Проводник

Рассказ / Мистика, Проза, Фантастика, Хоррор
Аннотация отсутствует
Теги: хоррор ужас нечто чудовище

Над городом поднималось холодное, августовское солнце, присущее тем последним летним дням, что возвещают о скором приближении осени. Стрелки на часах центральной башни, величественно уходящей медным шпилем в небо, давно замерли на отметке 6 часов. Забытые всеми, эти часы служили лишь декоративным украшением, приложением к всегда спешащему, пыльному городу. Было людно: стайки разноцветных прохожих быстро протекали нестройными рядами друг через друга. Каждый был занят собой и не обращал внимания на происходящее вокруг. Для каждого из них другие люди были лишь такой же декорацией их жизни, как и позабытые всеми башенные часы.  

 

В это же время, из темноты дворовой арки — грязно-розовой, словно кисель — между домами двух соседствующих улиц выбежал человек. Это был мужчина средних лет с копной засаленных, торчащих кольями во все стороны русых волос, поддёрнутых сединой на косых висках. С его строгих, чёрных брюк свисали клочки тонкой ткани, обнажая свежие рваные раны. Из них струйками сочилась алая кровь. Белая рубашка была помятой и пыльной; манжеты рукавов расстегнуты и забрызганы — как и воротник — каплями некоей синеватой жидкости, словно этот человек возился с какой-то техникой. Руки его дрожали и не могли найти себе места, попеременно то сжимаясь, то разжимаясь. Ладони были измазаны чем-то серым.  

 

Мужчина безумно смотрел на «многоглазое» офисное здание перед своим лицом, возвышающееся на многие и многие этажи вверх. Его синие, с расширенными зрачками глаза выражали отчаянное безумие.  

 

Он видел периферийным зрением остроконечные, вздымающиеся к верху каменные глыбы, утончающиеся от основания к концу, напоминающие клыки доисторического ящера, готового вот-вот захлопнуть свою громадную пасть и поглотить несчастного безумца. Под ногами он ощущал тепло от причудливых камней, похожих своей структурой на расходящиеся в разные стороны вены единого организма, что были созданы, на первый взгляд, из неизвестного для человечества материала — отдалённо напоминавшего отполированный чёрный мрамор — испещрённого зелёными прожилками фосфоресцирующего мягким светом нефрита.  

 

В своих руках он держал горячий, ещё обжигающий пепел от некоей книги, которую ему удалось обнаружить в одной из старинных библиотек, хранящих самые ветхие и ценные фолианты со знаниями, полученными задолго до появления на Земле первых христиан.  

 

Мужчина прочёл её не случайно. Он пытался докопаться до истины происхождения легенд о Старых Богах, чьи имена боялись произносить даже самые отважные из тех туземцев, с которыми ему довелось общаться по долгу своей службы. Этот человек — а звали его Николай Бадер – был археологом, не самым известным, однако выпустившим несколько достойных трудов о появлении в разных частях планеты таинственных, дохристианских построек, возведённых никогда — если верить официальной истории — не пересекавшимися племенами и народностями. Собственно, именно эти обнаруженные им в составе археологической команды постройки и вывели его и на туземцев, и на легенды о Старых Богах, и на книгу, что в данный момент являла собой лишь продукт горения бумаги.  

 

Бадер явственно помнил, как открыл хрупкие страницы великого труда неизвестного автора (имя его давно стёрлось с кожаного переплёта обложки и памяти людей), и погрузился в чтение. Страницы книги хранили в себе огромное множество чудесных, но пугающих, мерзостных историй и фактов о жизни древних народов; об их связи с тёмной магией и оккультными знаниями, почерпнутыми из ещё более старинных книг, а также от ещё более далёких предков. Здесь описывались ужасные по своей жестокости и бесчеловечности ритуалы жертвоприношения в дар Старым Богам, почитаемым как туземцами Южной Америки, так и аборигенами отстранённой ото всех Австралии.  

 

Тысячи людей отдавали свои жизни, дабы усмирить нещадных созданий. Двум Богам, названных Властителями Глубин, Матерью и Отцом всего водного, напоминавшим по описанию колоссальных, антропоморфных рыб, жертвовали ежегодно несколько сот молодых человек, чтобы остальное племя получало взамен богатый улов и обильные дожди в сезоны роста урожая. Другому богу, создателю и повелителю времени, который являл собой отвратительное сочетание самых мерзких человеческих фантазий и кошмаров, усеянному сотнями жёлтых глаз, дабы следить за миром и каждым человеком; простирающим свои тысячи склизких щупалец в каждый уголок Вселенной, поддерживая баланс времени и его ход, ежемесячно (! ) приносили в жертву десятки младенцев и стариков, как начало и конец всего сущего.  

 

С каждой страницей, с каждой прочитанной строчкой археолог всё более и более погружался в мрачные тайны, до которых не должен был добираться человек; до тех событий, что были упокоены в песках неумолимого времени. И с каждым словом, каждой буквой ветхого фолианта сам разум Николая постепенно погружался в безумие. Как сумасшедший, как настоящий мазохист он не отвлекался от чтения ни на секунду, испытывая физическую боль от прочитанного.  

 

И когда наконец ему казалось – а может быть это был всего лишь плод повреждённого разума, игра воображения и фантазии, подкреплённая полученной информацией — что загадка таинственных построек разгадана, и что его вот-вот ждёт одно из величайших открытий современности; когда он уже представил как предоставит общественности на суд свои открытия, полные богомерзких и пугающих подробностей, сводящих с ума – он вдруг почувствовал жжение на своих руках. Его ладони обволокли извивающиеся, тёмно-зелёные щупальца, от которых исходило отвратительное зловоние и поднималась чёрная дымка, словно они прорезали время и пространство, и сейчас тянули Николая с собой за немыслимые для человека грани реальности. Археолог в страхе отпустил книгу, но она не отпускала его. Щупальца росли прямиком из её корешков, и их становилось всё больше и больше. Бадер хотел закричать, но не смог этого сделать: похожие на водяные шланги, толщиной в мужскую руку, они обвили его уже с ног до головы, перекрыв доступ кислорода в лёгкие. Он задыхался, хватая ртом противный воздух.  

 

Неожиданно выбежавший из арки человек закричал, закрыв лицо руками. Прохожие, занятые собой и своими мыслями, в недоумение оглядывались на кричащего мужчину и старались быстрее ретироваться от него подальше. Никто не осмеливался подходить ближе — да и стоило ли? Кое-кто из спешащих всё же останавливался, но не для того, чтобы чем-то помочь странному человеку, а за тем, чтобы заснять его на камеры своих мобильных телефонов. Совершенно никого не смущало, что мужчина выглядел неопрятно, потрёпанно, словно его избили, и кричал он от боли. Так продолжалось несколько минут: любопытствующие, но настороженные взгляды сменялись другими, потоки людей, отстраняясь, проплывали мимо кричащего — город продолжал существовать так, как существовал всегда. Но в какой-то момент мужчина замолчал, убрал руки, обнажив воспалённые, покрасневшие глаза, и, сделав резкий поворот влево, побежал с безумным взглядом в сторону главной площади.  

 

Из промежутков чёрно-зелёных фосфоресцирующих «вен» на Бадера взирала слепая чёрная бездна. Оттуда, из бесконечной темноты раздавались свист и далёкое животное пение; где-то над головой и вокруг него перепончатые, огромные крылья худощавых тварей с разверстыми пастями, словно у мухоловки, отдавались низким, глухим эхом в этом странном месте. На их продолговатых головах, усеянных крохотными, тупыми рожками, виднелись заволоченные белой плёнкой обширные, эллипсоидные глаза. В них, подобно копошащимся жукам, роились некие чёрные точки — возможно, зрачки этих ужасных созданий. Они держали своими когтистыми, уродливо-изогнутыми конечностями некие музыкальные инструменты, отдалённо напоминавшие флейты. Прикладывая их к своим отвратительным пастям, они издавали резкий, оглушающий звук – почти высокочастотный писк, какой не смогло бы долго вынести ни одно из живущих на Земле существ. Они играли, упиваясь своей музыкой, и раскачивались в такт на своих перепончатых серых крыльях из стороны в сторону.  

 

Несколько тварей заметили бегущего человека. Они издали протяжный, клокочущий вой, и все остальные, не замечавшие Бадера, отложили свои флейты, устремив на него белые глаза, в которых роившиеся чёрные точки вдруг сгрудились к уголкам, ненавистно взирая на потревожившего их покой человека. Единым голосом, ужасным, как сама Смерть, острым, как заточенное лезвие, они затрубили в этой слепой темноте, освещаемой лишь тёплым светом нефрита. Николай даже покачнулся несколько раз, будто от сильного ветра, и заткнул уши обожжёнными руками, но продолжал бежать, переступая проёмы в «венах». Он старался не смотреть на пугающих монстров с разверстыми пастями, предпочитая следить за тем, куда наступают его ноги. И когда он в очередной раз перепрыгнул несколько пустых проёмов, он вдруг остановился, со страхом устремив свой взор в бездну.  

 

Неподвижная, слепая, представлявшая собой ещё каких-то несколько мгновений назад пустое ничего – она вдруг зашевелилась и загудела! Во тьме явственно ощущалось движение: плавное, тяжёлое, словно сам Левиафан пытался подняться из морских глубин, но только чернота под ногами Бадера не была водой. Это было Ничто, то, что не имело физической формы! Но оно меж тем вдруг устремилось к археологу, на ходу преобразуясь в колоссальный, неподдающийся никакому разумному описанию объект. Сгустки тьмы соединялись друг с другом, подобно водяным каплям, образуя ещё более плотную, пугающую темноту; в ней, в этой темноте, проступали вспышками, как молнии в ненастную погоду, очертания противоестественных конечностей — удлинённых, массивных, простирающихся от одного конца видимого Ничто к другому; и тьма эта становилась ближе, уже не плавно, но резко, движениями пантеры подбираясь к несчастному Бадеру. Николай не кричал. Он завороженно смотрел на великолепное в своей кошмарности зрелище, вглядываясь в «живую» бездну, весь дрожа, как последний осенний лист на ноябрьском ветру, пытаясь убедить себя — рационально-мыслящего человека — что это всё лишь сон. Такой ужасный, такой реальный.  

 

Из оцепенения его вывело одно из серых существ с разверстой пастью. Оно налетело из ниоткуда, пронзительно крича, выставив вперёд сухие, уродливые лапы. Оно вцепилось в Бадера, пронзив его плоть остриями когтей, и только тогда он, ощутив внезапную боль, очнулся от завораживающего зрелища, и вступил в неравный бой с противником.  

 

Странный человек бежал, расталкивая людей на своём пути. Некоторые, наиболее внимательные, сами отходили в сторону, лишь завидев потрёпанного мужчину. Другие, отвлечённые своими мыслями, разговорами, видами города – как футбольные мячи отлетали от бегущего. Кто-то из упавших ругался ему вслед, потирая ушибленные места; кое-кто даже пытался остановить беглеца, но ни одна попытка не увенчалась успехом. В какой-то момент этот человек, бежавший исключительно по прямой, свернул в сторону проезжей части, выскочив под колёса проезжающих автомобилей. Удачи его хватило лишь на одну полосу — на другой его сбила машина патрулирующего район полицейского. Тот только и увидел что взлетевшего в воздух от удара об его бампер человека, который рухнул к нему на капот и скатился прямиком на асфальт, упав с твёрдым, глухим стуком.  

 

Тварь с белыми глазами пыталась вцепиться в лицо Бадера. Он отчаянно сжимал её горло, как можно сильнее пытаясь отстранить её морду. Существо бешено рычало, попеременно возвышаясь до визга, и нисходя обратно в рык. Уродливыми конечностями оно болтало в воздухе, будто гребя в воде, и перепончатые крылья ударялись друг о друга, создавая низкое эхо. Со всех сторон к дерущимся подлетали остальные существа; некоторые из них взбирались на торчащие земляные клыки, наблюдая оттуда за исходом схватки. Иные, менее терпеливые, сами норовили пустить кровь у несчастного археолога, одиночными, молниеносными ударами. Сил Бадера с каждой секундой становилось всё меньше и меньше. Тварь всё так же бешено пыталась пожрать его лицо, с успехом приближая к нему свою мерзкую пасть, хлопая крыльями, визжа, раздирая одежду когтями. Ничто под ногами приближалось, уже явственно ощущаясь кожей — липкой прохладой, зловонным запахом. Николай чувствовал дыхание смерти. И тогда он принял отчаянное решение. Он отпустил горло твари, позволив ей броситься к его лицу, а сам, обладая в запасе лишь секундой, неловким манёвром поднырнул под худощавое тело существа, поддев его правым локтем, и импровизированно перекинул чудовище через себя. И из последних сил он вновь бросился бежать вперёд, слабо надеясь на то, что сможет выбраться из этого противоестественного, кошмарного места.  

 

Длинноволосая блондинка в лёгком осеннем пальто, цвета тусклого янтаря, закричала, прикрыв лицо худыми руками, едва не уронив свою чёрную сумочку. Весь окровавленный, в разодранной одежде, в нескольких метрах от неё на ноги поднялся человек, несколько мгновений назад сбитый на её глазах полицейской машиной. От страха у неё пошли слёзы — никогда ещё в жизни ей не доводилось видеть подобного зрелища. Из соседней «десятки», едва не столкнувшейся с резко притормозившим «Ford’ом» полицейского, с любопытством выглядывал тучный мужчина, совсем позабыв о том, куда спешил. ДТП привлекло внимание многих куда больше, чем просто бегущий в крови человек – ведь они были непосредственными свидетелями столкновения. Опять кое-где замелькали вспышки телефонов. Оцепеневший от неожиданности полицейский, увидев, как пострадавший поднялся на ноги, моментально пришёл в себя и выскочил из машины. Он хотел усадить того на заднее сидение и оказать первую медицинскую помощь, прокручивая с этим в голове, сколько мороки будет не только с оформлением пострадавшего нарушителя в отделе, но и с заполнением бумаг насчёт повреждённой машины — левая фара пластмассовой крошкой осыпалась на асфальт, а по лобовому стеклу от центра вверх произросли глубокие трещины, – как вдруг, весь окровавленный, мужчина бросился бежать в сторону центральной площади.  

 

– Эй, вы! Стойте! – только и успел он крикнуть ему вслед. Не долго думая, он бросился за пострадавшим человеком в погоню.  

 

Десятки тварей дышали ему в спину. Крылатые и бескрылые, с разверстыми пастями и с пастями, похожими на челюсти аллигаторов. Их становилось всё больше и больше, и разнообразие их росло. Напоминающие жирных мух существа материализовались прямо из воздуха, шевеля раздвоенными конечностями и пуская из хоботков синего цвета слюни. Те, первые твари с флейтами, создавали оглушающий гомон своими крыльями. Из бездны, уже не таясь, выглядывали сотни жёлтых глаз, с вертикальными, как у кошки, зрачками. Силы почти покинули Бадера. Ноги заплетались, плечо адски болело, кровь застилала глаза. Впереди себя он видел не более как на три метра: по полу растекались фосфоресцирующие «вены», темнота отступала, уступая место ей же.  

 

Неожиданно из ниоткуда появилась исполинская лестница, уходящая далеко вверх так, что ступени её скрывались от взора Николая. Серые камни простирались в ширину без конца и края. Он бросился по ним вверх. Холод ступеней чувствовался даже сквозь ботинки. Странным образом существа преследовавшие Бадера начали отступать одно за другим. Лишь самые отчаянные ещё пытались нагнать его, жутко скаля зубастые морды, вытаращив эллипсоидные глаза, рыча и хрипя металлическим скрежетом, пока наконец звуки за его спиной не затихли. Николай не давал обмануть себя, а потому бежал ещё столько, сколько мог.  

 

Бесконечные ступени шли всё выше и выше, но никак не хотели кончаться. Силы покинули Бадера, и он рухнул на холодные камни. И ничего не произошло. Он тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание; вытирал со лба кровь, перемешанную с потом. Времени было предостаточно, чтобы одно из этих чудовищ наконец настигло его и разорвало в клочья. И тогда он оглянулся. За спиной его находилась всё та же чернота. Не было видно светящихся камней, ни единого монстра. Ничего. Только далёкий отзвук злобно-печальных флейт доносился до его слуха.  

 

Николай встал. Всё, что ему сейчас оставалось — подниматься выше. Туда, куда по какой-то причине ни одно из существ подниматься не осмелилось. И он продолжил свой путь. Сколько времени прошло он не знал. Каменные глыбы появлялись одна за другой, исчезая во мраке за его спиной. Кое-где виднелись кости. Человеческие кости. В голову ему лезли мысли о том, какое открытие сделал он — параллельный мир, со своей уникальной фауной и архитектурой. Ему совершенно не было понятно как выбраться из этого мира, чтобы заявить о нём всему человечеству. Ведь только сейчас он осознал, что попал сюда не иначе как благодаря какой-то загадочной магии, прочитанной из того ветхого фолианта!  

 

Нет, в магию он решительно отказывался верить. Произошедшее наверняка можно объяснить с научной точки зрения. Параллельные миры, в теории, существуют, и он стал свидетелем того, что это не миф. Здесь есть гигантские ступени, явно не природного происхождения, потому как ветер просто не мог с такой филигранной точностью создать такое удивительно ровное строение, как лестница, по которой он сейчас и поднимался. А значит это дело рук ( клешней, лап, жгутиков, щупалец? ) неких разумных созданий, что обитают в этом царстве вечной темноты.  

 

Вдруг лестница резко оборвалась, превратившись в сплошной каменный пол, уходящий куда-то вдаль. Бадер вновь насторожился. Те твари неспроста прекратили за ним погоню, и ему явственно представилось, как в этой темноте на него хищно взирают глаза ещё неизвестных, более опасных существ. Он приготовился бежать.  

 

Но ожидание ничего не дало. Никто так на него и не напал. Тогда он сделал несколько шагов вперёд, и под воздействием чего-то весь зал вдруг объяло ярким светом. По величественным стенам запылали десятки гигантских размеров факелов. Бадер оказался в помещении, напоминающем древнегреческий Парфенон с его колоннадами и белым мрамором. По левую и правую стороны от него стройными рядами возвышались эллинистические каменные колонны. Как солдаты, они стояли строго и непоколебимо, образуя дорогу к закрытым воротам. Бадер прошёл вперёд, озираясь по сторонам, заглядывая в тёмные уголки, не освещаемые светом факелов, но ничто и никто не поджидало его там.  

 

Циклопических размеров ворота украшали различные рисунки: по самому низу простиралась ровная выступающая полоса, усеянная крохотными завитками и узорами. Поверх неё находились рыбоголовые существа с неизвестным для Бадера вооружением. Они чем-то напоминали людей. Их взор был устремлён на некое божество: морского змия, обхватившего лапами островерхий обелиск. Нижняя часть его туловища утопала в воде, что свидетельствовало об ужасно огромных размерах этого создания. Выпученными глазами оно смотрело прямо на Бадера, раскрыв свою пасть и растопырив плащевидные кожаные отростки на своей округлой голове.  

 

Ещё выше находилось огромное пространство с большими кругами и пятиконечными звёздами. Разглядывая эту часть полотна, Бадер ужаснулся и попятился назад: эти круги были ничем иным как планетами Солнечной системы! В очертаниях закольцованного круга угадывался Сатурн; самым большим кругом был Юпитер; ещё семь более мелких планет располагались от них в строгой последовательности. В третьем круге от Солнца, как он и предполагал, он узнал Землю.  

 

Николай схватился за голову от подступившей боли. Получается, что существа этого мира знают о существовании людей? Но откуда? Вступали ли они в контакт с человечеством в какую-либо из его временных эпох? Есть ли у них какие-нибудь планы на расу людей? Для чего в этом богомерзком месте, окутанном тьмой и заселенном существами, противоестественными для всего человеческого, находится эта дверь, изображающая Солнечную Систему? Где именно находится это место и почему он стал его невольным гостем?  

 

Верхняя часть двери зашевелилась, и оттуда посыпались пыль и камни. Николай тот час отскочил назад, намереваясь бежать, так как рассчитывал увидеть нечто действительно кошмарное и огромное, спускающееся, чтобы пожрать его. Но это движение создала сама дверь. Самый верхний рисунок, аккурат над планетами, изображал создание столь отвратительное, что выглядело оно скорее набором из частей разных животных, материалов и гнусных мерзостей, что только могли прийти в самую извращённую голову. Оно распустило свои многочисленные конечности, и именно они сейчас пришли в движение. Одно за другим они обволакивали круги планет. Одно из них обхватило мёртвой хваткой солнце. Бадер застыл в страхе. Сердце его объяло ледяным ужасом, тело сжалось, как под давлением. Дверь начала раскрываться.  

 

Яркий свет, описать который не удастся, использовав и всю известную человечеству палитру оттенков, ослепительно ударил в его глаза. Пространство, напоминающее небо, откуда и бил тот свет, чудесно переливалось всеми цветами радуги. В нём покоились тучные дымчатые образования — облака этого странного мира. Свет этот манил и притягивал, и Бадер поддался его искушению. Он прошёл в открывшиеся двери. Вокруг было только это небо и удивительное свечение, достойное быть запечатленным на картинах самых именитых живописцев. Каменный пол кончался округлой площадкой, ограничиваясь расширяющейся к центру балюстрадой. Николай подошёл к самому краю, завороженный и объятый непередаваемой лёгкостью. Все мысли, что копошились в его голове разом покинули её. И в самом низу, среди ярчайших звёзд, что Бадеру когда-либо приходилось видеть в своей жизни, в холодном космическом пространстве, ему предстал – Он.  

 

Преодолев каменную лестницу, ведущую к самому центру площади, мужчина неожиданно замер. Служитель правопорядка наконец смог догнать убегавшего. Люди в недоумении расходились, с испугом глядя на окровавленного, грязного человека. Полицейский медленно подошёл к нему, боясь, что тот мог быть невменяемым.  

 

– Простите, – дыхание его было прерывистое и он съедал окончания слов, – с вами всё в порядке? Может быть вам нужна помощь?  

 

Он подошёл ближе и посмотрел на его лицо. Слипшиеся от крови волосы торчали в разные стороны, со лба на стеклянные глаза, смотрящие сквозь полицейского, стекали красные струйки. Одежда рваными клочками свисала то тут, то там.  

 

– Сэр, вам надо пройти со мной в машину. Вам требуется срочная медицинская помощь.  

 

Полицейский потянулся к мужчине рукой.  

 

– Он идёт. Он уже рядом.  

 

Низким голосом мужчина неожиданно нарушил собственное молчание. По спине полицейского пробежали холодные мурашки.  

 

– Простите, кто идёт? Кто рядом? Вы понимаете, что вам нужна помощь? Вы пострадали. Я сбил вас своей машиной.  

 

Человек никак не реагировал. Лишь снова пробубнил:  

 

– Он близко. Он грядёт. Он уже рядом.  

 

Терпение полицейского заканчивалось.  

 

– Послушайте, давайте мы проследуем в мою машину и там вы мне всё расскажете, – говорить он пытался помягче, чтобы не спровоцировать явно неадекватного мужчину. – Скажите хотя бы как вас зовут? У вас же есть имя?  

 

– Есть. Николай.  

 

Момент просветления. Слава богу!  

 

– Отлично, Николай. Пройдёмте со мной. Вы пугаете детей, да и взрослые напуганы не меньше. Вам ведь наверняка сейчас очень больно.  

 

Кровь уже стекала по губам и подбородку. Николай, казалось, её не замечал.  

 

– Это уже не важно. Он идёт. Я видел Его. – он был непоколебим.  

 

– Снова этот бред… – тихо проговорил полицейский. – Слушайте, или вы идёте со мной добровольно, либо…  

 

Николай сделал что-то очень странное, повергнув в шок полицейского. Он резко упал на колени, вскинув руки к небу и открыл рот. Кровь стекала прямо в его горло. Он начал кричать, размахивая руками, словно верёвками, и затрясся всем телом.  

 

– Диспетчер, у меня тут псих какой-то на центральной площади. Вызовите подкрепление… И скорую на всякий случай. – не сводя глаз с ненормального, полицейский связался по рации с отделом.  

 

Ответа не последовало.  

 

Относительно чистое небо вдруг затянулось плотными тучами зеленоватого оттенка. Николай продолжал кричать и содрогаться всем телом.  

 

– Он идёт! Он уже рядом! – завопил он. – Я видел Его! Он — есть суть бесконечность! Он есть Создатель всего сущего! Он Повелитель времени! Он рядом! Он идёт! Он идёт!  

 

Многочисленные прохожие снимали происходящее на камеры. Некоторые постарались побыстрее сбежать от развернувшегося на их глазах зрелища. Кто-то устремился глазами в небо, удивляясь в момент испортившейся погоде. Тучи тем временем нарастали. Цвет их становился всё более кислотно-зелёным.  

 

– Сэр, я требую вас прекратить то, что вы делаете, иначе мне придётся применить силу. – Он направил табельное оружие на Николая. – Пожалуйста, пройдёмте со мной в машину и там…  

 

– Он. Уже. Пришёл. – прошептал в ответ Николай.  

 

Глаза и рот его извергли яркий свет неизвестного оттенка. Тело затряслось с неумолимой силой. Рубашка слетела, словно сорванная ветром тряпка. Под кожей что-то зашевелилось. Раздался громкий хруст — рёбра его ввалились внутрь, обнажив зияющую черноту из которой к ошарашенному полицейскому потянулись десятки огромных зелёных щупалец.  

 

В этот самый миг в затянутом небе возникли ярко-жёлтые, со зрачками, как у кошки, глаза.

| 81 | 5 / 5 (голосов: 5) | 13:41 25.12.2019

Комментарии

Vladimir_putin01:19 05.02.2020
sall, спасибо!
Sall16:54 02.02.2020
Класс.
Vladimir_putin17:54 01.01.2020
lyrnist, спасибо за - надеюсь положительный - отзыв!
Lyrnist13:29 01.01.2020
Нетрадиционно, качественный псих.

Книги автора

"Ноябрь"
Автор: Vladimir_putin
Стихотворение / Поэзия Реализм
Аннотация отсутствует
17:58 28.11.2019 | 5 / 5 (голосов: 4)


Русская истерика
Автор: Vladimir_putin
Стихотворение / Лирика Поэзия Политика Постмодернизм Реализм
Аннотация отсутствует
21:27 21.06.2019 | 5 / 5 (голосов: 2)

Был тёплый день, был ясный день...
Автор: Vladimir_putin
Стихотворение / Лирика Поэзия Постапокалипсис
Аннотация отсутствует
20:50 07.06.2019 | 5 / 5 (голосов: 1)

"Два чёрных крыла"
Автор: Vladimir_putin
Стихотворение / Поэзия Мистика Оккультизм Фантастика Хоррор
Аннотация отсутствует
10:27 09.12.2018 | 5 / 5 (голосов: 5)

Нам самим не нужен наш город
Автор: Vladimir_putin
Стихотворение / Лирика Поэзия Политика Постмодернизм
Аннотация отсутствует
15:22 27.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 1)

Шорох
Автор: Vladimir_putin
Рассказ / Мистика Постмодернизм Проза Хоррор
Аннотация отсутствует
14:51 25.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 2)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2019