История не одной жизни. Глава 2

Рассказ / Любовный роман, Приключения, Фэнтези
Продолжение путешествия в борьбе жизни (любви) со смертью (тьмой)
Теги: ведьма Марья преданность аккультизм

НАЧАЛО  

 

В 067 г. было принято дароисповедание в Раси. И была провозглашена религия новая, чужая. Ближние территории Кополя были вынуждены платить дань за недароверие, а если отказывались, то князь Копольградский посылал войска свои к этим «черноверам» и «колдунам», дабы направить их «на путь света и любви к ближним своим». А по прошествии 30-лет, Кополь был охвачен пожарами божьих приспешников, «добрых и заботливых» дароверов. Обращенные в новую веру безжалостно убивали многих старых женщин (кому соседка жить помешала, кому теща не угодила, а кому то и собственная мать)- черноверок от рождения, мнимых ведьм. Были подавлены восстания волхвов и всех староверов. Трудно представить себе, то количество убитых людей, на которых держалась уже не нужная старая вера. Та, которая многие века наставляла людей жить в единстве и гармонии с духами природы, с духами своих собственных жилищ, уходила, чтобы продолжать жить в традициях. Многим пришлось забыть свои корни, свое воспитание и тем более сложно было принять новое, незнакомое и непонятное.  

Множество людей приняли дароверие, тем более что сам Кополь стал религиозным центром Раси. Но остались и староверы, поклоняющиеся прежним богам, но тщательно это скрывающие. Никому не хотелось попасть под горячую святую руку князя, и дабы сохранить свою жизнь, да и доброе имя, свои пристрастия следовало скрывать. Только в селах, куда глаза и уши князя не дотягивались, или их по- посту отворачивали умные старосты, еще были знахарки пользующиеся только древней магией, прибегающие к взыванию богов изгнанных.  

 

099 год. Солнце взошло над убранными полями, янтарно озаряя уже выцветающую траву. Белые облака не спеша плыли по небу, превращаясь из кусков пены в разнообразную живность. Пахло сеном и утренней свежестью. Порхали еще не улетевшие птички, в траве прыгали кузнечики, и разная мошкара стайкой проносилась над полем. Молоденькие стрижи хватали мух-зевак, и радовались сытым животам. Рыбаки возвращались с уловом домой. Девушки с коромыслами шли и весело смеялись. Осень баловала поздним бабьем летом, так что можно было сплести еще венок другой из ромашек, да одуванчиков. Что собственно они уже и сделали. Где-то скрипела телега груженная сеном, и неторопливо шел старый конь, еле волоча ее за собой. Мирно дремал дедок на этой самой телеге.  

На окраине восстановленного после пожара Копольграда, дружинники направлялись к дому молодой горожанки.  

В бревенчатую избу постучали.  

–Отворяй хозяйка дверь! С вестями мы, прискорбными.  

Дверь распахнула молодая девушка семнадцати лет. Сама она была одета в длинную льняную рубаху до пят, со сборенным рукавом, и воротом на тесемках. На плечах был накинут теплый шерстяной платок. Рыжая коса спускалась по спине чуть ниже поясницы.  

–Что с ним случилось? Жив ли он? – бледная, с большими мешками под глазами, видимо от слез, спросила девушка.  

–Марья, – мужчина положил ей руку на плечо- муж твой, Вячеслав погиб…  

Слезы хлынули рекой из ее глаз, в висках стучало, руки дрожали:  

–Я как чувствовала…- плечи ее опустились, глаза заволокли слезы.  

–Он будет похоронен со всеми полагающимися ему почестями в срубленной гробнице завтра.  

–Почему завтра? – замерла девушка – У меня должно быть десять дней до сопровождения его в загробный мир.  

–Время тяжелое. Князь указ издал, что несмотря на всевозможные заслуги хоронить надо на третий день после смерти.  

–Так он умер вчера? – дрожащим голосом спросила девушка.  

–Его вчера доставили еле живым, и наш лекарь ничего не смог изменить.  

–Почему не сказали мне?! Он был бы жив!!! Да как же так?!! Вань, ты же знаешь, я могла все изменить, почему ты не пришел ко мне и не сказал?!! – голос ее окреп, и надрыв с которым она говорила, врезался кинжалом в виски дружинника. Дружинник обмяк.  

–Я… я не мог. Не мог. Прости, Маша.  

–Мы же не один год знакомы. Как ты мог не сказать мне? – уже тихим и хриплым голосом говорила она.  

Ее стеклянные зеленые глаза, наполненные слезами, не моргали, а смотрели прямо в душу, вытягивая слова из дружинника.  

–Вань, только не говори о долге перед государством, о воинских секретах и прочей ереси. Ответь честно. Почему ты не сказал об этом мне, когда ты знал, что я, и только я, могу ему помочь?  

–Ты бы выдала себя. Если бы он остался жив, то сам отдал бы тебя под суд, как «черноверку» и ведьму. А теперь, вы предстанете перед Богом вместе и вместе продолжите жить там.  

–Ипполит знает. Он все обо мне знает!  

– А муж твой не знал. Он бы сам тебя князю отдал.  

Дружинник отвернулся, и опустив взгляд в землю отправился на выход к калитке. Калитка тихо скрипнула от ветра, шаги стихли.  

Трудно дались эти слова дружиннику. Он знал ее с детства. Жили они тогда, правда, в селении не так далеко от столицы. Они были соседями. Семьи их дружили, и даже женить дитяток своих подумывали. Но в судьбе Марьи появился он- Вячеслав. Сильный, молодой, черноволосый дружинник лишь завидев совсем юную, золотоволосую, красавицу приложил все усилия лишь бы завоевать ее сердце и душу. Они обвенчались и стали жить в его собственной избе в Копольграде. А сосед Ваня побрел следом за своей «огненной звездой». Стал дружинником, и лучшим другом молодой семьи. Теперь же оповестить о смерти мужа с детства любимую девушку, для которой теперь все кончено, это невыносимая боль, боль друга, боль предателя.  

Марья сползла на корточки по косяку двери. Еще теплый осенний ветер ласково обдувал ее лицо, поглаживая щеки и целуя слезы, как совсем недавно это делал Вячеслав.  

Вячеслав… Когда он был дома, он доставлял море счастья свей молоденькой жене, он буквально носил ее на руках, был внимателен к ее заботам и тревогам, с особой нежностью говорил о будущих сыновьях и дочерях. А были моменты, когда во время гуляний они убегали в какое-нибудь укромное местечко, чтобы уединиться, а на утро их гнали с какого-нибудь сеновала с руганью.  

Придя в себя, она закрыла дверь и упала на пол в рыданиях.  

–Нет! Зачем я его отпустила, чувствовала же неладное. Кому нужны эти походы против недароверов?! Проклятая вера! Если бы не заморская вера, он был бы жив! Зачем, нужно, чтоб он ушел воевать? Теперь он попадет в навий мир, и я его не увижу. Война из-за доброго бога не может быть. Почему наш князь навязывает нам бога? Милый, любимый Славочка... Новый Бог, Дар, если ты слышишь, измени все, верни мне его! Я не хочу умирать, и не умру. Ты забрал у меня его, но мою жизнь ты не получишь никогда! Слышишь? Никогда!!! Мне бы переждать и сбежать…  

Вытирая слезы с красных глаз, она встала с пола, взяла огарочек свечи и стала спускаться в погреб.  

–Милый, мы будем вместе, будем. Я отниму тебя у Дара и Сура, и вообще у всех у кого потребуется.  

Шепча проклятья в адрес князя и религии, она подошла к погребу.  

Просторный погреб был в два этажа. Первый этаж был действительно просторным: множество ящиков, полок, и шкафов. Марья постаралась полностью заполнить погреб запасами на зиму: картошка, соленья, варенья, глиняные кувшины со сметаной и маслом. А второй этаж… Муж знал только о первом. За запасами картофеля, была ею смастеренная и спрятанная маленькая дверца. От дверцы вниз шла корявенькая небольшая лесенка, скрипевшая при каждом шаге. Помещение было небольшим и темным, но свеча хорошо освещала пространство.  

Как упоминалось ранее, Марья была семнадцатилетней девушкой с достаточно хрупкой фигуркой. Она была из народности «дурной веры» жившей на берегах Мутного моря. Но их семья была вынуждена уйти из родных мест (во время сильного наводнения все селение буквально смыло) и поселится вблизи Копольграда. На новом месте их вынудили принять новую веру, и мать ее и отец ее были освящены единой верой в Дара, и освятили свою дочь. Когда их с Вячеславом обвенчали, ей только исполнилось четырнадцать, а ему двадцать шесть, он был дружинником князя. Часто ходил с войсками на приграничные области, дабы «научить» и «привить» религиозные морали. Сейчас ей было семнадцать и очень хотелось жить.  

Огарочек свечи хорошо освещал маленькой помещение. Оно было с низким потолком, а по стенам развешаны разнообразные вышивки с орнаментами древних богов. Она подошла к алтарю в центре которого стояла фигурка Велса, и зажгла свечи на нем. Велс считался сильным богом, создателем магии и покровителем любой волшбы.  

Девушка семь раз обошла вокруг глиняной фигуры лежавшей на полу, против часовой стрелки, и произнесла:  

–О, великий Велс, Хозяин Нави, властитель непознанного, черный бог, посмертный судья и прижизненный испытатель, могучий волшебник и повелитель магии, освети это глиняное тело, и подари ему облик мой. Дабы он ожил, приношу в жертву тебе и для жизни его, частицу тела моего- прядь волос, и мою кровь.  

Острым ножом она одним рывком отрезала прядь своих волос, положила их на лоб глиняной фигуре. Встала, закрыла глаза, порезала ладонь кинжалом. От резкой боли закусила нижнюю губу, и из сжатой в кулак ладони потекли тоненькие прерывистые алые струйки, окрашивая губы куклы. Превозмогая боль в руке, и не обращая внимания на продолжающую капать кровь, положила кинжал на алтарь, и снова взяла свечу. Обошла фигуру в обратную сторону и вложила в рот глиняной фигуре собранные в ночь середины лета листья акации.  

В ее глазах прыгали искорки пламени от свечи, которую она держала в руках, а в душе теплилась настоящая вера. Тепло и запах воска быстро окутали погреб, создавая белую пелену дыма, от которого кружилась голова.  

Тишина. Ничего не случилось. Ни грома, ни молнии, ни волшебного света… Ровным счетом ничего. Она опустила голову, провела глазами по этому чучелу. Оно не шевелилось. Лежало такое же холодное и не дышащее, как и прежде. Свеча медленно догорала, Марья сидела на холодном усыпанном камнями полу и тихонько плакала. К горлу подступил ком обиды и разочарования.  

Сколько было сил потрачено на этого голема, сколько времени… и ничего не получилось, он не ожил… Колдовство не сработало. Велс! Почему ты не услышал меня? Я провела обряд, помоги мне, прошу! Я неуч, я бездарная ведьма. Не уберегла мужа от смерти, и сама того гляди умру. Что же теперь со мной будет? Я не хочу умирать, я хочу жить, хочу любить. Я верю, что встречу его снова, но в другой жизни. Знаю, что мы будем снова вместе. Надо бежать…  

Задув свечи, она вышла из погреба, и услышала какой-то шум в доме. Это были мужские голоса, они звали ее по имени.  

–Марья Никодимовна! – позвал первый мужчина.  

–Где же эта баба? – сказал ему второй.  

Скрипнула дверь, мужчины обернулись. Вани с ними не было, возможно он не захотел ее больше видеть, потому что не мог ее спасти. Зареванная, бледная Марья вышла из погреба.  

–Разве уже пора? – спросила она сиплым голосом.  

–Нет, мы принесли тебе одеяние для завтрашнего захоронения.  

Она разревелась, закрыла лицо руками, упала на колени перед суровой охраной.  

–Пожалуйста, спасите меня, я не хочу умирать, я еще так молода…  

Все лицо ее было в красных подтеках от сильных рыданий и нервного напряжения. Дружинники ничего не могли сделать. Таков обычай: хоронить жену в гробнице с погибшим мужем. Первый положил белую льняную рубаху на стол. Молча, они развернулись и вышли.  

Возможно это их не первый раз, и даже не второй. Сообщать такие вести с холодным видом, надо иметь определенную выдержку, или им попросту все равно на судьбы этих женщин, на их страдания и муки.  

–Дружинники остались за дверью, чтоб я не ушла. Завтра я умру.  

Марья, обессилившая от горя, уснула думая, что даже не родила ребенка. А из родственников у нее осталась только бабушка. Мать и отец ее умерли лютой зимой десять лет тому назад. Бабушка была единственной опорой и защитой, она помогала ей в изучении таинств, обрядов, гаданий. То, что сейчас называлось «дурной» верой было ее тайной жизнью. Бабушка обучила ее всему, что могло понадобиться молодой жене и начинающей ведунье. Сама она была знахаркой и повитухой, мать же ее оказалась не способна даже зелье правильно заварить, не говоря уже и вовсе о правильном сборе трав. Не каждая девушка осмелиться собрать редкую и заветную мандрагору ночью на кладбище у могилы самоубийцы, ведь днем ее магическая сила уходит, а ночью это растение наполняет искрящийся волшебством сок, растекающийся по каждой зеленой клеточке. Именно ночью распускаются ее цветы, источая тяжелый душащий сладкий аромат, который может выдержать только человек обладающей магией. Смертный просто падает в обморок или ему начинают мерещиться странные образы: мертвецы вылезающие из могил, странные тени, кладбищенские духи, упыри, оборотни и прочая нечисть. Вот как раз это испытание и не прошла ее мать: из земли за ноги ее костлявые руки хватали. Вернулась она домой очень быстро и без заветного растения. А утром на тех самых местах, где ее из-под земли «скелеты ловили», коряги да трава сорная оказалась. Она не обладала никакими магическими навыками. Бабушка потеряла надежду передать свои знания дочери. Но когда родилась солнечно-рыжая Марья, все изменилось. Бабушка пела ей не обычные колыбельные, а заговоры на прибавление колдовской силы, рассказывала волшебные сказки, и всегда называла ее огненным цветком. Мать и отец не вернулись из Кополя одной студеной зимой. Их конь растянул ногу и не смог много идти по заметенной дороге, ночлега нигде рядом не было, а снежная метель была не на их стороне. Когда их нашли было уже очень поздно что-нибудь изменить. Марье было около семи лет, когда это произошло. С тех самых пор Смерть стала ее врагом, к которому присоединяться она не собиралась.  

Она проснулась рано утром от стука в дверь. Поднялась с постели, посмотрела через родимое оконце. Ей вспомнилось, как впервые она перешагнула порог дома мужа, сколько было счастливых минут рядом с ними, и сколько тоскливых без него, в ожидании его возвращения из очередного похода за наживой для государства Копльградского. Она все еще помнила его запах, его голос и невероятно синие глаза. Как чудесно было просыпаться рядом с ним и будить его поцелуем, и как необыкновенно счастливо чувствовала она себя, когда засыпала, прижимаясь к нему, ощущая его тепло. Она вспомнила тот проклятый день, когда провожала его вся в слезах, и как он обещал вернуться, целуя ее в алые губы. Они хотели родить сына. Почти три года Дар не давал им детей.  

Мысли эти обожгли ее душу огнем, взор наполнился безысходной ненавистью. Она не желала умирать, не желала быть захороненной даже вместе с мужем. Она взглянула в красный угол и плюнула в образ, светящийся своей лучезарной желтизной. Заскрипел пол и в горницу вошла, точнее, вошел голем – точная ее копия, вплоть до цвета глаз.  

–Получилось! Велес, покорно благодарю. – Марья не поверила своим глазам, она взяла «ее» руки в свои, перевернула ладони – даже линии сходились. Она была настоящей, ну, может быть чуть бледнее самой Марьи. И у нее не было сердца. Но внешнее сходство было неоспоримо.  

Стук в дверь повторился. Марья одела на голема рубаху для ритуала. Голем заговорил:  

– Ты всегда будешь подчиняться ЕМУ! Клянись!  

– Клянусь! Моя душа навечно в ЕГО власти, с НИМ и для НЕГО- склонила голову Марья.  

Голем на мгновенье замолчал, и вновь заговорил.  

–ОН принял твою клятву.  

Глиняная кукла направилась к двери, в то время как сама Марья убегала в потаенный погреб. Мужчины ни о чем не догадываясь, один впереди «Марьи», другой сзади чтоб не убежала, как это не раз бывало, провожали ожившую бесчувственную куклу к месту погребения. Когда шаги стихли, Марья стала собирать самые важные для нее вещи – идол божества, к которому она теперь привязана на веки, глиняный кувшин с собранной за все лето росой, целебные травы в узелках и уже готовые заживляющие мази, ломоть хлеба, вяленое мясо, некоторые денежки. Нести с собой одежду было неуместно, поэтому одну пару лаптей она надела, а вторую взяла с собой. Платья она надеялась приобрести позже на месте. Марья вышла из подвала и направилась к двери.  

–Тихо, все тихо. Какая же музыкальная дверь, и пол тоже скрипит, оказывается. Теперь остается бежать, бежать в лес, через лес.  

Она торопилась так, как никогда еще ей не приходилось бегать. На ее пути не встретилось ни единого знакомого человека, все друзья и соседи провожают «ее» с мужем по лунной дороге к вратам Велса, вроде как хоронят по старинке. Достигнув холма, который возвышался далеко над городом, она спряталась за елью. Дерево укрыло ее своими густыми ветвями, спрятало от любопытных глаз. С этой высоты город и его окрестности было отчетливо видно. Видно как местный церковник проводит отпевание, провожая в вечность души убитых на поле боя Вячеслава и сопровождающей его в другой мир жены. Дым поднимался высоко-высоко к едва окрашенному в синеву небу. Их прах погребли и засыпали небольшим курганом. При жизни ее муж был хоть и молодым, но далеко не последним дружинником княжеского войска, и имел значительные заслуги. Поэтому похороны его были не простым захоронением, а со всеми полагающимися почестями, как знатного воина. Вячеслав был одет в доспехи, по левую сторону было положено его оружие, а в ногах лежал его щит. Он был безвозвратно мертв, но все еще прекрасен. Рядом с «Марьей» стояли ритуальные сосуды, и предметы утвари. Сбежавшая жена села, последний раз взглянула на город, чтобы запомнить место подарившее ей жизнь после смерти.  

Велс помог ей. Он самый сильный и могущественный волшебник. Кто если не он смог бы помочь в горе ее. Он смог. Но теперь она ему обязана. Обязана своей жизнью. Той, которую она оставила для Вячеслава.  

Она прошла по узенькой тропинке через лес, уже успевший пожелтеть от надвигающейся осени. Преодолела переход через непокорную речку Буйку, девушка знала, где можно перейти реку лишь намочив ноги до колен. А потом и вечереть стало. Больно саднили царапины на ногах, а изорванный подол платья нахватавшись репейника рад был доставить еще больше неприятных ощущений. Марья устала, в животе урчало. Интересно что теперь будет с ее избой и всеми припасами, которые она так старательно заготавливала? Глядя как солнце заливается сонным багрянцем, и как мягко убаюкивает тихим шепотом речка за спиной, девушка решила устроиться на ночлег. Раздобыв сухого хвороста, хорошо хоть осень пока была теплой и сухой, она сложила его на подобие костерка и из ее ладони вырвался огонек попав точно в ждущие веточки. Теперь можно было погреться и поесть. В ее небольшом мешочке был припрятан кусок хлеба, который как раз она и съела.  

–Спасибо мать Земля за еду, и возьми в благодарность семя это, пусть взойдет оно в память о муже моем Вячеславе и когда зацветет деревце, буду знать я что жив он. Марья знала что это дерево может зацвести и через сотню лет, а может и через пять сотен лет. Но если вдруг его душа переродится, то она первая об этом узнает. Костер медленно горел и Марья погрузилась в темный водоворот снов.  

Проснулась она от причудливого шороха. Вроде бы ходит рядом кто, а может и ползет. Марья положила сухих прутьев и подбросила еще один огненный шарик в воздух. Воздух осветился и она увидела старика, который пристально смотрел на нее. Марью передернуло от страха.  

–Не гоже это молодухе по лесам ночью шастать. -прохрипел старик.  

– А подкрадываться к ним ночью тоже негодное дело. Или ты скверное задумал?  

–Отчего же скверное? Вот ты спать легла на сырой земле, рядом Буйка плещется, а ты без оберега. Да даже мешочка ведьминого на тебе нет.  

Марья схватилась за ворот, где совсем недавно был мешочек и деревянный оберег. Их не было.  

–Кто ты? Что за силой ведаешь, ежели не разбудив меня, обокрасть смог.  

–Посмотри на семя, брошенное тобою в сыру землю. Ведунье не верилось. Стояло на том месте дерево старое с сухими листьями и черными цветами. На дереве сидел ворон.  

–Это ты ворон? – спросила девушка у старика.  

–Нет, ворон это ты. И ты погубила Вячеслава, отдав свою душу мне, ведьма.  

Марья хотела проснуться, но не могла- это ей не снилось. Ворон смотрел ей в глаза, чуть наклонив голову, затем он открыл клюв, и громкий резкий крик разорвал тишину ночи. Ворон сорвался с ветки и полетел прямо на нее. Марья хотела было отшатнуться, но ворон исчез прямо перед ее лицом. Девушка резко повернулась к старику, но и того уже не было. Дерево исчезло. Оберег и мешочек лежали на траве возле нее. Тихо потрескивали прутья в костре, но спать она уже не смогла. Да и как тут теперь уснешь? Как только первые лучи коснулись неба, Марья задула костер как свечу, взяла свой узелок и тронулась в путь. Она надеялась добраться до вечера.  

Проходя уже убранные селянами поля, ей припомнилось, как ходила она не раз от родимого дома к речке с мальчишками и Ванькой-предателем, рыбу удить, а с подружками ягоды собирать в перелеске недалеко от Буйки. Интересно, как там все они поживают? К вечеру, как она и рассчитывала, добралась до родной деревни, и завидя бабушкин дом остановилась, как вкопанная.  

 

Дом был отнюдь не ветхой хижиной старой ведьмы, а добротной избой из сруба, с крепкой крышей и сараем для животины. Ничего не изменилось за три года, но чувство стыда за долгое отсутствие терзало ее. Бабка Авдотья была доброй, помогала селянам, а они платили ей кто чем мог. Кто цыпляток малых принесет, кто в огороде поможет, а кто и избу залатает. Ценили бабку Авдотью местные, но и побаивались малость, ведь одному Дару известно откуда эта ворожба берется.  

Приоткрыла Марья скрипучую дубовую дверь и вместе с ней в избу влетел свежий осенний ветер, как бы подталкивая ее войти в дом. Из комнаты, что примыкает к сеням, вышла бабушка. Бабку свою она не видела уже три года, как замуж вышла так и не появлялась здесь. Хотела она забыть о том, что так роднило ее с бабушкой, забыть свои корни и окунуться в мир новых иллюзий подаренных Даром. Авдотья, чье лицо было потревожено морщинами, а седые волосы убраны под платок, ласково улыбалась непутевой внучке. Бабушка была одета по-простому в льняное серое платье и куталась в пуховую накидку. Марьины изумрудные глаза блестели от наполнивших их слез. Это были слезы сожаления и раскаяния. Губы тряслись в полуулыбке.  

Авдотья молчала. Такие же необыкновенные изумрудные глаза не верили этому видению. Неужели вернулась?  

Бабушка подошла и крепко обняла ее.  

– Здравствуй, внученька. – Авдотья обнимала и гладила по спине свою ненаглядную Машеньку.  

– Бабушка... – тихо шепнула та.  

–Ну, ну, ну, родная моя. Не трать слезы понапрасну. Что бы там не случилось, главное что теперь ты дома.  

Марья вытерла рукавом глаза и пристально посмотрела на бабушку.  

–Умер он, и меня похоронили. -холодно произнесла она.  

–Что я живого от мертвого не отличу? -заулыбалась старушка. – Пойдем-ка, лучше чайку с липовым вареньем попьем, ты мне все и расскажешь.  

Девушка сняла верхнюю одежду и прошла в дом. Три года не изменили ничего. Мебель стояла по старому, на прежних местах покоилась утварь, старый протертый коврик лежал по среди кухни. Ничего не изменилось, ну разве что бабушка сильно постарела.  

Родной дом, потому и называется родным, от того что ждут тебя здесь близкие со всеми твоими бедами и невзгодами, с радостями и удачами. Так и Авдотья верила, что пройдет время и вернется ее огненная звездочка с мужем или без него. Что успеет старуха еще правнуков понянчить, но вернулась Марьюшка без мужа и детей, и только от того что идти ей больше некуда и не к кому.  

Не стала Авдотья мучить Машеньку свою вопросами, а попросту утешила звездочку свою, похлопала по плечу, обняла и проводила в ту самую комнатку, где когда-то стояла ее люлька, а затем и кровать.  

Марья присела на край постели, а бабушка пристроилась рядом.  

–Прости меня, бабушка, что не послушала тебя, что убежала, и прости за то что так вернулась.  

–Милая моя, никогда я обиды не таила за поступок твой, но вижу я, что ты любишь его сильнее прежнего. Что имеем не храним...  

–Это не так. Я охраняла его. В те дни когда не было его, я пела берегиню, не спала неделями лишь бы живым вернулся. Не понимаю в чем же тут дело.  

– Тогда, и в правду странно это, он был бы жив, как бы его не тянуло прочь от земли.  

–Был момент, когда чувствовала что я победила смерть, но на следующий день она победила меня.  

–Знаешь что, внученька, ложись-ка ты спать. Утро вечера мудрее. Спи, звездочка.  

Авдотья вышла, оставив Марьюшку одну.  

А в голову лезли мысли всякие: как приговорила себя к службе Велсу, как каркал черный ворон, как осталась она без защиты перед старейшим колдуном. И сможет ли бабушка уберечь ее от него?  

Первые лучи скользили по деревянному полу, а Марьи уже не было в постели, она принесла студеной воды из колодца, накормила цыплят да утят, надоила молока.  

Вошла в избу, а там Авдотья блины печет. Целых два десятка успела сделать.  

–Доброе утро, бабушка. – поздоровалась Марья.  

–Доброе, внученька, доброе. Не спалось тебе?  

–Что ты? Нет, конечно! Спала я хорошо. Пораньше встать решила, помочь тебе.  

–Вот так бы каждое утро…- улыбнулась старушка.  

–Можно. Я раненько вставать буду, помогать тебе по хозяйству стану.  

–Хозяйство у меня не хитрое: петушок да пара курочек, уточка да корова.  

–А цыплята с утятами.  

–Мелочь эта? Не считается. Я их Софьюшке обещала. У нее выводок утят и цыплят погиб. Порча была. Вот этих и заберет на днях.  

–Софьюшке? Через дорогу, которая? У нее еще сынки были.  

– Так и есть: Кирилл и Семен. Большие уже ребятки. Кириллу четырнадцать годков, а Семену двенадцать.  

Марья взяла блин, скатала его трубочкой и откусила.  

–Ну-ка за стол садись. Сметану я для кого поставила?  

–Бабушка…- протянула Марья.  

–Без нытья! Сказано сядь, значит сядь. Всему место свое должно быть. И как ты еще замужем побывать умудрилась?..  

Марья обняла бабушку.  

–Как же я соскучилась по твоему ворчанью…  

–Ладно, ладно. Ешь давай, чаем запивай мятным. Потом в поле пойдем, посмотрим что за травы ты помнишь.  

-Все помню. У меня самой узелок с собою. Хочешь покажу?  

–Покажи. – кивнула бабушка. – Только доешь сначала.  

Марья доела, и сбегав в свою комнатку вернулась с узелком. Немного повозившись, она развязала его и все разложила на столе.  

–Я их собирала, когда за мужа тревог не было. То спал он, то шествовал с отрядом, а то и пьянствовал с сослуживцами.  

–О, как! А мне думалось, ты веру другую приняла.  

–Так и есть, но от этой не отказывалась.  

Авдотья окинула взглядом травы, не веря глазам своим, провела по ним ладонью. Действительно интересный подбор трав: барвинок, акация, лаванда, жасмин, вербена, мирт и еще несколько неизвестных старухе трав.  

–Редкие ты травы принесла, а простые не взяла.  

–Я немного мазей и порошков прихватила. А эти травы моя гордость. С помощью акации подмену оживила.  

–Мудрое решение. Да… Внученька, убери-ка ты все это отсюда, отнеси в кладовую, а там разберемся. – Откуда они у тебя?  

–Ванька же знает кто я, и с походов мне «букеты» привозил.  

–О, как! От муженька утаила, а Ванька травы таскал! – ухмыльнулась старушка.  

–А однажды с заморского базара он мне книжечку привез. Там про всякие чародейские действа сказано было. Помогло оно мне. Я даже чувствовать Вячеслава стала, когда нет его со мной, что с ним творится.  

– Знала все? -не поверила бабушка.  

–Все бабушка, все. К его нижней рубахе пришила я вышивку такую же как на своей, и знала все, что с ним творится. И как убили его, чувствовала, и как снова дышать начал, когда песнь моя его окутала. А потом как в тумане было. Сна не было две ночи- не переставала я петь. А потом пропал он- вытянуло его с земли. Очнулась я на полу, без сил, а вскоре Ванька пришел, и сказал, что Славушка помер и меня с ним похоронят на следующее утро. Ты боялась, что я позабыла все. А нет. Под погребом проход я смастерила, там Велсов алтарь был. А подле него глиняная кукла лежала. Та кукла взяла с меня слово, что я служить Велсу буду и жива останусь.  

–А захоронили куклу, не заподозрив подмены?  

– Нет.  

–А Ванька как же? Он же влюблен в тебя был, и что совсем не сомневался? -недоумевала старушка.  

–А не было его близко там. Не смог он похоронить меня. Стоял вдалеке от кострища, плакал. Я видела его слезы, а он мои нет.  

– Да, дорогая моя. Не мало с тобой приключилось. – вздохнула бабушка.  

–Не все это, погоди. Ночевала я у Буйки, и там семечко посалила заговоренное, чтоб когда Вячеслава душа переродится росток на том месте вырос. А ночью ко мне Велс пришел- старый такой, страшный с рогами, забрал у меня обереги и испугал. Показалось мне, что взошло дерево то, черное сухое, а на нем ворон сидит и будто ворон этот я.  

–Хорошо, хоть ты мне это утром рассказала, а не вчера на ночь. Я стара, конечно, но такого не видала. Одно могу сказать точно: он тебя не отпустит. Мы с тобой что-нибудь придумаем, а ты запомни, что в своем доме стены берегут. Собирайся, в лес пойдем. Мне все равно запасы знахарские пополнять надо.  

Марья сложила травы на ткань, и отнесла в кладовую.  

 

Стала Авдотья учить внучку хитростям житейским, и та ее покорно слушалась. А по селу, тем временем пронесся слух, что ведьмина внучка вернулась одна. В селе шептались, что она мужа своего извела. А как иначе? Она же рыжая, рыжая колдунья.  

Марья вставала ни свет, ни заря. Животину кормила, завтрак готовила и к Буйке бежала посмотреть, не дало ли семя росток. А ростка так и не было. Думалось ей, что погибло оно. А потом садилась на берегу реки и закрыв глаза нашептывала какие-то слова. Здесь было место для бесед с Вячеславом. Она рассказывала ему все, что происходило с ней ранее и теперь. Рассказывала то, что никогда бы не сказала ему при жизни. А потом вставала и подходила к тому месту где было посажено семя, проводила по земле ладонью, как бы прощаясь, и уходила через поля домой. Местные часто видели ее идущую от реки, но никогда к ней не подходили. День проносился быстро, как стриж. Возвратившись с реки, Марья убирала дом, ухаживала за животиной, готовила. А к вечеру Авдотья усаживала ее за стол и рассказывала старинные поверья о древних богах, о их вражде или мире. А еще помогала внучке собирать внутренние силы и сосредотачивать их на мыслях. С каждым днем прочувствовать нить между надуманным и настоящим становилось все легче. Мысль становилась явью.  

И однажды случилось вот что.  

Это был обычный декабрьский вечер. На улице завывал ледяной ветер, и тучи заволокли звезды на небе, а снега все не было. Марья сидела за столом, а на против нее бабушка. Молодая ведьма держала в кулаке сосновый круглый срез чуть меньше ладони младенца и что-то шептала. Авдотья следила за движением глаз внучки, на случай если она перенапряжется или что-то пойдет не так. Марья подумала о самом желанном для нее человеке, надеялась появится образ его, но вместо этого на подоконнике что-то заскреблось и бабка невольно ахнула.  

–Ишь, нечисть балует. – шепнула старая ведьма.  

Марья открыла глаза.  

–Да полно тебе, бабушка, беду кликать. Котов что ли не видала.  

Девушка выскочила на улицу, не заворачиваясь в платок, и принесла продрогшего котенка.  

– Что ж ты творишь?! Кто черного кота в ночь на порог пускает?!- возмутилась бабка.  

– Бабушка. Ну, и что, что шерстка у него черная, кот он и есть кот.  

– Не всякий черный кот на подоконнике в окна смотреть будет.  

– Не всякая баба ведьма, и не всякая ведьма нечисть. Ты глянь, лучше как свернулся он клубочком и замурлыкал на руках. Фыркун. Назову его Фыркун.  

–Взяла все-таки. Лучше бы мужика нашла, а не кота. – заворчала старуха. – Хватит на сегодня. Спать пойду, и тебе Машенька приятных снов.  

–Да, да, бабулечка, – проговорила Марья, наливая котенку молока. – Спокойной ночи!  

Фыркун ступая крохотными мохнатыми лапками подбежал к плошке и сразу же залакал.  

Девушка улыбалась, чувствуя какое-то успокоение. Она подождала пока он напьется вдоволь и пошла спать, погладив котенка по головушке. Марья легла в кровать и Фыркун улегся на коврик возле постели хозяйки. Марья улыбнулась малышу и уснула. Но котенок тут же встал и стал вынюхивать все уголки в доме. В темноте ночи он прекрасно видел все что его окружало и интересовало. Мимо него пробежала мышь, и он тут же бросился на нее и вцепился в горло. Как только мышь перестала шевелиться, котенок открыл ротик, выпустив жертву, положил свою лапку на ее шею, испачкав ее в мышиной крови, и пошел дальше к комнате ведьмы. Фыркун вошел в уголок старухи и сел на против ее кровати.  

–Ну что? Добрался значит. – подытожила старуха.  

–Да. Я ее нашел. -ответил котенок.  

–И что теперь? – спросила ведьма.  

–Ты мне не нужна. – Малыш поднял окровавленную лапку и начал облизывать ее.  

– Знаешь, Фыркун, где место твое?  

Котенок удивленно остановил свое увлекательное занятие и посмотрел на старуху.  

–Вот и спи на коврике на полу, а людям не мешай.  

Он встал, развернулся и засеменил обратно.  

Фыркун оказался очень умным котом, понимающим. Кроме того, он верно предсказывал погоду. То у печи ляжет, мол холода жди, то на улице на крылечке сядет на солнышке греется. Людям он не мешал, ловил мышей и крыс, а по вечерам, когда спала Марья захаживал в комнату старой ведьмы. Обычно он выбегал от туда стрелой, а за ним летел лапоть.  

 

С тех пор, как Марья стала учиться ведьмовству у своей бабки, прошло немного лет, всего шесть. Правда, не давала Авдотья внучке колдовать сильно: так, зелье сварить, мазь намешать, отнести больному снадобье. А вот, чтобы силы магические на заговоры тратить, это не позволяла. Мол, найдет Велс по магии ее.  

В один из дней, когда Марья пряла пряжу, а кот лежал возле ее ног, бабушка подошла к ней, и положив руку ей на плечо произнесла:  

–Я умираю, Марья, умираю.  

Фыркун поднял голову и посмотрел на Авдотью. Марья хотела возразить, и уже раскрыла рот для утешительных речей.  

–Молчи, пожалуйста, слушай и не перебивай меня. Всякая смерть рождает жизнь. Запомни это и используй. Ты пришла ко мне малоопытной ведуньей, а скоро ты сможешь делать то, чего бы я никогда не смогла сотворить. Моя смерть не такая как у всех. Я ведьма, и душа моя на небеса не попадет, как и твоя, но ты не думай об этом, все мы не вечные, да и магия привязывает нас к темной стороне души, очерняя ее безвозвратно. Я очень сожалею, что сделала тебя ведьмой еще в младенчестве, можешь не верить, но я раскаиваюсь в содеянном. Идут тяжелые времена, темные времена дароверского гнета. Прячься, пожалуйста, спасай свою жизнь. Но не забывай о том, чему я тебя научила, это тебе пригодится. Велс тебе поможет, слушай его, он даст тебе намного больше меня. А ты вон пошел, брысь! -пнула она черного кота. Когда тот скрылся за проемом двери, она произнесла:  

–Вот возьми.  

Старуха протянула Марье необычный кинжал- ятаган из бронзы с рукояткой из мертвого дуба.  

–Бабушка! Это же небывалая редкость! Откуда ты его достала? – искренне удивилась Марья.  

–Не перебивай. Много лет он служил мне, проводила я им множество ритуалов. В день и час красной звезды при растущей Луне изготовила я его, и ты внучка моя пользуйся им умеючи. Взывай к Богу древнему, какому ты пообещала служить верой и правдой, он твой опекун и хозяин. Помни, что никто кроме тебя не должен прикасаться к ятагану, иначе сила его будет утеряна.  

–Но это же твоя вещь, бабушка! – возразила Марья.  

–Дарованная тебе, моя девочка. Благодаря твоей магии он принесет тебе много больше пользы, чем мне.  

Кот внимательно слушал их разговор, сидя за стеной комнаты.  

Авдотья вышла, сославшись на сильное недомогание. А Марье ничего не оставалось как покорно выполнять бабушкино наставление.  

Дождавшись ночи, кот вновь вошел в комнату старой ведьмы.  

– Помереть решила? Сбежать? – Фыркун приблизился к кровати и встал на задние лапы, а передние положил прямо у самого лица старухи, так что бы только она его слышала.  

– Тебе того и надо. Ты же ждал этого, а теперь не отпускаешь! – отговорилась ведьма.  

–Знаешь, что? Таких как ты полно, а она единственная. И ты не все ей рассказала.  

– А что думаешь, стоит ей сказать, что она демона приютила? Или что Велс забрал ее мужа, чтоб она беззащитней была? И кому она тогда служить будет?!  

–Замолчи! -прошипел кот. – А то я сам убью тебя старуха!  

–Давай! Нет мочи больше тянуть время. Сколько же ты будешь мучить меня? Сколько боль будет терзать меня? -зло проговорила старая ведьма. – Забери меня, забери. -шепотом умоляла она.  

–Глаза закрой Авдотья. – промяукал кот.  

Бабка легла, закрыла глаза и прошептала:  

–Не обижай ее.  

–Не обещаю. -отрезал кот, и начал:  

–Я забираю душу ведьмы, что обещана мне ею в молодости. Велс, услышь раба своего Пеония, забираю ее душу, так что не жди.  

Кот заулыбался и прыгнул на грудь старой женщины. Та издала последний хрип и произнесла:  

–Спасибо.  

Умерла бабушка в середине января, в самые морозы. Проснулась Марья утром, пошла корову доить, да и к бабушке заглянула, а в кровати бабушка бледная, неживая. Лицо ее уже давно изрыли морщины, хотя она была молода- шестьдесят три года не возраст для деревенской знахарки. Волосы свои бабушка всегда прятала под платок, потому что волос почти не осталось. Сильная магия сделала свое дело- забрала молодость и жизненную силу. Сложно разделять магию на черную и белую. Колдуешь себе, а потом вдруг кожа вянет, волосы выпадают, и тут уже нет смысла пить подсолнечное масло, да и репейное в голову мазать- не поможет. Внутренняя энергия, дарована богами неспроста, она через магию покидает тело, каждую его клеточку. Ведьма тратит свои внутренние силы на ерунду всякую, и сама разрушается, так говорила ей бабушка.  

Так вот, захоронили горячо любимую знахарку на общем кладбище возле церквушки, и никто из селян включая самого священника и словом не обмолвился о ее связи с колдовством. А об этом знали все. Бабушка Марьи помогала селянам не раз. То от мора скота кому поможет, то сглаз да порчу снимет, то дитятко малое от ночных кошмаров заговорит. А дочь этого самого священника, Авдотья исцелила не словом господнем, а целительными заговорами. Надежда на подобные чудеса теперь возлагалась на Марью. Она понимала всю ответственность, которую возлагают на нее односельчане и еще при жизни бабушки помогала чем могла. За это она получала неплохой гонорар продуктами и деньгами. Ей не приходилось нуждаться, да и хорошие отношения в селе дорогого стоят. Правда, с ней и ссориться то никто не лез, боялись наверно.  

| 29 | 5 / 5 (голосов: 2) | 06:51 13.06.2018

Комментарии

Linapalii14:52 13.06.2018
Ох! Неоднозначно все! Но очень интересно!
Zver13:46 13.06.2018
belka_, Веселее некуда)) ждем) надеюсь успею прочитать)
Belka_13:42 13.06.2018
zver, наслаждайся, ценитель) дальше веселей)
Zver13:05 13.06.2018
belka_, атмосферой) и меня как ценителя ведёт на новые витки размышлений))
Belka_13:04 13.06.2018
zver, да? Это чем же?)
Zver12:58 13.06.2018
Заманивает)

Книги автора

История не одной жизни. Глава 1
Автор: Belka_
Роман / Любовный роман Приключения Фэнтези
(Буду выкладывать по главам. Самой интересно зайдет ли читателю) Тяжело пришлось селянам, когда разлилось море Мутное и затопило местные селения. Все разъехались кто куда, забрав семьи и уцелевши ... (открыть аннотацию)е вещи. Марья была еще ребенком, но и она понимала, что ее родного дома больше нет. На новом месте семью Марьи принудили войти в новую веру. Только тогда их приняли в деревне с улыбками на лицах. Студеной зимой умерли родители, и о ней стала заботиться ее бабка-ведунья. Научила она внучку Марьюшку, чему успела, а успела она лишь малость. Потому как взял ее в жены молодой княжеский ратник Вячеслав.
18:44 12.06.2018 | 5 / 5 (голосов: 5)

Обнимай меня
Автор: Belka_
Рассказ / Постапокалипсис Сюрреализм Фантастика
Звездопад не всегда бывает романтическим событием...
Теги: Россия одиночество дороги
02:02 06.06.2018 | 5 / 5 (голосов: 7)

Ведьма
Автор: Belka_
Рассказ / Лирика Любовный роман Мистика Сказка Фэнтези
По просьбе друга откопала старое и забытое. Ничего супер оригинального. Эпизод из жизни ведьмы и колдуна-отшельника. (Отрывок из основного текста в моменты экспериментов с фэнтази).
Теги: ведьма лес лошадь... впрочем ничего необычного
13:04 31.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 7)

Надо отпускать
Автор: Belka_
Рассказ / Философия
Пройденный этап в жизни. Воспоминание чувств.
Теги: несмешное сааафсем
23:35 26.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 9)

Путь одного пакета
Автор: Belka_
Рассказ / Естествознание Проза Реализм
О милом пакете я слово держу. Да ну его вовсе... в окно.
Теги: пакет цель незначительность
11:17 21.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 8)

Яблоневая кошка
Автор: Belka_
Рассказ / Проза
Про пятнистую лошадь говорят что она "в яблоках". Почему в "яблоках" не может быть кошка?
Теги: кошка забота путь
00:22 19.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 9)

Берегиня (отрывок)
Автор: Belka_
Рассказ / Проза Сказка
К чему приводит любопытство и стоит ли с ним бороться?
Теги: лес идилия
22:50 15.05.2018 | 5 / 5 (голосов: 7)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2017