Бессмертный полк. Рядовой Победы.

По улицам и проспектам городов течет народная река – Бессмертный полк. Я, крохотная часть этой реки, иду с портретом отца – рядового Макарова Михаила Петровича.  

Отец о войне говорил редко и мало, всё, что знаю складывалось по крупицам много лет, что-то ещё рассказал старший брат.  

22 июня началась война, 18 сентября отцу исполнилось 18 лет, в конце ноября он был уже на фронте. На призывном пункте их оказалось где-то человек двадцать деревенских ребят и молодых мужиков. За день прошли, если можно так сказать, курс молодого бойца. Выдали винтовки (увидел первый раз в жизни), показали, как разбирать-собирать, несколько раз разрешили выстрелить по цели (попал, кажется, один раз); показали пару приемов для штыковой атаки (попробовал – получалось плохо), сказали: «Жить захочешь – получится».  

Всем выдали обмундирование, что-то зимнее, что-то летнее, размеры тоже какие были, обменивались друг с другом, чтобы более или менее по-дошло. Погода стояла уже зимняя, амуниция грела не сильно. Бабушка испуганная и заплаканная прибежала, когда уже грузились в машину, и принесла какую-то еду и дедовы тёплые подштанники. Мужики подняли на смех, со злости хотел выкинуть подштанники. Но природная мужицкая привычка оставлять на чёрный день заставила спрятать. Потом, в окопах много раз мамке спасибо сказал.  

Ехали долго, пересаживаясь с машины на машину. Потом ехали в теплушке по неизвестной местности через незнакомые станции и города, и никто не мог предположить, куда везут. После трех недель пути выгрузились на какой-то станции и оказались на Карельском перешейке на реке Свирь. По левому берегу проходил передний край Карельского фронта. Этот фронт считался самым длинным, его левый фланг начинался у Ладожского озера, а правый кончался в Заполярье на северной границе с Финляндией, упираясь в Баренцево море. Задачей фронта было сдержать натиск финской и немецкой армии «Норвегия», не дать захватить Кольский полуостров и советскую Карелию. Стояла очень холодная зима и в плохом обмундировании среди красноармейцев были не только раненные, но и много обмороженных.  

Отец попал в пехоту, им много приходилось передвигаться по лесной болотистой местности, дорог можно сказать и не было, навалены были тонкие деревья и везде густо заминировано. Хотя впереди шли сапёры и разминировали дорогу, но миноискателей было мало, и мины подстерегали на каждом шагу. Много солдат погибло на его глазах, отец говорил, что даже по нужде боялись отойти в сторону.  

В декабре он первый раз участвовал в бою, первый раз ходил в атаку. Рассказывал, что первый бой вообще плохо помнит, мало что соображал: бежал с товарищами вперёд, что-то кричал, стрелял.  

Через год был тяжело ранен, попал в госпиталь, потом перевели в другой. Год скитался по госпиталям, вернулся домой инвалидом в двадцать один год. Правая рука всю оставшуюся жизнь работала плохо, лож-ку ко рту поднести этой рукой он не мог.  

Отец награжден Орденом Красной Звезды и Орденом Отечественной войны 3 степени, медалями.  

Когда появились дети, а затем и внуки, начали задавать вопросы о войне, его ранении, наградах. Отец редко рассказывал, больше отнекивался, предлагал почитать книжки, говорил, что в них много о войне написано.  

Но один его разговор с молодежью, при котором я присутствовала, я запомнила. Отец был партийным работником, было 30-летие Победы в Великой Отечественной войне, и он был приглашен на урок мужества в одно из профтехучилищ.  

После его рассказа ему начали задавать вопросы.  

«А Вы могли на войну не ходить? Ну, закосить что ли? »  

«Нет, не мог. Нельзя было. »  

«Почему? За это могли расстрелять? »  

«Нет, просто все мужики из всех деревень уже на фронт ушли. »  

«А Вам на войне было страшно? »  

«Конечно. »  

«Если Вам было страшно, Вы не считаете себя трусливым человеком? »  

«Нет, не считаю. Так как страх и трусость разные вещи. Страх- это чувство, а трусость – действие или бездействие. Чувствовали страх или нет, а приказы мы всегда выполняли. »  

«А Вашим товарищам тоже было страшно? »  

«Не только товарищам, но и командирам. А вы думаете не страшно людей на смерть посылать? А приказы отдавать: линию обороны держать до последнего патрона? А похоронки на восемнадцатилетних ребят подписывать? »  

9 мая, 74 года после Победы в Великой Отечественной войне. На столе фотография отца, звучит его любимая песня «Враги сожгли родную хату».