в виде лягушки или майского жука, он забывал о том, что одинок.  

– Раз мы друзья, то ты должен мне кое что пообещать.  

– Снова ты со своей учебой. Я воевать хочу.  

– Есть одно поле боя. Одно из самый важных в жизни каждого человека.  

Адам подполз чуть ближе. Глаза заинтересованно заблестели. Войнушки, мечи, драки – это все что он любил больше всего. Было еще кое что. Он любил, когда Питер рассказывал им разные истории, правдивые и не очень.  

– Если ты погибнешь в этом сражении, ты не умрешь физически, но вот душа твоя…  

– Что Питер? Что с ней станет?  

– Она завянет словно самый прекрасный цветок в прическе вашей матушки. И оружием на этом поле есть слово, а слово есть жизнь. Если ты грамотен и умен, то всегда найдешь что сказать человеку напротив, не притрагиваясь к ружью иль сабле. Притом, я кое, что припас для тебя.  

Камердинер опустился на корточки перед мальчиком, поравнявшись с ним взглядом. Выудив из кармана жилета небольшой бумажный кулек, он протянул его мальчику. Маленькими ручками Адама как можно аккуратнее развернул обертку затаив дыхание. Внутри был сахарный петушок золотистого цвета. Такие делали лишь по праздникам или же на ярмарки, на которые так редко вывозили мальчишек.  

– Я понял, – строго кивнул мальчик, вмиг повзрослевший, – я стану учиться.  

– А я буду угощать вас за каждый успех»  

Питер поджал морщинистые губы, Джессика почти не заметила это жест за его густыми усами. Она переживала, что молчание немного затянулось, но слов не находила, продолжая выжидающе смотреть на него. Камердинер кивнул своим мыслям и правой рукой потянулся к карману выуживая маленький бумажный конверт и протягивая его девушке.  

– Благодарю, – шепнула Джессика, разворачивая светлую упаковку. Внутри притаился золотистый карамельный петушок, она прежде не видела таких, поэтому восхищённо выдохнула, рассматривая его.  

– И как же тебя угораздило доченька повстречать этих остолопов.  

– Они не так уж плохи, – щеки девушки зарумянились. Она смущенно опустила глаза на свои руки покоящиеся на коленях.  

– Они оба слишком упрямы.  

-21-  

— Ты водишь! — рассмеялась Джессика, убегая от растерянной Эммы.  

Блондинка пустилась вдогонку, стараясь как можно быстрее осалить девушку. Прошло уже две недели как «Графиня» гостила во дворце. Эмма сама того не понимая привязалась к ней и вот они днями напролет проводят время вместе. Джессика учила Де Гиз новым играм, которые и впрямь были диковинными для аристократки. Эмма же прикрывала ее незначительные промахи перед Викторией или Леонардом. Последний кстати, проявлял большой интерес к гостье. За это время прибыли еще несколько герцогинь, графинь и благородных дам, претендующих на роль жены Ричарда. Адам почти выдохнул, но по-прежнему замечал слежку за собой.  

— Ты слишком проворная, — взмолилась Эмма. Она остановилась перевести дух после бега.  

— Все потому что, ты затягиваешь корсет слишком туго. Мало воздуха.  

Джессика и впрямь почти не запыхалась, напротив, готова пробежать еще пару кругов.  

— Сыграем в прятки? — Де Гиз решила предложить менее подвижную игру, но не учла нюанс. Вскрикнув: «ты все еще вода», Джессика скрылась в глубине сада.  

— Чем ее только кормят, — пробубнила Эмма.  

Джессика старалась найти место поукромнее, путая следы меж деревьев и кустов. Казалось, вот оно идеальное место. Затаив дыхание она принялась ждать, пока подруга прокричит заветное «сдаюсь! ».  

— Тихо, — прошептал кто-то ей на ухо зажимая рот рукой. Она взвизгнула, но ладонь сомкнулась сильнее заглушая шум. Из-за спины вышел Адам с широкой улыбкой на лице. Ее испуганное лицо позабавило его.  

— Сума сошел? — шепотом «прокричала» Джессика.  

— Уже давно. Еще в тот день, когда встретил какую-то ведьму в лесу.  

— Ведьму? — фыркнула девушка толкая его в грудь. Хьюз даже не качнулся. Он перехватил ее руки и потянул ближе к себе. Сопротивляться Джессика не могла, а улыбка на губах выдавала ее с потрохами. Ей нравится когда он так делает.  

— Я скучаю.  

— Почему не приходил?  

— Не мог, за мной постоянно следят.  

— Ты в опасности? — она нахмурилась. Адам отрицательно покачал головой приближаясь к ее лицу.  

Он нежно провел своими губами по ее, не переходя границу, будто дразня и быстро отстранился. Джессику это не устраивало, обхватив лацканы его мундира она с силой потянула его на себя. Напрягись он хоть немного и ничего бы не вышло, но капитан и сам хотел стать покорным, хоть на миг, только с ней.  

Джессика повторила его маневр, с разницей в том, что она оставляла короткие поцелуи на его губах, плавно перемещаясь выше к носу, щекам. Адам перехватил инициативу когда терпеть стало не в мочь. Он приоткрыл кончиком языка ее податливые губы, проникая внутрь, упиваясь невероятно сладким и желанным поцелуем.  

С первой встречи она стала для него самым необходимым. Адам с легкостью бы отказался от возможности дышать, лишь бы касаться этого тела, чувствовать тепло кожи и неровное дыхание.  

— Джессика?  

Голос Эммы уже раздавался слишком близко. Адам нехотя отстранился, понимая, что этого мало им обоим. Но пусть лучше Эмма тоже остается в неведении.  

— Мне пора, — прошептал Адам, оставляя поцелуй на ее лбу.  

Приведя свои мысли в порядок, Джессика вышла на встречу перепуганной Эмме.  

— Я звала тебя так долго, — блондинка подбежала к девушке осматривая ее на предмет ушибов. Она уже грешила на то, что Джессика могла упасть в какую-нибудь яму и лежать без сознания. Но та выглядела целой и невредимой, разве что щеки горели красным, собственного, как и губы, — с тобой все хорошо?  

— Я спряталась вон за тем деревом и видимо задумалась, — Джессика поспешила оправдаться.  

— Ты нашла ее?  

Из-за спины Де Гиз показался силуэт младшего принца. Леонард ускорил шаг, приближаясь к девушкам.  

— Я перепугалась за тебя и попросила Лео помочь.  

— Зря только панику навела, — Джессика почувствовала себя крайне неловко под пристальным взглядом принца.  

— Ничего не зря, — упрямился Леонард, — вы наш самый ценный гость. А если бы с вами что-то стряслось? Идемте, угощу вас горячим чаем.  

 

-22-  

 

— Что ты здесь делаешь?  

Джессика сидела на покрывале под многолетним дубом. Она оперевшись спиной на могучий ствол, старательно вглядывалась в страницы книги. Ричард опустился напротив нее, отбирая предмет, что так старательно изучала девушка. Он внимательно осмотрел обложку, удивленно вскидывая брови.  

— Надо же, не думал, что ты интересуешься военной стратегией.  

— Не интересуюсь, — девушка грустно выпятила нижнюю губу, словно маленький ребёнок. Кронпринц невольно засмотрелся, поняв это, поспешил отвести взгляд.  

— Тогда зачем выбрала ее.  

— Я не выбирала. Питер сказал, что Виктория присматривается ко мне, и неплохо было бы сделать вид, что я умею читать.  

— Вон оно что, — усмехнулся Ричард, откладывая книгу.  

Джессика пожала плечами, ей было стыдно за то, что не обучена грамоте так хорошо как они. С каждым днем классовое неравенство было все заметнее и не приятнее. Для нее уж точно. Днями напролет Питер суетился возле нее, поправляя прическу со словами «Вы ж леди». За приемом пищи, прежде чем взять тот или иной предмет она сначала смотрела на него и только после одобрительного кивка брала нужную вилку или ложку.  

Заметив, что девушка погрустнела, Ричард достал маленькую книжечку из нагрудного кармана жилета.  

— Я могу почитать тебе кое-что, если ты не против конечно?  

— С удовольствием послушаю.  

Ричард вопросительно кивнул на ее ноги, прося разрешение положить на них голову. Немного подумав и не увидев в этом ничего чересчур, девушка согласилась.  

Ричард читал вкрадчиво, выделяя интонацией каждый знак препинания. Окрашивая каждое слово соответствующими эмоциями и стилем. Джессика и смеялась и плакала, временами забывая, что это всего лишь чей-то вымысел, легкой рукой перенесенный на бумагу.  

— Чьи это стихи?  

— Одного мало известного автора, — отложив книжку, Ричард прикрыл глаза. Солнце так ярко светило в этот день и спасала лишь легкая тень от ветвей дерева. Оно словно укрывало их от мира.  

— Жаль, ведь он достоин славы за свои труды.  

— Вряд ли ему это важно. Видишь ли, все мы думаем о славе, чести и признании. Но все лишь до тех пор, — Ричард нащупал руку девушки, слегка сжимая тёплые пальцы, — пока не появляется человек, ради которого ты готов наплевать на все перечисленное. Важным становится лишь одно, быть нужным этому человеку.  

— С одной стороны это грустно. Но с другой, все мечтают быть нужными.  

— Верно, грустно, очень грустно.  

Адам чеканил каждый шаг до кабинета Виктории. Он вел беседу с офицером Даниэлем, что прибыл накануне по просьбе Хьюза, когда дежурный солдат доложил, что королева просит к себе. Они почти были уверенны в том, что Виктория затеяла что-то нехорошее, осталось выяснить, что и предотвратить.  

Никому во дворце он не мог довериться, благо Даниэль был проверенным человеком чести. Он почти сразу принял приглашение Адама. Дверь в кабинет королевы распахнули часовые, очевидно, она уже заждалась его.  

— Опаздываете Капитан, — женщина кивнула вошедшему.  

— Не был готов, чем обязан Ваше Величество?  

— Как продвигаются дела с подготовкой к коронации?  

— Все идет по расписанию. Мои люди контролируют процесс.  

— А чем занимаетесь вы капитан Хьюз? — он заметил легкую ухмылку на ее лице. Виктория была не самой простой женщиной. Не один мужчина сломал свои зубы, пытаясь раскусить ее планы и теперь Адам грозился стать одним из них. Но военная выдержка, закаленная в боях играла ему на руку. Он не подал вида, что понимает о чем она говорит.  

— Контролем за работой своих людей, — отчеканил мужчина.  

— Вы ведь знаете, что тот кто играет против меня, всегда проигрывает.  

Адам, все это время смотревший поверх нее, опустил глаза, сталкиваясь с ее холодным взглядом. Она определенно понимает, что он идет по ее следу. И по ее нервному виду становится ясно. Адам на верном пути.  

— Вы устраиваете диверсию против меня? — вот он прославленный характер королевы. Прямо в лоб. Хватит ходить вокруг да около.  

— Никак нет.  

Хьюз был спокоен, и это еще больше злило женщину.  

— В ваших интересах, что бы это было так. Не забывайте, в моей колоде больше козырей. По крайней мере, один уж точно завалялся.  

— Разрешите идти?  

— Разрешаю.  

Адам почти покинул кабинет, но у самой двери Виктория остановила его.  

— Совсем забыла. Распорядитесь что бы Графине Филипс привезли венок невесты. Я обнаружила, что одного не хватает.  

Она попала прямо в цель. Мужская спина напряглась, а ладонь сильнее сжала дверную ручку.  

— Очевидно, вы не знали, что она принимает участие в параде невест, иначе не допустили бы такую оплошность.  

   

-23-  

 

Через два дня уже состоится долгожданный бал. Все словно сумасшедшие носились с последними приготовлениями. Дамы подгоняли платья, придавая своим талиям за счет корсета более худой вид. Адам и вовсе целыми днями то и делал, что отбивался от поручений Виктории. Объяснять, что в его компетенцию не входит помощь Графине Чешир с ее собакой, было бесполезно.  

Но, несмотря на все препятствия, что казалось, чинил ему каждый, он все же находил время увидеть Джессику. Зачастую, это было, когда она прогуливалась с Эммой по саду или ночью, когда она сладко спала. Девушка не закрывала окно, до последнего ожидая его. Но Хьюз освобождался слишком поздно. Ему и этого хватало. Он оставлял нежный поцелуй на ее щеке или плече, поправлял одеяло. Иногда, когда силы оставались, он просто сидел рядом, поглаживая вьющиеся волосы. Так он успокаивался.  

Хьюзу не было ничуть стыдно за тот скандал, что он закатил Ричарду на днях. После разговора с Викторией, животная ярость накрыла его с головой. Дров подкинул солдат, что только вернулся с города, привезя злосчастные цветы для не хватающего венка. Он нес их как сокровище, стараясь не повредить хрупкие лепестки еще до того, как их срежут и вплетут в девичью прическу.  

Адам вырвал их из рук бедняги. Солдат побледнел, но увидев взгляд капитана, радовался, что он сорвал всего лишь цветы, а не его голову.  

Он без стука ворвался в кабинет Ричарда, застав его врасплох за столом. Кронпринц даже не удивился, в последнее время это уже вошло в привычку. То Эмма, то Питер, а теперь и Адам резко позабыли о нормах приличия. Капитан быстрым шагом оказался возле стола, швыряя бедные лилии в лицо друга.  

— Что ты творишь? — Ричард поспешил стряхнуть их на пол, но лепестки рвались, цепляясь за пуговицы его жилета.  

— Сообщаю, что привезли цветы для венка графини Филипс, Ваше Высочество, — от его голоса невольно пробежал холодок. Ричард вновь осмотрел бедные погибшие цветы под своими ногами.  

— Она дала свое согласие на участие.  

— Правда? Конечно, дала, она ведь ни черта не знает, что это значит!  

Адам сорвался на крик, он с силой ударил кулаком о стол. Ричард соскочил со своего места, а в дверях уже показалась стража. Но не хватало еще и их вмешивать, поэтому Ричард поспешил выпроводить лишние глаза, запирая дверь изнутри.  

— Я не понимаю твою реакцию, — прорычал кронпринц.  

В кабинете назревала гроза, а за окном радостно светило солнышко. Окна выходили на сад, где девушки радостно хихикали что-то обсуждая. Джессика смотрелась слишком органично в этой компании, будто и всегда была в обществе аристократов. Адам уже почти не контролировал себя, он не решался повернуться и увидеть лицо некогда близкого друга, а теперь соперника. Надо же, он и подумать не мог, что однажды ему придётся делать выбор. А девушка, которую они так яро делят, ничего не подозревает. Пьет сладкий чай, не чувствуя пристального взгляда. Решение давно принято, без Джессики он нежилец. Ричард может только смириться. Но кажется сам кронпринц с этим категорически не согласен.  

— Она примет участие в параде невест и точка!  

— Знай я, что ты окажешься таким червем, не повез бы тебя в тот день на ярмарку.  

— Выбирай выражения! Забываетесь капитан, — Ричард дернул Хьюза за плечо, поворачивая его к себе лицом.  

Словно два загнанных зверя, они смотрели друг на друга и не видели ничего. Ненависть застилала глаза, кости хрустели от того, с какой силой были сжаты кулаки.  

— Я могу придушить тебя и глазом не моргнуть, — прошептал Адам.  

— Что тебя останавливает? Вот оно я, прямо перед тобой!  

— Не все в этой жизни решается силой.  

— Верно. И силой ты не сможешь удержать ее возле себя. Как только она прочувствует эту жизнь, без лишений, думаешь захочет возвращаться к прежней, с тобой? Сам знаешь, что нет.  

— Она не любит тебя.  

— Моей любви хватит на двоих. А ты, будь добр, знай свое место.  

 

Вот так просто, в одно мгновение рухнула многолетняя дружба, казалось проверенная миллион раз. Адам не узнавал Ричарда, как и он его. Это были уже совсем другие люди. Взрослые мужчины, что полюбили одну девушку. И не известно кому повезло больше. Хьюз кивнул своим мыслям и отвесив поклон Его Высочеству покинул кабинет. После бала он увезет ее, не дожидаясь коронации. Виктория уже все подписала, осталось дело за малым.  

 

-24-  

Девушка сидела на мягкой подушке, что подготовил для нее Леонард. Он устроил небольшой пикник, уговорив ее побыть натурщицей. Ее лицо было простовато по сравнению с аристократками. Она была слишком живая, яркая, попросту загорелая. Руки художника давно чесались запечатлеть ее именно такой на бумаге. Ах, как жаль, что грифель не передает всей точности ее черт.  

— Расскажите о параде невест, как он проходит, — Джессика закинула виноградинку в рот, готовясь внимательно слушать Леонарда. Он мельком посмотрел на нее поверх листа, абсолютно напрасно, ведь он помнил каждую черту наизусть.  

— Вы прежде никогда не слышали о нем?  

— Однажды, — кивнула она, — Мне рассказывали, что благодаря ему король объявляет о своей симпатии. Ну и ещё, что его проводили очень -очень давно. Кажется, дедушка Ричарда был последним.  

— Верно, наш отец оба раза женился по любви без всяких парадов.  

— И все же.  

— Мне рассказывали, что все девушки участвующие в этом торжестве наряжаются в белые платья. На головы им надевают венки или вплетают в причёски пышные цветы. Девушек по очереди представляют, звучит оркестр, и они медленно кружатся в танце. Король, в нашем случае принц может сменить партнёра в любую минуту. Позже он делает выбор и официально объявляет избранницу невестой.  

 

«Кто-то из девушек этих, завтра станет для принца женой»  

 

— А что же до чувств?  

Он вновь поднял на нее взгляд и отметил, что радость медленной пеленой спадает с ее губ.  

— Непозволительная для нас роскошь.  

Больше Джессика вопросов не задавала. Она глубоко задумалась о том, что же будет дальше. Когда Ричард привез белоснежное платье, девушка не понимала, что это может сулить. Позже, ей сообщили как данность об ее участии. Конечно, сейчас она не в том положении, что бы устанавливать свои правила, притом в том вопросе, в котором абсолютно не разбирается. Сказали «надо», значит надо.  

— Капитан Хьюз обеспокоен вашей сохранностью, — пробубнил Лео кивая ей за спину. Обернувшись, Джессика увидела пристальный взгляд Адама. Он стоял довольно далеко, возможно просто проходил мимо и решил остановиться, а может, специально искал ее. Захотелось улизнуть от принца, что бы хоть немного пообщаться с ним. Но как она объяснит свой побег. Прежде чем она решилась уйти, Адам почтительно кивнул и скрылся в дверях дворца.  

— Он чем-то обеспокоен, — прошептала Джессика себе под нос, забывая, что не одна.  

— Он всегда чем-то обеспокоен, — усмехнулся Леонард, — или же кем-то.  

— Капитан очень серьезно относится к своим обязанностям.  

— Матушка подписала его прошение о переводе. Не так уж он и ценит свою должность.  

 

«Как подписал? Уже? »  

 

Джессика засуетилась, она все никак не могла придумать повод, почему ей нужно идти. Принц все понял сам, сославшись на ее бледный вид, он предложил ей пойти отдохнуть. Кивнув, девушка почти побежала в сторону дворца. Но Адама нигде не было. Питер разводил руками, жалуясь на то, что у того слишком много дел с предстоящим балом.  

Разочарованная Джессика вернулась в свои покои. Голова и впрямь разболелась. Вся жизнь в этой богатой «тюрьме» становилась для нее тягостнее с каждым днем. В груди щемило, она невыносимо соскучилась по маме, сестре, своему старенькому, но опрятному платью и вечерам, когда Адам был рядом.  

В окне показались чьи-то руки, незнакомец ухватился за раму и приподнялся вверх. Адам при полном параде, среди бело дня наведался к ней через окно, снова. Девушка улыбнулась и поспешила помочь.  

— Когда ты научишься пользоваться дверью?  

— Когда мы будем жить не в этом доме, — он быстро чмокнул ее в губы, крепко обнимая. Наконец-то, он думал об этом сутками напролет, — на самом деле я сбежал ото всех. Теперь ты просто обязана спрятать меня.  

— С превеликим удовольствием, — девушка потянула его в сторону большой кровати. Она уверенно толкнула его в грудь, забираясь верхом. Их лица были друг напротив друга, на губах мужчины проявилась коронная полуулыбка, когда он заметил, как она рассматривает его.  

— Что? — прошептал он, проводя указательным пальцем по ее носу.  

— Что? — повторила девушка, прикусывая нижнюю губу.  

— Ты ведь знаешь, что без тебя мне не справится?  

— Послушайте Капитан Хьюз, с этого дня и до последнего, вы находитесь под моей неусыпной защитой.  

Он тихо рассмеялся, наблюдая за ее серьезным выражением лица. Руки медленно изучали девичье тело, Хьюз ненавидел этот корсет, что безбожно менял ее и без того прекрасные формы. Он любил ее слегка полноватые бедра и нежные щеки. Ни у кого в мире не было того, чем обладала она.  

— Давай уедем прямо сейчас, — неожиданно выпалил он. Девушка лишь грустно поджала губы и покачала головой.  

— Нельзя. Мы обещали присутствовать на балу. Представь, какой скандал обрушится на настоящую графиню Филипс. Уедем после?  

— Хорошо. Уедем утром после бала.  

— Ты ведь сегодня останешься со мной?  

Адам сделал вид что задумался, на что Джессика возмущенно фыркнула, щипая его за щеку. Хьюз взмолился о пощаде, переворачивая девушку на спину. Теперь он нависает над ней. Прическа почти распалась, рассыпая волосы волнами по белоснежному покрывалу. Адам пожалел о своем действии, но отступить уже не мог. Его губы коснулись ее горячей шеи, оставляя дорожку поцелуев до выпирающих ключиц, обрамленных легким кружевом платья.  

Тонкие пальцы Джессики потянулись к застежке мундира. Она с трудом смогла расстегнуть ее, приспуская с мужских плеч ненужную одежду. У него были большие, сильные руки. Которые сейчас расшнуровывали ненавистный корсет. Когда последний шнурок поддался, Джессика выдохнула ощущая теплую ладонь на своем животе. Адам смотрел на нее и от одного это взгляда, кишки сворачивались в узелок, затягиваясь с каждым его прикосновением.  

— Когда я увезу тебя отсюда, — прошептал он ей на ухо, — то больше никогда тебя не отпущу.  

— Я и сама не захочу уходить, — голос девушки предательски дрожал, выдавая, что она сума сходит по этому мужчине.  

Хьюз был слишком воспитанным. Он не хотел портить девушку, до момента пока она официально не назовет его мужем. Но куда больше хотелось поставить точку в принадлежности друг другу.  

— Мы будем жить в уютном доме, — шепчет он, оставляя поцелуй на ее виске, — у нас родятся дети, — целует в щеку, а Джессика не в силах держать себя в руках, рвано вдыхает так нужный сейчас воздух, — к нам будет приезжать твоя матушка, погостить и проведать внуков.  

Он целует ее в губы, сминая их своими.  

— Уговорил, — усмехнулась она, разрывая поцелуй, что бы сделать вдох, — давай убежим прямо сейчас.  

— Нет уж, мы же обещали присутствовать на балу.  

Это запрещенный прием использовать ее же оружие. Но это верно. Нельзя порочить чье-то позаимствованное имя.  

Адам не перешел границу в эту ночь. Джессика заснула на его плече после долгих разговоров о том, какая жизнь их ждет впереди. Он уже и не помнил той жизни, в которой не было этой девушки. Все пройдет, наступит мир и покой рядом с ней. Пусть Ричард сейчас и не понимает этого, но ведь время лечит и он привыкнет. Встретит свою любовь и позабудет о Джессике. Адам списывал горячность кронпринца на нервы, которые дали сбой перед важными событиями. Ну, кто из нас накануне новой жизни не срывался и не терял себя.  

 

«Их мало с опытной душой  

Кто крепким в качке оставался»  

 

Проснулась Джессика уже одна. Место рядом с ней остыло, видимо Адам оставил ее рано утром. Что ж, оно и понятно, дел было невпроворот. Вечером уже должен греметь бал, а значит, встречи с ним искать сегодня глупо. Проведя время после завтрака с Эммой за беседой, Джессика вернулась к себе. Уже завтра она покинет дворец и возможно, скорее всего, будет скучать, по этому беззаботному лету. В дверь постучали. Леонард смущенно протянул законченный портрет девушки.  

— Я решил, что подарю вам его.  

Она восхищенно осматривала работу, дивясь его таланту. Следом пришел Питер, уже со всеми атрибутами для подготовки. Лео откланялся, уступая место прислуге. Старик держал свежие цветы для прически. Он никак не решался передать их девушки, вновь и вновь осматривая белоснежные лепестки.  

— Все в порядке?  

Джессика видела его встревоженный вид и не понимала причину. Это всего лишь формальность, Ричард уже давно сделал выбор в пользу какой-нибудь герцогини. Но руки старика пробрала мелкая дрожь, когда он наконец передал цветы в девичьи руки.  

— Будь осторожна, — Питер покланялся и оставил ее одну, так и стоять в легком смятении. Благо служанки закружили ее хлопотами.  

Платье было великовато, но благодаря сноровке девушек, совсем не бросался этот изъян в глаза. Разве что шлейф был немного больше положенного. Виртуозно одна из помощниц вплетала лилии в темные волосы, собранные в высокую прическу.  

— Ваша милость, — пролепетала одна из них. Не привыкшая к такому обращению, Джессика отозвалась не сразу, тогда девушке пришлось повторить, — Ваша милость, королева Виктория просила зайти вас к ней, когда все приготовления будут окончены.  

Девушка коротко кивнула, рассматривая свое отражение в зеркале. Надо же, стоит она, а отражается совсем иной человек. Виктория и впрямь ждала ее в беседке. На столике уже теплился черный чай и угощения. Сделав реверанс и получив разрешение сесть, Джессика опустилась на соседний стул.  

— Вы чудесны, — улыбнулась Виктория, рассматривая девушку.  

— Благодарю Ваше Величество.  

— Слышала, мой младший сын волком вьется подле вас.  

— Мы дружны, не более, — Джессика поспешила оправдаться.  

— Бросьте, вы красавица, не мудрено, что мужчины глаз с вас не сводят. Пейте чай милая, не стесняйтесь.  

Джессика поднесла белоснежную чашку к губам, делая небольшой глоток черного чая. Она слегка поморщилась, отмечая, что у напитка слишком насыщенный вкус, горьковатый она бы сказала. Но из вежливости и под пристальным взглядом Виктории сделала еще два, большее уместных глотка.  

— Сегодня важный день для королевства, — теперь Королева звучала не так елейно, как пыталась в начале. С каждым словом проявлялся ее истинный характер, — не ударьте в грязь лицом. Я надеюсь на вас. Вы моя фаворитка. А теперь ступайте, вот-вот начнется представление невест.  

Джессика кивнула и быстро поднялась с места. Голова слегка закружилась, кажется, сказывается волнение. Или же перестарались с корсетом.  

Даниэль с большим трудом пробился к Адаму, которого окружили дамы в возрасте. Не понятно на что рассчитывающие, они наперебой старались обаять молодого капитана. Но он вел себя стойко, сдержанно, держа руки сомкнутыми за спиной.  

— Я нашел то что нужно, — прошептал Даниэль, отводя Хьюза в сторону от назойливых глаз, — у нас есть доказательства вины Виктории.  

— Чудесно. Отдадим их Его Высочеству после бала.  

— Ты уверен, что хочешь уехать?  

— Безоговорочно.  

Гости в дорогих нарядах заполонили зал с высокими сводами. Звучала музыка, звучали светские разговоры. Каждый восхищался щедростью Виктории и Ричарда. Сам же Кронпринц принимал поздравления с грядущей помолвкой. Он был сдержан, учтиво кивал и святился от счастья, ожидая начала парада.  

Наконец заиграла более торжественная музыка. Оркестр оживился, беря начальные ноты полонеза, и место в центре заняли девушки в белоснежных платьях.  

«Полонез. Парад невест, считать открытым»  

Объявил глашатай, и пары закружились в быстром танце. Партнером Джессики стал почтенный виконт лет пятидесяти. Девушка мило улыбалась ему, а тот в свою очередь бережно вел ее в танце. Адам, стоявший в самом конце зала, как и полагалось у выхода, для лучшего обзора, залюбовался ей. Лицо тронула легкая улыбка при виде танцующей девушки. Ее некоторая неуклюжесть добавляла только шарма и лёгкости.  

Ричард сейчас завидовал виконту, мечтая так же касаться ее рук, кружа в полонезе на глазах у всех. Это обязательно случиться, но чуть позже. А сейчас он удостоен чести любоваться ее танцем со стороны. Прозвучали последние аккорды и пары замерли. Послышались аплодисменты.  

Девушка почувствовала, что ее голова идет кругом, а перед глазами все плывет. Этот оживленный танец буквально выбил из нее все силы. Нет, с корсетом определенно перестарались. Она попыталась найти взглядом Адама, но перед глазами пелена. Эмма, очевидно заметившая потерянный вид подруги поспешила отвести ее в сторону буфета, пока новые пары занимали места для следующего танца.  

— С тобой все хорошо? Выглядишь захворавшей, — Де Гиз осмотрела раскрасневшееся лицо Джессики, прикладывая ладонь к ее лбу. Она горела. Но сама девушка все отрицала, списывая недомогание на волнение от излишнего внимания. Она по прежнему не могла найти Адама. Так прошло еще два танца, пока не объявили мазурку.  

 

«Мазурка- душа бала. Телеграф толков и пересудов, почти провозглашение о новой свадьбе»  

 

Так твердил Питер, обучая девушку танцам. Он потратил на нее слишком много времени, что бы относиться к ней строго. Напротив, он проникся ей словно своей дочерью. Бог не наградил его детьми, но Король предоставил честь растить Ричарда и Адама. Теперь же в его большом сердце нашелся теплый уголок и для нее.  

 

«В мазурке то все и решиться»  

 

Сделав глоток шампанского, Джессика поспешила вернуться к танцу. Ведь его нельзя было пропускать, танцевали все невесты. Ричард поднялся со своего места еще до первых аккордов. Гости стали перешептываться, ведь ожидалось, что кронпринц присоединиться к танцу не позднее второго круга. Но он уже спешил к своей избраннице. Ричард кивнул виконту и занял его место, протягивая ладонь в белоснежной перчатке Джессике.  

— Не откажите мне в удовольствии танцевать с Вами.  

Девушка удивилась, ведь она думала очередь танцевать с ним до нее не дойдет, но все же сложила свою левую руку в его, делая глубокий реверанс. Она слегка качнулась, но Ричард поспешил подхватить ее, спасая от конфуза.  

— Ты в порядке? — прошептал он, клонясь к ней вперед, вызывая все новые пересуды.  

— Все хорошо, просто слишком жарко.  

— После танца выведу тебя на воздух.  

Девушка кивнула, и аккорды музыки вновь закружили пару в танце. Видя перед собой широкую улыбку кронпринца, Джессика улыбнулась в ответ. Мужская ладонь на ее талии сжалась немного сильнее, будто он старался удержать ее в руках, не уступая место другим кавалерам. Девушки, кружившиеся в танце, бросали взгляды в сторону Ричарда, ожидая, когда же он дойдет и до них. Но тот не сводил взгляда с брюнетки, приподнимая ее над полом, кружа.  

Адам до боли сжал челюсть, наблюдая, как его любовь теряется в чужих руках. Как светится лицо Ричарда. Он слишком поздно заметил розовый букет, что нервно теребил в руках распорядитель бала. После танца он вручит его Ричарду, а тот в свою очередь одной из девушек. Но вот незадача, Кронпринц не смотрит ни на кого кроме «графини». Хьюз почти делает шаг, но Даниэль удерживает его на месте, шепча: «Позже. Наберись терпения. »  

Но оно уже было на исходе. Он с ужасом ждал окончания танца, боясь оказаться правым в своем предположении. На мгновение он почувствовал чей-то пристальный взгляд и не ошибся. Виктория не сводила насмешливых глаз с его фигуры. Она была довольна происходящим, упиваясь крахом капитана. Но она еще не знает, что экипаж в любое мгновение готов увезти Джессику отсюда. Прочь от ее длинных рук. А тем временем прозвучал финальный аккорд и вот возле Ричарда возник распорядитель, протягивая цветы.  

Кронпринц по-прежнему не сводил восхищенного взгляда с Джессики, что сейчас робко сжималась, замечая как все замерли. Никто не рассказывал ей о моменте выбора. Она не понимала, что означает этот розовый букет, что с таким трепетом передает незнакомый ей мужчина Ричарду. А голова болела кружилась все сильнее. Вот-вот и она потеряет сознание. В собравшихся гостях, все еще не виднелось любимого лица, которое она выискивает весь вечер. Все замирают, повернув голову она видит как принц опускается на одно колено, протягивая ей прекрасные цветы. Все словно происходит не с ней.  

Минуту она смотрит в его глаза, пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку. Адам затаив дыхание молится, что бы она знала о значении этого «подарка» и проклинает себя, что умолчал о нем. Кивнув в знак благодарности, девушка, принимая цветы. Ричард рывком поднимается, нависая над ней, зал заливается аплодисментами и перешептыванием собравшихся. И только Леонард не разделяет всеобщей радости, отчетливо понимая — это начало конца. А сам он приложил немало усилий, что бы этот момент состоялся. Тогда на пикнике, он боролся с желанием рассказать ей об этой традиции и молить, что бы она отказалась от цветов. Но страх перед гневом матери, желание быть не менее значимой фигурой при дворе, чем Ричард, было куда сильнее, чем теплое чувство к мало знакомой девушке…  

Джессика испуганно осматривает толпу, все лица перед ее глазами плывут, а в следующее мгновение, сильные ладони Ричарда поворачивают голову к себе, впиваясь в губы поцелуем. Мир гаснет и вот она уже не видит ничего, ноги, словно вата не держат больше ее тело и лишь объятья Ричарда спасают от падения. Она следом приходит в себя, не понимая, отчего сознание, покидает ее.  

Кронпринц благодарит всех кивком, направляясь со своей избранницей на балкон. Девушка бледнеет с каждой минутой все больше, руки пробирает мелкая дрожь, а на лбу проступила, испарена. Она не слышит ни единого слова, что сейчас пытается сказать ей Ричард. Видит расплывшуюся Эмму и кажется Питера, что пытаются увести ее прочь.  

Ричард остается один на огромном балконе, окрыленной надеждой на счастливое будущее и согласием Джессики. Ветер на удивление холодный для данного времени года. Позади слышатся тяжелые шаги военных сапог. Не успев обернуться, он оказывается схваченным за грудки, а перед глазами разъяренное лицо Адама.  

Взбешен, не сдержан, лицо искажает злоба. Такого Хьюза Ричард прежде не видывал. Он пытается оттолкнуть друга, но тот с силой отшвыривает его в сторону. Удар и из носа кронпринца брызнула багровая кровь, пачкая королевский мундир.  

— Никак не можешь смириться с поражением, — усмехнулся Ричард, утирая теплую жидкость с губ.  

Адам делает шаг, он непременно забил бы его насмерть, но вовремя подоспевшие Леонард и Даниэль оттаскивают капитана. Вдвоем они не могут совладать с силой Хьюза, что сейчас вырывается и рычит от злости.  

— Успокойся, — кричит офицер, — тебя казнят.  

— Ты сейчас же вернешься в зал и прилюдно объявишь, что ошибся, — хрипит он осипшим голосом, стряхивая со своих рук повисших Леонарда и Даниэля. Уверяет, что успокоился и пришел в норму.  

— И не подумаю. Ты видел, она сделала свой выбор.  

— Она любит меня. Этой ночью, мы были вместе, я сделал ее своей.  

Глаза кронпринца застыли в ужасе, кулаки сжались и теперь уже он готов кинуться на Адама. Но выросший перед ним Леонард отталкивает назад, не позволяя натворить еще больше глупостей. Все кончено. Ричард оскорблен, все вышло куда хуже чем могло быть, выбери он другую девушку. Капитан сожалеет, ничего не изменить. Даниэль уводит Хьюза, но в спину летят громкие слова, тормозя мужчин.  

— Дуэль! Я требую сатисфакции!  

— Я не стану с тобой стреляться Рич, — горько усмехается Адам.  

— Струсил так и скажи! Точно так же струсил, что она не выберет тебя, поэтому затащил ее в койку! Ты прировнял ее к очередной шлюхе в своем списке!  

Даниэль пытается сказать что-то вразумительное. Леонард трясет брата за плечи, желая отрезвить его ум. Все тщетно. Монета подброшена.  

— На рассвете, на опушке леса.  

 

   

-25-  

 

Джессика слышала вдалеке мужские голоса, один из них отчетливо напоминал Адама. Она и рада бы повернуться и удостовериться, но глаза заволокла пелена, а по мере того как Эмма и Питер уводили ее прочь, голоса теряли прежний окрас, становясь серой массой, не различимой для слуха.  

Войдя в покои девушки, старик осторожно усадил ее на постель, а сам поспешил как можно шире распахнуть окна, впуская холодный ночной воздух. Эмма опустилась перед Джессикой, пытаясь понять, что же с ней стряслось.  

— Похоже, ее опоили дурманом, — приблизился Питер, прикладывая морщинистую ладонь ко лбу девушки.  

— Кому это нужно?  

— Леди Эмма, поспешите на кухню и попросите солевой раствор, — камердинер опустился перед девушкой, снимая с ее ног бальные туфельки.  

— Для чего?  

— Нужно промыть желудок, тогда ей полегчает.  

Эмма замешкалась, она испугано, смотрела на бледнеющую Джессику и суетящегося возле нее Питера. Старик чуть прикрикнул на девушку, выводя ту из ступора, и только тогда она скрылась за дверьми.  

— Где Адам? — голос ее был слабенький, дрожал от подступающих слез и головокружения. Она смотрела прямо перед собой, а по щеке катилась скупая слеза.  

— Позже милая, — кряхтел старик, закатывая рукава.  

— Пожалуйста, позовите Адама, — это не было похоже на просьбу. Мольба, вот это слово. Она молила Питера, что бы он позвал Адама, слезы все уверенней заволакивали ее лицо, копясь на подбородке и скромно исчезая в декольте. Губы дрожали, шепча имя любимого, который все не приходил.  

Предстояла долгая ночь. Питер пытался отправить Эмму спать, но та наотрез отказалась. Она не могла бросить подругу, вплоть до того момента, пока уставшая от промывания желудка Джессика не провалилась в сон. Но и после Эмма осталась рядом.  

 

В предрассветных сумерках стали едва проглядываться силуэты деревьев. Стояла мертвая тишина, свежий ветерок пошатывал густую траву. На улице стало свежо и сыро, за то дышать сделалось легко и приятно. Над озером клубился густой туман, медленно расползавшийся от воды к земле. Эмма устроилась на широком подоконнике, слишком много произошло за эту ночь. Из раздумий ее вырвал настойчивый топот копыт. Это было весьма странным, в такой то час. Вскоре показались два всадника, одного она узнала без труда. Адам в компании неизвестного ей мужчины удалялся прочь от дворца в сторону леса.  

«Что они там забыли в такой час? »  

Проводив мужские силуэты, девушка осторожно опустила ноги на холодный пол. Как можно тише, что бы не потревожить Джессику, она решила спуститься вниз и узнать, что же случилось. Она шла по пустынным коридорам, пока не услышала голос Леонарда. Спрятавшись за колонной, девушка напрягла слух, что бы разобрать тихую речь принца.  

— Одумайся, — полушепотом произнес Лео, — все еще можно решить мирным путем.  

— Уже поздно, — Ричард отрицательно помотал головой, — ты ничего не знаешь.  

— Что я не знаю? — голос мужчины стал срываться на крик, но он сам одернул себя, возвращаясь к полушепоту, — вы вспылили. Пожмите друг другу руку и разойдитесь с миром.  

— Нужно было сделать, как просила она. Отречься от трона и уехать с ней в имение Ланшир.  

Ричард не стал дожидаться ответа брата, он уверенно сбежал вниз по лестнице, направляясь к выходу, где уже ждала повозка. Леонард медлил, он сжимал в руках короб с пистолетами для дуэли, не решаясь сделать шаг. Немного выглянув из укрытия, девушка заметила, что за предмет молодой принц теребит в руках и с ужасом для себя узнала его.  

 

На опушке леса было так спокойно. Птицы напевали свои трели, встречая двух незваных гостей. Адам шел не спеша, на лице застыла хмурая гримаса, будто он всматривался в каждую песчинку под своими ногами. Даниэль потратил целую ночь на уговоры отказаться от дуэли. Но Хьюз был тверд и решителен. Он не трус и не отступит. Вот только разум по-прежнему не мог принять, что противник его- Ричард. Над головами пролетела стая птиц, а из-за поворота показалась повозка.  

— Вы все еще можете поговорить, — Даниэль схватил Адама за предплечье, он знал, это бесполезно, но смириться не мог.  

Капитан грустно улыбнулся, похлопывая друга по плечу. Он опустил голову и отрицательно мотнул головой.  

— Я хотел зайти к ней перед тем, как ехать сюда. Но не смог, боялся, что она проснется. Так интересно, что же ей снится.  

— Пожалуйста, — голос бравого офицера дрогнул, он крепче сжал руку Хьюза.  

— Сказал бы, что утро доброе, но боюсь показаться идиотом, — Леонард подошел ближе, в то время как Ричард остался стоять в стороне.  

— Ты смог убедить его, что это безумие? — Даниэль с надеждой кивнул в сторону кронпринца. Поджав губы, Леонард отрицательно помотал головой. – Значит, не миновать.  

Эмма словно буря ворвалась в покои Джессики. В один шаг она преодолела расстояние между дверьми и кроватью. Отчаянно она трясла девушку, пробуждая ото сна.  

— Проснись, прошу.  

— Что стряслось? — Джессика ели разлепила глаза. Но увидев траурное лицо Эммы, сон испарился, теперь она трясла блондинку, крепко схватив ее за худые плечи, требуя объяснений. Глотая слезы, Эмма пролепетала что-то невнятное.  

— Адам… Рано в лес, — девушка захлебывалась слезами, — стреляться поехали.  

 

Словно гром вреди ясного неба. Джессика почувствовала, как весь воздух из легких будто выбили. Выпутавшись из рук Эммы, на негнущихся ногах она покинула покои идя к выходу. С каждой секундой осознание слов де Гиз настигало ее и в следующее мгновение срывается на бег. В распахнутые дверь, прямиком к лесу.  

Холодный ветерок пронзал девичье тело сквозь ночную рубашку. Босые ноги не чувствовали холода остывшей земли, она просто бежала, боясь, что может не успеть. Непонятно откуда взявшиеся силы, несли ее вперед.  

 

Вот перед глазами показались привязанные лошади, на одной из которой оставлен камзол Адама. Приблизившись к животному, девушка быстро осмотрелась по сторонам, надеясь увидеть обладателя вещей. Но он не выходил. Тогда не щадя голоса и сил девушка прокричала его имя. Послышался выстрел и птицы стаей взмылись ввысь.  

 

«Нет! »  

 

Адам приняв пистолет из рук Леонарда встал к барьеру. Руки пробрала холодная дрожь. Он все еще не верил в происходящие. Ричард кивнув сам себе, направил дуло в сторону Хьюза.  

Играя в детстве в войну, они и представить не могли, что по истечении времени, вместо деревянных мушкетов, будут направлять в сторону друг друга настоящие.  

 

«Сходитесь»  

 

Медленно, они двинулись навстречу друг к другу. Подул холодный ветер и Адам дрогнул, услышав, как Джессика завет его где-то вдалеке. Выстрел.  

— Нет! — прокричала она уже совсем близко.  

На груди капитана росло кровавое пятно. Морщась от боли и немного пошатнувшись, он осмотрел рану. Подняв глаза, он увидел, как из-за спины Ричарда выбегает та, чей покой он так боялся потревожить.  

Ноги подкашиваются, не в силах держать раненное тело, он падает на колени и клонится назад. Но девушка не позволяет завалиться на спину. Подлетев к нему, она падает рядом, крепко обнимая его, судорожно дрожа, толи от холода, толи от страха.  

Не в силах долго удерживать его, девушка осторожно укладывает его голову на землю, склоняясь над возлюбленным. Адам пытается что-то сказать, но слова теряются на губах и он словно рыба, выброшенная на сушу, хватает воздух ртом. Его глаза, он смотрел на нее молящим о прощении взглядом. Больше всего в жизни, он не хотел, что бы она видела это.  

Джессика бросила быстрый взгляд на сочащуюся кровью рану и попыталась зажать ее рукой. Но все попытки ни к чему не приводили, горячая жидкость сквозь тонкие пальцы продолжала окрашивать все в ужасный цвет.  

— Нет, — шептала она, — пожалуйста, вставай. Нужно идти к доктору.  

Хьюз был на исходе сил, наблюдая за ней, как она пытается спасти его. Он не мог перестать твердить себе: «как же сильно я тебя люблю». Боли не было, лишь страх, что он видит ее в последний раз. Но ей не суждено услышать это из его уст.  

— Что вы стоите? — кричала она, — помогите ему! Ему же холодно!  

Но никто из присутствующих был не в силах и шагу ступить. Ричард словно окаменелый застыл на месте. Случайность. Он ошибся, счел движение Адама за попытку нажать на курок и сделал это первым. Кронпринц с удовольствием бы принял эту пулю, ведь изначально знал, Адам превосходный стрелок, он не промахивается…  

Джессика, словно раненный зверь металась возле возлюбленного пытаясь согреть его.  

— Я обещала тебя защищать, — холодная ладонь Адама прижалась к ее горячей щеке, утирая соленые слезы. Девушка накрыла ее своей, прижимая сильнее, оставляя поцелуи на ледяных пальцах, пытаясь отогреть их дыханием. — А ты обещал уехать со мной сегодня.  

Адам не отвечал. Веки медленно опускались, скрывая его карие глаза навсегда. Девушка судорожно замотала головой, вторя себе: «нет, нет, нет, не спи».  

Ладонь его больше не жалась к ее лицу. Раздался оглушающий женский крик. Лицо ее исказилось от боли, голос ее звучал неестественно громко, душераздирающе. Бравый офицер больше не мог сдерживать слез. Она прижалась дрожащей щекой к его груди, накрывая собой словно одеялом.  

— Пожалуйста, не уходи. Нам пора уезжать, — Джессика трясла Адама, но он больше не отвечал ей. Лицо его было прекрасным в своем спокойствии и только капли крови выдавали, что «спокойствие» это — вечно.  

Леонард с ужасом наблюдал, как Джессика о земь бьется, пытаясь спасти любимого. Вся ее белая рубашка пропиталась кровью, волосы липнут к мокрому от слез лицу, а она по- прежнему разговаривает с ним. Вытирает свои же слезы, упавшие на его глаза и скулы. Целует в холодные губы и молит проснуться, перестать так, шутить с ней.  

Двое взрослых мужчин не в силах вынести метаний девушки.  

Ричард сидел на земле, медленно раскачиваясь взад и вперед, обхватив голову руками. Он будто не слышал никого и ничего. Адам был единственным близким человеком, который прошел бок о бок через все испытания. Они вместе пережили смерть родителей Ричарда, вместе собирались управлять этой страной, жить… Жить. Просто жить.  

— Уводи их отсюда, — Даниэль утер слезы, с глаз, поворачиваясь к Леонарду. Тот абсолютно бледный, не моргая смотрел на Адама и Джессику. Офицеру пришлось отвесить увесистую пощёчину, что бы привести принца в чувства. – Быстро! Уводи Джессику и Ричарда! Их не должны здесь видеть!  

Леонард приблизился к Ричарду, пытаясь поставить его на ноги. Но слезы застилали глаза кронпринца, а ноги, словно вата отказывались стоять ровно. Леонард был меньше и слабее брата, бросив его обратно, он схватил его голову заставляя посмотреть на Джессику.  

— Посмотри на нее, — прорычал Лео. Девушка мертвой хваткой держалась за Адама, отказываясь отпускать его. Даниэль не справлялся, она вновь и вновь отталкивала его, возвращаясь к Хьюзу, — это случилось. Но ей сейчас нужна твоя помощь! Хватит жалеть себя и помоги увести ее отсюда!  

Ричард пришел в себя. Казалось, он только что заметил ее присутствие. Поднявшись с земли, он подбежал к девушке, обнимая ее. Почувствовав кого-то близкого, она ответила на объятия.  

— Ричард, наконец-то, помоги, — ее трясло, губы уже посинели, а глаза опухли от слез, — Адама ранили. Нужно срочно везти его к врачу.  

Кронпринц не решался опустить взгляд и увидеть его мертвым. Он смотрел на Джессику, что молила помочь поднять его и отвести в город. И это все сделал он. Один он виноват во всем.  

— Идем, нужно возвращаться, — Ричард поднялся на ноги, утягивая девушку за собой. Она не понимала его, что с ним не так? Отчего такой спокойный? Опустив глаза, она увидела Адама иным. Он был мертв. Ноги подкосились, сознание покинуло ее. Ричард подхватил измученное тело девушки на руки и все еще не опуская взгляда на друга направился в сторону, где они оставили лошадей.  

Питер проснулся от странного щемящего чувства. Он нашел Эмму всю в слезах на пороге. Девушка ничего не сумела толком объяснить, лишь как обезумевшая читала молитвы, прижимая сложенные ладони к губам.  

Старик вышел на улицу, он пытался всмотреться вдаль. Кто-то приближался. Двое всадников. Позднее он опознает в них Ричарда и Леонарда. Младший принц выпрыгнет из седла чуть ли не на ходу и поможет спустить с рук брата Джессику. И перехватив ее поудобнее внесет в дом. Питер смотрел на все со стороны и не мог поверить, что все это реальность. Ричард пройдет мимо, на нем нет лица, все узнаваемые черты испарились, так и ничего не объяснив, он скроется вслед за Леонардом. А Питер так и будет стоять и всматриваться вдаль. До тех пор, пока на горизонте не появиться повозка. Тогда он все поймет.  

Боль повсюду. Стальной хваткой она обхватила его глотку не давая сделать вдох. Он смотрел на Даниэля, что управлял лошадьми, и ждал, что бы тот улыбнулся, сказал, что все хорошо. Но он лишь опустил голову и отрицательно покачал ею.  

Руки Питера затряслись. Он шел навстречу приближающемся. Лошади остановились в метре от него. Камердинер обошел повозку, залазив внутрь.  

— Мальчик мой, — проревел старик, падая рядом с Адамом, — мой сын.  

Старик поправил его каштановые волосы, что прилипли ко лбу.  

— Как же жить мне теперь. Как сынок, ответь.  

 

Не церемонясь, Леонард ворвался в покои матушки, которая к слову давно не спала. Женщина испугано, осмотрела сына. Пока он нес Джессику, кровь с ее сорочки запачкала и его одежду. Черные волосы взъерошены, а ноздри раздуваются, словно у разъярённого быка, готового кинуться.  

— Милый мой мальчик, что с тобой, — Виктория протянула к сыну руки, но тот отшатнулся от нее.  

— Не смейте трогать меня мама! Никогда! Вы и только вы повинны во всем, что случилось. Я непременно раскрою правду Ричарду.  

— Не сметь! — выкрикнула женщина, перебивая Лео, — все, что я делаю, только для твоего блага. Ты будешь чудесным королем.  

— И власть моя будет построена на крови? Нет, это не я. Это ты. Я отрекаюсь. Больше не сметь величать меня Его Высочеством. Отныне я не ваш сын и вы не моя мать.  

Не в силах больше видеть ее лица, Леонард вернулся к Джессике. Девушка пришла в себя, но абсолютно не реагировала ни на что. Она лежала, свернувшись калачиком на своей постели, где ее и оставил принц.  

Закатав рукава уже изрядно испачканной рубашки, он осторожно поднял ее и направился в сторону ванны. Аккуратно он опустил девушку в теплую воду, которая мгновенно окрасилась в красный цвет, выжимая все соки с ее сорочки. Леонард набрал ковш с водой, медленно поливая вьющиеся волосы. Мокрая ночная рубашка прилипла к ее телу. Принц, было, смутился, но продолжал умывать Джессику.  

— Когда кто-то умирает, — мужчина невольно дернулся, услышав ее голос. Он не был похож на прежний. Осипший, хриплый и очень тихий. – Мама поет одну и ту же песню.  

Она начала напевать мелодию, не обращая внимания на застывшего перед ней Леонарда.  

«Уж вы голуби, уж вы сизаи, сизакрылаи  

Уж вы где были, а далеко ли, и что видали? »  

Он не решался моргнуть, боясь, что даже это движение может потревожить ее.  

«Ну, а мы были на растанице, на прощальнице,  

Там где душенька с телым былом растовалася»  

— Знаешь что сейчас хочется? — она наконец посмотрела на него. Страшное зрелище, по телу мужчины пробежала мелкая дрожь от ее пустых глаз. Он вопросительно кивнул, — хлеба.  

— Я прикажу, и тебе тут же испекут.  

— Я ведь специально портила его, — Джессика продолжала, игнорируя предложение Леонарда, — думала «вот он сейчас попробует мою стряпню и не придет больше». А он все ел и ел, нахваливал. Скажи, что мне все приснилось, что это не правда, прошу тебя.  

— Тебе приснилось Джесс, — по щеке Леонарда скатилась одинокая слеза. Все это время он держался, да кричал, да кидался в драку, психовал. Но сейчас, видя дела рук своих, — он не придет. Но не, потому что не хочет, просто слишком много дел. Впереди ведь коронация, без него не справиться.  

Девушка прикрыла глаза, безмолвно произнося одними губами «спасибо».  

 

Ричард пытался смыть кровь со своих рук, но та словно въелась и не поддавалась ни мылу, ни жесткой щетке. Он словно остервенелый тер ее, но все тщетно. Отшвырнув несчастную щетку в стену, Ричард уперся руками в тумбу.  

 

«Дышать больно»  

 

Вспышка и вот он уже громит свои покои. В стену летит дорогая мебель, ударяется и рассыпается в щепки. Античные вазы подаренные знатными «друзьями» разбиваются с треском о пол. Он кричит, не в силах побороть себя и смириться, что по его вине нет того, кто до последнего верил в него.  

На глаза попадается записка от Джессики. Где корявым почерком написано признание любви. Обезумев, он рвет ее в мелкие клочья. Позже, когда злоба утихла, он соберет клочки ее единственного письма и прижмет близко к груди, к самому сердцу.  

Только к вечеру он решается навестить ее. Предварительно вылив в себя бутылку алкоголя, что бы хоть немного унять дрож, он идет к ней. Готов, пусть она ударит его, накричит, пусть даже не впустит, но он должен попытаться.  

Двери не заперты, напротив, распахнуты. Питер настоял, что бы видеть ее в любой момент и уберечь от греха. Он тихо проходит внутрь. Девушка сидит на полу, спиной к нему и смотрит на звездное небо, через распахнутые окна.  

 

«Не закрывай окно, я приду к тебе вечером»  

Кронпринц обходит и опускается перед ней. Молчит. А Джессика по-прежнему смотрит на звездное небо. Лишь спустя несколько минут она встречается с жалостливым взглядом Ричарда. Он разбит не меньше чем она. Вокруг глаз появились новые морщины, щеки осунулись, за этот день он постарел не меньше чем на 10 лет.  

— Скажи хоть слово, — шепчет он, прерывая молчание. Снова не выдержал.  

— Ты не виноват.  

— Кто если не я?  

— Никто. А может это я. Или же пуля.  

 

Ричард срывается, он придвигается ближе, беря ее лицо в свои ладони. Заглядывает в ее глаза, но не видит ничего. Пусто. Там истоптали ногами, там больше нечего рушить.  

 

— Нужно уехать. Питер увезет тебя к своим ближайшим родственникам. Я разберусь тут со всем, а после коронации ты приедешь обратно, и мы решим, как нам жить дальше. Кивни, если согласна.  

 

Джессика кивнула. Он нерешительно приблизился к ее лицу, прикладывая сухие губы к горячему лбу девушки. Она не оттолкнула, но и в ответ не обняла. Словно тряпичная кукла в его руках.  

--  

Он ворочался с одного бока на другой силясь уснуть, но тщетно. Стоило дреме забрать его, как перед глазами возникал Адам, смотревший осуждающе, высоко вздернув подбородок.  

В холодном поту Леонард вновь вскакивает. Дышит тяжело, оглядываясь по сторонам, но он один. Никого подле него. Разве что грехи, что сейчас грызут душу несчастного.  

«Какого тебе сейчас брат мой? »  

Впервые в жизни он сочувствует и волнуется о Ричарде. Но так и не решится прийти в его покои. Они не близки и никогда не были. А сейчас, вдруг брат догадается о том, что это он виною тому, что во дворце спится крепко разве что Виктории. Протерев уставшие глаза ладонями, Лео, опустит босые ноги на холодный пол. Из распахнутого настежь окна веет прохладой и свежестью, но ему все кажется, что пахнет мертвечиной.  

Возле парадного хода стояла павозка с лошадьми. Это могло бы показаться странным, в такое то время. Но не после случившегося. В город посылали чуть ли не каждый час. Доктор сбился со счету, сколько трав и отваров ему пришлось пустить в дело. Но самым необходимым было подтвердить смерть Капитана Адама Хьюза.  

Он лежал на белых простынях старого крыла дворца, куда захаживала только прислуга. Питер смывал брызнувшую кровь с его бледного лица. Руки старика безбожно тряслись, он шептал себе под нос одну и ту же молитву, в надежде проснуться от этого кошмара и как можно скорее сбежав по лестнице на ругать этих негодных мальчишек за порчу урожая. Но вместо желанного пробуждения, он наблюдал как тонкая струйка воды, окрашиваясь в алый цвет, скатывается во виску, теряясь в копне темных волос.  

– Сынок, – голос дрожал и терялся. Старик одними губами молвил его имя, но Адам не откликался. Он мирно «спал», казалось, видя чудный сон, он улыбался уголками губ, но это только казалось. Лицо было холодно каменным, не выражающим ничего. – Стало быть, ты оставил меня. И как же мне теперь прокаженному жить без тебя.  

Словно острой иголкой, грудь старика пронзало колющее чувство. Он начал задыхаться от подступающих слез, что так и лились с его глаз, не переставая ни на минуту. Сердце готово было разорваться, ведь даже это казалось не таким болезненным, нежели хоронить сына, пусть и не по крови, но по совести.  

В глазах потемнело. Камердинер закашлялся и понял, что ноги его уже не держат. Крепкая рука подхватила его за предплечье не давай разбить голову о каменный пол. Даниэль перехватил теряющего сознания Питера поудобнее, отдавая приказ послать за врачом, который сейчас вероятно пытается справиться о здоровье кронпринца.  

Это был первый визит во дворец этой самой повозки. После она вновь появилась у ворот, но теперь уже помощь требовалась Ричарду, что в порыве гнева разбил руки в кровь, загоняя пару щепок. Леонард, было, настаивал, что бы доктор остался на ночь, но тот спешил к семье: «Жена совсем недавно разрешилась от бремени беременности. Хочется больше времени проводить с доченькой. А к вам я хоть каждый час смогу приехать. Дорога не дальняя, всего пару минут езды»  

«Сам себе напророчил»  

Горько усмехнувшись, Леонард вернулся в постель. Сна он больше не ждал, напротив, разжег лучину и принялся читать. Только вот буквы плясали в разные стороны, порой складываясь в причудливые слова или имена. Точнее сказать – имя. Джессика. Как она там. Спит ли она прямо сейчас, или так и сидит на полу, впираясь взглядом в пустое окно. Чем оно вообще ее так манит?  

По молочной коже пробежали мурашки, стоило ему вспомнить колыбельную, что она напевала сидя в ванной. Ее голос. Сломанный, истерзанный. Голос уже не живого человека. Неужто это он сделал с ней. Нет! Он спас ее. Миллион раз пока она находилась в этих стенах, он спасал ее день за днем. Ночную тишину разбавил звон церковного колокола где-то далеко в городе. Значит и до туда скорбь собралась…  

 

Еле дождавшись утра, он, не особо наряжавшись, даже растрепанные волосы не пригладив, ринулся к дверям гостевых покой. Постучав, Леонард прислушался. Он ждал когда Джессика откроет двери или хотя бы прокричит заветное «войдите». Но никто не отзывался. Тогда он повторил свою просьбу войти, но снова тишина. Предвкушая страшное, он надавил на холодную ручку тяжелой двери. Внутри оказалось пусто. Ни вещей, ни людей, даже запах ее пропал. Постель заправлена, значит, она не спала эту ночь в ней.  

«Матушка»  

Мысленно выругавшись, Леонард двинулся прямиком в покои Виктории. Она поклялась оставить Джессику, неужто вновь нарушила свое обещание. Не удосужившись даже постучать, принц влетел в покои матери тяжело дыша. Женщина, кажется уже смирившаяся с темпераментностью сына, не повела и бровью.  

– Свет очей моих, разделишь со мной завтрак, – Виктория рукой указала на чайный сервиз, который так старательно выставляли слуги.  

– Выйдите все вон, – прорычал Лео. Подданные повиновались беспрекословно.  

– Милый, не томи, что-то снова стряслось?  

Она выглядела испуганной. Странно, ведь так что так безжалостно расправляется со своими врагами в априори не может бояться.  

– Ты обещала, что все закончиться.  

– Так и есть мой милый летний принц. Все закончилось. Ричард уже не оправится. Я расскажу народу о дуэли и тогда ему точно не быть королем.  

– Где она? – прокричал Леонард, перебивая мать.  

– Кто она сынок?  

– Не притворяйся, где Джессика? Ты же клялась оставить ее.  

– Насколько же ты разуверовал в меня, – Виктория грустно усмехнулась, опуская глаза в пол. Она недолго что-то обдумывала, а после продолжила, – спроси у своего брата. Ночью они с Питером грузили ее вещи в повозку. Очевидно, графиня решила вернуться домой.  

– Хватит острот матушка, вы ведь знаете что она никакая не графиня.  

– Разумеется, но, тем не менее, желание вернуться домой могло возникнуть в ее головушке.  

Он не помнил, как дошел до кабинета Ричарда. Но сейчас стоя перед дверью, никак не решался войти или хотя бы постучать. Стыдно смотреть ему в глаза и требовать каких-либо объяснений. Но он должен узнать, во что бы то ни стало, куда она ушла. Ведь он нужен ей. Она не справится одна. Один стук и хриплый голос за дверью приглашает войти.  

Ричард не был похож на себя. Ничего от прежнего светлого принца не осталось. Собственно как и от кабинета отца. Уцелел огромный рабочий стол и стул за ним. И вот во главе хаоса сидел его брат, которого он почти, что распял голыми руками, идя на поводу главной женщины в своей жизни.  

«Давай, скажи, что тебе жаль»  

Но слов не находилось. Леонард стоял перед ним будто приговоренный перед гильотиной.  

– Что ты хотел Лео? – Ричард откинул голову назад, упираясь затылком в высокую спинку стула. – Убедиться, что я руки на себя не наложил?  

– Я хотел навестить Джессику, но не застал ее.  

– Она покинула дворец глубоко ночью. Вернется после коронации. Это все что тебе нужно знать.  

– Она вернулась домой?  

– Нет, – Ричард сжимал и разжимал перебинтованные кулаки. Вопросы и излишнее внимание к ее персоне нервировало его. Он спрятал ее не для того, что бы откровенничать со всеми куда именно.  

– Когда я смогу навестить ее?  

– Она в надежных руках.  

«Правда? Надежные руки мы похороним в обеденный час без лишних гостей»  

– Ей нельзя оставаться одной. Ты делаешь только хуже.  

– Нет, – прорычал Ричард, медленно поднимаясь со своего места. Обогнув стол, он оказался лицом к лицу с Леонардом. Превосходя брата в росте, Кронпринц нависал над ним, пронизывая холодным взглядом. – Ей нельзя оставаться во дворце, до тех пор, пока я не задушил последнюю змею, готовящуюся бросится на нее каждый миг. Думаешь, я не понял? Меня хотят убрать, при этом используя любимых мне людей.  

– Адама ты убил сам, – прыснул Леонард через плотно сжатые зубы. Резкая боль встретившегося носа и кулака. Удар смягчили бинты, щедро намотанные на руки Ричарда. Из разбитого носа Леонарда скатилась тёплая струя крови. Он не успел опомниться, как был схвачен за грудки.  

– Не смей. Ты и рядом с ним не стоял, что бы всуе упоминать его имя. Он был мне большим братом, чем ты.  

– Я лишь хочу поговорить с ней.  

– Убирайся, – Ричард разжал хватку, отталкивая Лео, – пошел вон.  

 

-26-  

Карета остановилась возле невысокого дома на берегу залива. Питер давал указания кучеру, когда услышал тихий скрип двери. Седовласая женщина, кутаясь в шаль шла ему навстречу. Она держала свечу, прикрывая пламя от настырного ветра. Как только она узнала запоздалых гостей, отбросила огарок, кинувшись в объятья камердинера.  

– Я уж думала не свидимся, – старуха пригладила жидкие волосы Питера всматриваясь в морщинистое лицо.  

– Прости, что весточку не подал. Но дело слишком важное.  

Отворив дверцу кареты, седовласый протянул ладонь внутрь. Не сразу, но в ответ на его руку, опустилась рука молодой девушки. Она осторожно спустилась, не поднимая опущенных глаз.  

– Вот Джессика, это моя сестрица – Оливия.  

Джессика вежливо поклонилась.  

– Беда случилась душа моя, – Питер силился, что бы вновь не разразиться слезами. Ему нужно держаться, ведь Джессика едва на ногах стоит, что будет, дай и о волю своему горю. Старуха отмахнулась, заставляя брата замолкнуть.  

– Полно. Дитя устало с дороги, – женщина протянула морщинистую руку к девушке, беря ее за предплечье, – идем милая.  

Оливия направилась внутрь дома, ведя Джессику по темной дорожке. На втором этаже была маленькая гостевая комната. Помогая снять плащ с плеч гостьи, старуха откинула его на спинку деревянного стула. Суетясь она расправила постель.  

– Вот так милая, отдохни.  

– Простите за предоставленные неудобства. Не было моей воли ехать сюда.  

– Брось душенька, – уложив Джессику, Оливия, словно заботливая мать, накрыла девушку одеялом. Измученный вид и слабый голосок, издаваемый этой юницей, неприятно холодил дряблое сердце. Старуха опустилась на край кровати, поглаживая гостью по вьющимся волосам.  

« Что же с тобой сделали дитя? »  

– Спеть тебе песню?  

Прикрыв глаза, Джессика отрицательно мотнула головой.  

– Тогда доброй тебе ночи и крепкого сна.  

Питер, конечно, расскажет своей сестре, какое горе приключилось с ними. Оливия, не перебивая выслушает брата. Скупая слеза затеряется в паутинке морщин на ее лице. Камердинер попросит лишь об одном, сохранить ее до тех пор, пока Ричард не взойдет на престол. Для женщины, которой бог не дал детей, просьба эта не стала в тягость. Только вот больное сердце теперь екало каждый раз при виде гостьи.  

Джессика плотно обхватила деревянную чарку с молоком. Пару раз она подносила ее к губам, но вновь спешила опустить на стол. Стоило ей почувствовать запах парного лакомства, как в глазах темнело, и подкатывал склизкий ком к горлу.  

Оливия молчаливо стряпала. Она не заставляла девушку есть насильно, лишь в надежде на возвращение аппетита, подставляла свою стряпню. Сейчас же ей вздумалось испечь курник. Поводов для праздников нет, но угощение казалось как никогда кстати.  

– Почему вы не живете в городе, со всеми? – Окончательно бросив все попытки выпить молока, Джессика отодвинула посудину подальше.  

– Нет мне места средь горожан. Не любят они меня, – старуха кряхтела замешивая сдобное тесто в глубоком корыте.  

– Отчего же?  

– Не все в этом мире черное да белое. Но видят эту истину не все. Ведьмой кличали на меня, мол, и выгляжу не так и разговор у меня бесовской. А я что? Я человек мирской, разве что вижу чуть больше. Дак это не от черта данность. Как роды разрешить, так меня в первую очередь звали. А как поздороваться иль мне, чем помочь в погожий день – плевались через левое плечо.  

Старуха стряхнув муку с ладош, уде вовсю заворачивала начинку в пирог. Она была слишком прыткой для своего возраста, невольно и впрямь закрадывалась мысль о ее нечеловеческой природе. Но это всего лишь пожившая года женщина, видевшая людей насквозь. С Питером у них была теплая связь. Их матери были сестрами. Вскоре мать Оливии отошла в мир иной от несчастной любви, оставив девочку на волю судеб. Тогда то и взяла ее тетка к себе на поруки.  

Странно, но за ее дар расплачивался, кажется, весь род. Много умерло как в младенчестве, так и в отрочестве. А кто из детей выживал, своих не рожали. Так и Питер, не встретив женщину и не родив наследника, обрел счастье в двух мальчишках при дворе. Оливия похоронила двух своих младенцев. Тогда то и прослыла она ведьмой, мол Господь Бог ее наказывает не давай женского счастья. Ничего ей не осталось как собрав пожитки уехать к заливу, в дом почтенного господина. Он был слеп и немощен. Радушно распахнув, для отчаявшийся женщины, двери своего дома, он вскоре отошел. И вот Оливия осталась одна одинешенька в старом доме обдуваемым солеными ветрами.  

Отправив заготовку в печь, старуха опустилась на пустующий стул напротив Джессики.  

– Тебе есть ради чего жить душа моя, – Джессика не поднимала на нее глаз. Она смотрела на свои пальцы, теребившие светлый поясок простого платья.  

– Как мне жить, если на растанице я пулю приняла?  

– Послушай, – женщина придвинулась ближе, поднимая лицо девушки за подбородок. – Он оставил тебе дар божий. Не покинул он тебя, не смей грешить на него. Знаю, именно сейчас для тебя все черным черно и света нет. Но вскоре, красным племенем воссияет твоя жизнь. Все наладиться.  

– Иногда, – карие глаза блеснули, – мне все кажется, он приедет. Отважится и заберет меня. Но ведь это не так. Мы не свидимся вновь. Они даже проститься мне с ним не дали.  

Больше старуха не проронила ни слова. Она лишь напевала мотив старой детской колыбельной, покачиваясь из стороны в сторону. По окнам забарабанил дождь, и Джессика почувствовала, как становится немного легче. Душащие ее слезы отступили, словно природа взяла их на себя, орошая Сихорскую землю проливным дождем.  

-27-  

Питер стоял возле свежей могилы. Холодный гранитный камень гласил, что именно тут покоился Адам Хьюз. Нет. Его место в теплом девичьем сердце или в истерзанной годами душе старика, но уж точно не в сырой земле.  

Каждый раз, приходя сюда, Питер жаждал не вернуться обратно. Но был еще один сын, нуждавшийся в помощи теперь намного больше. Ричард едва ли отважится навещать Адама так часто. Он мало ел и много работал. Усилил королевскую стражу, бросил все силы, что бы найти заговорщиков. Но тщетно. Мятежники залегли на дно.  

Дворец стал черным и мрачным местом. Последний лучик солнца погас, стоило Эмме покинуть эти стены.  

« – Ваше Величество, – взмолилась девушка, ища хоть каплю жалости в лице Ричарда, но он был непреклонен.  

– Вы уедете леди Эмма. Ради вашей же безопасности. Я пришлю гонца, когда вы снова безопасно сможете гостить у нас. До этого времени прошу не предпринимать попыток вернуться во дворец.  

– Это не правильно. Мы должны быть все вместе.  

– Доброго пути леди Эмма»  

Захлопнув дверцу ее кареты, он забил последний гвоздь, в крышку своего гроба окончательно ограждая себя ото всех. Леонард так же избегал чьего либо общества. Хоть в этом они с братом похожи. Целыми днями и ночами он пропадал в мастерской. Работа не ладилась, ведь он почти не отдыхал. Стоило закрыть глаза, как всякая мерзость чудилась. Добрых снов не снилось вовсе.  

Попытки узнать, куда увезли Джессику, не увенчались успехом. Ранее он видел свое спасение в том, что бы быть рядом с ней. В том, что бы быть для нее якорем в этом мире. А что же ему делать теперь? Как ему загладить свою вину перед тем, к кому его просто не пускают.  

Рука сама вознеслась к холсту. На белом полотне с каждым движением вырисовывались черты девушки. Такой он ее помнил. Волнистые густые волосы ниспадали на хрупкие плечи. Ключицы он рисовал особенно старательно. На мгновение ему почудилось, что от картины веет теплом словно от молодой девичей кожи. Но нет. Это лишь безжизненный брезент. Он не заметил, как водрузил на ее голову корону. Не ту которую носила Виктория. Ту самую, которую запрещалось трогать. Она хранилась в кабинете отца, занимаемого теперь Ричардом. Под стеклянным куполом на синей бархатной подушке лежала нежнейшая из видавших свет тиара. Это был подарок Королеве Анне в день ее свадьбы с Генрихом. Единственной владелицей этого символа власти была она.  

Леонард помнил, как обижался на то, что его любимой матушке не позволено носить ее. Но теперь, он четко понимал, она не заслуживает ее. Но отчего на голове простолюдинки она смотрелась так кстати.  

– Я сойду сума, если не остановлюсь, – шептал он сам себе, но руки не слушались, продолжая дорисовывать ее миловидные черты. Словно раскалённый уголь обжигал его пальцы. Не выдержав пытки, Лео отшатнулся от холста спеша на воздух, в сад.  

Вдохнув полной грудью, он опустился на землю, запуская длинные пальцы в кудрявые темные волосы. Отчего же так болит? Отчего же сердцу тяжело? Неужто и он оплакивает гибель Хьюза.  

« Ему было два года. Ричард отказывался уступать свои игрушки младшему брату.  

– Ты чужой, – вопил юный принц на глотающего слезы малыша, – и это не твой дом. Мой папа не любит ни тебя, ни твою маму!  

– Зачем ты его обижаешь? – Адам опустился на корточки перед сидящим на земле Лео. Ричард вспылил еще больше. Сильнее ревности к игрушкам была только ревность к лучшему другу. – Вот возьми мой пистолет.  

Мальчик протянул корявый деревянный пистолет, явно сделанный наспех и не самым лучшим мастером. Он был не такой яркий как у Ричарда, оттого казался совсем уж плохеньким. Лео всхлипнул утирая крошечной ладонью соленую дорожку с пухлой щеки. Но еще не говорил, но понимал побольше взрослых. Дрожащей рукой он принял подарок Адама.  

– Он, конечно, не такой красивый, как у твоего брата, но за то стреляет метко»  

Отмахнувшись от нахлынувших воспоминаниях словно от приставучей мухи Леонард прислушался к голосам. Один из них был ему знаком, это Питер, а второй явно н местный.  

– Вот, – кряхтел старик, волоча за собой небольшой сундук, – отвезешь его к старому дому на заливе.  

– А чего это там? – Извозчик кивнул на увесистый груз. Простой мужик, не знавший манер, от этого и задавал слишком много вопросов.  

– Не твоего скорбного ума дело. Поживиться нечем, не рассчитывай. Передашь его Оливии, ежели дома ее не окажется, Джессики.  

«Джессики! »  

Леонард взметнулся вверх, быстро поднимаясь на ноги. Сейчас, нужно прямо сейчас отправляться в путь, если он все еще хочет увидеть ее. Как завороженный он твердил лишь одну фразу.  

«…старый дом на заливе»  

Взобравшись на лошадь он резво пришпорил ее отправляясь вслед за извозчиком. Безоблачное небо неожиданно застилали грозовые тучи. Вдали у самой воды сверкала молний. Терпеливо дождавшись пока старуха примет гостинец из дворца и отпустит извозчика, Лео на негнущихся ногах подошел ближе к двери. Старуха открыла, прежде чем он решился постучать.  

– Не следовало вам приезжать Ваше Высочество, – полушёпотом произнесла она не спеша приглашать гостя в дом, – дайте девочке научиться жить заново.  

– Я не желаю ей зла, – Лео повторил манеру разговора за женщиной, стараясь не потревожить обитателей дома своими разговорами. – Мне просто нужно увидеть ее. Последний раз. Я клянусь, уйду навсегда, лишь позвольте поговорить с ней напоследок.  

Оливия долго всматривалась в его лицо, будто читала раскрытую книгу, но дойди она до финала, захлопнула бы дверь самого носа.  

– Не долго. Она быстро утомляется.  

Кивнув в знак благодарности, мужчина переступил порог дома. Он был здесь впервые, но отчего-то четко знал, ему нужно наверх. Медленно, борясь с желанием убежать, прочь он поднялся по деревянной лестнице.  

 

– Как ты поживаешь, Джесс?  

Девушка дернулась, и немного поморщилась, ведь было от чего. "Поживаешь" и "Джесс" в априори теперь не могут стоять в одном предложении. А так называть ее мог только Адам.  

Она была не удивлена гостю, ведь знала, рано или поздно один из них придет. Леонард быстро осознал свою ошибку, протягивая свернутый в рулон кусок бумаги.  

– Что там?  

– Ты забыла его во дворце. Мне показалось, что он должен быть рядом с тобой.  

Тонкие пальцы зашуршали по грубой бумаге. Теперь с нее смотрела другая Джессика. Как жаль, что ее больше нет. Этот портрет помнил еще прикосновение губ Адама к ее щекам, от этого глаза сияли так ярко, что даже холодный уголь не смог затушить их.  

– Нарисуешь для меня ещё что-то?  

– Безусловно!  

Леонард оживился, выуживая из-за пазухи завернутый в холщовую ткань уголек и слегка мяты листы.  

– Что бы ты хотела?  

– Нарисуй окно из гостевых покоев дворца.  

Принц был уверен, что она попросит портрет Адама. Право сказать, в долгих поисках, и разъездах по близ лежащим деревням, он пару раз принимался выводить черты Хьюза. Из-под лёгкой руки он появлялся словно живой, но вот глаза. Леонард покрывался холодной испариной, стоило ему начать рисовать глаза. В ушах звенел крик Джессики и птицы, так много птиц.  

А эти самые глаза, смотрели на него в упор. Он со страхом рвал очередную работу выбрасывая в окно кареты, что бы лошади втоптали его грех поглубже в грязь.  

В комнате было тихо. Оливия не решалась нарушить их общение, оставаясь сидеть на первом этаже в страхе за девушку. Она не плачет, с тех пор как Питер привез бледное исхудалое тельце молодой красавицы, она не проронила ни единой слезы. Безмолвно храня тайну, доживала свой век.  

Свеча изредка трещала, Джессика не отвлекала художника. Она даже не смотрела в его сторону, думая о своем. А Леонард тем временем старательно выводил фрамугу. Почему она попросила это окно? Он так и не решиться задать это вопрос. Лишь улыбнется, заметив тепло в ее лице от получившейся зарисовки.  

– Красиво, – прошептала она, касаясь кончиком пальцев узора.  

– Я переживаю за тебя.  

– Полно Ваше Высочество, я в полном порядке.  

– И все же. Совсем скоро Ричарда коронуют, и он заберет тебя во дворец.  

Джессика нахмурилась.  

– Ни к чему мне там появляться.  

– Он любит тебя. Да, женится, ему вряд ли позволят, но как фаворитка короля – ты будешь счастлива.  

– Счастлива?  

Леонард осознал, что в пылу неоднозначных чувств он выпалил на нее непростительную глупость.  

«Счастлива»  

Ты собственными руками сделал так, что бы эта девушка была несчастна. И хватает же совести сидеть перед ней и нести такую ересь. Это теперь удел Ричарда. Но отчего тогда Леонарду так неспокойно за неё.  

– Прости меня.  

– Случается, я тоже не всегда говорю умные вещи.  

– Ты не поняла, – принц опустился на колени, перед девушкой заглядывая в ее до ужаса пустые глаза. Боже, как же горели они ещё недавно. Сжав её холодные ладони, он продолжил еле слышно, – прости меня за Адама.  

– Не надо. Не называй этого имени.  

Но Леонард продолжил. Не для этого он проделал такой путь, ища ее. Нет сил больше, нести эту ношу.  

– Прости, за то, что втянул тебя в эту грязь. Не будь я так слеп, я бы никогда не позволил Ричарду питать надежду по отношению тебя. Из-за меня Адам Хьюз был застрелен.  

Взвизгнув, она сорвалась со своего места. Закрывая уши ладонями, и плотно зажмурившись, она отрицательно мотала головой моля остановиться. Леонард, взяв Джессику за плечи, немного встряхнул ее, продолжил.  

– Я знал, что это не закончиться пока один из вас не умрёт. Матушка хотела отравить тебя и обвинить Ричарда. Тогда Адам разорвал бы его на куски. Но я не хотел, что бы тебе причиняли боль. Поэтому предложил спровоцировать Адама иначе. Я не думал, что они выберут дуэль. До последнего я пытался предотвратить ее. Адам согласился. Он решил, что его оружие не будет заряженным. Тоже должен был я сделать с пистолетом Ричарда. Но я не сделал. Слышишь. Я не сделал.  

– Ты даже не дал ему шанса, – она смотрела на него без прежнего спокойствия. Теперь лишь презрение и ненависть уготованы для него.  

– Она бы не успокоилась, – Лео не сдавался. Он отчаянно пытался выискать хоть нотку понимания, но ее попросту не было. – В этой истории нет счастливого финала. Однажды она уже устранила мать Ричарда – Анну. Тоже самое сделала бы и с тобой.  

– Мы хотели уехать на рассвете.  

Леонард отшатнулся, наконец, отпуская ее.  

– Я спас тебя. Уверен, на моем месте Адам бы поступил точно так же.  

– Посмотри на меня. Посмотри внимательно и повтори, что ты спас меня.  

Не выглядела она спасенной. Разбитой, ели живой – да. Но ведь не было другого выхода. Увезя Адам ее на рассвете, ничего бы не прекратилось. Он был самой страшной угрозой для Виктории. В любом уголке королевства ее гнев и страх потерять место при дворе настигло бы их. Кто знает, какие бы тогда были последствия.  

– Не можешь. Потому что это не так. Ты приехал сюда не ради меня. Просто ты не можешь спать по ночам после всего. Как и я. Но ты не виноват. Тобой играли. У тебя есть шанс жить счастливо. Все это уже прошло.  

– Я сделаю все ради тебя, все лишь бы вернуть твое доверие. Молю лишь об одном. Дождись Ричарда. Дей ему шанс все исправить.  

– Уходите Ваше Высочество. Я отныне не желаю видеть вас. Если ваши слова правдивы и у вас осталось уважение ко мне.  

Не на такое прощание он рассчитывал. Стоя напротив, он старательно собирал ее образ в своей голове, что бы забрать его с собой во дворец, нанося новые детали на холст. Тонкая нить, связывавшая их, окончательно оборвалась. В душе он отчаянно пытается завязать тугой узелок, лишь бы не терять друга в ее лице. Но противоположный конец все время ускользал, она тянула его на себя, не оставляя шансов. Поклонившись, он выйдет из комнаты. Пройдя мимо ели живой Оливии, он не обернётся.  

«Река времен в своем стремленье  

Уносит все дела людей  

И топит в пропасти забвенья  

Народы, царства и царей»  

Г. Державин.  

 

Ни к чему трон, титул, жизнь во дворце. Ни к чему все мирское. Но прежде чем убрать очередную фигуру с шахматной доски, Ричард должен знать правду. Пускай он снимет с себя часть груза и переложит его на Леонарда. Так правильно. Так должно было быть.  

Проводив принца взглядом, Оливия, насколько быстро позволял ей возраст, и больные ноги вбежала в комнату Джессики. Девушка сидела напротив окна. Она не повернула голову на старуху, не повела бровью и тогда, когда морщинистая рука опустилась на ее плечо.  

– Все забудется дитя. Заживет.  

– Едва ли.  

-28-  

Ричард готовился к возвращению Джессики. Он боялся, что она более не захочет видеть его, но человеку свойственно хранить надежду до последнего вдоха. Именно эта надежда заставляла его жить дальше, двигаться вперед. Те покои, в которых она жила раньше теперь пустуют. Никто из прислуги не осмеливался нарушить приказ и войти в них. Ричард и сам обходил то крыло стороной. Пастель все еще хранила следы крови с ее сорочки после дуэли.  

Кронпринц приготовил для нее новую комнату. Она была больше, лучше и совсем рядом с его. Внутри было светло и уютно. Он лично выбирал мебель, картины. Советовался с флористами о живом украшении. Под окнами высадили кусты белых пионов.  

«Жаль что к твоему возвращению наступят холода и ты не почувствуешь их дивный аромат»  

Он не вольно задумывался «А как бы Адам оформил дом для нее? Поставил ли он возле ее пастели такую вазу или воздержался бы? ». Вновь и вновь ловят себя на этой мысли, он чертыхался. С каждым днем не становилось легче. Стоило дверям покой закрыться за его спиной, как душа рвалась через брешь в груди, оставленную той же пулей, что унесла жизнь Адама.  

Руки горели. Он задыхался. Приступы с каждым разом становились все сильнее и продолжительнее. Закрывая глаза, представлял нежный образ возлюбленной. Он не будет просить поцелуя, не станет касаться ее руки, пока она сама не позволит. Не ждал он и любви от нее. Прощение и позволение быть подле нее. Кто-то мог подумать, что Его Величество лишился рассудка, обрекая себя на жизнь с девушкой, которая никогда его не полюбит. Скорее всего, так оно и было.  

В связи с трагическими событиями пышной церемонии коронации не было. Да и ни к чему все эти празднования, народ давно величал Ричарда королем, а не принцем. Формальность – надеть на него корону и вложить символы власти в руки. Все и так уже было у него. Виктория мрачнее тени, старалась не попадаться на глаза свежеиспеченному повелителю. В ее сердце не зыблема мечта вознести своего сына, горячо любимого Леонарда. Новость об отречении Лео ото всех предоставленных титулов разожгла в ней еще большую ненависть.  

Взбешенная она искала его но первым ей повстречался Ричард в сопровождении стражи.  

– Леди Виктория, – он возмужал. Сцепив руки за спиной, Ричард свысока смотрел на загнанную в угол женщину.  

– Ваше Высочество, – отвесив элегантный поклон, женщина невозмутимо улыбалась.  

– Нам стали известны подробности ваших преступлений. Вы обвиняетесь в заговоре против короны, и я Ричард первый своего имени, приговариваю вас к смерти.  

– Это ошибка! – Виктория попыталась вырваться, когда страда взяла ее в тиски. – Ты и есть преступник! Никто кроме тебя не повинен в случившемся.  

Ее слова совсем не трогали мужчину. Кивнув солдатам от откланялся, не желая видеть, как бывшую королеву волоком тащат в темницу, где ей удосужено ждать исполнение приговора. Он боролся с желанием послать погоню за Леонардом, жалея, что сперва подписал все бумаги, а после выслушал чистосердечное признание.  

– Позвольте, Ваше Величество, – Питер едва поспевал за мужчиной. – Не берите на себя еще один грех, оставьте леди Викторию в живых.  

– А ты все заботишься о моей душе, – Ричард тепло улыбнулся, сбавляя шаг. Поравнявшись со стариком он снисходительно кивнул, – Не переживай за ее никчёмную жизнь. Ночью ее вывезут из дворца. Нет для нее ничего страшнее нищеты и изгнания, даже смерть ее не пугает так сильно как пасть в грязь.  

– Мудрое решение Ваше Величество.  

– Рад, что еще не до конца разочаровал себя. Как Джессика? Есть вести от Оливии?  

– Никак нет Ваше Величество. Я попросил писать ее лишь о самых важных вещах.  

– Что ж, враги повержены. Совсем скоро выпадет снег, хорошо бы до холодов вернуть ее домой.  

– Отправлюсь в путь, как только вы позволите.  

– Думаю, к концу следующей недели будет удобно.  

-28-  

– Ты узнала, где она? – Виктория прильнула к тюремной решетки. Во дворце везде были ее «глаза» и «уши».  

– Да моя леди, Джессика в старом доме у залива. Гостит у сестры камердинера.  

Крохотная надежда, что Леонард тоже может быть там, закралась в сердце матери. Он слишком много переживал об этой простушке, посеяв кучу домыслов и слухов. Верные люди бывшей королевы вызвались исполнить приказ по выдворению ее из страны. Это стало роковым решение. Не подозревающий Ричард сам передал им последний козырь в свои руки. Виктория и впрямь собиралась покинуть страну, но прежде она наведается в тот самый дом и если Лео там, хотя бы проститься по-людски.  

Карета прибыла к назначенному месту к утру. На настойчивый стук никто не открывал. Повернув ручку, женщина обнаружила что дверь и не заперта вовсе. Пусто. Печь теплая, значит, все же постояльцы были здесь. Она осматривала второй этаж, когда услышала, как скрипнула входная дверь.  

Джессика скинула платок с головы. Она вздрогнула, заметив на верху лестницы высокую, темную фигуру Виктории. Женщина заострила взгляд на изменившейся фигуре девушки. Сквозь плотную ткань шерстяного платья проглядывал ели заметный живот. Грудь стала пышнее и лицо отекло. Она выглядела простовато, но от этого не менее очаровательно.  

– Что вы здесь делаете? – Джессика шагнула навстречу. Виктория повторила ее жест, спускаясь на пару ступеней ниже.  

– Здравствуй, я лишь ищу своего сына.  

– Здесь вы его не найдете, уходите. Хозяйка этого дома скоро вернется, она не жалует посторонних.  

Виктория чувствовала ненависть по отношению к этой девушке. Она считала ее, ее одну повинной во всем, что произошло с ее семьей. Леонард отрекся от всего по ее милости, и она ответит за это. Здесь и сейчас, не веруя в божий суд. Женщина едва ли не задыхалась от желания уничтожить Джессику. Гордая женщина не могла смириться с тем, что она до конца жизни вынуждена скитаться, а эта девица преспокойно вернется во дворец под крыло короля.  

– Ты расколола династию. Разрушила все, что у меня, было, – прошипела женщина, – мерзкая дрянь. Нужно было удушить тебя, а не впускать в свой дом.  

Джессика ступила на лестницу, подходя почти вплотную к женщине. Свирепый взгляд аристократки и ее подёргивающаяся губа пугали, не внушая ничего хорошего. Но сейчас она видела перед собой лишь женщину, беспощадную, кровожадную, жалкую. Обычную женщину, которая потеряла смысл жизни в лице сбежавшего наследника. Какая глупость, что поиски завели ее сюда.  

– Была рада вас видеть, Ваше Величество, – почти выплюнула ей в лицо девушка. На равных она смотрела врагу прямо в глаза, не отступая ни на шаг. Виктория замахнулась, желая отвесить звонкую пощёчину. Эта мерзавка посмела кольнуть ее титулом, который позорно отняли узурпаторы. Она не ожидала, что Джессика уворачиваясь от удара, оступиться.  

Неловкое движение руки.  

Взмах.  

Джессика хваталась за воздух в попытке удержаться. Виктория лишь попятилась назад, отрезая возможность ухватиться за ее руку. Твердая опора под ногами испарилась. Девушка кубарем скатилась по массивной деревянной лестнице. Виктория смотрела как Джессика, упав на спину потеряла сознание. Совесть лишь на миг проснулась глубоко внутри прогорклой души. Вздернув подбородок к верху, Виктория вдохнет полной грудью. Переступая через девушку, она слегка испачкает подол роскошного платья в крови, неся ее словно победное знамя.  

Очнувшись от острой боли внизу живота, Джессика попыталась встать, но ноги словно парализовало от боли. Виктории уже не было. Подол платья был мокрым и липким. Подняв дрожащие пальцы, девушку увидела, что они окрашены в багровый цвет. Боль была невыносимой. Не щадя голоса и сил она звала на помощь. Неизвестно сколько часов она так пролежала. В окно билась огромная черная птица. Она словно пыталась попасть внутрь дома, прийти девушке на помощь, но никак не могла преодолеть барьер. Дыхание сбивалось. Живот словно зажали в железные тески и сдавливают безжалостно. Джессика окончательно выбилась из сил, когда входная дверь отворилась и показалась невысокая фигура Оливии.  

– Как же это стряслось, – старуха трясущимися руками осматривала истекающую кровью девушку. Джессика держалась в сознании, но все плыло.  

Как в тумане она видела, что Оливия сует ей полотенце в рот и командует зажать плотнее. А дальше не видела уже ничего. Лишь голос старухи, что четко отдавала приказы. Ужасная боль. Темнота. Сильный запах какого-то отвратного лекарства, бьющий прямо в нос. Адам.  

Открыв глаза, она увидела его. Он сидел рядом, крепко сжимая ее ладонь, и шептал одними губами: «Еще немного». Она пыталась сказать ему, что-либо в ответ, но рот словно парализовало. Стискивая полотенце зубами, она бессвязно мычала. Он кивал, поглаживая взмокшие волосы, убирая прилипшие ко лбу пряди. Взвыв от очередной волны боли, Джессика зажмурилась, окончательно теряя сознание.  

 

« Спи, Терпінє, спи, очка зажмури,  

Не питай, що колись буде,  

Що зготовлять Ти хрест люди:  

Люлі, серденько, люлі! »  

 

До рассвета лишь пара часов. Кусая губы в кровь от боли, она поднялась с постели. На столе догорала лучина. Она потратила целую ночь что бы написать письмо для Ричарда. Буквы расплывались перед глазами, ее клонило в сон, болело все тело, но не так как болело нутро.  

Трава мокрая от росы и холодная, но Джессика шла вперед. Ветер разбрасывал темные пряди, обнимая ее за тонкую шею и талию. На девичьих устах проступила улыбка.  

Лишь море было не спокойным. Оно бушевало, разбивая очередную волну об острые скалы. Вода выглядела живой. Чувствующей страшное и пытающейся это предотвратить. Но тщетно.  

«Прошу. Остановись»  

Взмолился ветер. Но она не слышала.  

«Я люблю тебя. Живи»  

Шептались волны, а Джессика вдыхала свежий воздух предрассветных минут. Чайка несчастно кричала ей в след.  

«Прошу, вернись в постель»  

Оказавшись на краю обрыва, Джессика посмотрела вниз. Она чувствовала – он здесь. Стоит по правую руку и его наземного цвета глаз наверняка обеспокоенно прищурен. Через мгновение ее не станет. Мысли исчезнут. Боль пройдет. Истрия любви перестанет быть таковой.  

 

-29-  

 

— И да, не задерживайтесь нигде, — Ричард радостно суетился возле Питера, снаряжая его в дорогу. Старик кивал и со всем соглашался. Настал тот день, которого они оба ждали. Джессике пора вернуться во дворец.  

— Ваше Величество, а если она не захочет приезжать.  

— Передашь ей, что ее матушка и сестра гостят у нас. Я уже отправил за ними людей. Места у нас много, на всех хватит.  

— Волнуюсь я что-то Ваше Величество.  

— Я тоже друг мой, — Ричард глубоко вдохнул воздух, — смотри, как руки трясутся.  

Питер по отечески, тепло похлопал короля по плечу и поспешил занять свое место рядом с кучером. Впереди дорога до его двоюродной сестры, где он не так давно оставил Джессику на попечение.  

-30-  

Оливия трясущимися руками передала брату небольшой сверток.  

– Это ее, – давясь слезами, промямлила женщина. Она чувствовала свою непосредственную вину, за то, что не смогла уберечь девушку. За то, что сон ее был крепок в то утро, когда отважилась на страшное ее душенька. Питер дрогнул, он не решался принять сверток. – А это для Его Величества.  

– Думаю, ему не стоит это читать.  

– Питер, ты не сможешь уберечь его от всего. Как бы ты не хотел, это их история и он вправе знать.  

– Я уже потерял одного сына. Второго не позволю.  

– Ты потеряешь его, если не дашь ей объясниться.  

Раздраженно хмыкнув, он выхватил конверт и сверток с вещами девушки. Бумага будто обожгла его. Но, не подав виду, он запрыгнул в повозку удаляясь, прочь.  

-31-  

Ричард пребывал в приятном волнении. Он принял матушку и сестру Джессики как самых дорогих гостей. Он обходительно вел себя с женщиной, проводил экскурсии, по дворцу, обещая скорый приезд девушки.  

Питер приехал через пару дней. Карета остановилась у входа. Ричард поспешил встретить ее, но распахнув дверцу, обнаружил, что та пуста. Да и Питер слишком мрачен и молчалив. Без труда можно было определить, камердинер плакал, лицо было опухшим, а глаза красные. Дрожащей рукой он протянул королю конверт и ничего не говоря, прошел внутрь дома.  

Ричард долго смотрел ему в след, не решаясь узнать, что же таиться внутри «подарка». Так пройдет весь оставшийся день. Заперевшись в кабинете, руки то и дело будут тянуться раскрыть злосчастный конверт, но страх узнать правду одергивал его на полпути и он продолжал сидеть в кресле, раздумывая о содержимом послания.  

— К черту, — прошептал Король, раскрывая конверт. Первым что он достал было письмо. Почерк был ровным, красивым. Он сразу отметил, что этот совсем не похож, на тот, что старались подделать Леонард и Виктория. Они знали, что девушка малограмотна, но все это время, что она гостила, Питер многому ее научил.  

«Дорогой мой Ричард…  

Вероятно мы больше не свидимся, но я не хотела уходить с тяжелым сердцем. В мире, где нас растили, так много несправедливости, лжи и просто зла. Но ты невероятно добрый человек. В произошедшем нет твоей вины. Люди скажут, что все забудется. Боль пройдет. Но я то знаю, что это не так. Пойми, жизнь без него для меня больше не является желанной.  

Каждый день, перед глазами он. Я даже имени боюсь его называть, ибо сердце разрывается при воспоминании.  

Я верю, вселенная коварная вещь. Она вновь и вновь сводит людей вместе. И если история закончилась плохо, она обязательно повториться, давая шанс все исправить.  

Пусть в этой жизни нам не повезло. Но может в следующей, мы все будем счастливы? Питер рассказал мне о твоих чувствах. Все это время я была слепа и не замечала. Прости. Но мое сердце принадлежит только ему. Я знаю, ты захочешь, что бы я вернулась. Но я не смогу. Поэтому дарю тебе этот портрет. Леонард нарисовал его. Надеюсь, ты с теплом будешь вспоминать об этом лете.  

 

С любовью, Джессика Хьюз…»  

 

Она подписалась его фамилией. Следом из конверта Ричард выудил тот самый портрет, с подписью внизу «До встречи, в следующей жизни…»  

Король Ричард несколько минут неотрывно смотрел на нее. Такой он ее и запомнит. Молодой, пышущей жизнью с пронзительным взглядом. Дрожащими руками он поднес портрет, к губам, оставляя невесомый поцелуй. На мгновение в нос ударил ее запах. Но это всего лишь иллюзия. Она никогда не принадлежала ему.  

 

 

-32-  

Настоящее время…  

Ричард вздрагивает. В библиотеке пусто, лишь он один. Неужели он все это время спал. Но зажатый меж пальцев портрет с подписью будто кричал, что все это было по настоящему.  

 

«Я должен увидеть их»  

   

-33-  

Как ошпаренный Ричард выбежал из библиотеки, почти сбивая с ног всех, кто попадался ему на пути. Джессики уже не было в тронном зале. Эмма внимательно осмотрела встревоженного друга, который пытался отдышаться после бега.  

— Давно она ушла?  

— Минут 30 назад, Рич, точно все в порядке? Может я могу чем-то помочь?  

Кронпринц отрицательно мотнул головой и поспешил на улицу. Адам стоял в паре метрах от него, проверял груз, ввозимый на территорию дворца. Хьюз опешил, когда Ричард подлетел к нему, крепко обнимая. Обслуживающий персонал так же замер в неловком молчании.  

— Я тебя, конечно, тоже люблю, — усмехнулся Адама, немного отстраняясь от мужчины, — но предпочитаю девушек, с именем Джессика.  

Ричард громко рассмеялся, вгоняя окружающих в еще больший ступор. Отмерев Адам слегка толкнул друга в сторону, дабы поговорить наедине.  

— Признайся честно. Ты обкурился?  

Ричард, утирая слезы, отрицательно кивнул. Он был счастлив, что Адам сейчас стоит перед ним, пускай и с глупым выражением на лице, но живой и здоровый.  

— Я боялся, что потерял тебя, — кронпринц тяжело выдохнул, наконец успокоив истерический смех, — просто рад, что у меня есть такой брат как ты.  

— А я думал ты меня ненавидишь. Ну, сам понимаешь…  

— Я люблю ее, — кивнул Ричард, замечая моментальную реакцию Адама, поспешил добавить, — но я не буду лезть в ваши отношения. Моей любви не хватит на нас двоих. Ведь она никогда не принадлежала мне, даже тогда, в Нью-Йорке. Судьба все сделала, что бы я отступил от нее. А я как баран шел вперед, не замечая, что раню тех, кто мне дорог. В частности тебя. Я ведь ненавидел тебя, когда замечал ее влюбленный взгляд обращенный не на меня.  

— Рич, ты дорог ей, — Хьюза передернуло. Он сразу вспомнил, как бесился, замечая особую связь Ричарда и Джессики, но она не была любовной. По крайней мере, с ее стороны. – Не скажу что я от этого в восторге, но ты никогда не будешь для нее никем.  

— Не знаю нужно тебе это или нет, но я благословляю вас.  

— Спрашиваешь, — рассмеялся Адам, — всем нужно благословение короля. К тому же, — он немного запнулся. По возвращению из Ахара, они с Джессикой долго думали, как сообщить о своей помолвке. Девушка была обеспокоена реакцией Ричарда, ведь ему и так досталось. Адам тоже не хотел лишний раз бесить друга. Ну, а сейчас был именно тот момент, когда он должен знать, — я сделал ей предложение и она согласилась.  

Глаза Ричарда медленно поползли на лоб. Он чуть было не вспылил, но словно кто-то свыше отвесил ему легкий пендель, возвращая к здравому разуму. Кронпринц поджал губы, медленно переваривая информацию, он кивал сам себе. Успокоившись, он широко улыбнулся, протягивая руку Адаму. Тот ответил, крепко сжимая ладонь друга. Хьюз благодарственно обнял Ричарда, похлопывая его по спине.  

 

Джессика утерла дорожку слез со своей щеки. Она никак не могла найти Адама. Все вокруг только и делали, что разводили руками.  

«Куда ты мог деться».  

Сделав шаг к дворцу, она увидела, как двое ее любимых мужчин пожали руки. С души, словно камень упал. Она не могла отвести взгляда от счастливого лица Адама.  

Он умалчивал, отшучивался, что все в порядке, но она то знала, что нет. Хьюз болезненно переживал расстроившуюся дружбу с Ричардом, но отказаться от девушки тоже не мог.  

 

«Думаешь, он будет рад видеть меня каждый день? Зная, что каждый вечер я прихожу домой к женщине, которую он любит? »  

 

Ситуация казалась патовой. Но Джессика была готова к любому решению жениха. Скажет уезжать, значит поедет, не спрашивая куда. Но теперь, туманное будущее блеснуло первой радугой. Ее заметили. Ричард встретился с девушкой взглядом. Он грустно улыбнулся, отстранился от Адама подзывая ее ближе.  

Джессика нерешительно двинулась вперед. Подойдя она тут же нащупала большую ладонь Адама, сжимая ее в своей.  

— Я надеюсь, что вы останетесь в Сихоре, под моим подданством. Иначе, без вас, двух сумасшедших людей, моя жизнь превратиться в непроходимую рутину.  

Девушка не сдержала смех. Но вместе с улыбкой на губах, блеснули и слезы на глазах. Она протянула к нему руки, боясь что Ричард отстраниться от нее, не захочет обнять. Но он ответил, крепко сжал ее в медвежьих объятиях приподнимая над землей. Однако, под пристальным взглядом Хьюза опустил на землю.  

— Но при мне не целоваться! — Кронпринц демонстративно вскинул указательный палец вверх, грозя как маленьким детям за непослушание.  

 

Он заметил, что Джессика странно переминается, явно желая поговорить с Адамом. Сославшись на дела Его Высочество оставил их наедине. Сердце беспощадно ныло, но разум говорил что все он сделал правильно. В гостевом крыле было пусто. Ричард хотел пройти мимо, но все же задержался напротив статуи Питера. Стало немного не по себе после встречи в библиотеке. Но может и впрямь это все слишком бурная фантазия и нервы перед предстоящим событием. Нащупав в нагрудном кармане рубашки старый портрет с подписью, он грустно улыбнулся и вновь обратился к «таинственному другу».  

— Хранитель Королевской семьи значит, — прочитал он надпись у подножья статуи, — что ж, одну семью ты сохранил сегодня. Возможно Адам любит Джессику больше чем я. И хоть я это произношу, не значит, что я это признаю. Но спасибо.  

На мгновение в помещении повеял холодный ветерок. Ричард прикрыл глаза вслушиваясь в пустоту, но ничего кроме голосов со двора не расслышал. Еще раз поклонившись статуе Питер, направился к себе. Предстоял важный день. Уже завтра он станет королем. Пораженный до сих пор, как отец разрешил отложить свадьбу до того, пока сердце Ричарда не найдет ту, с которой пройдет всю жизнь. Возможно, Генри ведь не слеп, хоть и болен, но он видел метания сына, видел Джессику и Адама.  

Традиция устарела. А Король может жениться в любое время. Это и был его последний указ, перед тем как сложить полномочия.  

 

Адам привлек девушку ближе, прижимая ее голову к своей груди. Он вдохнул аромат ее волос, довольно прикрывая глаза. Все решилось так, как он и не мечтал. Так бы и стоял всю жизнь. Джессика шмыгнула носом, Хьюз быстро отстранился, всматриваясь в ее блестевшие глаза.  

— Ты чего? Плачешь?  

Он проверил ее лоб на наличие температуры, бегло обсмотрел руки ноги, удостоверяясь, нет ли травм или порезов. Он суетился, а она плакала, при этом широко улыбалась, наблюдая за любимым.  

— Я так тебя люблю, — прошептала девушка.  

Хьюз отчаянно не понимал, что за день сегодня то такой. Сначала Ричард ловит приходы один за другим, теперь вот волна умиления и любви накрыла Джессику.  

— Что вы сегодня пили вместе с Его Высочеством?  

Девушка грустно усмехнулась, опуская глаза, левой рукой она выудила из кармана маленькую штучку, напоминающую градусник. Адам нахмурился, предвкушая увидеть, что теория с температурой оправдалась.  

— У нас будет ребенок, — девушка всхлипнула, протягивая предмет Хьюзу. Только сейчас он заметил две розовые полоски на «недоградуснике». Не веря своим глазам, он вновь осмотрел тест, плачущую девушку и снова тест.  

— Ты ведь не шутишь? — голос бравого мужчины предательски трепетал. Карие глаза блеснули на солнце, — если ты шутишь, клянусь, я…  

Джессика закатила глаза, хватая его ладонь и опуская на свой живот. Он и впрямь уже не был таким плоским как раньше.  

 

«И как я не заметил»  

 

Он осторожно погладил его через свободное платье. Новое чувство, теперь он точно никогда ее не потеряет. Джессика накрыла его ладони своими.  

 

— Ну вот, — выдохнул он обреченно, — мы только ему о свадьбе рассказали. Теперь добьем его окончательно.  

Адам рассмеялся, привлекая девушку в поцелуй. Губы его нежно смяли ее, проникая глубже. Теперь он лишний раз боялся надавить на нее, поэтому все прикосновения были легкими, невесомыми. Девушка сделала шаг ближе, стараясь прижаться к нему всем телом, но Адама испуганно попятился назад.  

— Женщина, вы можете травмировать моего ребенка, — он вновь опустил руку на ее живот. Кажется, теперь ей придется смириться с этим. Он и без этого ее оберегал, а теперь и подавно.  

— Ты теперь и сексом со мной не будешь заниматься?  

— А если я ему наврежу? Конечно, никакого секса!  

— Адам!  

— Шучу, — он громко рассмеялся, оставляя на ее выпяченных губах быстрый поцелуй.  

Мужчина опустился на одно колено перед девушкой, так что его лицо оказалось прямо напротив живота. Он нежно коснулся его губами сквозь легкое платье.  

— Папа тебя очень любит, возможно даже больше чем мама, — «папа и мама» он ещё раз повторил это в своей голове примеряясь. Адам был вне себя от счастья, уже готов ехать и покупать коляску, коечку и прочие атрибуты. А еще обязательно нужно спрятать все узкие вещи Джессики и наладить питание. Никакой вредной еды и нервов!  

— Эй, — девушка потеребила его по волосам.  

— Определенно больше.  

 

Казалось, весь Сихор пришел поприветствовать нового короля. Ричард нервничал, но близкие были рядом, стоя за его спиной непробиваемой поддержкой. Главным подарком оказалось то, что Адам уступил первый танец с Джессикой. Девушка почла за честь, стать первой, кто станцует на балу, с Королем Ричардом.  

Она вложила свою ладонь в его и Ричард будто вновь оказался в том дне, когда на балу кружились те, другие Ричард и Джессика (а может их и вовсе звали по другому). Он вел ее плавно, направляя в танце, но не переходя границы, по-прежнему чувствуя взгляд Адама на своей спине.  

— Хотел сказать, спасибо.  

— За что?  

— За то, что ты выбрала Сихор. За то, что ты поддерживаешь меня.  

— Ты всегда будешь моим Ричардом. Моим близким другом и семьей.  

Танец закончился, пары замерли, партнеры поклонились друг другу в знак благодарности. Джессика привстала на носочки, оставляя быстрый поцелуй на щетинистой щеке короля. Жест, о котором еще долго будут говорить во дворце и за его стенами. Но для них это не имеет никакого смысла.  

Он отпустил ее.  

Она благодарна ему.  

 

Спустя 1 год.  

 

Король Ричард стоял напротив статуи Питера. С тех пор он стал часто приходить сюда, веря, что холодный камень слышит и оберегает от неверных решений.  

— Снова разговариваешь с невидимым другом?  

Адама вышел из-за спины Ричарда, поравнявшись с ним. На руках Хьюза лежал трехмесячный сын. Мальчик активно сосал соску, заулыбавшись, замечая дядю Рича. Малыш закряхтел, выплевывая пустышку, а после радостно взвизгнул. Он так был похож на Адама, но взгляд был Джессики. Порой аж мурашки пробегали, когда кроха бросал коронный взгляд своей матери.  

Ричард вопросительно кивнул, прося разрешения подержать племянника. Хьюз не любил когда его кровиночку, берет кто-то посторонний, но Ричарду разрешал. Справедливости сказать, не всегда. Он осторожно передал комочек на руки другу. Малыш рассматривал нового «носителя» с интересом, улыбаясь в ответ и высовывая язык. Ричард забывался обо всем, когда на руках был мальчуган. Король радостно аукал и надувал щеки, что бы повеселить племянника.  

 

— Ты веришь в призраков? — вдруг спросил Король Ричард не сводя глаз с ребенка.  

— Верю в ведьм, — усмехнулся Хьюз, рассматривая статую. Ему померещилось, что безмолвные губы тронула улыбка. Но все быстро рассеялось, стоило ему внимательней приглядеться.  

— Я думаю, он был бы рад.  

— Кто?  

— Питер.  

— Конечно, — Адам скептично осмотрел каменную фигуру, — не будь он статуей. Кстати, как насчёт того, что бы вечером напиться в винном погребе?  

— Вдребезги!  

 

«Мои мальчики»  

 

Питер так и останется смотреть в след мужчинам, которые исправили свои прошлые ошибки и смогли стать счастливыми.  

   

 

«Бонус»  

 

Поляна цвела как никогда прежде. Тут и раньше было красиво, но с тех пор как он стал приезжать сюда с Джессикой, появились новые краски, новые ароматы полевых цветов. Правда, теперь пришлось сменить резвый мотоцикл на комфортный автомобиль. Расстелив мягкое покрывало на траве, Адам поставил корзину для пикника, помогая Джессики усесться.  

— С этим животом я похожа на слониху, — кряхтела девушка, выбирая позу поудобнее.  

— Ты носишь под сердцем настоящего Хьюза, а у меня в роду мелких не было, — Адам улыбался. Он обожал ее меняющиеся формы. Как и предсказывала Джессика, он стал зависим от ее живота, проверяя по несколько раз, все ли с ним в порядке. Даже засыпал он укладывая ладонь на округлившемся животике. Джессика и рада бы была такой заботе со стороны мужа, но вот кажется, их ребенок счастлив компании е меньше матери. Стоило Адаму коснуться, как все ее «нутро» приходило в движение. Их сын отвечал, на любые проявления внимания.  

— Один в сердце, другой под, — пробубнила Джессика, откусывая сдобную булочку, за которой Адам специально ездил в соседнюю деревушку с утра пораньше. А все потому что «Ну зай! Только там такое мягкое тесто! ». Но он и не против. Порой готов на луну слетать, что бы привезти ей какой-нибудь камень понюхать. – Не многовато ли Хьюзов в моем организме?  

— Дальше больше, — на мужских губах растянулась коварная улыбка, — когда мы состаримся, я буду рассказывать нашим внукам, как их бабушка соблазнила меня. Буквально заставила родить шестерых детей.  

— Шестерых? — Джессика чуть не подавилась той самой булкой.  

— Уговорила. Давай все-таки семерых.  

| 64 | оценок нет 20:31 17.02.2020

Комментарии

Davina2121:27 18.02.2020
Блин, безумно крутой роман) у вас определённо талант, с нетерпением жду следующих произведений
Анонимный комментарий14:58 18.02.2020
Прочитала на одном дыхании. Восхищаюсь вами.

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2020