Режим чтения

Каждый четвёртый

Роман / Лирика, Боевик, Военная проза, Детектив, Приключения, Фантастика
Война тоже работа – по крайней мере для Максима, полковника особого отдела при генеральном штабе. Узбекистан – новая война, горячая точка для русской армии. Но как и бывает, разрывы снарядов да яростные перестрелки лишь отголоски битвы человеческой силы и умов, а самые неоднозначные случаи как раз и скрыты за яростными схватками узаконенных долгом и обстоятельствами убийц или воинов. Вопрос в том, всех ли, кто взял оружие примет её милость, война?
Теги: Война Россия Дети и война Приключения Боевик

Глава первая

 

Каждый четвёртый  

 

Соавтор  

Сергей Гуляев, коему выражаю огромную благодарность и передаю привет  

 

 

Автор  

Станислав Андреевич Кшетусский  

 

 

 

 

 

 

 

Война тоже работа – по крайней мере для Максима, полковника особого отдела при генеральном штабе. Узбекистан – новая война, горячая точка для русской армии. Но как и бывает, разрывы снарядов да яростные перестрелки лишь отголоски битвы человеческой силы и умов, а самые неоднозначные случаи как раз и скрыты за яростными схватками узаконенных долгом и обстоятельствами убийц или воинов. Вопрос в том, всех ли, кто взял оружие примет её милость, война?  

 

 

Первая часть  

Пролог  

Т90м методично разбирал дом за домом, поддерживаемый скорострельными пушками двух БМП3. На сколько понял из наблюдения с беспилотника, противник объединил траншеями небольшие домики частного сектора и понастроив огневых точек с пулемётами, ПТУР, СПГ и АГС, надеялся встретить мой батальон на дороге и хладнокровно расстрелять. Даже специально информацию кинули, что все подразделения к Ташкенту отходят, оставляя десятки населённых пунктов вокруг города. Похвально, похвально придумали. Кто-то может и повёлся, но я на новой войне старых привычек не меняю: остановился заблаговременно, в бинокль посмотрел, беспилотник запустил и теперь вот жду, пока наводчики дорогу обезопасят с трёх километров.  

 

Глава первая  

Будильник, чтоб его! Вырубил на своих любимых CASIO Alarm Chrono надоедливый писк. На хрен природа выдумала 6 утра!? Чтоб преодолеть нестерпимое желание дрыхнуть дальше пришлось отжаться несколько раз!  

Девяносто девять, сто... Отлично. Даже не вспотел! Впрочем, и не мудрено: в сарае, где заночевал, градусов десять. При том, что всю ночь печка, предоставленная взводом обеспечения, горела! Лето, август... Утром какой-то морозный октябрь, днём июль с жарой градусов сорок, ночью не хуже, чем в ноябре...  

На улице обычное утро занятого армией небольшого аула, вернее его остатков. Сонные, а от того медленные и ленивые контрактники, морпехи и мотострелки, покидали немногие уцелевшие дома или палатки, направляясь к полевой кухне. Отдал честь, когда мимо проходило какое-то подобие строя из доблестных воинов и огляделся. Заспанное солнце неторопливо играет тенями и отсветами на домах и выстраивавшейся на улице колонне бронетехники. В этот кишлак въехали почти без боя, вчерашним вечером, спугнув боевиков длительным обстрелом. Вперемешку с традиционными восточными зданиями располагались и более современные дома, как правило времён заката СССР. Почти все пустовали, но большинство совсем разбито.  

Мой штурмовой батальон милостью комбрига и существенных боевых успехов не стоял в боевом охранение и технику особо не рассредотачивали, выдвинуться надо по первому же приказу. Во главе колонны БМП3 разведчиков, после два Т90м, ещё четыре тройки, передо мной один из пяти БТРов80м, за ними ещё третья бэха и десяток бронемашин. Большая часть уже выстроилась, некоторые только выползали из-за зданий и дворов где были замаскированны на ночь. Небо ещё не оправилось от рассвета, и отдавало лёгким розоватым оттенком – утренний золотой час, время, за которое в живописной местности фотограф может и душу продать.  

– Здравие желаю, товарищ полковник.  

– Доброе утро, Лёш. – обернувшись, протягиваю руку капитану Нестерову, командиру 1 роты батальона, с которой и предстоит работать сегодня. Чёрный берет, завсегдатай всех горячих точек последнего десятилетия. Младше меня всего на три года, но выглядит старше за счёт сильно обветренного лица, всегда гладко выбритой головы и мускулатуры поболее моей. Мог бы так же и полковником стать, но уж характер сильно тяжёлый для «не воюющей» армии.  

– Ну что, – говорит твёрдым, слегка охрипшим голосом, – Генерал обещал уже в шесть прибыть, в боеготовности убедится. И где он?  

– Да хрен его знает. – говорю, немного оглядевшись. – Жиленкова раньше семи можно не ждать.  

– Ага, сам приедет позже намеченного и предъявит, что, небось, все до семи дрыхли! – проворчал капитан. – Неделю мозги трахал, пока границу не пересекли!  

– Да ничего, заткнётся. Когда что батальон в наступление вспомнит.  

Жиленкова было трудно сильно уважать или совсем уж не любить. Генерал-майор с удовольствием приписывал себе все толковые планы, но и не корректировал их. Или корректировал так, что меня и прислали присмотреться к его доброй личности. Впрочем, пока судить было весьма трудно – задачи слишком бесхитростные. Уже второй день его бригада двигалась из Узбекистана к Ташкенту, разнося занятые афганскими интервентами и поехавшими на идеях шариата узбеками, аулы и уничтожая заблаговременно обнаруженные засады. Планировали быстрее, но любовь агрессивных арабов ко взрывчатке никто не отменял и чтоб сохранить технику и ноги приходилось обшаривать каждый метр дорог.  

Тут к нам подбежал майор Гоцураев, из штабных. Немного тучный для своих сорока, не высокий и явно не подходящий для войны.  

– Товарищ полковник, Максим Станиславович, ЧП у нас!  

– В чём дело то? – волноваться поводов не было, если кругом пули не летят и не взрывается ничего.  

– Подполковник Зимин с водителем погибли, только нашли! Машину расстреляли!  

Блин, ещё двое! Да ещё мой начштаба! Жаль, но война, что сделаешь...  

– Штаб бригады знает?  

– Так точно, уже две группы по тревоге подняли, сейчас работают!  

– Ясно. Нестеров, с повышением тебя. Идём.  

Побывав в штабе, помятом войной домишке, дал нужные распоряжения, выслушал доклады и вернулся в сарай рядом, где спал.  

Пока было время перепроверил снарягу – от усталости слишком плохо вчерашний вечер помнил и опасался, что проворонил какую-нибудь важную мелочь. Автомат АК-74 и пистолет Ярыгина, разумеется, всегда при мне и почищены, пистолетный глушитель так же на месте, карманная рация, красная сигнальная ракета, нож, нагрудник CIRAS на 10 магазинов, подсумок с пятью гранатами, такой же, но для сброса пустых рожков, шлем, наколенники, четыре перевязочных пакета и одна Аи-1 в нагрудный карман бронника, маленький фонарик и, куда уж без неё, фляжка на пояс, пачка высококалорийных хлебцев, фонарик... Что ещё... А, проволочка для растяжек. Теперь я спокоен. Одеваться пока рано. Вроде, всё. Что-то сильно шумно на улице, кто-то едет. Надо глянуть.  

В хвосте колонны наблюдалось оживление. Меж моими машинами и домами втискивалась колонна брони. БМП, БТР, УАЗик и БМП. Зуб даю, Жиленков с охраной.  

– Ну что вы здесь за бардак развели, товарищ полковник!? – не успев выбраться из машины крикнул он. – Почему проезд перегорожен?  

– Извините, мы не догадались, что вы конкретно здесь поедете и разместились в этом кишлаке согласно приказу. Прикажете передвинуть кишлак?  

– Ты какой-то весёлый не по обстановке! – нервно выпалил генерал, окончательно выбравшись из машины, – В курсе уже, начштаба твоего убили?  

– Так точно. Нового уже назначил, Капитана Нестерова. Вы, думаю, не против.  

– Приказ выполните, а как и кем командуя мне по хрен. – нервно ответил Жиленков, – Нападавших мои спецы уже ищут. Расстреляли машину из 5, 45 и 7. 62. Сопротивления не было. Есть соображения?  

– Что в машине с водителем офицеры ездят много ума понять не надо. Засекли, решили диверсионную операцию провернуть. Если использовали стрелковое, у нас в тылу, значит сильно шуметь боялись. Или случайно произошло. Я на месте не был.  

– Теперь только в бронированном катайтесь. – велел Жиленков, – Техника, личный состав готовы?  

– Докладываю: колонна в состояние выйди в течение двух минут.  

– Надеюсь, что так. – фыркнул он, явно разочарованный, что больше хрен придерёшься, – Вот твоё задание. Всё ясно?  

Открыл вручённую папку, посмотрел. Так понял, в составе батальонной тактической группы выдвинуться по шоссе в квадрат 29 30, организовать КНП и ждать дальнейших указаний. Идти по проспекту, взаимодействовать с 3 и 1 батальоном, держать фронт. Фактически, мы постараемся отжать боевиков к центру, принуждая к капитуляции.  

– Так точно.  

– Вот и хорошо. Час назад окружение Ташкента завершили, так что готовьтесь. И чтоб всё нормально прошло. – с этими словами он забрался в УАЗик и процессия двинулась дальше.  

Слава лягушке, свалил. Теперь... Теперь совещание надо проводить.  

Убрал папку в планшет и удачно перехватил писаря, бесполезного для боевой службы в виду близорукости и упорного не желания осваивать что-то тяжелей компьютерной мыши, ефрейтора Архипова.  

– Передай Нестерову пусть всех офицеров соберёт у себя. Я через минут десять совещание начну.  

– Есть. – солдат бодро отдал честь и заспешил в свою вотчину. А я пока что решил бронетехнику обойти, глянуть, всё ли в норме.  

Война уже порядком потрепала машины. Много где виднелись сколы краски, следы пуль, почти всю технику дополнительно обвесили противокумулятивными экранами и дополнительной динамической защитой. Мехводы перед каждым выходом проверяли машины, а с вечера устраняли полученные за день неисправности и всё, что глянул, было в порядке.  

На совещание все пришли вовремя и когда протиснулся в дом помещение теснились десятка два офицеров. Кроме штабных и Нестерова хорошо знал здесь лейтенанта взводного Василия Селенцова, командира разведчиков. В свои 25 неприметный внешне, не высокий и худой, но рассудительный и охочий до риска командир. С каким-то спортивным интересом брался и выполнял любую по сложности задачу.  

Пересказал офицерам план и начали обсуждать детали. С учётом всех разумных мнений определился с конечной тактикой:  

– На проспекте маршрут будем проверять беспилотником, затем разведка с сапёрами впереди колонны метров на 200. Как только кого обнаружим сразу разносим на хрен с танков и БМП, со стрелкового не давать высунуться. Снайперов и всё противотанковое гасить всеми имеющимися средствами. Пулемётчиков тоже быстро убивать. Теперь группам прикрытия и штурмовикам, кто на флангах идёт... На каждое отделение есть БМП3 иль БТР хотя бы. Людей беречь, засекаете цель, хотя бы одно движение, и уничтожаете укрытие на хрен, хоть целый дом обрушивайте. Взводам поддержки не мешкать, любую хуйню гасить быстро и качественно. Противник в основном афганские наёмники, просто наёмники, ополчение плохих узбеков и, самое противное, отдельные части бывшей армии узбеков. Артиллерия и авиация, нам в помощь будет, но сами понимаете, в горячке боя допроситься не всегда легко, целей очень много.  

– А со снабжением как? – резонно поинтересовался один из командиров. – В первый день до экономии патронов дошло!  

– Я уже ругался в штабе, обещали с избытком.  

***  

На улице переговорил с несколькими механиками, чтоб не расслаблялись. Как они заверили, техника вся работает, каждый винтик на нервах уже перепроверяют. Выскочил боец из штаба, сказал, что меня срочно к рации.  

– Выдвигайтесь. – приказал генерал.  

Солдаты и сержанты с оружием и в полном боевом обмундирование уже заканчивали построение в три шеренги вдоль техники. Середина строя, где стояли морпехи, приходилась напротив штаба. Там ждал Нестеров. Особо не спеша подошёл, знаком руки отменил уставной доклад и повернулся к строю.  

– Ровнясь, смирно. Равнение на середину. – приказал Нестеров.  

Строй послушно выполнил. Я отдал честь и обменявшись с бойцами приветствием, огласил боевую задачу:  

– Наконец-то штурмуем Ташкент. Любое движение со стороны противника расстреливать без колебаний, мирных там нет. Знаю, здесь кто за зарплату, кто за родину, кто за приключения, многие и за всё сразу. Я лично за всё сразу. Но воинской славы хватит всем! Ладно, конкретную боевую задачу вам доведут командиры. Боеготовность пять минут. Командирам взводов и отделений подойти для получения дальнейших указаний. Разойдись.  

Подошла толпа человек в пятьдесят. Двоих я не плохо знал: старший сержант Павел Еремеев, командир первого отделения во взводе Селенцова и Дима Орехов, командир отделения второго взвода моей разведки – втроём мы чуть не сдохли, но и убили много врагов, когда мой батальон пересёк границу и наткнулся на замаскированные позиции агрессивных арабов. Обоим по 20 лет, контрактники, отличные и опытные бойцы, а Павел, может, и офицером станет.  

Им всем я пересказал тоже, что и сформулировал на совещание, выборочно удостоверился в понимание задачи и тактики, ответил на несколько вопросов.  

***  

Качнувшись назад, БМП сорвалась с места и поехала, стараясь сохранять интервал с танком впереди. Я поудобнее облокотился на башню и поправив каску, со спокойной душой стал наблюдать за дорогой. Волнения не было, как и страха — только спокойствие, как говорил один попугай, на любимой работе только спокойствие...  

Из аула дорога вывела на шоссе. Вокруг поля и съезды ведущие ко множеству сёл и мелких городков. Колонна пошла быстрее. Пять минут и первый блокпост. Наспех устроенные земляные укрепления для круговой двух расчётов КОРДов и трёх с ПК, и чуть-чуть обкопанный БТР. Мотострелки, пулемётный взвод. Нас пропустили без остановок, пожелав удачи. Вам тоже, ребята. До города всего ничего.  

Ещё несколько минут пути. Всё чаще встречается военная техника, а через поля и вдоль посадок снуют "Камазы" и "Уралы" снабжения, подвозящие боеприпасы готовой к работе артиллерии. Но работать начнут, как ходят слухи, только перед самым штурмом, чтоб меньше видео о "бессмысленных" обстрелах в сеть кидали.  

— На сколько помню, все засечённые цели в городе вместе с авиацией подавят, перед нашим заездом? – уточнил Нестеров. Два солдата ехавших с нами на броне тут же вопросительно на меня уставились.  

– Всё, что обнаружили. Но блин, это едва ль больше четверти будет. – ответил, перекрикивая рёв двигателей, — Всё прочее уже по нашим запросам.  

Если не мешали деревья вдоль шоссе, на горизонте можно видеть поднимающейся дым. Армия и ополченцы нанесли сотни ударов по врагам, кругом ещё не прекратились десятки боёв и перестрелок, части операции огромной военной машины. Осуществляются штабные планы, каждое подразделение знает задачу и своё место, хоть со стороны и не подумаешь о значение каждого столба дыма иль далёких взрывов.  

Вот проезжаем последний блокпост, а в пяти километрах виднеется пригород, плавно переходящий в ненаглядную столицу славного, мать его, Узбекистана, поделённого на «хороших» и «плохих» узбеков, костяк которых афганские наёмники и просто вооружённые оборванцы всех мастей. «Север страны под контроль законного правительства вернуть для начала и юг, может, обратно присоединить!...» – легко сказать, блять, этим крысам кремлёвским.  

Заметив на обочине нашу технику и, вроде бы, танки в зелёнках, решил остановить колонну. И вовремя, под гусеницы почти бросился какой-то задёрганный офицер.  

– Куда летите, сейчас обстреливать будем!  

– Чё орёшь, приказ вперёд ехать. Сейчас разберёмся. – не хотелось сильно трахать мозги этому майору.  

Связался со штабом и те действительно велели срочно прекратить движение и всем подразделением на рубеже оцепления начать уничтожение целей с безопасной дистанции. Судя по содержимому лесопосадок и танкам поблизости, это рубеж и есть.  

Пару минут и вот уже авианалёты и жужжание артиллерийских снарядов стал обыденным явлением. Земля, как мне казалась, мелко дребезжала, и над контурами домов незадачливого Ташкента вспыхивали всё новые и новые огненные цветы. Секунды и вот уж вспышки сменялось дымом. Вначале серым, затем и чёрным. Где-то виднелся огонь. По своему красиво.  

— Как бы черти прорыв не устроили, во как ложат! — проворчал Нестеров, когда вылетающие с окраин города ракеты, "Морковки" с СПГ и какие-то непонятные самоделки начали рваться всё ближе к нашим войскам. — Или, ещё чего доброго, в тыл нам зайдут!  

— Да вряд ли, целая бригада блокирует, минные заграждения тоже выставили. Если что, и с вертушек поддержат, их по одному на десять километров. В резерве арта и десантники найдутся. Так что не заморачиваемся и работаем по непосредственным задачам.  

Когда рядом с БМП разведки что-то грохнулось и взорвалось, заставив ту отъезжать назад, решил что и моему батальону время за дело взяться. Дал приказ устранять все обнаруженные цели и сам взялся за бинокль. Сильно много на него не тратился, но приглядевшись с трёх с половиной километров, можно было и отдельных вооружённых оборванцев вычислить. Например, непонятное движение на уровне фундамента четырёхэтажки в том дворике. Хорошее место для ПТУРа иль СПГ...  

— Коробка один, — говорю танку, — Два выстрела по цели, правее дороги сто метров, меж зданиями, в фундаменте пятиэтажки огневая точка. Что видишь?  

— Подтверждаю.  

— Огонь тогда.  

Так, это взорвали. А тут что, выход? Миномёт. Думаю, позиция закрыта. Где карта!?  

За час много разрушили, взорвали и, надеюсь, убили. Жиленков дал команду двигаться и как можно скорее, рассредотачиваясь и продвигаясь согласно изначальным приказам.  

– Всем приготовится, сейчас заезжаем! – передаю по рации, удобнее пристраивая верный АК74. Не подведи, животное, 300 рублей на смазку, ведь, потратил.  

***  

У самого въезда остановил движение и запросил добро на разведку маршрута, но Жиленков фыркал и требовал залететь в город буквально сходу, «Не давая опомниться! »  

– Повторите, нечего не слышу, тут оса летает! – тут же отозвался ему, выключил рацию и велел запустить дрона. Пока мои взвода с техникой рассредотачивались по флангам, дабы совместно с другими батальонами создать окружение, должны успеть.  

Маленький самолётик, которым через здоровенный и неудобный пульт с экраном правил Селенцов, скрылся в облаке пыли и вскоре лейтенант доложил, что не наблюдает ничего подозрительного.  

– Тогда дальше едем. Ищи пока укрепления и пехоту.  

Через несколько минут поредевшая колонна миновала сильно дымящийся, разрушенный пригород и свободно въехала в Ташкент по опустевшему шоссе. Что не встретили сопротивления варианта только два: либо всех кто мог его оказать уничтожил обстрел, либо ловушка. Офицеры поддержали второй вариант и решили послать вперёд БМП, прикрывающий разведгруппы. Их задача проверять дома на двести метров впереди колонны.  

– Если что, я ни хрена не наблюдаю. – предупредил Селенцов.  

Выяснив, что на ближайшие триста метров маршрут свободен, потихоньку тронулись. Едва ль ни со скоростью пешехода колонна бронемашины проползали вдоль домов, БМП разведчиков тоже особо не спешил и лениво маячил впереди, изредка скрываясь за плавными поворотами — шоссе петляло что сонная змея. Сами же они шли не дальше двухсот метров, не считая бойцов на броневике и сапёров вокруг.  

Миновало полчаса. Постепенно углубились на пару километров, проехав дома частного сектора и приблизились к застройке не выше трёх этажей. На первых этажах магазины, выше квартиры, но некоторые полностью оборудованы под офисы. Вокруг высятся советские пятиэтажки. Ни души. Только мусор и грязь на каждом шагу. Правда, встретились десятки машин на обочинах — признак очень спешного бегства разорённых оккупацией жителей. И ни противника ни взрывчатки не встретили.  

– Э, меня сбил кто-то! – возмутился Селенцов, когда до нас донеслись выстрелы, – Какие-то дряни, с автоматами трассерами срезали!  

Вот и вторая линия обороны, видать! Немедленно приказал остановить движение.  

Меж тем БМП с разведкой скрылась за плавным поворотом метров через триста. И сразу несколько взрывов и стрельба.  

– Первая машины, приём, первая машина, приём!  

Но в эфире только помехи. Что за хрень, только же работала!  

Тут вновь показалась БМП, быстро сваливающая обратно к нам.  

Немного пощёлкал кнопками чисто для приличия и убрал рацию в карман. Видать, связь нам заглушили!  

– Готовьтесь, нам сейчас врежут! Всем занять оборону. Связисты, соединяйтесь с ближайшим блокпостам и быстро.  

Приказания передались через офицеров и сержантов, порядок движения так же позволял немедленно вступить в бой: машины по обеим сторонам улицы вдоль стен, так чтобы окна домов простреливались перекрёстным.  

Звонкий удар по металлу, какая-то вспышка позади. Бронемашину, не доехавшую метров 100, разворачивает вправо и та врезается в дом. Мгновение и облако огня и дыма вырывает башню и люки десантного отсека.  

Тут же со всех сторон раздалась стрельба. Наверняка взрыв был сигналом. Боевики явно не дождались, пока мы втянёмся ещё дальше и шарахнули первыми.  

С флангов к колонне было не подойти благодаря группам прикрытия и огонь пробовали вести только с фронта, да и то серьёзно мешали танки и БМП.  

Вскоре сторонники Аллаха ещё надёжней забились по щелям и пробовали работать с гранатомётов по технике, но мы не церемонились и уничтожали не столько огневые точки, сколько сами здания.  

К сожалению, те кто нас прикрывал в узких дворах и зданиях танками почти не обладали, а броневики вывести из строя было проще и потери росли ежеминутно.  

Уже через двадцать минут прибежал раненый в ключицу боец и доложил, что противник вклинился меж секторами батальонов.  

– Значит, они фактически фронт прорвали! – заметил Нестеров, – Ну как так-то!?  

– Теперь будут к колоннам пробиваться, наших постепенно двигая. – заключил я, быстро внося на карту новые отметки, – Вот что, Селенцов, бери отделение выдвигайся вот к этому двору и занимай оборону. Через минут двадцать туда подойдут наши с окраины – там взвода 2 наберётся – и боевиков, которые в прорыв залезли, выдавят. Затем, надеюсь, кольцо восстановим. И как только во двор наши зайдут, возвращайтесь. Собственно, от вас мне нужен грамотный анализ обстановки там. Вопросы есть?  

Довольный заданием лейтенант спешно отправился на дело.  

Уже больше десятка раненых стащили к колонне с окрестностей, а танки впереди, благодаря дыму от горящей бэхи начали усиленно обстреливать с РПГ и наглой СПГ. Технике пришлось немного сдвинуться назад, и Нестеров беспокоился что пользуясь дымовых прикрытием боевики ещё больше противотанковых орудий разместят и вообще не пройти будет.  

– Так, гасите БМП, быстро! – велел я всем экипажам.  

Чтоб многострадальный БМП прекратил дымить хватило несколько попаданий с танка и тройки. Тут же засекли и противотанковые средства боевиков. В течение минуты танками выдолбили брешь на повороте улицы. Дома четыре снесли, но мера вынужденная. Больше от туда стрелять некому.  

Мы не были сильно удивлены наличием у боевиков глушилок, провода для связи, прокладываемые полковыми связистами, не отставала от батальонов больше чем на пол километра и взвод связи без труда соединял подразделения, ну и меня со штабом. Явно нервничавший Жиленков предупредил, что наше кольцо местами прорывают и батальонам, возможно, придётся отходить, чтоб избежать окружение.  

– Там где боевики прорывают, внутренние войска и наёмники уже боем связанны. Местами всё перемешалось. Меры уже принимаются, главное вы позицию удерживайте!  

– Да не проблема! – пока к колоне никто не подлез, по крайней мере.  

Фланги, судя по докладам, так же не плохо держались. Более того, боевики явно ослабили натиск.  

– Слышишь, успокоились, вроде! – обрадовался Нестеров, – Может, наступать пора?  

Взглянул на карту, куда вносил все изменения обстановки, услышанные по тапику.  

– Вначале фронт надо выровнять.  

Знакомый свист! Мы с капитаном рефлекторно залезли вглубь БМП, в десанте которого я и возился с картой и телефоном. Вскоре и взрывы последовали. Парочка на улицах, несколько мин в здания прилетели, ну и просто вокруг штуки три упали.  

– 82е и 120е. Решили артподготовку начать. Надеюсь, укрытия для всех нашлись. – теперь что, теперь что... Доложить, чтоб проблему решили.  

Штаб полка неохотно принял жалобу о миномётах – три батальона этим досаждают, как никак.  

– Пообещали самолёты подключить или артиллерией подавить.  

– Без корректировки? – фыркнул Нестеров, – Так и до вечера ждать можно!  

– Думаю, боевики ещё раньше к нам подойдут. – отозвался ему и, покрутив ручку звонка, велел всем своим подразделениям не терять бдительность.  

– Я могу возвращаться? – по случаю спросил Селенцов.  

– Да, чем скорее, тем лучше.  

Местами нашим удавалось подавлять миномёты, но много где благодаря обстрелу боевики сократили дистанцию, окружали подразделения и стремительно расширяли прорывы фронта. Потери заметно росли, только ко мне отправили более пятидесяти трёхсотых. Через пол часа обстрела и наступления поклонники Аллаха подошли уже на 3-4 квартала.  

Жиленков потребовал контратаки, но любые попытки быстро захлёбывались. Дошло до того, что окружили и ощутимо потрепали целый взвод второй роты на правом фланге!  

– БМП сожгли у нас, но ребят вытащили! – доложил отправленный на выручку Нестеров, когда вернулся, – Там пиздец! Уже на квартал подлезли, овцеёбы!  

– Блять, тогда снова оборону всем занять! – решил я, – Контратака была хренью.  

Отдав приказ, связался и с Жиленковым. У того, судя по реакции без особого мата, так по всему городу творилось.  

– И скажу ка своё мнение, надо отходить и восстанавливать кольцо, или группировку потеряете! – не предложить это я не мог.  

– Скоро всё решим, ждите.  

На улицу всё чаще стали прилетать пули с перестрелок вокруг. Некоторые занервничали и палили на каждый шорох. Чуть не задели и Селенцова, который возвратился со взводом.  

– У нас в тылу десятки кварталов никто не контролирует. Катаются танки, БМП и всякие самоделки! Многие подразделения назад оттесняют!  

– Понял. Сейчас доложу.  

Информация от моей разведки явно впечатлила генерала и тот велел действовать по обстановке и в случае отхода перегруппировываться примерно в двух километрах, рядом с окраиной. Там ещё в самом начале штурма окопались наши и ВВ, создав оборонительную систему из бронетехники и блокпостов на случай масштабного прорыва и попытки удара в тыл.  

Обстановка, собственно, и требовала отходить, пока не сдохли. Только один момент меня смущает...  

– Я лично за отход и перегруппировку. Но что остальные? Как бы не получилось, что одни на окраине, а другие в городе всё ещё!  

– Пока исходить из обстановки на своём участке. – решил Жиленков.  

Ну что же, за язык его не тянул.  

Когда начали выводить из боя подразделения на флангах, по колоне стали прилетать "Морковки" и взорвалось что-то крупное. Я недовольно выглянул из БМП, подбежал к танку своей, левой стороны. Тот как раз дал залп вглубь улицы.  

Тут же взрыв, но у нас, волна тёплого воздуха и звонкий удар по металлу. Надеюсь, экипаж уцелел. Оглушающий выстрел, уже нашего Т-90. Я выглянул, улицу почти полностью перекрыла пыль. Один из бойцов рядом крикнул, что видел до того там пехоту и технику. Прошло несколько секунд. Ну да, стрелял то явно танк! И судя по тишине с той стороны, наши вопрос решили. Не плохо! Но блин, какого хрена у противника танки!? С самого начала войны авиация их выискивала и взрывала! Как эта гадость в городе то оказалась после всех «успехов» летунов!?  

Чуть впереди колонны закипел интенсивный бой, послышались ещё выстрелы танков.  

– Если прорвутся, то смогут обойти! – заметил Нестеров, – Впереди только пехота в зданиях, брони у ребят нет!  

– По одному БМП им отправь и пусть отходят. Колонне тоже отход на квартал. – так противник как раз перед нашими танками выскочит, надеясь что в тыл зашёл.  

Согласованный отход в городских условиях ещё то приключение. Мы назначали квадраты, устанавливали время, к которому следует передислоцироваться, но точные данные о противнике было не получить и подразделения двигались, исходя из обстановки. Хотя бы на улице было проще – техника просто сдала назад.  

Не смотря на приказ отходить только к окраинам многие поблизости надумали прорываться к колонне и забили бронетехнику ранеными. Медики со своими четырьмя БТРами уже и не пытались оказывать помощь, а только отправляли машины в тыл и скорей обратно. Даже БТР взвода обеспечения с патронами им выделил.  

Рядом с танками стали падать "Морковки", как правило ударялись об асфальт и кувыркались по улицы, взрываясь меж рядами техники. Вылетели два БМП, облепленных взводами прикрытия с улицы. Жестом направили их в конец колонны. За ними из дворов попробовала выскочить пехота, но получила из танков всего с 30 метров. Сработал мой замысел, приятно!  

Обстрел с гранатомётов участился, били из каких-то щелей на разрушенной улице и подавить не удавалось – как я понял, снаряд то перелетал, то разрывался перед огневой точкой. К тому же боевики явно скапливались на перекрёстке и норовили выкатить бронетехнику. И если кто-то с гранатомётом прорвётся в здания нас очень быстро взорвут... Так, подумаем... Значительная часть бойцов пряталась за танками и первыми БМП, не давая противнику свободно выскочить на оставленную часть улицы. Совсем отходить ещё рано, 11 минут надо продержаться... О, у меня же разведчики тут близко бегают!  

– Есть работа. – позвал сюда их командиров отделения, Павла и Диму, – Слева и справа, за углом скопление противника. Взорвите как-нибудь всё там.  

– Так точно, сделаем.  

– Через 10 минут мы уходим. Селенцов, смотри, чтоб никто не потерялся.  

Так, с этим разобрались...  

Блин, что взорвалось!? Впереди танка, кажется... Второй справа тут же стрельнул и заработал пулемётом. А с этим то что?  

Фактически на голову упал помятый танкист, весь в копоти, из носа и ушей кровь. Тут же и сознание потерял.  

– К медикам его, ещё двое за мной! – крикнул бойцам вокруг и осторожно забрался на танк. Из башни дым, БК явно чудом не детонировал... Внутри... Блин, чуть не пристрелили! Ещё дымы надо!  

Кинули шашки, открыли более плотный огонь для прикрытия. Вытащили экипаж – все мертвы, ударная волна. Наверное, ПТУР прилетел...  

Так понял, экипаж второго танка уже уничтожил расчёт иначе бы уже сам был подбит. Но с этим то что делать? Целый то почти, даже не заглох!  

– Нестеров, срочно экипаж для танка ищи. И быстрее, времени мало!  

Так, разобрался с этим... Что? Из штаба звонят, мать их...  

– У меня все отходить решили! Если ещё 18 минут продержитесь, то все подразделения смогут нормально отойти, а не в разнобой!  

Шта? Эта морда, задача которой координировать действия всех подразделений в городе вначале даёт возможность отходить по обстановке, а затем, когда процесс пошёл, вдруг берётся назначать всем индивидуальное время!  

– Вас понял. И надеюсь твою палатку танком сегодня переедут! – долбоёб, блять.  

– Нестеров, пока в обороне стоим. Ещё 18 минут. Жиленков, придурок, вдруг решил скоординировать отступление!  

Капитан, как и я, матом выразил своё отношение к новому приказу.  

На колонну активней посыпались "Морковки" и мины, а отдельные группы боевиков показались на улице в метрах ста. Верхние этажи и крыши занимали гранатомётчики и снайпера, пробовали размещать пулемёты и вскоре из-за технике нашим было не выглянуть, только те, кто засел в зданиях могли работать на подавление. Ещё спасали БМП, но боезапас был не бесконечен. Одну коробку смогли поджечь и снесли динамическую защиту левого танка. Он в ответ взрывал все обнаруженные укрытия бандитов. У подбитого, к несчастью, действовал только пулемёт, но наводчик то давал целеуказания, то прошивал укрытия длинной очередью. Передвижения противника к этому времени было не засечь, только и осталось новые и старые огневые точки подавлять.  

Вернулись разведчики, оба взвода почти без потерь. Им удалось положить человек по 30 пехоты и даже танки потрепать.  

– Нас пехота засекла и в танк кое-как отработали. Экипаж, видно, перепугался и назад покатил. Мы из окна стреляли, они не видели, откуда. – рассказал Павел, – Но, может, командира достали, "Морковка" туда легла.  

– А мы по башне и гусенице. – быстро доложил Дима, – С места не сдвинулся и задымил!  

– Молодцы. Отход минут через 10. К остальным присоединяйтесь.  

Так, боевиков немного помяли... Блин, что в наших зданиях, на хрен, взрывается!? Гм, с двойки работают, похоже...  

Танк выстрелил два раза, но БМП не умолкал. Дома крошились – сыпались осколки кирпичей, окон, бетонных плит, да и взрывалась остатки динамической защиты брони. Пехотинцы на улице пригнулись, кому-то в соседней колонне снесло голову.  

– Продолжать огонь, нас подавить хотят! – крикнул как можно громче и выглянул из-за танка, взяв улицу на прицел. Вот черти, дымы кинули да зашевелились по щелям!  

Кто-то подозрительно мелькнул в разрушенном доме, в 150 метрах, а по всей улице группы пехоты выглядывают да явно чего-то ждут... Туда и поработаю... Приклад сильнее прижать, плавно на спуск... Надеюсь, к моим трассерам туда и ещё кто подключится! А то наглый пулемётчик чуть голову не снёс! Кстати, где эта скотина засела?!  

Трассера заметил наш БМП, кинул туда очередь. Ещё один и танк начали работать уже по вражеской коробке. Боевики ответили несколькими "Морковка"ми, одна в Т90 ударила, штуке две пролетели по улице и закувыркавшись взорвались. Ещё взрыв, на БМП. Кажется, по касательной как-то ударила, но коробка резко сдала назад и, мать её, врезалась в другой! Вроде, не горит и на место уже встаёт...  

Блин, опять свист! Мины, ну замечательно! Несколько ударили по зданиям и рядом с техникой. Падаю, с трудом подавляю желание ползти под танк. 4 минуты...  

– Нестеров, отводи колонну на квартал назад! Затем развернёмся и на окраину! – ну а сам попробую Т90 это передать.  

Он почти что вжимался в стену, но протиснуться всё же можно. Как можно ниже пригибая голову добрался до места мехвода и начал колотить по броне прикладом что было сил.  

Тот немного приоткрыл люк.  

– Езжай назад на один квартал, затем разворот и до окраины! – крикнул ему. – Так, теперь главное чтоб командир не сплоховал – он в подобной ситуации и будет управлять движением.  

Колонна сдала назад, всё так же ловко расстреливая осмелевших боевиков. Я было обрадовался, сам в чьё-то арабское тело пол рожка выпустил, но вспомнил, что пячусь рядом с танком, почти прижатый к стене. И судя по этой бетонной хрени, сейчас танк проедет дальше, а я останусь без укрытия на против злых арабов! Гм, что делать, что делать... Автомат за спину, ухватился, подтянулся и на четвереньках прыгнул за башню, обжигаясь о вентиляцию над двигателем. Так, вроде не пристрелили, хоть и пытались... Блин, горячо здесь! Вниз, на хрен, прыгаю!  

Вновь оказавшись за танком, присоединился к ведущим огонь бойцам, не забывая поглядывать сколько до точки разворота. Сейчас Т90 эту дверь пересечёт и сваливаем наконец-то!  

– По машинам! – заорали командиры подразделений.  

Первыми развернулись БМП и облепленные солдатами, покатили прочь. Я, двое разведчиков, включая Диму и Нестерова, запрыгнули на танк и притулились к броне, спасаясь от усилившегося обстрела. Каждого мгновение десятки пуль и осколков отбивали по броне истеричный кавер на летний град.  

Наш транспорт, не отставая от соседа справа, резко прибавил задний ход, заработал из пулемёта и, пролетев сотню метров, вознамеривался развернуться. С угрожающим лязгом гусеницы ещё жёстче вгрызлись в асфальт, по инерции машина даже накренилась, а нас только чудом не выбросило прочь. В довершении башня тут же начала разворот. Отцепившись от неё, дабы не слететь, ухватились друг за друга, искренне надеясь, что хоть кому-то повезло найти на корме надёжный ухват. Меж тем спаренный с пушкой пулемёт работал мне над башкой. Неприятное ощущение, давно так за каску не опасался! Но, вроде, оторвались, ещё немного и злополучная часть улицы скроется за поворотом.  

Впереди что-то взорвалось и танк резко затормозил, впечатав нас в покоцанную пулями башню. По ощущениям как с огромной тёркой поцеловался!  

– Да что за хуйня-то в этот раз!? – вскричал первым очухавшийся Нестеров и быстро глянул вперёд. Я так же поднялся. Ну заебись! Перекрёсток, часть колонные проехала вперёд и, а перед танком улицу перекрыл БМП с порванной гусеницей. Несколько бойцов уже ведут бой, много раненых.  

Решили, что танк стоит на прикрытие, а тройка с хернёй на улице и так разберётся. Скорее спрыгнули с брони и затащили за неё трёхсотых – в основном переломы после «остановки». Выяснилось, что стреляли с РПГ. Сбито шасси и гусеница размоталась.  

Не успел Нестеров начать ругаться на вновь тронувшуюся колонну, как из неё выскочил БМП и влетел на перекрёсток, затормозив за секунду до возможной аварии с моей ногой.  

– На броню, если жить хотите! – заорал командир чуть высунувшись из люка.  

Начали затаскивать или просто кидать на борт раненых. Я меж тем бросился к подбитой тройке и крикнул, заглянув в десант, чтоб оставили машину и взорвали БК.  

Когда все, кроме меня и Нестерова заняли броневик, а взорванная тройка заволокла перекрёсток чёрным дымом, рядом нехорошо взорвался танковый снаряд.  

Т90 так же почувствовал свою беззащитность и двинулся прочь.  

– Гоните, вашу мать, мы на танке! – крикнул капитан, явно опасаясь за бэху и та, подчиняясь приказу, стремительно нырнула в чёрную копоть.  

Я особо не возражал, тем более уже готовился ухватится за стального монстра.  

К нам подлетел Дима. Как он, блять, отстать умудрился!?  

– Осторожно, пулемёт! – крикнул он, когда уже забирались на броню, – Выцелил и прижал, петух!  

М-да, действительно свистит, хрень 7. 62.  

– Да всё, наконец-то сваливаем уже! – отозвался ему, когда танк проскочил дым и устремился за маячившей вдалеке тройкой.  

Какой-то мерзкий удар, чувствую, как многострадальный танк входит в неловкий разворот и с удивлением замечаю себя в воздухе. И, наверное, я направляюсь к кирпичной стене...  

Где это я в этот раз проснулся!? Твою же мать, по ощущением будто в бетон замуровали! Ни вздохнуть, ни шевельнуться! Что же было то сегодня? Приехал Жиленков, потом уехал, отметили это... Нет, больше пиво с водкой я мешать не буду... А, не это дня три назад... Вспоминаю танк тут же догадываюсь, что случилось – подбило какое-то животное! И значит совсем, блин, не время лежать – на сколько мы почти сдохли понять надо!  

Ещё около минуты пробую открыть глаза, но зато сквозь звон стрельба совсем близко доноситься. Даже горячая гильза за шиворот как-то закатилась, мразь! Ай, очень горячая мразь!  

– Сука, уёбище, а ну иди сюда! Пизды хочешь получить!? — рявкнул я, пытаясь её достать. Гильза поспешно выкатилась и съебала в закат. Или просто остыла.  

Первое, что увидел это заглохший Т90. И ещё он въехал в здание. Глубоко въехал. Ещё повертев глазами заметил помятого и явно не живого мехвода у борта. А кто-то в самом углу поля зрения, укрываясь за маленькой кучкой кирпичей яростно отстреливался. Второй член экипажа, судя по комбинезону. Вот кончились патроны, отстёгивает магазин, достаёт новый и утыкается в землю, начав мелко дёргаться. Чёрт, ещё один двести!  

Неожиданно танк начинает отдаляться и понимаю, что меня волокут куда-то назад и стреляют над самым ухом. Следом уныло тащится автомат – хорошая привычка всегда ремень через плечо перекидывать...  

Тут меня перевернули на спину и краем глаза заметил что мы в укрытие. Дима с лёгким испугом на лице втыкает мне в руку какой-то шприц. Ничего сказать ему не могу, но через несколько секунд немного восстанавливается нормальный слух и язык перестаёт быть что ватный.  

– Я в порядке, кажется. Что происходит?  

– Из РПГ шарахнули и танк словно заклинило! Капитан жив, но ранен!  

С трудом повернулся на бок. Перезаряжавший автомат Нестеров с вырванной половиной живота безумно мне улыбнулся и открыл огонь по улице.  

– Надо его как-то вытащить! – решил я.  

Капитан встретился со мной взглядом.  

– Да я уже не жилец – криво усмехнулся он. – И не дойти вам со мной. – ответил чёрный берет на невысказанный вопрос. – Уходите. Гранат только подкиньте. Захвачу с собой ещё нескольких.  

Молча передал гранаты.  

– Не поминайте лихом.  

Я пожал руки ещё одному герою.  

Пригнувшись, под свистом пуль вскинул руку в прощальным жесте, Нестеров зло ухмыляясь уха от уха проорал с каким-то молодецким задором:  

– Проваливай командир! – и резким движением перевернулся на живот, высунулся из под фрагмента стены и подчинившись упоению битвы принялся поливать сталью духов. Преодолев соблазн остаться, мы заскочили в ближайший двор. И тут же стреляют с другой стороны. Дима на ходу начинает отстреливаться, я поддерживаю. Но только чуть утихомирили бандитов в подъезде, как на улице, как с другой стороны двора появилось ещё несколько животных.  

– Уходим в здание! – достаточно успешного для чуть не подохшего берусь крошить стекло на окне первого этажа и освободив достаточно места, чуть ли ни забрасываю туда Диму, держа автомат одной рукой. И тут же за ним. Хорошо, что не брезговали полосой препятствий — залезать пришлось на полтора метра от тротуара.  

Что оказались в чей-то заброшенной квартире даже и замечать не думали. Скорее к двери и к замкам — задвижка и накладной с вертушкой.. Щёлкнула, второй тоже поддался! Открываю от себя — не получилось. А, кажется понял: заколочена, чтоб её!  

Пара ударов ногой и прикладом. Дверь распахивается. Вылетаем в проём. Чисто. Лестница справа. Чисто! Вот и выход, окошко.  

Проулок между домами. Только высунулись во двор, едва успели дёрнуться назад: пули засвистели и «Аллах Акбар» доносится. Сейчас, я им покричу!  

Высовываем автоматы и пол магазина очередями. Крики, стрельба меньше стала. Тут же выглядываем и отправляем уцелевших к Аллаху уже прицельным огнём. Блин, прикольно представить – вибрация рации, сдвигаю рычажок на «приём»  

«– Вам доставлено голосовое сообщение от абонента Аллах......пип-пип-пип …....Вах, уцелевшие доставлены, ат души братуха! »  

У Димы вполне удачно: двоих положил. У меня трое, а целая толпа рассредоточилась как кому удобней.  

– Бежим! Держись вдоль стены, я прикрываю! – пробежим вдоль дома и через ту помойку покинем квартал.  

Прикрывал хорошо, хоть и на ходу. Боевики двоих лишились и стреляли, в основном, на вскидку. Жаль магазины стремительно пустели – надо было на подавление работать. Блять, дефицит как в СССР — четвёртый магазин пуст! Но хоть до следующего квартала протянули! Здесь меж не широких улиц на одну полосу стояли ухоженных трёхэтажки с уютными двориками.  

Не удивительно, что один их домиков уже кое-кто облюбовал: только забежали во двор, как треск бьющегося стекла и очереди со вторых и третьих этажей напротив. Даже не отстреливаемся, со всех ног сигаем налево и ныряем в открытые двери подъезда. Секундная остановка — осматриваемся. Среди сопротивления в городе не за долго до штурма нашлись мудрецы, которые минировали дома чтобы боевики несли потери при попытки обустроить огневые точки, да и сами исламисты подобным не брезговали, когда появления русской армии ждали. Но здесь вроде порядок и мы тут же бежим к другому выходу, за лестницей. Но к счастью не успели: открылась дверка и показались две бородатые морды в камуфляжной одежде. Мы были удивлены чуть меньше их. Огонь!  

– По лестнице! – за дверью наверняка ещё.  

Так и было: когда и сам начал подниматься, засвистели пули. Но на втором этаже вроде как чисто. Ногами открываем дверь в первую попавшуюся квартиру. Чисто! Комната. Чисто! К окнам. Не заперты, можно открыть. Улица. Не широкая, правда, замусоренная.  

– Прыгай и в следующий дом. Я за тобой.  

– Может по улице? – уточнил Дима, пытаясь отдышаться.  

Сообразил, о чём он:  

– Посмотри внимательней по сторонам.  

– Не заметил, извини.  

Прыжок с трёх метров выдался удачным для обоих. Переход улицы — перекрёстный огонь с обеих сторон. Теперь о нас наверняка каждый уважающий себя террорист в городе знает.  

Подъезд, ещё двор, перестрелка. – раза три, наверное, повторилось. И хоть зрительно встречали не больше двух — трёх, буквально спинным мозгом чувствовали, что уже окружены как минимум ротой. У меня патронов всего три магазина осталось, а попадались только семёрки, у Димы не лучше. Подъезд, в котором укрылись, с минуты на минуты начнут штурмовать.  

– Ну, командир, что дальше?  

Хороший вопрос...  

– Улица довольно тихая. Прыгаем и опять во двор бежим. – вариантов больше и нет.  

Взлетев на второй этаж, оказались в маленьком коридорчике с четырьмя квартирами. Уже слыша шум от входящих в дом бандитов, одновременно бьём ногами по той, что слева.. Поддалась. Коридор, налево и в комнату. Окно. Скорее к нему, распахиваем занавески. На улице, да и рядом, вроде никого. Первым прыгаю я и приземляюсь с перекатом. Дима также Перебегаем, заглядываем во двор и натыкаемся на ремонтируемое здание. Наверное, под офис делали... Начинаем ломать хлипкую дверку. Только поддалась, свистнули и ударили пули.  

Тут же ответили на подавление, остатки магазина сержант пускает точно в окна третьего этажа, откуда стрельнули, примерно в четырёх домах отсюда. Вроде заткнули кого-то.  

Окончательно открываем дверь и скорее заходим.  

Оказались в полной темноте. Вот полоска света. К ней. Дёргаю в обе стороны. Заперто. Правильный удар ногой. Открыто. В глаза бьёт тускловатый свет, оказываемся в обшарпанном коридоре со скрипучем паркетным полом, зелёными стенами и множеством дверей.  

– Давай на право!  

Дима без вопросов бежит за мной. Вот пробежав несколько дверей оказываемся на лестничном пролёте. Вот ещё дверь... Стоп! Прислушиваюсь. Тихо. Похоже, дверь на улицу. Только хотел открыть, как кто-то опередил. Тут же ныряем за угол, ждём.  

Щелчок, несколько суетливых шагов, взрыв. Судя по звуку, Ф-1. растяжка. Осторожно выглядываем. Два изуродованных труппа. Руки, грудь и лица у обоих в мясо. Пожелал от всего сердца, чтоб этих идиотов в раю поимели ослы и направились искать другой выход.  

Повезло. Мелькнули в небольшой дворик с мусором и к следующему домишке. Этот четырёхэтажный, так же в ремонте. Дверь не заперта. Распахнул первым...  

– Выстрел, слева! – только и не хватало, блять!  

Разворачиваясь, пригибаюсь и вскидываю автомат. Между домами, через улицу. Кто-то мелькнул среди разрушенной крыши. В прицеле... Жму на спуск. Отдача, мушка едва сместилась вверх. Тишина. Но поздно...  

Димы больше нет. От лица мало что осталось, каска слетела, пуля ударила в самый низ, над переносицей. Тело дёргалось в конвульсиях – поражение ЦНС. Эх, не скажу себе, что удивился – уже давно привык к подобному. Что-то на сердце, бывает, вздрагивает при осознание как быстро, легко и нелепо обрывается жизнь, но разум равнодушен.  

Иногда ненавижу свою работу. Затаскиваю труп товарища в ближайшее подсобное помещение и заваливаю пылящимся там барахлом. Застрели боевик сейчас — вряд ли обижусь. Большую часть того, что было, забрал с собой. Теперь целых пять рожков и три гранаты.  

Как вскоре выяснилось, забрался в недостроенный офис. На первом этаже здоровенные кабинеты на множество сотрудников, на втором, держу пари, по меньше. В коридорах стены только отштукатурены, многие двери покрыты плёнкой, прослеживается давний запах краски, местами, где нет окон, темно что ночью.  

На улице соваться не хотелось, поднялся этажом выше. Дверей больше, значит планировку угадал. Интерьер тот же самый. Иду в сторону ближайшего окна — местами вместо кабинетов коридор просто расширялся. Ну там диваны для посетителей ставить, автоматы, кулеры или где покурить. Стоп! Следы. Похоже, я не один. А где обрываются? Вроде бы через дверь от меня. Стоп, ещё след! Уже у той... У той, что слева.  

Открылась она, едва успел подумать. Причём, в мою сторону, вышибив автомат. Солнечный свет, в его очертаниях хмырь в опустевшей снаряге и довольно таки молодой. Бью его ногой, тем самым останавливая атаку и заваливаюсь в кабинет. Там уже блокирую удар автоматом, выкручиваю оружие, заставляя тем самым его бросить и ребром ладони бью в кадык. Далее удар в висок, противник падает и ударом ноги ломаю шею. Готов. Судя по возрасту и отсутствию боезапаса, навоевался и решил переждать где спокойней.  

Ладно, раздумывать о философском смысле оборванной жизни овцеёба некогда. Ещё, как минимум, один поблизости.  

И действительно, только я высунулся из кабинета, как та дверь, к которой вели следы, открылась. В одно мгновение очутившись в проёме, я скрутил ополоумевшего от такой прыти боевика и рефлекторно свернул ему шею. Но, грубо говоря, насладится победой времени не было: из коридора донеслись аккуратные шаги. Мгновенно автомат в руки и выглядываю. Справа, наверняка по лестнице идут. Тень. Мелькнул силуэт. Ладно, прятаться больше негде.  

Перестрелка в здание. Первого снял, как только попался в прицел, второй шёл следом, пригнулся, но пулю про меж глаз поймал. Оставалось ещё человек пять. Они заняли обо стороны коридора и подавляя меня огнём, пошли вперёд. Мне только и осталось, что яростно отстреливаться. Один, второй... Выхватываю пистолет. Четвёртый, последний. Назад! В эту дверь! Не заперта.. Жду пока подойдут ближе, огонь. Один остался. Сейчас попробую в слепую снять. Ну конечно! Пару выстрелов для приличия! Черт, ещё и стена крошится! А здесь ещё дверца. Была не была! Ну подумай только! Недоделанный и по этому сквозной шкаф! Используем...  

Зайдя сзади, вышибаю медленно крадущемуся и всё ещё стреляющему на подавление боевику мозги. Вроде последний. Что у нас тут? Два магазина, пятёрочка. А у остальных... М-да, свезло: полностью заполнил разгрузку, и подсумок под патроны. Но радоваться рано: наверняка на стрельбу сбегаются все, кому не лень.  

Открыв несколько дверей, наткнулся на подсобку с лестницей и оказался на цокольном этаже — высота потолка не превышала два метра, а темно было хоть глаз выколи. Закрыв за собою дверцу, зашагал вперёд по пыльному и провонявшему цементом и штукатуркой, коридору, доверяясь скорее ощущениям, чем глазам. Стены покрывал грубый бетон, под ногами встречались запылившиеся газеты, всякий мусор и внушительные пригоршни пыли вдоль стен. Обнаружилась и пара ответвлений. Проверил оба, как приличный воин. Чисто. Дальше. Ещё ответвление вправо, а точнее дверь. Заходим.. Небольшая комнатка со всяким мусором и маленьким окошком. Судя по пыли, обитаема разве что крысами. Выхожу, закрываю дверку. Дальше.  

Конец коридора, ответвления в обе стороны. Стараясь не шуметь, приближаюсь, проверяю. Чисто. И два круглых небольших окошка в концах. Похоже, тупик. Пробовать выбраться на крышу смысла нет — снайперы от счастья не голову, а спину прострелят.  

Чувствуя себя крысой в клетке, вернулся в ту комнатку и прикрыв дверцу, сел у стены. Часы показывают 12. 34. Рация ловит только Вселенную. Спасибо хоть боеприпасов достаточно...  

Так, что делать дальше. Спуститься? Нет, не стоит пока.. Всё же попробовать залезть на крышу и от туда куда-нибудь перебраться? Нет, слишком рискованно. Дождаться ночи и уже в темноте попробовать что замутить? Ага, а ещё лучше выйти так денька через три, когда штурм наверняка будет завершён! Чёрт знает что...  

В конце концов решил ещё полазить по этажу. Авось найду где можно куда-нибудь вылезти — не ночевать же здесь! Вышел из комнатки и вновь направился в конец коридора. Что-то предчувствие не хорошее...  

– Стой, оружие брось! – заорал кто-то на арабском и из-за спины ударил свет фонаря.  

Ну уж хрен тебе! Мозги вышибу животному, только пойму, как без угрозы для своих сие провернуть. И тут эта морда стреляет!  

Сработал рефлекс — в сторону, оружие вскинуть, на колено присесть уже после выстрела, оружие навёл... Но противник уже сам падает. На спуск жать не стал, наблюдая как тело окончательно повалилось, не шевелится и фонарь рядом укатился к стене, автомат торчит из под головы. Но судя по звуку, использовали пистолет, значит идиотский вариант с самоубийством исключён. Того, кто стрелял, не видать... Может я следующий?

| 219 | 5 / 5 (голосов: 9) | 05:24 28.12.2018

Комментарии

Vadim605916:55 22.01.2019
alisa_medvedeva, себись от сюда
Olgayasnaya10:18 19.01.2019
Действительно, слегка затянуто, но сюжет неплох
Denis1717:24 18.01.2019
По мне так немного затянуто
Alisa_medvedeva05:13 14.01.2019
здесь был спам
Kitteroni20:10 13.01.2019
Интересно написано, чуть затянуто, но это видимо такой стиль...
Sall17:07 11.01.2019
Ок.
Lyrnist23:44 04.01.2019
Интресно, хорошо написано - то, что пока видно бегло, глупостей не вижу. Читать всё - долго. А почему "верлибр"? Какой это калибр? ;)

Книги автора

Благодарность
Автор: Cooper
Стихотворение / Лирика Поэзия Философия
Аннотация отсутствует
Теги: Истина. Религия. Добро и зло.
00:50 15.04.2017 | 5 / 5 (голосов: 1)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2017