Режим чтения

Коан Янг

Роман / Детектив, Мистика, Приключения, Фэнтези, Хоррор
Где-то высоко-высоко в небе, скрывшись от глаз простого человека, парит Академия Ши-Ян. Ее двери открыты для самых одаренных и просвещенных студентов. Коан Янг еще совсем ребенком мечтала попасть в ряды учащихся, но ей отказали. Теперь девушка выросла, и у нее появился второй шанс, и упускать его нельзя. В 50-х годах японский журналист Тара Ямада писал об Академии Ши-Ян самые разоблачительные статьи. Многие читатели не воспринимали его всерьез, пока однажды тьма не окутала их скромный городок, нагнав на жителей сущий ужас. Кто бы мог подумать, что виной всему послужили самые страшные секреты Академии, по неосторожности вырвавшиеся наружу? С тех пор все изменилось. Спустя пятьдесят лет Коан Янг приезжает в этот город, начиная замечать в нем что-то неладное. Удастся ли ей спасти угнетающий город от места, частью которого она так сильно жаждала стать?
Теги: перемещение во времени война Япония магия дружба журналистика

Оглавление

ГЛАВА ПЕРВАЯ: ПОПУТЧИЦА ГЛАВА ВТОРАЯ: ИНТЕРВЬЮ #1 ГЛАВА ТРЕТЬЯ: ИСТОРИИ ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ: ИНТЕРВЬЮ #2 ГЛАВА ПЯТАЯ: "ЗАКРЫТО" ГЛАВА ШЕСТАЯ: ИНТЕРВЬЮ #3 ГЛАВА СЕДЬМАЯ: БЕЖЕВЫЕ ДОМА ГЛАВА ВОСЬМАЯ: ИНТЕРВЬЮ #4 ГЛАВА ДЕВЯТАЯ: БИБЛИОТЕКА ГЛАВА ДЕСЯТАЯ: ИНТЕРВЬЮ #5 ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ: ОТШЕЛЬНИК ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ: ИНТЕРВЬЮ #6 ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ: КАРЕТТО ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ: ИНТЕРВЬЮ #7 ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ: ВАГОН-РЕСТОРАН ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ: ИНТЕРВЬЮ #8 ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ: ВОЕННЫЕ УЧЕНИЯ ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ: УГОРЬ ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ: ПРЕДАТЕЛЬ И ДРУГ ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ: КОМОД ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ: ПОБЕГ ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ: ХИЖИНА ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ: БЕЗЫМЯННЫЙ ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ: АКАДЕМИЯ ШИ-ЯН ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ: СПАСЕНИЕ ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ: ТОЧКИ НАД "i" ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ: ОТКРЫТЫЙ ОГОНЬ ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ: ОБРАЩЕНИЕ ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ: ПРОБУЖДЕНИЕ ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ: ПОСЛЕДНЕЕ ИНТЕРВЬЮ ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ: НОВЫЙ МИР ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ: ПРОЩАНИЕ ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ: ВЕЧНОСТЬ

ГЛАВА ПЕРВАЯ: ПОПУТЧИЦА

 

Почему-то все приключения, включающие в себя поездку на поезде, имеют особенную значимость. Вагон чуть резковато трогается с места, и ты понимаешь, что находишься в самом начале своего путешествия. Одна только мысль о том, что тебя ждет дальше, до безумия завораживает. То ли дело в рельсах, то ли в бесконечно тянущихся зеленых лесах и старых деревушек за окном, то ли в общей атмосфере. Такой своеобразной и уникальной, что можно забыть о всяких неудобствах. Подумаешь, один туалет на весь вагон… Подумаешь, в кабине неприятная зловония… Подумаешь, храпящий сосед попался на полке сверху или вечно плачущий ребенок… Стоит лишь разгрузить свои вещи, передохнуть немного, выглянуть в окно и представить, что предстоящая дорога – это дорога в свободный, совершенно новый и неизведанный мир, и что тебя в нем ждет – большой вопрос, – и сетовать на тему неудобств кажется таким никчемным делом.  

Мне нравилось думать, что я покидаю свой родной дом. Прощаюсь с прежней жизнью, сжигаю за собой мосты и смотрю только вперед – только в неизвестное. Именно этот момент – момент осознания – является для меня свободой. Я получила свободу, надо же! Полностью свободна ото всех! И неважно, нравилось мне дома или нет. Еду не зная куда, без попутчиков, помощи и идей. Просто еду и ни о чем не думаю. Что дальше – разберусь на месте. Не маленькая же.  

Хотя…  

Двадцать лет – это немного, правда? Точнее сказать, вполне достаточно для путешествий и всего, что только вздумается. Однажды я уже сбегала, когда мне исполнилось одиннадцать. Тогда я знала: родные будут искать. Знала, в какую панику впадет вся моя улица, где я росла. Знала, что если объявят в розыск, я буду вынуждена держаться подальше от полицейских и простых людей. Одиннадцатилетняя девочка, разгуливающая по улицам в одиночестве, – что-то тут нечисто! А где ее родители? Почему она без сопровождения? Надо спросить у нее. И на всякий случай, вызвать полицейских, а они уже пусть разбираются. Поэтому свобода у меня была не совсем многогранная: повсюду опасность, в любой неожиданный для меня момент я могла быть отослана обратно домой.  

И я была отослана. Не из-за полицейских или прохожих, меня никто не нашел. Дело было в другом. Я не продумала множество вещей прежде, чем прощаться с родным местом. Помню, мне пришлось горько… Помню, как возвращение домой приравнялось для меня к тюрьме с огромным сроком. Я ждала девять лет, чтобы заполучить новую возможность уехать.  

И вот, я ее получаю.  

Нельзя повторить предыдущие ошибки.  

Я обвела взглядом свое купе: видимо, попутчиков у меня не будет: поезд тронулся уже как десять минут назад, а три места до сих пор пустовали. Ну и хорошо. Мне же лучше – не придется скрещивать пальчики в надежде воспитанного соседа. Сделав глубокий выдох, я прижалась к твердоватой спинке койки и уставилась прямо перед собой: надо же, подумалось мне, покидаю дом, где мне было так хорошо. Возможно, никогда не вернусь… А может, все обернется иначе, и уже через месяц-два придется покупать билет обратно.  

Прямо как в одиннадцать лет.  

На фоне плавно растущего стресса появился аппетит. Так бывает, я была и к этому готова. Первые шаги всегда даются с огромным трудом. В голове все до конца не устаканилось. Настраиваешь себя на одно – психика выдает ошибку. Сердце начинало биться быстрее. Задрожали руки. Надо же, как быстро подоспела паника. Вдох, выдох, спокойно. Я вытащила из своего рюкзачка, набитого всем необходимым для путешествия, бенто, аккуратно завернутый в фольгу, и положила на столик. Достала палочки, салфетки и маленькую бутылку воды и тоже выложила их рядом с едой. Ужасно высохло горло. Я открыла бутылку и сделала три внушительных глотка, после чего лицо словно опухло и раскраснелось. Я вытащила из маленького кармана рюкзачка маленькое зеркальце: с лицом все в порядке – оно такое же худенькое, как прежде, даже слегка осунувшееся. Я всмотрелась в отражение собственных глаз. Во взгляде показалась свежесть, словно легкий утренний день после летнего дождя, и засверкали маленькие искорки, шепчущие о готовности встретиться со страхом лицом к лицу – впрочем, именно со страхом граничила моя бодрость. Я бы даже сказала, страх порождал во мне эту бодрость.  

Внезапно в кабинку постучались, и я выронила зеркальце из рук. Повезло, не разбилось – скользнуло прямо в рюкзак. Дверца купе широко открылась, в проеме показалась девушка, обвешанная кучей огромных сумок. Запыхавшаяся, она едва дышала, обводя взглядом купе. Ее завивающийся локон волос прилип к потному лбу, а румянец на щеках был настолько выраженным и ярким, будто их нарисовали самой сочной помадой. Она была пухленькой – не сказать, что толстой или крупной, просто слегка полновата – хотя даже «полновата» – слово слишком притянутое. У девушки были тонкие ноги, практически как у меня, но, видимо, дело в широких бедрах и пухленьких щечках – они придавали видимость несуществующей полноты. Темные длинные волосы с завитушками, на плечи накинута бледно-розовая куртка, полностью расстегнутая, под которой виднелась черная майка с белой надписью «НИРВАНА». На ногах черные сапоги на высоком каблуке, того же цвета юбка чуть выше колен совершенно нелепо сочеталась с телесными колготками. Впрочем, в этой девушке ничего толком не сочеталось…  

– Здрасьте, а я к вам, – устало, но все же с толикой оставшейся энергии сказала девушка, и ее сумки рухнули прямо у входа.  

Она перешагнула через них, сделала пятисекундную растяжку и рухнула на койку напротив, не рассчитав, видимо, размах, и ударилась затылком о стенку.  

– Твою мать! – сердито воскликнула она и зачесала голову.  

Да уж, попутчица мне попалась что надо, подумала я, лишенная надежд ехать одной. Невесело поджала губы, сдвинула еду и салфетки на столике в свою сторону и с недоумением наблюдала за действиями девушки. Она немного потаращилась на меня, что привело меня в возмущение: надо же, сидит и таращиться! Где ее воспитание? После чего перетащила все свои пять сумок поближе к себе, сопровождая каждое действие какими-то комментариями.  

– Так, эта тяжелее всех, под койку положу, в этой еда, тут одежда, там документы, а там у нас что… Ох, что-то я сегодня туповата… Тут ноутбук и фотоаппарат со всеми принадлежностями…  

Девушка положила самую тяжелую сумку под койку, а остальные четыре обставила вокруг себя – по две с каждой стороны. Из одной она вытащила широкую белую коробку, поставила на стол, а из другой сумки – какую-то книгу. Изучила название, прищурившись, пробормотав что-то себе под нос, и вновь уставилась на меня. Как-то задумчиво, словно гром и ливень портили все ее планы.  

– Я не очень вежливая, как видите, – сказала она, совершенно не озабоченная своим наблюдением. – Какая есть.  

Я понятия не имела, как реагировать, и поэтому просто выдавила вежливую улыбку.  

– Я Мизуки, кстати говоря. Все-таки, вместе ехать.  

– Очень при…  

– Ох, надо же поклониться, или как там? – перебила она, отчего мои глаза невольно округлились. – По правилам-то. Я ужасна в них, честно.  

Я дождалась, пока она договорит, выдержала паузу и с вежливой улыбкой ответила:  

– Очень приятно, Мизуки-сан. Меня зовут Янг.  

– Янг – это фамилия? – небрежно спросила она, изогнув бровь. – А можно по имени? Мне просто удобнее по имени. Вот я – Мизуки. Можно без сан. Какая же я сан? Мизуки-кун можно. Ты ведь не старше меня? Сколько тебе?  

Я сдержанно вдохнула и выдохнула. Разве так можно начинать общение? Вот бы, подумала я, ей в попутчики попался мужчина пожилых лет, строго придерживающийся всех правил этикета. Получила бы эта девушка по полной…  

– Мне двадцать, – не теряя улыбки, произнесла я, хотя мое напряжение было заметно.  

Но попутчицу и это не смутило.  

– Ух ты! Значит, ты моя ровесница! Слушай, Янг-сан, а ты далеко собираешься?  

– До конечной точки.  

– Здорово, я тоже! – обрадовалась она, хлопнув ладонью по сумке слева от себя. – Ну и дорога у нас… Целый день, скажи? К утру только приедем.  

– Да, дорогая длинная, – произнесла я не так радостно и склонила голову вбок. Чем бы себя занять? Чтобы у этой дамы не возникло соблазна общаться со мной?  

– Так как тебя по имени-то, Янг-сан?  

– Коан.  

– Значит, я могу называть тебя Коан.  

– Коан-сан, – улыбнулась я как можно вежливее и настойчивее.  

– Коан-сан, – повторила Мизуки. – Вот и славненько. А ты лучше зови меня…  

– Мизуки-сан, да, – рискнула я перебить. – Позвольте мне называть вас так.  

Мизуки слегка удивилась, будто сбилась с толку, и пожала плечами. Я тем временем вытащила из рюкзака свою книгу и открыла на том месте, где лежала красная закладка.  

– Что за книга? – беззаботно поинтересовалась она.  

– «Кафка на пляже», – не отрывая взгляд от страницы, промолвила я.  

– Правда-правда? Ну дела! – восхитилась Мизуки так громко, что я была вынуждена на нее посмотреть. – Смотри, что читаю я! – взяв свою книгу с сумки, она потыкала пальцем на обложку. – И у меня «Кафка на пляже»! Совпадение так совпадение!  

Ох, черт. По-моему, я никогда в жизни не находилась на столь огромном контрасте эмоций с собеседником. Но совпадение действительно вышло забавным, правда, почитать нормально уже не удастся.  

– Поразительно, – сыграла я бровями и вернулась к чтиву.  

– Я вот на моменте, где появился Наката, ну, этот старичок, странный такой. А ты?  

На этот раз я подняла на попутчицу чуть ли не враждебный взгляд и кратко, сохраняя еле заметную улыбку, ответила:  

– Я чуть-чуть дальше.  

Мизуки хмыкнула, немного потянув паузу и изучая мое поведение, и наконец изрекла:  

– А тебя сложно разговорить, да? Я от природы такая болтушка, только волю дай…  

«Или не дай, один фиг», – отозвалось у меня в голове.  

– А вообще я вся в маму такая разговорчивая. У нас в семье по линии прабабушки все болтливые, а прадедушки нет – из отца вон и слова не вытянешь! Очень уж он у нас скромный. Зато серьезный, работает на огромной фирме по производству холодильников. Только не в Японии. В Америке. Вот у вас дома какой холодильник?  

Я промолчала, пытаясь не реагировать на беседу и всем своим видом показать, что если я читаю книгу – значит, занята.  

– Не помнишь? Да кто помнит, как у них холодильник называется? Марки все эти… – махнула Мизуки. – Я бы сама не запомнила, не работай на фирме отец. Кстати, я в Японии ни разу не была, родилась в Штатах – так уж судьба у семьи моей сложилась. Поэтому я слегка «американизирована», если так можно выразиться. Я имею в виду, не очень-то я вежлива.  

– Американцы вполне вежливы, – отозвалась я, перелистывая страницу.  

– Да нет, не в них-то дело, а в вас! В смысле… Этикет у вас такой сложный! Поди пойми, к кому как обращаться, можно ли ногу на ногу класть и прочее…  

– Это нетрудно. Главное – начать.  

– Ну не знаю, – вздохнула Мизуки. – Я в «Google» вычитала, пока поезд ждала, все эти правила общения и чуть с ума не сошла. Отец говорит, я в пять лет все их более-менее знала, когда матери вдруг стукнуло в голову начать изучение японского этикета – мы же сами японцы, грешно не знать свою культуру, – а в Америке она зачем? Ей американцы не пользуются. Все-таки, другая страна, другие обычаи. За пятнадцать лет их и забыла. Само собой получилось. А вот как прилетела в Японию – словно в чужую страну прилетела! И такое случается. Вроде и страна далеких предков – а с людьми когда говорю, все какие-то отрешенные…  

Очень нехотя, но в глубине души я невольно посочувствовала попутчице. Пусть и безалаберно, раздражающе и невпопад правилам приличия, а вела Мизуки себя искренне. Говорила, что приходило на ум. Я ценила это качество, правда, с посторонними людьми всегда была настороже. Мизуки никакой опасности не представляла – разве что для моих ушей.  

– Я вполне американизирована, – сказала я. – Моя мама уже много лет живет в Штатах. Я… могу вас понять, Мизуки-сан.  

Подняв на Мизуки глаза, я увидела ее радостное лицо – все-таки, ей удалось меня разговорить.  

– В каком же штате живет твоя мама? Мои родители вот в Алабаме – всю свою жизнь.  

– Где-то на севере, город Мекксфорд.  

– Мекксфорд? – нахмурила Мизуки брови и хмыкнула. – Не слыхала о таком. Наверное, не самый примечательный городок.  

– Настолько я знаю, тихий.  

– Так странно – не знаешь, в каком штате живет твоя мама, – недоуменно промолвила девушка и отлепила прядь волос со лба. – Вы редко общаетесь?  

– Можно и так сказать. Обстоятельства не позволяют.  

– Вот как, – прокивала та. – М-да уж, понимаю… Я со своими последние два года общий язык потеряла. Непонятно, почему. Может, выросла я. Неуступчивая стала. Хотя их люблю безумно. Не уступаю только там, где начинается моя личная жизнь. Ну там, знаешь… Интересы, книги, друзья, влюбленности. Два года назад съехала жить отдельно, да только ухудшились отношения между нами. Я бы по психологии книг начиталась, да только так я мало в ней смыслю, хотя бы чтоб начать… Такие дела.  

Мизуки, интересно, со всеми незнакомцами любит откровенничать с первых минут? Я изумленно смотрела на нее еще секунды три, и, будучи настороженной, но пораженной ее незамысловатой открытостью, отложила книгу в сторону.  

– Но сейчас вы здесь, в Японии, Мизуки-сан. Что вас сюда привело?  

Мизуки беспечно пожала плечами.  

– Не знаю, свободы захотелось. Накопила заработанных за последний год денег на перелет и первый месяц проживания и вот, прилетела. Думаю, навсегда.  

Я оглядела ее четыре сумки с обеих сторон, и теперь стало понятнее, почему их так много. Медленно прокивав, сказала:  

– Свобода… Понимаю. На резкий шаг вы отчаялись. Тем не менее, вы полностью свободны, Мизуки-сан.  

– Ага, свободна и тут же связана по рукам и ногам. Что-то мне думается, никто из нас не свободен, – проворчала она. – В мире столько правил… Черт ногу сломит.  

– Согласна, – улыбнулась я в солидарности. По крайней мере, наблюдения моей попутчицы мне были очень близки.  

Мизуки перевела довольный от клеящегося общения взгляд на белую коробку, которую она поставила на стол, и указала на нее пальцем.  

– Там много вкусностей. Будешь?  

– Спасибо, но я н…  

– Я так проголодалась, готова кита съесть! – взмахнула руками та, снова не дослушав. – Знаешь, большого такого кита. Ну, в коробку я положила пять разных блюд в двойной порции… Давай, угощайся! Не люблю я есть одна.  

– Спасибо, – повторила я. – Но у меня еда уже наготове. Правда, это единственное, что я взяла. Угощать мне нечем.  

Мизуки отодвинула коробку к окну и увидела свернутый в фольгу бенто, белые салфетки с бутылочкой воды и укоризненно глянула на меня.  

– О да, тут прям разгуляешься. С твоей едой-то. Поэтому ты такая худая как палка! В общем, ты это, оставляй свое бенто на лучший день, а пока угощать буду тебя я.  

– Мне, честно, не совсем удобно…  

– Это мне не совсем удобно! – указала Мизуки на свои сумки. – Эта коробка занимает одну вторую места! Съедим хотя бы половину, мне идти будет легче. Другие сумки легче не сделаешь – там нечего съедать. Так что давай, помогай своей попутчице.  

Я неловко пожала плечами, подвинулась ближе к столику, пока Мизуки открывала коробку и предлагала блюдо на выбор, и поблагодарила ее.  

– Кстати, а ты-то куда едешь? – спросила Мизуки, протягивая мне палочки. – Я имею в виду, с какой целью? К парню? Родственникам?  

– Нет, – осторожно ответила я. – Так же как и ты, я жаждала свободы. Вроде получила ее. И сейчас просто еду, куда глаза глядят. На месте разберусь.  

Брови Мизуки взлетели кверху.  

– Серьезно? Мы похожи больше, чем я думала.  

Вот только Мизуки не знала и десяти процентов от всей правды: ведь несмотря на то что я ехала не зная куда, я в точности понимала, кого следует найти и что мне предстоит сделать.  

– И что, планируешь квартирку снимать? – похоже, Мизуки заинтересовалась как никогда.  

– Конечно. Надо же где-то жить.  

– Ох, подруга, это очень здорово!  

На слове «подруга» я чуть не подавилась рисом. Впрочем, я была уверена, что Мизуки не придает должного значения каждому слову, которое произносит.  

– Ну да ладно, попозже это обсудим, – переключила она внимание на наш обед. – Пока поедим, а там посмотрим, что к чему.  

Я смущенно улыбнулась. Мизуки чувствовала себя как дома, словно хозяйка, пришедшая навести порядок. Громкая и навязчивая, она заполонила своим присутствием купе, заполучив и мое внимание, и, как я в итоге заключила сама для себя, мое доверие.  

Быть может, появление Мизуки являлось тем необходимым дополнением к моему путешествию, о котором я и не собиралась думать. Да и не хотела… В моем случае, если учесть, куда, для чего и почему я еду, уж лучше мне оставаться одной и никого в свое приключение не брать. Хотя Мизуки я просвещать, конечно же, не собиралась. Просто, несмотря на ее назойливость, Мизуки умудрилась избавить купе от угнетающей атмосферы, что нарастала при мне, и зарядить ее своей взбалмошностью. И лишь недавно я поняла, что это именно то, в чем я подсознательно нуждаюсь.  

Пожалуй, да, мне стоит отвлечься от философий, перерастающих в очередной стресс. А Мизуки мне в этом поможет.  

| 56 | оценок нет 09:54 08.09.2019

Комментарии

Книги автора

The light
Автор: Stanwesley
Стихотворение / Поэзия
Аннотация отсутствует
16:33 24.01.2018 | 5 / 5 (голосов: 4)

Stan Wesley: "Не факт ли?"
Автор: Stanwesley
Эссэ / История Политика Публицистика Религия События
Аннотация отсутствует
15:53 20.01.2018 | 5 / 5 (голосов: 4)

Совсем Другая Сторона
Автор: Stanwesley
Роман / Мистика Приключения Религия Фэнтези Хоррор Юмор
Блуждатели – это люди, находящиеся между жизнью и смертью. Их цель – помочь судьбе предотвратить альтернативы, которые бы привели к наиболее худшим последствиям. У блуждателей нет возраста, они не рас ... (открыть аннотацию)тут, не стареют, не умирают. И, казалось бы, так работает Вселенная, одна из тайн раскрыта. Но все ли настолько идеально устроено? Молодой муж и начинающий отец Пол Флетчер не по своей воле становится блуждателем, когда его дочь умирает. Ему говорят попрощаться с семьей, ибо у него нет выбора. Приближаясь к истине, Пол понимает, что между жизнью и смертью расположено самое неожиданное и страшное. Да и сами блуждатели – люди заблудившиеся…
16:51 01.02.2017 | 5 / 5 (голосов: 4)

What friendship means to me.
Автор: Stanwesley
Рассказ / Психология Реализм События Другое
Here I'll describe in some words what friendship has become to me.
23:43 08.06.2016 | 4.5 / 5 (голосов: 2)

Черный Ангел: Судьба
Автор: Stanwesley
Роман / Детектив Мистика Приключения Фэнтези Хоррор
Сюжет повествует о 17-летней девушке Фиби Хейл, уставшей от тусклого маленького городка. У нее мало друзей, ей не хватает свежего глотка. Но внезапно в ее жизни появляется загадочный фантом с черными ... (открыть аннотацию)крыльями, просящий ее о помощи. Героиня соглашается, и с того момента ее угнетенная жизнь переворачивается вверх дном.
18:07 23.11.2015 | 4.87 / 5 (голосов: 8)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2019