Кому на Земле жить хорошо?

Рассказ / Политика, Публицистика, Философия
Как хотелось бы жить...
Теги: Идеальное государство олигархия бедность богатство устройство государства

Наступил очередной невыносимо монотонный день в захудалой ночлежке, похожей на квадратную помятую бетонную коробку. Это забытое Богом место было рассчитано на от силы двести человек, но которых с каждым днем становилось все больше и больше. В этой ночлежке было несколько больших помещений, в которых проживающие были вынуждены ютиться, почти прижимаясь друг к другу в целях экономии места. В некоторых комнатах было посвободнее – там жили более сильные и наглые, сумевшие отвоевать себе больше места. В основном же бедолаги сидели сгорбившись, у них затекали конечности, спать приходилось, опираясь друг на друга. Нередко возникали драки, ссоры за место и еду. Каждый хотел ухватить побольше или стащить у кого-то лишний кусочек. В целом, обстановка была напряженно недружественной, хотя иногда человеческое брало свое и вечерами каждый рассказывал о своей горькой судьбе, критиковал власть, винил судьбу и жаловался на то, как несправедлив мир, в котором им пришлось жить. На словах они жалели друг друга, но как только дело доходило до раздачи еды, каждый убеждал другого, что его судьба тяжелее, поэтому именно с ним и должны поделиться своим пайком. На этой почве постоянно происходили трения, стычки и драки. Редкий день происходил без заварушек. Но только массовые стычки иногда заставляли двух негров-надзирателей встать с потертых, рваных и пропитанных гнилью кресел и развлечь себя очередным просмотром «боя бедолаг».  

– Стой! – крикнул Патрик – толстый негр-надзиратель – Тому – его худощавому напарнику, уходящему в туалет. – Они походу снова что-то затеяли.  

– Да, Бог с ними. Сходи да посмотри, а я пока в толчок сгоняю. Думаю, успею с удовольствием увидеть, как они будут бить друг другу морды! – и с этими словами долговязый, худощавый Том вышел.  

Туалет. Это было что-то нечто. Для этого использовался самый обшарпанный угол с прогнившим от влажности полом и завешанный дырявыми простынями. Когда-то здесь были туалетные кабины, но со временем деревянные стенки кабинок сгнили и разрушились. Там же в туалете стоял переполненный мусорный контейнер, от которого исходил зловонный запах.  

Том брезгливо зашел за эту ширму, слегка поскользнувшись, и от увиденного в очередной раз произнес все известные ему бранные слова.  

«Когда-нибудь тут кто-то обязательно провалится под землю» – подумал Том, выходя из туалета и вновь поскользнувшись чуть не упал на облезлый пол.  

– Ну что, как тебе шоу на этот раз? – спросил Том толстого Патрика, который все это время спокойно лицезрел битву подопечных и протяжно покуривал самые вонючие и дешевые сигареты, продаваемые в этой местности.  

– Ничего интересно. Все по старой схеме. Не поделили место для сна. Хорошо хоть у нас есть отдельная комната и свои кровати, да и мы, в отличие от них, можем позволить эти паршивые сигареты. Без них я бы тут точно откинулся от скуки.  

– Согласен, – ответил Том, прикурив от его сигареты.  

В это время бедолаги продолжали свою драку. Никто их даже не пытался разнять или успокоить. Все сидели на своих местах, как приросшие, боясь его потерять. Некоторые также лениво, как негры-надзиратели смотрели на происходящее, кто-то под крики и удары дремал, даже не пытавшись открыть глаза. Остальные ждали пяти часов, когда им дадут вторую, а кому-то и первую порцию за день.  

– Ладно, хватит уже этих игр, – начал Том, затушив окурок об стену и с маленькой деревянной дубинкой пошел разнимать двух, не поделивших место. Патрик совершенно не торопясь последовал за ним. В кармане у него лежал шокер, хоть он и редко был нужен. За все время его работы в ночлежке, он лишь пару раз его использовал: первый был чисто ради интереса, как он работает, и Патрик поэкспериментировал на одном из спящих, а второй раз был вынужденным, когда пришли новенькие бедняги с довольно упрямым и горячим характером. Патрик с Томом предполагали, что они бывшие бандиты, но вскоре их быстро приструнили. В итоге один из них умер, говорят от цирроза печени, а второй еще ковыляет, часто кашляет кровью. Патрик говорит ему осталось недолго. И таких в ночлежке очень много. Им остались считанные дни. Хотя, если бы в их ночлежке медицина была нормальной, а кроме водки и пластырей были и другие медикаменты, возможно они бы протянули и дольше.  

На часах уже было пять часов. Тот, что полноватый – Патрик – залил кастрюлю суповой смесью с куриными потрохами, которую они гордо назвали «куриным супом».  

Том подошел и взглянул на эту серую, совсем неаппетитную массу, которая вызывала только рефлекс тошноты.  

– Наверное, на всех и не хватит нашего куриного супчика, – со смешливой улыбкой сказал Том.  

– Да уж, этим им не насытиться. Достань хоть замороженную картошку. Заполнят желудок, ночь поспим спокойно, хоть без драк обойдемся.  

Том взялся за липкую ручку холодильной камеры, которая уже грозилась отвалиться. Оказалось, что в холодильной камере остался лишь один килограммовый пакет картошки, которой не хватит даже на треть бедолаг.  

– Черт его возьми, у нас всего лишь один пакет этой дрянной картошки! – возмутился Том.  

– Мда, черт бы побрал этих снабженцев. Ладно, завтра утром должен прибыть новенький волонтер и с ним, будем надеяться, привезут еду.  

– Волонтер? Какой к черту еще волонтёр?!  

– Понятия не имею. Говорят, с какой-то загадочной страны. Наше начальство вообще прозвало его идеалистом. Может чего и привезет съестного, а пока… пока пусть питаются заплесневевшей картошкой.  

– Либо помирают с голодухи, что будет лучше для нас… – добавил Том.  

***  

На посадочную полосу пыльного запущенного аэродрома мягко приземлился серебристый лайнер и подпрыгивая на разбитых ямах медленно остановился. Из самолета вышли волонтеры, присланные для оказания помощи. Среди них выделялся приятной внешности, здорового телосложения моложавый мужчина. По местным меркам ему бы дали лет тридцать, когда морщины еще не имеют выраженный характер, жизненные силы не покидают тело, а разум остается светлым и чистым. Он весь аккуратный, в элегантном синем костюме из добротной ткани внимательно взглянул на наручные часы.  

«Как замечательно! В запасе еще целый час…» – подумал про себя Александр, всматриваясь в циферблат и сверяя точность его часов с местными городскими часами на вокзале. Его немного смутило, что местное время отставало на целых пять минут, но вскоре он забыл об этой оплошности, списав это все на незначительную погрешность межгосударственного времени.  

Александр достал маленький, аккуратно сложенный листочек из кармана своего пиджака и еще раз проверил по какому адресу находится место, ради которого он покинул ненадолго свою родину. Выбравшись в город, он осмотрел все вокруг. В десяти шагах от себя Александр заметил пожилого возраста женщину, стоящую около светофора и решил подойти спросить, в какую сторону ему направляться. Приближаясь к ней, он стал замечать сильно выраженные морщины на лбу, маленькие глаза, почти полностью побелевшие брови и ресницы. Выражение ее лица было угрюмым, а чем ближе приближался он к ней, тем более суровый вид она приобретала. Александр же напротив смотрел на нее, добродушно улыбаясь при этом.  

– Добрый день! – воодушевленно начал Александр, надеясь, что сможет передать свое приподнятое настроение этой бедной старушке.  

Старушка лишь злобно взглянула на Александра и стала еще мрачней.  

– Прошу прощения, что отвлекаю… – продолжил Александр, но зря. Старушка возмутилась настолько, что со всей силы замахнулась своей тростью на Александра, но тот вовремя спохватившись резко увернулся. Александр был в полном недоумении, что вызвало такую реакцию у бабули. Он даже не успел больше ничего сказать, так как бабуля уже еле-еле поковыляла по пешеходному переходу. Еще постояв пару минут, он более-менее пришел в себя так и не поняв, что он сделал такого, на что бабуля так рьяно отреагировала.  

«Ладно, – думал про себя Александр, – во всем могут быть свои недочеты. Может сегодня не ее день. Спросим у кого-нибудь другого! »  

Александр взглянул на часы. Еще пятьдесят минут. Он спокойно пошел по тому направлению, который советовали на родине и быстро вспомнил карту, напечатанную в местных путеводителях. Но ему очень хотелось перестраховаться, да заодно и поговорить с местным населением, хотя после бабули он немного оробел.  

Тут он увидел одну молодую пару, которые сидели молча на скамейке.  

«Хорошо, подойду к ним. Не могут же здесь быть все такими негостеприимными? » – успокаивал себя Александр.  

Подойдя поближе Александр увидел очень неприятную картину. Девушка сидела рядом и салфетками пыталась остановить хлынувшую кровь из носа молодого человека. Кровь текла настолько сильно, что у них у обоих была почти полностью запачкана одежда. Судя по всему, девушка очень нервничала, из глаз текли слезы, но она трясущимися руками прикладывала ко лбу молодого человека холодную бутылку воды, а другой вытирала салфеткой льющуюся кровь.  

Александр немедля подбежал и достал из пиджака носовой платок, наклонил голову молодого человека вниз и плотно зажал его нос двумя пальцами, но девушка резким голосом закричала и стала нервно махать руками, пытаясь отогнать Александра от своего возлюбленного. Немедленно вокруг скамейки появилась толпа людей, которые возбужденно обсуждали произошедшее. Еще через пару минут появились два высоких полицейских, который попросили Александра отойти подальше от истекающего кровью парня.  

– Но у него же кровь? Разве вы не видите? Ему нужна срочная помощь! – стал возмущаться Александр.  

– Мы все прекрасно видим. Вы, наверное, приезжий?  

– Да, меня отправили сюда по специальной волонтерской программе. И как вы можете говорить обо мне, когда здесь на ваших глазах человек истекает кровью?! – возмущенно говорил Александр.  

– Вы просто незнакомы с нашими порядками. В нашей стране каждый сам за себя. Чужие проблемы Вас лично никоим образом не должны касаться.  

И с этими словами два полицейских ушли, оставив Александра в полном недоумении.  

«Какие такие порядки?! Бесчеловечность и равнодушие? » – думал про себя он. Александр вновь взглянул на пару и просто не мог не обращать внимания на страдания другого человека. Он снова осторожно подошел, не торопясь, чтобы не вызвать у девушки такой же реакции.  

– Почему Вы не вызываете скорую? – спросил Александр, но уже стараясь скрыть свое удивление.  

– Скорая? – переспросила девушка, смотря на него, как на отсталого, – Вы с какой планеты, молодой человек? Тревор быстрее умрет, чем эта скорая помощь доедет! Да и денег у нас на скорую помощь нет…  

Александр был шокирован от таких слов, но больше не осмелился что-либо спросить. Он еще раз взглянул на молодого человека. Кровь уже остановилась и ему стало гораздо лучше. Девушка посмотрела на Александра с благодарностью:  

– Спасибо. Вам. И простите, что накричала. У нас просто не принято, чтобы вот так помогать…  

– Я понял. Всего Вам доброго! – попрощался Александр с парой и огорченный побрел дальше, так и не уточнив у них, в правильном направлении ли он движется.  

Александр аккуратно брел по грязному тротуару и смотрел вниз под ноги, стараясь больше не встречаться с недоброжелательными взглядами прохожих. С первых минут прибытия в чужой стране его преследовало разочарование. Одно за другим. Ему уже не так хотелось находиться здесь целых полторы недели. Он конечно был предупрежден, что эта страна намного отличается от его родины и Александр был готов к этому, но он и подумать не мог, что люди здесь настолько недружественные и несчастные.  

Вокруг все шумело. Помятые грязные машины большим потоком двигались, сигналя и раздражая прохожих, не соблюдая никаких правил. А долгие пробки приводили водителей в бешенство, заставляя их выходить из машин и ругаться последними словами. Рядом с грязными прилавками и покосившимися магазинчиками стояли недовольные продавщицы, покуривали сигареты и обменивались свежими сплетнями. Мимо этих прилавков и магазинчиков ходили толпы молодежи с литровыми бутылками алкоголя, кричащие что-то невнятное. Навстречу попадались вечно спешащие безрадостные люди и с обоих сторон улицы чуть ли не у каждой помойки валялись какие-то бедные люди, но никому даже не приходило в голову им помочь. Александр был вполне готов к такому. Он помнил, что этих бедных презирают и называют пьяницами.  

Александр продолжал свой путь и его внимания привлекли полные красок и ярких изречений громадные рекламные щиты, на которых представительно красовался один и тот же кандидат в Совет Министров. Его поразило, сколько обещаний давал этот кандидат. А самое интересное, что его показывали намного чаще остальных. Александру это было совсем непонятно. Он совершенно не мог вспомнить, чтобы в его родном государстве одному кандидату перед выборами выделяли больше рекламного места, чем другим.  

Задумываясь об этом, Александр внезапно почувствовал, как наступил на что-то и это что-то завопило со страшной силой, покрывая Александра последними словами. Александр пошатнулся и чуть не упал плашмя на дырявый асфальт. По инерции он еще отскочил на пару шагов от пострадавшего и мгновенно обернувшись увидел сидящего бедняка, который уперся о помойку и сжимая зубы почесывал ногу. Александр немного растерялся, с ним никогда не происходили такого рода оплошности.  

– Боже, прошу прощения! Ах, эта ненавистная реклама! Настолько отвлекает, что я Вас даже и не заметил! Еще раз прошу меня извинить! – каялся Александр, не зная, как загладить свою вину перед бедняком.  

– Брось. Всем тут все равно на нас. Честно признаться я удивлен твоей реакции. Уж чересчур интеллигентно. Такие у нас не водятся. – отвечал ему бедняк.  

– Да, я не местный. Приехал из другого государства на волонтерские работы и по правде говоря был поражен гостеприимностью этой страны… А мне всего-то нужно было узнать, по верному ли пути я иду…  

– А куда тебе? – с легким равнодушием спросил бедняк.  

Александр легким движением руки достал из того же кармашка пиджака помятую бумажку и протянул ее бедняку. Тот бросил мимолетный взгляд на аккуратно написанный адрес и скомкав бумажку выкинул ее в помойку, у которой же и сидел.  

Александр встревоженно взглянул на бедняка и уже не знал, что ему и делать. Все так необычно в этой стране. Он просто не знал, как реагировать. Они замерли в одном положении и смотрели друг на друга минуты две. Вскоре Александр не выдержал и заговорил:  

– Я совершенно не осведомлен о порядках этой страны. Неужели такое поведение считается нормальным? Вот зачем Вы выкинули адрес? Вдруг я его не найду!  

– Не кипятись, – пробормотал бедняк. – Мне туда же.  

И так они молча до конца шли по пыльным улицам, даже не взглянув друг на друга и не проронив больше ни слова. Ни тот, ни другой уже не горели особым желанием туда идти. Александр помнил также то, что на здешний народ нельзя положиться, но он решил рискнуть. Конечно, были подозрения, что бедняк его подведет, но что-то в глубине души шептало, что ему можно доверять.  

Они шли прямо по центральной улице, на обочинах валялись ошметки еды, пакеты и прочие упаковки от продуктов. Им на встречу попадалось огромное количество курящих людей. Чуть ли не каждый третий держал в зубах злополучную сигарету и выкидывал бычки, куда не попадя.  

– Я не понимаю, – возмущенно прервал молчание Александр, – откуда в таком маленьком городке столько курящих? Неужели сигареты здесь столь доступные?  

Бедняк, недолго задумываясь, пошарил рукой в кармане своих дырявых грязных штанов, достал потрепанную пачку толстых сигарет и, попросив огонька у очередного курящего прохожего, стал пускать в и так задымленное небо клубы серого дыма. Этот жест и послужил ответом на вопрос Александра. Сигареты действительно были доступными. Совершенно для каждого.  

Иногда, Александр замечал, что прохожие с глубоким отвращением смотрят на бедняка, и в свою очередь он чувствовал, как эти презрительные взгляды отяжеляли и его. Кто-то из детей зажиточных родителей показывал на него пальцем, смеясь и рассуждая вслух о его позоре. Это тоже было далеко от понимания, поэтому Александр игнорировал эти выходки, хотя на сердце у него становилось все тяжелее и тяжелее.  

Вскоре большие обшарпанные городские дома сменились редкими бетонными, похожими на сараи, сооружениями, стоящие на пыльной, неплодоносной и пустой земле. Александр, не веря своим глазам, искренне не понимал, как люди могут жить в таких лачугах.  

Внимание Александра привлекла одна молодая беременная женщина, которая с невероятной тоской в глазах шла мимо них, неся большие тяжелые сумки, и ведя за руку маленького мальчика. Мальчишка был полуодет: на его худощавом теле висели потертые, перешитые несколько раз штанишки, которые он бережно придерживал своими хрупкими пальчиками.  

«Бедный мальчик! » – подумал про себя Александр, но вскоре стал умиляться его чистой, детской улыбкой. Казалось, что он был одним единственным в этом безжалостном мире, чье сердце еще не разбито и может любить искренне и глубоко, чья душа чиста, непорочна и еще не познала ни разочарования, ни боли.  

Улыбка этого обреченного на дальнейшие жизненные страдания мальчика было самым счастливым и приятным, что Александр увидел за все свое пребывание в этой стране.  

Постепенно и эти хилые домишки стали появляться все реже и реже вплоть до полного исчезновения. Они шли по пустой тропе, которая была по обе стороны окружена пустынной землей.  

«Столько гектаров земли! Как много можно было бы здесь воплотить проектов, как много построить…» – крутилось в голове у Александра. Он уже представил, как эта земля идеально подошла для постройки древесно-обрабатывающего завода, так как вдалеке виднелся густой лес или построить научно-образовательный центр, ведь это также недалеко находится от главного шоссе и города.  

Таким образом, взор Александра был поглощен этими необъятными территориями, которые может не использовать только самое безалаберное государство на свете. И с этими размышлениями они подошли к такой же бетонной хижине, которая была огорожена гнилым деревянным забором. Александр думал, что его уже не сможет ничего удивить, но он вновь был невероятно поражен от увиденной картины: перед ними стояла толпа, человек так пятьдесят, которые, судя по всему, стремились попасть в уже и так переполненную ночлежку. Люди в толпе безжалостно толкались, пихались, даже выталкивали стариков из очереди, лишь бы урвать свободное место для ночевки.  

Я переглянулся с бедняком, а тот взглядом дал понять, что это место и находится по тому адресу, который я ему показывал.  

– Ну что, – начал бедняк, – иди. Ты же волонтер, не я.  

– А ты…  

– А мне в очередь. Как всем простым людям. Как думаешь, если поднаберусь наглости, я пролезу через этих олухов хотя бы в середину очереди? – усмехнулся бедняк. Чувствовалось, что он уже бывал здесь.  

– Может, я смог бы тебя провести?  

– А, по блату-то? Хаха, по блату у нас многое делается, так что есть шанс, что прокатит.  

Александр побрел осторожно вперед. Он то и дело чувствовал, как бедняк подталкивал его сзади и говорил быть чуть понаглее.  

– Такой вежливой походкой ты далеко не пройдешь! – крикнул бедняк сзади и небрежно взяв его за рукав своей грязной рукой стал проталкиваться вместе с ним вперед. Толпа сначала притихла. Ее удивило присутствие опрятно одетого и вежливого человека вроде Александра. Но вскоре заметив, как Александр вместе с бедняком исчезли за обшарпанной дверью бетонной коробки, стали безумно возмущаться.  

Дверь захлопнулась и Александр наконец-то смог отдышаться от очередного изумления, но заглушенные за дверью крики людей не давали ему до конца отойти от шока.  

– Ты как, в порядке? – поинтересовался бедняга.  

– Да, почти, спасибо, – ответил Александр, пытаясь разглядеть, что его окружает. Перед ним виднелся длинный узкий коридор, в конце которого на двух рваных креслах сидели два негра и не обращая ни малейшего внимания на них играли в карты. Александр еще раз бросил взгляд на бедняка и пошел вперед. По обе стороны коридора виднелись комнаты, одинакового масштаба. Там было темно и как оказалось в этой «бетонной коробке» светило всего несколько тусклых лампочек.  

Александр уже стоял в одном шаге от негров, но те даже не соизволили поднять глаза.  

– Кхм! – громко откашлялся Александр, чувствуя, как бедняк все подталкивал его сзади начать разговор.  

Негры лишь насмешливо переглянулись, взглянули на них и безмятежно продолжили свою игру. Тут тот, что покостлявее – Том – взглянул вновь на Патрика уже менее беззаботным взглядом и покосился в сторону «долгожданных гостей».  

– Псс, это не тот ли присланный волонтер? – шепнул он на ухо Патрику. Патрик привстал и на его лице нарисовалась натянутая улыбочка, по которой сразу можно было сказать, как он был рад видеть Александра.  

– Меня зовут Александр, – представился новенький волонтер и протянул руку двум неграм. Те еще раз переглянулись, не совсем поняв такого дружественного жеста, но все-таки пожали ему руку в знак приветствия.  

– Так ты и есть тот самый самоотверженный волонтер, который так хочет помочь беднякам? – спросил его Патрик, надеясь на то, что тот поймет его сарказм. Александр оставался невозмутимым. Он не понял, а точнее не хотел понимать смысл этой шутки.  

– Так может вы для начала скажите свои имена? – уже более серьезным тоном продолжал Александр. Негры немного попятились. Их пугали такие чужаки из дальних стран, да еще и присланные комиссией Совета Министров.  

– Чувак, или как там тебя… – запамятовал Патрик.  

– Александр, он Александр, дурень ты! – нервно нашёптывал ему Том.  

– Вот! Александр! Имя то какое-то греческое. Ну, да ладно. Ты, слушай, расслабься…  

– Как можно быть расслабленным, когда в вашей стране творится черт возьми что! – перебил его Александр, хотя в глубине души понимал, что все это он зря. По внешнему виду ночлежки и по невероятному количеству бедняков, столпившихся около нее, было понятно, что ситуация настолько тяжелая, что требует принятия кардинальных мер на государственном уровне.  

– Эй, брось ты это, – вступил в разговор бедняк, который до сих пор таился за спиной Александра, – этому гребанному государству уже ничем не помочь. Лучше запиши меня в число бедняков. Не зря же мы топали в эту дыру.  

Патрик и Том уставились на совершенно неприметного бедняка и даже немного были удивлены, как он попал внутрь.  

– А ты еще откуда взялся, я не понял? – с наездом задал вопрос Патрик. Бедняк было хотел начать заступаться, но не успел выронить и слова.  

– Он со мной, – быстро спохватился Александр. – И я совершенно не понимаю, почему вы сидите здесь и играете в эти долбанные карты, когда на улице стоит толпа бедного народа и просит о помощи!  

– Сразу видно, что новичок, – засмеялся Патрик. – Слушай, тебя прислали что делать? Правильно! Помогать нам. А устанавливать здешние порядки уже наше дело. Им ты, к слову, должен тоже подчиняться, раз уж приперся в эту глушь. Так что кидай в подсобку свою сумку и потом я тебе разъясню, что да как.  

Александр покачал головой, удостоверился лишний раз, что его знакомого бедняка записали в книжку и отвели в какую-то комнату. Оказывается, бедняка звали Билл.  

«Надо запомнить» – подумал Александр и, пройдя мимо потертых кресел негров, скрылся в темноте.  

***  

На следующее утро Александр проснулся в шесть утра, как обычно, с рассветом. Негры еще громко похрапывали. Александр же решил не тратить драгоценное время на скрипучей раскладушке, с погрызенном мышами матрасом. Он встал и потянулся. Спина немного затекла и болела от впивавшихся ночью пружин, но Александр не унывал и не жаловался. Он только с каждой прожитой на чужой земле минутой влюблялся в свое государство все сильнее и сильнее. Не теряя и минуты, Александр, не позавтракав и не сделав своей ежедневной зарядки, пошел выполнять свой рабочий план, который ему выдали негры.  

Для начала он обошел все комнатушки, в который потихоньку начинали просыпаться уже давно заселившиеся бедняки. По началу ему было очень больно смотреть, как на одном квадратном метре пытались уместиться пятеро человек, и он искренне сопереживал каждому, но вскоре и он привык к такой обыденности.  

Проверив все комнаты и подсчитав, сколько бедняков оставалось, он, записав цифры на листок и положил на «рабочую» тумбу негров. В скобочках стояло число минус два. Два бедняка скончались сегодня ночью и Александр был удивлен, что это никого не волновало. Он несколько раз проверял им пульс, проводил спиртовой салфеткой около носа, но рядом спящие бедняки утверждали, что несмотря на 40-летний возраст двое этих бедолаг были тяжело больными и пытаться вызвать скорую бесполезно. Это помнил и сам Александр из своего опыта, приобретенного на этой земле.  

Он был очень расстроен, но не падал духом и пошел записывать ждущих на улице бедолаг в список. Тридцать свободных мест, плюс два освободившихся. Всего лишь 32 человека смогут вместиться в эту лачугу, где хоть смогут как-то отогреться.  

Александр вышел на улицу. Бедолаги уже стояли и переступали с ноги на ногу, чтобы не закоченеть. Он открыл такой же потрепанный дневник, как и все, что тут находилось, и стал принимать бедняков. Все, что ему требовалось узнать – это имя, возраст и вес. Александр искренне не понимал, при чем тут вес, но он начинал привыкать к внутренним беспорядкам этой страны и просто выполнял то, что требовалось. В процессе приема многие бедолаги начинали беспрерывно болтать и рассказывать свои истории их печальной судьбы. Это отвлекало и резало слух, но со временем Александр научился и это пропускать мимо ушей, хоть это было и трудно.  

– Эй, волонтеришка! – кричал Александру Патрик, – пора идти, через пять минут завтрак!  

– Иду! Осталось записать последнего, 32-ого!  

Патрик показал жестом, что его ждут и не захлопнув дверь, ушел.  

Не успел Александр обернуться к народу, как заметил, что их лица заметно помрачнели и шепот постепенно перерастал в громкое возмущение. Александр успел записать последнюю, довольно молодую девушку, которая кажется была немой, но в то же время очень милой.  

«Она совсем не принадлежит этому чертову месту! » – подумал только Александр, вставая со слегка покачивающегося стула, но народ начинал бушевать еще сильнее. Издали он заметил мужика, который очень разъяренно махал руками и начинал двигаться к Александру. Вид его был настолько злым, что Александр вовремя спохватившись, забежал за дверь и почувствовал сильный удар кулаком в дверь. Он изо всех сил пытался держать дверь, но чувствовал, что один он с этим не справится.  

– Патрик!!! Том!!! – кричал во всю глотку Александр, чувствуя, что уже не в состоянии сопротивляться беднякам, но Патрик и Том так и не появлялись.  

– Срочно!!! Патрик! Том! На помощь! – надрывал голос Александр, но тут он почувствовал чью-то помощь. Это был Билл. Тот принес деревяшку и перекрыл замок.  

– Долго так не протянет. Где они, черт их подери!  

Прошло несколько минут, как негры спохватились и подбежали к ним.  

– В сторону! – крикнул Том, и они вместе с Патриком вырвались через дверь на улицу. Александр и бедняг забежали в одну из комнат и стали ждать.  

Выстрел. Еще один. Третий. Крики. И мертвая тишина.  

Александр глубоко вдохнул и осторожно вышел на улицу. Никого. Патрик перезаряжал пистолет, а Том оттаскивал раненого мужика в сторону.  

– Вы что? Стреляли?! – выкрикнул Александр, подбегая к ним.  

– Ты то что здесь забыл! Иди внутрь! – отвечал разгневанный Патрик.  

– Это же люди! Вы что не понимаете? Что вы вообще здесь понимаете?!  

Патрик разозлился не на шутку и резко развернувшись выстрелил еще одну пулю в небо.  

– Ты что, умник?! Как ты хочешь их еще по-другому успокоить?? Еще поучить меня захотел!? О человеческой морали рассказать, да? Вот ты это им и расскажи! – кричал Патрик, указывая пальцем на убегающих в разные стороны бедолаг.  

Александр замолчал. Патрик прошел мимо него, показательно задев его плечо.  

– Александр, – заговорил Том, – прекращай ты это дело. Либо мирись с нашими порядками, либо возвращайся на родину. Видимо у вас там все более благополучно, судя по твоей реакции на наш быт.  

Двое удалились, оставив Александра в раздумьях.  

«Наверное, я не вписываюсь в местные порядки. И вправду, кто мне сказал, что здесь все так же идеально? » – подумал Александр и вернулся внутрь.  

***  

Уже было поздно. Ночью здесь по-особенному темно. Александр вышел на улицу подышать. Не видно ничего. Освещения никакого не было. Александр думал пройтись по этим обширным полям, но решил, что в таком мраке он не сумеет найти путь обратно. Он вдохнул холодный воздух в легкие и медленно выдохнул. Вдруг он почувствовал неприятный, но уже привычный запах дымящей сигареты. Потом шаги и легкий хлопок по спине. Александр сразу понял, что это Билл. С ним Александр чувствовал себя спокойно. Возможно, он был единственным человеком, с которым Александр может поговорить и не чувствовать себя так одиноко в чужой стране.  

– Прохладный вечерок... – начал Александр.  

– Тут так всегда. Все неидеально.  

– Расскажи.  

– Что именно?  

– А все.  

– Хорошо.  

Билл и Александр сели за малюсенький столик, стоящий на кухне. Александр налил воды и закипятил чайник. Негры уже спали, да и бедолаги от скуки только и дремали днями напролет. На часах час ночи. Самое время предаться разговорам о жизни…  

– Будешь кофе? – спросил Билла Александр.  

– Ты не захочешь пить то, что производят у нас.  

– Нет, я захватил с собой. Очень ароматный и качественный. Из Бразилии.  

– Ну, от такого я не откажусь. Хоть раз в жизни попробую что-то качественное.  

– Неужели тут все настолько плохо? – спросил Александр, насыпая нежный молотый кофе Арабика. Аромат раздался по всей комнате. Билл с превеликим удовольствием вдохнул этот запах.  

– Нет, у нас действительно все плохо. Я чувствую этот аромат и могу сказать, что вкус этого кофе в тысячу раз лучше, чем вкус здешней жизни.  

– Да ты утрируешь.  

– Ни капли.  

Александр залил кипящей водой кружки и молотый кофе с сахаром мгновенно перемешались. Он прикрыл чашки блюдцами и поставил их за столик, дав время настояться.  

– С молоком? – спросил Александр, держа в руках банку сухого молока, купленного в местном ларьке.  

– Даже не смей перемешивать этот прекрасный кофе с вашего государства с этим паршивым эрзацем натурального молока.  

Александр подозревал, что продукты здесь не высшего качества, но не настолько, чтобы называть их паршивыми.  

– И чего ты так смотришь? – спросил его Билл. – Неужто так и не свыкся с местным колоритом?  

– Ну, я не верю. Неужели ваша страна столь непригодна для существования?  

– А сам то как думаешь живется 90% населения при олигархическом строе?  

 

 

 

– Олигархия? Ты серьезно? И как же вы это допустили? – спросил Александр, понимая, что помнит про олигархию только малую часть. Когда-то он увлекался политикой и тщательно изучал различные политические строи, но никогда не видел своими глазами, как это все на самом деле устроено. Одно дело прочитать в книжке, другое – испытать на себе.  

– Допустили… Тебе ли не знать. Отдали все верхушке, дураки. А произошло это просто. Были выборы, и наши местные бизнесмены решили вдруг баллотироваться. Вбухали нереальное количество денег в рекламу, наговорили сказок и народ поверил. Как это и бывает очень часто. Разве у вас такого нет? У кого больше денег – тот и правит.  

– Ты знаешь, – уже не удивляясь продолжал разговор Александр, – в нашей стране даже теоретически невозможно стать олигархом и занять весь эфир, все рекламные щиты в городе, крутить свои предвыборные речи в чрезмерном количестве и печататься, какой ты хороший в газетах, платя им еще за то, чтобы те заодно клеветали на других кандидатов в наш Верховный Совет. У нас, конечно, есть люди, живущие лучше, чем средние, но разница между ними не столь большая. По крайней мере, никто не умирает от голода, никто не бедствует и не живет от зарплаты до зарплаты.  

– Удивительно! Ну расскажи же поподробнее, как у вас все устроено?  

– Во-первых, все дело в умных и мудрых правителях. Отбор довольно жесткий. Избираться в нашей стране могут только личности от 30 до 60 лет. Считается, что до 30 человек еще неопытен и наивен, а после 60 уже стоит уйти на пенсионный отдых, память ухудшается, все-таки все мы люди, стареем. Во-вторых, обязательно высшее образование, к тому же у нас оно очень на высоком уровне, а вот отчего оно у нас такое, поговорим позже. В-третьих, человек с уголовным прошлым не имеет право баллотироваться. Далее наше мудрое правительство ограничивает кандидатов в рекламе своей предвыборной кампании. Каждому дается одинаковое количество часов эфирного времени, одинаковое право печататься в одной и той же газете, специально предназначенной для этого. Реклама в городе запрещена, так как считается, что это отвлекает и водителей, и всех участников движения, что повышает уровень опасности. Так что есть у тебя деньги или нет – на выборы это никаким образом не повлияет. Вот как-то так.  

– Хмм, действительно мудро. Но почему же у вас отсутствует столь заметная разница между слоями населения? Потому что у нас это заметно. Кто-то нищенствует, как я, потеряв все и приходит в ночлежку, а кто-то живет во дворце, имеет яхты, десятки машин, вилл и тому подобное…  

– Наверное, я осмелюсь сказать причину такого расслоения, – отвечал Александр, глотнув горячего кофе и ему сразу вспомнился его родной дом, богатая природа и все окрестности. Вкус дома. – Так вот, ты мне скажи, Билл, какая у вас форма налогообложения?  

Билл призадумался. Он помнил все эти неприятные разговоры, когда они критиковали всю систему их государственного устройства. Его это бесило. Бесила эта богатая элита, которая живет за счет простого народа. Он чуть ли не стал вновь предаваться былым чувствам раздражения, но вовремя остановился. Все-таки это просто философский разговор.  

– У нас налог единый для всех.  

– То есть каждый платит одинаковую сумму вне зависимости от уровня дохода?  

– Именно, – с грустью ответил бедняк, уже догадываясь о налоговой системе в идеальном государстве.  

– Да, с такой формой ни на какие социальные нужды денег и не хватит. А вот у нас прогрессивный налог. Чем больше получаешь, тем больше платишь государству на социальные нужды. Справедливо?  

– Но как же у людей не пропадает мотивация вкалывать и зарабатывать больше других, а потом отдавать большой процент на налоги?  

– Ну ты не думай, что у них отбирают все, чтобы приравнять их к тем, кто получает минимальную зарплату, дабы создать равенство в обществе. Они все равно остаются в приличном плюсе. Зато социальных благ у нас более чем достаточно. Люди у нас образованные, все понимают, что государству нужно брать откуда-то деньги, чтобы обеспечить нам такую жизнь, которую мы имеем сейчас.  

– Знаешь, это прекрасно. У нас такое невозможно.  

Неожиданно для двоих приоткрылась дверь. Вошла та милая молчаливая девушка, которую Александр сегодня записывал последней в дневник. Она аккуратно прикрыла дверь и ее щеки покраснели. Билл развернулся и на его лице появилась улыбка. Он жестом указал ей сесть к нему на коленки и обняв ее по-отцовски поцеловал в лоб.  

– Дочь моя. Анна, – пояснил Билл и стал нежно гладить ее белоснежные волосы.  

– Она не говорит? – поинтересовался Александр.  

– Увы. Но слышит и все понимает. В детстве упала на лестнице и после этого произошло такое расстройство. Врачи наши берутся ее лечить только за очень большие деньги, которых у меня нет и не будет. Общаемся жестами. А моей мечтой всей жизни как было, так до конца и останется желание вытащить ее из этой гнилой дыры.  

Бедолага Билл стал совсем печальным. Александр очень сочувствовал ему, но понимал, что он вряд ли сможет чем-то помочь. Кофе был допит. Анна заснула на коленях Билла и бедолага, тихо пожелав спокойной ночи и поблагодарив за кофе и беседу Александра, удалился в комнату, где уложил дочурку на свою потертую куртку, а сам облокотился на стенку, отдаваясь сну и предаваясь мечте, за исполнение которой отдал бы свою жизнь.  

***  

Новый день выдался очень скучным. Александр вновь проснулся рано утром и успел принять еще десятерых бедняков. Мест катастрофически не хватало. Не класть же их друг на друга? Эта мысль быстро покинула Александра, когда он издалека увидел Анну. Ему показалось немного странным, что Анна встает еще раньше его. Александр смотрел на нее и любовался этой легкой, женственной походкой. Ее аккуратные черты лица, пухлые маленькие губки и кокетливая родинка на левой щеке придавало ей безумную очаровательность.  

«Она совсем не принадлежит этому миру. » – поймал себя на мысли Александр, когда она одарила его своей настолько искренней улыбкой, что он даже не сумел вспомнить, встречал ли он таких же искренних людей в своем государстве.  

Александр подбежал ко входу в эту несносную лачугу и приоткрыл Анне дверь. Ему так не хотелось, чтобы она заходила в эту несчастную ночлежку. Анна нежно улыбнулась ему и покачала головой, как бы говоря спасибо. Александру так хотелось с ней заговорить, но он знал, что она не сможет ему ответить.  

Зайдя внутрь Томас с Патриком уже ждали Александра на раздачу обеда. Патрик раскладывал какой-то желеобразный суп с лапшой по тарелкам, а Том с Александром разносили все по комнатам. В одной из этих комнат он увидел Билла.  

– Доброе утро, Билл. Как ты? Выспался?  

Билл угрюмо посмотрел на Александра и тому все стало ясно.  

– Александр, будь другом, не задавай мне больше таких вопросов. Когда твоя жизнь – настоящий ад, то совершенно наплевать, выспался ты или нет.  

– Понимаю, – ответил Александр, присаживаясь рядом с Биллом и протягивая ему похлебку.  

– Знаешь, мне бы очень хотелось узнать еще больше о государстве, в котором ты живешь. У тебя не найдется еще времени побеседовать?  

– С удовольствием, – ответил Александр. – Можем начать хоть сейчас.  

– Я уже понял про вашу налоговую систему, которая является справедливой по нашим меркам. Я, конечно, понимаю, что справедливость – вещь крайне субъективная и рассматривать ее надо с нескольких углов зрения, но все же.  

Бедняк замолчал, будто погрузился в свои мрачные мысли, но вскоре снова опомнился и продолжил:  

– Хотелось бы разобрать каждый пункт по порядку. Например, начнем с образования. Не знаю хочешь ли ты знать, что твориться у нас с этим делом, но я вкратце расскажу. Образование у нас плохое, мягко говоря. Среднее образование еще можно получить бесплатно, и то, в большинстве школ масса предметов платные и как ни странно они же и являются самыми важными. Я уже молчу про высшее образование. Все частное. Так что таким беднякам, как мы, даже думать не стоит о возможностях получения высшего. Дочурка моя, Анна, смогла попасть в платную элитную школу. Только элитные школы предоставляли немым особые условия. Я отдавал почти все деньги с зарплаты на ее обучение, но с каждым годом тарифы повышались, не говоря уже о том, что многих преподаватели специально заваливали, чтобы те давали взятки! Ты, наверное, даже представить себе такого не можешь. Дочурка училась отлично, придраться было не к чему, но и тут ее невзлюбили. Кто-то пустил слух о том, что она из семьи бедняков и ее стали унижать дети богатеньких родителей, а точнее дети нашего правительства. Аннушка не выдержала, пришла как-то в слезах и листочек мне дает, а там написано: «Папочка! Не могу больше! Пусть я лучше буду сборщицей мусора всю жизнь, чем находиться с этими гнилыми людьми в одном помещении! Прости, Папочка! ». Как сейчас помню все слово в слово…  

Бедняк остановился. Было видно, как он страдает. Вскоре он взглянул на Александра будто ожидая его ответного рассказа. Александр в свою очередь недолго думая начал свой черед:  

– Знаешь, Билл, мне очень жаль тебя расстраивать, но я впервые слышу, что существует платное образование! И ты представить не можешь, как я возмущен таким безобразием! К счастью в нашей стране дела обстоят совсем по-другому. То, что образование полностью бесплатно – это само собой разумеющееся. Мало того, оно еще и очень грамотно разработано: дошкольное образование у нас проходит с помощью научных игровых методик, где выявляют потенциальные способности детей. Далее среднее образование, где на каждого ребенка заводиться специальный Паспорт Способностей. Составляется этот паспорт через систему профессиональных тестов, разработанные передовыми учеными, психологами и профессорами. Таким образом, этот тест помогает определить профессиональную пригодность ученика. Плюс к этому оценка всей школьной учебы помогает направить учеников в университеты на определённую специализацию. Ты можешь возразить мне, что не все могут определиться с профессией в столь раннем возрасте, но нашим ученикам с 7 по 10 класс доступен так же центр развития по интересам, что и помогает ученикам найти свой истинный путь. Поэтому проблем с самоопределением у нас нет.  

– Хмм, но все же мы люди и все ошибаемся, – перебил Александра Билл, – и тесты эти могут быть тоже ошибочными. Вдруг человеку все-таки не понравится то, на что его направляют.  

– Знаешь, за всю мою жизнь я ни разу не слышал о таком. В основном, все проходит удачно. Но, наше мудрое государство предусмотрела такой исход и те, кто не согласиться учиться по Паспорту Способностей может сдать вступительный в желаемый университет. Хотя он скорее всего провалит, так как тесты наши очень качественно составлены. И если в случае провала ученик остается все таким же настойчивым, то может поступать на платное обучение. По-моему, это очень логично. Зачем государству оплачивать то, что не принесет пользы?  

– Раз у вас такое мудрое государство, то оно, наверное, не исключает и такого случая, что человек, отучившийся на направлении, не предписанном Паспортом Способностей, смог стать успешным?  

– Верно. И это у нас предусмотрено. В случае такой ошибки, государство возвращает стоимость обучения и отправляет тест на пересмотр и доработку. Но знаешь, до сих пор таких случаев не было. Все хорошо устраиваются, проходят также бесплатную практику от университета, а после стопроцентная гарантия трудоустройства.  

Билл молчал и улыбался. Он чувствовал радость, что хоть где-то на Земле есть такое государство, которое так правильно руководит системой образования.  

– Могу еще добавить и то, – продолжал Александр, – что на всем протяжении учебы читаются лекции по философии, политологии и психологии, и они все пронизаны идеей категорического императива Канта, который гласит: «Не делай человеку того, чего не хочешь, чтобы сделали тебе. » В общем, государство уже со школьного возраста пытается сделать людей людьми, привить им хорошие черты и высокоморальный менталитет.  

– Ты знаешь, я так рад! – отвечал Билл. – Я безумно рад за ваших людей. Вроде бы я и нищий и по законам нашей страны у меня должно зарождаться непреодолимая ненависть и зависть, но я этого не ощущаю…  

– Ты просто остался человеком, несмотря ни на что, – ответил Александр и издалека послышались голоса негров. – Наверное мне стоит идти, поговорим еще вечером.  

– До скорого, – ответил Билл и даже не заметил, как под увлекательный рассказ Александра доел свою похлебку, которую ранее не мог переносить.  

***  

Вечером они опять в то же время собрались за тем же обшарпанном столиком, заварили ароматный Бразильский кофе и предались разговорам о государстве…  

– Александр, – начал Билл, – а как в вашей стране обстоят дела со здравоохранением? Если брать нашу страну, то бесплатно нам могут предоставить лишь первичный визит к врачу. Дальнейшее лечение каждый оплачивает со своего кармана… Можно, конечно, приобрести медицинскую страховку, но она стоит минимум половины зарплаты. Мало, кто может себе это позволить. Большинство ходит и просто молиться, чтобы не заболеть. И я уже не говорю про лекарства, которые со своей дороговизной доступны только 5% населения. От этого у нас и средняя продолжительность жизни меньше, чем в других государствах. Смею предположить, в вашей стране таких проблем нет…  

– Ты прав, с таким я не сталкивался, – отвечал гордо Александр. – В нормальном государстве не должно быть никаких сомнений, что медицина должна быть полностью бесплатной и доступной для любого, независимо от его материального дохода. Все лекарства, выписанные врачом, у нас бесплатны. Другое дело, если человек захочет сам, по своей воле принимать какие-то витамины или другие лекарственные препараты, в которых врач не увидел особой надобности и которые находятся в свободной продаже, то есть возможность купить. Но все, что касается жизненно-необходимого по мнению врача – бесплатно. Более того, проводится ежегодная диспансеризация, которую обязан пройти каждый, вне зависимости от возраста, статуса или по какому-то другому различию. За государственный счет престарелые и инвалиды отправляются в государственные санатории, расположенные в живописных местах рядом с каким-нибудь чистым водоемом. Существует также так называемая «Служба помощи матерям», предоставляющая натуральное детское питание и ведущая также патронажную службу, поэтому медсестры обязаны на протяжении трех лет с рождения ребенка приходить раз в месяц на дом и проверять его здоровье.  

– Это очень интересно, – ответил Билл, – но раз у вас столь высокий уровень здравоохранения, то значит подготовка врачей, медсестер и прочих медицинских работников довольно серьезна?  

– Безусловно. Профессиональным медиком может стать только человек, получивший государственное медицинское образование. О том, как его получают, я говорить не буду, так как это весьма сложный и долгий процесс, который пройти не под силу каждому. Действующие врачи обязаны проходить переаттестацию через каждые пять лет, так как время идет, наука не стоит на месте, поэтому и приходится повышать свою квалификацию.  

– А что делают с теми врачами, которые исполняют свои обязанности недобросовестно? Ведь и такие есть, не так ли? – спрашивал Билл, давая заодно и понять то, что в их государстве дела с врачебным делом плохи.  

– Такое у нас бывает крайне редко, так как люди наши воспитаны с самого рождения особым образом, о котором расскажу позже, когда будем говорить о культуре и человеческих отношениях. Но и исключать такие случаи полностью мы не в праве, поэтому существует независимая врачебная комиссия, которая и определяет, насколько хорошо и добросовестно врач справляется со своей работой. В противном случае ему грозит отстранение от должности.  

– Я понял, – сказал Билл, допив последний глоток сладкого кофе.  

– Может заварим еще по кружечке? – спросил его Александр уже вставая из-за стола, не дожидаясь ответа.  

– Ты же знал, что я не откажусь, – сказал Билл, улыбаясь. – Когда мне еще удостоится попробовать такой отличный кофе. Только в следующий жизни.  

– Я так понимаю вылечить ты свою дочку не смог именно по причине отсутствия денег?  

– Верно. Говорят, существуют специальные растормаживающие методики, но кто мы такие, чтобы нам это было доступно?  

– Я, конечно, лично с такой проблемой не сталкивался, но слышал, что преодолеть немоту возможно.  

– Да, я знаю. В свое время глубоко изучал этот вопрос. Она же умела говорить, но в десятилетнем возрасте это падение сделало ее жизнь еще более несносной. Жена моя, поняв, что дочка неполноценна стала вести себя как-то пренебрежительно по отношении к нам, а когда я еще стал отдавать большую часть денег на ее обучение в спецшколе, так она и вовсе решила уйти от нас. Для Анны это был стресс, который еще больше усугубил ее состояние. Она плакала ночами, винила себя в ее уходе, думала, что никому не нужна такая. Но она совсем глупышка, знает же, что мне она дороже всех на свете, какой бы она не была: глухой, немой… А я совершенно не ожидал, что моя теперь уж бывшая жена на такое способна. Ладно я! Со мной пусть делает, что захочет, но это же дочь, родная дочь!  

– Это ужасно, Билл.  

– Да, я знаю.  

– Уверен, ты хороший отец и Анну больше не посещают мысли о ненужности.  

– Я тоже на это надеюсь.  

– Ну что же, – начал Александр, поднося вторую кружку кофе Биллу, – так мы плавно и подошли к государственным социальным программам?  

– Да, самое то послушать об этом, ведь у нас про социальное обеспечение никто и не слышал.  

***  

В то время, как Александр рассказывал Биллу про социальную политику, Анна незаметно подошла к ним с неизмеримым интересом слушая их серьезные разговоры, как сказку. Она так была благодарна моменту, что может хоть на несколько часов забыть об их ужасном мире и послушать о другой жизни. Анна присела на стул рядом с отцом, обняв свои хрупкие, худенькие коленки.  

– Давай сначала разберемся, – говорил Александр, – зачем вообще нужны социальные гарантии?  

– Давай.  

– Социальные гарантии у нас созданы для того, чтобы помочь людям жить полноценной жизнью, ни в чем не нуждаясь. Как мне кажется, такая цель должна быть у любого добросовестного государства. Согласен?  

– Более чем, – отвечал Билл.  

– Например, семьям с появлением ребенка начинают выплачивать детское пособие до совершеннолетия таким образом, чтобы у родителей не было потребности выделять лишние деньги из своей зарплаты на выкармливание и воспитание ребенка.  

– Справедливо.  

– А теперь предлагай, кому, как ты считаешь, государство должно выплачивать социальное обеспечение?  

– Людям пожилого возраста? – недолго думая ответил Билл.  

– Ты совершенно прав, Билл. На то у нас и существует пенсионное обеспечение, сумма которого достаточна для удовлетворения основных потребностей. Размер пенсии у нас равен средней зарплате по стране. Это решение приняли наши мудрые старейшины Верховного Совета, которые честно высчитали все затраты необходимые для полноценной жизни. Кому еще, считаешь, стоит выплачивать обеспечение?  

– Возможно, людям с каким-то физическим недостатком?  

– Правильно, но не только с физическим, но и с психическим. Короче говоря, инвалидам и людям с пониженной трудоспособностью. По этому обеспечению предоставляется специальное медицинское обслуживание и денежное содержание. Ну что же, и как ты, наверное, уже догадался наше разумное государство не оставляет и без внимания детей без родителей, то бишь сирот.  

– Ну знаешь ли, детские дома и у нас существуют, – стал возражать Билл, – но туда лучше не попадать, иначе сгниешь, как в этой ночлежке.  

– Ты все не можешь поверить, что в нашем государстве все делается с совестью? Детские дома у нас ухоженные, со всеми условиями. Конечно, лучше жить с родителями. Это несомненно. Но не всегда получается так, как хочется. Жилье сиротам предоставляется вплоть до получения образования. И даже уже закончив университет сирота может проживать на своем месте где-то 3-4 месяца, пока не устроиться на работу и не найдет жилье. И в принципе, основные социальные программы я тебе рассказал. Что скажешь?  

– Я поражен. Честно! – отвечал Билл. – Это и вправду здорово. Может теперь перейдем к культуре?  

– Давай оставим это на завтра, Билл. Я уже немного утомился. Завтра мне еще ехать в город. Негры сказали, чтобы я поговорил с кем-то из местных властей, чтобы те обратили внимание, что в ночлежке требуется расширение.  

– Решили самую «грязную» работу повесить на тебя? – засмеялся Билл.  

– Почему же грязную? Побеседовать с людьми. Самое что не на есть приятное дело!  

– Думаю, завтра ты поменяешь свое мнение, – ухмыльнулся Билл и пожелав ему удачи удалился из комнаты.  

***  

На часах 10:00. Александр уже стоял у кабинета с табличкой «Председатель комитета помощи неимущим», ожидая своего приема. Ниже была другая табличка «Заслуженный работник года». Доехал он без проблем, правда старенький прокатный форд завелся лишь с пятого раза, но это никак не испортило его настрой на победу в этом разговоре. Александра также не смутило, что его встреча была записана на 9 утра, и он уже как час сидит на диване просто так. Прошло еще полчаса. Александр уже успел поинтересоваться у секретарши, когда его примут, но та лишь в недоумении хлопала своими длинными искусственными ресницами. Благо Александр был готов к такой безалаберности, но в голове он уже представлял, как таких «заслуженных работников года» выпирали с тепленьких мест на принудительные общественные работы у него дома.  

Вскоре Александра позвали в кабинет. Он, интеллигентно одетый, зашел внутрь, поздоровался и представился. В конце просторного кабинета, на кожаном кресле за красивым столом из дерева сидел упитанный мужчина. Александр так и не дождался никакого приветствия и «прошу, присаживайтесь».  

«Будет тяжело» – подумал про себя Александр и в эту же минуту вошла та самая секретарша, неся на подносе две чашки кофе. Она низко нагнулась перед начальником, а тот хитро улыбнулся и проводил ее масляным взглядом.  

«Мда, видимо, местных руководителей здесь интересуют только симпатичные секретарши…» – подняв удивленно брови подумал Александр так и не дождавшись приглашения присесть. Александра это очень задело, он соизволил присесть сам и смотрел на этого толстого, по всей вероятности, взяточника в упор.  

– Вы так и не собираетесь заговорить со мной? – начал Александр, понимая, что с такими товарищами по-другому говорить не получится.  

– Я не совсем понял, – ответил Председатель прокуренным голосом.  

– Так ли это?  

Председатель противно засмеялся. После такого смешка такие как они, обычно, резко становятся грозными и посылают куда подальше, но Александр этого не боялся. Благодаря безупречной дипломатии своей страны и соглашениями между странами Александру во время пребывания в чужой стране, местные власти обязаны предоставить все, что он не попросит для ночлежки. Но пока председатель не знал, откуда Александр был родом.  

Все шло по сценарию. Председатель перестал смеяться и одарил Александра таким взглядом, что любой житель этой страны уже понял бы, что не получит ничего. Он заметно удивился безмятежности Александра, который чуть ли не испепелял его своим проницательным взглядом. Конечно, Александр проходил курс дипломатии и знал, что с местными властями надо вести себя жестко. К тому же Александр знал, что за его спиной вся его страна.  

– Что ж, пока вы молчите? – успел начать Александр раньше, чем тот смог открыть свой рот. – Я к вам по делу. Значит в ночлежке на окраине вашего города творятся ужасные вещи. Во-первых, нам срочно нужно расширение, поэтому прошу прислать специалистов для оценки помещения, также не помешает полноценный ремонт, снабжение комнат всеми удобствами, улучшение питания и, по возможности, помогать беднякам с нахождением рабочего места. И знаете, очень странно, что мне приходиться специально ехать к вам и просить это сделать. Неужели так сложно было вам самостоятельно принять это решение? Или вы не слышали про чрезвычайно тяжелую ситуацию в ночлежке?  

Александр закончил разговор и наблюдал за реакцией Председателя. Тот не понимал, кто смог посметь с ним говорить в таком тоне. Ни один обычный человек не мог такого себе позволить…  

– Кто, черт тебя возьми, ты такой?? – нахмурившись спросил председатель.  

– Меня зовут Александр. Я волонтер. Думаю, вы знали о моем приезде, как и откуда я родом. Или напомнить?  

– Я очень не люблю, – сказал Председатель, – когда со мной говорят в таком указательном тоне. Я осведомлен о Вашем приезде. Но вы должны понимать, что наши возможности ограничены. Наше государство не столь богато, как Ваше.  

Уходя, Александр услышал, как Председатель набрал чей-то номер и далее последовал диалог:  

– Я бы выстрелил в него прямо в своем кабинете! – кричал он. – Откуда он вообще взялся?? Передай выше, чтобы это было в первый и последний раз, когда бы мы договаривались с другими странами о волонтерской помощи!  

Александр заулыбался, что ему удалось подпортить настроение этому подлому вору и вернулся в ночлежку с хорошими новостями.  

Прибыв на место, Александр был поражен. Пятеро человек в рабочей форме осматривали здание и уже привезли строительный материал для расширения комнат. Проходя ближе к двери, Александр заметил огромные коробки с консервами и различными полуфабрикатами.  

«Надо же как быстро отреагировали! » – подумал Александр и увидел, как Том с Патриком махали ему с удивительным воодушевлением на лице.  

– Александр, дружище! Ну даешь! Как ты это сделал? – начал восторженно говорить Том.  

– Я просто… – хотел уже начать Александр рассказывать, как все прошло, но им это было мало интересно. Они похлопали его по плечу и кинулись разбирать коробки. Конечно, им ведь тоже что-то перепадет…  

Александр совсем не обиделся. Он был безумно рад, что смог хоть что-то сделать для бедолаг. У входа его встретил Билл с дочкой.  

– Александр, я восхищен!  

– Не стоит. Это самое малое, что я мог сделать для вас всех.  

Билл смотрел на него с огромной благодарностью, а взгляд Анны говорил о ее чувствах еще больше, чем слова.  

– Я больше восхищаюсь тем, как ты смог вырастить такую милую и добрую дочурку! – произнес Александр, смотря на нее так, как он не смотрел еще ни на одну из женщин.  

– Может тогда по такому поводу выпьем кофе? – предложил Билл.  

– С радостью!  

***  

Билл и Александр уже в третий раз садились за тот же стол и пили тот же вкусный кофе. Они были довольны и счастливы. И с большим желанием погрузились в их привычные разговоры.  

– Слушай, перед тем, как мы начнем наши разговоры о твоем государстве… – начал Билл, – скажи мне, как ты понял, что Анна добра? Ты же даже не можешь с ней поговорить.  

– А мне этого и не надо, – решительно ответил Александр. – В свое время, в школе я брал курс по психологии и меня научили понимать людей. Поначалу мне было сложно понять, кто есть кто в вашем государстве, но постепенно я начинаю разбираться. Наши люди совсем другие, а вы с Анной очень похожи на них. Ваши глаза говорят за вас. Уж поверь мне.  

– Верю. Так скажи, что же делает в вашем государстве людей – людьми?  

– Здесь все просто. Важную роль в становлении человека играет культура, которая закладывается с самого рождения ребенка. Наш Комитет по этике и морали ввел общепринятую заповедь, которая гласит: «Не делай человеку то, чего не хочешь, чтобы сделали тебе. »  

– С этим выражением мы встречались, когда ты говорил про образование.  

– Совершенно верно. И мне кажется, это должно повторяться гораздо чаще, ведь нам, людям, так свойственно об этом забывать! Но, продолжим с культурой. Как и в любом приличном государстве существует цензура. В нашем запрещены нецензурные выражения, непристойности, жестокости, насилие и прочие, идущие в разрез с КЭМ (комитет по этике и морали) вещи. Для этого у нас внедрен план культурного и образовательного повышения уровня населения. Что это значит? А значит это то, что в книгах, журналах, фильмах и театрах пропагандируется чувство коллективизма, доброты, заботы, взаимопомощи, любви, душевности… Правительство всеми силами создает негативное отношение к людским порокам. Перечислять их нет смысла, думаю, все о них осведомлены. В программу обучения включены также наиболее выдающиеся книги писателей и фильмы.  

– Знаешь, это все очень впечатляет, но ты говоришь, что насилие и жестокости показывать нельзя… А как снимать тогда фильмы про войну, концлагеря и тому подобное?  

– А это уже совсем другое. То, что было в истории должны знать люди. Мы можем показать войну и прочие революции, содержащие жестокости и издевательства над людьми, но только с целью показать людям, чего не следует допускать и почему нужно быть такими, какими мы их учим быть. Я сам воспитан по этой программе. И ты можешь судить, хорошо это или плохо.  

– Я без сомнения скажу, что это превосходно.  

– Я рад это слышать. Другого ответа и не следовало ожидать. Раз уж мы начали говорить о людях и о их природе, то расскажу тебе, что для нас значат человеческие отношения. Это самое главное. Самый важный пункт, ведь по природе человек – жуткий эгоист, а потому-то государство и должно воспитывать своих людей подобающим образом. В этом нам помогает пропаганда и хочу также заметить, что и Верховный наш Совет следует этой пропаганде без всяких уклонений. Распространяем семейные ценности, воспитываем в людях лучшие качества с помощью лекций по радио, телевиденью, где говорится о любви, заботе, дружбе и верности. Создаются благотворительные фонды, которые порождают в людях сострадание и сочувствие. У наших людей резко отрицательное отношение к эгоизму, себялюбию, проституции и к нарушению семейных ценностей. Человек, который проявляет в себе резко противоположные качества (что у нас крайне редко бывает) порицается обществом и испытывает неуважение со стороны всего населения.  

– Это невероятно! – не переставал восхищаться Билл. – Послушай, Александр, а можно ли я затрону тему любви и отношений между мужчиной и женщиной? Ты знаешь, как сложилась моя судьба с женой, поэтому мне невыносимо интересно узнать, как часто разводятся в вашей стране?  

– Про разводы, как и про убийства, грабежи и прочие преступления мы слышим крайне редко. Во-первых, как ты понял, люди получают достойнейшее воспитание, что уже уменьшает причины разводов. Также можно пройти тест на психологическую совместимость. Все это создано нашими мудрецами, поэтому и вероятность ошибки мала. После этого теста, люди вступают в брак и в 99% живут вместе счастливо всю жизнь. А, следовательно, и дети видят идиллию в семье и в будущем берут пример с родителей. И я даже знаю, о чем ты меня сейчас спросишь. И я тебе сразу же отвечу. В случае, если люди женятся, хоть тест и показал несовместимость между этими людьми, то при разводе они выплачивают налог государству. Можете спорить, что это несправедливо, что у человека должна быть свобода. На это я всегда отвечаю определенным образом: А справедливо ли разводиться и ставить детей перед выбором, с кем остаться? Справедливо ли мучить друг друга только потому, что вас привлекло мимолетное желание? Обычно, люди не находят ответов против, но что-то мне подсказывает, что ты, Билл, уже умудренный печальным опытом со своей женой, не стал бы спорить со мной.  

– Не стал бы. Пока я не услышал ни единой вещи из твоих уст, которая бы возмутила меня своей абсурдностью.  

– Знаешь, ты очень хороший человек Билл. Я рад, что мне посчастливилось встретить тебя. К сожалению, скоро моя миссия подойдет к концу и мне придется возвращаться на родину, а я так и не узнал, почему ты оказался в этом ужасном месте.  

– Ах, да, – проговорил Билл и заметно загрустил.  

– Если тебе неприятно это вспоминать, я не настаиваю. Можем это не затрагивать.  

– Нет, нет, – стал возражать Билл. – Тебе то я расскажу. С кем мне еще жизнь предоставит шанс так поговорить?  

И Билл начал рассказывать свою печальную историю. Говорить ему было тяжело. Александр это заметил. С каждым словом он будто вновь переживал все те страшные моменты своей жизни. Как оказалось, Билл был очень образованным человеком. Он получил образование, когда олигархи еще не успели захватить власть. Работал инженером-технологом на заводе, а потом и вовсе стал главным управляющим. Тогда он встал крепко на ноги, женился на любимой женщине, родилась Анна. Все было так хорошо. Но продлилось это «хорошо» совсем недолго. Постепенно власть полностью захватили крупные бизнесмены и олигархи, которые стали новой элитой и все сферы жизни в стране они подчинили своим интересам. Стали закрываться заводы, фабрики, массово сокращаться люди. В один прекрасный день Билла просто попросили уволиться по собственному желанию. Он этого категорически не хотел исполнять и не смотря на различные угрозы со стороны чиновников, назначенных новой «верхушкой», продолжал свою деятельность, пока к нему не пришли специальные службы и не обвинили его в воровстве денег. Это было обычным действием – убрать человека и поставить на его места «своего».  

– Так моя попытка отстоять свое честно заслуженное место обернулось уголовным делом, – продолжал Билл. – На работу после этого меня не брали, а еще и эта трагедия с Анной. Вот и жена моя не выдержала. Ушла к другому, у кого были деньги. И я вроде ее не виню за это. Может это я слабак. Но я никогда не пойму, почему она совершенно не общается с Анной. В чем виноват ребенок? Ладно, я правда даже не хочу слышать твои соболезнования. Не хочу, чтобы ты думал будто я жалуюсь.  

– А я об этом и не думаю, – резко ответил Александр. – У меня совершенно другие мысли. А не поехать ли тебе со мной? Взять Анну и уехать отсюда к черту?  

– Хаха! – засмеялся Билл. – Да кто же пустит-то?  

– Ну как кто. Я позвоню, объясню ситуацию. Я постараюсь оформить все необходимые бумаги. А наше государство будет не против принять такого работоспособного и хорошего человека, как ты вместе с дочерью.  

– Ты правда так думаешь? – спросил Билл с надеждой. – Разве это возможно?  

– Я уверен, что это в наших силах.  

***  

Наступил последний день для Александра в роли волонтера. Завтра с утра он уезжает и эти полторы недели в чужой стране останутся только в его памяти. В этот день он чувствовал себя очень хорошо. Ему грело душу то, что он смог чем-то помочь этим людям и к тому же еще может заберет отсюда Билла и Анну. Все бумаги для их выезда были оформлены. Это радовало его вдвойне. Он уже предчувствовал, с каким гостеприимством примет новых людей его государство.  

В этот раз Александр встал чуть позже. Патрик и Том уже работали на кухне, раскладывая по тарелкам серую мало аппетитную массу похожую на овсянку.  

– Вы им даже и целого черпака не накладываете!  

– Ну а ты как думал? – засмеялся Патрик, – экономия.  

Александр, конечно, не поверил ни в какую экономию, увидев какие хорошие порции негры откладывали себе.  

«Анну и Билла я точно вытащу отсюда…» – и с этой мыслью он взял несколько тарелок на подносе и пошел раздавать полу-проснувшимся бедолагам. В одной из таких комнат Александр заметил, одиноко сидящую Анну. Он так хотел ее сегодня увидеть! Держа в одной руке маленькую одноразовую тарелку с овсянкой, Александр подошел к Анне и присел на корточки.  

– Доброе утро, Анна, – с улыбкой проговорил Александр. Анна посмотрела на него своими большими голубыми глазами и мило улыбнулась.  

– У меня для тебя и твоего папы есть потрясающая новость! – почти шепотом говорил Александр, незаметно протягивая ей маленькую упаковку привезенного им шоколада. – Приятного аппетита, Анна.  

Александр хотел было еще посидеть рядом с ней, но во избежание лишних разговоров со стороны бедолаг, он поспешил удалился. Не хватало еще проблем в такой прекрасный последний день.  

Закончив свою утреннюю работу, Александр удивился тому, что Билла он так и не увидел. Это показалось ему странным. Сначала Александр даже немного заволновался – мало ли что могло произойти без его ведома ночью, но сердце его успокоилось, как только он увидел его сидящем в пяти метрах от ночлежки возле высохшего круглого водоема.  

– Ты так не пугал бы, – начал Александр, подойдя к Биллу и не на шутку его напугав своим появлением.  

– Хаха! – засмеялся Билл. – Как ты тихо подкрадываешься!  

– Чем-то озадачен?  

– Скорее обрадован.  

– Значит, поедешь?  

– Абсолютно точно! – ответил Билл, начав смеяться от души и с огромной благодарностью обнял Александра.  

«Как приятно делать хорошим людям добро! » – думал Александр про себя и похлопал Билла по спине.  

– Есть одно но… – сказал Александр, прервав их дружеские объятья.  

– Ты меня настораживаешь.  

– Нет, нет, ничего страшного! – хитро улыбаясь говорил Александр. – Просто я тебе еще не рассказал про нашу судебно-карательную систему! Мало ли чего ты натворить засобираешься!  

И они оба засмеялись и присели на землю, погрузившись в их увлекательный разговор.  

– Ну и что же со мной сделает полиция Вашего государства, если я начну разбойничать? – шутя спросил Билл.  

– На самом деле это очень серьезная тема! Шутки шутками, а вот по закону ничего тебе хорошего за разбои не будет.  

– Уверен в этом. По-другому и быть не может, – соглашался Билл.  

– Несмотря на то, что в нашей стране преступность крайне мала, – продолжал Александр, – законы, предусматривающие наказание и запреты на какие-либо действия, существуют.  

– А как же ваше сверхэффективное воспитание? – все подшучивал Билл.  

– Воспитание воспитанием, но все же полной свободы существовать не должно и это понимает каждый образованный человек в нашем государстве. Попробуй дать свободу безответственным людям, и Бог знает, что начнется!  

– Полностью поддерживаю.  

– Так вот. Все преступления у нас караются принудительными общественными работами в закрытых зонах, под надзором. Единственное отличие – это срок и тяжесть работ. Например, за убийство, изнасилование, различные рода истязания дается пожизненное заключение. За кражи, разбои, открытие борделей, шантаж, коррупцию и неуплату налогов дается определенный срок, но, если к концу срока специально обученная комиссия при суде считает, что человек не исправился, тогда срок может быть продлен, а тяжесть работ увеличена.  

– Это все правильно, – отвечал Билл. – У нас в стране еще практикуется фальсификация. А как у Вас?  

– С фальсификацией не встречались, но карательные меры существуют. За тяжелые случаи вроде, фальсификации лекарств, продуктов и изготовление заведомо некачественной продукции в большей части случаев дается пожизненное. За фальшивомонетничество и прочие финансовые махинации, организацию пирамид и казино срок определяется на заседании суда. И конечно же продажа наркотиков сурово наказуема, но так как на границах наши люди добросовестно выполняют свои обязанности и не поддаются взяточничеству, то наркотические средства на территории нашей страны практически отсутствуют.  

– Ваша страна привлекает меня все больше и больше! – ответил Билл.  

– Скоро ты будешь частью нашего общества! Но я еще не закончил. Просто хотел похвастаться нашим устройством! Как в любой стране, которая хочет достичь технологического, медицинского, культурного, информационного прогресса, у нас щедро поощряются люди, преуспевающие в науке, технике и искусстве. Людям, вносящим выдающийся вклад в развитие государства, выплачивается дополнительное денежное вознаграждение и также предоставляется безвозмездное пользование дачами на берегу моря, яхтами, машинами. При успешной учебе, студентам выплачивается не просто обычная стипендия, которую по закону должны получать все учащиеся, но и добавляется повышенная стипендия за особые заслуги.  

– Это здорово!  

– Да. И помнишь мы говорили о детском пособии? Так вот, если семья воспитывает двоих детей и больше, то к этому пособию на каждого ребенка прибавляется денежное вознаграждение и бесплатный отдых в отелях, санаториях, которая выберет сама семья.  

– Не государство, а самый настоящий рай! – подтверждал своими словами свое удивление Билл, – И неужели прогрессивного налога хватает, чтобы обеспечить людям такую жизнь?  

– Нет, конечно. Наша страна также славиться полезными ископаемыми и богатыми ресурсами.  

– Как, в принципе, и наша, – добавил Билл.  

– Но, нужно не только хвастаться этими богатствами. Нужно еще и умение ими разумно пользоваться! Ведь очень странно, когда в двух странах, находящихся рядом и имеющих одинаковое количество ресурсов, люди живут по-разному. В одной – благополучно, в другой – бедно. Значит дело в чем?  

– В разумном управлении государством.  

– Совершенно верно, мой друг.  

Так они просидели до позднего вечера. Билл все критиковал и винил нынешнее правительство и все не мог нарадоваться, что покинет эту дыру и больше не будет работать на ненасытных олигархов.  

Издалека Анна видела их двоих и радостно улыбалась, вспоминая послание, которое написал ей Александр на шоколадной упаковке: «Анна, дорогая, скоро ты и твой папа отправитесь со мной. Домой».  

Александр почувствовал спиной, как чей-то нежный, наполненный любовью взгляд греет его спину. Это заставило его обернуться и встретиться с этим нежным взглядом Анны. Такая миниатюрная девушка! Он до сих пор не мог понять, почему ему так хочется о ней позаботиться и приласкать. Он, конечно, и был по природе добрым и воспитанным человеком, хотя в его государстве и нет иных людей, но если к другим он относился просто по-доброму, то она вызвала в нем какие-то особенные чувства. Он понимал, что ради нее он готов пожертвовать многим, даже собой.  

«Может, это и есть та самая настоящая любовь? » – подумал Александр, и они втроем отправились к ночлежке, любуясь заходящим Солнцем.  

***  

На часах три часа ночи. Александр крепко спал и ему снилась любимая родина, по которой он так соскучился. Во сне была Анна и Билл. Они вместе шли к границе и весело о чем-то говорили. Даже Анна во сне была способной говорить. Она заливалась звонким смехом, дурачилась и рассказывала какие-то выдуманные истории. Билл улыбался. Он смотрел на дочку и не мог нарадоваться. Билл наблюдал за Александром и Анной, чувствуя, что между ними зарождается прекрасное чувство. Счастье переполняло их. Билл и Анна уже видели густые зеленые леса новой родины, которые стояли рядом с границей, а пограничники весело им махали, встречая долгожданных гостей. Через какое-то время Александр видит, как Билл и он идут только вдвоем. Они нервно оборачиваются в поисках Анны. Начинают кричать и звать ее.  

«Она нас не услышит. Она все равно нас не услышит, Александр! Все потеряно! Все пропало! Ты ее больше не увидишь! Ты больше не увидишь Анну! Слышишь?! Все мечты пали крахом! Мы не сможем попасть в твое государство! Мы сгнием здесь, в этой дыре! Александр! Александр!! Александр!!!!»  

– Александр!  

От звука своего имени, он взъерошенный резко встал с кровати и ошеломленными глазами смотрел на стоящего перед его кроватью Патрика.  

– Что случилось?! – тревожно спросил Александр, еще не отойдя от сна.  

– Там что-то происходит! Драка, я не знаю. Много крови. Слишком много. Мне кажется что-то с Анной. Что-то случилось с Анной. Или с Биллом. Я точно не разобрал. Мы вызвали скорую. Слишком много крови.  

Александр, не раздумывая ринулся в комнату, где ночевала Анна.  

– Слишком много крови! – повторял Патрик вдалеке.  

«О, нет. Только не Анна. Только не она. Пусть она будет в порядке, Господи! » – молил Александр.  

В комнате был бардак. Половина бедолаг выбежала на улицу. Стены и пол были забрызганы кровью. В углу он услышал крик Анны. Этот пронзительный крик, молящий о помощи. Александр видел там же Тома, который за волосы тащил какого-то окровавленного и перепачканного бедолагу. Он злостно сопротивлялся и выкрикивал ужасные вещи. Бедолага проклятым взглядом смотрел на Александра и плевался в его сторону, проклинаю его, Анну, Билла… Всех на свете, но именно эта троица была в первой очереди.  

Александр кинулся в угол к плачущей и дрожащей Анне, осмотрел ее лицо и руки, которые были все в крови. Он накинул на нее свою куртку и увидел, как она показывает пальцем на лежащего рядом бедолагу, а точнее – ее отца.  

– Папа! – кричала она сквозь слезы. Это было первое, что она прокричала с момента молчания. Она дрожала так, что Александру стало страшно, не потеряет ли она сознание.  

– Билл! – переключился Александр с Анны на ее отца. – Билл! Ты меня слышишь?! Билл!  

Билл не подвал признаков жизни. Он был полностью в крови, лицо избито настолько, что было сложно разглядеть еще движущиеся зрачки. Александр стал его осматривать. Были переломы.  

«Ему не выжить. Нет, он не сможет. Боже…Если бы только скорая ехала быстрее! » – понял Александр.  

– Нужно дождаться скорую, Билл. Ты сможешь. Стой! Только не закрывай глаза, слышишь! – со всех сил кричал Александр, слыша болезненные стоны отца Анны, – Только не умирай! У тебя же дочь! У тебя есть я! Как же наша новая жизнь? Ты же так этого хочешь! Не умирай! Держись, слышишь! Не смей!  

– Александр! – выдавил Билл, крепко схватив его за локоть. Он пытался говорить, пытался найти в себе силы, чтобы сказать свои последние слова:  

– Александр! Не спрашивай, что здесь было. Я защищал ее. Анну. На нас напали. Они не хотели, чтобы мы уехали. Это такие люди, слышишь! Тут страшные люди! Они изверги, звери! Они хотели ее убить. Просто убить, чтобы она не выбралась отсюда никогда. Никогда…  

Билл закашлялся кровью. Ему не хватало сил. Не хватало…  

– Александр. Прошу тебя! Молю! Забери ее отсюда! Я умоляю тебя, не бросай ее здесь. Иначе она сгниет так же, как и я.  

– Ты не сгниешь, Билл, слышишь. Не говори так! Прошу! – возражал Александр, чувствуя, как по его щекам текут слезы.  

– Тише, тише. Я долго не протяну. Дай договорю. Я…я прошу тебя… и благодарю тебя. Ты человек, слышишь. Ты самый настоящий человек. Ты это человек, каким должен быть каждый из нас. Я бы назвал тебя святым, если бы не знал, что таких как ты еще целая страна. Прошу, если твое государство действительно существует, и ты оттуда родом, забери Анну. Я не смог исполнить эту мечту. Я не смог…  

Билл вновь закашлялся и застонал от боли.  

– Обещай, – почти шепотом выговаривал Билл, – обещай, что вытащишь ее. Обещай, Александр!  

– Я обещаю! Я вытащу ее! Я заберу Анну с собой! Я вылечу ее, и она снова станет говорить! Я женюсь на ней, слышишь! У нас будет самая крепкая семья. Я знал, что женюсь на ней с первого дня, когда ее увидел! Она будет счастлива. Я клянусь тебе! Обещаю, Билл!  

Билл уже был не в силах говорить. Он улыбнулся. Улыбнулся этой присущей ему искренней улыбкой. Александр чувствовал, как после его слов душа Билла стала спокойной. Он исполнил свою миссию на этой земле. Он все-таки вытащил свою дочь и сделал ее счастливой…Как никогда счастливой…  

***  

На утро по распоряжению Александра Билла похоронили. Сразу после церемонии, Александр пошел в ночлежку за Анной.  

– Анна, пойдем, – проговорил Александр, подавая ей свою руку. Она взглянула на него своими блестящими от слез глазами и положила свою маленькую, изящную ручку в его руку. Она была такой холодной и дрожащей. Александр осторожно поцеловал ее мокрую от слез щеку и помог ей подняться.  

– Не бойся. Со мной ты больше не проронишь ни слезы, хорошо? – успокаивающим голосом говорил Александр. Анна кивнула и не дожидаясь дальнейших действий, прислонилась к его груди. В этот момент она впервые себя почувствовала в безопасности.  

Они навсегда покинули это место. И Билл был с ними. Они чувствовали это. Он навсегда остался в их сердцах. И хотя они шли на новую родину вдвоем, они ощущали его присутствие…  

На границе пограничник удивленно взглянул на их документы и подумал: «Первый раз вижу, что человек имеет право уехать из нашей страны. Но приказ есть приказ…»  

P. S. Анна и Александр благополучно добрались на его родину. Их приняли. Анну совершенно бесплатно вылечили в местной клинике, помогая ей разрабатывать речь и восстанавливаться психологически. После излечения Александр и Анна женились. У них была прекрасная семья. Идиллия. Двое деток и ни одно слово, сказанное Александром про его государство, не было ложью. Оно действительно существует. Убедись и ты в этом, став ЧЕЛОВЕКОМ!  

| 682 | 4.71 / 5 (голосов: 7) | 18:58 11.08.2018

Комментарии

Katherine_p22:36 09.11.2018
seragov, согласна с Вами. Спасибо за отзыв!
Seragov23:40 07.11.2018
Интересно, но не очень динамично...
Lyrnist02:21 21.09.2018
Тяжеловесно. Да и скучно, честно говоря.
Katherine_p12:33 25.08.2018
avaa, спасибо!
Katherine_p12:33 25.08.2018
sall, благодарю!
Sall17:50 24.08.2018
Хорошая работа.
Avaa19:12 11.08.2018
Произведение цепляет :)

Книги автора


Диагноз - любовь к тебе
Автор: Katherine_p
Рассказ / Любовный роман
Любовь - болезнь или лекарство?
Теги: Любовь судьба отношения рассказ
22:53 16.03.2018 | 4.9 / 5 (голосов: 10)


Дневник девушки 18+
Автор: Katherine_p
Рассказ / Любовный роман
Можете и не читать. Ее все равно больше нет...
Теги: любовь драма влюбленность отношения самоубийство
23:28 30.01.2018 | 4.94 / 5 (голосов: 17)

Хрустальный дворец иллюзий и железобетонная жизнь
Автор: Katherine_p
Статья / История Психология Публицистика
И каждый раз одно и тоже. Зачем же мы верим в этот обман?
Теги: Иллюзии мир жизнь обман люди надежды
01:09 04.01.2018 | 4.87 / 5 (голосов: 8)



Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2017