Пепел./Гл-9/.

Роман / Философия, Другое
Аннотация отсутствует

 

«Лучшая любовь – та, с которой скоро расстанешься, которая никогда не ощетинивается шипами ненависти, но тихо уходит в прошлое, оставляя не болезненные уколы, а только душистый аромат сожаления».  

 

Ричард Олдингтон.  

 

 

 

 

ПЕПЕЛ.  

 

Гл-9.  

 

Что для вас есть книга? Переносчик ценных знаний из века в век?  

 

Волнующий трепет часто охватывал меня в библиотеках. В книгах хранилось, так много и так много слов понадобилось, чтоб сказать нам простые истины.  

 

Я делю читателей книг на две категории. Пепвые обогащают душу. Вторые же напротив разлагают ее. Так вот, дневник этой Марии. К оказался из вторых. Минут десять я стоял и листал страницы дневника. Разрушать, чью то маленькую жизнь я не хотел. Я не вчитывался в написанное. Я лишь листал и листал с желанием дойти до конца.  

 

Я оглянулся. Совсем один. Никого нет. Даже в переулках не видно ни живой души. Ветер гуляет и улетает в самую вышину неба, пытаясь разогнать заезды и оставить лишь пустоту нам, которую мы все заслужили. Красная вывеска гостиницы раздражающе моргает. В лужах отражался весь этот незамысловатый пейзаж, поражающий мое воображение. Пустая улица, одинокий человек стоял, словно статуя, и держал в руках книгу другой неизвестной личности. Моя рука тряслась, но крепко вцепились пальцы в переплёт книги. Я представляю, как эта Мария выбежит из поворота и увидев свои секреты в моих руках, начнёт неистово их отбирать, как обезумевшая ворона, которая защищает своих птенцов от людей. Ничего не происходит. Я решил спрятать дневник в свой чемодан, чтоб его никто и никогда не нашёл. Пока же я положил его за пазуху.  

 

Быстрым шагом я пошёл в свой номер. Зашел там было очень даже чисто, можно даже сказать стерильное. В открытое окно подул ветер и сдул газету со стола, которую принёс Рома. Бумага шелестишь. Лежит на месте. А я ничего не делаю с этим. Газета умирает на глазах у всего мира. Я закрыл окно и достал дневник. Снова осмотрел его. Меня начали посещать, какие то сомнения. Сомнения это мои лучшие друзья. Именно они помогали мне загонять себя в рамки и жить так, как мне бы хотелось. Как же прекрасна эта жизнь. На самом деле не очень. Я разрываюсь на части. Две половины моей души желали разного, но тело было всего одно, и в мимолётную секунду мне начало казаться, что ещё мгновение – и я точно взорвался бы. Не зная, что делать, я опустился на стул и положил книгу на стол. »Читать или нет? – спросил себя я и наклонился прямо над потёртой обложкой, -это же так заманчиво – увидеть, как живут другие люди, что они чувствуют и чего желают. Был бы такой дневник у каждого человека, может быть, мир стал бы ещё немного злее, чем сейчас. Зная секреты друг друга, мы могли бы ими торговать и брать за это неплохие деньги. Политика, искусство, технологии всё это стало нам подвластно, если бы у каждого человека была такая же книга, как и у Марии. Но вмешиваться в чужую жизнь попросту неприлично и совсем недостойно интеллигентного человека нового времени. Это ведь целая душа, целый нераскрытый мир переживаний и страданий. Каждая страница отражение жизни и смерти, слёз и смеха, прошлых ошибок и мечтаний о будущем. Нельзя просто, так взять и разрушить то, что человек выстраивал долгие годы. Это как то подло и низко».  

 

Я не мог больше смотреть на этот несчастный дневник, поэтому быстро спрятал его под груду не влезающих в шкаф вещей и захлопнул чемодан, засунув его в бесконечную пыльную тьму, откуда иногда не выбирались даже самые стойкие. Теперь дневник был в безопасности. Навеки запертый там, под кроватью, среди совершенно чужих вещей, он мог бы обрести вечный покой и больше никогда не видеть свет. А может, однажды я встретил бы Марию и вручил бы ей этот несчастный дневник, отдал его и постарался забыть, как забывал абсолютно всё. Как, как её.  

 

И снова воспоминания. Болезненные, громкие, словно шум злого моря, словно ревущие ветра в полях, словно грохот неумолимо растущего города. Они растекались по сердцу, заставляя биться его в конвульсиях, задыхаться от собственной беспомощности и выплёвывать чёрную желчь наружу, попутно оставляя за собой след догорающей души на пути жизни. Я чувствовал, как застывшие картины прошлого пытались продавить грудную клетку изнутри, казалось, ломались рёбра, и сердце вот-вот разорвётся, кровь выльется на холодный пол временного пристанища.  

 

Я вспомнил, как мы с ней до утра лежали в гостевой комнате на втором этаже, как нежно и одновременно противно скрипел широкий бордовый диван, как в окно просачивался лунный свет и пейзаж моря, как я читал ей Гюго до самого рассвета, как она засыпала в моих холодных объятиях, согревая руки своим прикосновением. В те ночи мы становились единым целым. Окутанные холодом и невзгодами, насквозь пропитанные солью морей и ветром отчаяния, наши тела и души дополняли друг друга, нас окружал барьер, защищавший от любых невзгод. То время было прекрасно. Бесконечные улыбки, страстные поцелуи и тёплые касания родного человека вот чего нам обычно так не хватало в жизни. А я умудрился так легко всё проебать.  

 

Я вздрогнул от холодного порыва ветра, вновь залетевшего в окно. Закрыл его и вернулся на своё прежнее место. Вдруг показалось, что нет ни этого города, ни комнаты, ни времени, ни пространства были лишь я, да мои никчёмные, никому не нужные воспоминания. Нет ничего, кроме прошлого, нет места ни будущему, ни настоящему, их не было никогда, ведь настоящее слишком мимолётно, чтобы его уцепить взглядом или сердцем, а будущее так и не наступило.  

 

В голову вдруг вернулся земной рассудок, заставлявший меня продолжать жить на этой бренной земле. Я вспомнил, что должен был вернуться к Грегу и Роме, но мне так этого не хотелось. Не хотелось решительно ничего, сил ни на что не хватало, даже на то, что встать и ещё раз закрыть раскрывшееся от ветра окно. Но я уже обещал, что вернусь, поэтому отступать некуда, нужно было идти.  

 

Закрыв дверь, громко щёлкнув замком в пустом коридоре, залитым тёплым светом. Кинул ключ во внутренний карман своего пальто. Тихо спустился по лестнице и встретившись взглядом с управляющим, вышел на улицу. Мне было всё равно, где провести остаток ночи, даже в компании с Лизой я, наверное, смог бы дольше, чем со всеми остальными людьми на этой планете. Усталость накатила свинцовой волной, погружая меня с головой на дно собственных ценностей. Но я уверенно шёл сквозь пустую часть города в которой, казалось, никто давно уже и не жил и ни за что бы не решился на такое. Свет в большинстве окон был потушен, сквозь чёрные прямоугольники я мог разглядеть лишь абсолютную тьму, выплёскивавшуюся из груди людей, живших там. Чёрная слизь, неровно размазанная по потолку и стенам. Крики. Страдания. Смерть. Я чувствовал это, просто вглядываясь в тёмные окна. Но однажды мы бы проснулись и увидели свои улицы, погружённые в липкую тьму это был бы наш внутренний человек, наша истинная сущность, душа, появившаяся путём слияния множества таких же.  

 

Я шёл всё дальше и дальше. Я хотел умереть, но уверенно продолжал жить. И единственное, что мне хотелось сделать перед тем, как навсегда закрыть глаза и провалиться в бездну отчаяния и пустоты, так это прочитать несчастный, странный и такой волнующий дневник Марии. К.  

 

–Куда это ты собрался? -возмутился Грег. -что за важные дела у тебя? Кще и ночью.  

 

Он был явно пьян. Его глаза не отображали ясность мыслей. Галстук ьолтается на шее словно петля. Рома недалёко ушёл от своего собутыльника. Рома лицом в стол спал. По спине можно было понять, что дыхание его было ровным.  

 

–Я не могу остаться, прости меня, -тихо сказал я, расстегнув пальто. Посмотрел на сцену и увидел, что кто то играл на рояле примитивную успокаивающую мелодию, чтобы люди просто сидели и продолжали спокойно потреблять алкоголь. Такой давки, как в начале вечера уже не было, многие столики пустовали, но компании кутящих я мог разглядеть на каждом углу.  

 

–Почему же?  

 

–Кажется я заболел, -соврал я и наиграно прочистил горло, -ночные прогулки под дождём не пошли мне на пользу.  

 

–Ну как же так? -мужчина хлопнул толстой ладонью по столу, отчего Рома испуганно поднялся и посмотрев на меня, а затем, и на мужчину в клетчатом костюме, что сидел напротив, вновь с глухим стуком улёгся на стол.  

 

–Как только вылечусь мы обязательно сходим, куда нибудь до самого утра, -сказал я.  

 

–Обещаншь?  

 

–Обещания лучше вообще никому не давать, -заметил я  

 

–Слелаем себе же одолжение. Ну Ладно, -сказал Грег и налил в стакан водки, -выпей хоть на послелоге и или в кровать.  

 

–Хорошо, -я взял рюмку Ромы и легко ударившись прозрачными стаканами, выпили водку залпом. Горячая жидкость словно горящий бензин растеклась по пищеводу, медленно перетекая в пустой желудок. Боль, а затем тепло окутали моё тело и в один момент мне захотелось даже остаться. Сесть за стол, поесть ту еду, что осталась от нашего пиршества, насладиться успокаивающими звуками рояля, но холодный ветер, ворвавшийся из за открытой кем то двери, стёр эти дурные мысли о моральном разложении. Однако это самое разложение я видел и в Греге, и даже в Роме. За друга мне было беспокойнее всего. Прошло уже почти две недели с нашего знакомства, но он стал мне близким человеком хотя бы потому, что мы вместе решили начать новую жизнь, а это дорогого стоит. Большие начинания тяжело даются в одиночку, но когда с тобой друг, пусть даже не лучший, то на душе становится как то просто и светло и напасти пережить немногим легче.  

 

–Иди домой, Андрей и хорошенько выспись, -махнул рукой Грег, -утром может встретимся в гостинице. Удачи!  

 

–До встречи, Грег, рад был знакомству, -я посмотрел на Рому, -проследи за ним пожалуйста и привели в гостиницу.  

 

–Будет сделано, -сказал Грег, -Ладно, иди уже.  

 

Выйдя на улицу я ощутил лёгкость на душе. Гнёт тяжёлого затхлого воздуха ресторана, больные на голову люди и вышибающий слезу запах перегара всё это давило. Все это заставляло чувствовать себя неуютно, словно бы я попал на допрос в гестапо, где меня бы ждали только пытки и скрипучий смех лейтенанта или офицера, заставляющий стынуть кровь в жилах. А когда я оказался на улице, то от этих чувств не осталось и следа. Свобода, подумал я, никаких проблем нет в этом городе, на этой улице их не было даже в ресторане. Проблемы бушевали в людских головах, там в глубинах разума, где прятались самые грязные пороки человеческие, можно было найти клубок из слов, похожий на пряжу. Проблемы. Их обычно не замечаешь, стараешься не замечать и оставить их решение на потом, когда будет свободное время, но только до тех пор, пока нити из этого клубка не начинают завязываться в петлю. Вот тогда каждый начинает бояться. Но уже поздно петля затянута, а табуретку из под ног человек выбьет саи.  

 

Я быстро пошёл по широкой улице. Изредка навстречу мне вылетали автомобили и сверкнув огнями в кромешной тьме, скрывались где-то позади, растворяясь в небытие, месте, которого нет. Облака встали на месте, они наплыли совсем недавно, словно хищники, выслеживающие своих жертв, притаились на небосводе, думая, что никто их не заметит. Звёзды тускло сияли меж них, но городские огни, что горели, если идти вниз по холму в самый центр, где всегда кипела жизнь, затмевали собой весь естественный блеск Вселенной. Хотелось найти такое место, в котором не видно огня в котором нет шума бесконечной жизни в котором я смог бы стряхнуть с себя тягучий, липкий страх, налипший на тело, словно нефть. Вся эта чернота окутывала меня больше, чем когда бы то ни было, надо лишь было найти место, где мне удалось бы очиститься от собственной грязи.  

«Парк», – промелькнуло в моей голове.  

Оглянувшись, я не увидел на улице ни единой живой души. Абсолютная пустота, вакуум социального взаимодействия, перечёркнутый знак бесконечности. Вдали чернела тёмная башня памятника. он ещё стоял на своём месте и похоже, даже не собирался падать. Ему была отведена главная роль в этом мире роль Атланта, что держал небо на своих могучих плечах. А кто-то из нас решил обрушить это самое небо на нас самих.  

 

Я брёл по улицам, всё дальше и дальше, сквозь прозрачную, как стекло, тьму и давящий шум тех, кто предпочитал не спать по ночам. Ботинки неприятно хлюпали в лужах, я чувствовал, как ноги постепенно промокали, и от этого становилось ещё неприятнее. Город словно отторгал меня, я был заразой, неизлечимой болезнью, чумой и оспой этого странного мира, сотканного из мнимой любви и чистейшей ненависти. Тело моё неслось вперёд, поворачивало и уходило куда то вглубь лабиринта, пока вдали я наконец не увидел большой тёмный силуэт парка. Деревья блестели от капель, оставшихся на листве после ливня, стояла тишина, даже бешеного отчаянного ветра не было слышно. Тяжёлый вздох облегчения вырвался из груди и обернувшись ещё раз, лишний раз убеждая себя в том, что за мной никто не следил. Я прошёл мимо низкого забора из кирпича и кованых прутьев. В нос тут же ударил запах свежести и приторно горькой смерти природы. Где-то сгнило бревно, термиты его обгладывали, возможно, где-то недалеко умерла кошка или даже человек, теперь по всему парку разносился аромат сирени и трупов. Прекрасное сочетание, если оба эти запаха тебе хорошо знакомы.  

В голове промелькнули воспоминания от первой войне. Она была не так давно, всего то несколько десятилетий назад, но ничего не забыто. Я тогда был мал, юн и совершенно не понимал, за что воевал и какие идеи отстаивал. Мне дали в руки оружие и указали на противоположную сторону баррикад, сказав: «Убей их всех! », но на вопрос «Зачем? » я не услышал ответа. Я просто бежал сквозь минные поля и заграждения с колючей проволокой. Я видел, как моих бывших школьных товарищей разрывало в клочья гранатами и пулемётами, как они придерживали свои выпадающие органы, позволяя себе пожить ещё хотя бы пару минут. Они рыдали от боли. Я рыдал вместе с ними и не мог простить себя за то, что ничем не помог. Это гнетущее ощущение беспомощности и отчаяния знакомо каждому, кто видел смерть друзей на поле боя. А таким был почти каждый прохожий на моём пути.  

 

В этот момент я вспомнил про Рому. Он боялся войны. Я знаю, какого это когда тебя рвут на части противоречия. Страшно думать, что ты одновременно хочешь закончить войну, но осознавать, что хочешь, чтобы она никогда не кончалась, потому что мечтаешь иметь шанс отомстить.  

 

Я не заметил, как оказался на аллее с дорогой из щебня. Там была небольшая церковь. Казалось, что крест на крыше поддерживал небосвод не хуже памятника на площади, но делал он это робко, осторожно, дабы ненароком не расколоть небо на части. Свет не горел. Значит там никого нет. Часовня оказалась открыта. Я толкнул дверь и она прогудела на весь город своими петлями.  

 

Я шагаю мимо пустых скамеек и остановился перед алтарем. Как я давно не был у алтаря. С этой войной и безотрадной любовью я совсем забыл о том, кто заботился обо мне всю мою жизнь. Наверное, благодаря ему я тогда стоял перед крестом и смотрел в пустоту, надеясь получить прощение за все свои грехи. Ничего не происходило, этот немой диалог с Создателем грозил перерасти из демонстративного молчания в неловкую паузу. Нам было нечего друг другу сказать. Бог не виноват передо мной, я не был виноват перед ним и надеялся, что так всё и будет впредь.  

 

–Часто приходите в гости к Богу? -я обернулся и увидел мужчину в белой рубашке.  

 

–Нет. Нет времени, -смущенно ответил я.  

 

–На него у всех нет времени, -он оттолкнулся от косяка и пошёл вперёд, -Все мы люди занятые, понимаю. Работа... семья... друзья... как много занятий для человека было придумано, не находите? Но как же Бог? Почему он стал чем-то второстепенным в жизни людей?  

 

Я молчал. Я знал ответ и он ему не понравится.  

 

–Вы знайте ответ раз, так стыдливо отводите взгляд, -мы уже стоим в метре друг от друга, -я был на войне. Я не верю ему после всех этих подлянок, которые он сделал мне.  

 

–Как же молитвы?  

 

–Каждую ночь я молился ему, -сказал он, -и знайте что? Ничего, абсолютно ничего.  

 

–Что дальше? -я не двигался и смотрел на него.  

 

–На утро нас настигли аэростаты. Было страшно. Было больно. Вы пргимайте.  

 

–Я понимаю, как никто другой.  

 

–Так зачем вы тут? Вы верите его обещаниям?  

 

–Дело в том, что Он мне ничего не обещал. Я сам себе придумал это, а теперь обвинял его же в том, что ничего хорошего не произошло. Одни лишь смерти, смерти, смерти. Знаете, что я тут недавно понял? То, что война это конвейер для трупов и способ остановить рост населения. Всего лишь мор для тех, кто прошёл естественный отбор, но не прошёл искусственный.  

 

–Тут вы, конечно, правы, – незнакомец сел рядом. Теперь, когда свет из витража падал на его лицо, я мог рассмотреть его получше. Синеватое лицо, обыкновенные глаза, нос, похожий на орлиный клюв, тонкие потрескавшиеся губы и изредка дёргающееся нижнее левое веко. Обыкновенный человек, прошедший целую войну, полную грязи, отчаяния, страха, боли, скорби и мечт о прекрасном будущем. Мы все выглядели так, как и он, просто он не скрывал того, что воевал за канцлера, все остальные же пытались это сделать, но безуспешно.  

 

–Мы разговариваем уже минут десять и я не знаю вашего имени. Меня зовут Эдгар. Я владелец автомобильной мастерской.  

 

–Андрей, просто Андрей. Безработный и никому не нужный. Приятно познакомится.  

 

–Мне тоже. Мне нравится, что вы ничего о себе не сковывайте.  

 

–Может на ты?  

 

–Если станем друзьями то можно, в пока не стоит.  

 

–Можно вопрос? -спросил ч.  

 

–Валяй.  

 

–Вам помощник в работе не нужен? -он посмотрел на меня словно увидел дракона.  

 

–Помощники всегда хорошо. Главное быстрое обучение.  

 

–Это не проблема для нашего поколения. Так вы меня берёте?  

 

–Да. Держи адрес. Не подведи меня парень. Иначе расплатишься, чем то большим. Крсяки мне не нужны. Ладно, пойду я.  

 

Я положил листок в карман.  

 

–Завтра нас ждет трудный день. Не опаздывай, Андрей, -сказал он у дверей. Я кивнул ему в ответ.  

 

Это была странная ночь за последние несколько дней. Это ночь станет началом нового дня. Новой жизни.

| 47 | 5 / 5 (голосов: 1) | 11:34 30.12.2018

Комментарии

Vesta408:52 02.02.2019
Читая, видишь образы, хорошо написано
Плюс много опечаток , порой они мешают читать
А так очень захватывает

Книги автора

Пепел./Гл-8/.
Автор: Chinasky1
Роман / Философия Другое
Аннотация отсутствует
19:20 27.12.2018 | оценок нет

Пепел./Гл-7/.
Автор: Chinasky1
Роман / Философия Другое
Аннотация отсутствует
11:28 24.12.2018 | оценок нет

Пепел./Гл-6/.
Автор: Chinasky1
Роман / Философия Другое
Аннотация отсутствует
17:41 23.12.2018 | оценок нет

Пепел./Гл-5/.
Автор: Chinasky1
Роман / Философия
Аннотация отсутствует
15:22 23.12.2018 | оценок нет

Пепел./Гл-4/.
Автор: Chinasky1
Роман / Философия
Аннотация отсутствует
08:59 22.12.2018 | оценок нет

Пепел./Гл-3/.
Автор: Chinasky1
Роман / Другое
Аннотация отсутствует
14:26 21.12.2018 | 5 / 5 (голосов: 1)

Пепел./Гл-2/.
Автор: Chinasky1
Роман / Другое
Аннотация отсутствует
12:45 21.12.2018 | 5 / 5 (голосов: 2)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2017