Семеро

Рассказ / Реализм
Сначала Майк решил, что дом – жилой, что он попросит у хозяев ужина и приюта...

 

 

Сначала Майк решил, что дом – жилой, что он попросит у хозяев ужина и приюта, а после, убаюканный нехитрой деревенской пищей, блаженно отключится где-нибудь в сенях на лавке – прокручивая за слипающимися веками эпизоды этого изнурительного, но богатого событиями дня и прислушиваясь к гудению в усталых ногах – но, подойдя поближе, он живо распростился с этой немного наивной надеждой – постройка представляла собой пустой бетонный остов, воздвигнутый неведомо кем и зачем.  

Майк вошел, огляделся. А может, так даже интереснее? Сам себе хозяин, и не надо никого ни о чем просить. Груда непрогоревших головешек, осколки пивной бутылки, пустая сигаретная пачка – что ж, навести порядок труда не составит, а согреться поможет костер. Майк вспомнил о банке консервированных бобов и бутылке вина у себя в рюкзаке, и окончательно решил здесь и заночевать. Засветло до деревни уже не добраться, а ложатся здесь рано, к чему будить и беспокоить? И одному неплохо.  

Майк низковато вскрикнул, проверяя эхо. Результат превзошел все ожидания, и, сгорая от предвкушения, Майк снял рюкзак и гитарный чехол, извлек гитару, уселся, вытянув ноги, ощутив прохладу бетонной стены, взял перебором пару аккордов... Звучало восхитительно. Майк прислушался к возобновившейся тишине, а потом несмело, немного осипло запел под гитару английскую песню. По ходу исполнения смелел, раскрепощался, наслаждался моментом; Майк обычно стеснялся петь при других, а здесь можно было не бояться произвести какое-нибудь не то впечатление.  

В финале, однако, раздались робкие аплодисменты. В оконный проем пробралась молоденькая местная, с собранными в хвост светлыми волосами и в спортивном костюме. Глаза большие, зеленые. "Русалочьи" – подумалось Майку.  

– Круто, блин! – одобрила девушка, – А по-русски можешь?  

– Да я так, для себя, – застеснялся польщенный Майк, – А ты как здесь вообще очутилась? Деревня-то неблизко, километрах в пяти.  

– Да катались с парнем, скутер поломали, – девушка свистнула, – Ванек! Давай сюда скорее! Тут концерт, по ходу!  

Вконец смутившийся Майк взялся срочно зачехлять инструмент. Ванек оказался белобрысым насупленным увальнем – был ли он чем-то раздосадован, или это было его всегдашнее выражение, Майк не понял.  

Иван и Майк представились и пожали друг другу руки.  

– А я Маша, – представилась девушка, – А чего это имя у тебя такое странное, Майк? Неужели родители назвали?  

Майк неопределенно мотнул головой и отправился за дровами. Он был одновременно и рад, и раздосадован в связи с появлением компании и теперь пытался понять свои чувства.  

"В конце концов, местные нравы – достойный предмет исследования", – думал Майк.  

Костер запылал с первой спички, на такое Майк был мастак.  

– Круто, блин, костер, тыщу лет у костра не сидела, – сказала Маша.  

– Дернуть что ли за бражкой, знаю тут одно местечко на отшибе, пока не стемнело, а? – высказал Иван мысль вслух.  

– Ванька, цыц! Ух, я тебе... – кажется, в шутку пригрозила Маша, – Давай гитару доставай! – кивнула Маша Майку в сторону чехла, – Спой еще, а? Что-то, что все знают!  

Майк было потянулся к инструменту, но снаружи опять раздались голоса. Мужские, два.  

"Еще не хватало" – подумал Майк, – "Так и знал, что тут место тусовки".  

Однако более безобидных гостей и вообразить было нельзя. Внутрь вошли двое мужчин – постарше и помоложе – в подрясниках с лукошками в руках – с таким видом, будто хорошо знали это место.  

"Точно, тут же монастырь недалеко, как раз сегодня мимо проходил" – сообразил Майк.  

– С Богом, люди добрые! – приветствовал Майка, Машу и Ивана тот, что помоложе, – А мы с отцом Андреем по грибы, по ягоды отправились! Да что-то непогодится! Тут до зари пересидим, а там и в обратный путь, и к службе поспеем.  

– По-моему, отличная погода, и ночь будет спокойная, – Майк протянул говорившему руку для рукопожатия, а тот, не поняв, передал Майку лукошко с черникой.  

– Что Бог дал, – прокомментировал мужчина, – Разделим эти скромные дары.  

– А зовут вас как? – спросил Майк. Монахи немного разрядили обстановку, все начинало походить на приключение.  

– Андреем, мой хороший, – мужчина отыскал среди дров бревнышко потолще, подобрал полы одеяния и с достоинством сел, – Отец Андрей, располагайтесь, – обратился он к своему старшему спутнику и похлопал рядом с собой по бревнышку, – Замечательно с вами вдвоем поместимся.  

– Значит, и ты Андрей, и он Андрей? – без обиняков поинтересовалась Маша.  

– Отец Андрей в таких вещах ого-го, – сказал Майку Андрей, что помоложе, оставив Машин вопрос без внимания, – Уж было на обитель поворотили. Однако встали на молитву прежде чем в путь сподобиться. Отец Андрей, скажу я вам, способен будущее прозреть в молитве самозабвенной! Заночуем-ка тут, глаголет, лютая буря грядет! А это местечко проверенное, надежное. Бурю здесь пересидим, благо съестными дарами Господь не обделил. И людей хороших послал, – Андрей принялся чистить собранные подберезовики.  

– Еще нарежь. Еще двоих ждем, – пробормотал отец Андрей.  

– Ну, будет вам шутки шутить, отец Андрей! – весело отозвался Андрей помоложе, – Ночь глухая! Кому тут еще до нас дело!  

Почти одновременно с наступлением темноты грянул первый дальний гром; со скрипом качнулись окрестные сосны. Гром ударил поближе; дышать стало труднее; хлынул дождь. Наружнюю тьму озаряли молнии. Майк взглянул на запас дров: их оставалось совсем немного, всего на час-полтора, а без огня будет и темно, и холодно. Сходить, что ли, еще набрать, пока не отсырело все вокруг? Следовало извлечь со дна рюкзака целлофан, затем, вероятно, разуться, чтобы не замочить носков и кроссовок... Битву между ленью и здравым смыслом прервал извне очередной голос – женский.  

– Залазь.  

По ступенькам крыльца что-то застучало. Вскоре языки огня осветили две невысокие темные фигуры в брезентовых куртках.  

– Я Ангелина, а это Лейла, – деловито представилась одна из девушек, – Мы на пляже стоим. Палатку дождем залило. Можно к вам?  

– Конечно, конечно, – Майк отодвинулся подальше и пропустил девушек к огню. Они прикатили поближе чемодан на колесиках, положили его на пол плашмя и уселись сверху, держась за руки.  

– Ну вот все и в сборе, – пробормотал отец Андрей.  

– Как это у вас получается? – поразился Майк, – Откуда вы все знаете?  

– Господь все знает, – ответил отец Андрей.  

– Отец Андрей сокровенное зрение раскрыл молитвой истовой и постом усердным, – отозвался спутник, чья интонация делалась все более певучей, – Слыханное ли дело, случай вышел недавно, пес у нас дворовый с цепи сорвался, двое суток братья по округе рыскали, с ног сбились, выдохлись вконец. А отец Андрей у себя в келье уединился, целый день не выходил, ни на службу, ни к трапезе, игумен уж осерчал, епитимью дать вознамерился, ан не тут-то было: кликнул отец Андрей двоих трудников помоложе да посильнее, объяснил, где беглеца искать – хоть и краев-то этих не ведает! С полгодика всего у нас! По солнцу объяснил! Те в дорогу, и воротились вечерком с беглецом... Уж отощал, заблудился беглец-то, хвостиком и так, и эдак... Игумен-то и смилостивился. Знайте, люди добрые, прозревает наш отец Андрей такое, чего нам с вами не приведи Господь прозреть – замаемся, ноши не сдюжим...  

– Молчал бы, дуралей, – досадливо оборвал отец Андрей.  

Майк загляделся на девушек, которые тем временем тихо шептались о чем-то своем. С первого взгляда их можно было принять за сестер, но, скорее всего, у них просто был похожий имидж. Обе короткостриженые брюнетки, обе худые, обе в джинсах и одинаковых куртках. Ангелина лучилась мягкостью, спокойствием и силой; Лейла больше походила на непоседливого ребенка: разрумянившаяся, немного курносая, она все время суетилась, что-то с жаром доказывала Ангелине – не повышая, впрочем, голоса, так что Майк ничего не мог разобрать. Разношерстную компанию следовало как-то объединить; Майк вытащил из рюкзака бутылку каберне.  

– Друзья, раз уж мы все здесь, предлагаю отметить это событие! – провозгласил Майк, откупорил бутылку перочинным ножом и пустил вино по кругу.  

Он немного опасался осуждения монахов, но те с удовольствием приложились. Вышло на всех лишь по паре больших глотков, но на холоде и свежем воздухе даже столь скромное количество подействовало лучше некуда. Майк подбросил дров, вглядываясь в лица новых знакомых – которые будто оттаивали и уже стремились друг другу навстречу, губы сами собой вытягивались в улыбки, а глаза разгорались.  

– Я уже забыла как кого зовут, но я так рада вам всем! – объявила Лейла, и взгляды собравшихся ответили ей взаимностью. Смутившись, Лейла вынула из кармана куртки блок-флейту и принялась тихо наигрывать. Андрей, что помоложе, крутил над огнем прутик с нанизанными грибами. Майк расчехлил гитару, подстроил ее по флейте, и они с Лейлой заиграли дуэтом. Звучала музыка, стихал и возобновлялся ни к чему не обязывающий разговор.  

 

 

***  

 

Дождь тем временем прекращался. Небо рассеивалось. Оттянув рукав куртки, Лейла взглянула на часы.  

– Урра-а-а! – тихо возликовала Лейла и захлопала в ладоши, обращаясь, впрочем, к одной Ангелине, – Половина двенадцатого! Свобода и прощение!  

– Рано радуешься. До прощения еще полчаса, – мягко ответила Ангелина.  

– Ангелина, ну пожалуйста, я так тебя прошу, – забормотала Лейла.  

– А вот что люди скажут, – прошептала Ангелина.  

– Люди? – в ужасе, не то притворном, не то всамделишнем, воскликнула Лейла и схватилась за голову.  

– Девчат, о чем базар? – поинтересовался Иван, – Может, помощь какая нужна?  

– Спасибо, Иван, ваша помощь нам действительно нужна, – во всеуслышание объявила Ангелина, – И не только ваша, а всех вас. Рассудите нас, люди. Простите, что втягиваю в наши раскладики, но заняться нам тут особо нечем, вдруг вам любопытно будет.  

Лейла обреченно уставилась в огонь. Ангелина, не встретив возражений со стороны собрания, неспешно продолжила:  

– Мы с Лейлой из Питера. Стоим тут уже неделю на косе, этюды делаем. Я художник, Лейла – моя ученица. У меня арт-салон на Литейном, – Ангелина выждала паузу в неосознанном расчете на реакцию, однако никакой реакции не последовало, и Ангелина продолжила, – За день до отъезда у меня открылась выставка. Пришел бомонд: художники, дизайнеры... Фуршет, все дела. Ну а наша красавица... – Ангелина ловко дернула Лейлу сзади за волосы, та ойкнула, но не переменила позы и продолжила так же смотреть в огонь, -... лишку хватила и устроила, блин, дебош! Чуть не матом всех покрыла! Валите, мол, куда подальше, лицемеры, хамы продажные, только врать и умеете, а в искусстве не соображаете ни хрена!  

– А так оно и есть, – спокойно проговорила Лейла.  

– Допустим, что так и есть, – согласилась Ангелина, – Дальше что? Снимать штаны и бегать? Детка, пойми, мы здесь как в джунглях – чтобы выжить, следует уметь заводить связи, полезные знакомства, люди, черт возьми, неспроста веками разрабатывали этикет, правила хорошего тона...  

– Я устроила скандал. Об этом упомянули в блогах. Неплохой пиар, не находишь? – заметила Лейла.  

– Я просила тебя об этом? – ледяным тоном спросила Ангелина, – Заказала тебе скандальчик, да?  

– Они мертвые. Они давно умерли, – заговорила Лейла, все так же глядя в огонь, обращаясь ко всем и ни к кому, – Они похоронили себя заживо.  

– Вы видите, как она пытается оправдаться? Хотя вопрос давно решен. В наказание я решила не брать ее сюда с собой на этюды, – обратилась Ангелина ко всем, и каждый отметил про себя эти пренебрежительные "она", "ее" – вместо "Лейла", "Лейлу"...  

– Но ведь Лейла здесь, с нами. Значит, ты ее простила! – резонно заметил Майк.  

– Не совсем, – ответила Ангелина, – У нас с ней уговор: либо я наказываю ее до сегодняшнего дня, либо прощаю... Знаете, эта неделя была такой безмятежной – мы плавали, смеялись, рисовали друг друга... Я почти ее простила. Но судьба свела с вами. Итак, я отдаю ее на ваш суд. Вас много, ее вы как следует не знаете, суть дела уловили, и ваш вердикт будет беспристрастен.  

– А как это ты ее накажешь? – полюбопытствовал Иван.  

– Существуют различные способы, – задумалась вслух Ангелина, – Например, посадить на диету, пару килограммчиков сбросить не помешает. Велеть замолкнуть на пару-тройку дней или даже больше – вот буквально чтоб ни звука не проронила, охренительная, между прочим, духовная практика, – Ангелина покосилась на Андреев, – Да мало ли что... Я не прошу вас выдумать способ наказания. Ваше дело – вынести вердикт. Виновна или нет. Как в суде присяжных. Лейла!  

– Ангелина, – облизнув сухие губы, откликнулась Лейла.  

– Тебе есть что сказать суду в свое оправдание?  

– Граждане судьи, я люблю Ангелину. Все это я сделала ради нее. Из любви к ней.  

На пару секунд установилась торжественная тишина... Иван и Маша, кажется, вообще слабо соображали, что происходит. Андрей с Андреем заперешептывались. Ну а Майк почти не колебался.  

– Не очень понимаю, что у вас за отношения, – сказал он, – Но я считаю, что Лейлу следует простить. Ты, Ангелина, ведь уже объяснила Лейле свою позицию. Достаточно простого объяснения. Карательные санкции, на мой взгляд, ни к чему. Эх, если бы наши сограждане и те, что наверху засели, разделяли эту позицию... – Майк почувствовал, что заехал куда-то не в ту степь и благоразумно приумолк.  

– А вы что скажете, отцы преподобные, – зычно поинтересовалась Ангелина.  

– Пусть решает отец Андрей, ну а я с ним буду единого мнения, ибо негорделив, – высказался Андрей помоложе.  

– Господь заповедал милосердие, – негромко, но веско заявил отец Андрей, – Простим дитё неразумное.  

– Ванька, а ты чего молчишь? – толкнула Маша в бок Ивана, – Казнить нельзя помиловать? Ты хоть понял, о чем мы тут вообще?  

– Я че, раненый? – огрызнулся Иван, – Дело плевое. Простить.  

– Ну и я так же считаю, – подвела Маша итог "заседанию".  

Просияв, Лейла вскочила, отпрянула, издала во тьме победный клич и исполнила несколько сумасшедших па. Завибрировало эхо.  

– Вы не пугайтесь, она такая непосредственная, – улыбнулась Ангелина.  

 

 

***  

 

Дождь перестал. Высыпали звезды, луна. Обитатели дома разбрелись на поиск дров, но те оказались насквозь сырыми. Без особого энтузиазма Майк приволок внутрь пару мокрых стволов молодых берез. Возиться с огнем не хотелось. Лейла курила, сидя с ногами в оконном проеме, подстелив брезентовую куртку.  

– Тепло. Искупаемся? – предложил Майк.  

– А че, нормальная идея. Только у Ангелины разрешения спросить.  

– Ты всегда с ней советуешься? Кто она тебе? Просто подруга?  

– Ангелина очень много для меня делает, – уклончиво ответила Лейла.  

– Ты с Кавказа, да? – спросил Майк.  

– Да нет, я с Питера, почему ты решил?  

– Имя-то какое – восточное. Лейла.  

– Это меня Ангелина так назвала. Ты ведь тоже не Майк ни фига. Сам-то откуда?  

– Из Москвы.  

– Докурить оставь, солнышко, – к Майку и Лейле приблизилась Ангелина и быстро перехватила у Лейлы сигарету.  

– Молодой человек предлагает искупаться, – сдержанно улыбнулась Лейла, косясь на Майка.  

– Я пас, – вяло отказалась Ангелина, – Накупалась за неделю. А ты сходи. Предоставляю полную свободу.  

Лейла порывисто припала лицом к груди Ангелины; та, не отрываясь от сигареты, ответила Лейле рассеянным объятием и зачем-то подмигнула стоявшему напротив Майку.  

 

***  

 

Не переставая двигаться вверх-вниз, Лейла пересела с колен на корточки. Еще пара движений – и Майк, вздрогнув, застонал. Откуда-то с моря ему в ответ прокричала чайка.  

– Ты уже все? – спросила Лейла и, поднявшись на ноги, воочию получила ответ на свой вопрос, – А я только раскачалась...  

– Может, я тебе это... Языком? Не хочешь?  

– Да не, спасибо, – отмахнулась Лейла, – Оденусь, холодно.  

Майк поднялся, зашел по колено в море, провел по телу мокрой ладонью...  

– Ты супер, – объявил он Лейле, когда оделся.  

– Я рада, что тебе было хорошо.  

– Да я не про то... Человек ты хороший! Редко такого встретишь.  

– Ой, да ну тебя. Дура я набитая. Ангелине карму порчу. Только это и умею, блин. Тебя вот соблазнила хрен знает зачем.  

– Вот как? – удивился Майк, – Выходит, это ты меня соблазнила? Вообще-то ты мне с первого взгляда понравилась!  

– Ну да, я девочка симпатичная, – уныло согласилась Лейла.  

– Еще бы! И не только это! Знаешь, я так хорошо тебя понимаю... Сам ненавижу всю эту ложь, лицемерие... Но я бы не смог всех вот так послать куда подальше... Заявить прямо в лицо всю правду, высказать все, что наболело! Тихо бы ненавидел про себя. А ты смелая.  

– Не смог бы, и молодец, – Лейла опять закурила, но, сделав пару быстрых затяжек, щелчком отбросила сигарету в шиповник, – Пошли, Ангелина разволнуется.  

 

 

***  

 

Ангелина и не думала волноваться – дремала, завернувшись в спальный мешок и расположившись поближе к костру. Костер, впрочем, давно догорел, лишь слабо светились из-под золы горячие угли. Дымилась толстая головня; Майк отшвырнул ее наружу. Иван куда-то запропастился; Маша, куря, размеренно шагала вдоль стены и обратно. Монахи остались где были – отец Андрей сидел, подперев ладонью подбородок, и неясно было, спит он или нет, а его молодой спутник перебирал четки, вполголоса бормоча.  

– Майк, у тебя пожрать чего есть? – спросила Лейла, – Всегда на хавчик пробивает после секса.  

Майк порылся в рюкзаке и с улыбкой продемонстрировал Лейле банку бобов.  

– Я такое не ем, – Лейла углубилась во тьму, и оттуда донеслись звуки флейты.  

– Лейла, может, поспишь? – предложил Майк, – Могу дать спальник, сам рядышком посижу...  

– Ко мне дуй под бок, согрею, – заворочалась Ангелина.  

– Да отстаньте вы! Не хочу я спать! Сами, блин, спите! – голос Лейлы звонко отражался от стен.  

– Ну, вот и я! – громко объявил Иван с порога, – Небось заждались? Три раза падал, на третий еле встал...  

Майк приспособил на окне фонарь-трансформер, бросавший круглое пятно бледного света на противоположную стену. Иван был заметно пьян; пластиковая полуторалитровая бутылка, которую он протянул Майку в луче фонаря, была почти наполовину пуста. Майк мотнул головой; Иван придвинулся к Майку вплотную и обдал запахом спиртного:  

– Че, сука, брезгуешь с деревенским бухнуть, совсем уже стыд потерял в Москве своей гребаной, ты когда в парикмахерской был последний раз?  

– Ванька, а ну отстал от человека, уничтожу, на хер, – Маша оттащила Ивана за рукав в свой угол, – Напринимался, так хоть совесть имей, чучело огородное...  

– Закурить дай, – попросил Иван у Маши сигарету и закурил, – А до тебя, удальца, я все равно доберусь рано или поздно. Странный ты какой-то, не нашего поля ягода, понял? – повысив голос, обратился Иван к Майку с противоположного конца, – С червоточинкой, бля...  

– Братья, не ссорьтесь, Господь учил быть в мире и согласии, – подал голос Андрей помоложе, – А чтобы у нас тут с вами согласие возобладало и мир созижделся, спою-ка я, люди добрые, акафист Серафиму Саровскому! – Андрей поднялся на ноги, прокашлялся и запел, – Слава тебе, слава, отче Серафиме Саро-о-о-о...  

– Да ты заколебал, придурок! – прозвенел голос Лейлы, и Андрей, опешив, прервался, – Холодно, сыро, жрать нечего, еще тебя не хватало! Тошнит уже от тебя, прости Господи, от голоска твоего задушевного... Самого не тошнит? Не надоело? Ни слова от души, ни звука! Этот дурачок набухался, пургу погнал, – Лейла мотнула головой в сторону Ивана, – так хоть говорит что думает, искренне, от души, не то, что ты, змея подколодная...  

– Отец Андрей, отец Андрей, вы это слышали? – ужаснулся юноша и затряс старшего товарища за плечо, – Проснитесь, отец Андрей, тут такое...  

Отец Андрей ничего не ответил, лишь отмахнулся сквозь сон.  

– Отец Андрей, спасите, – передразнила Лейла, – отец Андрей, спаси-и-и-и-те!! – она бухнулась на колени и воздела руки, – Спаси-и-те и сохрани-и-ите, пожа-а-а-алуйста! Тьфу на вас, тьфу, – Лейла поднялсь с колен и сплюнула на пол, – Взрослые дядьки, а кривляетесь, – уже спокойно произнесла она, – Нету там никого, – Лейла кивнула на потолок, – А если есть, что толку? Я без родителей росла, тетя воспитывала. Растила, растила, потом заболела, прикиньте, мужики? Заболела. И не выбралась. Мне восемь лет было. Я всю ночь на коленях простояла, проплакала. Умоляла воскресить. Не воскресил. Сволочь!!! – крикнула вдруг что было силы Лейла и пригрозила вверх кулаком.  

– Бесноватая, – прошептал Андрей помоложе и попятился.  

На ничтожную долю секунды стало вдруг видно абсолютно все, до мельчайших деталей, как на резком черно-белом снимке, а потом у Майка заложило ухо от грохота. Обреченно прошелестев, рухнуло оземь дерево снаружи. Снова полило.  

– Чудеса!!! Чудеса, да и только!!! Крышка бы всем, если б не отец Андрей! Помиловал Господь прегрешения наши за заслуги его!!! – в экстазе возопил молодой Андрей, пал на колени и принялся истово креститься и читать молитву. Лейла направилась к Ивану и Маше.  

– Ну а вы, что, тоже верите в этот детский лепет?  

– Не, мы попов не уважаем, – ответила Маша, – У нас родник был на опушке, так батюшка себе этот кусок земли заграбастал, забором отгородил, ходим теперь всей деревней по воду за три километра.  

– Угу, – сообразила Лейла, – в храме, значит, не венчались.  

– А зачем? – подал голос Иван, – Венчаться, жениться... Главное – чувства!  

– Чувства, говоришь... Да какие у тебя к ней чувства, морда пьяная, какие тут могут быть чувства... Пургу несешь, сам не понимаешь что говоришь... Чего зенки вылупил? Нравлюсь, да? Машка-то приелась уж, видать, да и мозг выносить мастерица, как я погляжу! – с жаром говорила Лейла сквозь дождь и гром, – Хорошо, будь по-твоему, нравится смотреть – смотри! – Лейла стянула футболку и осталась в лифчике, – Ну, кто теперь, я или она? К кому сильнее чувства? Погоди-ка, погоди-ка, – Лейла завела руки за спину, ища застежку.  

– Ты чего творишь, мразь, ты у меня землю жрать будешь, – выйдя из секундного ступора, Маша бросилась на Лейлу.  

– А ну хорош, девчонки, – встряла давно наблюдавшая за этой сценой Ангелина, – Не деритесь. Лейла просто не в себе. С ней такое бывает. Я искренне прошу у всех прощения...  

Лейла метнулась в дальний угол, опустилась на корточки и бессильно зарыдала. Шумели дождь и ветер, грохотал гром, тьма постепенно сходила на нет, ночь заканчивалась.  

– "Не в себе"... Пусть оденется! – злобно выкрикнула Маша в сторону Лейлы, – Пусть отвечает за базар.  

– Дорогие друзья, – обратилась ко всем Ангелина, – Возможно, ваше решение было чересчур мягким и чересчур поспешным? Возможно, следует вынести новый вердикт?  

– Фигушки, – всхлипывая, отозвалась Лейла, – Полночь давно прошла! И эти уроды больше не имеют власти меня судить.  

– Фу, дорогая, как это некрасиво... Разве можно так выражаться, – посетовала Ангелина, – А я, видишь ли, припоминаю наш с тобой уговор...  

– Ты можешь обойтись со мной как заблагорассудится. Но без этих. Наедине, – продолжала Лейла гнуть свое.  

– Тише, тише... Здесь есть один момент, детка, допускающий двоякое толкование. Когда кончается один день и начинается новый?  

– В полночь, – откликнулся Майк.  

– С рассветом, – промолвил отец Андрей.  

– Видишь, красавица, мнения разделились... Да-да, в этих краях день начинается с рассветом. А до рассвета время еще есть. Ну что, дорогие? Чего молчите? Выскажитесь! Выскажитесь по новой! И если хоть один из вас будет против возмездия, я снова ее помилую! Дерзайте!  

– Ну, я бы ее голыми руками придушила. Но это, кажется, нереально, – проговорила Маша, – В общем, я за наказание.  

– Иван, а что вы думаете на сей счет? – спросила Ангелина, но Иван спал, и было решено его не будить.  

– Иван бы со мной согласился, – заверила Маша.  

– Отец Андрей, что скажете?  

– Наша милость ей не впрок, – развел руками отец Андрей, – Так пускай познает гнев. Вразумим дитя для своего же блага.  

– Я одного с вами мнения, владыка! – горячо подхватил его спутник.  

– Плохи дела твои, деточка, – пробормотала Ангелина, направилась к стволу березы и стала обламывать ветки у основания.  

– Прекратите, постойте. Я против! – вскричал Майк, – Она ни в чем не повинна! Просто говорит от души! От сердца! Смилостивьтесь, Ангелина, и все остальные! Мой голос сейчас решающий, так? Я против, я категорически против!..  

Лейла, пошатываясь, двинулась к Майку. Она так и не надела футболку.  

– Самый благородный, да? А знаешь, почему ты за меня заступаешься? Потому что отымел, урод! – Лейла повысила голос, – И думаешь теперь, что я твоя! Хрен тебе, понял?! Да я тебя от души ненавижу, так и знай, и член твой ненавижу, этого заморыша, этого червя...  

– Ага, – невозмутимо сказал Майк, – Ты нарываешься. Хочешь меня разозлить. Но это тебе не удастся.  

Однако на самом деле Майк колебался. Ангелина стояла поодаль с ворохом прутьев, и не было уже никаких сомнений в том, какая именно участь была уготована Лейле в том случае, если и Майк признает ее вину. В минуты душевных сумерек, когда подкатывало разочарование в себе и окружающих – Майк, бывало, заглядывал на один сетевой ресурс... Видеохроники насилия в этом зыбком душевном состоянии притягивали будто магнитом, Майк оправдывал для себя их просмотр малоубедительными доводами ("все это происходит по доброй воле... "; "всем участникам есть по 18"; "это просто работа не лучше и не хуже другой"; "им это нравится, они сами захотели, им в кайф... ") – но все это, в сущности, было не так важно, Майк пялился в монитор будто завороженный, открывал один ролик за другим и откровенно любовался мучениями разнополых жертв, представляя себя то на месте истязателя, то на месте жертвы – эстетическое наслаждение уступало место похоти, Майк яростно мастурбировал... Дальше этого, впрочем, дело не шло. Но вот сейчас он перед выбором. Майк взглянул на Лейлу и прочитал в ее взгляде дерзость и презрение. В уголке рта – отголосок мольбы и надежды, или Майку просто хотелось бы так думать? Майку импонировала роль избавителя, и ему хотелось доиграть ее до конца. С другой же стороны, в нем пробудился чисто исследовательский интерес. Майк решил немного помедлить с ответом. Он осмотрелся в белесой мгле и задержался взглядом на чемодане.  

– Ангелина, это ведь твой чемодан, да? – спросил Майк первое, что пришло в голову, – А почему именно чемодан, не рюкзак? Неудобно ведь на таких маленьких колесиках – по этим колдобинам, по буеракам...  

– Дело в том, что Ангелину бесит походная тема, – вмешалась Лейла, не дав ответить владелице чемодана, – Ангелина походников за лохов держит, да, Ангелина?  

Ангелина тщетно попыталась скрыть улыбку.  

– Видите, Майк, как все запущено, – обратилась Ангелина к Майку, а глаза смеялись, – Люди веками разрабатывали этикет, понятия хорошего тона, а этой хоть бы хны...  

Майка как холодом обдало от этих смеющихся глаз. Он посмотрел на Лейлу, но та уже покинула фонарный луч, и выражения лица было не разобрать. Майк взглянул на Андреев: тот, что постарше, нагловато ему улыбнулся и снова развел руками, а тот, что помоложе, чуть ли не пополам сгибался от беззвучного хохота, то на Майка втихомолку поглядывая, а то куда-то вниз и вбок... Иван раскатисто храпел, разлегшись на голом бетоне. Майк посмотрел на Машу – та показала на Лейлу и крутанула пальцем у виска, но, кажется, ответ про чемодан порядком повеселил и ее.  

– Окей, я присоединяюсь к предыдущим ораторам, – высказался Майк, – Ты ведь сама этого добивалась! – присовокупил Майк будто себе в оправдание.  

Лейла в ужасе взглянула на Майка – было темновато, но ужас прочитался отчетливо – и вдруг рванула под дождь.  

– Держите ее, держите, – засуетилась Ангелина.  

Майк замер на месте, но Маша и оба Андрея сработали оперативно – спустя мгновение они под руки вернули сопротивлявшуюся Лейлу и по кивку Ангелины уложили ее ничком на чемодан.  

– Она от боли сейчас брыкаться начнет, так что вы, Андрей, садитесь на правую ногу, вы, Андрей, на левую, да руками прижмите покрепче! – проинструктировала Ангелина, – Майк, хватайтесь за эту руку, а вы, Мария – вот за эту. К чемодану вплотную, ага. Ну что, допрыгалась? – присев на корточки, Ангелина схватила Лейлу за волосы и рывком задрала ей голову, чтобы встретить глаза в глаза. Лейла не ответила; впрочем, ее ответа никто и не ждал.  

Ангелина отпустила голову, расстегнула Лейле застежку лифчика и встала на ноги. Спина, отметил Майк, была в отметинах с прошлых экзекуций, почти заживших, но все же различимых даже при неярком свете.  

Лейла напряглась как пружина, но распрямиться этой пружине было не суждено, четыре пары рук держали Лейлу на совесть. Ангелина примерилась и хлестнула Лейлу прутом поперек спины, та завопила... Где-то далеко протяжно завыла собака. А Иван так и не проснулся до конца расправы.  

 

***  

 

Вышло солнце, зачирикали птицы. Снаружи на утоптанной блестевшей лужами поляне собралось еще несколько местных – ждали утреннего автобуса. Андрей, Андрей, Иван и Майк, кряхтя и отплевываясь, вытащили из лужи и покатили в сторону остановки автобуса скутер Ивана со съехавшим набок рулем. Ангелина и Лейла курили одну на двоих сигарету, взявшись за руки как ни в чем не бывало. Подъехал автобус. Снова подхватили скутер, занесли в салон, сопровождаемые советами и пересудами местных... Расселись. Тронулись.  

– Эх ты, Ванька, самое интересное проспал, – сказала Маша и взъерошила Ивану волосы.  

Майк слабо соображал, куда он едет и зачем – в первую очередь, ему просто хотелось побыстрее убраться с места ночных событий. Он несколько раз пытался встретиться взглядами с Лейлой, сидевшей напротив, но та смотрела неузнавающе, будто на незнакомца. Ночная компания распалась с неким выдохом облегчения – и сейчас все эти люди были просто пассажирами, столь же чужими друг другу, как любые пассажиры на любом другом рейсе... Автобус тряхануло на убитой грунтовке; Майк с непривычки чуть не вывалился из кресла; остальные балансировали с переменным успехом. Майк тоже принялся искать точку покоя и, кажется, отчасти в этом преуспел. Ему даже удалось задремать.  

 

 

(2018)

| 425 | 5 / 5 (голосов: 20) | 18:29 17.04.2018

Комментарии

Kirill04v200401:55 02.08.2018
вспоминается одна пословится... семеро одного неждут
Greatleadersrose06:40 31.07.2018
alexandrpiton, это рассказ
Greatleadersrose06:39 31.07.2018
noname0, это рассказ
Greatleadersrose06:39 31.07.2018
До Сорокина еще пилять и пилять, но чтиво добротное! Ставлю 5
Noname010:55 06.06.2018
Необычная повесть.
Но всё равно мне понравилась
Несмотря на всё это твердая 5


Alexandrpiton15:52 31.05.2018
Необычная повесть. В целом хорош. Иногда не понятен. Зэр Гуд, Вальдемар!
Chizzik14:02 31.05.2018
Гуд! Понравился стиль повествования
Barinshtulgece113:43 31.05.2018
Довольно странно, но сюжет понятен, тянет на Пять.
Chitatel12:53 02.05.2018
Доволен прочтение. Понравился финал, хотя и ожидал другого)
Arzhevikina15:52 01.05.2018
Весьма неоднозначно)...
Ladyanna09:13 01.05.2018
Работа вызвала двойственное чувство: с одной стороны, привлекают персонажи - их индивидуальность - и авторский стиль написания; с другой - сюжет, особенно финал, вызвали некоторое разочарование. Как уже заметили ранее, подобная компания вкупе с фоном и обстоятельствами могла осуществить нечто большее в плане действий. Я, если честно, ждала ужасов, чертовщины, триллера на худой конец. Конечно, мои неоправданные ожидания - это мои личные проблемы, но всё равно не хватило эмоций. Однако, если рассматривать с иной стороны, то получилась вполне правдоподобная история, где ночью каждый выпустил своих демонов, а утром сделал вид, что ничего не произошло - герои даже негласно от знакомства друг с другом открестились.

В общем, да, работа вызывает противоречивые чувства, но авторский слог позволил с удовольствием эту работу прочитать.

Автору успехов!
Quaestio999917:12 26.04.2018
Хорошо написано. Хотя от такой разношерстной и живописной компании ожидал более яркой развязки.
Alex_fridman03:28 25.04.2018
Приятная компания - ничего не скажешь... В ассортименте:
Извращенец - 1 шт,
Лесбухи [но это не точно] - 2 шт,
Попы-любители лёгкого БДСМ-чика - 2 шт,
Деревенщины - 2 шт.
Написано здорово, персонажи разговаривают все по-разному, видна работа. С другой стороны, их поведение в отдельных случаях вызывает вопросы. В итоге: о чём, зачем и почему это было написано - осталось неясным.

Книги автора

Знакомство 18+
Автор: Feyerverk
Рассказ / Реализм
Я курю на остановке трамвая, пережидаю дождь. В поле зрения возникает невысокая фигура неопределенного пола и возраста в водонепроницаемой куртке с затянутым под подбородок капюшоном...
16:22 16.11.2017 | 4.96 / 5 (голосов: 29)

Сон о том, что я родился...
Автор: Feyerverk
Стихотворение / Поэзия События
Прогрохотало - и забылось, трясиной дней заволоклось
23:01 30.08.2017 | 4.91 / 5 (голосов: 36)

На чужбине 18+
Автор: Feyerverk
Рассказ / Реализм
Лучшим качеством Пабло, без вопросов, был член. Яна поняла это с утра, когда хозяин квартиры с ноющей после текилы головой нетвердо прошагал в ванную...
Теги: саша яна пабло секс наркотики bdsm
23:22 29.08.2017 | 4.92 / 5 (голосов: 14)

Художники 18+
Автор: Feyerverk
Рассказ / Реализм
Валдай топил печь. Минуты две Лика молча наблюдала это зрелище, стоя в дверном проеме, заложив ногу за ногу, упершись в пол носком кроссовка, руки на груди крест-накрест; в обществе Валдая, особенно о ... (открыть аннотацию)дин на один, она всегда стремилась защититься, чувствовала себя раздетой, как бы тщательно ни был продуман ее наряд...
19:05 08.06.2017 | 4.85 / 5 (голосов: 7)

Мачеха 18+
Автор: Feyerverk
Рассказ / Реализм
Промозглым августовским вечером женщина и мужчина, оба средних лет, беседовали на дачной террасе...
Теги: анжела игнат традиционные ценности
13:12 20.04.2017 | 5 / 5 (голосов: 27)

В гостях 18+
Автор: Feyerverk
Рассказ / Реализм
Полундра открыла в тельняшке и спортивных штанах. - Это ты вчера звонил? Ну, проходи... Из комнаты грохотала музыка; я мысленно посетовал на перспективу общения в большой компании, но опасе ... (открыть аннотацию)ния не подтвердились. Кроме нас двоих в квартире никого не было.
Теги: штакет полундра наркотики смысл существования
12:33 21.03.2017 | 4.96 / 5 (голосов: 31)

Осень 18+
Автор: Feyerverk
Рассказ / Проза
Уставившись в сторону раковины, Маша курила третью подряд. Гора посуды магнетизировала...
Теги: секс алкоголь сигареты домашнее насилие
23:26 08.01.2017 | 4.92 / 5 (голосов: 25)

Авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице.

YaPishu.net 2017