Хельдин. Щит-капкан Крайфа.

Высокая трава покорно кланялась его шагам, оставляя широкие борозды по следу крупных лап. С окровавленной пасти чудовища срывались алые капли, создавая багровый шлейф дурманящего аромата смерти.  

Двуногие животные напали на него с заточенными палками, за что и поплатились. Все до одного. Глупые твари. Не то, что стая волков, которая сбежала прочь, лишь только унюхав запах нового хозяина здешних лесов.  

Самец химеры по-кошачьи грациозно запрыгнул на ствол поваленного дерева, заставив всколыхнуться короткие шипы на загривке. Колючая грива постепенно скрывалась в серо-рыжей шерсти на спине и снова проявлялась лишь на длинном хвосте в виде мелких коротких иголок. Монстр поднял по-волчьи острую крупную морду и принюхался к воздуху леса. Осмотрел округу жёлтыми глазами. Врождённая осторожность казалась сейчас неуместной. С его весом и силой, поспорить мог только медведь. Но он в этих краях не обитал.  

Впереди зачернела провалом нора. Старый черешчатый дуб, беззаботно стоявший годами на небольшом холме, теперь был вынужден держаться мощными корнями за обрыв. Чудовище прорыло логово под ним, и прежний хозяин земли, как мог, старался отомстить захватчику, разрушая жилище корнями.  

Самец расслабился. Прижал короткие уши, и устало зевнул. Избавленный от шерсти длинный хвост привычно завилял при входе внутрь, но тут же резко замер.  

«Кто посмел? Кто такой? » – Вопросы разрывали монстру голову. – «След, след, чёткий след. Запах двуногого зверя! »  

Утробно зарычав, он приник к земле, разнюхивая запах непрошеного гостя. Хватило и пары мгновений, чтобы тонкие на свету щёлочки зрачков округлились вниманием, прикованным к проясняющейся темноте норы. Самец с ворчанием рванул по невидимой дорожке вглубь, готовый ко всему.  

Да только не к такому…  

Его подбросило. Ударило о низкий потолок. Всю нору обуяло пламя. Он заметался по стенам в слепую, пытаясь сбежать от пожара. Нашёл проход и вывалился в лес. Пополз, упал на бок в последней бессильной попытке затушить ненасытное пламя. Хрипя забился телом по траве, но быстро выдохся и замер.  

Охотница осторожно подошла к лежащему чудовищу. Самец уже не двигался, но еле заметно дышал. Хельдин вскинула короткое копьё и пронзила сердце умирающей твари.  

…Магический капкан сработал даже лучше, чем предполагалось. Охотница начаровала его утром, когда обнаружила логово. Ей только и оставалось, что спрятаться на дереве и ждать. Но перед этим обработать акетон, одежду и волосы маскирующим запах отваром из смольника, коры берёзы и ослёнки...  

Хельдин подошла к небольшому овальному ходу в нору, когда из-за спины донёсся шорох. Обугленная тварь поднялась на запёкшиеся кровью лапы и рывками побежала на неё. Охотница вынула меч и едва-едва успела уклониться вправо. Монстр зацепился древком от торчащего копья и опрокинулся на спину. Раздался хруст. Древко разломилось и отпало, заставив обломок влажно блестеть остриём, торча из раны между рёбер твари.  

Хель не поверила глазам, но чудовище снова поднялось. Забулькало, и из полуоткрытой пасти побежала кровь. Монстр вновь атаковал, но девушка была уже готова. В последний момент уклонилась в сторону и рубанула по обугленной башке. Тварь обрушилась в траву и захрипела. Охотница сократила дистанцию и рубящим ударом повредила шейный позвонок.  

***  

Массивный корень дуба, словно в благодарность торчавший у провала, позволил девушке присесть. Хель пропитала небольшую ветошь реагентом из сосуда и стала очищать свой меч. Вступив в реакцию, кровь монстра запенилась на затенённом клинке, став разукрашивать узорами металл. Порой она косилась на догорающую тушку химеры, но та не спешила её удивлять. Охотница сняла последние остатки крови, и отшвырнула порченую ветошь в погребальный костёр.  

Нора химеры чем-то походила на берлогу медведя, только узкий лаз, что высветили магические огоньки, совсем не вёл в место зимовки. Хельдин сдула выбившуюся из плотно собранных волос рыжую прядь и поползла на четвереньках к тёмному провалу. Пролезла и выпала в округлую нишу, служившую химере «кладовой». Запах неприятно резал нос, и Хель повязала платок на лицо.  

Огоньки отплыли от охотницы и озарили в беспорядке лежащие белые кости: останки оленя, череп кабана. Даже волчий хребет, вряд ли сюда забрела бы собака. Запасливому монстру было, что погрызть зимой.  

Охотница дотянулась до края прошитой пожёванной кожи и потащила на себя.  

«Камзол с деревянными пуговицами. Точнее то, что от него осталось». – Выдохнула девушка. -«Казённая одежда егеря. Он был первым из пропавших».  

От движения с груды костей соскользнуло оленье ребро, и Хельдин встретилась с глазницами прокусанного человеческого черепа.  

«Гладкий, с овальными глазницами». – Взяла его в руки охотница. – «Тонкая кость с небольшими надбровными дугами – это Элисса». – Заключила Хель. – «Старшая дочь егеря».  

«Отец и раньше, по словам семьи, отлучался в лес на долгий срок. Ещё бы, такие угодья. Да и живности опасной здесь немного».  

«Было немного». – Поправила мысли она. – «До злосчастной химеры. Вот дочь и отправилась наведаться к отцу в лесную хижину по нахоженной с детства тропе. Пришла к закату и решила приготовить ужин из принесённых ею продуктов и порадовать отца, который должен был вернуться с минуты на минуту. Взяла котелок и отправилась к ручью».  

– Я нашла котелок, а теперь и тебя… – Прошептала охотница зябкому полумраку и бережно вернула обглоданный череп на место.  

«В Элиссу был влюблён местный целитель. Парень не стал дожидаться, пока староста мужиков соберёт, и поспешил на помощь девушке один». – Охотница склонилась вправо, и маленький полупрозрачный шарик скользнул вслед за её взглядом, осветив объеденное тело юноши. – «Его химера принесла в нору последним».  

Глаза охотницы не отразили голубую нить, что появилась на короткое мгновение и потянулась от останков парня к наколдованному свету. Словно душа убиенного мага устремилась на встречу к любимому делу. Но это была не она. Просто у юноши был артефакт, который отозвался на магическую силу.  

«После мага в лес никто не заходил. Староста за помощью в город отправил посланника. Его гонец ещё и объявления на верстовых столбах развешивал. Вот так я и нашлась».  

«Жаль раньше здесь не оказалась». – Грустно прищурилась девушка. – «Скольких бы жертв удалось избежать. Но так обычно и случается. Охотника зовут, когда беда уже пришла».  

Она аккуратно продвинулась к телу мага, попутно заметив ещё пару человеческих черепов у дальней округлой стенки кладовой.  

«Нужно будет разузнать и о других пропавших». – Отметила девушка. – «За лесом есть ещё одна деревня».  

Охотница склонилась над останками целителя и начала искать. Куски изодранной одежды были вдавлены клыками монстра в тело жертвы, и девушке пришлось их вырывать. Во внутреннем кармане куртки оказалась небольшая книга.  

Фолиант из телячьей кожи был сделан мастерской рукой и ответил на её прикосновение едва уловимым теплом. Она присела на колени и стала изучать находку. Пристежной кожаный доспех, охватывающий ее ногу выше колена, тихо заскрипел, ёрзая по гладко объеденным костям.  

Слабый импульс силы робко просочился сквозь кожу правой руки, заставив её мелко подрагивать, покалывая пальцы. Лёгкое касание силы опытного мага без труда раскрыла тайну фолианта.  

– Крайф. – Выдохнула девушка.  

«Заклятие Крайфа на книге. Это щит. Мощнейший щит, которым можно и атаковать в определённых обстоятельствах. Гибкая структура заклинания. Если бы маг «подкормил» его собственной силой, то возможно выбрался живым».  

– Так, почему же ты…? – Она досадливо окинула останки.  

«Ах, да, целитель-самоучка». – Вспомнила охотница. – «Он тоже должен был чувствовать это тепло, при каждом касании книги. Думал, она делает тебя сильнее? Наверняка. А книга лишь пыталась подсказать тебе свой способ активации. Он и взял-то её из-за этого. Решил, что в трудный час способен вытащить из артефакта силу».  

Охотница раскрыла фолиант и просмотрела несколько абзацев с подробной гравюрой. Перекинула пару листов и прочитала заголовок: «Корень Гапена. Описание и применение в медицине».  

«Полезная вещь, во всех смыслах. Надо будет ознакомиться».  

Хельдин смочила в спирте клочок прокипячённой ткани и протёрла обложку находки, прежде чем забрать её с собой.  

Убрала книгу в сумку и извлекла на свет сосуд с горючим эликсиром Варна. Набрала в ладонь, едко пахнущую жидкость и словно кистью стала брызгать кладовую, обрабатывая останки и стены убежища.  

«Трупный яд опасен. Придам огню останки, а местным для обряда похорон останутся обугленные кости. Родным, конечно, это не понравиться, а то ещё и ведьмой назовут. Но лучше так, чем эпидемия».  

Маленький огневик сорвался с пальцев ведьмы, улетая в темноту. Логово монстра наполнил танцующий свет. Огонь задрожал на ладонях остатками горючей жидкости став поглощать обеззараживающий раствор, что тонкой плёнкой оберегал руки девушки. Хель сожгла алхимические перчатки и стряхнула с рук огонь.  

Она немного постояла у провала, нервозно теребя свою находку.  

Устав ордена охотников предписывал сдать на хранение все найденные магические предметы, не используемые в ходе расследования. Или активно не эксплуатируемые самим охотником. Сдать их надлежало в Магик или любому помощнику ордена, людям или другим представителям рас, специально завербованным в разных частях континента. Как правило, жили они в крупных или районных городах, каким и являлся ближайший к ней город Кират.  

Солнце клонилось к закату, когда тяжёлые страницы фолианта гулко встретились при его закрытии. Охотница вернула книгу в сумку, и убедившись, что пламя окончательно затухло, грустно побрела в село закрыть заказ.  

***  

Она сидела у окна придорожной корчмы, вяло ковыряя завтрак. Вилка то и дело выуживала из тягучей сладкой каши нежные ягоды и отправляла в рот, стараясь скрасить мысли постоялицы. Рука подпёрла подбородок сбоку, явив охотницу в меланхоличном виде.  

В голове засел мотив знакомой песни. Её пальцы бесконтрольно выстукивали ритм.  

«Нет покоя в тишине, не найти мне места.  

Пляшет пламя на стене, в такт моему сердцу.  

Где найти душе приют? Где бы ей согреться?  

Не найти покоя мне, не избавить сердце».  

Девушка фыркнула, избавляясь от навязчивой мелодии. И угостившись новой ягодой, обратила взор в окно.  

Цепочка караванных телег, ночью походившая на позвоночник исполинского монстра, пришла в движение, обрастая хаосом суетящихся мужчин, как муравьями, желающими отхватить свой кусок. Люди проверяли груз, заводили лошадей под хомуты, собирались в дорогу.  

У неё за спиной засмеялась компания. Пятёрка воинов, занявших стол в центре небольшого зала, не скрывала своих знаков о принадлежности к наёмному цеху. Судя по виду, у всех был опыт ратной службы, и умелые в прошлом солдаты теперь ушли на вольные хлеба. Манера держать себя – далеко не сразу выветривается.  

Да и пусть. Ей не людей сейчас оценивать, а представлять трёхдневный путь верхом в город к помощнику ордена, раз дел других в округе больше не нашлось.  

Ну, хоть легат найдёт ей новую работу. Собирая информацию со всей округи, он сам принимает заказы, относящиеся к сфере орденских полномочий. Так что в Кирате вероятность остаться без дела была крайне мала. Но три дня…  

В открытые двери вошёл мужчина средних лет и поспешно проследовал к шумной компании. Его яркий кафтан выдавал в нём начальника. Наверно, глава каравана. Хель быстро потеряла интерес.  

Её мысли устремились вдаль, к теплым солнечным лучам и птичкам, порхающим над низкорослой грушей.  

– Десять злотней?! – Взревел мужчина за её спиной. – Да вы с ума поспятили! Да за такие деньги я всю эту деревню в охрану найму!  

– Так нанимай. – Спокойно парировал другой.  

Охотница заметно оживилась в преддверии вкусного скандала. Если повезет, еще и по морде кому-нибудь съездят. Всё веселее, чем пялиться на крикливых птиц и кашу. Она повернулась на стуле, положив локоть на спинку. И стала наблюдать, попивая кисель.  

Впрочем, наблюдала Хельдин не одна. Полноватый корчмарь, делая вид, что активно натирает соседнюю столешницу, судя по замедлившимся движениям, тоже прислушался. Ещё бы, такие деньги.  

– Десять злотней и ни медькой меньше. – Настаивал глава наёмников.  

– Но вас всего пятеро! – Не сдавался караванщик.  

Его оппонент лениво отвечал, уверенный, что уже поймал клиента на крючок и его трепыхания – не более чем дерганья рыбы на другом конце удилища.  

– Смею вас заверить, что мы свои гильдейские знаки не на дороге нашли и письменные рекомендации имеем.  

– Свои рекомендации сверните в дудку и… – Невольно обернулся начальник, утирая платком не по погоде испаренный лоб. И тут же просиял.  

Девушка только сейчас вспомнила о своей неприкрытой руке с гильдейской меткой. И закрыв почти всё лицо деревянной кружкой, медленно стала поворачиваться назад.  

– Госпожа охотница! Как рад я негаданной встрече! – Заулыбался караванщик, приближаясь к ней.  

«Ну, началось». – Подумалось Хельдин, безуспешно пытающейся заслонить себя кружкой целиком.  

«Нам часто предлагают работу, которая не входит в полномочия охотника. Всё дело в притягательной цене, которую мы назначаем исходя из средств заказчика».  

«Дело ордена – убивать опасных монстров и расследовать преступления совершённые с магической составляющей». – В который раз уже хотела объяснить охотница, но увидев удручённое лицо просителя, смолчала. Мужчина плюхнулся рядом на стул.  

– Госпожа, я простой поставщик. Работаю на гильдию купцов из Садориса. Мне на телегу что погрузят, то я и везу. Тем более, знакомая дорога. – Начал свой рассказ мужчина, трясущимися руками вытирая сухой лоб. – Людей в охрану нанял…  

– На вас напали возле Соек? – Спросила она, опережая рассказчика.  

– Так и было… госпожа. – Растерялся караванщик.  

– Я краем уха слышала от местных. Власти устроили настоящую войну с лесными бандитами. Говорят, что брата местного бандитского «царька» поймали. – Отпила кисель охотница.  

– Не поймали, госпожа, убили. Вот их «царёк» и лютует. Нападает на всех, кто по тракту идёт.  

– Слышала, вам крепко досталось.  

– Видят Боги, госпожа, как крепко. – Закивал мужчина. – Большую часть ребят наёмных погубили. Да и моих… не мало. – Отвёл глаза рассказчик.  

– Сочувствую. – Она прервала паузу. – Как сами спаслись?  

– Да-а! – Махнул он рукой. – Если б не деревня, в которую въехать успели, так и вовсе не спаслись. Болар, глава нашей охраны и парни его, прикрыли наше бегство. Им спасибо. А в Сойках ихние ворота сберегли. Они их тут от нежити возводят, ну вы видели.  

Охотница кивнула.  

– Такого на востоке не увидишь. Я поначалу им, воротам, удивлялся. Теперь вот, в пору хоть поклоны отбивать.  

– Чего назад не повернёте, уж коли жизнь вас так намучила?  

– Да я бы рад! – Ударил себя по колену мужчина и едва не опрокинулся со стула. – Контракт у нас! Если б просто груз везли, так бес бы с ним. Переждали или бы вернулись. Но как проклятье, ждёт этот товар в порту корабль. И если мы там вовремя не будем, весь груз ценою ляжет на меня. А мне, госпожа… – Заглянул в глаза охотнице мужчина. – …и телеги той не выкупить. Там же шёлк, да хлопок тюками. Даже если в Кирате продам, ещё должен останусь. А ребятам чем платить? Да и хрен бы с ним, с деньгами. Живыми бы добраться. – Повесил голову начальник.  

– Сколько охраны осталось?  

– Семеро. – Грустно отозвался в пол мужчина. – Считай шестеро. Ранен один, на телеге везём.  

– Как ваше имя?  

– Ясек. – Ответил поставщик. – Простите, что к вам обратился. Ведь не ваше это дело, от бандитов защищать. Да и стыдно сказать, лишних средств не особо имею. Два злотня в серебре, и те едва ли наскребу. Но всё, что есть отдам. – Быстро заверил он девушку.  

– И куда мы путь свой держим, Ясек? – Пожалела его Хельдин.  

– В Кират…госпожа! – Запнулся было поставщик, не сразу осознав свою удачу.  

– Давай кошель. – Протянула девушка ладонь.  

– Спасибо вам! – Обрадовался Ясек. – Вы это, не спешите: ешьте, пейте. В дорогу через час. – Затараторил он, и быстро выскочил на улицу.  

Охотница, подкинув кошелёк в руке, подошла к хмельной компании, и по-хозяйски выдвигая стул, швырнула мешочек по центру стола.  

– Здесь около двух злотней и работа. – Охотница села за стол. – Заказчиков в такой глуши вам больше не найти. А в свете нынешних событий, так и вовсе бы в Кират самим быстрей убраться.  

– Ловко говоришь, да мягко стелешь. – Окунул усы в пиво главный наёмник. – Хочешь нас на дурака поймать? Сама, поди, вдвойне себе набрала.  

– А это, и есть всё моё. – Спокойно ответила девушка. – Это не караван, это я вас нанимаю.  

– И зачем ты в это лезешь? Сама же знаешь, что в округе за дела. – Сощурился крайний наёмник.  

– Вы слышали всё то же, что и я. – Констатировала Хельдин и скрестила руки на груди. – Работа не для ордена, но человек в беде. Тем более на тракте все должны друг другу помогать. – Она обвела компанию взглядом. – Так что, берётесь?  

Наёмники слаженно глянули на командира, который задумчиво взвешивал предложенный кошель в своих руках.  

– Добро. – Решился тот. – А золото, себе оставь.  

– Вот это бескорыстие! – Всплеснула руками охотница и рассмеялась. – Гильдия должна вами гордиться!  

– Кривляйся сколько влезет. – Насупился глава. – Мы, между прочим, тоже люди. – Пригрозил он указательным пальцем. – И видим, кому помощь, и правда, нужна.  

Наёмники дружно замотали головами в одобрении слов командира.  

– Не строй из себя благодетеля. – Прищурилась охотница и подалась вперёд. – Караван под твоею охраной обратно поедет. С купцов садорисских решил двойную цене лично сторговать?  

В зале стало тихо, как в могиле. Даже упитанный корчмарь, тихонько натиравший стол, заслышав разговор, поспешил убраться прочь. Наёмники замерли, уставившись на Хельдин, а та, ехидно улыбаясь, продолжала пилить взглядом главаря.  

– Решил! – Неожиданно громко рассмеялся наёмник. – Мы полное право имеем. Тем более, что наши гильдии уже вели дела.  

Остальные наёмники грянули смехом, окончательно разрядив обстановку.  

– Гаст! – Протянул руку наёмник.  

– Хельдин. – Приняла она рукопожатие.  

– Ну, Хельдин, выпьешь чего? – Предложил он. – Угощаю.  

– Отчего отказывать? – Улыбнулась охотница.  

– Корчмарь! – Грянул басом Гаст. – Морсу сладкого для дамы, ну а ребятам пива! И не забудь нам мяса принести! Да по живее! Нам через час в дорогу.  

***  

Быстрый вороной сорвался с места, подняв клубы пыли. Светловолосый тощий наёмник лихо засвистел, подгоняя жеребца, проносясь мимо воза с охотницей. Рыжая и вслед не посмотрела.  

Ещё один лист фолианта склонился налево. Девушка самозабвенно изучала найденную книгу, не замечая ничего вокруг.  

– А ты, здесь, неплохо устроилась. – Поддел её Гаст. Верхом на скакуне он возвышался над её телегой.  

Охотница медленно подняла рассеянный взгляд на наёмника.  

– Произвожу магическую разведку. – Размеренно проговорила Хель, глядя сквозь него.  

– Добро. – Кивнул Гаст, вмиг изменившись в лице, и невольно разгладил пышные черные усы.  

Он подстегнул коня и поскакал в начало каравана, наверное, что бы перекинуться парой слов с Боларом. Оба командира всё никак не могли поделить одну сферу влияния.  

«Не ты один здесь шельмовать умеешь». – Захихикала девушка, перелистывая очередную прочитанную страницу.  

Она прекрасно разглядела Олафа, щуплого наёмника, ускакавшего вперёд на разведку.  

«В дороге нападать на нас не станут. Уже пытались. Неудачная попытка заставит их ждать до ночного привала. Если вообще им осталось дело до каравана».  

Повозка мерно поскрипывала в такт движению. Возница, сидевший на козлах, молчал, боясь нарушить покой его главной защитницы. Открытый воз давал ей обзор. Гнездом уложенный товар дарил уют в возможности лежать и наслаждаться солнцем.  

Она приметила не крытую повозку сразу. Та была единственной, потеряв свою крышу в сражении. И избрав её штабом, девушка взялась за труды. Закончив же своё благоустройство, Хельдин занялась кобылкой. Хорошенько напоив и накормив питомицу перед дорогой, она распрягла её, закинув сбрую в воз, и привязала Сиву к борту штаба.  

Словами было трудно передать, как радовался Ясек, узнав, что приобрёл всю возможную наёмную силу по одной цене. Он долго расхваливал уменье девушки вести переговоры, и скрывшись в голове телег, вернулся с небольшим мешочком, набитым эльфийской карамелью.  

Хельдин на ощупь достала очередную конфету, и так же не глядя отправила в рот.  

Стёганка, усиленная короткой кольчугой из плоских колец, лежала валиком под головой. Поднятая к верху рубашка, завязанная узлом, являла плоский живот, на который не преминули поглядеть почти все наёмники, как бы невзначай проезжавшие мимо. Подвёрнутые штанины, освободили ножки, выставляя их на солнце до колен.  

Она прожевала конфету, инстинктивно проведя маленькой ладонью по животу.  

«Ничего». – Успокоила себя девушка. – «Плановая тренировка всё сожжёт».  

Полуденное солнце окончательно разнежило охотницу. Буквы расплывались по страницам, а голову окутывал туман. Она прекрасно слышала, как Олаф вернулся с разведки. Коротко доложил и вновь отправился вперёд. Хель отложила фолиант, и подложив под голову руки, уснула.  

***  

Костры, горевшие по периметру кольцом выстроенных повозок, поочерёдно угасали. Караванщики собирались на ночлег внутри импровизированного укрепления.  

Хорошенько размявшись после сна, охотница внимательно обошла весь лагерь по окружности. Считая про себя шаги, она то и дело склонялась на колено и проводила ладонью вдоль земли, едва не на распев, произнося заклинательную формулу. Ладонь её при этом озаряла землю красным светом при первых же магических словах.  

Закончив труд, она окинула взглядом работу, и удовлетворившись проделанным, пошла на шум двух командиров, опять не поделивших ночные обязательства.  

– Что-то стряслось? – Подошла к ним охотница.  

– Да ничего. – Отмахнулся Болар. Высокий бородач надел под вечер кольчугу. – Профессиональные проблемы, разберёмся. – Заверил он девушку.  

– Тебе бы, тоже не мешало поучаствовать в процессе. – Нашёл повод уесть охотницу Гаст. – Не просто ж так ты денежки взяла.  

– Ой, как обидно. – Скуксилась Хель на показ. – А я то, только-только собиралась предложить сходить в разведку.  

– Ишь, чего ведьма удумала. – Подбоченился наёмник. – Темно кругом, хоть глаз не открывай. Ты, верно, хочешь с факелом вдоль лагеря побегать?  

– А чего такого? – Искренне удивилась она. – Темно же, сам сказал. Как углядишь врага?  

– Тьфу, твою мать! – Сплюнул под ноги Гаст. – Одно слово, баба! И чему вас там, в этой крепости учат?! – Махнул рукой наёмник, и подозвав к себе кого-то из своих, принялся активно раздавать приказы, подкрепляя слова красноречивыми жестами.  

Хельдин улыбнулась ему вслед.  

– Госпожа охотница, – Начал Болар. – Вы правильно сделали, что их с нами взяли, не думайте. Чем больше нас, тем лучше. И не обращайте внимания на его глупые речи. – Попытался подбодрить молодую охотницу бывалый вояка.  

– Я и не обращаю. – Пожала та плечами. – Мне просто нравится его бесить. – Повеселила рыжая мужчину.  

– И то дело. – Кивнул воин. – Вами, я командовать не смею, ранг не тот. Но вот от вас приму любую помощь.  

– Хорошо. – Согласилась она. – Я видела, вы караванщиков снабдили оружием, когда в селе стояли.  

– Да какое там оружие, госпожа. – Скривился Болар. – Купили пару колунов, и два десятка вил.  

– В бою любая палка пригодится. – Поддержала его Хельдин. – Тем более я видела, как вы учили их обороняться.  

– Что мог, показал. – Пожал плечами воин. – Им, в общем, больше и не надо.  

– Всё верно. – Кивнула она. – Вооружённым людям не так страшно. А на разведку я всё же схожу. Без факела. – Улыбнулась девушка.  

Болар ответил ей улыбкой и отправился с проверкой на дозорные посты.  

Хель достала из сумки сосуд с приклеенной к пробке фиолетовой ленточкой. Горьковатый терпкий вкус заставил девушку поморщиться.  

Охотница накинула доспех. Нырнула под ремень рабочей сумки и быстро, словно тень, скользнула между веток в темноту, при этом, не задев не одного листочка.  

Отойдя на сто шагов от лагеря, Хельдин присела у дерева. Откинулась спиной на крупный ствол и стала всматриваться в тьму.  

Отдалённые голоса людей, слабый шелест листвы и уверенный стук собственного сердца.  

«…22, 23…»  

Рваный лунный луч протиснулся сквозь ветви, словно вырисовывая оловянным стилом контуры ночного леса. Непроходимые кустарники, спокойные высокие деревья. Наброски постепенно превращались в полную картину, пока весь лес не показал себя охотнице во всей красе.  

«Совиный глаз» подправил зрение охотницы, давая ей возможность видеть звёздной ночью лес, как ясным днём.  

«С факелом побегать». – Фыркнула она, вспоминая свой недавний разговор. – «От действия зелья глаза меня бликом не выдадут. Не стану изводить магический резерв. Кто знает, что нас ждёт сегодня ночью». – Охотница поднялась на ноги и тихо побрела по кругу лагерной стоянки.  

Очень скоро упрямой стеной её путь преградили налитые ягодой ветви. Дикая смородина, клонилась ветками к земле, прося ночную странницу о помощи своим пьянящим ароматом. Отзывчивая Хельдин помогла, склонившись не надолго над кустом. Затем насыпала во внутренний карман наплечной сумки про запас. Собрала горсть в ладонь и тихо зашагала дальше.  

Бельчонок, высунув наружу свою любопытную мордочку, так и не смог обнаружить шутника, принявшегося чесать его маленький лоб меж двух огромных кисточек ушей. Спрятавшись за деревом, девушка тихо хихикала над рыжим несмышлёнышем, которого гладила пальцем, обняв ствол рукой и стоя ногами на ветке. А тот лишь забавно сопел водя своей мордочкой по сторонам.  

Наигравшись, Хельдин угостила малыша запасом ягод из кармана. Спустилась и продолжила осмотр местности.  

Часовой, стоящий на востоке, едва ли не инфарктом, встретил бесшумно появившуюся из зарослей рыжеволосую девушку. Которая, с невинным видом, высасывала мёд из сот диких пчёл.  

«Спящий – ужалить не сможет». – Решила охотница и не ошиблась, аккуратно разоряя жужжалок.  

Помимо приятных находок, встреченных в дозоре, были и другие.  

Охотница нашла следы сапог на нескольких хоженых стёжках, ведущих от места постоянных ночёвок караванов, прямиком в лесную чащу. И несколько деревьев со сбитой корой, которую сорвали явно человеческие ноги. Ведь ловко затерявшись в зелени высокой кроны, легко и безопасно можно разглядеть численность и охрану любого каравана.  

Болар внимательно выслушал девушку и быстро принял меры по усилению охраны лагеря. Но интуиция охотницы сулила неприятности.  

Ночь мягко вступала в права, но Хель решила с нею побороться и верно выбрала позицию у одного костра. Вокруг которого, распивали довольно неплохое красное вино несколько разговорившихся караванщиков.  

***  

– И вот представьте. – Прервала охотница байку, отпивая из тёмной пузатой бутылки. – На мне ведь только полотенце. А нужно либо драться, либо убегать.  

– Так-так. – Заметно оживились мужики вокруг костра, услыхав про одно полотенце. – А дальше-то, как оно было? – Засуетился особо ретивый.  

– А дальше? – Улыбнулась рыжая, скользнув по своему бедру и ныряя ладонью в сапог. – Я достала нож. И…  

И не успели подпитые мужчины уточнить, откуда у полуобнажённой барышни возник столь нужный инструмент, как он с шипением скрылся в ближайшем подлесье. Оттуда послышался хрип и звук падения.  

– К оружию! – Крикнула Хель, уже стоя. – Подъем! Вы! – Взгляд её метнулся к собеседникам. – Живо за телеги!  

Разбойники хлынули с разных сторон. Их крики ярости сменились воплями от боли. Ночь озарилась десятком живых огней, заплясавших по периметру лагеря. Расставленные ранее магические капканы сработали отлично.  

Одним движением ноги, ножны подлетели с земли прямиком в её руки. Хель уклонилась в сторону на шаг, пропуская свистящий топор, перепутавший охотницу с поленом. И тут же обрушила меч в основание кисти разбойника. Мерзавец с криком рухнул на колени, стараясь пережать кровоточащую культю.  

Новый враг возник из темноты. Воздев топор над головой, он начал приближаться к Хельдин обходя сидящего подранка. Охотница ударила сидящего ногой и тот упал, сбив с ног второго негодяя. Бандит, упавший сверху на подранка, тут же попытался встать. Охотница перехватила меч обратным хватом, и усилив удар нажатием на оголовье левой рукой, припала на колено пронзив одним ударом обоих.  

Арбалетные щелчки послышались из-за баррикады телег. Повозки ощерились зубьями вил.  

«Бандитский царь не мелочится». – Окинула взглядом сражение Хельдин. – «Всех подданных на бой сюда пригнал».  

Она метнула нож не глядя и растаяла в ночи.  

*  

Шаг за шагом воин отступал, пока к его спине не прикоснулся жар костра. Правая рука обвисла кровоточащей плетью. Левая же, справлялась с оружием плохо. Болару удалось на опыте парировать несколько опасных выпадов, но воин понимал свою беспомощность.  

Его враг продолжал наступать. Огромный разбойник снова махнул бердышом и выбил оружие из ослабленных рук защитника каравана. Удар коленом уронил подранка наземь, едва ли не в самое пламя. Над головой разбойника вознёсся широкий топор. Болар закрылся здоровой рукой, вверяясь глупому инстинкту.  

Сливаясь с собственной тенью, она появилась из тьмы. Её короткий меч мазнул плечо громилы своим фухтелем. Бандит опешил и прервал удар. Хель юркнула под взгляд врага, и оказавшись спереди с силой нанесла удар, держа оружие обеими руками. Разбойник лопнул, как варёная фасоль. Оскалил рёбра, закачался, выронил оружие. Охотница шагнула вбок, позволив мерзавцу обрушиться в пламя распоротой тушей. В нос врезалась едкая вонь.  

Болар отполз ногами, закрываясь от смрада и пепла костра. Охотница подняла воина на ноги и помогла добраться до телег. А там, его быстро втащили под днищем.  

В десятке шагов от охотницы дёргался грязный разбойник. В его шее подрагивал липкий от крови метательный нож.  

Девушка вернулась за оружием. Отёрла нож о рубаху разбойника и спрятала в мелкие ножны на ремне сумки. Подняла меч и двинулась вперёд.  

*  

Она отступила назад, пропуская горизонтальный удар топора. Шагнула вперёд и пронзила бородатого разбойника.  

Новая атака со спины не стала неожиданной. Она шагнула в сторону, поймав движение увесистой дубинки фухтелем меча. Отвела удар вверх, и развернувшись в бёдрах, залепила разбойнику локтем в висок. Враг покачнулся, выронил дубинку и на ходу нашёл лицом телегу. Доски окрасились красным, и бандит схватился пальцами за борт.  

Охотница едва заметно обернулась, и в её глазах успели отразиться два бандита, спешащие подельнику на помощь. Пришедший в чувства разбойник отлип от телеги и тут же ринулся в атаку кулаком.  

Удар стопы вернул его обратно. Он встретил борт спиной, и в следующий миг прорвал тент затылком.  

«Пропал товар». – Скривилась девушка, слыша, как хлюпает кровь на тючки. Она шагнула в сторону готовая к атаке.  

Подмога заметно струхнула. Бандиты застыли на месте, растерянно бегая взглядами, то к умелой наёмнице, то к подельнику, застрявшему в телеге с рассечённым горлом.  

Решали, что делать, не долго.  

Она хлёстко смахнула кровь с клинка в след убегающей подмоге. Меч спрятался за пояс, а ладони обняли лезвия двух метательных ножей.  

Первый настиг бандита у подлесья, вонзившись в сердце со спины. А второй, едва не упустил врага в густой листве, но тут же исправился, вонзившись в шею сзади. Разбойник зашатался и на бегу врезался в дерево. От удара нож прошёл насквозь и приколол его к стволу. Разбойник вырвался из плена, но увеличив рану, рухнул навзничь.  

*  

У крайней к подлесью телеге разгорался нешуточный бой. Прорезанный тент не пускал угловатый сундук в руки двух хитрых бандитов. И те, не желая мириться с судьбой, отбили замок и стали бойко пихать по карманам какое-то блестящее добро.  

– Тащите в лес вместе с телегой. – Хмыкнула Хельдин у них за спиной.  

– Спасибо за совет. – Сплюнул под ноги ближний к ней бандит и кинулся на девушку.  

Хельдин увернулась, упав на колени и закружившись на отворотах высоких сапог, подсекла кинжалом ногу трепачу. Сделав короткий шаг, с колена на колено, она докружилась до второго и всадила клинок ему сверху в сапог, чуть выше пальцев. Разбойник согнулся от боли и тут же захрипел, когда кинжал встающей на ноги охотницы рассёк ему горло. Он прижал ладонью рану, и шагнув вперёд упал в траву.  

– Не надо было жадничать. – Бросила Хель говорливому разбойнику, ударом ноги возвращая того на колени. И тут же всем весом обрушилась сверху, как жалом вонзаясь до лёгкого через ключицу. Трепач тяжело захрипел и с удивлением и страхом обернулся на девчонку. Та же, вырвала клинок, и он мешком опал к её ногам.  

Бой был завершён. Остатки шайки разбежались в лес, оставив своих мёртвых у повозок. Она вернула оружие в ножны, но вдруг замерла.  

Впереди, за кольцом баррикад ей послышался скрежет металла. Слишком знакомый, что б Хельдин расслабилась вновь. Охотница вынула нож для метания и устремилась на звуки борьбы.  

Юный разбойник в конец измотал наёмника новой охраны. Ловко выбив шестопёр из рук, юноша толкнул того на землю явно отработанным движением ноги. А следующим, он уберёг себя от метательной стали. Он ударил в землю сапогом и засыпал побеждённому глаза. Развернулся, чтобы убежать, но новый враг закрыл ему дорогу.  

Изумрудный внимательный взгляд потрошил молодого бандита. Ещё бы. Ведь он один владел мечом среди разбойников. Притом так умело, не глядя на возраст.  

Юноше хватило ума опознать необычного воина. Его прошиб холодный пот.  

«Бежать! » – Застучало в висках. – «Только бежать! »  

Залихватский свист ударил в уши. Кольцо наёмников стало сжиматься петлёй палача.  

Охотница театрально отсалютовала разбойнику мечом вызывая того на дуэль, чем породила волну кровожадного шума смотрящих.  

Выбравшиеся из плена телег караванщики жаждали мести за тот страх, что натерпелись за оба нападения. Чего говорить о наёмниках, утаскивающих с импровизированной арены своего соратника, без устали трущего глаза.  

Хель плавно двинулась вперёд, заставив юношу встать в стойку и нанесла, словно на пробу, свой первый удар.  

Она двигалась с легкостью и грацией охотящейся кошки. Кучерявый рыжий хвост её волос метался, словно пламя на ветру. Взгляд охотницы изучал юного фехтовальщика, пока быстрый тёмный клинок вспарывал воздух.  

Его умений явно не хватало, чтобы заставить её волноваться. Охотница легко двигалась, мягко пробуя его на прочность то справа, то слева, то испытывая ложным выпадом.  

Парень шаг за шагом отступал, пытаясь огрызаться редкими ударами. Ещё чуть-чуть, и он бы врезался в тележный борт. Он едва отразил очередной выпад и постарался достать ее замахом, переходя в оборону.  

«Отгоню её широким взмахом. Прыгну под телегу». – Вспыхнула последняя надежда в голове. – «Если сразу не пристрелят, убегу». – Парень нервно выдохнул и чуть не пропустил удар.  

Но Рысь, уж вдоволь наигралась с мышью. Её атаки стали быстрее, выпады – опаснее. Рыжая стала наращивать темп, что вконец измотало противника. Бой близился к концу.  

Она заставила парнишку ошибиться, почти играючи его разоружив. Ударом ноги повалила его на колени и тут же замахнулась фухтелем меча, чтоб не убить, а оглушить врага, но…  

Оружие Хельдин на миг завязло в воздухе, как в мягкой древесине, у самой головы её врага. Затем отскочило с такой неожиданной силой, что опрокинуло охотницу на спину. Все люди замерли, а парень, мгновение назад уже смирившийся с судьбой, вскочил, хромая на ногу и подхватив свой меч, стал ковылять к подлесью, отгоняя от себя врагов оружием с растерянным лицом.  

«Стихийное проявление магии». – Пронеслось в голове у охотницы, рывком встающей со спины на ноги. – «И дают же боги милость дуракам».  

– Остановись и сдайся! – Повелительным тоном приказала охотница парню. – Брось меч, и я гарантирую тебе честный суд!  

Он неуклонно хромал прямо к лесу, всё так же тыкая по сторонам мечом.  

– Воля твоя. – Она резко выбросила руку открытой ладонью вперёд, заставляя юношу ударом магической силы перелететь через себя, роняя оружие наземь. Он больно приземлился на колени. Зажал уши ладонями, пытаясь унять страшный шум в голове, и стал раскачиваться словно маятник.  

– Убей ублюдка! – Прозвучал мерзкий голос в метре от юноши, словно из-под воды. Перед глазами всё плыло и тошнотворно рябило.  

– Убей! – Поддержал его другой, дрожащий злобой голос. – На кой возиться с этой мразью?!  

– Нет. – Спокойно возразил им женский голос. – Я его арестую.  

Юноша поднял глаза, чтобы посмотреть на благодетеля, но увидел приближающуюся к нему маленькую женскую руку, и ощутив её тёплое, почти ласковое прикосновение к виску, тут же погрузился во тьму.  

***  

Его уже порядком мутило от беспрестанной тряски на возу, а может и от последствия удара. Юноша дёрнулся вверх, пытаясь приподняться, но упал, больно стукнувшись головой. Очнувшись, он сильно испугался парализации тела, но полностью придя в сознание, понял, что просто связан и от долгого лежания затёк.  

Примерно с час он ворочался, возвращая подвижность. И вот теперь, спустя пять болезненных попыток подняться, таки смог закрепиться у борта телеги.  

С удивлением пленник увидел, что рыжая идёт с повозкой вровень, являясь его конвоиром. Причём идёт не просто так.  

Мало того, что она шла пешком, в то время как остальные были на возах или верхом. Так ещё и умудрялась, с интервалом в пару шагов, приседать то на левой, то на правой ноге опираясь на длинную палку.  

Никто из попутчиков не придавал, по крайней мере, открытого значения происходящему, что показалось пареньку особенно забавным. Он, не сдержавшись, хихикнул и тут же пожалел об этом, получив откат в затылок болью вчерашнего удара.  

– Ты жив лишь потому, что никого не погубил. – Бросила она, не обернувшись. – Но не обольщайся. Ты напал на торговый обоз. Двух охранников ранил и третьего чуть не убил.  

– Я не собирался его убивать. – Почти прорычал юноша, вспоминая вчерашние события.  

– Наверняка и грабить нас не собирался. Так, – Выдохнула девушка, приседая на левой ноге. – просто мимо проходил. Грибы искал, наверное. – Предположила она, поднимаясь. – А мечом, понятное дело, листья с грибов убирал.  

Он смолчал.  

– Ну, – Опираясь на палку, она опустилась на правую ногу. – так в суде и расскажешь. Местные законники обожают такие истории. Судью до слёз проймёт.  

– Я хочу в туалет. – Процедил парень, уязвлённый своей временной беспомощностью.  

Рыжая как будто не услышала.  

– Ты где фехтовать научился?  

– Где надо. – Прошипел пленник.  

– А меч, откуда он? С виду, казённый. Ты в дружине служил? Не рановато оружием махать? Тебе сколько лет?  

– Много. Я в туалет хочу! – Не выдержал парень.  

– На вид, так шестнадцать. – Продолжила рассуждать охотница. – Меч, небось, украл или с тела наёмника гильдейского взял – это ясно. Но где им владеть научился?  

– Мне не шестнадцать! – Выпалил юноша. – Мне почти восемнадцать! Я рос при городской рати и фехтовать меня учил сам сотник Халик!  

«Я так и думала». – Ухмыльнулась охотница мыслям.  

– Так, он уже сотник? – Удивилась она. – Растёт мужик.  

– А ты… его откуда знаешь? – Опешил пленник.  

– Он в фехтовальном турнире участвовал. Хороший воин. Правильно повысили.  

– Что, он тебя победил?  

– Я не принимала участия.  

– Побоялась? – Снова съязвил юноша в попытке уесть конвоира.  

– Охотникам нельзя. – C сожалением, не замечая подколок, выдохнула девушка. – Правило ордена. А жаль весьма. Там приз был в целый золотой. А про мои умения ты знаешь. – Улыбнулась ему конвоир.  

Парень, аж, зубами скрипнул.  

– Ты ж вроде, в туалет хотел? – Преувеличенно обеспокоилась охотница.  

– И сейчас хочу. – Пробурчал он в ответ.  

– Так это, давай, не стесняйся. Кого тебе стесняться? Ты вон, какой грозный да бойкий! А что мокрым приедешь, так и что с того? Туда и не такими приезжают.  

Парень что-то пробурчал и отвернулся, но Хель уже дала вознице знак остановиться.  

***  

– Смотрите, как бережно. – Сочился ядом юноша, глядя как охотница распутывает узел. – Я думал, что вспорешь ножом.  

– Зачем? – Удивилась она. – В хозяйстве всё сгодится. Вдруг коня придётся спутать, аль козла какого.  

Парень сразу же спрыгнул с телеги, как только с него сползла верёвка, но ноги подвели. Он едва не грохнулся на землю, если б не поддержка конвоира. Он привалился на тележный борт и резко вырвал руку.  

– Я просто хотела помочь. – Вскинула бровки охотница.  

– Не надо мне…! – Злобно бросил парень. – …Помощи. Ты, это…  

– Чего «это»?  

– Со мной пойдёшь, али как? – На показ расхрабрился парнишка, задрав подбородок.  

– Ещё чего! – Рассмеялась она. – А сам, никак, не справишься?  

– А коли сбегу? – Прищурился пленник.  

– Беги. – Пожала девушка плечами. – Но боюсь, тебя совесть настигнет. Иди, давай, время не ждёт.  

Парень, недоверчиво озираясь, заковылял к деревьям и с шумом скрылся в зарослях. Хельдин сорвала травинку, и закусив в зубах, облокотилась на опущенный тележный борт.  

– А-ай! – Вскоре послышался крик из кустов. – А-а, зараза. Больно!  

Возница вопросительно глянул на охотницу, но та даже не шелохнулась.  

– Что?! – Прокричала Хельдин за спину. – Тебя совесть настигла?! Так скоро?! Выходит, ты порядочный человек! А нет, так ещё пробегись!  

– Ведьма. – Тяжело дыша и опершись рукой на дерево, из зарослей вынырнул парень.  

– Что есть, то есть. – Развела руками девушка. – Хоть не обмочился-то?  

– Короста. – Выдавил он из себя, взбираясь на телегу.  

– Не-е, – Протянула охотница. – всё таки ведьма. А то как-то обидно звучит.  

– Зачем ты вообще меня связывала, если вот так вот могла?  

– Да стану я зря магию тратить. – Фыркнула рыжая.  

Парень сложил руки под верёвку, но Хель лишь отмахнулась.  

– Сиди. – Бросила она. – Там, сзади тебя фляга с водой и немного еды.  

Пленник тут же кинулся к небольшому мешку. Достал флягу и надолго приник к её горлышку.  

– Тебя хоть, как зовут? – Спросила она, прикрываясь от солнца рукой.  

– Лирик. – Бросил он, отрываясь от фляги. – А тебя?  

– Хельдин. – Немного помедлив, открылась охотница. – Как нога? Смотрю, не хромаешь.  

Парень не ответил, отдавшись поискам хлеба в мешке.  

– И чего ты с этой мелкой мразью возишься? – Гаст подогнал коня ближе к телеге и навис грозной тенью нал Хельдин. – Зарубили б, как других, и в яму. Никто бы не расстроился. – Отёр он пот засаленным платком.  

– Чего-то ты в бою таким ретивым не был. – Поддел его Лирик, смотря снизу вверх с телеги на седока. – Я помню тебя на возу с арбалетом, а не с мечом на земле.  

– Ах ты тварь! – Замахнулся плетью наёмник, но палка Хельдин упредила возможный удар.  

Парень же, не дрогнул и не увернулся.  

– Я поймала преступника-мага. – Стальным тоном расставила точки охотница. – Мне и судьбу его вершить. Суд в Кирате – вот мой выбор. А те, что в яму полегли, убиты мной в бою.  

– Не ты одна там убивала. – Гневно бросил под седло наёмник.  

– Не спорю. – Серьёзно посмотрела в глаза Гасту охотница. – Но этот разбойник – добыча моя.  

Наёмник нервно подстегнул коня, и сорвавшись с места, поднял клубы пыли.  

Лирик хотел было, что-нибудь ляпнуть вдогонь, но вовремя смолчал, поймав на себе тяжёлый взгляд конвоира. Он вновь опрокинул флягу с водой и принялся за хлеб, а девушка снова присела.  

***  

Длинная цепь караванных повозок медленно подъезжала к последнему месту ночёвки на долгом пути. Силуэт Кряжани, большой деревни, что обхватила тракт, вырисовывался всё отчётливей, неуклонно наползая с горизонта. И ветер уже доносил до ушей охотницы собачий лай и гусиный гомон.  

Она сидела на козлах подле возницы, коротая своё путешествие лёгкой беседой.  

– Ну вот, почти приехали. – Облегчённо произнёс возница, глядя на изменчивый горизонт. – Теперь уже в покое отдохнём. Так близко к городу никто напасть не смеет. Да и раненых подлечим. Здесь наверняка найдётся лекарь, а то и целитель.  

– Лекарь есть, уж точно. – Подтвердила девушка. – Да и травница знатная. Я в том году гостила у неё. Мы вместе травы собирали. Дипломированный специалист. – Заверила она.  

– Госпожа... – Несмело начал собеседник. – Не подумайте, что не в своё дело влезаю, но всё же…  

– Да спрашивай уже. – Улыбнулась рыжая.  

– А колдовать не больно?  

– Больно? – Удивилась охотница. – С чего бы?  

– Ну, через вас же такая сила проходит. – Восхитился он. – Я когда за возом прятался… – Смутился мужчина. – То видел, как бандиты, будто щепки вспыхнули. Вот, я и решил, что огонь…  

– Колдовать не больно, но тяжело. Это как мешок с зерном из амбара на воз отнести.  

За их спинами раздался ехидный смешок.  

– А как, – Снова замялся возница. – вы эту, магию творите?  

– А и правда? – Обернулась охотница к пленнику, нахально разлегшемуся на тюках. – Как ты это делаешь?  

– Как надо, так и делаю. – Огрызнулся тот и задрал подбородок.  

– Это происходит стихийно или осмысленно?  

Магия в парне была, но протекала в его теле хаотично, маленькими ручейками. Совсем как у учеников Магика на первом курсе обучения. У опытных магов, как Хельдин, магия повторяла контуры тела, равномерно заполняя его силой, и вращаясь резервом по ауре.  

– Стихийно? – Удивился Лирик. – А причём тут стихи?  

– Ты своей волей колдуешь, или само получается? – Пояснила она.  

– А тебе то что, боишься? – Опасно сощурился парень.  

– Значит стихийно. – Спокойно отметила девушка. – Твоё вчерашнее спасение, такого раньше не случалось верно? И не ври. – Прищурилась Хельдин.  

– Такое… впервые. – Признался с неохотой Лирик.  

– А есть что-то ещё?  

– Кое-чего я и сам делать могу. – Пробурчал исподлобья обиженный пленник.  

– Видать, немного. – Она заставила поёжиться взглядом. – Иначе в бою применил бы.  

– А скажи мне, молодой прекрасный воин. – Карикатурно всплеснула руками охотница. – Как часто тебя головные боли мучают? Кровь носом идёт? Или вовсе ты сознание теряешь? А может слабость беспричинная навалится, заставив ноги не держать, а руки трястись, как у пьяницы?  

Юноша заметно напрягся и сел, выпрямив спину и подавшись вперёд.  

– Не всё так просто, что легко даётся. – Вздохнула девушка, переводя глаза на парня. – Магия – это сила, которой нужен контроль. Умение ей управлять. – Пояснила немой вопрос в глазах не только юноши, но и возницы. – Ты никогда не думал, почему магов самоучек так мало? Почему родители своих ещё маленьких детей приводят к ведунам? Почему хотят знать, что их любимое чадо является магом?  

– Магия – это сила. – Вновь повторила она. – Сила, способная убивать. И прежде всего… – Указала она пальцем на Лирика. – …Тебя самого. Нужны тренировки и знания, чтобы обуздать её, научиться с ней жить. Иначе она найдёт способ себя проявить, как правило, на тебе самом. Ты тяжело заболеешь и умрёшь. Или пострадают твои близкие.  

– Это вы, как есть, подметили. – Решил блеснуть знаниями и возница. – В семье моего старшего брата родился, значит, третий сын. Мальчонок рос болезненным и хилым. Вот лекарка местная и отправила его родителей к ведунье в город, а та как есть увидела в нём силу, магию значится. – Хе-х. – Ухмыльнулся в ус мужчина. – И вот бывает же, скажите мне, такое. Магов рождается мало по свету, а в нашем роду теперь есть.  

– И что теперь с вашим племянником? – Полюбопытствовала девушка.  

– Его, по началу, владеть своей силой ведунья учила. Ну, знаете, воду в тазике гонять, еду в руках разогревать. И ребёнку то радость была, и болеть мальчишка перестал. А потом его эта же тётка, ну ведунья, посоветовала в Магик на научение отправить, как возраст ему подошёл. Он уже там года два как науку магии проходит. Весь хутор им гордится.  

– А почему тебя родители к ведунье не сводили? – Обернулась охотница к юноше. – Явно, что твои способности не вчера появились. Да ещё так сильно.  

– Не твоё собачье дело. – Огрызнулся парень, отсаживаясь поодаль от козел возницы, показательно подставив взгляду девушки спину и делая вид, что устраивает себе лежак по удобнее.  

– Ну не моё, так не моё. – Безразлично пожала плечами охотница. – Я попрошу, что бы к тебе в тюрьму ведуна направили. Чтобы ты раньше срока наказательного не преставился.  

– Спасибо большое. – Пробурчал он, устраиваясь на тюках.  

– А вообще, в тебя есть неплохие задатки. – Стала рассуждать она, опершись локтями о спинку лавки. – Ты неплохо фехтуешь. А если в рати вырос, коль не врёшь…  

– Не вру. – С недоверием, но интересом отозвался парень.  

– Во-от. Значит, не боишься дисциплины. Маг от рождения. Не убийца. С виду, не дурак… В Магик бы пришёл, а там кто знает.  

– Чего? – Подал наглый голос Лирик. – В охотники бы взяли?  

– Если испытание прошёл, то почему бы нет. А не по лесу с небритыми рожами шастал. – Менторским тоном закончила Хельдин.  

Лирик подался вперёд, но сказать ничего не успел.  

– Госпожа охотница, глядите. – Перебил возница разговор.  

Головная телега уже успела утонуть в людском бурлящем омуте. Руки – волнами тянулись к прибывшим, оглушая как прибоем, просьбами и горем.  

Болар, командир защитников каравана, стоял на козлах, возвышаясь над толпой. Его здоровая рука призывала жестами к порядку, но волны было не унять.  

Хельдин рывком соскочила с замедлявшей ход повозки и быстро зашагала к голове каравана.  

Деревенские собаки, добавляющие гомона своим брехливым лаем, кружились вокруг толпы. Атмосфера горя была едва ли не осязаемой и псы, заряженные нервозностью, облаивали всех гостей, опасно скаля зубы. Высокий поджарый вожак с оборванным ухом приметил рыжую уже на подходе и с лаем устремился к ней. Его свита рванула за ним, во всём поддерживая лидера.  

Хель и не подумала замедлиться. Грациозно развернув свою кисть, девушка закончила нехитрый магический пасс движением ладони вдоль земли. Собаки вмиг притихли вслед за лидером, виляющим хвостом. Поджарый серый пёс уткнулся в руку девушки своим сопящим носом и тут же принялся приветливо облизывать ей пальцы.  

«Жаль, что так не выйдет с монстрами». – Грустно улыбнулась девушка, взъерошив холку вожаку.  

Женщины, обступившие телегу всё громче взывали о помощи прибывших. Редкие старики и старухи с совсем уж малыми детьми добавляли шума.  

– Мы готовы вам помочь! – Успокаивал народ наёмник, жестикулируя рукой. – Но, часть моих бойцов, сама сейчас нуждается в уходе. А остальные молодцы окажут вам любую помощь. К тому же… – Перевёл мужчина взгляд на рыжеволосую ведьму, приближающуюся к месту сбора. – …Нас сопровождает охотник.  

– Госпожа Хельдин! – Возликовали люди, кидаясь к знакомой охотнице с глазами полными надежды. – Помогите в беде! – Наперебой заголосили бабы. – Пропали наши детки! Уволокли их чудища проклятые! Спасите…  

– Молчать! – Рявкнула охотница, выставив ладонь. – Говорите по одной и по делу! Каждое лишнее слово может разменяться с чьей-то жизнью!  

Бабы умолкли, устыдившись собственной паники, но ни одна не решалась начать разговор. Их заплаканные, опухшие глаза говорили сами за себя.  

Хельдин окинула взглядом собравшихся, дабы высмотреть самую вменяемую женщину, чтобы узнать все подробности трагедии. И в проёме узких плеч внезапно увидала русую шевелюру, быстро приближающуюся к толпе.  

– Рина! – Махнула охотница рукой знакомой травнице. – Я рада нашей встрече. Жаль, только обстоятельства не те. Скажи хоть ты, нормально, что здесь происходит.  

– Здравствуй, Хель. – Гаррина обняла в ответ подругу и отвела в сторонку.  

Впрочем, стайка баб не отпускала девушек из поля зрения. И периодически подшагивала к говорящим на дистанцию уха.  

– Хелли, беда. – Начала травница. – Не можем с обеда детей разыскать. Местные мужчины часто зверя промышляли и теперь в округе даже зайца не найти. Дети на холмы за земляникой стали без страха ходить. А то и вовсе убегали в лес за ежевикой. Но всё обыскали, а их нигде нет. Никакого водоёма рядом тоже не имеется. Выходит, и идти им больше некуда.  

Хельдин потянула её за рукав, увлекая за собой, и обе быстро зашагали в сторону вещей охотницы, лежащих на повозке.  

– Сколько пропало? – Быстро спросила охотница.  

– Одиннадцать.  

– Ого! – В голос удивилась Хель.  

– Вот то-то и оно.  

– Я так понимаю, мужики на поиски пошли?  

– Да, их староста собрал и в лес увёл.  

– Им бы лучше поскорее вернуться. Одиннадцать детей, это много. Вероятно, здесь логово каких-то стайных монстров. Если так, то спасатели жертвами станут.  

– Тебе видней. – Обеспокоенно ответила подруга, глядя, как охотница привязывает к поясу ножны с коротким мечом.  

– Я тоже ходила искать… – Зная реакцию Хельдин, осторожно начала она.  

– Что нашла? – Неожиданно спокойно отозвалась та, пристёгивая к ноге кожаный доспех, служивший защитой для внутренней поверхности бедра.  

– Там, на одной из ягодных полянок, я нашла следы борьбы. Трава вытоптана и местами вырвана когтями. – Просияла травница в желании помочь. – И ещё там нитки от рубашки нашла на траве. И кровь. – Помрачнела девушка. – Немного. Это ведь хорошо, что немного?  

– Следы когтей большие? – Накинула охотница ремень от сумки на доспех.  

– Одни большие, во! – Показала травница руку. – Чуть больше ладони моей. А рядом маленькие. Странно. Они что, своих щенков охоте учат?  

– Может и так. – Кивнула девушка подруге и обе двинулись обратно. – А может передние лапы у тварей большие, а задние мелкие.  

– Ты уже знаешь кто это?  

– Предполагаю. Следы всё прояснят. – Ответила охотница и её серьёзное лицо стало непроницаемым.  

– Что там случилось? – Лирик спрыгнул с телеги и встал перед ними.  

– Лезь обратно и с телеги не нагой! – Рявкнула рыжая, испепеляя юношу взглядом. – Коль станешь дурить, опять магией врежу!  

– Да и ладно! – Махнул он рукой, пытаясь казаться не впечатлённым тирадой конвоира, однако быстро залез на телегу и умолк.  

– Это, кто ещё такой? – Через плечо взглянула Рина.  

– Разбойник. К тому же опасный. – Предупредила Хель. – Не подходи к нему и не говори, пусть он хоть в конвульсиях бьётся. Ты поняла меня?  

– Но я же… – Лекарь попыталась возразить.  

– Ты поняла меня? – Хельдин остановила Рину за руку и пристально уставилась в глаза.  

– Ладно. – Немного оторопев, ответила русая.  

– Хорошо. – Улыбнулась подруге охотница и обернулась к толпе.  

– Я начинаю поиски! – Другие голоса стали стихать. – Когда вернуться мужики, скажите, чтобы оставались дома. В лес не ногой – это орденский приказ!  

– Где ты видела следы? – Хельдин обернулась к Рине.  

– В лесу на поляне, я покажу! – Ринулась в дорогу травница, но тут же была остановлена твёрдой рукой.  

– Достаточно и направления. – Осадила Хель.  

– Но я же… ты… – Растерялась она.  

– Но я же охотница. – Отчеканила Хельдин. – А ты – травница. Ты сюда мольнер приехала собирать, потому что здесь он хорошо растёт. Диплом травоведа тебя воином не сделал. Ты чем вообще соображала, когда по поляне скакала в поисках следов? – Праведно обозлилась рыжая. – Ты монстров решила одуванчиками насмерть задуть?  

– У меня был нож. Я его в яде смочила. И отвар из ярьки и помела. – Оправдывалась Рина. – И вообще… – Одёрнула руку охотницы девушка. – Я хотела помочь!  

– Ты и помогла. – Примирительно заверила Хель. – Но видят Боги, Рина! Ещё раз выкинешь такое, стукну по башке.  

***  

Она присела у какого-то колючего куста, оценивая обстановку. Следы привели её сюда, к провалу в горе, из которого доносились тявкающие звуки. Хельдин затаилась за укрытием.  

Два молодых, ещё белых иргата выпали из тёмного провала и продолжили играть на траве. За ними показался и самец.  

Крупные мышцы на солнце залоснились угольной шерстью. Его непропорциональные большие передние лапы делали спину почти прямой, как у человека, заставляя короткие задние, неуклюже сновать по земле.  

«Крупная сволочь». – Сжала губы охотница, глядя на явного лидера стаи. – «Надо бы учебник обновить. Обычно иргаты не выше семилетнего ребёнка вырастают, и то лишь самцы. А этот, в половину моей лошади».  

Из-за великана юркнули на воздух несколько самцов помельче, подтверждая догадку охотницы. Пара коричневых самок вывела небольшой выводок молочно пушистых щенят.  

В полумраке или тумане этих редких тварей люди часто принимают за потерявшихся детей и подходят достаточно близко, чтобы увидеть их вытянутую хищную пасть. Их неуклюжие неспешные движения во время отдыха вмиг сменяются стремительными атаками во время охоты. Иргат хватает добычу передними лапами, почти как человек, и рвёт зубами.  

Эти монстры всеядны. Но на одной растительной пище, заметно хиреют. Неплохо могут лазать по деревьям, разоряя гнёзда и ловя самих птиц. Добывают рыбу, как медведи. Но основа рациона – это мясо. И охотятся иргаты крайне мерзко.  

Стараясь не убивать свою жертву до срока, монстры приносят её в своё логово в лапах. Работая стаей, иргаты могут забить «кладовую» живыми консервами, поедая пленных по надобности стаи.  

Этим умением твари обязаны магу, Керантису. Тот этих ублюдков и вывел, скрещивая магией собак, обезьян и не пойми кого. Полу-разумную охрану выводил. Что бы они воров, посягнувших на его великие труды, не разрывали, как обычные собаки, а брали натурально в плен. На долгую потеху сбрендившему мастеру.  

«Природу монстра не исправить. Эти в еде не нуждаются. Детей похитили с утра, так что есть все основания предполагать, что они ещё живы. Ранены, но живы. Пусть и не в…» – На лице Хельдин заиграли желваки.  

«Деревенские, когда на промысел ходили, сами же дичь от деревни к иргатам сгоняли. Стая отъедалась и росла. Дети, наверно, попались случайно. Но монстры всё равно бы стали скоро нападать на крестьян прямо в полях. Дай только срок».  

«Иргаты опасные твари. На такую стаю нужно пару охотников. При других обстоятельствах, я бы позвала магией соратника на помощь. Но время… Расскажу Гаррине, что узнала и если не справлюсь с работой, тогда она уже на помощь позовёт».  

«Мне отряд хотя бы небольшой или напарником мага какого…»  

Ответ и сам упал ей прямо в руки. Охотница быстро прикинула варианты и невольно поморщилась.  

«Нужно с Гастом обсудить. У него хорошие бойцы. Такая помощь мне не помешает, ну а если нет…»  

Огромный вожак двумя ударами разнял грызущихся щенков. Те громко завизжали и спрятались в логове. Самец издал тявкающий звук, и вся ватага скрылась в темноте. Великан ещё немного постоял у входа, зорко озираясь, а с его морды то и дело капала мелкими каплями свежая кровь.  

Охотница почти бесшумно ринулась с места, как только чернорылый спрятался в провале. И подныривая под неуступчивые ветви, побежала в сторону деревни.  

***  

– Их порядка двадцати, может и немного больше. Точнее сказать не могу. – Излагала охотница старшему наёмнику.  

Гаст молча смотрел себе под ноги, внимая информацию с выправкой солдата на параде. Его команда, переглядываясь меж собой, стояла в стороне и не встревала, ожидая слова командира.  

– Говоришь, дети ещё живы? – Он поднял на неё глаза.  

– Утверждать не могу. Лично детей я не видела. Но мои знания и чтение следов на месте похищения позволили сделать этот вывод.  

– Хм. – Хмыкнул старший, стрельнув глазами на ребят Болара, стоящих поодаль у нагруженных товарами телег.  

– Их и так осталось мало. – Проследила его взгляд охотница. – На ногах и вовсе двое, остальные у травницы лежат.  

– Но утверждать ты не можешь. – Вновь принялся сверлить её глазами Гаст.  

– Вам заплатит староста, ручаюсь. Да и люди сверх того вам в благодарности подкинут. Я лично отпишу бумагу о вашей помощи ордену. А ты знаешь, как она вам цену поднимает.  

– Знаю. – Тяжело выдохнул наёмник.  

– Не трать моё время, ища оправданий отказу. – Положила руку на эфес меча охотница. – Мне нужен твой ответ и прямо сейчас.  

– Я не могу так рисковать своим отрядом. – Начал Гаст. – С монстрами мы никогда не сражались. Да и караван не дове… – Хотел продолжить оправдательную речь наёмник, но Хель уже обернулась на пятках и быстро зашагала проч.  

– Охотница! – Окликнул вслед наёмник. – Удачи!  

Девушка кивнула ему через плечо и поспешила к головной телеге. Забрала меч пленённого бандита. Закинула на плечо стёганный доспех одного из раненных наёмников Болара и быстро направилась к Лирику.  

– Это твой последний шанс. – Охотница пассом порвала заклятие поводка, не дающего отойти далеко от распряжённой телеги. – Держи! – Бросила она ножны в сторону парня, расслабленно сидящего с краю открытого бортика. Тот их поймал на лету. – Я даю тебе возможность стать свободным человеком. Сможешь делом искупить свою вину.  

Девушка закинула на борт соседней телеги свои перемётные сумки, и живо шаря по карманам, принялась всё быстрей перекладывать маленькие глиняные флакончики в наплечную сумку. Лирик наблюдал за нею молча.  

– Поможешь одолеть мне стаю монстров, а я замолвлю слово на суде.  

– Подождать до шибеницы или сразу к монстрам в пасть. Так тяжело решить… – Скривился пленник.  

– Эти твари схватили детей. Мне нужна твоя помощь. – Посмотрела охотница парню в глаза. – Но им она нужна куда сильнее.  

С его лица сошло показное нахальство. Ножны примкнули к временно осиротевшему поясу, и юноша заметно приосанился.  

– Веди. – Коротко ответил он.  

– Но знай. – Продолжила она холодным тоном. – Если вздумаешь бежать или напасть, убью на месте. Я говорю – ты исполняешь. Ни вопросов, ни возражений. Дурить начнёшь…  

–…и ты меня убьёшь. – Закончил Лирик, посмотрев в глаза Хельдин.  

– Рада, что ты понял. На, накинь.  

В руки молодому воину упала стёганная куртка. Лирик накинул свой новый доспех и застегнул под горло. Она затянула на сумке ремни, и кивнув в сторону цели, пропала в листве. Юноша невольно ухмыльнулся, и завязав последнюю манжету, растаял в листве в след за ней.  

***  

Хель прибежала первой. Мягко опустилась на колено, положив сумку у ног. Прильнула к дереву и стала всматриваться в темноту провала, слушая едва уловимые звуки, доносящиеся из глубины.  

Спустя несколько ударов успокоившегося сердца, рядом оказался Лирик. Юноша едва держался на ногах и пыхтел, отдуваясь раскрасневшимся лицом. Он сел рядом на колени, пытаясь отдышаться.  

Охотница наглядно показала, как быстро вернуть дыхание в норму и Лирик повторив за ней, обрёл возможность говорить.  

– Ты почти не отставал. – Открыла сумку девушка. – Не врал о ратной подготовке.  

– Зачем об этом врать? – Обиделся он. – Нас там ещё не так гоняли.  

– Да уж, не так. – Улыбнулась рыжая. – Выпей. – Протянула она парню глиняный сосудик с зелёной ленточкой.  

– Что это? – С недоверием уставился Лирик.  

– Это вопрос? – Жёстко осадила Хельдин. – Пей-давай!  

Он принял сосуд и дёрнул за ленточку. Крышка отпала, приклеившись к ленте, и парень залпом выпил содержимое.  

– У-у. – Удивился Лирик, отдавая обратно сосуд. – Оно же на спирту.  

– Угу. Оздоровительное снадобье. – Снова улыбнулась Хель. – Теперь ты стал проворней и сильней. С умом используй это преимущество.  

Юноша хотел взять под козырёк, скрывая за бравадой свои нервы, но больно получив по руке, присмирел.  

Он поздоровел лицом и стал дышать заметно легче. И так воодушевился от действия волшебного питья, что буквально светился решимостью.  

Хель не стала говорить, что эликсир из коры гарата, соцветия ольматы и корня какли лишь взбодрили организм, облегчая работу лёгких и снимая с мышц усталость при нагрузке.  

Но это надо было видеть!  

– Работаем двойкой. – Стала объяснять охотница.  

– Ты атакуешь – я защищаю. – Продолжил Лирик. – Я ж сказал, обучен фехтованию.  

Охотница кивнула, сэкономив драгоценное время. Откинула полу наплечной сумки и достала ещё два глиняных сосудика.  

– Это, – Отдала в руки юноши первый сосуд с красной ленточкой. – остановит кровь. Зажми рукав зубами и плесни на рану. Но не много. А то потеряешь сознание от боли. А это, крайний случай. – Белая ленточка скользнула по пальцам помощника. – Вытяжка сальмики. Если в угол зажмут, воздух глотни, как при нырянии в воду, кинь его под ноги и беги.  

– А это? – Лирик внимательно глянул на новый возникший сосуд в руках у девушки.  

– Этот, в карман не клади. Когда я скроюсь в провале, закрой глаза и выпей залпом. Досчитай до ста…  

– Я не смогу. – Потупился юноша. – Только до тридцати.  

– Досчитай до тридцати. Но только четыре раза. Затем войди в провал и там открой глаза. Не на свету. – Зажала его пальцы своими охотница, передавая сосуд. – Откроешь на свету – ослепнешь.  

Лирик бережно принял сосуд и аккуратно положил рядом с собой.  

– Ты такой же выпьешь? – Осторожно спросил он охотницу.  

– Этот у меня последний. Обойдусь заклинанием. – Хель притянула ремень, и сумка плотно закрепилась на пояснице. – Перед тем, как укусить. – Она начала инструктаж. – Иргат хватает свою жертву передними крупными лапами. Избегай этой первой атаки и бей им по лапам в ответ. Больше полагайся на остриё меча. Коли им в пасть и по глазам.  

Парень обнажил одноручный меч и откинул ножны себе под ноги. Лицо его было спокойным, но вот руки едва заметно подрагивали.  

– Ну? – Кивнула Хель помощнику. – Готов?  

– Да не то что бы…, но не вертать же назад? – Неловко улыбнулся парень и повторил за нею жест.  

***  

Охотница бесшумно растаяла в темном проёме. Помощник досчитал до тридцати последний раз и открыл глаза уже внутри. В глубине перед ним стал неохотно рассеиваться мрак, открывая неровные стены пещеры. Парень часто заморгал, пытаясь свыкнуться с чувствительностью зрения.  

Нос учуял запах свежей крови, когда под ногами зачавкала вязкая грязь. В двух шагах от него неподвижно лежали две туши, покрытые серо-коричневой шерстью. Лирик поморщился и двинулся вглубь.  

Стены искажённым эхом отражали далёкое копошение тварей. Собственное дыхание показалось ему шумным. Сердце Лирика заколотилось, а рукоять меча, обернутая кожей, заскрипела под захватом.  

Пройдя несколько шагов, парень остановился у поворота, ведущего налево. Он прислонился к стене и попытался выглянуть из-за угла.  

Но тут под его ноги подкатилось нечто круглое и окруженное белёсой пышной шёрсткой. Лирик присел, дабы разглядеть сей сувенир судьбы и тут же непроизвольно сглотнул, увидев чёрные глазёнки, уставившиеся прямо на него. Маленькая пасть детёныша иргата ещё продолжала похлопывать беззубым оскалом в сторону помощника охотницы.  

За поворотом послышались тихие звуки борьбы. Лирик приготовился к атаке и осторожно вышел в коридор.  

Тварь, прижатая к земле охотницей, ещё дышала. Её лапы бессильно царапали каменный пол. Но хруст шейных позвонков под коленом девушки прервал старания иргата.  

Хельдин обернулась, и парень обомлел, непроизвольно отшатнувшись назад. Её сидящий силуэт, с бликами горящих глаз, смахивал на беса. Девушка кивком позвала следовать за ней и беззвучно ускользнула вглубь. Лирик переступил через тушу лежащего монстра и невольно поёжился.  

Спустя пару коротких шагов она внезапно ухватила его за руку и заставила присесть возле себя. Хельдин мягко отцепила его кисть от рукояти меча и стала направлять раскрытую ладонь, водя пальцами по неровностям земли.  

Парень, поначалу растерявшийся, вдруг понял. Под его ладонью будто рисовалась карта передвижений монстров. Хаос глубоких крупных и мелких следов под жестами охотницы обретал смысл.  

Лирик поднял взгляд, впиваясь во тьму, и углядел два чернеющих хода, образующих развилку. Большинство следов вели налево, и стало быть, там их лежанка, на манер человеческой спальни. А вот следы, ведущие направо, показались ему слишком глубокими. Лирик посмотрел на девушку и кивнул направо.  

– Да. – Прошептала Хельдин. – Кладовая. Но дальше без боя мы не пройдём.  

Помощник кивнул на левый провал.  

– Там их лежанка. – Охотница тронула парня за плечо и оба двинулись налево.  

*  

Лежащую вповалку нечисть, внезапно разбудила короткая серия гулких хлопков. Этот необычный звук принёс с собой и едкий неприятный запах. Он резал нос, щипал глаза и рвался внутрь каждого, сейчас, шипящего иргата.  

Один из самцов зарычал, унюхав на другом источник смрада. Маслянистая жидкость лоснилась на боку того, заставив поблёскивать шерсть. Второй привстал и зарычал в ответ. Между самцами завязалась драка. Они шумно сцепились, толкая других по стенам.  

Вопящие иргаты, почти, как обезьяны, запрыгали на месте, осуждая забияк. У стены завязалась ещё одна драка. Вязкая дрянь нашлась и на других боках.  

Поднялся гвалт из тявкающих, ухающих звуков. Испуганные твари, что просто жались по стенам, решили, поскорей, убраться на свободу. К чистому воздуху, тишине и … огню.  

Узкий проход, как водой, затопило бурлящее пламя. Оно схватило тварей за смердящие бока и стало лютовать.  

Объятые пламенем монстры взревели, и принялись носиться по нише в попытке сбежать от огня. Но тот, лишь, разгорался сильнее и при столкновении, перепрыгивал на шерсть собратьев.  

Ещё целые бестии, стали вжиматься в углы и стены по краям пещеры. По началу, сбившись в плотные испуганные группки, они вскоре начали сражаться друг с другом за безопасные места.  

Огонь ревел. Он подступал, шипя свежим мясом собратьев. Оставшейся горстке было уже нечего терять. Они сорвались в пламя и помчались к проходу. К свободе. Но там их поджидала лишь смерть от разящих клинков.  

*  

Лирик обернулся инстинктивно. Его ладонь задрожала, больно уколов подушечки пальцев. Парень выставил руку вперёд и залил проход вспышкой яркого света.  

Иргаты ослепли от боли. Бегущий первым, подвернул большую лапу и заставил рухнуть остальных вслед за собой. Вся атакующая тройка покатилась по проходу к напарникам под лезвия мечей.  

– Они бегут из кладовой! За мной! – Охотница помчалась ко второму ходу.  

Маленькое пламя, горевшее на двух пальцах охотницы, волновалось от движения, но упорно освещало путь напарникам. Проклятый туннель всё никак не хотел завершаться.  

Наконец они примчались к тупику. Естественная ниша открывала просторную залу, в которой сидели, прижавшись друг к другу у стены, сразу несколько иргатов. Косматые сторожа так были перепуганы огнём и криками собратьев, что не сразу поняли, что к ним пришли враги.  

Хельдин, углядев живую горку у стены, с шумом проехалась на подошвах, и развернувшись, с ходу рубанула по ближайшему иргату. Кровь брызнула на морды остальных. Самец, сидевший в центре, пришёл в себя первым. Он оттолкнулся от трупа собрата и с рыком прыгнул на охотницу.  

Та резко отступила, и коротко взмахнув мечом, утопила остриё в животе у иргата. Тварь дёрнулась в полёте и едва не вырвала оружие из рук. Застрявший в брюхе меч свалил охотницу на землю следом за чудовищем. Она наполнила магической силой ладонь и ударом оттолкнула его тело, освобождая меч от груза. Подняла оружие в сторону новой угрозы, но монстр вместо атаки, свалился ей на ногу.  

Бледный юноша нанёс ещё один удар по холке твари, и убедившись, что особь мертва, отпихнул её ногой.  

Хельдин схватилась за предложенную руку и рывком вновь оказалась на ногах. Она поблагодарила Лирика, похлопав по плечу, и обернулась к дальней стенке залы.  

Её зрачки полыхнули зелёным, ловя слабый свет из длинных тонких трещин в потолке. Небольшой живой комок, забившийся в угол от страха, мгновенно распался на нескольких трясущихся детей.  

«Восемь». – Сосчитала она, подойдя к ним ближе. – «Только восемь. Я опоздала».  

Её рука инстинктивно погладила голову ближайшей к ней девочки, но та истерично запищала, не открывая заплаканных глаз.  

– Хельдин. – Окликнул напарник. – Я слышу приближающийся шум. В туннеле ещё…  

– Это вожак. – Прояснила она, поднимаясь на ноги. – Он не один. – Прислушалась Хель. – Скотина, гулял где-то. Везучая тварь. Встань у прохода слева от стены. – Дала указания девушка. – Как только забегут, рази. – На последних словах она прижалась к стене, став почти незаметной.  

Спустя несколько гулких ударов сердца, в «кладовую» ворвались иргаты. Их рассерженный рёв слился с криком напуганных шумом детей.  

Самка иргата рванула вперёд, попытавшись схватить Хель за ноги. Охотница отпрыгнула назад и тут же ответила выпадом. Клинок со звоном выбил жёлтый клык и приколол нижнюю челюсть твари к её же мясистой грудине. Скулёж, переходящий в визг заполнил темноту. Самка дёрнулась назад, и припав на передние лапы, стала жалко отползать по дорожке своей же крови.  

Кисть Хельдин дрогнула напоенная силой. Магический удар встретил самца, напавшего справа из тьмы. Иргата протащило на несколько метров и с гулом впечатало в стену. Она сократила дистанцию и пронзила лежащего монстра мечом.  

Достала клинок, приготовившись снова ударить, но резко уклонилась в бок, и пропорола шею налетевшей сзади самки. Вырвала окровавленный меч, помогая ногой, и разрубила голову встающему самцу.  

Слева от охотницы раздался влажный хруст. Небольшой иргат задёргался на месте, пытаясь удержать равновесие. Его правая лапа валялась на земле, подёргиваясь артериальным давлением. Лирик вогнал клинок почти до самой гарды в тело твари и протащил вперёд, едва не приколов к стене.  

Хель вовремя пригнулась. Удар мощной лапы едва не задел её рыжие волосы, собранные в хвост. Она отступила на шаг, увернувшись от новой атаки. Шагнула вперёд и от левого плеча рубанула вожака по морде.  

Тварь отскочила назад. Забила о землю большими передними лапами. С трудом подняла рассечённые губы и громко заревела, разбрызгивая кровь. Напружинилась. Присела. Сорвалась вперёд.  

Охотница вскинула левую руку и ослепила вожака невероятно яркой вспышкой вырвавшейся из её ладони. Сама, двумя рывками, отскочила в бок. Оттолкнулась ногой от стены и прыгнула на монстра с воздетым оружием.  

Промазала, и вместо шеи, меч вонзился в спину. Вожак взревел, явив огромные клыки. Задёргал головой, пытаясь укусить наездницу. Девушка схватилась за оружие обеими руками. Прижалась к монстру и сдавила ногами бока. Как раз вовремя. Самец взбрыкнул. Хотел скинуть врага, но врезался в стену плечом.  

Хель с трудом подтянулась вперёд и налегла на рукоять всем весом. Вожак захрипел. Поднялся на задние лапы. Потёки крови со спины, поспешили к бокам. Ноги девушки потеряли опору и соскользнули вниз. Она повисла на мече и потянулась ногами к земле. Успела оттолкнуться и взобралась обратно в тот самый момент, как монстр едва не ухватил её за бок клыками. Вцепилась в длинную густую шерсть левой рукой и не без труда закрепилась ногами. Иргат закружился волчком. То брыкался, то пытался стащить её лапой. Хельдин отпустила шерсть и быстро совершила несколько коротких пассов. На пальцах заплясали крошечные молнии. Она оттолкнулась коленями, и обхватив голову чудовища обеими руками, с треском отпустила магический заряд.  

Вожак конвульсивно затрясся. Кровь брызнула охотнице в лицо. Кожа монстра с шипением лопалась под раскалёнными ладонями, а пальцы провалились до влажных костей. Но вожак всё не падал. Булькал, трясся, но стоял, в то время как магический заряд стал иссякать.  

Иргат пришёл в себя быстрее, чем она предполагала. Он зашатался на лапах. Затряс большой овальной головой. Почувствовал вес седока и вновь решил достать её зубами. Закружился. Заплясал. Резко кинулся в бок, чтобы размазать девушку об стену.  

Охотница спрыгнула раньше, но неудачно. Приземлилась на ноги, но инерция отбросила её на стену. Хель ударилась локтем. Затем головой.  

Перед глазами поплыло. Она не помнила, когда и как упала. Рядом зашипел вожак. Он продолжал мотать слепой башкой, и с трудом поднимался на дрожащие лапы. Охотница вздохнула и откатилась в сторону.  

Иргат почти успел подняться, когда меч Лирика нашёл его сустав. Вожак припал на переднюю лапу, но тут же огрызнулся, не дав парнишке достать остриём клинка свою открывшуюся шею. Тот увернулся, но так неудачно запнулся ногой, что шлёпнулся на зад.  

Парень не сводил глаз с монстра, пока вслепую шарил по земле в поисках рукояти обронённого оружия. В туннеле послышались звуки приближения новых врагов. Лирик дёрнулся вправо и схватил… книгу…  

Фолиант лежал рядом с распахнутой сумкой приходящей в сознание девушки. Юноша почувствовал тёплое прикосновение магии к пальцам, и инстинктивно схватил её обеими руками.  

Перед глазами исказился воздух. Покрылся лёгкой пеленой небесного цвета. Время стало замедлять свой бег.  

«Щит… Это щит! » – В голову хлынул поток чужих нескончаемых мыслей. Символы, образы неслись, словно в бурной реке. Он плохо понимал их и действовал интуитивно.  

Огромный монстр пришёл в себя и ринулся на них. Парень словно во сне, протянул руку охотнице, и та ухватившись, смогла укрыться от атаки. Вожак налетел на магический барьер и с гулом врезался в воздух, оставив в аршине от земли кровавый след. Из темноты провала показались несколько уродцев поменьше.  

Удар чудовища отозвался в голове у парня колокольным звоном. Тело спеленала слабость. Кто-то схватил его под руки сзади и потащил к вопящим детям в углу. Воздух задрожал, стал набираться синевой, местами образуя фиолетовые пятна. Нечисть насела на почти осязаемый купол, пытаясь пробить его, будто стекло. При каждом ударе их мощных атак, Лирик слышал низкий бутылочный гул.  

Вожак подключился к веселью. Его окровавленная морда пылала яростью, а удары массивными лапами были самыми громкими. С тихим, едва заметным скрипом по куполу, казалось, оцарапав его, проехал охотницкий меч, выпавший из раны монстра.  

Слабость медленно перерастала в тягучую боль, буквально выпивая душу парня. Проклятый ненасытный фолиант, казалось, вознамерился осушить его до дна. Тело затрясло. Купол вспыхнул фиолетовым, и воздух взорвался, возвращая яркость звукам.  

Послышался дикий рёв и треск. Лирик понял не сразу, что это трещали иргаты, вминаемые в стены логова. И кто-то усердно тряс его за плечи и что-то кричал.  

– Лирик?! – Рявкнула Хельдин в лицо. – Я обрубила вашу связь! Лирик, чёрт тебя дери! Вставай! Уходим!  

Юноша понял не сразу, что трясся он не один. Ходуном ходила вся пещера, роняя на пол огромные куски породы, разрушенной силой удара.  

Охотница стала приводить в сознание детей, но те только визжали и всё плотнее прижимаясь друг к другу, пытались отбиться ногами. Хель вынула из сумки глиняный сосуд. Хотела открыть, но поморщила нос, и бросив под ноги, разбила каблуком.  

Вытяжка, отпугивающая нечисть, подействовала сразу. Резкий тошнотворный запах привёл в чувства всех.  

Кусок потолка с хрустом обрушился вниз. Хель перехватила его магией в полёте и откинула в сторону. Резерв её сил был на исходе и глыба, пролетев совсем немного, разбилась об пол.  

Маленькая девочка, визжавшая охотнице в лицо, словно впервые увидала Хельдин. Она беззвучно приоткрыла рот, и потянулась ручками к охотнице.  

В ножны девушки вернулся её меч. Это Лирик отыскал оба оружия. Напарники схватили самых маленьких на руки, и крикнув остальным, двинулись к выходу.  

Пещера продолжала осыпаться. При каждом новом шуме детвора пугалась, и крича на ощупь в полутьме, обхватывала ноги охотницы. Хель приходилось отцеплять их на ходу и подталкивать к выходу.  

Солнечный свет они встретили кашлем. Вход частично обвалился, оставив небольшую щель у самой земли. Хельдин отправила Лирика первым, что бы он помогал детворе попадать на свободу быстрее. Парень вытащил её последней.  

Лирик отошёл на шаг и попытался сесть, но вместо этого неловко завалился на спину.  

Охотница усадила детей на траву, но перед тем, как осмотреть их раны, подошла к напарнику.  

– Мы справились, охотница… – Простонал ей юноша. Его лицо обильно заливала кровь, идущая из носа.  

Девушка достала из его куртки отвар для остановки крови, а из сумки ткань для перевязки ран.  

– Мы справились… – Повторил он и закатил глаза под самый лоб.  

– Эй! – Она привела его в чувство пощёчиной. – Ты, дурень, умирать решил? Ты исчерпал магический резерв, вот и чувствуешь слабость. Поверь, я знаю каково тебе сейчас.  

– Но…  

– Вставай, симулянт! Тебе нужно двигаться, а то вообще сляжешь. Вот. – Она протянула ему две смоченных в зелье турунды. – Засунь их в нос и походи. Кровь погоняй. Это полезно.  

Парень послушно поднялся. Упёрся руками в колени и сплюнул кровью под ноги.  

– Молодец, напарник! – Улыбнулась девушка, начиная осматривать детей, сидящих кучкой, так же как в пещере.  

– Чем помочь? – Сипло спросил Лирик, садясь на колено, глядя как девушка неустанно перевязывает раны.  

– Посиди пока. – Не глядя, отозвалась она. – Отдохни. Мы ещё не закончили.  

***  

Дверь отворилась рывком и ударилась в стену. Рина едва не упустила принесённый с летней кухни котелок, с гулом приложив тот о столешницу. Но, не замечая пятен на новенькой скатерти, девушка кинулась навстречу подруге.  

Вокруг охотницы стояли, словно ожившими куклами, бледные дети. Они никак не могли отойти от ужаса пещеры и явно шли сюда, не разбирая пути. Сама охотница не меньше их была бледна.  

Травница быстро помогла напарникам расположить детей по лавкам и кроватям. И принялась осматривать и врачевать их раны. Юноша, с которым Рина столкнулась в караване, выглядел и вовсе замученным. Но вместо того, что бы присесть, до последнего помогал с детьми, пока его самого не отогнали к столу. За которым он и рухнул, прислонившись спиною к стене с кружкой воды в дрожащих руках.  

– Отвар Мариса сварен? – Отёрла охотница лоб рукавом.  

– Да я его сразу поставила, как только ты ушла. Сейчас принесу!  

– Ему неси. – Кивнула Хельдин в сторону напарника. – Он всю магию истратил.  

– Тебе не меньше надо. – Тревожно посмотрела Рина на подругу.  

– Всё потом. – Отмахнулась Хель. – Нужен корень Гапена.  

– А зачем тебе? – Не сразу поняла подруга, глянув на детей.  

Взгляды девушек встретились, и Рина первой отвела глаза.  

«Их только восемь». – Понимая, промолчала лекарь.  

– Это очень редкий корень… – Озадачилась травница. – Но корешки цветня не хуже пойдут. Только у меня на всех не хватит. – Огорчилась Рина.  

– А здесь они растут?  

– Конечно! – Закивала травница. – Я сбегаю, добуду.  

– Я сама схожу. – Остановила охотница. – На улице темнеет, мне это не помеха. А ты детьми займись. Я там, наскоро повязки наложила, их нужно обновить. И вот ещё что. – Подманила Хель подругу и шепнула на ухо. – Шок скоро пройдёт и начнётся истерика. Опои детей…  

– Я за ранее всё подготовила. Не беспокойся. – Успокоили Рина.  

– Хорошо. – Кивнула охотница. – Так, где он там растёт?  

– Я помогу. – Решил подняться юноша, но зашатавшись, грохнулся назад.  

– Ты будешь пить отвар. – Успокоила его порывы Хельдин. – А потом, как оклемаешься, во всём станешь слушаться Рину. Она скажет, что делать. Ей поможешь.  

Лирик молча согласился и прикрыл глаза рукой.  

***  

Хель вышла из дома, плотно притворив дверь за собой. Усталость начинала брать своё.  

– Эй! – Окликнула охотница наёмника из каравана стоящего подле телеги. – Вашим помогли?  

– Всё так, госпожа. – Отозвался мужчина.  

– Помогите мне теперь. Позови ещё двоих, и станьте стражей у дверей! – Указала она на дом травницы.  

– Будет сделано. – Кивнул наёмник в замешательстве. – А зачем?  

– Кроме меня и травницы в дом никого не впускать. – Проигнорировав вопрос, продолжила охотница. – Деревенские вернулись все?  

– Да вроде все. – Пожал он плечами. – Ещё до заката.  

– Хорошо. – С явным облегчением выдохнула девушка. – Исполняйте.  

– Есть. – Взял под козырёк наёмник и быстро побежал в сторону дома, где разместили путников, за помощью.  

Хельдин быстро отыскала в стойле у старосты свою саврасую кобылку, и не запрягая заскочила к ней на спину. Сива, даже не всхрапнула. Легко отказавшись от сытного фуража, она вышла из стойла и послушно пустилась в галоп в сторону холма, виднеющегося в свете скупых закатных лучей.  

***  

Вернувшаяся час назад охотница ни разу не присела.  

Маленький знахарский пестик мерно стучал в ступке, размалывая крохотные корешки цветня. Рядом суетилась Рина, помешивая в толстом чугунке свой «колдовской» отвар.  

– Готово. – Тихо выдохнула рыжая, передавая ступку в руки Рины.  

– Правильно, что не убила. – Кивнула та в сторону парня, сидящего на коленях перед детьми и развлекающего их смешной историей.  

Дети, сызнова перевязанные Риной, внимательно слушали юношу, изредка хихикая от его нарочитых кривляний. Казалось, что все их беды остались далеко позади. Но охотница знала, что это далеко не так.  

– Он мне помогал. – Продолжила Рина. – Детей перевязывал. Успокаивал их. Умывал. А ты говорила, разбойник.  

Охотница только скривилась.  

– Умеешь ты всё-таки в людях разбираться. – Подтолкнула её локтем подруга.  

– Не знаю, не знаю. – Протянула Хельдин. – С тобой, то я дружу. – Она устало улыбнулась травнице.  

– Ну, ты и балда. – Напоказ разобиделась Рина. – Готово. – Сняла она отвар с печной плиты. – Пускай остынет. А теперь, я тебя осмотрю.  

Охотница устало отмахнулась, но Рина потянула её к лавке.  

***  

– А ты молодец. – Шепнула Хельдин, передавая в руки юноши глиняную кружку с отваром шиповника.  

– Думала сбегу?  

– Ну-у. – Протянула охотница, садясь рядом на лавку. – В жизни всякое случается.  

В доме стало тихо. Занавешенные шторы придавали комнате уют. Лежащие на кровати малыши сопели в унисон с детворой постарше, спящей на лавках. Рина тихо ходила вокруг, заботливо поправляя одеяла и наскоро сделанные подушки из одежды.  

Охотница откинулась на стену, держа в руках кружку. Лирик обернулся.  

– Зачем отвар? Корешок этот, цветня? Думаешь, что дети через раны, заразу подцепили от зубов чудовищ?  

– Нет. – Ответила Хель в пустоту. – Раны мы обработали и забинтовали. От мазей Ринкиных, поди, и шрамов не останется. Не зря она на курсе лучшая была. На теле раны заживут, а вот в душе останутся. – Охотница отпила из кружки и на миг умолкла. – Понимаешь?  

– К сожалению. – Кивнул парень, глядя перед собой. – Этот отвар им память изменит?  

– Сотрёт. На несколько дней. И не будет похищения и ужасов в пещере. Ничего не останется.  

– А как же те, ну… – Запнулся юноша.  

– Им скажут, болезнь тех детей забрала. А их спасла тётушка Рина. Вот и очнулись они в её доме. А местным запретим, через старосту, даже упоминать о случившемся.  

– Жаль, что мы не успели…  

– Жаль…  

Оба умолкли.  

Убранство обжитого дома обнял мягкий полумрак. Хельдин подобрала ноги на лавку и откинулась спиной назад. Домашним уютом скитальца-охотника жизнь балует редко. И девушка расслабилась, всецело отдаваясь навалившейся за день усталости.  

– Я и вам сейчас поесть найду. – Прошептала Рина, склоняясь над подругой. – Восполните силы, а после уж ляжете спать.  

Хельдин улыбнулась заботе подруги и быстро закивала.  

– Я на летнюю кухню пойду. Разогрею или сготовлю чего, а вы посидите. Я позову. – Потрепала по коленке травница рыжую.  

– Спасибо Рина. – Прошептала Хель в ответ.  

– Рано благодарить. – Улыбнулась та. – Знала б ты, как плохо я готовлю. – Повеселила она уставшую подругу.  

Обе улыбнулись и травница, забрав со стола ненужную посуду, почти бесшумно растаяла в дверях.  

– Эй. – По-дружески толкнула охотница неожиданного напарника. – Ночь – время сна или историй. Раз уж не спим, так расскажи свою.  

– Да нечего рассказывать. – Так же тихо отозвался парень.  

– Вырос в рати, стал бандитом, помогал охотнице… – Загибала пальцы девушка. – Так уж и нечего?  

Немного помолчав, он сдался.  

– Меня дядя с семи лет в казармы отдал. – Поморщился Лирик. – Вроде как на обучение. Но обучали меня лишь как метлой махать, да овощи чистить. Однажды, когда я очистки свиньям выносил, меня Халик приметил. Он похвалил мою силу и забрал к себе. Помню, как радовался, что стану настоящим воином. Ещё бы. – Улыбнулся он. – Я теперь рекрут десятника. Ночь в ожидании не спал.  

– И как оно? Обучение на воина? – Хихикнула Хельдин, как будто о чём-то своём.  

– Совсем не так, как ожидалось. – Засмеялся парень. – Я больше года круги вокруг казармы нарезал. Как только колея не появилась? И следы от рук где-то остаться должны. От ладоней, когда отжимался. – Он отпил из кружки. – Я взял в руки стальной тренировочный меч, когда мне исполнилось девять. Приятный был момент. Мой первый урок фехтования.  

– Но бегать продолжил?  

– П-ф… Конечно.  

Юноша отпил отвар и невольно улыбнулся прошлому.  

– В шестнадцать я стал воином рати. Жалование начал получать. Халика сделали сотником, и он меня стал ещё больше гонять.  

– Это почему? – Удивилась охотница.  

– Хотел меня сделать десятником. Служил я исправно. Читать и считать по его, опять же, милости умел.  

– Ну, и чё б тебе не жить?  

– А вот женился мой наставник и уволился.  

– Зачем ушёл?  

– Удачный брак. – Пояснил юноша. – Его тесть несколькими лавками по городу владел. Вот одна из них и перепала зятю. А за прилавком денежки считать, это тебе не под дождём грязь в марш броске топтать.  

– Как поэтично. – Улыбнулась Хель.  

Юноша повернулся к девушке, которая сидела рядом, подперев подбородок обеими руками, и с интересом слушала. Её пустая кружка стояла у ног.  

– Да-а. – Отвернулся Лирик, смущённый вниманием к своей жизни. – С уходом Халика всё изменилось. Моё скорое повышение, как грязь на роже, бесило старших сослуживцев. Десятник – это не только ответственность, но и деньги другие, не говоря уже о власти. Стали они мне разные беды чинить, да поклёпы наводить. Я даже подрался с одним, что только оттянуло повышение. Начал нервы вином успокаивать. Барышню себе нашёл.  

– Но, тут что-то случилось. – Таинственно произнесла охотница.  

– А вас там, в школе охотников, учат и прошлое видеть? – Беспокойно повернулся парень.  

– Нет. – Отмахнулась она. – Книжки читать люблю всякие. Не важно, продолжай.  

Лирик допил свой отвар и по примеру девушки поставил кружку под ноги.  

– Склад у нас ночью сгорел. Жертв не было, но следствие начали. Всех на допрос вызывали. А я… – Замялся юноша. – Я не пошёл.  

– А чего ты боялся?  

– Да не помнил я про ту ночь ничего. Это был мой выходной. Я пьяным вернулся, и спать завалился.  

– Конечно, виноватым сделали тебя.  

– Конечно. Ты как там была. Говорили, что поджог, когда по пьяни дебоширил. Очевидцы живенько нашлись. Из тех, что сами назначения хотели.  

– А ты не жёг?  

– Да нет… Не помню.  

– И дальше что?  

– Под трибунал отдать хотели.  

– А ты?  

– А я сбежал. Взял свой меч и сбежал. И не смотри на меня так, легко винить.  

– Да я и не виню. Я тебя хорошо понимаю.  

– Правда?  

– Лучше чем ты думаешь.  

– Да ну?  

– Рассказывай. – Она ткнула пальцем его в бок. – Ты сразу к Халику подался?  

– Нет. – Тяжело выдохнул парень.  

– Чего?  

– Да стыдно в глаза ему было смотреть.  

– Тогда к мадаме своей.  

– Та-а. – Махнул он рукой. – Пить я пошёл.  

– Хороший выход из ситуации.  

– М-гу. Пока не додумался, что меня станут искать. Вот и подался из города. Два дня по лесу лазил, пока не смирился, что к дикой жизни не годен. Вышел на тракт, а там и едальня попалась. Денег на еду было немного, вот я и принялся пить какую-то дешёвую бурду.  

– Тебе, точно семнадцать? Мыслишь как взрослый.  

– Мне почти восемнадцать.  

– Ну, это всё объясняет.  

– Короче, пью я значит пью, и тут ко мне двое подсаживаются. Говорят, угости приятелей, чем травишься.  

– А ты?  

– А я, что? Пейте, говорю, говна не жалко.  

– А они?  

– Рассмеялись.  

– А ты?  

– Тоже. Они заказали нам пива и закуски какой-то, уже не упомнить. Как же я тогда ел… Это их тоже рассмешило. Про меч мой, всё расспрашивали. Думал, напоить хотят и украсть. А они, нет. Сказали, раз махать мечом мастак, то работёнка для меня имеется и оплата по ней. Вербовщиками оказались. Я напился и с ними ушёл.  

Он сделал паузу, с досадой утерев лицо.  

– Как добрался и куда не помню. Очнулся где-то, лёжа на тряпье. Меч при мне, не взяли ничего. Хотя, чего там было брать-то? Слышу, пьют где-то рядом.  

– Как у сурка слух.  

– А то. Пошёл на звуки праздника. Поминки оказались.  

– Вот так поворот. А ты?  

– А я, что? Рядом с бандитами сел. Мне и налили. Выпил. Миску с кашей какой-то подсунули. Вроде, даже мясо в ней было. Чьи, правда, поминки я так и не понял. В лесу дело было.  

– Брата местного бандитского царя.  

– Это ты его?  

– Нужен больно.  

– Короче, проснулся я уже днём. Голова болит, тошнит и всё такое. По лагерю пошлялся, поспрашивал, что да к чему. Не поверишь. Меня накормили и даже опохмелили.  

– Не жалеешь, что ушёл?  

– Шутишь?  

– Интересуюсь.  

– Не. Но организация досуга и забота о членах коллектива мне там понравилась. Лучше чем в городской рати.  

– Не всплакни.  

– Не стану. Во-от. И тем же вечером я и пошёл на своё первое дело. Ну а дальше, ты знаешь сама.  

– Почему не убил никого?  

– Да что я, душегуб какой, людей запросто резать? – Возмутился парень. – Чтоб человека зарубить, серьёзный повод нужен.  

Дверь тихонько отварилась, и в проёме показалось усталое лицо травницы. Девушка жестом пригласила гостей пройти в соседний домик. Охотница проверила посты, назначенные ею, и присоединилась к особо позднему ужину.  

За нехитро, но вкусно собранным столом, подруги быстро разговорились. Лирик, ел как волк, не встревая в чужой разговор. Опрокинув кружку вина, он расположился на лавке подле стола и вскоре уснул, под тихую беседу давно не видавшихся подруг.  

***  

Утро началось со скандала. Люди ругали никого не впускавшую в дом травницы охрану. Странно, что на возмущения и крики внутри никто не проснулся.  

На заклание толпе вышла охотница. Встав спиной к «стражам», она долго усмиряла, а потом и поучала людей, на предмет поведения со спасёнными детьми.  

Счастье родителей спасённых от смерти детей было трудно описать. Как и горе родителей, своих детей потерявших.  

Охотница одинаково спокойно выдержала благодарности и проклятия, сыпавшиеся на её голову градом около четверти часа. И только когда убедилась, что её инструкции были поняты верно, дозволила родителям войти. Остальных разогнала.  

Лирик, стоящий поодаль от шумного собрания, внимательно следил за ситуацией. Ему было жалко охотницу, на которую пало нелёгкое бремя «благодарности» народа. И искренне порадовался, что вчера они вернулись к травнице под заклинанием отвода глаз. Такого балагана, измученная боем девушка, не вынесла так стойко.  

Собираясь в путь, караванщики то и дело косились на молодого бандита, стоящего в сторонке при оружии. Вернувший стёганку Лирик выглядел пусть и не так грозно, но память о нём внушала многим опасения.  

Казалось, что охотница и вовсе позабыла о нём в бесконечных разговорах с селянами и прощанием с Риной.  

Хельдин окликнула парня в последний момент, когда уже тяжёлая повозка тронулась в дорогу. Лирик поравнялся с возом и запрыгнул на ходу. Занял место рядом с конвоиром.  

***  

На горизонте появился город. Его дома будто горели под солнцем красной черепицей. Шпиль часовой башни поблескивал крутящимся флюгером, а ветер доносил солёный привкус моря. Чайки закружили в небе над повозками, оглашая округу своим противным криком. Юноша заметно занервничал, поглядывая на птиц, как на слетевшихся стервятников.  

От самой деревни и до подъездной дороги к городу он не проронил ни слова. Не говорила и она, уткнувшись в страницы магической книги.  

– Не волнуйся ты так. – Не глядя бросила охотница напарнику. – Я дала тебе слово и слово сдержу. Суд – пустая формальность.  

– То-то в рати посмеются. Юный алкаш склад поджёг, и в лес на разбой подался. – В сторону, словно не ей, ответил Лирик.  

– Всякое случается. – Пространно ответила девушка, перелистывая новую страницу. – Тем более, твой подвиг перекрывает проступок с лихвой. Ты детей от смерти спас, охотнице помог. Не убил никого в караване. А, насчёт склада, это ещё нужно доказать. Сам же говорил, поклёп?  

– Да не жёг я ничего. – Сплюнул парень. – Но им-то, всё равно.  

– Мне не всё равно. – Сказала Хель и посмотрела обернувшемуся юноше в глаза. – Веришь?  

– Тебе? – Мгновением запнулся Лирик. – Верю.  

***  

Он сидел на грубо обтёсанной скамье в длинном коридоре, тёмном как памятная пещера. Время тянулось древесной смолой, изматывая парню последние нервы. То и дело, принимаясь барабанить по скамье, он раздражался от назойливого звука и останавливал себя, непреклонно сжимая ладонь.  

– Ну? – Прохрипел он пересохшим горлом в сторону возникшей девушки.  

– Пойдём на воздух. – Предложила она. – А то, когда ещё ты волюшку увидишь?  

– Что-о? – Надломленным голосом выдохнул Лирик, и чуть было не свалился на проклятую лавку обратно.  

– Да пошутила я. Прости, ну не сдержалась. Пойдём, говорю. Мерзкое местечко. Это не суд, а узилище по виду. – Взглядом оценила Хельдин.  

***  

Фонтан шумел, обрызгивая случайных прохожих. Хельдин сидела на лавке и смачно вгрызалась в копчёную колбаску, устроив импровизированный пир в центре города.  

– Я там столько нервов извёл. – Сокрушался Лирик. – Чуть сердце не стало. А они взяли и отпустили? Без суда?  

– Я не пойму, ты в радости или огорчении? – Хель отпила прохладный квас из деревянной кружки. – А то иди, гадость сотвори, а я тебя опять поймаю. Только дожую сперва.  

– Ну, что виновника поджога отыскали, это славно. Колер, хитрая свинья, каких и свет не видел. Я подозревал, что он ворует, а он решил след замести. Мол, не пропало, а сгорело! И козел отпущения рядом, удобненький. А я дурак, как в подтверждение, из города сбежал. – Юноша ударил себя по лбу. – Но, как теперь в казармах появиться, меня ж неделю не было?  

– Скажи, что запил. Ты ж алкаш.  

– Очень смешно. – Скривился Лирик.  

– Ну, скажи, что у мадамы своей загулял. Или, что к её родителям знакомиться ездил. А как тёщу свою будущую, на коросту похожую увидал, так и избёг. То-то смеху будет. Может даже не накажут.  

– Издеваешься?  

– Ничуть. Это как внимание перевести с одного на другое. Повеселишь там всех, снимешь накопившееся пожаром напряжение. А хочешь, я верну тебя в казармы? Объясню, что рекрутировала в нуждах ордена, ибо право имею. Могу документ в заверении помощи дать. В вашем городе есть орденский легат. За час управимся. С такой бумагой тебя даже противники зауважают. Во всяком случае, примолкнут. А там, год-другой, и ты десятник. Как ты и хотел. Не жизнь – а скафка! – Откусила колбаску охотница.  

– Ну, а караван и нападение? Как на такое глаза закрывать?  

– Я им не скафала. – Угощаясь, пробурчала девушка.  

– Что?  

– Я им не сказала. Я договорилась с Боларом, главой охраны каравана, что бы он на тебя не заявлял. Гасту, было наплевать. А начальник каравана и вовсе мне обязан.  

– И ты меня всё это время мучила?  

– А на караваны нападать хорошо?  

– Справедливо.  

Юноша надолго замолчал, словно бы заглядевшись на фонтан, который весело разбрызгивал хрустально-радужные капли на радость играющим детям. Но Хельдин видела в его глазах тяготы мучительных сомнений. Словно бы он хотел, что-то спросить, но не как не решался с самого отъезда из Кряжани.  

Охотница решила вырвать юношу из плена рассуждений, пока тот не утонул в них с головой.  

– Ты свою колбаску будешь? – Невинно спросила она, глядя на нетронутую вкуснятину, лежавшую всё это время на лавке возле Лирика.  

– Бери. – Протянул он завёрнутую в промасленную бумагу еду. – Только квас не тронь, его я буду.  

– Больно надо.  

– Знаешь. – Осторожно начал Лирик. – Если пройти по этой улице, – Указал он вперед. – до её конца, то как раз выйдешь к дому где я жил. Точнее… – Исправился парень. – Мы там жили, когда я был маленький. Моя мама умерла, когда мне и пяти не исполнилось. А отца… – Запнулся он и глянул в небо.  

– Мне соседи тогда рассказали, что мой папа отправился в лес от нужды. Времена были тяжёлые, жили мы бедно. Пошёл за грибами, а нашёл лесную нечисть. Потом, уже подростком, я стал по городу слухи собирать, что мой отец был связан с бандитами из порта. Он там грузчиком работал, и иногда помогал им в каких-то делах. – Парень сделал паузу. – Его нашли в одном из переулков не далеко от дома. Он был убит и ограблен. – Лирик обернулся к охотнице. Девушка сидела молча и внимательно слушала. – Его, конечно, можно осудить. Но, а какой был выбор? Жена недавно от болезни умерла, ребёнок маленький, есть нечего, а честная работа только медью руки пачкает, того и гляди из арендованной квартиры попрут. Не знаю, что бы делал я на его месте?  

Лирик откинулся на лавку и ненадолго замолчал глядя в сторону. Хельдин не торопила. Дети с шумом пронеслись вокруг фонтана, оглашая радостью округу. Парень проследил за ними взглядом.  

– Когда я был таким же, как они. – Указал он подбородком. – Моя жизнь не была беззаботной. Меня переполняло горе, злоба и отчаянье. Они рвали меня на куски, не давая покоя. Я жил жаждой мести. Хотел зарубить всю эту поганую нечисть, эту нежить, всех этих тварей. Под корень извести. – Разнервничался Лирик. – Отца бы это мне, конечно, не вернуло. – Он тяжко выдохнул. – Но я бы смог спасти других. Смог уберечь людей от этой участи, потери близких, понимаешь? – Заглянул он девушке в глаза.  

– Понимаю. – С грустью откликнулась Хельдин.  

– Мне бы в стражники пойти. Найти и отомстить убийце. Да столько лет уже прошло… – Лирик запнулся. – Я свыкся с жизнью. Перестал строить планы, чего-то желать… А тут, словно знак.  

Девушка внимательно смотрела на юношу, не перебивая и не моргая, словно бы ждала конкретных слов.  

– Хельдин. – Начал Лирик, словно решаясь изменить судьбу. – Я хочу сходить к ведунье.  

– Ты решил стать орденским охотником? – Она устроила локоть на спинку лавочки.  

– Ты видела меня в бою, скажи, смогу я пройти обучение?  

Охотница немного помолчала, перед тем как вновь заговорить.  

– Ты пошёл за мной в логово монстров. Не отступил и не подвел. Несмотря на истощение, заботился о детях. На себе испытал, каково это, когда всех твоих стараний недостаточно. А это лишь отрывок, лишь малая часть той грязи, в которой приходится измазаться орденцу. Ты это понимаешь? Так ответь мне, почему лесной разбойник рвётся помогать там, где отряд опытных наёмников мне отказал?  

– Ты не отговоришь меня. – Серьёзно глянул он.  

– А я и не пытаюсь. – Пожала плечами охотница. – Я просто задаю вопрос. И советую хорошенько подумать, прежде чем ответишь.  

Какое-то время шумел лишь фонтан, и звуки улицы покинули пространство. Юноша с трудом подыскивал слова и внезапно сорвался:  

– Потому, что я иначе не смогу! Хочу и чувствую, что должен помогать другим. Да не знаю я, как объяснить!  

Лирик нерешительно обернулся к охотнице и встретил, к своему облегчению, понимающий взгляд.  

– Хороший ответ. – Одобрительно кивнула та. – Примерно так же, в своё время, я ответила ведунье. Но к ней ты всё же не ходи. – Внезапно добавила Хель, доедая колбаску.  

– Почему? – Вздрогнул парень, и голос его вдруг осип.  

– А тебе уже не нужно. – Улыбнулась девушка. – Хлебни кваску, а я покамест, объясню.  

Лирик жадно приник к своей кружке, залпом осушив до половины.  

– Рина, деревенская травница. – Напомнила Хель. – Не только талантливый лекарь, но и дипломированная ведунья. Помнишь, во время обеда, ты чуть не лишился сознания? Мы тогда тебе сказали, что это от расхода резерва магических сил. И Рина, для здоровья, подлила тебе вина. Так это и была, тогда, та самая проверка. Подавление магией воли. Ты её прошёл. Кстати можешь при случае её поблагодарить. Ринкина была идея. Она так прониклась твоей заботой о детях.  

– И что, я теперь могу…?  

– Стать охотником? – Докончила девушка. – Прости, но пока ещё нет. Если не передумаешь и правда…  

– Не передумаю! – Выпалил юноша.  

– Не перебивай. – Отмахнулась она. – …То в Магике тебя ждёт испытание. Охотник не должен о нём говорить, его увидишь сам. Но не переживай раньше времени. Я тебе немного помогу.  

– Как?! – Обрадовался Лирик.  

– В рапорте, что я отправлю в орден, я отмечу твою помощь в проделанной работе. Там же, правда, укажу и все твои грешки. Так у нас положено. Приложу к нему проверку Рины и твою характеристику с просьбой рассмотреть кандидатуру.  

– Спасибо Хельдин. Огромное спасибо! – Едва не задохнулся парень в благодарности, но тут же напоровшись на серьёзный взгляд, умолк.  

– Но знай. Если пройдёшь испытание, обратной дороги не будет. Годы изнурительных тренировок и учение научных дисциплин это только начало. Ты должен будешь посмотреть в глаза своему страху. Пройти сквозь боль. Забыть про отвращение. И если пройдёшь все свои испытания, не сломаешься и не погибнешь – тогда и станешь орденским охотником.  

– Я отдам все силы обучению, – Серьёзно произнёс юноша. – и обещаю, что не подведу.  

– Посмотрим. – Мгновенно изменила взгляд охотница и улыбнулась. – Готов к испытанию лично от меня?  

– Готов. – Ответил он, немного растерявшись.  

– Тогда держи. – Она протянула парню небольшой серый кошель из своей сумки. – Твоя оплата за иргатов. Поровну, как полагается.  

– Спасибо. А в чём испытание? – Озадачился Лирик.  

– Сходи-ка, и купи нам ещё по колбаске с квасом. – Расхохоталась рыжая.  

– Я мигом! – Парень схватил обе кружки, расплескав свою половину недопитого кваса себе на рукав, но, не заметив оплошности, радостно понёсся обратно в корчму.  

***  

Спасибо, что не бросили Хельдин в её нелёгком приключении, пройдя с ней путь до самого конца!