Опасный путь

Рассказ / Естествознание, Приключения
рассказ пытается воссоздать далекие времена, когда человека еще не было, но было положено начало, на пути к становлению им...
Теги: предки обезьяны выживание сахелантроп

Опасный путь  

 

около 7 или 6 миллионов лет назад, время настолько давнее что сказать точнее невозможно, жили существа. по сути своей, это были просто обезьяны, иногда передвигавшиеся на двух ногах, но обезьяны, вероятно положившие начало тем, кого мы в последствии будем называть людьми, или теми, коими мы и являемся. после нахождения останков одного из представителей этих обезьян, их нарекли Сахелантропами, что означает люди из Сахеля, территории которая является пограничной полосой, отделяющей плодородную часть Африки от пустынной. в те бесконечно далекие времена, та территория которая ныне называется государством Чад, представляла собой плодородную саванну. в ней часто шли дожди, текли реки и даже располагалось большое озеро. сейчас же, это место представляет собой бесплодную пустыню, но тогда, семь или шесть миллионов лет назад, дела обстояли совершенно по другому и вот в то время и в том месте, как раз обитали, те самые сахелантропы...  

 

примечание: сахелантропы будут именоваться обезьянами, "группой" будет называться сообщество обезьян, т. е. сахелантропов. также из за разнообразия древней фауны, представители видов и подвидов не будут называться отдельно, если они будут иметь схожесть, например: в те времена в саванне обитали несколько видов слонов, разных форм и размеров, но называться они все будут просто – слон, т. к. для повествования это не принципиально и его научное название, может вызвать путаницу. так же разные виды саблезубых, будут называться обобщенно – саблезубый тигр или кот, чтобы не запутываться в названиях, по той же причине что и у слонов, а также других, схожих животных. еще нужно понимать, что если животное называется "гиеной", то описывается не современная гиена, а ее предок, как правило куда более крупный и намного более опасный. точно так же с леопардом, описываться будет не современный, а его предок. животные будут называться по современным представителям, в их общепринятом, бытовом нарицании (леопард, слон, крокодил, бегемот, антилопа и. т. д. исключение делается только для отдельных, вымерших видов, у которых не осталось схожих, ныне существующих потомков) для удобства их идентификации и лучшего понимания картины в целом.  

 

***  

 

свет ушел. наступила тьма. не беспросветная, в небе сверкали яркие точки звезд, но их не хватало, чтобы в темноте зарослей, можно было разглядеть угрозу. когда уходит солнце и наступает ночь, саванна становиться намного опасней чем днем. конечно и днем саванну не назовешь безопасной, но ночью, из за плохой видимости, опасность возрастает в разы.  

 

группа обезьян пряталась на деревьях. это было фактически единственное спасение на ночь. конечно они могли попытаться укрыться в зарослях колючего кустарника или возле скал, но скалы были далеко, а кустарник не казался на вид таким уж непроходимым для хищников. конечно и дерево не являлось абсолютным убежищем, на него без особых трудностей мог залезть леопард, самый главный враг обезьян и даже утащить спящую особь, но находясь сверху над врагом и при случае, группа могла поднять шум и прогнать одинокого хищника. что и говорить, для обезьян было удачным обстоятельством то, что леопарды охотились в одиночку, да и вообще являлись индивидуалистами, предпочитая ни с кем не делить свою добычу, иначе обезьянам бы пришлось в разы труднее, отбиваться от нескольких хищников сразу. но все же сон должен быть чутким. расположившись на ночь, на ветках дерева, никому не хотелось чтобы его спящего, внезапно кто то уволок.  

 

ночью саванна как будто открывала второе дыхание, всюду была жизнь. ночные животные выходили на охоту. стрекотали сверчки, кричали ночные птицы, поджидающие тех самых сверчков, то и дело вдалеке и близи, раздавался неприятный лай гиен. тем более что днем в саванне стояла жара, а в жару редко кому хочется тратить влагу и силы для передвижения, тем более если заранее не знаешь, зря их потратил или нет. ведь потеря сил, нередко может означать потерю жизни, в экстренный момент. однако прохладной ночью жизнь расцветала. но не для всех. если некоторым животным, особенно хищникам, зрение и обоняние позволяло хорошо ориентироваться в темноте, то другим видам, в том числе и обезьянам, этого было не дано. для них, ночь была таинственна и пугающа.  

 

недалеко от дерева раздался шорох. молодой самец группы, лежащий на нижней, наиболее близкой к земле ветке, встрепенулся. он уже готов был подать сигнал, завизжать, как ныне это делают шимпанзе, но шорох стал отдаляться. послышалось глухое похрюкивание. обезьяны хорошо различали звуки животных и самец понял, это всего лишь бородавочник, зверь довольно свирепый, но не хищный и тем более не охотящийся на обезьян. что делал бородавочник один ночью, будучи стадным и дневным животным, молодой самец группы конечно же не задавался таким вопросом, ему достаточно лишь было знать, что это была ложная тревога. однако заснуть снова ему не удалось, звук шороха кустарника, растущего под деревом, все отдалялся и отдалялся, как вдруг, раздался резкий визг. на этот раз проснулась вся группа: самцы, самки и детеныши. визг был настолько резким и громким что стало понятно, не напрасно обезьяны ищут убежища ночью на дереве, на кабана кто то напал. конечно он пытался сопротивляться, какое то время слышались звуки борьбы, визг и похрюкивание кабана и не очень громкий рык, по которому стало понятно, леопард. леопард коварный хищник, скрытный, бесшумный, искусный охотник, темнота для которого самое лучшее время. вот и сейчас видимо он решил, под покровом ночи, подкрасться к дереву где спали обезьяны и утащить спящего, на самой ближней к земле ветке. но на обезьянье счастье, ему попался пробегающий мимо бородавочник. леопард себя выдал, однако на сегодня добычу он уже получил. на этот раз обезьянам повезло, конечно если по близости не окажется еще кто то подобный. по звукам было слышно как битва закончилась и леопард победно уносил в пасти свою добычу. после этого, сразу заснуть смогли немногие, все были слишком возбуждены, однако постепенно группа стала засыпать, один за другим, ведь это событие было привычным делом в саванне, где жизнь постоянно соседствовала со смертью и стать добычей можно было в любой момент. но все же тьма не длиться вечно...  

 

наконец забрезжил рассвет. это означало, что наступало время обезьян. конечно и об этом явлении они не задумывались. о том что свет сменяется тьмой, а день сменяется ночью, они относились как к данности, тем более для них были куда важнее более насущные проблемы, например такие, как добыча пропитания. свет пробивающийся сквозь крону их импровизированной крепости, заставил проснуться почти всю группу, за исключением детенышей, нескольких самок и одного ленивого самца, другие же знали, что пока не наступила очередная ночь, нужно успевать делать все свои насущные дела и делать их пораньше. немного осмотревшись на предмет скрытых засад леопардов, или гиен, в ближайших зарослях и не найдя следов таковых, самцы начали потихонечку спускаться с дерева. приятно было после темной, неизвестной ночи и не очень удобного расположения на ветвях, оказаться на твердой земле. вслед за самцами, не спеша, начали спускаться и проснувшиеся самки с детенышами. начались будни. самки не отходя далеко, расположились у того же ствола дерева, где проводили ночи. они занялись вычесыванием и ловлей друг у друга паразитов. детеныши же, частично оставшись с самками, а частично отошедшие чуть дальше, принялись за игры: они катались друг с другом по земле, кувыркались, размахивали подобранными веточками, преследовали снующих туда-сюда по земле насекомых, в общем развлекались. самцы наоборот, были заняты более важными делами, они разбредались и деловито обхаживали территорию расположившуюся около своего древа, нужно было тщательно проверить ее на предмет скрытых опасностей. вскоре совсем рассвело. день обещал быть солнечным и жарким. саванна тоже оживала, оживала по новому, по дневному. всюду, тут и там, можно было без труда разглядеть стада травоядных животных, бредущих по своим делам и маршрутам: антилоп, слонов, носорогов. побродив по округе и удостоверившись что в ближайшем пространстве угроз пока не обнаружено, самцы немного расслабились. однако все понимали, что любое спокойствие может быть обманчиво, саванна открыта и опасность могла появиться в любой миг. по этому жизнь научила обезьян быть на чеку, правда и у них, запросто могли быть свои промахи и неудачи.  

 

впереди раскинулось колоссальное пространство, требующее чтобы его изучили, исследовали. однако обезьяны не торопились, совсем не торопились. неизвестность таила опасность, страх. обезьяны старались не уходить без надобности далеко от своего убежища, ведь в безграничной заросли травы, могло таиться все что угодно. они наблюдали за бесстрашными стадами слонов и антилоп, которые не смотря на опасность, уходили вдаль, в неизведанность. но все же, слоны сильны, а антилопы быстры, их стада насчитывают куда больше особей, чем небольшие группы обезьян, а значит нечего было и думать, чтобы повторять их подвиг, без крайней на то необходимости.  

 

утреннюю прохладу сменяла дневная жара. солнце поднималось все выше и обезьяны захотели пить. даже банальное желание утолить жажду, могло привести к приключениям, ведь до водоема еще нужно добраться, а т. к. все водоемы были общими, общими для всех животных саванны, то повстречать там того, кого совсем не хочется, было совсем не редкостью.  

 

первыми пошли самцы. ближайший водоем уже давно был исследован и все знали куда нужно идти. то была река. конечно в ней жили ужасные крокодилы и непредсказуемые бегемоты, но жажда заставляла идти на риск. вожак группы обезьян, как направляющий пошел впереди, остальные плелись за ним, соблюдая иерархию. все были напряжены, постоянно прислушиваясь и внимательно смотря по сторонам. порой заросли кустарника и высокая трава, мешали разглядеть что либо дальше, но обезьяны хоть и с опаской, но шли. чтобы разглядеть хотя бы что то поверх травы, они иногда продолжительное время становились и шли на двух ногах, конечно это было не очень уверенно, все-таки ходить на четырех конечностях было привычнее, но в отличие от прочих обезьян, эти могли уже приноровиться ходить на двух, получая при этом пользу. глядя поверх травы, насколько позволял собственный рост и не увидев ничего подозрительного, вожак осмелев, шел уверенней. остальные последовали его примеру. в какой то момент группа натолкнулась на выползающую из травы змею. обезьяны понимали всю опасность змей и не жаловали их. поднялась паника. знойный стрекот кузнечиков, заглушил громкий обезьяний визг. кто то из самцов нашел камни и начал кидать их в змею. точность у них конечно страдала, но на змею это явно оказало впечатление, зло прошипев, она ретировалась обратно в заросли травы, подальше от безумных приматов. уже порядком возбужденные, но обезьяны двинулись дальше. кто то из самцов по прежнему еще косился на то место, откуда выползла змея, однако судя по всему опасность от нее миновала, после такого дикого представления, змея вряд ли захотела бы связываться с ними снова. и пока самцов задержала змея, их нагнали самки с детенышами. пить хотелось и им, а с самцами и вожаком было все же идти безопасней, чем без них. услышав по началу тревожный визг, самки опасливо притормозив вслушивались в развитие событий, однако когда все прекратилось, одна особо смелая самка, выйдя вперед, дала жалобный клич самцам, для того чтобы они их подождали. самцы недовольно ворча, все же остановились и стали ждать самок. детеныши висели на спинах у матерей, а уже подросшие, опасливо семенили на двух ногах рядом, постоянно хватая самок за руки и ноги, чтобы не потеряться. теперь вся группа в сборе, двинулась на водопой. мимо прошагало небольшое стадо слонов, понимая свою мощь, они важно и не торопясь, так же направлялись к реке. понимая что слоны это не хищники, но все таки обезьяны не стали к ним приближаться, держась на почтительном расстоянии и уступая дорогу. о вспыльчивом нраве гигантов они знали.  

 

наконец вся группа добралась до освежающего водоема. солнце уже стояло высоко и обдавало жаром всю саванну, но от реки веяло блаженной прохладой. никто не смел подходить раньше вожака к воде и найдя по его мнению более удобное возле берега место, он направился туда, тем самым указывая группе. поодаль, в воде, явили себя гиппопотамы, плывя позагорать на берегу, не менее грозные и могучие чем слоны, однако они были достаточно не близко, чтобы считать их угрозой. тем более что обезьяны не собирались куда то плыть, они вообще плохо плавали, скорее даже тонули. тем более все они помнили о другом чудовище, куда более скрытном, древнем монстре крокодиле. он запросто мог утащить в омут зазевавшуюся обезьяну. оценив обстановку, вожак первым припал к воде и начал жадно пить. следом подошли другие самцы. самки ждали пока сперва самцы утолят жажду, ждали своей очереди. один нетерпеливый детеныш побежал было к воде, но гневный возглас одного из самцов охладил его пыл.  

 

после того, как вся группа утолила жажду, некоторые стали бродить вдоль берега, в поисках чего-нибудь интересного. далеко уходить им не хотелось, не рискнули подходить близко к сомнительно выглядевшим крокодилам, отдыхавшим неподалеку и не менее подозрительным бегемотам, располагавшимся по другую сторону вдоль реки. опасались и прибывшие на водопой газели, они с осторожностью подходили к воде, правда обезьян им вряд ли бы пришлось опасаться, те не охотились на них, не располагая для этого нужными навыками, или хотя бы орудиями. иное дело слоны, они без боязни зашли в воду и начали обливаться водой, используя свой хобот. крокодилы бы не рискнули на них напасть, бегемоты тоже как правило уступали дорогу этим гигантам. на противоположном берегу, за всем этим наблюдал саблезубый тигр. побродив немного, обезьяны нашли лишь несколько речных моллюсков, полезная пища, но недостаточная чтобы насытиться. обезьяны умели извлекать моллюска из раковины, для этого они находили камни и раскалывали ее, иногда использовали палочку, чтобы выковырять неподатливое мясо. с моллюсками было покончено на месте, обезьяны не понимали зачем хранить пищу, если можно съесть ее сразу, тем более не известно, доживешь ли ты до завтра, чтобы отведать свои запасы. делиться в группе было как то не принято, щедрость была довольно редким явлением и все найденное употреблялось тем, кто это нашел, правда если находку не отбирал более сильный. как раз наступило время искать пищу, группа разбрелась в разные стороны, однако стараясь держаться ближе друг к другу, на случай опасности.  

 

некоторые самки принялись за самое простое, поедание листьев. конечно же они ели не все листья подряд, но их богатый опыт указывал на то, какие именно они предпочитали. ближайшие кусты, были уже довольно основательно обглоданы, все-таки обезьяны не единственные и далеко не главные любители растительности, в саванне было полно травоядных животных, пасущихся там и тут. тем не менее, продвинувшись чуть дальше в заросли, они все таки отыскали вожделенные кусты, не тронутые какими-нибудь антилопами, или другими голодными копытными. другие самки и детеныши неподалеку, обирали ягодные кусты, отламывая веточки с ягодами и объедая их. понимая что кисло-сладкие ягоды намного вкуснее листьев, несколько самок из листоедов, присоединились к ягодной трапезе. двое детенышей нашли в траве улиток и в подражание взрослым, когда те обычно кололи орехи, стали бить камнями по их раковинам, чтобы достать содержимое. с гневным гиканьем прибежал молодой самец, он отогнал детенышей и стал поедать их улиток, хрустя при этом осколками раковины, налипшей на улитке, после того, как ее раковину раскололи камнями. детеныши обижено заверещали и заскулили, но ничего не поделаешь, за них никто не собирался заступаться, даже их матери, занятые частично поеданием листьев, частично ягод. этот самец был как раз тем, кто ранее нашел себе в пищу несколько речных мидий и ему хотелось еще чего-нибудь подобного, а не растительной пищи вроде ягод. детеныши же, переключились на поиск жуков в траве, что тоже было весьма неплохой пищей. покончив с улитками, жадный самец заприметил другую возможность поживиться. неподалеку, другой самец пытался сбить веткой орехи с дерева, некоторые успехи он имел, да и на земле уже валялись, выпавшие естественным путем, плоды орехового дерева, но он так увлекся процессом, что не замечал этого, чем и воспользовался тот жадный поедатель улиток. с громким гиканьем и уханьем он подбежав, начал хватать валяющиеся на земле орехи, что тут же заметил самец сбивающий оные. такой наглости он терпеть не желал и чтобы отпугнуть наглеца, начал кричать и бить веткой по земле. желаемый эффект это возымело, но несколько орехов наглец все же стащил, какие набив в рот, а какие захватив в руки. правда обезьянья кисть была не очень удобна для хватания и удержания предметов, но приходилось изворачиваться, чтобы не остаться голодным. унеся подальше награбленное, самец выложил свою добычу на траву и стал осматривать местность на предмет наличия камней, для того, чтобы достать вожделенные ядра. камней видать не было, зато нашлась некая, небольшая, крепкая коряга. этой корягой он и решил колоть орехи, взяв ее с двух сторон двумя руками и используя середину как ударную часть. орех поддался не сразу, все таки не камнем был бит, но приложив усилия, через некоторое время, самец уже наслаждался питательной добычей, тем более что орехи были довольно крупными.  

 

большая часть самцов отправилась с вожаком. они решили уйти чуть дальше от группы. вскоре, один молодой, смышленый самец, заметил какое то образование, созданное будто бы из песка, оно находилось в открытой зоне, на выходе из зарослей. с одной стороны, боязно было выходить в открытую степь, из скрывающих тебя от хищников зарослей, но молодой самец знал, что это не просто геологические, песчаные образования, это были термитники, а термиты это отдельное лакомство. не устояв перед искушением, он сорвал тростинку и неуклюже побежал к термитнику. ловить термитов было не сложно, обезьяны давно освоили эту процедуру. в нетерпении опробовать лакомство, самец начал расковыривать рукой термитник, ища в нем полости и дыры, куда можно было засунуть тростину. наконец, найдя подходящий проем, он засунул в него тростинку и стал ждать, пока термиты облепят ее. дальше все было просто, обратно доставалась тростина уже облепленная термитами, которые просто слизывались с нее. позабыв об осторожности, он увлекся этой ловлей термитов. однако ему повезло, на тот момент жара в саванне набрала силу и многие хищники предпочитали отлеживаться в тени, а не бродить под палящим солнцем. еще один самец, моложе предыдущего, нашел не менее привлекательное занятие. это было трухлявое, свалившиеся дерево. но не в дереве была суть, а в том, что скрывалось под его корой. под его корой скрывались питательные личинки жуков, еще больший деликатес чем термиты. но чтобы до них добраться, нужно было эту кору как то снять, как то расковырять всю эту конструкцию. иногда, если дерево совсем трухлявое, древесина легко крошилась и добраться до заветных личинок было несложно, однако данное дерево оказалось на редкость крепкое, точнее сказать чтобы снять с него кору, нужно было попотеть. самец попытался сдирать ее ногтями, но ногти у обезьян были намного слабее чем когти хищников и явно были не предназначены для таких занятий. ногти он поломал, но добился только не очень глубоких царапин на дереве. малый опыт в таких вещах его подвел. более опытный примат, смог бы наверняка сразу определить, нужное это дерево или нет, но данный самец был молод, а следовательно неопытен. со звуками негодования он начал бить руками по бревну, в надежде его сломать, но оно разумеется не поддалось. после еще нескольких попыток перевернуть, или сломать это тяжелое бревно, он наконец сдался, с личинками ему на этот раз не повезло. он решил положиться на большой опыт вожака и поспешил присоединиться к нему, в надежде что уж вожак то точно, быстро найдет какую-нибудь пищу и ему тоже удастся поживиться, хотя он конечно же понимал, что вожак делиться не любит. а сам вожак тоже даром не терял времени, в колючих кустах, он обнаружил птичье гнездо, содержащее яйца. пожалуй эта пища была питательней как термитов, так и личинок, не говоря уже о ягодах и листьях. он решительно двинулся к добыче. колючие кусты не были ему помехой, но в тот момент, когда он уже практически добрался до желанных яиц, на их защиту, из кустов выпрыгнула птица. очевидно это был родитель этих яиц. птица крича, отчаянно пыталась атаковать вожака, старалась всеми силами отогнать его от гнезда. но матерый обезьяний вожак так просто сдаваться не собирался, топая и крича он вначале попытался напугать и отогнать защитника, но птица оказалась слишком отчаянной и действовать пришлось решительней. он буквально накинулся на бедную птицу, сразу сломив ее сопротивление и нанеся серьезный урон. она, или он, конечно успела несколько раз больно клюнуть и укусить агрессора, но разгорячившийся вожак мало обращал на это внимание и итог был уже предопределен. вожак явно что то серьезно повредил в организме у защитника гнезда, немудрено, ведь у них была явная разница в весе и размере и вожак просто начал месить руками несчастную птицу. и тут вожака осенило, а ведь птица это тоже еда. схватив за шею уже полумертвое пернатое, он вцепился в нее зубами. птица еще слабо сопротивлялась и тогда, чтобы эта активность не мешала, вожак сломал ей шею. теперь это был уже не защитник своего гнезда, теперь это было просто мясо. вожак, стал не без усилия, рвать птицу зубами, пытаясь откусывать от нее куски, выплевывая перья. пока вожак расправлялся с птицей, второй самец, шедший с ним, поспешил разорить гнездо. он жадно накинулся на яйца и начал пожирать их прямо со скорлупой. он успевал поедать яйца, пока не спохватился вожак и не отогнал его от гнезда, попутно сам отогнав не вовремя подоспевшего молодого самца, того, кому ранее не повезло с личинками. шум услышал вожак и не выпуская птицу из зубов, ринулся к наглецу, посягнувшему на гнездо, свою заслуженную добычу. наглец однако съел большую часть яиц, попутно неуклюже разбив несколько. разгневанный вожак стал топать и бросаться в наглеца землей, смешанной с песком, а потом погнался за ним. воспользовавшись отсутствием конкурентов, молодой самец подбежав к разоренному гнезду, доел последние яйца и слизал содержимое разбитых яиц. удовлетворенный, он убежал до того, как вожак заметил бы эту невиданную дерзость.  

 

через какое то время подул ветер, небо начало затягивать тучами, а до вожака группы обезьян, с ветром донесся и запах. запах был ему знаком, такой в саванне встречался довольно часто, это был запах разлагающегося мяса. впрочем обезьяны мясо ели нечасто, если не считать мясом разных насекомых, тем более нечасто они ели мясо крупных животных. во первых потому что они не умели на них охотиться, доступными были только туши, убитые другими хищниками. доступны относительно, ведь хищники убивали животных не просто так, а для того чтобы их съесть, а даже если они не съедали все, то на их место приходили другие опасные падальщики, например гиены, после гиен не оставалось практически ничего и даже на это "ничего", претендовали еще одни падальщики, грифы, которых обезьяны при большом желании, все же могли прогнать. во вторых, челюсти обезьян не были приспособлены для того, чтобы откусывать куски мяса от свежей туши какой-нибудь антилопы, их челюсти для этого были слишком слабы. толковыми орудиями они не владели, не додумывались и использовать острые камни, в качестве разделочных инструментов. единственное что они могли, это отрывать руками и зубами, уже порядком подгнившие туши животных, когда мясо становилось уже более мягким и податливым. и вот как раз, представился тот момент, когда знакомый запах гнилого мяса, дает редкую и призрачную возможность, прикоснуться к этой труднодоступной пище. вожаку стало любопытно и он двинулся по направлению запаха. это же учуяли и два самца, находившихся рядом с вожаком, они тоже последовали за ним. к ним так же присоединился самец, который ранее был занят ловлей термитов. запах доносился со стороны степи, но любопытство пересиливало страх перед опасностью открытого пространства. самцы осторожно, постоянно оглядываясь по сторонам, приблизились к густым зарослям, высокой травы. все они были напряжены, ведь в таких зарослях, часто любили устраивать засады саблезубые коты, или леопарды. однако чтобы добраться до запаха, эти заросли нужно было как то миновать. решив не испытывать судьбу, обезьяны решили не лезть в сами заросли, а обойти их. найдя проем в траве, они все так же осторожно, вошли в него. теперь они были скрыты зарослями, но скрыт мог быть и потенциальный враг, находившийся в них. в любой момент, все обезьяны, от молодого самца, до вожака, были готовы броситься на утек, но запах гнилого мяса становился все сильнее и обезьяны шли вперед. вскоре, на выходе из этих зарослей травы, послышались неприятные звуки, скулеж, специфический лай и рычание. гиены добрались до туши раньше. двое самцов рванули от страха назад, но вожак и еще один самец не спешили, им было интересно увидеть то, за чем они сюда шли. крайне осторожно, они высунулись из травы и перед ними предстала картина: стая гиен, пожирали большую, наполовину съеденную, тушу буйвола. рядом с ними, ожидали своего момента грифы, они пытались отхватить кусочек от туши при любой возможности, как только гиены зазеваются. нечего было и мечтать об этом мясе, гиены сами устраивали за него перепалки, если вдруг одна окровавленная морда, пожиравшая тушу с одной стороны, наталкивалась на другую, такую же морду, которая пыталась присоединиться к этой, уже занятой стороне. к тому же гиен раздражали наглые грифы, который совсем их не боялись. гиены огрызались, но грифы лишь лениво отбегали в сторону, чтобы через мгновение, снова попытаться урвать кусочек от туши. обезьянам еще повезло, что сами гиены их не заметили, ветер дул в сторону обезьян, а не наоборот, а также маскировал шелест травы, производимый приматами, да и гиены к тому же были заняты. нужно было уходить, иначе можно было оказаться на месте того мертвого буйвола. вдруг раздался ужасный небесный грохот. это был гром. многие животные слышали его не раз, но никак не могли к нему привыкнуть и поэтому, многие его боялись. обезьяны не были исключением и в тот момент, когда раздался гром, вожак и еще один, рядом находившийся самец, в ужасе рванули назад, по направлению к своей территории. при этом гиены лишь на мгновение дернулись, грифы встрепенулись, но продолжили свой пир.  

 

из за застилавших небо туч, стремительно начало темнеть, а это означало, что нужно поскорее возвращаться к своему дереву. вожак, к тому времени собравший половину группы, подал зазывающий клич, некоторые самки, очевидно увлекшись сбором листьев и ягод, куда то разбрелись. почти все самки откликнулись и вышли к группе, они нервничали, виной тому был напугавший их гром. обезьяны не придавали значение, происхождению этого страшного звука, они воспринимали это как факт, не задумываясь почему и для чего, он периодически сотрясает небо. но они знали, что после этого звука, вскоре, с неба польется вода. иногда воды было очень много и это не очень нравилось обезьянам. в такое время они предпочитали пережидать на дереве, под защитой кроны, пока вся вода не выльется с небес. вожак заметил, одна молодая самка так и не появилась. он звуками, указал об этом группе. поняв пропажу, другие самки так же начали звать ее, но ответа не последовало. дело в том, что вовремя одного особо громкого раската грома, эта самка так напугалась, что не контролируя себя, побежала по направлению к реке, по пути зацепившись за сухую ветку и кубарем скатившись в заросли, забилась в ближайшие кусты. там она и сидела, скуля и дрожа от страха. тем временем пошел дождь. обезьяны прекратили зазывать пропавшую и под предводительством вожака, двинулись к своему дереву. шанцы потерявшийся выжить одной, а тем более пережить ночь, приближались к нулю.  

 

когда обезьяны дошли до своего убежища, дождь уже перерос в ливень. не хотя промокнуть до последнего волоска, они поскорее залезли на дерево и разместились на ветвях. листовая крона не полностью защищала от дождя, естественно вода просачивалась сквозь нее и сухими, обезьяны были вряд ли. но относительно открытых пространств саванны, спасала крона их дерева неплохо, хоть и недостаточно. стараясь не расходовать тепло, обезьяны старались поплотнее прижаться к дереву, а детеныши соответственно к матери, все старались меньше двигаться. они стали ожидать, пока кончиться дождь.  

 

в то же время, в кустах недалеко от реки, пряталась молодая самка, та, которую не докричалась группа. она вся промокла и замерзла, раскаты грома ее пугали, а когда сверкнула молния, на миг озарившая все вокруг, самка снова так сильно напугалась, что выпрыгнула из кустов. оказавшись под проливным дождем, она вдруг сильно захотела к своему родному дереву, где во время дождя, не так холодно, как здесь. до нее дошло, что мир вокруг резко потемнел, сидя в кустах, она этого как то не заметила. к тому же видимость была плоха не только из за темноты, но и из за сильного ливня тоже и она не понимала, где находиться ее группа и ее дерево. ливень успел смыть и все запахи, отчетливо пахло только сыростью. самка растерялась, она встала на две ноги и постаралась как можно сильнее выпрямиться, чтобы рассмотреть хоть что то, однако вряд ли это сильно помогло. как вкопанная стояла самка, тщетно пытаясь понять, что же ей делать, куда ей идти. из прострации ее вывел очередной раскат грома, а для закрепления эффекта, еще и сверкнула молния. от снова захлестнувшего ее приступа страха, самка метнулась назад, к реке. однако когда перед ней предстала полоса воды, она поняла, что этот путь неправильный, дерево было в другой стороне. заметив подплывающее к ней бревно, которое было крокодилом, она все так же в панике, побежала в противоположную сторону, иногда поскальзываясь на размытой от дождя земле, пытаясь идти то на двух ногах, то на четырех. дезориентация заставила ее промахнуться, пробираясь сквозь траву и кусты, она ушла левее от того места, где находилось ее дерево. теперь дерево было позади, но она даже не подозревала об этом.  

 

наступила ночь, но дождь и не думал прекращаться, гром все гремел, а молнии все сверкали, заставляя обезьян вздрагивать и сильнее цепляться за ветки, а кого то, за своих матерей. через какое то время дождь стал стихать, но внезапно, недалеко сверкнула молния, на этот раз она не просто сверкнула, а угодила в деревья, стоящие чуть поодаль от дерева обезьян. ночь озарил огонь, вспыхнуло одно из деревьев, в которые ударила молния. пламя охватило его полностью. для обезьян это было очередное шокирующее зрелище, все они отпрянув от своих веток, старались получше разглядеть этот гигантский факел. горящее дерево пугало и одновременно завораживало их, слышались удивленные обезьяньи возгласы, вожак начал остервенело трясти ветку над собой и издавать угрожающие звуки, его примеру последовали еще пара самцов, они нервничали и не понимали степень опасности данного явления, не могли понять, представляет оно угрозу, или нет. зарево заметила и потерявшаяся самка, бродившая не так далеко. точно так же, ее поначалу страх, сменился любопытством и она последовала на огонек. но с другой стороны саванны, огонек заметил некто иной, ему тоже стало любопытно и он так же двинулся к огню, это был леопард, ждавший пока ослабнет дождь, чтобы выйти наконец на охоту.  

 

дождь уже совсем ослаб, но таки сумел помешать огню распространится на другие деревья, поначалу ярко вспыхнув, пламя горело уже не так ярко, но по-прежнему служило маяком, как для заблудившейся самки, так и для непрошенного, ночного гостя. после того как ослабло пламя горящего дерева и прекратилась гроза, обезьяны заметно расслабились, хоть и оставаясь на стороже, но это чувство было врожденным и нормальным для саванны, оно присуще всем животным. после грозы с ливнем остался холод и многие животные прятались в своих укрытиях и логовищах, возможно это спасало до поры, до времени, бедную, потерявшуюся самку, видимо многие хищники решили подождать, более благоприятной для себя погоды. самка спешила к огню, шлепая по размытой дождем земле. страх не покидал ее, ей было холодно, но горящий впереди огонь манил ее, не известно, видела ли она в нем надежду, или шла инстинктивно, но она шла.  

 

обезьяны встрепенулись, услышав неподалеку шум кустов и дали тревожный сигнал, в темноте всегда таиться враг, даже если на самом деле, его там нет. в тоже время, потерявшаяся самка вышла из кустов и не доходя до горящего дерева, вдруг услышала знакомые звуки, звуки тревоги обезьян. она стала вглядываться в ночную мглу, но темнота не дала возможности, что либо хорошо рассмотреть, луна в эту ночь светила слабо, а звезды были скрыты тучами. в отчаянии, она крикнула в ту сторону, откуда, как ей показалось, были слышны знакомые звуки. в ответ раздались уже не просто знакомые, но родные звуки ее группы, они звали ее. когда обезьяны поняли что из кустов вышел не хищник, а потерявшийся член их группы, то они радостно оживились, особенно другие самки. и только вожак начал недовольно ворчать, он был недоволен тем, что потерявшаяся, куда то запропастилась и не откликалась на зов главы группы, таким образом, нарушив правило их обычного поведения. однако он ограничился только ворчанием, он продрог и не хотел устраивать разборки ночью, когда во тьме может скрываться враг. радостная блудная самка, тут же побежала к своей группе и мигом забралась на дерево. она так устала, что найдя подходящее для себя место, тут же уснула. горящее дерево, к которому она изначально шла, ее уже не интересовало, от радости встречи со своей утраченной группой, она про него просто забыла.  

 

через некоторое время, дождь совсем кончился, а обезьяны заснули и тогда, на сцену вышел нежеланный гость. леопард осторожно подбирался к горящему, или вернее сказать, уже тлеющему дереву. животные не понимали огонь, для них он был живым, каким то опасным, неведомым зверем, который пожирал все на своем пути, по этому леопард был весьма осторожен и с опаской, пригнувшись приближался к этому непонятному, светящемуся существу, держась поближе к кустам. сквозь сырость, чувствовался резкий запах горелой древесины и что то еще, что то знакомое, запах добычи. леопарду бывало ощущать оба этих запаха, один его не интересовал, горелая древесина несъедобна, но вот второй, второй запах был весьма соблазнителен. леопард постарался получше его ощутить. он минул тлевшее дерево и оказался недалеко от того дерева, где обитали обезьяны. запах усилился, леопард смелее двинулся вперед, однако все так же осторожно, стараясь держаться кустов, или травы, для меньшей заметности.  

 

теперь стало ясно, запах исходил от дерева, на нем находилась добыча, леопарду оставалось только как можно незаметнее добраться до нее.  

 

леопарду не составило труда приблизиться к дереву, он уже заприметил себе добычу, молодого самца, который спал на ветке, находившейся ближе всех к земле. изловчившись, он в два прыжка забрался на дерево и схватил обезьяну за ногу. от неожиданности, молодой самец с визгом попытался вырваться, но не рассчитал ситуацию и свалился на землю. от шума проснулись все обезьяны, они подняли дикие вопли. ночная тишина, огласилась множественным, громким визгом. крики обезьян, порой могли отпугнуть и ввести в замешательство многих хищников, шум дезориентировал их, но леопард был сосредоточен, ему нужна была добыча и он не собирался ее упускать. спрыгнув на землю, вслед за упавшим молодым самцом, леопард как прирожденный охотник, мигом пресек любые попытки к бегству и сопротивлению, вцепившись зубами в шею шокированной обезьяны. самец хрипел, судорожно дрыгал руками и ногами, но уже было понятно, ему пришел конец, он стал добычей. обезьяны на дереве неистовствовали, они бегали по веткам, трясли их, обламывали небольшие веточки и кидали в леопарда, но он, лишь все сильнее стискивал челюсти на шее у своей добычи, он ждал, пока ее не покинет жизнь. наконец несчастный самец обмяк, его рот был открыт, на лице застыло выражение дикого ужаса, но он был уже мертв. не разжимая челюстей, хищник уволок свою добычу во тьму, этой ночью, он будет сыт. обезьяны долго оставались взбудораженными, они кричали, бегали по дереву, активно тряся ветками, вглядывались в темноту, стараясь разглядеть в ней хищника, но его уже там не было, он утащил свою добычу туда, где ему никто не помешает ей полакомиться. в общем то леопард тоже любил затаскивать свою добычу на дерево и трапезничать там, например чтобы пищу не отобрали вездесущие гиены, или саблезубые коты. через какое то время, на крик обезьян пришел саблезубый тигр, он сделал несколько кругов недалеко от их дерева и удалился по своим делам, шум его раздражал, да и обезьяны были слишком высоко, чтобы утащить хоть одну. вскоре обезьяны затихли, самки с детенышами уснули, но самцы продолжали бдеть и вслушиваться уже в предрассветную саванну, однако и их одолела усталость. последним заснул вожак. после неожиданного нападения леопарда, обезьяны постарались залезть на ветки, которые располагались как можно выше от земли, на более нижних, спать теперь никто не решился.  

 

как обычно, обезьяны проснулись с рассветом, ночь у них выдалась непростая. убийство хищником одного из членов группы, произвело глубокое впечатление и оставило след на каждом. дерево оказалось не таким безопасным, как представляли себе приматы. однако жизнь продолжалась, впереди был целый день, который как и прежде, нужно было посвятить поиску пищи. вожак не слезая с дерева, сидя прямо на ветке, опорожнил кишечник на землю, следом туда же помочившись, для обезьян это было в порядке вещей и никто на это не обращал внимание, остальные же, начали спускаться. покидали дерево с опаской, вдруг хищник не ушел, вдруг одной смерти ему было мало и он устроил засаду где-нибудь в кустах неподалеку. от дерева никто не желал отходить, поэтому группа расположилась у его ствола, занимаясь вычесыванием друг друга, пока с дерева не спустился вожак, который первым осмелился отойти дальше всех. оценив обстановку, опытный вожак, позвал группу на водопой, оповестив всех что опасности он не наблюдает. прошедший накануне дождь, оставил после себя много влаги, которая еще не высохла, было довольно прохладно и солнце еще не успело нагреть саванну. но обезьяны знали, что дождь мог принести и пользу, например он мог наполнить какое-нибудь углубление в земле неподалеку, водой, создав таким образом небольшой водопой, а это означало, что не нужно было идти до реки, где было много опасностей. возможно вожак думал также, он направился в другую сторону, туда, где днем ранее, он и еще несколько самцов, нашли большую тушу, поедаемую гиенами. возможно вожаку думалось, что то место, более богато пищей, или что после той туши, хоть что то осталось, но он позвал за собой всю группу. группа безропотно последовала за вожаком, в обычном порядке: впереди самцы, посередине более молодые самцы, можно сказать подростки, в заде самки и детеныши. все старались держаться вместе и не разбредаться, еще одного члена группы терять не хотелось, будь то потеря заблудившегося, как та самка, или что еще хуже, как того самца, прошлой ночью.  

 

взгляд самца привлекло сгоревшее дерево, то, в которое ночью ударила молния. он повел группу, к этому обуглившемуся куску древесины. приблизившись, вожак осторожно потрогал ствол мертвого дерева, он был черным, безжизненным, от него странно пахло, так пахло всегда, после того, как это съедал огонь – непонятный и беспощадный зверь. следом подошли еще несколько самцов, им тоже было любопытно посмотреть на жертву огня, ведь не одно животное, не поедало деревья полностью, кроме него. впрочем утолив свое любопытство и не найдя чего то полезного среди копоти, а также угля, группа последовала дальше. обезьяны то и дело останавливались, например когда самцы выслеживали мелких грызунов, если им везло и они были достаточно быстры, то они ловили их, ломали грызунам позвоночник, или выкручивали голову, даже порой отрывая ее, после чего могли насладиться настоящим мясом, хоть и в очень небольшом количестве, ломая и разрывая тушку, а затем хрустя маленькими костями. в тоже время, самки и детеныши искали более привычную для себя пищу, съедобные листья и ягоды, правда некоторые, довольствовались не только этим, порой находили червей, или других насекомых, тоже весьма неплохую пищу. пока одни самцы во главе с вожаком были заняты охотой на грызунов, один хитрый самец начал сношать молодую самку, ту самую, которая недавно потерялась. он подкрался к ней, когда она собирала ягоды, самец без промедлений пристроился сзади нее и начал свой акт. самка вначале пыталась сопротивляться, но напор самца, быстро заглушил ее слабый протест. другие самки, видевшие сие действо, отнеслись к этому равнодушно, такое было в порядке вещей, нарушить акт мог лишь вожак, но он был занят охотой, да и с чего бы ему вообще собственно вмешиваться...  

 

после того как обезьяны подкрепились и утолили свои разные естественные потребности, по воле вожака, группа двинулась дальше. они и не заметили, как над саванной снова засияло солнце, прогревая землю своими лучами, стало заметно теплее, а хищников на горизонте видно не было, по этому, общее напряжение в группе начало спадать. вскоре, обезьяны вышли к открытой местности, но что самое главное, впереди виднелись два небольших озера, наполненные прохладной влагой. наконец то они нашли себе лучший водопой чем река, где в любой момент мог напасть крокодил, или разъяренный гиппопотам, да и прочие хищники были нередкими гостями на берегу реки. озерца же были небольшими и вряд ли в таких бы жили крокодилы, однако обезьяны хоть и с радостью прильнули к водной глади, но с явной опаской, то и дело резко отрываясь от питья и вглядываясь в водную поверхность, на наличие уже знакомого, крокодильего силуэта, прятавшегося обычно под водой и оставляя на поверхности лишь часть головы, похожей, на что то вроде бревна. но на их счастье, бревен на поверхности видно не было, ничего, напоминающего крокодила или бегемота, только птицы, сидевшие прямо на водной глади. утолив жажду, вожак начал осматриваться в поисках дальнейшего пути, очевидно, что они отклонились от того места, где вчера он обнаружил тушу буйвола, которую облюбовали гиены и грифы. стало очевидно, что они и не заметили, как далеко отошли от своего дерева. вожак стал заметно волноваться, он начал нервно вглядываться в горизонт, он вспомнил, что сейчас они находились на открытой местности, а это значило, что если на горизонте появиться хищник, группа вряд ли сможет убежать, ведь деревья были далеко, а редкие заросли высокой травы, или одинокие кусты, служили ненадежным спасением. недалеко, важно шагали огромные динотерии(животные похожие на слонов, но не являющиеся их прямыми предками, имели бивни похожие на клыки, торчащие вниз прямо из челюсти), гиганты саванны, чтобы насытиться, такие громадины порой объедали все листья, что попадались им на пути, оставляя за собой голые деревья. однако обезьяны ничего не могли поделать с такими конкурентами за пищу, если динотерии съедали все пригодные листья, значит нужно было искать другие, целые. впрочем сейчас вожака это не волновало, гиганты просто мирно шли по своим делам. обезьяны тем временем прохлаждались возле водоемов, кто то даже пытался зайти в воду, но если вода доходила до пояса, с криком выбирались обратно, все-таки обезьяны скверно плавали и по сути даже боялись пытаться, порой вода их пугала, пока снова не охватывала жажда, вынуждающая искать водопой. многие занимались своим любимым делом, вычесыванием друг друга, детеныши резвились или просто сидели в обнимку с матерями. через некоторое время раздалась ложная тревога, обезьяны увидели, что к ним приближаются какие то существа, группа сразу забыла о праздности, все стали вглядываться, хищник ли это? группа была напряжена до придела, все готовы были бежать куда угодно, при малейшей опасности, но, как оказалось, к ним приближались всего лишь анкилотерии(животное отдаленно похожее на верблюда или гигантского ленивца, ростом около двух метров), они явно пришли на водопой. напряжение спало, анкилотерии не были врагами, если конечно не вставать у них на пути, но обезьяны и не думали бросать им вызов, наоборот они посторонились, когда животные подошли к воде.  

 

время шло и вожак подумал что нужно идти обратно, теперь они узнали где есть хороший водопой, причем даже два и теперь не нужно было рисковать, идя к реке. он уже хотел дать сигнал группе, как вдруг, с той стороны, откуда они пришли, показались огромные гиены. вначале гиены как будто бы хотели пойти в другую сторону, но потом, помедлив, развернулись как раз в сторону обезьян. нужно было срочно уходить, путь назад был закрыт, нужно было уводить группу в другое место, в другую, неизведанную сторону. вожак поднял тревогу, всполошилась не только группа, встревожились и анкилотерии, до этого мирно пасшиеся у водоема. возможно гиены пришли за ними и хоть анкилотерии были массивными животными, но те гиены тоже были немаленькие, их была целая стая, а их челюсти, не оставляли шансы на спасение. обезьяны во главе с вожаком бросились бежать, они то пытались бежать на двух ногах, то вставая на все четыре конечности, но главное, им нужно было уйти с открытой местности, нужно было срочно найти заросли, а лучше рощу. гиены тоже прибавили ход, перейдя на рысь, в этот момент обратились в бегство и анкилотерии, только в другую сторону. гиен как рас интересовали эти крупные млекопитающие и они начали за ними погоню, однако обезьяны наверняка этого не знали, по этому спасались бегством и даже не думали останавливаться, ведь даже если гиены изначально охотились не за ними, никто не гарантирует что они не изменят свои цели. вскоре, сзади раздались крики анкилотериев, это означало что гиены нагнали их, завязалась битва, обе стороны сражались отчаянно, одни за пищу, другие за жизнь, анкилотерии пытались отбиваться от гиен своими длинными, массивными, передними ногами. но обезьяны не желали смотреть на этот бой, они ушли уже довольно далеко, правда до них, все равно какое то время доносились звуки борьбы. обезьяны устали, детеныши на спинах матерей жалобно пищали, но никто не хотел останавливаться.  

 

постепенно, солнце стало садиться, обезьяны сбавили темп, нужно было позаботиться об укрытии на ночь. вожак остановил группу, нужно было подумать, где искать ночлег. обезьяны осматривались, но как назло, кругом были почти сплошные заросли высокой травы, редких кустов и одиноких деревьев, стоящих то тут, то там. судя по всему, ночь группе придется провести как раз на одном из таких, одиноких деревьев, стоявших посреди открытой саванны. проблема в том, что ночью хищникам будет хорошо понятно, где сидит добыча. когда деревьев много, обезьяны менее заметны, расположившись на одном из них, но когда дерево одно, а кругом открытый простор, то какому-нибудь леопарду, или саблезубому коту, будет сложно пройти мимо такой заманчивой дичи.  

 

не теряя времени, группа нашла подходящее, более-менее крупное, на вид удобное дерево и забравшись на него, началась устраиваться. кто то начал отлавливать насекомых, ползущих по древесной коре, кто то строить себе подстилку, ломая ветки с листьями и укладывая их на ветви, в итоге получая относительно мягкое и удобное гнездо. вожак залез повыше и соорудил там, себе подстилку, для того, чтобы дальше видеть и если что случиться, оповестить группу. обезьянам только оставалось смотреть на закат и провожать солнце, впереди была ночь. родное некогда дерево из рощи, осталось позади, путь к нему преградили огромные гиены, да и в целом, группа ушла уже слишком далеко от него, легче было найти новую рощу, переждав здесь ночь.  

 

на удивление, ночь прошла спокойно. в темноте конечно что то происходило, недалеко кто то шуршал в траве, еще дальше, слышались всплески воды, но в целом, обезьян никто серьезно не потревожил. проснувшись как всегда с рассветом, вожак стал оглядывать окрестности. он заметил, что дальше от дерева, в траве что то поблескивает. вода, догадался вожак, он обдумывал путь для своей группы, но блеск воды, казалось был повсюду. это были топи, да и трава была непростая, то был камыш, водяная трава. топи можно сказать, окружали пространство вокруг и обезьянам пришлось бы их обходить, но вожак этого еще не знал, он решил что это очередной водопой. еще немного посмотрев по сторонам и не найдя чего либо подозрительного, вожак подал голос, знаменующий, что группе нужно спускаться вниз, начинался новый день. вскоре обезьяны заметили что в этой местности, водиться довольно много змей, обезьяны то и дело кричали, топали, хватали ветки и коряги, били и кидали их в змей, одну змею даже подбили, брошенной корягой, но приблизиться не рискнули, все знали что змеи, не смотря на свой размер, бывают смертельно опасными, правда не знали, какие именно. вожак, наметив ранее водопой, позвал группу и они двинулись к топям. группа сразу столкнулась со сложностями болотной местности, непонятно было, где твердая земля, а где ненадежные, травянистые островки, с которых легко можно было упасть в воду. кругом были заросли водяной травы, закрывающей обзор, однако и в этой ситуации, обезьяны нашли для себя что то выгодное, они начали ловить лягушек, в изобилии встречавшихся в этом месте. лягушки показались им вполне пригодной пищей, их можно было даже есть целиком, не разрывая на куски. не обошлось без инцидентов, то и дело, уходила из под ног хлипкая почва и обезьяны проваливались в воду, благо особо глубоко там не было, где по пояс, а где даже меньше, провалился даже вожак, но увидев рядом, проплывающую змею, он с криками и визгом, дико колотя руками по воде, быстро выбирался обратно. шум, всплески воды и вибрация, привлекли еще кое кого...  

 

довольно быстро вожак понял, что дальше им не пройти, эту топь им было не одолеть, нужно было поворачивать обратно и обходить ее по твердой суше. но для начала, нужно было найди пригодное для питья место и утолить жажду. после некоторых блужданий, группа нашла подходящий островок, утроившись на нем, обезьяны прильнули к воде. на вкус, вода была не такая как на реке или озере, она была более затхлая, но обезьяны не обращали на это внимание, в условиях, которых они жили, было не до привередничества, все что было пригодно, то и было пропитанием. один из самцов, видя аппетитные водоросли в воде, но до которых он не мог дотянуться, придумал поймать их с помощью тростинки, которую он позаимствовал от тростника, произрастающего здесь же. тростинку он протянул к водорослям и стал аккуратно их, на нее наматывать, стараясь при этом самому не упасть в воду. усилия не прошли даром и самец с удовольствием, одним быстрым движением, слизал водоросли с тростинки, такая зелень показалась ему даже вкуснее обычных листьев. вожак, смекнув принцип действия такой добычи, так же поспешил раздобыть себе инструмент и тоже принялся за выловлю водяной зелени, вслед за ним, за тростинки взялись еще пара особей, среди которых была и одна зрелая самка. менее же смышленые, ловили лягушек, улиток, или пытались найти еще что-нибудь съедобное. обезьяны не подозревали, что из воды за ними кто то следил, он ждал лишь подходящего момента, весь покрытый тиной и водорослями, он был незаметен для них, правда на самом деле, этот молодой крокодил, не был таким уж большим, но зато, он был очень даже смертельным. хорошей возможностью, для него оказалась молодая самка, та, которая ранее потерялась и чудесно нашлась, она снова проявив любопытство, увидела в воде рыбу и чуть отделившись от общей группы, пыталась выудить ее их воды.  

 

рыба была проворной и никак не давалась попасться в руки, один раз самке все же удалось дотронуться до нее, но она была настолько скользкой и верткой, что сразу же скрылась в мутной глубине. самка начала вглядываться в воду, как вдруг, почуяв что то неладное, замерла на месте и в тот самый момент, вода взорвалась и из нее вынырнула огромная, открытая пасть. все действо продолжалось мгновение, самка даже не успела понять, как ее за голову схватил крокодил и она сразу же оказалась в воде. в группе снова началась паника, они и забыли об этой опасности, вчера им попался спокойный, безопасный водоем и это усыпило их бдительность, чем собственно и воспользовался древний хищник. крокодил создавал мощное волнение и массу брызг, крутясь под водой и стараясь таким образом поскорее утопить, а за одно и переломать все кости своей жертве. много времени ему не понадобилось, тщедушная самка погибла почти сразу, а крокодил с добычей исчез так же быстро, как и появился. группа потеряла еще одного члена, причем возможно даже не одного, дело в том, что самка была оплодотворена, когда один из самцов, недавно овладел ею, таким образом, если бы она не погибла, в группе мог появиться еще один примат. обезьянам снова пришлось в ужасе убегать. они рванули туда, откуда пришли, постоянно спотыкаясь и проваливаясь в воду, из за мягкой, податливой почвы. в панике, утонул один детеныш, но никто, особо не обратил на это внимание.  

 

вскоре, обезьяны таки выбрались обратно на твердую землю, они увидели свое одинокое дерево, на котором провели ночь, но оно уже было оккупировано. огромный динотерий, сдирал с него кору, своими ужасными бивнями-клыками, хоботом он срывал ветки и объедал с них листья. тревожить гиганта, было себе дороже, по этому поняв что дерево им не вернуть, вожак повел группу дальше, искать обход гибельных топей. обезьяны то и дело вновь упирались в камыши, но наученные горьким опытом, быстро уходили обратно и продолжали дальше искать выход. проходя около открытой степи, группа вдруг заметила саблезубого тигра, он расположился возле упавшего, сухого дерева и поедал добытую им тушу антилопы. вначале группа, снова чуть было не поддалась панике, но вскоре, они поняли что тигр занят своей добычей и не обращает на них никакого внимания. чтобы не тигр их не заметил, группа как можно тише и незаметней, под прикрытием травы, прошла дальше, все понимали, что малейший сейчас шум, смерти подобен, притихли даже детеныши. вожак старался избегать зарослей, чтобы снова не зайти в топь и эта тактика сработала, когда солнце было высоко в небе, группа миновала топи и вышла к рукаву реки. теперь, оставалось только следовать вдоль нее, в поисках нового дома, а точнее подходящего дерева. идя вдоль русла реки, обезьяны заметили на противоположном берегу, подходящую рощицу, но они не знали как до нее добраться. воды они теперь опасались еще больше, печальный опыт был еще слишком свеж, да и глубину никто не проверял. слишком близко, к воде никто подходить не решился, только вожак попытался, но быстро отбежал, как только дотронулся до водной глади, рябь, образовавшаяся на воде, снова напомнила ему о крокодиле. о том, чтобы попытаться перейти реку вброд, не могло быть и речи. обезьянам пришлось снова продолжить свой путь, они внимательно смотрели по сторонам, ища не только новое место обиталища, но и разного рода опасности.  

 

теперь растительности было больше, вокруг стали попадаться относительно плотные заросли кустарника, были деревья, но как и раньше, лишь по одному и на приличном расстоянии друг от друга, такие были на крайний случай, если снова придется тут заночевать. скоро, солнце начало клониться к закату, а обезьяны сделали привал, они нашли пригодные кусты, на которых росли кисло-сладкие ягоды и решили ими подкрепиться. услышав неподалеку всплеск, обезьяны побросали все свои дела и обратились во внимание, их снова посетили воспоминания об ужасном крокодиле. однако это оказалось всего лишь стадо антилоп, переходивших реку вброд. пока они переходили, вожак обезьян заметил, что стадо легко преодолело этот брод, глубина была небольшая и на животных никто не попытался напасть, антилопы были спокойны и шли организованно. неужто эта часть реки была безопасной и через нее можно перейти на другой берег, где росла искомая роща? вожак наблюдал, с одной стороны, ему показалось что река преодолима и можно последовать примеру антилоп, но с другой, сказывалась приобретенная боязнь воды, которая была еще слишком свежа, чтобы преодолеть ее, ведь в каждом всплеске, мерещился затаившийся крокодил. нужно было что то решать. остальные же обезьяны, беззаботно вернулись к поеданию листьев и ягод. вожак еще какое то время покидал в воду камни, пытаясь таким образом выяснить, отреагирует ли на них тот, кто предположительно там прячется, но кроме всплесков от падающих камней, никакой реакции, или событий, не последовало.  

 

солнце уходило в закат, уходил и свет, группе нужно было срочно искать убежище. идти дальше вдоль реки, было опасно, оставалось два варианта, залезть на ближайшее одиночное дерево, или рискнуть и переправиться через реку. все это время, вожак не спускал глаз с воды, он пытался уловить малейшее движение на ее поверхности, но все было спокойно и тогда, он наконец решился. несмело подойдя к краю берега, он осторожно и медленно, попытался опустить в нее одну ногу, сразу почувствовал холод, он с недовольным возгласом убрал ее назад. набравшись все же решительности, вожак нетвердо, но уже упорнее, вошел в воду по колено. вокруг становилось темнее, уже не так было хорошо видно, что происходит в воде, точнее на ее поверхности, вожаку снова стало страшно и он вернулся на берег. еще раз посмотрев на другой берег, на воду, вожак поплелся к группе и дал сигнал следовать за ним. еще одну ночь, им придется провести на одиноком дереве.  

 

ночь прошла почти без происшествий, своим присутствием, почтил только один гость, это был медоед. он шумно пыхтел, рыская в поисках съестного, а потом решил посмотреть, что это такое там на дереве. встав на задние лапы и вытянувшись во весь рост, он попытался залезть на дерево, при этом активно царапая кору своими мощными когтями. звуки, услышали обезьяны и молниеносно подняли тревогу. ночь снова наполнилась визгами и криком, обезьяны трясли ветками, словом всячески пытались напугать непрошеного гостя. медоед был не сколько напуган, сколько ошарашен таким приемом, действо ему не очень понравилось и он решил удалиться от этого безумия и шума, куда подальше, к тому же медоед явно не охотился на обезьян, по крайней мере на взрослых, ему было просто любопытно, однако приматы этого не знали, для них каждый ночной вторженец, был врагом. кроме наглого медоеда, больше на их дерево никто не покушался, хотя как обычно, вокруг всю ночь слышались какие то странные звуки и шуршания в траве, возможно там рыскал медоед, возможно кто то другой, в саванне хватало ночных зверей.  

 

ночь проходит, как проходит и день, но сейчас наступал рассвет. солнце поднималось, возвещая о новом дне, который нужно было потратить на поиск пищи и что самое главное, поиск нового дома. вожак как и всегда, проснулся среди первых, ему нужно было осмотреть пространство вокруг. постепенно, стали просыпаться остальные, им повезло, ведь не надо было искать воду и пищу, река была близко и кусты под рукой. ночного гостя и след простыл, но остался слабый, весьма специфический запах, а также, на древесной коре, остались следы от когтей. спустившись с дерева и справив естественные потребности, обезьяны отправились поедать растительность, вожак же и несколько самцов, отправились на водопой. вожака не покидала идея переправы там, где вчера переходили антилопы, он искал именно тот берег. память на детали у обезьян была развита, иначе им было бы невероятно сложно, ориентироваться в огромной саванне. берег быстро был найден, но пока самцы утоляли жажду, на другом берегу затрещали кусты. обезьяны молниеносно отстранились от воды и напряглись. вначале кусты тряс кто то неведомый, но потом, из них медленно вышел медведь. он не торопился, принюхивался, когда он увидел на противоположном берегу испуганных обезьян, он остановился, ему как и ночному медоеду стало любопытно, он стал неуверенно подходить к воде. обезьяны были готовы к бегству, они готовы были кричать, сигнализируя тревогу, но пока они ждали, на них нашло какое то оцепенение, они замерли, ожидая дальнейших действий странного зверя. данная группа обезьян, видела медведя впервые, они не знали, чего от него можно ожидать, но его внешний вид, явно не внушал доверия, он не походил на привычного травоядного, на хищника же, он походил больше. медведь уже зашел в воду и в нерешительности, но с любопытством, он решил встать на задние лапы. когда странный зверь, встал на ноги как обезьяна, приматы в недоумении, бросились наутек, они кричали, уведомляя группу о том, что их настигла опасность. группа снова снялась с места, все снова бежали. не ожидая такой реакции, медведь решил побежать за ними, ему начинало казаться, что от него убегает добыча, хотя до этой встречи, он искал в кустах ягоды и не рассчитывал на мясо. видимо планы изменились и медведь уже бежал по воде, поднимая тучу брызг. перебравшись, медведь поначалу потерял обезьян из виду, но сориентировавшись, продолжил погоню. медведь стал нагонять группу, не смотря на свои габариты, он быстро бегал, тогда вожак принял очевидное решение, он повел группу в заросли высокой травы, это должно было сбить с толку зверя, или по крайней мере его затормозить. обезьяны ринулись в заросли и скрылись из виду, их маневр удался, медведь сбавил темп, он думал как их теперь выследить, но долго он не размышлял и тоже ринулся в заросли. однако обезьяны бежали не прямо, паника сделала свое дело, по этому они петляли, что собственно и послужило им хорошую службу, путая след. наконец медведь отстал, он потерял след. отдышавшись и еще несколько мгновений послушав пространство вокруг себя, медведь повернул назад, он был недоволен своим промахом. обезьяны все бежали, два раза детеныши отставали, но на этот раз, группа не дала им сгинуть, обезьяны вовремя спохватывались и возвращали их в группу. выхода видно не было, кругом была высокая трава, море травы, обезьяны не знали, куда их выведет случай, может быть в пасть к очередному хищнику?  

 

неожиданно, заросли травы кончились, обезьяны растерянно остановились, вожак попытался сориентироваться и оценить обстановку. впереди было открытое пространство, трава была уже не такой высокой, ее заросли были не такими плотными. кроме мирно бредущих окапи, другой живности не наблюдалось. зато чуть дальше, виднелись они, плотные заросли деревьев, почти целый небольшой лес, к которому и направлялись окапи. думать было нечего, группа устремилась к своей цели, которая на этот раз, была так близка.  

 

меж тем, на небе собирались тучи, обезьяны понимали что нужно искать укрытие, на их счастье, судя по всему, укрытие теперь у них будет не временное. подойдя к деревьям, группа, начала осматриваться: многие деревья выглядели удобными, на них можно было легко забраться, крона плотная, хорошая защита от непогоды, других обитателей, кроме птиц, на них видно не было. рядом с деревьями обнаружились ореховые кусты, через некоторое время, стали слышны постукивания, обезьяны искали орудия, которыми можно было колоть орехи и найдя, начинали орудовать, кто камнем, а кто палкой. вожак, выбрал подходящее для всей группы крупное дерево и поспешил залезть на него, нужно было осмотреться. с одной стороны, обзор закрывали близстоящие деревья, что с одной стороны хорошо, когда деревьев много, обезьяны менее заметны, хороший обзор был лишь в ту сторону, откуда они пришли, что тоже было хорошо, так как будет видно, кто решит их навестить. сейчас к ним приближались окапи, они шли полакомиться листьями с деревьев. оставалась одна проблема, нужно было найти водопой, желательно как можно ближе. многие обезьяны не успели утолить жажду утром, медведь не дал им этого сделать, по этому некоторые стали осматриваться вокруг, в поисках воды. в это время, приблизились окапи, они не стали трогать дерево, на котором находились обезьяны, довольствуясь лишь деревьями, росшими с краю зарослей. обезьян это устраивало. теперь группе никуда не хотелось уходить, из этого места, но им нужно было найти водопой, однако общая усталость и страх очередного, недавнего преследования, довлел над ними. на небе плотно сомкнулись тучи, это означало, что дождь может наполнить водой ложбины и углубления поблизости, обезьяны знали это, на этот раз они его ждали. и он наконец пошел. хлынул целый ливень, постепенно он только набирал силу. обезьяны радостно подставляли согнутые ладоши, под мощные капли живительной влаги, вода наполняла их и таким образом, они утоляли жажду. некоторые обезьяны пытались ловить капли ртом, детеныши кувыркались по мокрой земле, плескались в лужах и пили из них, все радовались этому явлению, вздрагивали и сжимались при раскатах грома, но радовались этому ливню, сегодня он их спасение. вожак, оторвал ветку с листьями, спустился с дерева и накрывшись ею от дождя, присел и тоже протянул ладонь, для того, чтобы она наполнилась влагой. это был опасный путь и долгий переход для группы, не обошлось без потерь, все устали, но наконец, они достигли цели.  

 

после принятия незапланированных водных процедур, мокрые обезьяны решили отправляться на боковую, они устали, к тому же дело шло к ночи, по этому забравшись, на выбранное для группы дерево, они смастерили себе лежанки из веток с листьями и забылись глубоким сном. под плотной кроной, дождь не так доставал, к тому же к ночи он кончился, а сама ночь, казалось прошла спокойней обычного, ночных шорохов, почти не было слышно, или возможно обезьяны слишком крепко спали, в любом случае, эта ночь прошла мирно.  

 

все же идиллия не длиться вечно, утро началось с конфликта. один самец, приглядел себе понравившуюся самку и стал следовать за ней, это увидел другой самец, у которого тоже были свои планы на нее, рассвирепевши, он накинулся на конкурента. поднялся крик и вопли, самцы вцепились друг в друга, колотили руками, кусались и катались по земле. самка словно в трансе, молча наблюдала за всем этим, не в силах пошевелиться, было понятно, что она достанется победителю. не стал вмешиваться и вожак, он лишь наблюдал за потасовкой, кряхтя и издавая звуки, похожие на ворчание. дерущиеся самцы подняли пыль и привлекли всеобщее внимание группы, все наблюдали за развязкой, но никто не вмешивался. победил более крупный самец, приближенный к вожаку, он зарядил сопернику рукой прямо в ухо, ударив плашмя и таким образом вывел его из строя. проигравший, прикрывая битое ухо, поспешил ретироваться подальше в кусты, а довольный победитель, издав победный вопль, воспользовался своей заслуженной наградой, т. е. начал сношать самку у всех на виду. однако никто не был против и скоро все разошлись по своим делам. все, кроме вожака, он понимал, что этот победивший самец, как бы он не был близок к вожаку, может скоро бросить ему вызов, захотев стать новым вожаком группы.  

 

наевшись растительностью и орехами, обезьяны снова задумались о воде. дождь прошел, но влага после него довольно быстро высыхала, на небе снова сияло солнце, которое осушало следы вчерашнего ливня. стало очевидно, что нужно было искать нормальный водоем, а не лакать воду из грязных луж. вожак решил посмотреть что находиться на другом конце их зарослей. добравшись до крайнего дерева, располагающегося на другой стороне от той, с которой они пришли, вожак оглядел горизонт. он сразу заметил блеск воды, много воды, этого ему было достаточно и он издал призывной клич. прошло совсем немного времени, как вся группа уже была в сборе. правда последним, вальяжно явился сегодняшний триумфатор, самец победивший соперника и овладевший самкой, проигравший самец держался от него поодаль и старался не попадаться ему на глаза. вожак еще раз подметил вызывающий вид того самца, нужно было держать ухо востро.  

 

вскоре группа выдвинулась на исследования очередного водопоя. по мере приближения, становилось ясно, что впереди много воды, действительно, впереди было довольно крупное озеро. обезьян сопровождали карликовые, безрогие носороги, они тоже явно шли на водопой. обычно пугливые, но сейчас носороги казались спокойными, что указывало на отсутствие хищников неподалеку, из за чего и обезьяны немного расслабились, при этом не усыпляя бдительности. группа добралась до озера, когда солнце уже во всю палило и грело саванну, в такую погоду жажда приходит очень быстро, обезьяны стали искать подходящее место. на водопое присутствовали вчерашние, уже знакомые окапи, поодаль лакали воду мелкие гиены, они были не опасны, так как питались в основном насекомыми, в саванне жило множество видов гиен, среди которых были как ужасные чудовища, так и такие, мелкие существа. найдя подходящий пляж, обезьяны прильнули к воде и начали жадно пить, она оказалась прохладной, освежающей. в отличие от вчерашнего дождя, ее было удобней пить из водоема, чем пытаться набирать капли в ладонь, да и в лужах вода была не такой вкусной. группа даже не заметила, как из за привычной жажды, все позабыли о страхе перед водоемами, который появился из за прошлого нападения крокодила, правда все, все равно поглядывали на водную гладь, в поисках признаков такового.  

 

новый водопой для группы очевидно был найден, правда пока было непонятно, насколько его окрестности безопасны, да и безопасны ли его темные воды. тем временем группа отдыхала, напившиеся обезьяны вычесывали друг друга, или искали на берегу чего-нибудь съестного, вожак то и дело, недовольно поглядывал на нового конкурента, он следил за его действиями, порой отвлекаясь наблюдениями за тем, что творилось вокруг. и в какой то момент он заметил кое что странное – неподалеку, в зарослях пальм, растущих близко к воде, улавливалось некое движение, кто то явно старался как можно осторожнее, пробираться сквозь растительность, издавая как можно меньше шума, там кто то прятался. вожак пока не стал поднимать тревогу, он был настороже, но решил наблюдать за тем, что будет дальше. растительность колыхалась, но кто в ней прятался, видно не было. обезьяны же, не замечали ничего странного, они наслаждались дневной саванной и прохладным водоемом. самец-конкурент уловил на физиономии вожака какую-то тревогу, но не успев озадачиться этим обстоятельством, таинственное существо, прятавшееся в зарослях, себя выдало, точнее оно резко выбежало из своей засады и стремительно, молниеносно, направилось к группе. вожак издал тревожный вопль, но было уже поздно, саблезубый кот напал на первую попавшуюся обезьяну, это был подросток, недавний детеныш. от неожиданности, он даже не успел повернуться лицом к хищнику, саблезубый кот резко схватил его в заде за шею и начал душить, смыкая мощные челюсти с длинными клыками. обезьяны растерялись и дико перепугались, но на этот раз они не стали убегать, а попытались отбить члена группы у хищника. группа подняла дикий крик, самки осыпали врага песком, кидали в него камешки, правда точность обезьян явно хромала, да и урон ими нанести было сложно, однако самец-конкурент, нашел на берегу корягу и размахивая ею, приблизился к хищнику. саблезубый кот рычал и пятился, держа в зубах свою жертву, она была уже мертва и теперь хищнику нужно было только отступить с добычей. самец истерично визжал и бил корягой о землю, пытаясь шокировать и напугать врага, зверь же, отпускать свою законную добычу не собирался и не разжимая челюстей, развернувшись, устремился обратно в заросли, надежно удерживая в пасти свою жертву. самец лишь вдогонку, успел в него кинуть свою корягу, естественно промахнувшись, но ничего другого группа сделать не могла, когти кота были смертельны, он не постеснялся бы пустить их в ход, если кто-нибудь, осмелился бы приблизиться слишком близко. панику подняли не только приматы: мелких гиен как ветром сдуло, встрепенувшись, улетели некоторые птицы, кроме пожалуй тех, что на своих длинных ногах стояли в воде и высматривали рыбу, окапи убежали в степь, только карликовые носороги поначалу возбудившись, все же остались у водоема, ведь они были дальше всех от места события. впрочем кто знает, повезет ли этим спасшимся сегодня животным, завтра. группе ничего не оставалось, как поскорее покинуть опасное место и вернуться в свое убежище, скорее всего им предстоит вернуться сюда снова, жажда будет требовать свое, но сегодня, им не стоит больше искушать случай, нужно было уходить, возвращаться к деревьям.  

 

подходя к своей рощице, группа заметила движение посреди деревьев, снова настороженность, в любое мгновение готовая перейти в панику. самки стали пятиться назад, за них прятались детеныши, самцы настороженно, медленно стали двигаться к роще, они заметили что тот кто там скрывается, был не один, движений было множество. напряжение нарастало, самцы пытались найти на что-нибудь, что можно было использовать как оружие, камни, палки, что угодно, но нашли только несколько средних камней. один из самцов не выдержал и с воплем бросил камень в сторону потенциальной угрозы, камень не долетел даже до деревьев, упав неподалеку с глухим стуком. самцы остановились, ожидая какого-либо ответа со стороны незнакомцев. через некоторое время, так же медленно и осторожно, незнакомцы стали выходить к группе. самцам показалось, что эти незнакомцы явно кого то им напоминают, кто это такие, стая? но каких животных? хищники ли они, враги? но по мере приближения, обезьян осенило, не стая а группа, такая же как наша, животные эти были такими же обезьянами, их самцы так же осторожно, медленно подбирались по направлению к хозяевам рощи, а их самки и детеныши, точно также, испугано прятались за деревьями, ожидая развития событий. они такие же как мы! наконец осенило группу. враги ли они? может быть конкуренты? возможно, но главное было в том, что до группы дошло, они такие не одни, не одни они бродят по опасной саванне, не одни прячутся от хищников, ищут пищу и воду, теперь, они были не одни...  

 

***  

такова была непростая жизнь наших предполагаемых предков. от них осталось совсем немногое, лишь почти целый череп и несколько других малых костей, но если все же, они окажутся нашими прямыми предками, то нужно отдать им должное. не смотря на все трудности и опасности, на суровые условия и тяжелое существование, благодаря единству внутри групп, они сумели дать жизнь другому, еще более близкому нашему предку, а в перспективе и нашему роду.  

 

 

| 35 | 5 / 5 (голосов: 1) | 11:50 30.11.2019

Комментарии

Lyrnist21:22 05.12.2019
a-rey91, при чём тут тон? https://yapishu.net/posts/read?id=7249
A-rey9118:45 05.12.2019
hukuta, благодарствую, хоть кому то мои непрописные буквы зашли) рифма прям топ, раунд!
A-rey9118:41 05.12.2019
gelion, опца - дрица, оп ца - ца...
A-rey9118:39 05.12.2019
lyrnist, дурной тон, писать дубли...
A-rey9118:38 05.12.2019
lyrnist, вообще то не айфон, у меня убитый гэлэкси, который отдал мне дядька, да и писал я не на нем, а в вордовском документе, на пк. то что нет заглавных, это "не баг а фича", точнее это такая моя своеобразная особенность, не люблю я почему то заглавные писать в каждом новом предложении, пишу все с маленькой(кроме имен и названий, вроде бы) уж не помню с каких пор так повелось. в общем, написано так намерено и дело уже твое, принимать это или нет...
Lyrnist18:09 02.12.2019
Не молодец Андрюха :-( Стырил все заглавные его айфон. Мне читать не в кайф.
Lyrnist18:09 02.12.2019
Не молодец Андрюха :-( Стырил все заглавные его айфон. Мне читать не в кайф.
Gelion18:03 02.12.2019
Обезьяны...обезьяны, а я маленький такой.
Как мне грустно - обезьяны, что я с круглой головой...
Hukuta03:39 02.12.2019
Молодец Андрюха! Продолжай в том же духе! (рифмованные строки) :D

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2019