Свободное дыхание

Рассказ / Проза, Реализм, События
Марина — простая русская девушка с обычной биографией. Однако когда ты задыхаешься, то у тебя небольшой выбор: бежать или сдаться. Что выберет Марина?
Теги: Побег Путешествие

Марина изучала коричневый узор ковра на стене: спирали и завитушки, ромбы и треугольники. Она смотрела поверх умиленных лиц бабушки и маминой подруги, пьяного дяди Саши и толстой тети Анжелы. Марина рассматривала геометрию на стене, не слыша слов Зиночки — маминой коллеги в конторе, и поглаживала живот.  

 

— … долгого семейного счастья. Горько!  

 

— Горько! Горько! — невыносимо скандировали гости, подняв бокалы. Марина закрыла глаза и облизнула сладкие от шампанского губы, надавила на живот. У нее вдруг сперло дыхание, перед глазами еще стоял узор ковра.  

 

Вадим выпил, поцеловал ее. Немного грубо, не очень умело, без языка, но крепко держа за подбородок. Слегка поморщившись от пьяного дыхания жениха, Марина улыбнулась гостям, села на стул и быстро отправила в рот толченку. Восемьдесят девятый оказался худшим годом в ее жизни.  

 

***  

 

Вадим выпил, поцеловал ее. Немного грубо, не очень умело, без языка, но крепко держа за подбородок. Рука его поползла вниз, к Марининой небольшой груди.  

 

— Вадим…  

 

— Ну? — он уже был совсем внизу, дышал тяжело в ее ухо.  

 

— Родители придут сейчас, — соврала Марина. Она робко гладила его по уже голой спине.  

 

— Ничего.  

 

— Подожди, стой…  

 

— Что?  

 

— Больно.  

 

— Сейчас пройдет.  

 

Лежа на диване, Марина глядела в коричневый ковер на стене. Ромбики. Завитушки. Она не плакала, покорно держала ноги распахнутыми для Вадима. Она с трудом забирала в легкие воздух. Все кончилось едва ли пять минут спустя. Тяжело дыша, Вадим встал, застегнул джинсы. Наклонился и поцеловал Марину, провел рукой по светлым волосам.  

 

— Видишь, ничего же страшного, правда?  

 

— Да.  

 

***  

О беременности Марина узнала не сразу, хотя странное чувство внутри давно ее беспокоило. Когда начала расти грудь, улучшился аппетит, а вместе с ним появился частый дискомфорт в животе, мать спросила Марину про месячные напрямую. “Я не знаю, — Марина жевала губу, сидя на диване, и поглаживала живот. — недель шесть-семь”. После был собран совет в лице мамы, бабушки и тети Анжелы. Они осматривали живот Марины, грудь. Мать держалась за подол халата, смотрела на девушку сердито, но без злобы.  

 

— Ничего, девке семнадцать уже, пускай рожает, — бабушка улыбалась морщинистым ртом.  

 

— Господи, да нормально, не переживай, Ленчик, — сказала тетя Анжела маме. — Кто обрюхатил-то, а, Маринка?  

 

Марине до жути сделалось душно, сперло дыхание. Она трогала живот и не до конца верила в происходящее. Глядя на мать, видела ту же страшную растерянность. Бухгалтерский техникум, следующий день рождения, коньяк с друзьями, любимое желтое платье, комсомольский значок, Адлер по маминой путевке — вся жизнь ее напряглась, сжалась и взорвалась горячими густыми брызгами внутри. Марина заплакала. Три женщины тут же обняли ее.  

 

— Ну ты чего, Маринка, все нормально будет.  

 

— Не плачь, ты уже девка взрослая. А мы поможем, вырастим. На правнучка посмотрю, радость-то какая!  

 

Только мать ничего не сказала, молча гладила Марину по светлой макушке и тихо плакала.  

 

***  

 

“Привет, Вадим. Как твоя служба? У меня все хорошо, лежу в роддоме, познакомилась тут с девочкой, Настей, ей тоже семнадцать. Врачи говорят, вот-вот рожу, а мы ведь так и не придумали имя. Бабушка и мама хотят “Антон”, в честь деда, а мне не нравится.  

 

Очень сильно ждем тебя, скучаем. Тебе же еще целый год! Надеюсь, тебя там кормят. Я в конверт конфетку-сосачку положу, ты припрячь там.  

 

Очень тебя люблю, возвращайся поскорей!  

 

Твоя Марина”  

 

“Сына Захаром назовите”  

 

Сына назвали Захаром, в честь сержанта Захарченко, который случайно увидел Маринино письмо и потребовал у молодого еще Вадима назвать сына в свою честь.  

 

Вернувшись из армии, Вадим не стал поступать в институт, вместо этого он пил. Захар уже вовсю ползал по линолеуму, собирая на ползунки хлебные крошки.  

 

— Мариш, а что, у нас пивка не осталось? — крикнул Вадим из прокуренной кухни, где он отдыхал с армейскими товарищами. Они не спали всю ночь, как и Марина с Захаром, которых будили внезапные волны смеха и мата.  

 

Марина не ответила. Она смотрела в телевизор. На экране плясали девушки в широких юбках под тягучие духовые, печально-сказочные струнные. Стройные, белые девушки двигались синхронно, тянули носочки. На сцене то появлялся, то исчезал красивый, кудрявый мужчина в белых трико. Он бросался то к одной, то к другой, никак не мог найти свою лебедь. Захар сидел на диване, медленно полз к краю, стуча погремушкой. Марина переводила взгляд с ребенка на кудрявого мужчину. Все у нее внутри сжалось, будто в предвкушении чего-то, большой трагедии. На экране замерли девушки, остановилась музыка. Все было сине-белое. Захар тянулся вперед, прочь с дивана пухленькой ручкой.  

 

— Мариш, любимая! Я спрашиваю, пивка не осталось?  

 

Музыка громыхнула, как танковый выстрел. Белые лебеди пустились в пляс, а Марина, кусая фалангу пальца, наблюдала за Захаром. Мальчик потянулся чуть дальше, Марина словно в замедленном движении увидела, как перевесила крошечное тельце тяжелая голова; как, ничего не понимая, Захар кубарем полетел вниз и ударился макушкой о пол. Он заплакал мгновенно: сморщил пухлое личико и кричал, тянулся вверх, но Марина не спешила вставать. Она еще с полминуты наблюдала за рыдающим от боли и страшной обиды сыном. “Что, если я не подойду к нему? Что он будет делать? Лежать и орать, как резанный? ”  

 

— Захар плачет! — раздалось из кухни, и Марину тут же обдал страх и отвращение к самой себе. Она подскочила, подняла сына и, целуя, прижала его к груди.  

 

 

***  

 

Союз развалился очень быстро, даже быстрее, чем рос Захар. В девяносто шестом он пошел в школу, а Марина устроилась продавщицей в ларек недалеко от дома, Вадим же таксовал на купленной с рук “Девятке” и, как он говорил, “делал дела” с бывшими армейскими товарищами.  

 

Одним серым зимним днем Марина сидела в своем ларьке, укутавшись в бабушкину шубу. Самой бабушки уже два года как не стало. Рядом с Мариной стояли коробки с блоками сигарет, шоколадных батончиков, жвачки, газировки и пива. Обставленная этим богатством, она смотрела в узкую щель в окошке. Там, снаружи, на миг выглянуло солнце, блеснул снег на кривых лапах тополей, пахнуло морозом. В окошко постучали, Марина отворила его пошире и, вдохнув свежести, высунулась. Мужчина, загородивший собой свет, попросил пачку “Кэмел”, а отойдя, открыл вид на новый рекламный щит. Яркий, еще не запыленный, на нем золотился пляж, торчал полосатый зонтик, плыло по голубому небу облако, и пестрела разноцветными буквами надпись: “открой для себя ПРЕКРАСНЫЙ НОВЫЙ МИР!!! Турагентство ГЛОБУС+”. Марина закрыла окошко.  

 

Позже, вечером, вся семья поужинала, Захара отправили делать уроки, а Вадим оделся потеплее и, сказав, что будет завтра, ушел, нежно поцеловав жену в щеку. Марина же села перед телевизором. Она гладила себя по заметно отвисшему животу, разглядывала неухоженные пальцы ног. В такие тихие, одинокие моменты она ненавидела себя, а вместе с собой и мужа, и сына. Завороженная рябым мерцанием экрана, она представляла, какой могла быть ее жизнь, если б не тот день, не та секунда, когда она дала Вадиму. Впрочем, муж ее любит до сих пор, но только плевать Марина хотела на его любовь, и на любовь Захара тоже. В своих мыслях она иногда осторожно произносила страшные слова: “Я не люблю своего сына”. И тут же гнала эти мысли, иначе презрение к самой себе начинало давить на горло и грудь тяжелым сапогом.  

 

— Мама! — Захар, топая ножками, вбежал в комнату с раскрытой книгой, положил ее на колени Марине, сам уселся рядом, ковыряя в носу.  

 

— Что?  

 

— Не получается, — он смотрел на мерцающий экран карими, как у отца, глазами. Достал из носа козявку и вытер о диван. Марина прочитала задачу:  

 

“У пристани, ласкаемой нежными голубыми волнами залива, стояли 2 катера, 6 яхт и 3 шхуны. По небу морской бриз гнал облака, воздушная вата которых отбрасывала на причал мягкую тень. Неподалеку на гитаре играл темнокожий мужчина, высекая ноты из тугих струн сильными пальцами, а рядом девушка в платке танцевала самозабвенно. Ее каблуки отстукивали ритм, и гитара подпевала им, и девушка улыбалась мужчине, а тот гладил взглядом изгибы молодого тела. Все было ярким и блестящим, пляшущим и пульсирующим, голубым и зеленым. Сколько всего транспортных средств стояло у пристани? ”  

 

Марина написала тут же, в книге: 2+6+3=11. Захар еще немного посидел и молча ушел к себе. “Наверное, я плохая мать”, — подумала Марина.  

 

***  

 

Каждый день она широко открывала окошко и смотрела на пляж, облако, зонтик и закрывала, только окончательно замерзнув.  

 

— Мариш, коньячку с чаем, а? — сказал как-то Хамис, толстый азербайджанец, что держал её ларёк.  

 

Марина взяла кружку, отпила. Стало сразу тепло и немного пьяно.  

 

— Как муж, ребятёнок? — Хамис тоже отпил коньяка, по-хозяйски разглядывал коробки.  

 

— Хорошо. А твои как?  

 

— Тоже. Вот, собираемся все вместе летом в Баку. Там знаешь, как хорошо летом?  

 

— Как? Расскажи, — Марина хмелела быстро.  

 

— Там каштаны, солнце, море. Дышать знаешь, как хорошо! Всё цветёт, птицы поют. У вас тут душно летом, а там хоть и жарко, но все равно дышать свободно. Там, идя по набережной, ты словно плывёшь в изумрудном покое листвы, а воздух наполнен запахом масляных красок, которыми неведомый художник разрисовал лазурь неба и моря. На его полотне люди — беззаботные и счастливые, и свет — бриллиантовый и нежный — льется по вывескам и кирпичу домов. Свежий морской бриз заигрывает с волосами, и молодой парнишка улыбается белозубо с высоты своего роста только тебе. Бархатно плывешь сквозь малахитовые улицы в изголубо-синем обрамлении, улыбаешься в ответ парнишке и очередному росчерку божественного художника.  

 

— Красиво.  

 

— Да. — Хамис допил коньяк, поставил кружку. — Ладно, давай закрываться. Завтра Гачай придет, я деньги тут оставлю, отдашь ему. Это за три месяца.  

 

Хамис положил пузатый конверт под коробку шоколада.  

 

Немного пьяная Марина покинула ларек, ковыряя снег носками, дошла до рекламного щита. Ёжась от холода, дыша паром, она долго смотрела на желтизну песка, полосатость зонтика и белизну облака. “ПРЕКРАСНЫЙ НОВЫЙ МИР”, — прошептала она. Ком давил изнутри на горло, но Марина не заплакала.  

 

Уснула она быстро, ей снились пузатые, белые, как конверт с деньгами, облака.  

 

***  

 

Марина подошла к ларьку, отперла дверь, вошла в холодную каморку, взяла деньги, вышла, заперла ларёк. Крепко прижимая к груди два конверта — один от Хамиса, в другом — их с Вадимом сбережения, Марина заскочила в автобус, присела рядом со спящим мужчиной в коричневой шапке. Три остановки спустя она стояла перед зданием с большими синими буквами: “КАССЫ АЭРОФЛОТА”.  

 

Поправив облезшую кожаную сумку на плече, Марина вошла. Тепло и тихо. За стеклом под цифрой два скучала темноволосая кудрявая девушка.  

 

— Вы хотели что-то? — спросила она, подозрительно разглядывая тяжело дышащую, нервную Марину. Та достала из-за пазухи пару пухлых конвертов, положила на стойку и полуписком-полушепотом спросила:  

 

— А можно билет на самолет?  

 

Сотрудница аэрофлота непонимающе смотрела несколько секунд, после чего отозвалась:  

 

— Можно. Вам куда?  

 

Этого Марина не знала. Она только видела перед глазами пальмы и облака.  

 

— В тепло. Только мне сегодня.  

 

— Сегодня?  

 

— Да. Пожалуйста.  

 

Пощурившись на Марину, девушка попросила подождать. За четыре долгие, нервные минуты Марина несколько раз порывалась развернуться и уйти. Наверняка Гачай еще не приходил, можно успеть открыть ларек, дождаться его и заплатить. Вечером вернуться домой к сыну и мужу. Пить чай с бутербродами с маслом и сахаром. Смотреть "Любовь с первого взгляда" по РТР. ВДЫХАТЬ перегар мужа. СЛУШАТЬ как орут за тонкой стенкой хрущевки соседи. ПРОСЫПАТЬСЯ ночью от холода и НЕ ХОТЕТЬ прижаться к мужу. ОБНИМАТЬ сына перед школой и ЖАЛЕТЬ, что родила. В зале авиакасс воздух вдруг сделался густой и тяжелый, глотать его приходилось открытым ртом.  

 

— На сегодня только ночной рейс в Бразилию, но это…  

 

— Давайте! — выпалила Марина, вытирая со лба выступившие капли пота.  

 

— Это очень дорого.  

 

Сердце Марины долбило в грудь, руки тряслись, но она совладала с конвертом и вывалила прямо на стойку цветастые купюры, рядом положила до сих пор ни разу не пригодившийся загранпаспорт.  

 

— Один в Бразилию, пожалуйста.  

 

***  

 

Как только самолет набрал высоту, мужчина рядом с Мариной закурил. Ей досталось самое заднее место: откинуть спинку нельзя, за окном — скучная чернота. Красивая стюардесса вошла в облако дыма, принесла пластиковый стаканчик с водой. Марина отпила, покосилась на толстого мужчину с сигаретой в зубах. Сама она бросила курить в семнадцать. Вадим узнал о беременности и запретил ей притрагиваться к алкоголю и сигаретам.  

 

— Извините, можно? — спросила она толстого мужчину. Тот достал из внутреннего кармана пиджака пачку "L&M", синего, и прикурил Марине. Дым приятно обжег горло, она с удовольствием пустила его в легкие, а затем выдохнула серое облако в салон.  

 

— А вы в Бразилию по делам? Где остановитесь? — поинтересовался мужчина, но Марина лишь беззаботно пожала плечами, пьяная от сигаретного дыма, от пустоты в голове. Она даже уснула на несколько часов — больно сдавило сердце только когда капитан объявил о посадке в аэропорту Рио-де-Жанейро. Само название прозвучало дико, невероятно. Марина потрогала себя за предплечье, впилась в руку острыми ногтями — нет, не сон, но поверить она все равно не могла. Это оказалось так просто: взять деньги, купить билет, пятнадцать долгих часов в дымной пустоте, и вот шасси уже мягко опускаются на бетон посадочной полосы, самолет тормозит, и Марина, держась за сумочку, выходит в неизвестность.  

 

***  

 

— Сити сента, — произнесла Марина, усевшись в одно из десятков поджидающих у выхода из аэропорта такси. Усатый бразилец посмотрел на нее внимательно, завел свой бежевый “Шевроле” и, то и дело бросая взгляд на странную светловолосую женщину в джинсах и футболке, с шубой на коленях, покатил к центру Рио.  

 

Марина старалась поменьше думать и побольше смотреть вокруг: невероятные пальмы, смуглые мужчины и женщины, разноцветные, ютящиеся друг на друге домишки и, конечно, океан — мирный, лазурный, бескрайний. Пожирая глазами сказочные пейзажи, вдоль которых молчаливый бразилец ее вез, Марина отгоняла мысли о том, что денег у нее осталось не так уж и много, языка она не знала, а в далекой России остались муж и ребенок. Признание даже самой себе в том, что зелень и синева вокруг — реальны, разрушит сон: прекратится ритмичная музыка из кассетной магнитолы “Шевроле”, растает синева, в крошечное окошко постучат и спросят бутылку “Жигулевского”. Тем не менее, прильнув лбом к теплому стеклу, щурясь на мигающее между карабкающихся на гору домов солнце, Марина прошептала “Рио-де-Жанейро”. Зажмурившись, она приготовилась к худшему, но нет, мир не обрушился на нее удушающим ларьком. Ей вдруг стало и страшно, и весело.  

 

— Стоп хеа, — сказала она наконец бразильцу, который, казалось, рад был катать изумленную иностранку хоть весь день — счетчик-то крутится. Отдав немаленькую сумму за такси, Марина оказалась совершенно одна на какой-то узкой, грязной улочке с шубой в руке и в окружении обшарпанных, но цветастых строений. На нее то и дело поглядывали смуглые и шумные прохожие, совсем не такие, как дома.  

 

Марина не стала ругать себя, не стала она и размахивать руками, чтобы поймать машину до аэропорта. Она пошла на пляж.  

 

Когда босые стопы коснулись теплого песка, Марина застонала. Это совсем не то же, что на озере в детстве. Тут, в солнечном Рио, другой песок и иное солнце. Воздух полон моря. Здесь можно дышать свободно.  

 

Вечером город был совсем другим, напоминал выцветшую пленочную фотографию в кислотных цветах. Он дымил сигаретами и пульсировал музыкой в своем, чуждом Марине ритме. Она заселились в отель, отдав едва ли не последние деньги за три ночи. О том, что будет после, Марина решила подумать завтра, сегодня же ее ждал небольшой бар на углу.  

 

Незнакомый запах внутри щекотал ноздри, смущали мужские взгляды. Усевшись за стойку, Марина ткнула пальцем в выведенное мелом на доске название пива, бармен кивнул и наполнил высокий бокал. Пенистое золото смыло накопившуюся за жаркий день сонливость, а с последним глотком окружение — липкий пол, пыльная стойка, грязная футболка бармена — стало каким-то родным. Туман в мыслях гнал танцевать под легкую, летнюю мелодию из магнитофона на полке, но немногочисленные посетители сидели за своими столиками, перешептывались и смеялись, потому Марина не смела нарушить устоявшийся порядок своим неуклюжим танцем. Последний раз она танцевала на свадьбе с Вадимом, уже отягощенная бременем в животе. Сколько сейчас время там, дома? Сбился ли с ног муж, обзвонила ли все больницы и морги мать?  

 

Над ухом вдруг раздался голос, говорящий на чистом американском английском, прямо как в кино. Марина вздрогнула, обернулась, но хозяин голоса уже обошел ее, подсел рядом и сказал еще что-то. Высокий и красивый, старше нее лет на десять, с квадратной челюстью и очаровательной белоснежной улыбкой. Он провел рукой по темным волосам, смотрел на Марину глубокими зелеными глазами, всё ждал ответа. Смущенная, она проклинала свою лень на уроках английского в школе.  

 

— Ай донт андерстэнд, — сказала она с жутким акцентом. Улыбка мужчины сделалась шире, хмель блестел в глазах. Он положил большую ладонь на свою широкую грудь и произнес медленно:  

 

— Стивен.  

 

— Марина, — ответила Марина, вращая в ладонях стакан.  

 

— Ю ЭС ЭЙ, эм… Америка, — сказал Стивен.  

 

— Раша.  

 

За удивленным взглядом последовал вопрос, которого Марина вновь не поняла. Тогда Стивен сделал пару знаков бармену, и на стойке появились пара рюмок с коричневой жидкостью. Она обожгла горло, но оставила приятный вкус во рту.  

 

Стивен мотнул головой в сторону выхода, помахал рукой компании за столиком, из-за которого вышел, Марина с радостью вышла с ним в гудящий ночной полумрак. Его огромная ладонь сжимала ее крошечную, он говорил что-то, но Марина разбирала лишь отдельные слова, не в силах ухватить общий смысл. В ответ она улыбалась.  

 

Они оказались рядом с машиной, Стивен открыл дверь и Марина забралась на заднее сиденье. Мужчина подсел к ней, потянулся вперед и достал из бардачка бумагу, пакетик с травой и зажигалку.  

 

Хорошо стало почти сразу, еще лучше, когда он принялся горячо целовать шею. Марине казалось, она слышала звуки океана. Он был большой и красивый, чувствовать его внутри — безумно приятно: влага и жар, обволакивающие касания. Напряжение мышц, чтобы не утонуть в сладкой неге, стоны и тяжелое, но свободное дыхание. После Стивен сделал еще два косяка.  

 

Они сидели в машине на стоянке в квартале от бара, высунувшись из окон, дымили марихуаной. Марина еще ощущала тепло внутри, тяжелая голова лежала на двери автомобиля. Над ними блестели звезды. Она ни за что бы не подумала, что в Рио можно увидеть звезды.  

 

— Стивен, а кем ты работаешь? — спросила она.  

 

— Я астронавт. Сейчас в отпуске после запуска, вот, поехали с друзьями прокатиться по южной Америке, — Марине показалось, что ответил он именно это.  

 

— А семья у тебя есть?  

 

— Жена и двое детей, в Оклахоме.  

 

— Ты скучаешь?  

 

— Нет. Знаешь, почему я астронавтом стал? Представь: чернота космоса, бескрайняя и холодная. Ты висишь там, в невесомости и тишине. Безграничный покой. За стеклом иллюминатора не мир, не солнце, не звезды, как тут. А просто небесные тела, отрешенные. И ты с ними совершенно на равных, ты не крутишься бесконечно под голубизной небосвода — она теперь у тебя под ногами. Это безусловный, бескомпромиссный, исчерпывающий побег. Дальше уже некуда. И когда я там… Знаешь, я дышу свободнее как-то.  

 

— Понимаю, — ответила Марина, дослушав от чего-то улыбающегося Стивена.  

 

Они смеялись и пили еще. Он отвёз ее к отелю, поцеловал на прощанье.  

 

— Ай нид мани, — тихо сказала Марина, и Стивен подарил ей пятьдесят долларов, затем уехал, вероятно — обратно к друзьям в бар. Марина немного посидела на ступеньках отеля, глядя на небо, и поднялась к себе в номер.  

 

***  

 

— Алло! Алло! — звучал знакомый голос. Марина стояла в переговорном пункте, прижав к уху трубку. Оплатив дорогущие три минуты звонка, она уже секунд десять не могла ничего сказать.  

 

— Алло! Марина, это ты? — Вадим кричал, удивленный и растерянный.  

 

— Ты где? Откуда звонишь? Мы с ног сбились! У тебя маме плохо уже несколько раз было!  

 

За окном сияло солнце, в сумочке еще оставалось несколько десятков долларов.  

 

— К нам домой какие-то азеры являлись. Марина, что за деньги они просят? И где наша заначка? Они меня убить обещают, если не верну бабки!  

 

Губы ее совсем пересохли, в голову от нервов ударила кровь, сдавило виски. Вадим продолжал кричать.  

 

— Ты ребенка на меня решила бросить?  

 

— Это мама? Пап, это мама звонит? — послышался вдалеке тонкий голосок Захара.  

 

— Да, иди поздоровайся.  

 

— Мама! — голос уже ближе, отчетливей. — Мам, когда ты приедешь? Ты ж нас не бросила? Мы с папой тебя ждем.  

 

— Марина, господи, ты совсем с ума сошла? Скажи хоть что-то? Ну? — снова Вадим.  

 

Кипящий жизнью город, шуршащий океан вдалеке и невидимые небесные тела нашептали единственно верный ответ. Она втянула воздух полной грудью и сказала:  

 

— Я в Рио-де-Жанейро. Домой не ждите.

| 331 | 5 / 5 (голосов: 12) | 11:46 08.08.2019

Комментарии

Kameliamarsova18:35 15.10.2019
5!
Z99920:26 09.10.2019
По-моему, великолепно! Главное - интересно, читается легко.Так держать!Успехов Вам!
Dart232308:38 29.09.2019
demianowa123, Спасибо за отзыв!
Demianowa12302:47 29.09.2019
Грустный,но интересный роман.
Sall23:21 23.09.2019
Интересная работа.Спасибо.
Dart232318:01 08.08.2019
cach73, спасибо за отзыв. Я не люблю поучительные истории с устоявшейся мораль, потому считаю, что в моем рассказе героиня стала счастлива.
Cach7315:05 08.08.2019
Хорошо написано. Многие убегали от семьи, обрыдлой работы. Только стали ли они счастливы после этого?

Книги автора

Великий русский роман 18+
Автор: Dart2323
Повесть / Политика Проза Психология Философия
Великий русский роман надо выстрадать.
15:52 07.07.2019 | 5 / 5 (голосов: 6)

Утро хорошей жизни
Автор: Dart2323
Рассказ / Лирика Проза Реализм События
Аннотация отсутствует
13:09 19.06.2019 | 5 / 5 (голосов: 5)

Демоны в лагере "Бирюсинка" 18+
Автор: Dart2323
Повесть / Абсурд Оккультизм Проза Чёрный юмор Юмор
Благодаря череде неудачных совпадений, в лагерь "Бирюсинка" прибывают демоны, и теперь судьба лагеря и всего мира лежит в руках нескольких ребят и вожатых, которым удалось избежать порабощения. Вперед ... (открыть аннотацию)и героев ждут битвы с ужасающими врагами, сложные решения и жертвы. Удастся ли им спасти мир? Узнайте в этом головокружительном приключенческом рассказе!
Теги: Демоны дети
20:11 14.05.2019 | 5 / 5 (голосов: 1)

Невероятные приключения юнармейцев в Туве 18+
Автор: Dart2323
Повесть / Абсурд Альтернатива Мистика Чёрный юмор
Группа юнармейцев отправляется в экспедицию, где начинают происходить весьма странные события...
23:44 10.05.2019 | 4.66 / 5 (голосов: 3)

Шопинг
Автор: Dart2323
Рассказ / Проза
Артём и Таня проводят день в торговом центре.
13:48 11.04.2019 | 4.7 / 5 (голосов: 10)

Сказка про то, как Бобренок папу домой возвращал
Автор: Dart2323
Рассказ / Сказка
Небольшой рассказ о том, как Бобренок хотел вернуть отца домой.
Теги: Родители лес сказка
20:50 20.03.2019 | 5 / 5 (голосов: 3)

Торсионные поля. Глава 5. 18+
Автор: Dart2323
Роман / Фантастика
Случайно встретились после долгой разлуки два друга-ученых. И теперь им предстоит вместе поменять мир.
Теги: 90е
13:14 26.02.2019 | 5 / 5 (голосов: 1)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2019